Условия Счастливая монета;doc

Юлия Подберезина:
“Жизнь не останавливается”
С какой регулярностью и по каким
поводам женщины должны интересоваться
собственным здоровьем? Что можно
себе позволить, чтобы “тело и душа были
молоды”... Как ребенок становится врачом по
призванию? Азы профориентации, признаки
удовлетворенности качеством жизни и
другие важные темы главный редактор
superstyle.ru Елена Вышинская обсудила
с кандидатом медицинских наук Юлией
Подберезиной–хирургом, онкомаммологом,
заведующей отделением маммологии одного
из медицинских центров.
– Люди, которые пришли в медицину
по призванию, хотят выходить с работы
с ощущением совершенного подвига и
спасенных жизней. Это то, что приносит
удовлетворение. Врачом я решила стать
лет в семь… Окончила Гнесинку по классу
фортепиано (мои родители–музыканты),
10 классов, провалилась в мединститут….
Затем училище и снова провал. Работала, и с
третьего захода – я студентка!
– Юлия Львовна, мне было удивительно,
что вы и прием ведете, и операции
делаете, я не знала, что так бывает...
– А это и не правильно. Просто к тому
моменту, как я стала качественным хирургом,
накопился огромный поток пациентов,
от которого я не имею морального права отказаться. В том числе, это пациенты с
онкологическими заболеваниями, которых я наблюдаю годами, и они, слава Богу, живы. И
новые женщины заболевают, или хотят убедиться, что здоровы, и как им отказать?
- А в каком возрасте девушка впервые должна узнать о враче вашей специальности?
- Возрастного ценза нет, есть объективные показания, жалобы, наследственность. Но если
проблем нет, начинать регулярные посещения следует после 30 лет. Интервалы определяет
врач.
– Чем дальше–тем чаще?
– Есть возраст, в котором по статистике выявляется наибольшее количество
злокачественных образований–50–65. Однако все очень индивидуально. Для кого-то
нормально встречаться с врачом раз в несколько лет, а отдельной группе женщин это
следует делать практически ежемесячно.
– По поводу грудного вскармливания куда обращаться?
– Грудное вскармливание–это прекрасно, если все получилось - установилось–надо жить
и наслаждаться, есть сложности–лучше, действительно, обратиться к маммологу или
грамотному акушеру-гинекологу.
– Некоторое время назад много говорили об удалении Анджелиной Джоли молочных
желез, как вы относитесь к такой “профилактике”?
– США–один из лидеров по диагностике и лечению рака молочной железы. История с
профилактикой генетически наследуемого рака молочной железы у них самая богатая и
поставлена на юридически-правовую базу. (В руководстве по профилактике и лечению
РМЖ (NCCN–National Comprehensive Cancer Network, 2013) отмечено, что риск развития
РМЖ у женщин - носителей мутации BRCA1/2 оценивается в 56–84%. Ретроспективные
анализы рандомизированных исследований с медианой наблюдения более 13 лет показали,
что у женщин с высоким риском развития РМЖ и доказанной мутацией гена BRCA1/2
двухсторонняя профилактическая мастэктомия снижает риск развития опухоли в молочной
железе в среднем на 90%. В связи с этим NCCN поддерживает желание женщин с высоким
риском развития РГЖ выполнить профилактическую двухстороннюю мастэктомию.)
Профилактические мастэктомии проводят с 60х-70х годов, когда появились всем известные
силиконовые импланты. И за такое количество времени у них такое количество наработок–
системных, психологических, психиатрических... Мы в генетически наследуемых раках–
новички. Первый официальный документ, разрешающий проводить профилактическую
мастэктомию в Российской Федерации, был получен всего два с половиной года назад.
– Значит, нашумевшая история про знаменитую актрису спасет чью-то жизнь?
– Уже, и не одну: раньше генетические анализы на BRCA 1 BRCA 2 стоили у нас 15-20
тысяч, а после откровений Джоли их стали выполнять во многих лабораториях, и цена
опустилась до 4-5 тысяч рублей.
Но поскольку грудь – это не только “зона риска”, но и “объект желаний”, спрошу вас о том,
что можно сделать для улучшения ее формы и содержания и не навредить?
– Выбор колоссальный. Эстетическая хирургия
сейчас на высоте. Можно уменьшить и подтянуть,
можно увеличить с помощью импланта, а можно –
с помощью собственных жировых отложений...
– При этом любая травма, а операция – эта травма,
так же, как гематома или ушиб, увеличивает риск
возникновения рака молочной железы. Это палка о
двух концах! Но для меня - женщина, испытывающая
психологический дискомфорт из-за несовершенства
груди, имеет право на помощь врача.
– А что запрещено делать “для красоты”?
– Нельзя ни в коем случае вводить
полиакриламидный гель! В большинстве стран он
строго запрещен, но, к сожалению, кое-где до сих
пор используется. В некоторых “оазисах” его вводят в
ткани молочной железы. А мы потом его выгребаем с
ягодиц, с живота, он затекает даже в головной мозг...
Нежелательно принимать сомнительные пилюли,
гарантирующие рост груди за три месяца на два
размера! Все эти препараты содержат гормоны.
– А нет ли у вас накопленных наблюдений про
зависимость характера и темперамента от размера и формы груди?
– Нет! Закономерно одно: у кого грудь маленькая – тому нравится большая, и наоборот. Как
в случае с волосами – кудрявым блондинкам хочется быть прямоволосыми брюнетками...
– Юлия Львовна, а если вернуться на серьезную волну – какой метод обследования
молочной железы точнее?
– Есть стандарты. Пациенткам до сорока лет мы выполняем УЗИ, после – маммографию.
Каждый метод хорош по-своему. Сегодня многим доступна МРТ-маммография – видит все, и
на максимально ранних стадиях. Однако только при стандартной маммографии (цифровой)
можно обнаружить микрокальцинаты. А с помощью ультразвука можно различить солидные
образования от жидкостных. Поэтому все хорошо при индивидуальном подборе.
– Как быть с выбором белья? Вы запрещаете пациенткам носить какую-нибудь
вредную модель бюстгальтера?
– Я не рекомендую носить тесное белье, которое компрессионно сдавливает молочную
железу без острой на то необходимости. Белье должно быть удобным, по размеру,
желательно из натуральных тканей. И хорошо выполаскивайте порошок – большинство
дерматитов как раз из-за этого. Без белья – тоже прекрасно! Во время лактации рекомендую
носить бюстгальтер обязательно без косточек. В другое время – любой каприз!
– А что полезного можно делать для груди ежедневно?
– Использовать увлажняющий крем, чтобы кожа груди не теряла эластичность. Занятие
спортом, прямая спина...
– А загар топлес?
– Я негативно отношусь. Повышенная инсоляция увеличивает риск заболеть раком
молочной железы - давно доказано. На активном солнце грудь необходимо закрывать,
оставив под лучами зону декольте. Если очень хочется загорать без верха – недолго – или
до 11, или после 17.
– Сколько существует диагнозов на тему груди?
– Пара томов.
– Сейчас время, когда будущие врачи несут результаты своих ЕГЭ в медицинские
ВУЗы. Кому туда надо, а кому - нет?
– Это зависит от того, какая у кого планка. Хочет человек всю жизнь безостановочно учиться
и постоянно нести огромную ответственность? Тогда сюда.
– Самое неожиданное для вас из обретенного на работе?
– Терпимость. Часто переутомляюсь, иногда бываю резкой дома, часто – с коллегами, а
с пациентами – всегда на ровном эмоциональном фоне. Не только на приеме, но и когда
звонит пациент по телефону. Это то, что пришло с опытом и зрелостью.
– Как удается сохранить такой задор в профессии?
– Пытаюсь не выгорать. Наслаждаюсь общением. Примерно раз в год у меня появляется
новая подруга – из вылеченных пациенток. Девушка с интересной судьбой, наполненной
яркими событиями, большинство из которых происходит на моих глазах.
Очень многому набираюсь у своих пациенток – мужественных, стойких, мудрых, нежных...
Моя задача, чтобы в своем горе - временном, как я стараюсь их убедить, - они шли со
своими вопросами ко мне, а не в интернет и не в сомнительные места. У них есть мой номер
телефона, который не меняется 15 лет, доступны звонки в выходные и в отпуск. Соцсети,
электронная почта.
– Часто ведь вместе с болезнью растет и эгоизм...
– Стараюсь эту ситуацию контролировать. Когда заканчивается кризис – деликатно
объясняю, что теперь звонки – по жизненной необходимости. И эта ниша освобождается для
того, кому сейчас нужнее.
– От чего получаете удовольствие?
– Получаю удовольствие от тишины – природа, рыбалка. Завтра в 6 утра буду на прудах
опробовать новый спиннинг. Люблю горные лыжи. И даже в операционной – это мой
маленький домик с толстыми стенами, в котором меня невозможно достать, – хочу
молчать – молчу, хочу петь – пою, хочу слушать музыку – слушаю.
- Есть ли в вашей работе место волшебству?
- Волшебство - это когда во время болезни пациентка находит свою любовь, и она спасает
ее как сильнодействующее лекарство. Или – настоящее волшебство, когда, узнав о тяжелом
диагнозе, больная решает не лечиться, уходит, а через несколько лет оказывается, что она
жива и здорова. Таких случаев у меня было три.
– А случаев, когда вы волшебство делаете сами – тысячи?
– Своим пациенткам, даже в самые горькие моменты, я всегда говорю, что жизнь на этом
останавливаться не должна.