;doc

Ю.В. Белов, г. Суздаль
Татьяна Маврина: «В Суздаль, за жар-птицей» или
пути-дороги Татьяны Мавриной
Путешествовать любят все. И каждый ищет в них что-то своё:
возможность отвлечься от дел суетной жизни, снять напряжение – отдохнуть, расширить кругозор. Творческим людям, людям искусства
путешествия дают вдохновение, пищу или материал для творческих
свершений. И в результате путешествия у них всегда что-нибудь рождается…
Приведу примеры. В 1903-1904 гг. художник Н.К. Рерих, живший в Санкт-Петербурге, совершил путешествие по около 40 старинным городам нынешнего «Золотого кольца», итогом которого явилась
серия архитектурных этюдов – «Каменная летопись Руси» или «Пантеон нашей былой славы», по определению искусствоведа С. Эрнста.
Летом 1956 г. уроженец села Алепино начинающий писатель Владимир Солоухин отправился по «владимирским просёлкам», впечатлений набрался столько, что их хватило на написание одноимённой лирической повести. Писатель привлек внимание общественности к проблемам изучения прошлого родного края, сохранения памятников старины. По его предложению из глухого села Глотова Юрьев-Польского
района была перевезена в Суздаль и спасена Никольская деревянная
церковь.
А вот у талантливой художницы родом из Нижнего Новгорода
Татьяны Лебедевой с молодых лет проснулась страсть к путешествиям
по старинным русским городам с целью изучения архитектурных памятников, памятников старины и быта, народного искусства и творческого переосмысления увиденного. Она как бы стремилась воплотить
в жизнь заветы выдающегося русского путешественника и художника
Н.К. Рериха, слова, сказанные им в начале XX в., т.е. тогда, когда она
появилась на свет: «Спешите, товарищи, зарисовать, снять, описать
красоту нашей старины… Запечатлевайте чудесные обломки для будущих зданий жизни»1. Обладая тонким умом, наблюдательностью и
незаурядным талантом, Татьяна Лебедева и зарисовывала памятники и
описывала их красоту в своих дневниковых записях – для современников и грядущих поколений.
С 1921 г. художница жила в Москве, на её глазах столица стремительно меняла свой облик: под предлогом борьбы с религией сно207
сились и разрушались храмы и монастыри, целые кварталы домов,
прокладывались новые улицы. Строились высотки, как маяки социалистического преобразования жизни. Москва расширялась вширь и
вглубь (метро).
Взяв себе в 1930 году псевдоним «Маврина», художница стала
активно зарисовывать московские улочки, церкви, колокольни, монастырские ансамбли. Тяжкое испытание выпало для советского народа
в июне 1941 г. – на родную страну вероломно напала фашистская Германия, началась Великая Отечественная война, и враг приближался к
Москве. Многие ринулись в эвакуацию. А что же наша Татьяна?
Она неутомимо продолжала свои занятия – «всю войну рисовала
Москву». По её собственному признанию: «Я стала чуть не каждый
день ходить по Москве и потихоньку рисовать. Заново открыла я для
себя любимую ещё со времён Нижнего, старую русскую архитектуру… Моя мастерская, моя натура – улицы, земля, небо и, главное,
церкви, древняя русская архитектура – всё, что могло погибнуть от
бомбёжек»2. После Победы Т. Маврина загорелась желанием издать
книгу-альбом под названием «Москва. Сорок сороков», но при жизни
этого сделать не удалось.
Она спешила «зарисовать и описать красоту нашей старины» и в
других старинных городах. «Придумала цель – рисовать церкви, – записала художница 29 октября 1943 г. в дневнике. – Влюбилась в них,
как в человека. Каменные красавицы остаются непревзойдёнными»3.
В 1968 году увидела свет книга Т.А. Мавриной о г. Загорске, в которой
она выступила автором текста и иллюстраций. Загорск был её любимым городом. «Всякий, кто знает слово «сказка», обязательно скажет его про Загорск, – писала она, – Загорск – это древняя Русь. Лавра отовсюду хороша видна, с какой бы стороны не приближаться к
холму. Она лежит как остров в море загорских домиков – «остров
Буян» из пушкинской сказки о Царе Салтане. Строения Лавры производят впечатление чего-то языческого, народного. Всё здесь меня
настраивает на радостный лад…»4.
На радостный лад художницу и писательницу настраивали многие старинные русские города. Например, Суздаль, который она посетила в апреле 1967 года. Татьяна Алексеевна поехала тогда в легендарный Городец на Волге (родные края), но «по дороге завернула в
чернозёмное ополье, в Суздаль, за жар-птицей, конечно»5. Сама назвала Суздаль городом-сказкой, куда стремительно увеличивался поток
отечественных и иностранных туристов, а в августе того же года Со208
ветом Министров СССР было принято постановление о создании туристского центра.
«Заманило нас в Суздаль торжественно разорвавшееся серое
моросящее небо. Голубой победил серого. Белые облака сплошной грядой закрутились над панорамой города среди холмов, похожего и на
Ростов с озера, и на Муром из-за Оки, а больше всего на палатное
письмо с ярославских фресок», – признавалась Т.А. Маврина в дневнике6.
Татьяна Алексеевна в Суздале уже бывала, поэтому ей и ее мужу
(тоже художнику) гид или экскурсовод не требовался. Под хороводом
облаков и пробивающимся сквозь них весенним солнцем они просто
гуляли по сказочно красивому городу, привольно раскинувшимся на
берегах речки Каменки. Грачи уже прилетели! Маврина в своём блокноте поэтично отразила это: «Все белое на церковных стенах, всё голубое – небо и вода. А грачей рисовать где захочется, по мере надобности: а мы по Суздалю гуляем… тра-ля-ля, тра-ля-ля. Зелени в пейзаже
тогда ещё не было. Была иконная празелень непросохшей земли. Пишу
цвет земли – празелень. И на ней как-то особенно синели купола Рождественского собора в мягкий зелёный горошек – золотые звёздочки,
бабушкин платок. А белокаменный зверь, лев-скимен со стены, жил на
не ожившей ещё этой земле как совсем живой сторожевой пёс»7.
Прогулка по городу началась с торговой площади, куда гостей
привёз рейсовый автобус, а потом прошли в Кремль, окруженный земляными валами. Белокаменный собор, главная достопримечательность
Суздаля, в первую очередь приковывал к себе внимание художников.
А напротив – шатровая колокольня с часами-курантами в ярусе звона.
«Суздальские неторопливые часы с перечасьем», так назвала их
Т.А. Маврина, они только что, несколько месяцев назад, были отремонтированы местными мастерами. «Хорошо так немножко вычурно,
по-старинному, как в монастырских записях или заговорах, сказать о
времени в этом чудном городке»8. Хорошо зная Москву, гостья заметила, что суздальские куранты – «длиннее московских, а перечасье –
заметнее»9. Заметила художница рядом с бывшим архиерейским домом недавно появившуюся достопримечательность – Никольскую
церковь XVIII в., перевезённую из села Глотово Юрьев-Польского
района. Храм показался ей «серебряный».
209
Суздальские монастыри Татьяны Мавриной
Заметила и «пропажу» на торговой площади – большие весы под
крышей исчезли, разрушенные по прихоти местного начальства за ненадобностью. Весы были «не Бог весть какой архитектурной ценности, но красивые своей простотой», записала художница10. Она застала
их во время своего посещения Суздаля в 1959 году. Запомнилось ей,
что «вокруг весов шла пёстрая, оживлённая базарная жизнь. Торговали кадушками, корзинками, поросятами, стояли кругом маленькие
мохнатые лошадёнки»11.
Торговля сувенирами в Суздале ещё не была налажена, поэтому
Т.А. Маврина с мужем на память купили в торговых рядах … лапти,
которые по возвращении домой она поместила «в стеклянном шкапу»
(домашнем музее)12.
Осмотрены Кремль и так называемый посад, нельзя было не посетить знаменитые суздальские монастыри, прежде всего Покровский
и Спасо-Евфимиев, с разнообразной архитектурой и интереснейшей
историей. Например, в Покровском женском монастыре находились в
заточении великая московская княгиня Соломония Сабурова (в монашестве София) – первая жена Василия III, царица Евдокия Лопухина –
первая супруга Петра I, другие знатные особы; в Спасо-Евфимиевом
мужском, за двойными тюремными стенами, – арестантское отделе210
ние, где томились бессрочно отступники от веры и прочие неблагонадежные для царской власти и Святейшего Синода люди. На территории бывшей монастырской обители находилась могила князя Д.М.
Пожарского, но посетить её, а также посмотреть прочие достопримечательности, местным жителям и туристам было нельзя – с 1923 по
1968 гг. монастырь использовался как «зона».
Татьяна Алексеевна могла полюбоваться красивейшим ансамблем Спасо-Евфимиева монастыря только со стороны, да и то «напоследок», когда начало уже темнеть. Сидела она «на горе» (крутом берегу Каменки), откуда открывался прекрасный вид на Покровский монастырь и приходские церквушки, разбросанные по горизонту. «Покровский монастырь внизу за рекой, среди черноты мокрой весенней
земли, собирал весь ультрамарин из пейзажа в свой замкнутый круг
церквей, стен и башен», – писала Татьяна Алексеевна в блокноте13.
Впечатлений было очень много, потому что знакомство с городом было пристрастным.
«Пока было светло, мы обошли, объехали весь городок из конца
в конец, от одних наполеоновских столбов (Владимирская застава –
Ю.Б) до других наполеоновских столбов (Ярославская застава – Ю.Б.),
заглядывая в переулки и закоулки, из дверей в двери, из ворот в ворота, мимо двух игрушечных шатров Ризоположенского монастыря…
Городок безлюдный и очень тихий. А на каждом шагу белые сахарные
церкви, колокольни, нигде больше невиданные, с вогнутыми краями
шатров. На таком малом пространстве, что в полчаса всё объедешь»14.
Вскоре после возвращения из путешествия Т.А. Маврина написала заметки о поездке в Суздаль под названием «Часы с перечасьем»
и вместе с рисунками-иллюстрациями предложила редакции журнала
«Журналист», которая печатала на своих страницах статьи под рубрикой «Если будете в …». Материал с удовольствием был принят и
напечатан в первом номере за 1968 год. Так московско-нижегородская
художница дала прекрасную рекламу Суздалю, уже объявленному музейным и туристским центром нашей страны. Во вступлении редакция
написала: «Работы Мавриной – результат серьёзного изучения старины и живых наблюдений, зарисовок с натуры»15.
Трудно перечислить все старинные русские города, которые за
свою 90-летнюю жизнь объехала выдающаяся художница и путешественница Татьяна Алексеевна Маврина. Важнейшим результатом путешествий (1942-1978) стала прекрасно изданная в 1980 году книгаальбом «Пути-дороги» издательства «Художник РСФСР», в которой
211
собраны акварели и гуаши с видами заповедных уголков России:
Москва – Звенигород – Дмитров – Загорск (Сергиев Посад) – Переславль-Залесский – Ростов – Борисоглеб – Александровская слобода –
Юрьев-Польской – Суздаль – Вязники – Углич – Тутаев – Ярославль –
Кострома – Городец – Балахна – Горький (Нижний Новгород) – Муром – Касимов. Об авторе сказано на русском, английском, французском и немецком языках. Книга отпечатана в Германии. Формат книги
энциклопедический. Что интересно, автор сама осуществила выбор
листов, ритмически организовав их в макете.
За свои творческие труды Т.А. Маврина была удостоена Государственной премии СССР (1976), звания «Заслуженный художник
РСФСР», международной премии имени Г.Х. Андерсена за вклад в
иллюстрирование детских книг. Почти всегда после смерти художника
значение его творчества переоценивается. «Часто оно начинает
тускнеть, «съёживается» и бледнеет, чтобы, в конце концов, обернуться строкой в специальном издании. – Пишет один искусствовед. –
Гораздо реже смерть переводит обыденные эпитеты в возвышенные,
и слово «гениальный», которое стеснялись произносить при жизни,
становится впору. Так, кажется, случилось с Татьяной Алексеевной
Мавриной»16.
Думается, Суздаль и вся Владимирская область должны гордиться тем, что здесь неоднократно бывала и творила уроженка Нижнего Новгорода Т.А. Маврина (Лебедева).
Примечания: 1 Белов Ю. По Рериховским местам // Вечерний звон.
(Суздаль) 2000. № 45. 15 июля. 2 Маврина Т.А. Москва. Сорок сороков. М.,
2001. С. 10. 3 Там же. 4 Маврина Т.А. Загорск. Рисунки и гуашь. М., 1968.
С. 25. 5 Маврина Т.А. Часы с перечасьем // Журналист. 1968. № 1. С. 74. 6 Там
же. 7 Там же. 8 Там же. С. 75. 9 Там же. 10 Там же. С. 74. 11 Там же. 12 Там же.
13
Там же. С. 75. 14 Там же. 15 Там же.
16
http://remochka.livejournal.xom/11453.html
212