Русские умельцы

ДОРОГ РЫБИЙ ЗУБ
Холмогоры
близ
Архангель­
ска — место, широко известное, —
неподалеку родился великий рус­
ский ученый и поэт Михаил Л о ­
моносов В деревне Денисовне,
ставшей
селом
Ломоносовой,
можно увидеть памятник поэту и
ученому и дом, где режут по кости
искусные мастера, и небольшой
музей, храпящий множество инте­
ресных вещей, так или иначе сни­
занных с развитием в России уди­
вительного косторезного искусства,
одного из самых древних на земле.
Было время, когда клыки ма­
монта, откопанные в тундре, и
клыки моржей, добытые на охоте,
шли па изготовление ножей, наконечннков копий и стрел, скребков
и других вещей, необходимых в
Ларец. Конец X V 111 пеки
100
быту. Потом маши далекие предки
стали
украшать
драгоценную
кость резными узорами, и родилась
слава о «резьбе руссов». Безвест­
ные авторы древнерусских былин
часто упоминают об изделиях из
кости, которую в ту пору называ­
ли «дорог рыбий зуб». Былин­
ный
богатырь
Микула
Селянинович украсил
костыо свою
соху.
В X V II веке холмогорские ко­
сторезы широко славились. Сохра­
нились письма, из которых ясно,
как в Москве ценили холмогорских
мастеров братьев
Шешениных:
их требовали в Оружейную пала­
ту, где тогда собрали самых ис­
кусных мастерок всех специально­
стей. Из столицы государства шли
заказы в Холмогоры на изготов­
ление то «10 статей шахмат», то
«гребней прорезных добрым ма­
стером, а в рези б были у гребней
травы н в травах птицы», то ша­
шек, то ларцов, кубков и порохов­
ниц.
Ценность
вещи,
вырезанной
из кости, определялась и интерес­
ной темой, и умелой композицией,
и мастерским выполнением слож­
ного узора, и тщательностью от­
делки. Всегда удивляло искусство
Расцвет холмогорской резьбы
X V III век, особенно вторая его
половина. Тогда местные мастера
уже определили свой стиль и со­
здали веши удивительной красо­
ты, многие из которых, хранящие­
ся в музеях, и сейчас вызывают
наше восхищение.
Есть несколько видов художе­
ственной обработки кости. Гут и
«гладкая» работа — нанесение
графического рисунка и украшение
орнаментом, начиная с простейше­
го «глазка» — круга с точкой.
Потом развилась особенно драго­
ценная ажурная, сквозная резьба,
или, как говорят сами мастера,
«резьба на проем». «Рельефная»
резьба — более поздняя — давала
возможность
украшать
ларцы,
кубки и другие предметы барель­
ефными портретами и сценами.
Иногда делали и объемные неболь­
шие скульптуры из кости (библей­
ские сиены), подкладывали фоль­
гу
под
ажурный
узор
или
украшали
вещи
инкрустацией,
применяя
кость,
тонированную
естественными красителями: крас­
ную краску получали из ягод
бузины, зеленую — из хвоща и
лиегьев
рябины,
серо-корич­
невую — из ольховой коры и
черники.
Кость обезжиривали, отбелива­
ли, распиливали, обтачивали на
токарном
станке,
резали
но­
жом,
пользовались
напильни­
ками — «втиральниками», поли­
ровали.
В 1764 году в газете «СанктПетербургские ведомости» мож­
но было прочитать такое объ­
явление:
«...Костяных дел мастер Осин
Дудин делает костяные разныя
вещи, а именно: шахматы, марки,
табакерки, крючки, к ножам черенья, шкатулы, баулы, трости,
смычки к скрипкам и проч.
Земляк Ломоносова Осип Д у ­
дин, долго живший в Петербурге,
является автором двух редких по
красоте кружек с многими рельеф­
ными портретами. Скульптор сде­
лал на одной из них надпись, что
кружка вырезана «будущим родам
на посмотрение».
Характерным элементом холмо­
горской резьбы становится зави­
ток в стиле рококо, получивший
название «рокайль». Это как бы
скобочка — ее очень удобно при­
строить одну к другой и из соче­
тания многих составить ажурный
узор; мастера — и Осип Дудин, и
другие — помещали в сетку рокайлен различные фигуры, даже
компоновали сцены.
Знаменитый русский скульптор
X V I I I века Федот Шубин, как
тогда говорили, «услуживал резь­
бой по кости».
Очень
интересным мастером
был Николай Степанович Вереща­
гин, работавший в Архангельской
портовой таможне и весь свой
досуг
отдававший
резьбе
по
кости.
Лиса и виноград
косторезов: ведь достаточно ма­
лейшей
неосторожности, одного
неверного движения — отколется
кусок кости, и вещь непоправимо
испорчена, она погибла, и надо
начинать все сначала.
Дли истории сохранились име­
на многих замечательных холмо­
горских косторезов.
В ленинградских
музеях —
Русском и Эрмитаже — хранятся
его вазы, в частности «Времена
года», с рельефными медальона­
ми, свидетельствующими о круп­
ном таланте скульптора-резчика.
Верещагин владел исключительно
тонкой и сложной техникой резь­
бы.
В Холмогорах еще помнят ста­
рых мастеров— Григория Егорови­
ча Петровского, знатока и прекрас­
ного исполнителя мотивов с рокайлями, Василия Петровича Гурь­
ева, автора «ненецких поездок» и
«стоянок» первым взявшегося за
современные, советские темы, а
также Василия Тимофеевича Узи-
101
нова, сумевшего сохранить ста­
ринную технику ажурной резьбы.
Много сделал для развития хол­
могорского
резного
искусства
крупный скульптор Михаил Дмит­
риевич Раков.
Ему принадлежат широко из­
вестные работы из кости на север­
ные мотивы.
Шкатулка. Первая половина X IX века
Скульптура «Лось» (Тобольск)
Сейчас в селе Ломоносове с
успехом работают
скульпторырезчики, о которых еще недавно
писали как о «молодых», «пре­
красно начинающих» и т. д. Это
Парфен Парфеиович Черникович,
Анатолий Егорович Штанг, Миха­
ил Александрович Христофоров и
другие. Оии овладели традицион­
ными
приемами
холмоюрской
резьбы и показали высокую куль­
туру пластики, постоянно ищут
новые формы, новые современные
решения.
А современные решения — это
немаловажная проблема для холмогорцев. Как могут войти в быт
нашего человека изделия из тако­
го драгоценного, но все же архаи­
ческого материала? Сложные по
композиции и многотрудные вазы
являются только музейными экс­
понатами; ножи для разрезания
книг отошли
в прошлое. Кроме
того, появился новый материал,
который на первый взгляд напо­
минает моржовую и мамонтовую
кость, это — пластмассы. Холмо­
горские резчики находят неожи­
данные и остроумные современные
решения.
ПУГОВИЦЫ И ...ПЕЛИКЕН
Но не только в ломоносовских
местах развивалась у нас резьба
по кости.
Есть на русском севере То­
больск — своеобразный городок.
Когда попадешь туда, он пора­
жает прочно сохранившимся ха­
рактером старинного поселения:
ннешиим древним обликом, нето­
ропливым течением жизни, тради­
циями, привычками. Идешь по до­
щатым тротуарам, и вдруг перед
102
гобой каменная крепость, сложен­
ная еще шведскими пленными. На
одной из улиц — краеведческий
музей, хранитель старины, на дру­
гой — музей И. Ершова, сказоч­
ника, автора «Конька-Горбунка».
В X V II веке Тобольск был
центром культурной и экономиче­
ской жизни края. В числе местных
драгоценных
товаров
была и
кость — мамонтовая,
моржовая.
Ее вывозили в Москву и за гра­
ницу, ее обрабатывали жившие
неподалеку остяки и нелцы. Исто­
рики рассказывают, что первую
косторезную мастерскую открыл
здесь во второй половине X IX ве­
ка агроном и любитель-археолог
И, Е. Овешков. Мастера делали
ларцы, шкатулки, мундштуки, но
на первое место все-таки вышли
скульптуркн из кости, нередко со­
здаваемые по рисункам Овешкова,
хорошо знавшего край.
Организовывались новые ма­
стерские, на смену старым резчи­
кам появлялись новые, но харак­
тер тобольской резьбы и по сию
пору остался прежний, традицион­
ный: объемные изображения на
темы тобольского севера, остяцкие
«хозяйства», оленьи упряжки, со­
бачьи «поезда», охота, рыбная
ловля, звери. Обычно это многофигурные
композиции,
причем
каждая фигурка вырезается от­
дельно, а затем уже вся сцена
собирается на пластине.
Но вот перед вами поставили
несколько небольших фигурок из
кости: кит, белый медведь, олени,
моржи, нерпы. Казалось бы, что
это привычная тематика тоболь­
ских косторезов. Но в этих пред­
метах сразу заметен особый стиль,
другой, чем у тобольцев, подход
к натуре: нет желания поразить
тонкой техникой, меньше подроб­
ностей, больше обобщений в пере­
даче образа. Эти же черты можно
заметить и на графических изоб­
ражениях, украшающих различные
предметы — табачниЦы, коробоч­
ки, ножи, или просто на моржовом
клыке.
Перед нами произведения чу­
котских резчиков. Предки этих
мастеров делали такие фигурки
зверей как талисманы для удачи
на охоте. Потом фигурки превра­
тились в сувениры о севере, а про­
изводство таких вещей — в худо­
жественный
промысел. Самыми
характерными темами, кроме изо­
бражения зверей, у чукотских ма­
стеров являются маленькие кораб­
лики и человеческая фигурка до­
бродушного улыбающегося божка
Пеликена.
Особый стиль в резьбе можно
обнаружить и на двух новых ко­
сторезных
промыслах.
Резчики
Кисловодска любят делать брош­
ки (что, как ни странно, никак не
удается
тобольским
мастерам,
умеющим создавать неизмеримо
более сложные вещи), а работни­
ки
подмосковной
Хотьковской
фабрики умело используют про­
стую кость «цевку» для изобра­
жения басенных сюжетов.
Несложные костяные пуговицы
и уникальные вазы, выполненные
скульпторами, обладающими вы­
соким мастерством и фантастиче­
ским терпеньем, — таков размах
старинного косторезного промыс­
ла в нашей стране.
ДАНИЛА-КАМНЕРЕЗ
И ЕГО ПОТОМКИ
В Свердловске, - в редакции
областной
газеты
(«Колхозный
путь») довелось мне работать бок
о бок с милым человеком. Невы­
соким старичком, у которою не­
вольно привлекали добрые глаза
и пушистая патриархальная боро­
да. Речь — неторопливая и «вкус­
ная», образная. И, кроме тою,
удивительная способность расска­
зывать интересные истории.
Он отлично знал Урал, и самой
любимой темой неизменно оказы­
вались русские мастера, творящие
красоту из различных камней, ко­
торыми так богат Урал — «ка­
менный пояс» нашей страны. Те­
перь все знают доброго старичка,
это Павел Петрович Бажов, автор
поэтической книги «Малахитовая
шкатулка».
Бажов как бы подслушал голос
народа. Пели издавна в народной
песне о драгоценных уральских
камнях:
Вы на девушках
да на молодушках
Воссияете дугой-радугой.
Во сережках-то переливчатых,
Во колечушках искры мечете...
А один из описанных Бажовым
мастеров делился своими наблю­
дениями:
«Я из окошечка на ту вон по­
лянку гляжу. Она мне цвет и узор
кажет. Под солнышком одно ви­
дишь, под дождиком другое. Вес­
ной так, летом иначе, осенью посвоему, а все красота. И конца
краю красоте не видится».
Нож-закладка для книги
__
103
Коробочка-репка
Издавна на Руси любили ка­
мень, и не только драгоценный,
граненый, который ше,п на укра­
шения — мужчинам
оружии, а
женщинам нарядов. Нет, в широ­
ком ходу был и простой белый ка­
мень, тот самый, который дал
одно из имен нашей древней Мо­
скве — «белокаменная».
В Киеве rip и строительстве Со­
фийского собора русские и укра­
инские мастера создали прекрас­
ные образцы рельефной каменной
резьбы.
На саркофаге Ярослава
Мудрого, высеченном из белого
мрамора, можно увидеть искусно
сделанных птиц, сидящих на де­
ревьях. рыб, растения. Украшение
белым камнем зданий достигло в
Москве и других русских городах
высокого художественного уровня.
Вспомните хотя бы Дмитровский
собор во Владимире, церковь По­
крова на Нерли, Георгиевский со­
бор в Юрьеве Польском, башни
Кремля, его Грановитую палату и
Теремной дворец и многие другие
сооружения. Много искусных из­
делий из камня создано на гра­
нильной фабрике в Петродворце
( Петергофе).
В наши дни на Урале продол­
жают создавать украшения и су­
вениры из малахита, яшмы, агата,
нефрита, лазурита и других кам­
ней. Широко применяют камень
ювелиры Москвы и других горо­
дов.
Неподалеку от Арзамаса
(Горьковская область) выпускают
резные скульптуры из так назы­
ваемого
мягкого
камня — золотистого
селенита,
гипсового и
талькового камня.
Потомки воспетого Бажовым
Данилы-камнереза
по-прежнему
творят красоту,
( Ю . Арбат. «Красота вокруг нас».
М.,
1962)
знаете пивы.что
... З А Б О Р — достаточно мирное сооружен tie. Но происхождение
этого слова далеко не мирное.
В древности оборнительные сооружения делались главным образом
из земли и дерева. Простейшими были вбитые или вкопанные сплош­
ные ряды бревен или кольев. Сегодняшнее слово «забор» и напоми­
нает нам об этих рядах вкопанных кольев. В словах бор, забор, обо­
рона, броня— общая основа.
... когда-то на Руси соль была очень дорогой. За столом солонка
стояла около хозяина, и он сам сыпал гостям соль, причем больше
тому, кого больше уваж ал и любил. Стараясь угодить гостю, он нередко
пересаливал. Вот почему до наших дней сохранилось выражение
П Е Р Е С О Л И Т Ь в смысле перестараться.
А незнатные люди часто и вовсе не получали соли. Поэтому «несо­
лоно хлебавши» означает встретить плохой прием.
... выражение Н Е П У Т Е В Ы Й
ЧЕЛО ВЕК
очень древнее. При
дворах князей были разные должности. Должность тогда называлась
«путь». Говорили: «путь соколиный», «путь ловчий», «путь коню­
ший» и т. д. Бояре домогались у князя пути-должности, но не все ее
получали. О том, кто не имел должности при княжеском дворе, с пре­
небрежением говорили: «непутевый человек».
104