Гарбузняк Виктория Борисовна. Функционирование неконвенциональных лексических единиц в произведениях Жан-Кристофа Гранже

Powered by TCPDF (www.tcpdf.org)
4
Аннотация
Выпускная квалификационная работа на тему: «Функционирование
неконвенциональных лексических единиц в произведениях Жан-Кристофа
Гранже».
Объем ВКР: 93
Количество использованных источников: 51
Ключевые слова: арго, арготизм, просторечие, обсцентизм, инвектива,
функционирование
некодифицированных
лексических
единиц,
методы
семантизации арготизмов.
Настоящее исследование было проведено в рамках лингвостилистического
направления. Были рассмотрены такие теоретические вопросы как, в частности,
разновидности
арго
проанализированы
и
арго
как
особенности
компонент
художественного
функционирования
текста;
неконвенциональных
лексических единиц в произведениях Жан-Кристофа Гранже «Пассажир» и
«Мизерере». Был составлен словник арготизмов на основе исследуемых романов.
Цель
данной
работы:
выделение
особенностей
функционирования
некодифицированной лексики в произведениях Жан-Кристофа Гранже, а именно –
в романах «Пассажир» и «Мизерере».
Объект исследования: художественный текст.
Предмет исследования: неконвенциональная лексика в произведениях ЖанКристофа Гранже.
Для решения поставленных задач были использованы следующие методы
исследования: сравнение, обобщение, классификация и анализ.
Материалом исследования послужили романы Жан-Кристофа Гранже
«Пассажир» и «Мизерере».
Настоящая работа включает в себя введение, две главы, заключение и
список используемой литературы.
Результатом
исследования
является
отбор
определенного
корпуса
некодифицированных лексем и представление их полиаспектной характеристики,
5
а также словник арготизмов, составленный на базе проанализированных
произведений.
Практическая реализация данной выпускной квалификационной работы
заключается в том, что результаты данного исследования могут быть
использованы в учебном процессе в качестве теоретической базы для студентов
филологического факультета и факультета иностранных языков.
6
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ ............................................................................................................. 7
ГЛАВА 1. ЛИНГВОСТИЛИСТИЧЕСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
НЕКОНВЕНЦИОНАЛЬНОГО ВОКАБУЛЯРА НАЦИОНАЛЬНОГО ЯЗЫКА .. 10
1.1. Французские арго: проблемы терминологической номинации .................... 10
1.1.1. Статус французского общего арго («argot commun») ................................. 14
1.1.2. Арго социальных и профессиональных групп ........................................... 23
1.1.3. Ненормативная лексика французского языка.............................................. 32
1.2. Арготический компонент художественного текста ....................................... 40
ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 1. ...................................................................................... 50
ГЛАВА 2. АНАЛИЗ НЕКОНВЕНЦИОНАЛЬНЫХ ЛЕКСИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В
РОМАНАХ ЖАН-КРИСТОФА ГРАНЖЕ «ПАССАЖИР» И «МИЗЕРЕРЕ»...... 52
2.1. Жан-Кристофе Гранже: биографическая справка, особенности арготического
вокабуляра............................................................................................................... 52
2.2. Семантическая и частотная структура словаря арготизмов произведений ЖанКристофа Гранже .................................................................................................... 58
2.3. Способы введения и семантизации арготизмов в романах Жан-Кристофа
Гранже ..................................................................................................................... 73
2.4. Стилистический эффект арготизмов .............................................................. 76
ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 2. ...................................................................................... 82
ЗАКЛЮЧЕНИЕ .................................................................................................... 84
Список использованной литературы………………………………………….....88
7
ВВЕДЕНИЕ
Данная
работа
посвящена
функционированию
неконвенциональных
лексических единиц в произведениях Жан-Кристофа Гранже. За основу были
взяты романы «Пассажир» и «Мизерере». Внимание сконцентрировано на
французском языке. В работе рассматриваются теоретический и практический
аспекты проблемы данной области. Помимо этого, в работе представлен,
составленный на базе исследуемых произведений, словник арготизмов.
Актуальность выбранной темы заключается в том, что несмотря на
многочисленные исследования в области социолингвистики данный пласт
лексики все еще до конца не изучен. Арго — динамичная лексическая система,
которая постоянно эволюционирует. Существует много разновидностей арго,
вокабуляр
которых
постоянно
пополняется.
В
современном
мире
прослеживается тенденция к проникновению неконвенциональных лексических
единиц в речевой обиход населения.
Известно, что художественная литература в диалогах персонажей отражает
разговорную речь. Так, в текстах современной художественной литературы
присутствует обилие неконвенциональной лексики.
Цель
работы
состоит
в
том,
чтобы
выделить
особенности
функционирования неконвенциональных лексических единиц в произведениях
Жан-Кристофа Гранже, а именно – в романах «Пассажир» и «Мизерере».
В ходе работы будут выполнены следующие задачи:
1) дать определение французскому арго;
2) определить статус французского общего арго;
3) ознакомиться с арго социальных и профессиональных групп;
4) отметить особенности ненормативной французской лексики;
5) рассмотреть арго как компонент художественного текста;
6) исследовать функционирование неконвенциональных лексических
единиц в произведениях Жан-Кристофа Гранже «Мизерере» и «Пассажир»;
8
7) составить словник арготизмов на основе исследуемых произведений и
рассмотреть его семантическую и частотную структуру;
8)
определить
способы
введения
и
семантизации
арготизмов
в
исследуемых произведениях;
9) определить стилистический эффект арготизмов, использованных
автором.
Объектом исследования является художественный текст.
Предметом исследования – неконвенциональная лексика в произведениях
Жан-Кристофа Гранже.
Материалом исследования послужили романы Жан-Кристофа Гранже
«Пассажир» и «Мизерере».
Теоретической базой исследования стали работы отечественных и
зарубежных авторов, в числе которых Э.М. Береговская, Т.И. Ретинская, А.И.
Ускова, Н.А. Цыбульская, С.П. Ячменева, О.В. Паршуто, Л.М. Ермакова, Л.В.
Аминова, Д. Сабо и другие.
В ходе работы применялись такие методы, как сравнение, обобщение,
классификация и анализ.
Новизна работы состоит в анализе и систематизации неконвенциональных
единиц согласно их функционированию в произведениях Жан-Кристофа Гранже,
а также в составлении словника арготизмов на базе исследуемых произведений.
Теоретическая значимость работы состоит в том, что она вносит вклад в
изучение языка арго, а также в развитие вопроса о функционировании данных
лексических единиц в художественной литературе.
Практическая значимость работы заключается в том, что результаты
данного исследования могут быть использованы в учебном процессе в качестве
теоретической базы для студентов филологического факультета и факультета
иностранных языков.
Выпускная квалификационная работа состоит из введения, двух глав,
заключения, списка использованных источников и литературы. Во введении
9
обоснована актуальность выбранной темы, сформулированы цель, задачи,
предмет
и
объект
исследования,
отражена
научная
новизна
работы.
Теоретическая глава включает в себя две части. Первая часть главы состоит из
трех пунктов и посвящена разновидностям неконвенциональных лексических
единиц; вторая – арготическому компоненту художественного текста. В
практической части производится анализ неконвенциональных лексических
единиц
в
романах Жан-Кристофа
Гранже
«Пассажир» и
«Мизерере»,
рассмотренных в первой главе. В заключении приводятся выводы по
проведенному исследованию. Список источников и литературы состоит из 51
наименования.
10
ГЛАВА 1. ЛИНГВОСТИЛИСТИЧЕСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ
ИССЛЕДОВАНИЯ НЕКОНВЕНЦИОНАЛЬНОГО ВОКАБУЛЯРА
НАЦИОНАЛЬНОГО ЯЗЫКА
1.1. Французские арго: проблемы терминологической номинации
Язык – это знаковая система, являющаяся инструментом отражения
эмоций, мыслей, желаний, необходимая для осуществления коммуникации.
Орудием языка является лексика. Лексический уровень языка — наиболее
гибкий и открытый, он больше других уровней склонен к изменениям. Лексика
делится на литературную и нелитературную. В литературной выделяют:
книжную, бытовую и нейтральную лексику. Литературный язык может
претерпевать изменения под влиянием диалектов, в силу вкраплений в него
иностранных слов, вследствие расшатывания литературных норм. Однако,
наиболее полно и быстро языковые тенденции находят отражение в разговорном
языке. Нелитературная лексика, по большей степени, зарождается в условиях
быта, во время профессиональной деятельности. К этому виду лексики можно
отнести: просторечие, ненормативная лексика, профессионализмы, арго.
Профессионализмы
–
лексические
единицы,
представленные
специфическими терминами, естественно употребляемыми в рабочей среде
представителями определенной профессии.
Просторечие – распространенные в разговорной речи лексические
единицы, нередко свойственные речи малообразованных носителей языка и
значительно
разнящиеся
с
общепринятыми
литературными
языковыми
формами.
Ненормативная лексика – негативно окрашенная лексика, находящаяся за
приделами норм литературного языка.
Термином арго (argot) принято обозначать систему эмоциональноэкспрессивной
лексики,
служащую
для
коммуникации
определенной социальной или профессиональной группы.
между
членами
11
Д. Сабо дает следующую трактовку термина арго: «это язык закрытый для
посторонних, непосвященных, язык замкнутого круга лиц, и «чужие» в этот круг
никогда не смогут войти. Данные арготизмы не используются за пределами
группы» [50].
Французское арго имеет богатую семивековую историю. В 1455 году
появился первый словарь арготизмов, в который вошли слова, используемые
одной из бродячих групп, называемой «Coquillards», что в переводе означает
«Нищие» или «Воры». Существует немало вариантов происхождения слова арго.
По мнению А. Доза, термин происходит от старого провансальского слова argaut
(«старая одежда»). Однако, позже исследователь говорит о глаголе argoter
(«попрошайничать») [50]. Лингвист Дюбуа придерживается точки зрения, что
истоки восходят к старофранцузскому глаголу hargoter («ссориться») [50]. Таким
образом, целесообразнее рассматривать арго, как слово неизвестной этимологии.
Является бесспорным тот факт, что термином «арго» раньше означали не только
специальный язык, но и сообщество нищих и преступников. Арго как тайный
язык криминальных групп появляется в конце XVII века и на протяжении двух
столетий закрепляет за собой именно это значение. В 1924 году А. Доза дает
первое определение арго, в котором говорится о данном термине, как о языке
преступников [50]. В тот период, арго выступает в качестве языкового барьера
против полицейских, судей, тюремных охранников, выполняя криптолалическую
функцию. Деклассированные элементы – жулики, воры, бродяги успешно
использовали секретный язык в целях конспирации, при осуществлении
незаконной деятельности. Им необходимо было сделать свою речь максимально
непонятной для посторонних, чтобы скрыть следы совершенных преступлений
и не дать огласку намечающимся злодеяниям. В дальнейшем элементы арго
стали просачиваться в речь представителей различных профессий – торговцев,
ремесленников, каменщиков. Так, к основной функции арго добавляется
опознавательная или репрезентативная. Специалисты той или иной профессии
начинают узнавать друг друга – арготизмы выступают в качестве пароля.
12
П. Гиро, говоря об арго, упоминает о проникновении этого явления в
разговорную речь. По его мнению, люди начинают использовать арготизмы,
чтобы выделиться из толпы. Так, первоначально тайный язык преступников
постепенно социализируется [50].
Н. Боннар, в свою очередь, указывает на использование арготизмов с
целью удивить собеседника и в последствии говорит об игровой функции арго
[50].
По мнению Д. Франсуа-Жежер, функционирование арготизмов может
носить двойственных характер. Он ссылается на криптолюдическую функцию
арго. Использование арготических элементов происходит не столько для
конспирации,
сколько ради развлечения
удовольствие
посредством
Арготирующие
[50].
словотворчества
и
от
получают
заинтригованности
собеседника.
Постепенно криптолалическая функция ослабевает и арго практически
полностью
теряет
связь
с
преступностью.
Исключение
составляет
криминогенная среда, где неконвенциональный вокабуляр до сих пор выполняет
роль шифра, с целью замаскировать сообщение от полицейских или
«непосвященных».
Людическая или игровая функция арго выходит на первый план, позволяя
арготирующему задействовать весь потенциал словотворчества. Арго проникает
в музыку, кино, литературу.
Элементы арго начали употребляться авторами художественных текстов
около двух столетий назад. Арготический «взрыв» произошел в XIX веке.
Нельзя сказать, что внедрение арго в литературу прошло безболезненно. Многие
лингвисты и писатели отнеслись к этому явлению критично, опасаясь
негативного влияния арго на литературные нормы французского языка. Однако,
сейчас арго предстает не как проявление грубости, а как проявление народной
мудрости, яркости, живости, выразительности.
Сегодня арго – емкий, многогранный термин. Зародившись в социальных
13
низах, арго эволюционировало до полисемичного термина, используемого во
всех слоях общества. В современной Франции имеет место некий «раскол»
между поколениями. Арго приобретает статус «нового французского языка» («le
nouveau français» или «молодежного французского» («les français des jeunes»), и
выступает в качестве «языка» французской молодежи. Оно используется
молодым поколением для придания речи оригинальности и в целях утаивания
подростковых
секретов
характеризуется
от
взрослых.
использованием
Данная
традиционных
разновидность
арготизмов,
речи
новых
арготических единиц и отклонением норм в плане грамматики. Старшее
поколение старается освоить этот псевдомодный язык с целью поддержания
контакта с молодежью [43].
Арго связано не только с возрастным фактором, но и с социальнополитическим. Особый интерес представляет речь жителей кварталов, окраин
больших городов.
Представители
данного
контингента
часто
являются
неграмотными, среди них имеются лица, плохо владеющие французским
языком. К арготической основе данного слоя населения примешивается пласт
региональных говоров и заимствованная лексика. Он является настолько
объемным, что в лингвистике появился новый термин («la langue des cités») –
«язык окраин». Знаменательным в арготологии можно считать появление такого
термина как «общее арго» («argot commun»). Данный термин обозначает
масштабный и общедоступный арготический обиход. Возникновение данного
явление связано со смешением возрастных групп в профессиональной сфере,
влиянием СМИ, языковой модой, а также с демократизацией общества [1].
На основании этого можно сказать, что в настоящее время во французском
языке понятие арго используется намного шире, чем раньше, и обозначает не
только язык криминальных элементов. В современной лингвистике данный
термин означает язык определенной социальной, профессиональной группы,
обладающий конспиративной и игровой функциями и определенным словарем.
Исходя из этого можно сделать следующие выводы:
14
1. Лексика является основным инструментам языка. Ее составляют литературная
и внелитературная лексика. Внелитературная лексика реализуется в разговорном
языке
и
представлена
просторечием,
ненормативной
лексикой,
профессионализмами и арго.
2. Под термином арго понимают закрытую эмоционально-экспрессивную
лексическую систему, которая служит средством коммуникации между членами
определенной социальной или профессиональной группы.
3. Первостепенной функцией арго являлась конспиративная. Далее добавились
такие функции как опознавательная и игровая. В современном мире
конспиративная функция постепенно отходит на задний план и используется в
основном в преступных кругах.
4. Современное арго эволюционировало до полисемичного термина. Таким
образом, арготизмы присутствуют, как в лексике определенных социальных или
профессиональных групп, так и в повседневной речи различных слоев общества.
Из этого следует, что наряду со специальным (профессиональным, социальным),
выделяют также и общее арго (argot commun). Второе трактуется, как
общепризнанная арготическая система, широко используемая различными
слоями населения.
5. Вследствие раскола в современной Франции в области социолектов поколения
арго приобретает статус «нового французского языка» («le nouveau français» и
выступает в качестве «языка» французской молодежи.
6. Арго связано с социально-политическим фактором. Арго жителей кварталов,
окраин больших городов имеет свои особенности. Так, в лингвистике появился
новый термин («la langue des cités») – «язык окраин».
7. Современное французское арго многогранно и постоянно эволюционирует. У
каждой разновидности арго есть свое определение и свои уникальные черты.
1.1.1. Статус французского общего арго («argot commun»)
Начиная со второй половины XX
века под
влиянием СМИ и
15
стандартизации моды формируется новый тип арго – общее арго. Оно
пронизывает все сферы общества, просачивается в повседневную речь
носителей языка. Элементы общего арго всплывают в текстах песен, в репликах
киногероев и персонажей художественной литературы. Это явление набирает
огромные масштабы и охватывает всю страну [1].
Под термином «общее арго» понимается широко распространенная и
общедоступная речевая микросистема, это арготические лексические единицы и
словосочетания, употребляемые различными слоями населения.
Арготические единицы характеризуются новизной, оригинальностью и
являются более экспрессивными синонимами слов, входящих в литературный
язык. В составе общего арго присутствуют слова самого разного происхождения.
Среди них можно выделить заимствования из других языков (английского,
испанского,
арабского),
заимствование
производные
некодифицированной
от
слов
лексики
литературного
различных
языка,
субкультур,
преступных группировок, из сферы наркобизнеса. Однако, в настоящее время
словарь общего арго стал заметно реже пополняться за счет лексики арго
наркоманов и преступников. Немалую роль в образовании новых элементов
общего арго играют единицы литературного языка. Так, часто возникают
дериваты, образованные от основ слов, являющихся литературной нормой.
Процесс
трансформации
происходит
посредством
различных
словообразовательных моделей. Одним из модных способов образования арго
является верлан – «вывернутое наизнанку» слово. Механизм словообразования
верлана достаточно прост, но и в этой системе есть свои отклонения от «нормы».
Так, например: meuf – femme. Появление новых общеарготических единиц
также происходит и при помощи самих арготических единиц, так, например:
keuf –flic.
Стоит также отметить появление ряда словообразовательных гнезд.
Например: merde – merder – emmerde – emmerder – emmerdeur. Особенностью
общего арго является богатая синонимия к уже существующим арготическим
16
единицам.
В
настоящее
время,
количество
источников
общего
арго
уменьшилось. Новые лексические единицы появляются на основе уже
имеющихся – происходит эволюция уже существующих лексем.
По мнению многих лингвистов, изучение общего арго весьма актуально,
поскольку значительная часть общеарготических единиц может получить статус
литературной нормы. Некоторые полагают, что критерием причисления того или
иного арготизма к общему арго может выступать использование данных
лексических единиц в СМИ. Поскольку медиа довольно часто употребляют
молодежные арготизмы, данные лексические единицы быстро распространяются
в речевом обиходе населения, пополняя списки общеарготической лексики.
Немало
исследователей
считает
это
основание
недостаточным.
Так,
употребление арготической лексики в средствах массовой информации не
является абсолютным показателем общего арго. Однако, не стоит отрицать тот
факт,
что
циркулирование
элементов
арготической
лексики
в
медиа
благоприятствует проникновению этих лексических единиц в разговорный
обиход. В настоящее время, в лингвистике все еще не разработана специальная
система, выделяющая критерии причисления неконвенциональных лексических
единиц к общему арго. Лингвисты лишь обозначают определенные признаки,
позволяющие отнести тот или иной арготизм к общему арго [43].
В настоящее время употребление арго стало настолько привычным
явлением, что многие арготизмы были включены в общие словари. Если
просмотреть словари «Le petit Robert» или «Larousse», можно обнаружить такие
слова, как «boulot», «bosser» – связанные с лексикой категории «работа». Общее
арго дополняет национальный французский язык фамильярными нотками.
Среди тех, для кого французский является родным языком маловероятно
обнаружатся те, кто ни разу не употреблял общие арготизмы в своей речи и те,
кто не знаком с данной лексикой. Это позволяет говорить о том, что лексические
единицы из общего арго не являются просторечными словами. Напротив, это
слова, твердо устоявшиеся в устной речи населения, в которой по большей мере
17
исчезли социально-классовые различия. Арготизмы настолько глубоко пустили
корни в разговорный обиход, что многие лексикографы спорят, считается ли до
сих пор то или иное слово арготизмом или уже нет и ломают голову над тем,
какой ярлык ему присвоить.
Общее арго – значительный пласт лексики, утративший признак
закрытости и обособленности. Общее арго, несмотря на «генетическое» родство
с
традиционным,
не
является
социально
ограниченным,
герметичным
лексическим комплексом и не выполняет криптолалическую функцию. Переходя
в зону общего арго традиционные арготизмы теряют свой узкий социальнопрофессиональный характер и становятся понятными для всех жителей
территории.
Общеарготическая лексика не привязана к каким-либо социальным рамкам
будь то возраст, род деятельности. Его употребляют люди разного социального
статуса и различной степени образованности. Арго можно услышать, как из уст
человека технической специальности, так и от гуманитария. Использование
арготических лексических единиц в речи филологов, политических деятелей,
официальных лиц перестало быть редкостью.
Употребление
арготизмов
в
сфере
бытовой
коммуникации
разновозрастными носителями языка – более весомый показатель приобретения
термином статуса «общее арго».
старшего
поколения
зачастую
Появление элементов общего арго в речи
происходит
за
счет
внутрисемейной
коммуникации с представителями младшего поколения, которые активно
используют данную лексику. Единицы общего арго носят эмоциональноэкспрессивный характер и используются с целью выражения чувств и оценки
говорящего. Данные лексические единицы употребляются для выражения как
положительных,
так
и
отрицательных
эмоций.
Негативно
окрашенные
арготизмы позволяют говорящим снять эмоциональное перенапряжение.
В процессе неформальной межличностной коммуникации единицы
общего арго рассматриваются, как нормативные, так как доступны всем
18
коммуникантам и по степени общепонятности практически равнозначны
единицам, соответствующим литературной норме. В силу своей нормативности
элементы общеарготической лексики обеспечивают при общении понимание
информации независимо от того, к какой социальной группе принадлежит тот
или иной собеседник. Общее арго так или иначе может быть непонятно
иностранцам, даже если те владеют языком на хорошем уровне. Также элементы
общего арго могут стать преградой к абсолютному пониманию коммуниканта,
если собеседник не совсем в «теме», например, люди старшего поколения.
Говоря о нормативности арготизмов, стоит подчеркнуть, что в межличностном
общении
употребление
единиц
общего
арго
уместно
и
не
создает
коммуникативного напряжения. В речи говорящих, элементы общего арго в
основном появляются бессознательно – во время непринужденной беседы, когда
обстановка для собеседников становится максимально естественной.
Когда
коммуниканты напряжены, они стараются заменять арготизмы эквивалентами
литературных слов.
Общее арго не редко используется в качестве языковой игры. Говоря об
общем арго Д. Франсуа-Жежер подчеркивает потерю традиционным арго его
центральной функции – конспиративной, и выносит на первый план игровую и
эстетические
функции.
Затрагивая
вопрос
распространенности
и
общеупотребительности общего арго, исследователь уточняет, что данные
арготические элементы не подходят для употребления в абсолютно любой
ситуации [50]. Использование данных языковых элементов в официальной речи
ограничено за счет присутствия определенных норм и стандартов.
Э. Партридж выделяет следующие причины употребления общих
арготизмов: получить удовольствие от словотворчества, поупражняться в
остроумии и юморе, выделиться из толпы. По мнению лингвиста, общее арго
находится в тесной связи с литературным языком – он его обновляет, обогащает
[50].
В нижеприведенной таблице (1) представлены примеры общеарготической
19
лексики с эквивалентами литературного языка.
Общее арго
Литературная норма
Un boucan
Un bruit
Un pote
Un copain
Un portable
Un téléphone de poche
Un bahut
Un lycée
Une meuf
Une femme
Un trac
Une peur
Bosser
Travailler
Un fric
Un argent
Un toubib
Un médecin
Une bagnole
Une voiture
Des clopes
Des cigarettes
Y en a marre
J'en ai assez
Dab
Père
Dabesse
Mère
Общее арго тесно переплетен с разговорным языком. Схожей чертой
обладает французское просторечие. Как и общеарготические лексические
единицы, просторечные слова понятны всем носителям языка и нередко
получают статус нормативности. Часто сложно определить к чему относится то
или иное слово – к просторечию, к общему арго или к разговорному языку.
Просторечные слова считаются разновидностью разговорной речи. Границы
между арго и просторечием довольно зыбкие.
Разграничить
разговорную
и
просторечную
лексику
помогает
стилистический подход. Просторечие от разговорного языка отличает некая
грубость и фамильярность [44].
20
Просторечие
можно рассматривать
в узком
смысле
–
как речь
малообразованных людей, и в широком – как совокупность экспрессивной,
стилистически сниженной лексики.
На протяжении длительного времени, просторечие использовали в
речевом
обиходе
только
люди
низших
слоев
общества.
Французский
национальный язык выстраивался во время становления французской нации.
Общество было разбито на социальные страты. С появлением стандарта
литературного
языка,
представители
высших
кругов
пользовались
кодифицированным языком, в то время как простолюдины использовали в
разговорном обиходе просторечие. Просторечие было языком социальных низов,
который представлял собой совокупность элементов ненормативной лексики,
избегаемой носителями литературного языка. Однако, в современном мире
ситуация изменилась – просторечие утратило былой статус. Сегодня даже
высокообразованные люди, в непринужденной речи позволяют себе употреблять
элементы просторечной лексики, что раньше было недопустимым [24].
В последние десятилетия сфера употребления просторечия постоянно
расширяется. Единицы просторечной лексики встречаются не только в бытовом
общении, но и в СМИ, интернете, и даже в текстах художественной литературы
и в публичной речи.
Современное французское просторечие по своему лексическому составу
неоднородно. Это связано в основном с тем, что просторечие охватывает
значительный спектр коммуникативных сфер, употребляясь разными слоями
населения, как в быту, так и во время профессиональной деятельности. К
просторечию присоединяются лексические единицы из других языков и
элементы арго различных социальных и профессиональных групп. В состав
просторечия
входит
арготично-просторечная,
диалектно-просторечная
и
разговорно-просторечная лексика. Однако, следует упомянуть, что диалект и
просторечие – это разные вещи. На употребление просторечия не влияет
территориальное расположение [37].
21
В большинстве случаев просторечная лексика образуется способами
метафоризации, верланизации. Новые слова могут иметь как краткую форму, так
и более длинную, состоящую из множества слогов, с использованием
разнообразных суффиксов [16].
Экспрессивность
просторечия
усиливается
за
счет
употребления
различных вульгаризмов. В некоторых случаях сниженная лексика имеет
нейтральное значение и произносится говорящим бессознательно. С течением
времени некоторые слова, считающиеся раннее «неприличными», утратили
исходное значение и наоборот. Так, глагол «baiser» – который имел
положительную семантику – «целовать», в последнее время приобрел
вульгарный оттенок. Теперь, французы стараются заменять его относительно
синонимичными глаголами «embrasser» (дословно, обнимать) и «biser»
(чмокать), что в некоторых ситуациях выглядит нелепо [8].
Просторечная лексика выполняет не только эмотивную функцию, но также
и номинативную и функцию экономии языковых средств. Этот пласт лексики
характеризуется
фамильярных
эмоционально-речевым
отношений.
В
полем
большинстве
дружеских
своем
и
просторечные
иногда
слова
используются людьми младшего поколения в коммуникации со сверстниками,
однако, находясь в состоянии повышенной эмоциональности, молодежь может
употреблять их и в присутствии взрослых. Использование просторечия может
говорить о нравственной позиции говорящего. В общении с родителями
подростки отдают предпочтение нейтральным просторечным лексическим
единицам [30].
В
нижеуказанной
таблице
(2)
приведены
примеры
французского просторечия с литературным эквивалентном.
Просторечие
Литературная норма
Un artiche
Un argеnt
Une bаrbe
Un ennui
современного
22
Un canard
Un journal
Une étiquette
Une orеille
Un fusil
Un estomac
Des harnais
Des vêtements
Mousser
Etre en colèrе
Une panаde
Une misère
Un pêpin
Un accident
Piger
Comprеndre
Pоmmader
Flatter
Un ranton
Un arаbe
Un rififi
Un scandale
Une sacаgne
Un couteau
На основании всего вышесказанного можно сделать следующие выводы:
1. Под общим арго понимается открытая, широко используемая и понятная всем
носителям
языка
речевая
микросистема.
Соответственно,
употребление
общеарготической лексики не зависит от возраста, социального статуса
говорящего
и
уровня
его
образования.
Общее
арго
имеет
статус
«вседоступности» за счет отсутствия криптолалической функции. Основными
функциями общего арго являются экспрессивная и игровая.
2. Общее арго в основном используют люди молодого поколения. Появление
элементов общего арго в речи старшего поколения часто связано
с
внутрисемейным общением с представителями молодежи.
3. В состав общего арго входят новые арготические единицы, старые арготизмы
традиционного арго и специальные лексические единицы, почерпнутые из арго
различных профессиональных групп, а также слова заимствованные из других
языков.
23
4. Общее арго носит нормативный характер, поэтому в процессе межличностной
коммуникации употребление общеарготических единиц признается уместным и
не создает коммуникативного напряжения. Однако, использование данных
языковых элементов в официальной речи ограничено, ввиду присутствия
определенных стандартов.
5. В настоящее время, в лингвистике все еще не разработана специальная
система, выделяющая критерии причисления неконвенциональных лексических
единиц
к
общему
арго.
Можно
обозначить
определенные
признаки,
позволяющие отнести тот или иной арготизм к общему арго. Сюда можно
отнести использование данных лексических единиц в СМИ.
6. Как и элементы общего арго, просторечные слова понятны всем носителям
языка,
используются
людьми
различных
социальных
групп
и
уровня
образованности, могут получать статус нормативности. Границы между общим
арго и просторечием довольно зыбкие.
7. По своему лексическому составу современное французское просторечие
является неоднородным. Это связанно с тем, что к нему присоединяются
лексические единицы из других языков и элементы арго различных социальных
и профессиональных групп.
8. Просторечная лексика полифункциональна и реализует следующие функции:
эмотивную, номинативную и функцию экономии языковых средств. Таким
образом, в современном мире общее арго и просторечие считаются языками
повседневного общения.
1.1.2. Арго социальных и профессиональных групп
Арго не является целостной системой, оно состоит из различных
микросистем. Арго идентифицирует речь представителей тех или иных
социальных и профессиональных групп. Каждая разновидность арго понятна
сравнительно
ограниченному
кругу
людей,
объединенных
одним
родом
деятельности или схожим образом жизни, интересами. Социальное арго ‒
24
вариация языка, которую используют различные социальные группы людей. К
арго социальных групп можно отнести арго школьников и студентов, которое
часто
объединяют
понятием
«молодежное
арго»,
воровское
арго,
арго
деклассированых элементов, арго наркоманов.
Если по возрастному критерию разбить арготирующее население на
группы, можно увидеть, что самой многочисленной группой окажется молодежь.
Что является неудивительным, поскольку для этого контингента использование
арготизмов является важной составляющей речи. Без арго не могут обойтись
большинство молодых людей.
Арго молодежи исследуется уже не одно столетие, поскольку вызывает
большой интерес у лингвистов за счет своей подвижности. В последние
несколько десятилетий молодежное арго, как феномен языка, набирает все
большее влияние [14], [25].
Арго молодежи многофункционально – оно выполняет людическую,
фатическую, парольную, солидаризирующую, депрециативную, эмотивную,
репрезентативную и конспиративную функции. Представители этого поколения
утверждают, что арготизмы помогают более четко передавать их мысли и чувства,
способствуют
лучшему
взаимопониманию
среди
сверстников,
позволяют
выражаться конкретнее и быстрее. Лингвисты изучающие молодежное арго
подтверждают, что использование арго помогает коммуникантам найти общий
язык, облегчает общение [34].
Исследователи также говорят о том, что арго позволяет молодым людям
поднять свой авторитет в глазах ровесников. Однако, использование арготизмов в
процессе коммуникации с более старшим поколением может повлечь за собой
трудности во взаимопонимании. Коммуникативный барьер возникает в результате
того, что взрослые часто не понимают семантику арготических элементов,
используемых подростками [17].
Р.А. Спиерс подчеркивает, что арго постоянно модифицируется как по
форме, так по содержанию, и по этой причине употребляется в речи молодежи,
25
так как именно этот пласт населения также склонен к стремительным изменениям
[41].
В молодежном арго, действительно, отражаются все происходящие в
обществе трансформации. Сегодня человек, не использующий в своей речи
арготизмы, считается «отставшим» от моды. Арго развивается вместе с
молодежью.
Арготический
Арго
молодежи
словарь
динамично
постоянно
и
постоянно
пополняется
новыми
эволюционирует.
элементами
и
обновляется, поскольку каждое новое поколение хочет отличаться от людей
предыдущего поколения. Так, часто одни арготизмы приходят, другие выходят из
употребления. Основным источником пополнения словаря молодежного арго
является заимствование из других языков, преимущественно из английского,
арабского и цыганского. Часто иноязычные слова короче французских, а
молодежь склонна к употреблению сокращенных вариантов слов, словосочетаний
и даже предложений. Также расширение вокабуляра происходит за счет
словообразования. Среди популярных способов образования слов можно
выделить верланизацию, аббревиацию (апокопу) [15], [22], [41].
В силу того, что молодежная речь достаточно экспрессивна, арго очень
эмоционально. Одна из особенностей арго молодежи, заключается в том, что
арготизмы могут передавать широкий спектр эмоций как положительных, так и
отрицательных. Так, арготические лексические единицы выражают: радость,
восторг, восхищение, удивление, гнев, досаду, раздражение. В молодежном арго
есть слова,
выступающие
синонимами,
омонимами,
антонимами
лексем
литературного языка. В плане синонимии арго молодежи обладает большим
количеством арготических эквивалентов слов литературного языка в разговорной
речи. Особенностью молодежного арго является и употребление фамильярных
арготизмов по отношению к социально значимым явлениям, которые уважаемы
обществом. В арго молодежи отмечается некоторая «зацикленность» на реалиях
мира молодого поколения.
Молодежь использует арго повсеместно – в общении со сверстниками, в
26
сфере быта и досуга, в сфере аксессуаров, а также для наименования
родственников
преподавателей,
учителей
для
обозначения
частей
тела.
«Внешность», «учеба», «любовь», «человек», «одежда», «деньги», «еда/питье»,
«дом», «досуг» – являются наиболее развитыми семантическими полями
молодежного арго. Однако, по сравнению с предыдущим десятилетием поля
«любовь», «одежда», «дом», «учеба» отходят на второй план, уступая
лидирующие
позиции
полям
«деньги»,
«еда/питье»,
«досуг»,
«одежда».
Современных французов больше заботит практическая сторона, нежели духовная.
Часто все сводится к удовлетворению базовых потребностей. Поле «учеба» теряет
позиции в связи со сложностью получения высшего образования. Французы
довольно экономичны, они свободно тратят деньги только на основные нужды,
отсюда популярность семантических полей - «еда/питье», «досуг», «одежда» [40],
[42].
Арго маргинальных криминальных элементов – занимает особое место в
языковой системе арго, поскольку именно преступный мир способствовал
рождению данного языка. Криминальная субкультура – группа людей, связанная с
преступным миром, придерживающаяся определенных обычаев, правил и норм,
поддерживаемых всеми членами объединения и имеющая свою атрибутику.
Особым элементом данной субкультуры является «криминальное общение».
Современное арго преступного мира отличается широкой распространенностью.
Так или иначе, несмотря на конспиративную функцию языка этой субкультуры,
арготизмы имеют свойство просачиваться за пределы замкнутого круга
преступного мира. В основном это происходит в местах лишения свободы, когда
надзиратели имеют возможность следить за общением заключенных. Так, нередко
сотрудники правоохранительных органов также начинают использовать в своей
речи арготические элементы. Таким образом, как бы по цепочке, арготизмы
доходят до законопослушных граждан и вклиниваются в их разговорный обиход.
Особенно эти лексические единицы популярны среди представителей молодого
поколения [13].
27
Арго
криминальных
групп
характеризуется
неоднозначностью
и
динамичностью. В среднем, изменения криминального арго происходят раз в
пятилетку. Вокабуляр преступников меняется по нескольким причинам. Вопервых, это происходит из-за того, что вследствие утечки арготизмов необходимо
придумывать новые слова для конспирации. Во-вторых, с силу влияния
социально-экономических изменений и научно-технического прогресса.
Язык криминальных групп строится по законам лексики и грамматики
общенационального языка. В него входят видоизмененные лексические единицы
литературной нормы, заимствования из других языков, просторечия, социальных
и территориальных диалектов. Слова, заимствованные из разговорного или
литературного языка, могут видоизменяться по принципу сходства или же
противоположности. Большое количество иностранных слов в криминальном
вокабуляре говорит о развитых международных связях в мире преступности.
Основная часть арготизмов отражает содержание и характер преступлений,
предметы и орудия, используемые в криминальной среде, способы избежания
наказания. Также арго обслуживает внутреннюю жизнь преступных элементов,
которая связана с дележкой вырученных денег, развлечениями и отношениями
интимного характера. Арго помогает преступникам самоутвердиться среди
«своих»,
а
также
почувствовать
превосходство
над
законопослушными
гражданами [18].
Часто арготизмы отражают мировоззрение говорящего. Криминальное арго
отличается обилием эмоционально-экспрессивной лексики. В сфере арго
криминальных субкультур выделяется воровское арго, арго проституток, арго
торговцев наркотиками, арго заключенных и другое арго [35].
С криминальным арго тесно связано арго наркоманов. Наркотики – товар
нелегальный, чтобы достать очередную дозу, наркозависимым приходится
прибегать к помощи преступного мира.
Арго
наркотической
субкультуры
характеризуется
социальной
ограниченностью. Арго наркоманов эмоционально экспрессивно окрашено.
28
Арготизмы используются с целью конспирации, чтобы утаить совершение
незаконных действий, а также с целью выявить «своих» среди «чужих».
Основным источником пополнения арготического словаря наркоманов
служит заимствованная лексика из другого языка – английского. Также
формирование лексического состава происходит за счет метафоризации слов
общенационального языка и путем словообразования – апокопы (ecsta – ecstasy).
В арго наркоманов присутствует широкий пласт лексических единиц из
криминального арго, ввиду их постоянной деловой коммуникации. Арготизмы
отражают предметы, признаки предметов, процессы, состояния [10].
Различают номинативную (1), утилитарную (2), мировоззренческую (3),
псевдо-эстетическую (4), игровую (5), агитационную (6), символическую (7),
опознавательную (8), конспиративную (9) функции реализации арго наркоманов:
1) номинативная функция превалирует над остальными в случае, если
арготизм был создан для обозначения реалии, действия, не имеющих
однословного названия в литературном языке или в профессиональной
лексической системе медработников и криминалистов. Ценность арго редко
сводится лишь к удовлетворению номинативных потребностей. Таким образом,
возникновения
неконвенциональных
единиц
связано
с
выполнением
определенных функций;
2) утилитарная функция характеризуется экономией речевых средств за счет
использования апокопы: аccro – accroche,
héro – héroïne, ecsta – ecstasy, tox-
toxicomane;
3-6) мировоззренческая, псевдоэмоциональная, игровая и агитационная
функции арго наркоманов тесно связаны между собой. Основные «ценности»
наркоманов – наркотик и достигаемый благодаря ему эффект. Так, вербализация
подобных вещей связана с их эстетизацией и созданием вокруг них таинственной
атмосферы – deal;
7) символической функцией прежде всего обладают слова, описывающие
приятные
ощущения
при
приеме
наркотиков,
действия,
связанные
с
29
употреблением наркотика: se shooter, se camer;
8) опознавательная функция арго наркоманов проявляется в том, что его
элементы способны служить индикатором вовлеченности использующих их
людей в коммуникативное сообщество, связанное с незаконным оборотом и
употреблением психоактивных веществ: dope, accro, shit, clope, shoot, poudre;
9) конспиративная функция включает в себя особую лексику, отражающую
нуждающиеся в сокрытии ситуации и зачастую непонятная обычным носителем
языка, что и делает элементы арго наркоманов средством конспирации [9].
На
фоне
арго
социальных
групп
значительно
выделяются
профессиональные арго. Н.А. Цыбульская дает следующее определение понятия
«профессиональное арго» – «это устный язык, который состоит из более или
менее произвольно выбираемых и видоизменяемых языковых единиц и
применяется отдельной социальной группой с целью языкового обособления от
остального социума» [45].
В отличие от общего арго, профессиональное арго является более закрытым
социальным диалектом.
Вместе с тем общеарготическая лексика часто
используется в профессиональных коллективах. Ее элементы либо остаются в
первозданной
графической
и
семантической
форме,
либо
претерпевают
семантические изменения в виде сужения, расширения или генерализации
общеарготического значения. Стоит отметить, что арготические лексические
единицы могут возникать в рабочей среде, а после проникать в общее арго.
Профессиональное арго выполняет четыре основные функции: репрезентативную
(желание заявить о себе коллегам), людическую (возможность реализации
словотворчества), криптолалическую (сокрыть информацию от непосвященных),
эмотивная (желание выразить чувства и переживания по поводу какой-либо
ситуации, показать свое отношение к проблеме) [31], [33].
Людическая функция играет большую роль в профессиональном арго.
Элемент языковой игры помогает разрядить напряженную обстановку в
коллективе, поднять настроение сотрудникам, вызвать положительные эмоции.
30
Арготизмы отражают отношение говорящего к начальству, к коллегам, к работе.
Юмористическая нотка языковой игры может нести в себе как обычную шутку,
так и насмешку, сарказм.
В.С. Виноградов дает следующее определение словесной игры – «это
творческий эксперимент перевоссоздания реальных языковых форм, который
может содействовать проникновению в суть явлений и освоению мира в его
смысловой перспективе» [7].
Главным источником пополнения профессионального арго выступает
переосмысление
слов
общенационального
языка.
Основным
словообразовательным механизмом выступает синонимическая субституция –
процесс, в ходе которого один образ на основе аналогии рождается из другого.
Привлекает арготирующих, за счет своей графической формы, и такой способ
словообразования, как редупликация [32].
Использование арго присуще любому профессиональному коллективу. Так,
существует арго шахтеров, священников, врачей, полицейских, ювелиров и т.д.
[2].
Ярким представителем профессионального арго является арго полицейских.
Арго
полицейских
семантические
с
поля
точки
–
зрения
«полицейский»,
семантики
включают
«физическая
сила»,
следующие
«оружие»,
«наказание», «преступник», «преступление», «смерть». Подбор данных полей
связан со спецификой работы. Арго полицейских изобилует количеством
синонимических цепочек, состоящих из 6 и более лексем (bleu – bourre – flic –
pandore – ripou – vache).
В арго полицейских много слов ироничного и скептичного характера.
Помимо специфической лексики выделяются лексемы общего употребления,
например: calibre – pistolet. В плане словообразования преобладает апокопа (tox –
toxicomane) и верлан (keuf – flic). Из образных средств наиболее популярной
выступает метафора, основанная на сравнении двух или более понятий.
Например: trou - тюрьма (дословно, дыра), neige – кокаин (дословно, снег). Также
31
арго профессиональной группы свойственно использование тропов – passer au
piano – снять отпечатки пальцев. Что касается морфологии, к наиболее
распространенным арготическим суффиксам можно отнести суффиксальные
морфемы -euse, -asse, -on [23].
Подведем итог вышесказанному:
1. Использование арго присуще той или иной социальной и профессиональной
группе. Конкретная разновидность арго понятна определенному кругу лиц,
объединенных одной рабочей специальностью или схожим образом жизни,
увлечениями.
2. Самой многочисленной группой, использующей арго, является молодежь,
поскольку арготизмы являются важной составляющей ее речи. Арго помогает
молодому поколению самоутвердиться среди сверстников, проще установить
дружеский контакт. «Деньги», «еда/питье», «досуг», «одежда» ‒ являются
самыми популярными семантическими полями арго молодежи.
3. Несмотря на конспиративную функцию криминального арго, единицы данного
пласта лексики распространены за пределами обозначенной группы. В основном
«утечка» арготизмов происходит в местах лишения свободы, где речь
преступников могут слышать представители правопорядка. В отличие от арго
других социальных групп вокабуляр криминального арго регулярно обновляется в
целях конспирации. В нем присутствует большое количество заимствованных
слов, что говорит о международном сотрудничестве преступных группировок, а
также видоизмененные слова литературной нормы, просторечия и т. д. В
основном
элементы криминального арго называют предметы и орудия
преступления, вещи, связанные с «внутренней» жизнью преступных элементов,
отражают характер злодеяния.
4. Арго наркоманов тесно связанно с криминальным арго. Поскольку наркотики
являются нелегальным товаром, наркоманам приходится пользоваться услугами
преступных элементов, а также использовать с целью конспирации специальный
закодированный язык, чтобы не угодить в руки правосудия. Арго наркоманов
32
свойственна лаконичность – поэтому многие слова образованы с помощью
апокопы. Большая часть лексики арготического словаря наркоманов заимствована
из английского языка.
5. Профессиональное арго – закрытый язык, используемый определенной
группой людей, объединенных одной профессией. Главными функциями
профессионального
арго
являются:
репрезентативная,
людическая,
криптолалическая, эмотивная функции. Основным источником пополнения
профессионального арго является переосмысление слов общенационального
языка.
1.1.3. Ненормативная лексика французского языка
Такой лингвистический феномен как ненормативная лексика – присущ всем
языкам и французский не является исключением. Ненормативная лексика – слова
и выражения, использование которых нарушает моральные устои общества.
Ненормативной считается обсценная и инвективная лексика. В.М. Мокиенко
полагает, что обсцентизмы и инвективы не являются идентичными понятиями,
однако, тесно переплетаются между собой. Лингвист подчеркивает, что под
обсценной лексикой понимаются грубые, безнравственные слова, используемые
говорящим спонтанно и выступающие в качестве реакции на непредвиденную,
часто неприятную ситуацию. В то время как инвективная лексика – слова,
направленные на оскорбление оппонента. Тем не менее В.М. Мокиенко говорит о
том, что иногда границы между обсцентизмами и инвективами бывают размыты,
поскольку то или иное слово может обладать различным оскорбительным
потенциалом, в зависимости от ситуации и интенции говорящего [29].
Обсценная
лексика
–
слова
и
выражения
матерного
характера,
отклоняющиеся от общепринятой литературной нормы и находящиеся по
отношению к нормативности в зоне «табу».
В последние несколько десятков лет, в силу тенденций совестного
упрощения, снижения ценностей духовной, культурной и социальной сфер,
33
ослабления морали использование обсценной и инвективной лексики набирает
обороты. Постепенно ярлык «табу» теряет силу и элементы ненормативной
лексики проникают в средства массовой информации, в речь публичных деятелей.
Несмотря
на
табуированность
обсцентизмов,
сферы
их
употребления
расширяются, происходит некая «легализация» данных лексических единиц на
страницах художественных текстов, на телевидении.
Речевые нормы той или иной социальной группы часто не соответствуют
литературным и моральным нормам. Особенно выделяется речь мужской
половины населения и молодежи. Люди употребляют элементы обсценной
лексики по разным причинам: для того, чтобы во время конфликтной ситуации
задеть оппонента, чтобы «выпустить пар», а также в качестве слов «паразитов»
для заполнения лакун, характерных для речевого общения. А.В. Кирилина
выдвигает
версию,
что
обсцентизмы
могут
использоваться
с
целью
доминирования. В таком случае, говорящий демонстрирует свое превосходство
над собеседником и показывает, что является хозяином положения [20].
Население
становится
все
более
толерантным
к
употреблению
обсцентизмов. Обсценная лексика может употреблять в положительном
контексте.
Постепенно слова, которые раньше выступали в плане агрессии,
приобретают характер оптимизации межличностных взаимоотношений, а также
в той или иной мере способствуют «сближению».
Иногда обсценная лексика используется с целью самовыражения, это
черта присуща молодежи. Молодые люди стремятся выделиться из толпы,
заявить о себе,
обсцентизмы
показать свою независимость.
чтобы
продемонстрировать
свой
Подростки используют
авторитет
в
компании
сверстников [20].
Обсценная лексика характеризуется экспрессивностью. Эмоциональность
еще в большей мере передается при переходе обсцентизмов во вторичные
междометия. Слово превращается в междометный возглас, выражающий спектр
самых разных чувств.
Экспрессия отражает отношение говорящего к
34
собеседнику, предметам, явлениям, событиям. В большинстве ситуаций
использование
обсцентизмов
связанно
с
отрицательными
эмоциями,
выражением злости, раздражения, разочарования, обиды. Однако, в последнее
время все чаще стали использоваться обсцентизмы с положительным зарядом.
Основной причиной распространения обсценной лексики в бесконфликтных
ситуациях считаются семантические факторы. Именно из-за семантической и
эмотивно-оценочной полифункциональности обсцентизмы получили такую
популярность в межличностном общении. Современные лингвисты утверждают,
что обсценная лексика, за счет своей экспрессивности, позволяет лучше и точнее
передать чувства и эмоции говорящего, нежели ее литературные синонимы. Мир
не стоит на месте, все меняется, появляются новые открытия. Вокабуляр
обсцентизмов постоянно пополняется, поэтому данные лексические единицы
могут в полной мере отражать современные реалии [9], [46].
Обсценная
лексика
многофункциональна
и
выполняет
следующие
функции:
1) эмотивную;
2) экспрессивную;
3) эстетическую;
4) директивную;
5) фатическую;
6) коммуникативную.
Директивная функция обсцентизмов отражает намерения говорящего
воздействовать на собеседника, побудить к действию. Фатическая функция –
функция установления контакта между коммуникантами. Коммуникативная
функция выступает в роли средства общения, привычного обмена языковыми
формами [19].
В.М. Мокиенко выделяет следующие тематические группы обсценной
лексики:
1) негативная характеристика личности;
35
2) части тела, на упоминание которых наложено «табу»;
3) процесс интимной близости;
4) физиологические функции;
5) «результаты» физиологических отправлений [11].
В последние десятилетия употребление инвектив заметно участилось как в
обычном бытовом общении, так и в СМИ, в художественной литературе. В
основном, распространение данного явления связано с демократизацией
общества и как следствие возможностью более свободного выражения мыслей,
независимо от характера их окраски.
Инвективы понимаются как несоответствующие литературной норме
сниженные лексические единицы, выражающие негативный спектр эмоций и
употребляющиеся, в большинстве своем, в конфликтных ситуациях.
Некоторые лингвисты понимают под инвективой – процесс речевой атаки,
в которой один человек вербально воздействует на другого с целью оскорбления
и унижения. Инвективы являются своеобразным средством характеристики
объекта, мотивированной ситуацией, внешностью и характером личности [4].
Обычно инвективная лексика помечается в словарях как «нецензурная».
Инвективы
являются
своеобразным
средством
характеристики
мотивированные ситуацией, внешностью и характером личности.
объекта,
Однако, в
последнее время статус данной лексики претерпел изменения. В некоторых
социальных группах инвективные лексические единицы считаются «не
принятыми», «запрещенными», в то время как в других их употребление
абсолютно приемлемо.
У французов существует условный список инвективных слов, в который
входит лексика, употребление которой строго неприемлемо в обществе, и
лексические единицы, использование которых допустимо в определенных
ситуациях. Стоит отметить, что понятие «допустимости» неоднозначно и
зависит от различных факторов, таких как: социальное положение, статус в
обществе, возраст. Главную роль в этом вопросе играет ситуация и контекст.
36
Ф.З. Нэджай говорит, что в использовании инвектив определяющим моментом
является гендер говорящего. Лингвист считает,
что основной процент
употребления
на
инвективной
лексики
приходится
мужскую
половину
населения [11]. В.Ю. Михайлин также подчеркивает связь употребления
инвентив с гендером человека, указывая на то, что данное явление больше
свойственно мужчинам [11].
Французские филологи рассматривают инвективную лексику с двух
позиций. С одной стороны, данную лексику используют с целью подчеркнуть то,
что оскорбляемый по каким-либо критериям отличается от остальных людей
(уровень
интеллекта,
раса,
пол,
национальность).
С
другой
стороны,
инвективная лексика затрагивает личностные ценности и качества.
Как правило, используя инвективные слова говорящий преследует цель
оскорбить, унизить собеседника. Однако, человек может употреблять инвективу
для того, чтобы дать выход негативным эмоциям и тем самым, получить
разрядку.
Основным
ресурсом
пополнения
инвективной
лексики
является
собственно национальный язык. В конфликтных ситуациях даже слова
соответствующие литературной норме, способны изменять семантику, становясь
оскорбительными. Ярким примером может служить инвективы означающие
названия животных (le cochon, la chienne). В состав инвективной лексики часто
входят бранные слова, восходящие к просторечию и арго.
Инвективная лексика реализует ряд различных функций:
1) катартическую;
2) конфликтогенную;
3) профанную;
4) подтрунивающую;
5) контактоустанавливающую;
6) аттрактивную;
7) функцию прерывания контакта;
37
8) функцию поддержания гендерной идентичности;
9) функцию инвективы как художественного приема;
10) функцию междометия и восклицания;
11) манипулятивную.
Наиболее часто инвективы выполняют катартическую — функцию
морального
разряжения,
конфликтогенную
функцию,
и
функцию
художественного и стилистического приема.
В.И. Жельвис предложил следующую классификацию инвективной
лексики:
1) богохульства;
2) ругательства, связанные с содержимым отхожих мест;
3) оскорбления, связанные с темой интимной близости;
4) оскорбления, затрагивающие семейные связи и указывающие на
незаконнорожденность [11].
И. Боннардель и Ю. Маттэю классифицируют инвективные лексические
единицы по расистскому и сексуальному признакам [11].
Классификация, составленная В. Н. Носовой выглядит подобным образом:
I. Инвективы, направленные на личность человека:
1) принижение морального достоинства;
2) девалоризация характерологических черт;
3)
отрицательные
высказывания
по
поводу
интеллектуальных
способностей;
4) физические характеристики, девалоризирующие коммуникатов.
II. Инвективы «социального характера»:
1) расовая дискриминация;
2)
оскорбления
сексуального
характера
и
на
почве
гендерной
принадлежности;
3) инвективы, связанные с профессиональными качествами;
4) инвективы, передающий агрессивный характер взаимоотношений
38
коммуникантов;
5) инвективы, обличающие безнравственные отношения.
III. Богохульства
IV.
Инвектива
как
средство
номинации
предметов
и
объектов
обесцененного материального мира [27].
Выделяют следующие компоненты инвектив:
1)
слова,
отражающие
негативное
отношение
к
антисоциальным
действиям;
2) слова с ярко выраженным отрицательным зарядом;
3) использованные в переносном значении названия профессий;
4) зоосемантические метафоры;
5) глаголы, имеющие осуждающее значение;
6) слова, выражающие отрицательную оценку чьей-либо личности;
7)
намеренно
созданная
«игра
слов»,
нацеленная
на
унижение,
оскорбление личности.
Отличительной чертой номинации и развития концепта инвективной
лексики
является
перформативное
выражение.
Концепт
получает
свое
конкретное развитие в лексических единицах, несущих в себе агрессию и
оскорбление. Согласно теории Э. Роша концепт инвективной лексики выглядит в
виде трехуровневой иерархии:
1) суперординатный – вершинный уровень, обладающий наивысшей
степенью абстрактности и основным концептуальным признаком;
2)
базовый
–
уровень,
обладающий
выраженной
конкретикой
концептуальных признаков;
3) субординатный – уровень, представленный конкретными концептами,
осуществляющими профилирование и вербализацию концепта в конкретном
речевом акте [26].
В большинстве случаев инвективная лексика используется молодежью в
силу их чрезмерной эмоциональности и вспыльчивости. В обществе разрешена
39
свобода слова и эта «свобода», трактуется молодыми людьми по-своему,
обуславливая
возникновение
ситуаций
потенциальной
разрешенности
инвективы и ее широкое использование в межличностном общении.
Реализация инвектив имеет некоторый стереотипный, универсальный
характер. Однако, на его вариативность влияют опыт человека и различные
социальные факторы.
Люди склонны к накоплению и использованию
определенного пласта лексических единиц, на который воздействует среда
обитания.
На основании всего вышесказанного можно сделать следующие выводы:
1. Ненормативная лексика – слова и выражения, не соответствующие нормам
литературного языка, а также противоречащие нормам общественной морали.
К ненормативной лексике относят инвективную и обсценную лексику.
Последние два понятия имеют схожие черты, однако, не являются идентичными.
Инвективы – это намеренно используемые слова, направленные на оскорбление
и унижение человека и употребляемые в большинстве случаев в конфликтной
ситуации, в то время как обцентизмами считаются слова матерного содержания,
которые, в основном, произносятся бессознательно, когда говорящий удивлен,
раздражен и т. д. Однако, не всегда ненормативная лексика несет в себе только
отрицательный заряд. В современном мире данное явление претерпело
изменение. Обсцентизмы могут употребляться в речи в качестве средства
общения. Некоторые молодые люди просто разговаривают между собой на этом
«языке» или употребляют с целью заполнения речевых лакун. Обсценная
лексика может обладать положительным зарядом и использоваться в моменты
радости, восхищения, чтобы в полной мере описать яркость и силу своих
эмоций. Инвективная лексика способна изменить свое негативное значение и
приобрести ласковый оттенок (salaud – mon salaud)
2. В последние годы все больше набирает обороты тенденция использования
элементов ненормативной лексики на телевидении, на радио, в печати, в речи
киногероев. Это происходит по большей степени для привлечения внимания
40
молодого поколения, у которого данная лексика так или иначе находится в
речевом
обиходе.
В
литературе
также
прослеживается
стремительное
просачивание ненормативной лексики в речь персонажей. Авторы используют
этот прием для того, чтобы максимально приблизить текст к живой речи и точно
передать эмоции персонажей. Также обсцентизмы и инвективы употребляются в
средствах массовой информации и в художественной литературе для создания
экспрессивного эффекта.
3. Ненормативная лексика используется в основном молодежью. Причиной этого
является повышенная эмоциональность молодых людей. Обсцентизмы и
инвективы
обладают
высокой
степенью
экспрессивности.
Так,
данные
лексические единицы помогают молодежи в полной мере выразить ее чувства.
4. Дается немало классификаций, касающихся типов инвективной лексики;
назовем их общие черты:
- слова, выражающие отрицательную оценку чьей-либо личности;
- богохульства;
- слова, отражающие дискриминацию по какому-либо признаку;
- ругательства, связанные с содержимым отхожих мест;
- оскорбления, связанные с темой интимной близости.
5. Инвективная лексика является полифункциональной. Наиболее реализуемые
функции инвектив это:
- функция морального разряжения;
- конфликтогенная функция;
- функция художественного и стилистического приема.
6.
Обсценная
лексика
чаще
всего
выполняет
эмотивную
и
контактоустанавливающую функции.
1.2. Арготический компонент художественного текста
Художественная
литература
—
это
разновидность
искусства.
Произведение данного жанра направлено на то, чтобы установить контакт с
41
читателем и вызвать у него эмоциональный отклик на описываемые в книге
события. Оно несет в себе не только какую-либо мораль, но и эстетику,
воздействуя как на ум читателя, так и на его чувства. Художественная
литература
моделирует
компонентом
реальные
культуры.
или
вымышленные
Художественное
отражение
миры,
является
окружающего
мира
реализуется посредством воображения писателя. Читатель видит вымышленную
вселенную
произведения,
словно
реальную.
Текст
приобретает
статус
произведения, выступая посредником между индивидом и окружающим миром.
Язык художественной литературы выступает в двух ипостасях: как язык
искусства и как отражение системы общенационального языка. Именно
литературный язык составляет основу языка художественной литературы.
Последний же включает в себя как литературные, так и внелитературные
средства общенационального языка. Современный писатель, работая над своим
произведением, формирует особый язык повествования, заключающий в себе
исключительное сочетание литературного языка и стилистически сниженной
лексики.
Эстетическая функция языка является одним из главных компонентов
художественной литературы
и отражает
художественный мыслительный
процесс. Для создания целостного образа необходимо использование большого
количества различного словесного материала.
Художественная речь понимает под собой трансформацию устной речи в
письменную. Персонажи произведений далеко не всегда говорят на языке
литературной нормы. Речь героев отражает их социальное положение и уровень
образованности. Так, помимо литературных элементов языка, художественная
речь будет так же включать арготизмы, просторечия и другие внелитературные
компоненты.
В
связи
со
неконвенциональная
своей
лексика
экспрессивностью
оказывает
и
воздействие
эмоциональностью,
на
художественную
литературу уже на протяжении двух столетий. Главной особенностью
42
произведений
того
просторечия
и
использованием
времени
являлся
арготизмов.
синтез
Писатели
стилистически
сниженной
общенационального
старались
не
лексики,
языка,
злоупотреблять
используя
данные
лексические единицы только в целях выделения речевых особенностей
персонажей.
Демократизация общества привела к лексической либерализации. К
началу XXI столетия
произошла
переориентация
литературы.
В язык
литературы активнее начинали проникать элементы стилистически сниженной
лексики. «Высокая» литература сменилась массовой, рассчитанной на широкую
аудиторию
и
использующую
стилистически
сниженную
лексику,
характеризующуюся ярко выраженной экспрессивностью.
В художественных текстах арготическая лексика обусловлена ситуативной
прикрепленностью, то есть, она используется в моменты, когда сама ситуация
предопределяет выбор конкретного лексического пласта. В большинстве случаев
писатель не объясняет использованные в тексте лексические единицы, что
говорит о его убежденности в том, что читатель осведомлен о значении данных
слов [39].
Стилистически сниженная лексика имеет неисчерпаемый запас различных
средств обогащения языка художественной литературы. Американский лингвист
Ф. Секрист говорит о том, что общенациональный язык недостаточно яркий и
живой по сравнению с арго. Арготический вокабуляр настолько объемный, что с
помощью арготизмов можно выразить абсолютно любой спектр чувств и
ощущений, любые эмоции. Так, неконвенциональная лексика позволяет в
полной мере охарактеризовать речевые особенности персонажей и служит
одним из звеньев, связывающих автора с читателем [38].
Стоит обратить внимание на то, что частота употребления арготизмов
зависит от стиля писателя, тематики и жанра произведения. С этим учетом
целесообразно предоставить следующую классификацию художественных
текстов исходя из употребления в них арготических лексических единиц и
43
характера изображаемого:
1)
произведения,
в
которых
описывается
жизнь
представителей
антисоциальных групп. В подобных романах рассказывается о мире преступных
группировок, о их ценностях и моральных установках;
2) произведения, рассказывающие о противостоянии представителей
органов правопорядка криминальному миру;
3) произведения, главными героями которых являются сыщики или
частные детективы. В данных романах описывается преступление и процесс его
раскрытия;
4) произведения, описывающие жизнь преступников в местах лишения
свободы.
Так или иначе, данная классификация является условной, поскольку
современные писатели желают выделиться своей креативностью и позволяют
себе творить на стыке нескольких жанров.
Художественные
антисоциальных
произведения,
или
описывающие
асоциальных
групп,
жизнь
абсолютно
представителей
не
были
бы
реалистичными, если бы автор не вложил в уста своих персонажей
арготическую лексику. Единицы арготической лексики позволяют отражать
реалии мира такими какие они есть. Если бы в данных произведениях
персонажи не употребляли в своей речи арготизмы, они выглядели бы картонно
и
неправдоподобно.
Так,
сами
жанры
художественной
литературы,
описывающие мир деклассированных элементов, предписывают использование
пласта неконвенциональной лексики.
Среди произведений художественной литературы, в которых используются
элементы арготической лексики можно выделить следующие жанры: триллер,
боевик и детектив. Одним из наиболее популярных литературных жанров в
настоящее время является детектив. Существует немало разновидностей
данного жанра, так, можно выделить: криминальный, шпионский, полицейский,
интеллектуальный, приключенческий и многие другие.
44
Несмотря на то, что боевик и триллер часто связаны с детективным
жанром их выносят в отдельную жанровую линейку. Боевик характеризуется
большим количеством погонь и перестрелок. Цель триллера — напугать
читателя, а также вызвать волнение, создав напряженную обстановку.
Арготические лексические единицы часто употребляются в вышеуказанных
жанрах в связи с многообразием выполняемых ими функций. С.П. Ячменева
дает следующую классификацию функций арготизмов:
1)
арготические
элементы,
используемые
автором
для
придания
колоритности изображаемой среде. В таком случае арготизмы выступают
культурно-бытовыми деталями и позволяют лучше узнать быт персонажей.
Писатели используют арготическую лексику в речи героев для придания
правдоподобности какой-либо ситуации. На определенное литературное слово
находится свой арготический эквивалент. Это могут быть арготические единицы
таких семантических полей как: «Предметы быта», «Одежда», «Деньги» и т. д.;
2)
арготизмы,
используемые
автором,
для
наделения
персонажа
определенной речевой характеристикой, подчеркивающей его социальный
статус. Использование арготизмов в диалогах героев, позволяет придать
общению естественность. Здесь играет значительную роль стилизация. Речь
полицейских и преступников теряет непринужденность, без использования
стилистически сниженной лексики;
3)
арготизмы,
выступают
в
качестве
оценки
изображаемого.
В
детективных историях, автор часто показывает презрительное отношение к
злоумышленнику или к полицейскому, который может выступать в роли его
посредника и с помощью арготизмов дает им негативную оценку;
4) арготизмы могут служить маркером определенной исторической эпохи.
Арго явление динамичное и постоянно эволюционирует. Одни арготические
единицы появляются, другие выходят из употребления;
5) арготизмы могут употребляться в целях экономии языковых средств.
Для художественной литературы характерна информативность, достигаемая за
45
счет лаконичности средств выразительности. В арго заложено стремление к
языковой экономии. Так, если в литературном языке нет удачного эквивалента
для того или иного емкого слова, автор может прибегнуть к подходящим
арготизмам.
Современные
писатели
стараются
предоставлять
читателю
максимум информации, задействуя при этом минимум лексических средств;
6) арготизмы используются автором для создания комического эффекта.
Чаще всего автор вводит подобные арготизмы в диалоги персонажей.
Автор показывает комичность и абсурдность ситуации либо за счет игры слов,
либо в связи с неуместным употреблением лексических единиц в какой-либо
конкретной обстановке. Важным фактором является осведомленность читателя.
Если читательская аудитория не будет знать значение арготизмов, комический
эффект не будет достигнут [47].
Следует отметить, что в данной классификации С.П. Ячменева не
выделяет экспрессивность, как основную черту арготизмов.
В художественном тексте слова используются с определенным умыслом,
задуманным автором.
Современные
лингвисты
выделяют
семь
функций
арготизмов
в
художественной литературе:
1) эмотивно-экспрессивную;
2) функцию оценки;
3) функцию речевой оценки;
4) социально-идентифицирующую;
5) функцию временной атрибуции;
6) стилеобразующую функцию;
7) функцию контекстуального ядра.
1. Экспрессивная функция арго призвана выражать субъективные стороны
восприятия окружающего мира — эмоции, чувства, мысли. Данная функция
является
самой
распространенной.
Она
проявляется,
когда
необходимо выразить недовольство, презрение, отвращение и т. п.
персонажу
46
2. Оценочная функция арготизмов позволяет персонажу дать оценку той или
иной ситуации. С помощью арго герой может выразить свое отношение к
другим действующим лицам, к обстановке в целом. Арготизмы отражают
ценности различных социальных групп.
3. Речь всегда характеризует говорящего. В этом плане также стоит обратить
внимание, насколько часто персонаж прибегает к использованию стилистически
сниженной лексики.
4. В речи каждой социальной группы присутствуют свои особенности.
Персонажи используют арготизмы в соответствии со своей социальной сферой,
а также с нормами, обычаями, законами по которым живет данная группа.
5. Язык постоянно меняется. Арготический вокабуляр непрестанно пополняется.
Так, он способен отражать реалии того или иного периода времени.
6.
Арготическая
лексика
придает
художественному
тексту
оттенок
фамильярности. Арготизмы, выражающие эмоции и взгляд персонажа на какиелибо вещи, наделяют текст индивидуальностью. Арготическая лексика делает
произведение более выразительным.
7. Арготизмы выступают главным компонентом контекста, способствуют
развитию
сюжетной
линии
в
соответствии
с
авторским
замыслом.
Функционирование арготических единиц в художественном тексте зависит от
характера сообщения, которое решил донести автор до читателей [12].
О.В. Паршуто считает, что стилистический эффект от использования
арготизмов достигается только в их совокупности, а также что данные
лексические единицы действуют целым блоком. По мнению лингвиста, писатели
вводят в канву текста арготические элементы по следующим причинам:
1) для создания общей атмосферы произведения;
2) чтобы выразить эмоции персонажа;
3) для описания среды, в которой живут персонажи;
4) чтобы показать, что в характере персонажа появились изменения;
5) чтобы создать лингвистический признак внедрения в определенную
47
среду;
6) чтобы сделать акцент на духовных качествах персонажа;
7) чтобы охарактеризовать персонажа второго плана;
8) чтобы продемонстрировать, насколько хорошо язык освоен персонажем
иностранного происхождения;
9) чтобы передать мировоззрение какой-либо социальной группы,
отдельных ее представителей;
10) с целью достижения комического эффекта [28].
Арготизмы, используемые в художественном тексте, несут в себе
характеристику персонажей, показывают их культурный уровень. Так, речь
малообразованных героев часто изобилует арготизмами, в отличие от речи
людей «высшего» общества. Сниженный пласт лексики, в большинстве случаев
обнаруживается в диалогах персонажей, что делает речь последних более живой
и эмоциональной. Помимо прямой речи, арготическая лексика может быть
использована и в речи автора, с целью отразить его отношение к происходящему
и персонажам.
Арготизмы, которые используются в художественной литературе, в
большинстве своем обладают отрицательным зарядом. Автор реализует данные
лексические
единицы
в
конфликтных
ситуациях,
возникающих
между
персонажами. В этом контексте, арготизмы выражают сильные негативные
эмоции, такие как: раздражение или гнев.
Современные писатели свободны в выборе лексических средств. С
помощью искусно подобранной лексики, авторы проводят границы между
обитателями
крупных
городом,
жителями
пригородов,
социальными,
антисоциальными и асоциальными группами людей, между коренными
жителями и эмигрантами, высокообразованными и неграмотными [6].
Еще одними причинами использования автором в своих произведениях
арготических
лексических
единиц
могут
служить:
желание
выразить
индивидуальность, выделившись на фоне других писателей экспрессивностью, а
48
также привлечь внимание молодого поколения.
В зависимости от сюжета авторы включают в произведения арго
наркоманов, полицейских, деклассированных элементов, молодежное арго.
Арготическую лексику, используемую в художественных произведениях
можно классифицировать по тематическим группам:
1) номинация человека;
2) предметы быта;
3) оценка действительности;
4) характеристика поведения;
5) сексуальный контакт;
Тематическая группа «Номинация человека» в большинстве случаев
оказывается самой частотной. Она может уточняться по нижеперечисленным
параметрам:
1) поведенческие манеры;
2) внешность;
3) наименование действий: поведение интимного характера, поведение в
социальной группе.
Применительно к персонажам выделяют следующие функции арготизмов:
1)
характеризующая
функция
–
показывает
личностные
качества
персонажа, его мысли, мировоззрение;
2) идентификационная функция – позволяет отнести персонажа к какойлибо
социальной,
профессиональной
группе,
указывает
половую
принадлежность, возрастную категорию;
3) эмоционально-оценочная функция – передает чувства персонажа и его
отношение к окружающей его действительности [21].
Часто одни и те же арготические единицы могут выполнять несколько
различных функций. Например: характеризовать речь персонажа и выступать
маркером определенной эпохи. Это свидетельствует о полифункциональности
арготических лексических единиц в художественном тексте [395].
49
Подводя итог вышесказанному, можно сделать следующие выводы:
1. Язык художественной литературы включает в себя как литературные так и
внелитературные средства общенационального языка. Современные писатели
все чаще прибегают к использованию сниженных лексических единиц в своих
произведениях. В большинстве случаев количество арготических элементов в
тексте обуславливается жанровой спецификой. Можно выделить три основных
жанра, в которых использование арготизмов имеет высокий процент: детектив,
триллер и боевик. Нередко в мире современной литературы авторы творят на
стыке этих жанров.
2. Существует несколько классификаций, отражающих причины введения
арготических
лексических
Проанализировав
их,
единиц
можно
в
выделить
ткань
художественного
общие
моменты.
текста.
Арготизмы
используются:
- для создания общей атмосферы произведения;
- для выражения чувств и эмоций персонажа;
- для описания среды, в которой живут персонажи;
- для передачи мировоззрения какой-либо социальной группы;
- для указания на определенную историческую эпоху;
- с целью комического эффекта.
Нередко одни и те же арготизмы выполняют несколько различных
функций.
3. По сравнению с прошлым веком, в современном обществе изменилось
отношение к наличию сниженного пласта лексики в художественной литературе.
Если раннее данное явление воспринималось читателями исключительно
негативно, то сейчас присутствие арготизмов воспринимается без удивления и
даже с некоторым интересом, особенно со стороны молодежи.
50
ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 1.
В этой главе было рассмотрено лингвостилистическое направление
исследования неконвенционального вокабуляра национального языка. Данное
изучение позволило сделать определенные выводы:
1. Лексика является основным инструментам языка. Ее составляют литературная
и внелитературная лексика. Внелитературная лексика реализуется в разговорном
языке и представлена пластом сниженной и ненормативной лексики.
2.
В широком смысле арго представляет собой закрытую эмоционально-
экспрессивную лексическую систему, служащую средством коммуникации
между членами определенной социальной или профессиональной группы.
В современном мире существует немало разновидностей арго, данный
термин
является
полисемичным.
Функции
и
особенности
арготизмов
различаются в зависимости от характера употребляющей их группы людей. Есть
целый ряд критериев, по которым выделяют то или иное арго. Существует арго
молодежи, включающее в себя арго школьников и студентов, криминальное
арго, вмещающее в себя воровское арго, арго заключенных, арго городских
жителей и арго жителей окраин, современное французское арго, общее арго,
профессиональное арго. Таким образом, арготизмы присутствуют, как в лексике
определенных социальных или профессиональных групп, так и в повседневной
речи различных слоев общества.
3. Все большее распространение получает общее арго, которое широко
употребимо и понятно всем носителям французского языка. Соответственно, эта
разновидность арго не является закрытой системой и не используется только
строго определенной группой людей. Данный лексический пласт является
нормативным, многие общеарготические единицы были внесены в общий
словарь. Общее арго употребляется массово, свободно и повсеместно наряду с
общенациональным языком. Между общим арго, просторечием и разговорным
языком настолько зыбкие границы, что часто сложно провести между ними
51
четкую черту.
4. Арго профессиональных групп относительно герметично, однако, несмотря на
это,
основной
функцией
является
не
конспиративная,
а
игровая
и
опознавательная. В основном, профессиональное арго носит закрытый характер
в силу своей определенной рабочей специфики, непонятной представителям
других профессий.
5. Самым обширным пластом населения, употребляющим сниженную лексику,
является молодежь. Для этого существует ряд причин. Во-первых, данные
лексические пласты являются очень динамичными, постоянно эволюционируют;
молодежь постоянно стремиться к переменам, подвержена тенденциям моды,
которые часто меняются. Во-вторых, молодежи свойственна повышенная
эмоциональность, как в плане положительных, так и отрицательных эмоций. И
сниженная лексика и ненормативная обладают экспрессивностью, которая так
привлекает молодое поколение.
6. В последние десятилетия, элементы ненормативной и сниженной лексики все
чаще проникают в речь теле- и радиоведущих, киногероев, в тексты песен,
печать и в художественную литературу. Если говорить о последней, то в тексты
художественной литературы арго проникает за счет своей яркости, необычности,
экспрессивности. Неконвенциональная лексика пронизывает речевой обиход
французов. Писатели стремятся сделать речь своих персонажей максимально
приближенной к повседневной речи населения. Они используют элементы
сниженной
лексики,
чтобы
диалоги
героев
выглядели
реалистичными,
соответствующими ситуации, а не картонными и блеклыми.
Основными литературными жанрами, в которых используются арготизмы,
являются, в силу своей специфики: детектив, триллер и боевик.
Подводя
итог,
можно
сказать,
что
основной
особенностью
неконвенциональной лексики, делающей ее настолько притягательной для
использования как в разговорном обиходе, так и в СМИ и художественной
литературе является ее экспрессивность.
52
ГЛАВА 2. АНАЛИЗ НЕКОНВЕНЦИОНАЛЬНЫХ ЛЕКСИЧЕСКИХ
ЕДИНИЦ В РОМАНАХ ЖАН-КРИСТОФА ГРАНЖЕ
«ПАССАЖИР» И «МИЗЕРЕРЕ»
2.1. Жан-Кристофе Гранже: биографическая справка,
особенности арготического вокабуляра
Цель каждого автора вызвать у читателей эмоциональный отклик на его
творчество. Далеко не каждый писатель использует в своих работах
исключительно литературный язык с соблюдением всех языковых норм.
Некоторые,
чтобы
правдоподобно
добиться
передать
необходимой
определенную
экспрессии
атмосферу
и
максимально
включают
в
текст
произведения неконвенциональные лексические единицы. Так, работы ЖанКристофа Гранже пестрят арготизмов. Сочетания литературной лексики с арго
сплавляются в единую лексико-семантическую систему, которая придает
авторскому тексту четкость, яркость и выразительность.
Жан-Кристоф Гранже – один из самых популярных французских
романистов XXI века. Довольно продолжительное время Гранже работал
журналистом-фрилансером,
сотрудничая
с
многими
знаменитыми
издательствами. Профессиональный опыт пригодился автору в написании
романов. Работы писателя относят к жанру — остросюжетный детектив; многие
из них были экранизированы. Литературное наследие автора – 12 книг. Наиболее
известными произведениями Жан-Кристоф Гранже являются романы «Багровые
реки» (Les Rivières pourpres), «Мизерере» (Miserere), «Пассажир» (Le Passager)
[51].
Обилие арготизмов, использованных в произведениях автора, обусловлено
спецификой
жанра
–
детектив.
В
романах
присутствуют
элементы
криминального, профессионального арго, арго наркоманов, и арго молодежи.
Повествование в произведениях ведется от лица автора.
В романе «Мизерере» два главных персонажа – Лионель Касдан (детектив
53
на пенсии) и Седрик Волокин (молодой полицейский). Герои знакомятся во
время одного из расследований и по мере сюжета у них завязываются в
некотором роде «отцовско-сыновние» отношения. Седрик Волокин очень
колоритный персонаж, представленный читателю с одной стороны, как
первоклассный
полицейский,
с
другой
стороны,
как
«тусовщик»
с
наркозависимостью. Персонажи противостоят криминальному миру и в конце
концов раскрывают преступление.
Ни Седрик, ни Касдан не являются представителями французской нации.
Первый персонаж уроженец России, второй Армении. Автор периодически
называет героев в соответствии с их происхождением – русский и армянин, и
тем самым подчеркивает национальную принадлежность:
«Le Russe lui proposa le joint. L’Arménien refusa d’un signe de tête» [49, 106].
Еще одним интересным моментом является то, что Седрик довольно часто
обращается к Касдану в исключительно детской манере — «papy». Так
французские дети называют своих дедушек.
– Jamais t’écoutes ton portable?
– Désolé, Papy. Grande conférence. Je viens seulement de consulter ma
messagerie [49, 100].
Особенностью произведения является то, что Касдан — представитель
старшего поколения прибегает к использованию арготизмов только в общении с
Седриком, во всех остальных случаях персонаж использует общенациональную
лексику:
1. – Tu la sautes? demanda-t-il en faisant un clin d’œil.
– Tu l’as sautée ou non?
– Non. Je ne l’ai pas sautée. Nous avons vécu un truc différent, c’est tout [49,
94].
2. – Je vous vois venir. Vous passez allègrement de pédé à pervers. Et de là à
penser qu’il aimait les petits garçons...
– Tu n’es pas d’accord ?
54
– Non. Vous parlez de trois choses complètement différentes.
– Un pédé ne fait pas un pédophile, OK. Mais Goetz commence à avoir un
profil vraiment tordu, non ? Et son petit mec, Naseer, ne me paraît pas franc du collier
non plus. Une pute mâle habituée à satisfaire les désirs les plus bizarres [49, 106].
В романе «Пассажир» главными героями являются Матиас Фрер
(психиатр) и Анаис Шатле (агент полиции). Персонажи знакомятся в рабочей
обстановке – Анаис приводит в больницу к Фреру свидетеля с амнезией. Так,
между молодыми людьми завязывается общение. Однажды мир главного героя
рушится, когда его обвиняют в совершении ритуального убийства. Мужчина
пускается в бега. Расследованием начитает заниматься Анаис, чтобы доказать
невиновность знакомого.
Во второй части книги «Пассажир» Жан-Кристофа Гранже Матиас
вынужден скрываться от полиции. В течение некоторого времени ему
приходится жить на улице и вести бродячий образ жизни. Главный герой
прибивается к группе бездомных, так, автор знакомит нас с миром людей без
определенного места жительства.
Речь этой социальной группы часто отражает негативный спектр эмоций,
пронизана инвективной лексикой (1), коллоквиализмами (2), и арготизмами (3):
1. – Nono? Enculé ! Ou t’es, fils de pute [48, 492]?
2. – P't'etre, ouais [48, 198].
3. – T’as rien a picoler [48, 337]?
Janusz aurait du y penser. Le langage universel de la cloche. Raconte-moi et j’irai
acheter du pif, mentit-il.
Автор показывает малообразованность деклассированных элементов
посредством использования графона:
1. – P’t’être, ouais [48, 198].
2. – J’te jure. Des ailes brûlées dans le dos. Les journalistes, y z’ont parlé d’un
mec qui faisait du deltaplane et qui se s’rait cassé la gueule dans la mer [48,. 116]
3. – Moi j’te l’dis : tu t’es fait avoir [48, 187].
55
Арготизмы, представленные в исследуемых произведениях, способствуют
более точной передаче деталей, за счет чего достигается эффект достоверности
отдельных фрагментов и текста в целом. Читая произведение, читатель верит в
реалистичность происходящего, полностью погружается в атмосферу книги.
Поскольку один из главных героев «Мизерере» является наркоманом, а
ритуальные убийства в романе «Пассажир» связаны с темой наркотиков, в
данных произведениях Жан-Кристофа Гранже арго наркоманов представлено
широким разнообразием:
1. Chacun de ses gestes trahissait l’épuisement, la faiblesse – ou la came.
– Tu l’as droguée ?
– Un simple sédatif [48, 689].
2. – Un témoignage. Quelqu’un qui aurait vu Duruy en compagnie d’un autre
homme – celui qui lui a injecté la dope [48, 121].
3. Parmi les cicatrices récentes de shoot, plusieurs pourraient être la trace de
l’injection mortelle mais aussi d’une prise de sang effectuée dans les règles [48, 58].
4. Notre client était un familier de l’héro [48, 57].
5. Blessure aussi qui l’avait rendu accro à l’héroïne [49, 441].
6. Se laissa choir sur le cul, dos au mur, bras gauche posé sur la lunette, bras
droit ouvert, comme en attente d’un fix [49, 50].
7. Il le découvre inanimé, secoué de convulsions, en pleine OD [49, 135].
8. Volokine sentait la sueur l’enduire, les effets du shit s’exsuder [49, 300].
Автор часто использует в своих произведениях арготизмы, образованные
способом апокопы (I) и верланизации (II):
I.1. – A l’interieur, continua-t-il, c’est le même esprit. Le foie était au bord de
la cirrhose. Désespérant pour un mec aussi jeune.
– Il était alcoolo aussi [48, 59]?
I.2. – Amphètes, ecsta, acide. J’ai trouvé aussi la trace d’au moins deux autres
interpellations [48, 120].
I.3. – Dans tous les cas, il savait que sa victime était un tox. Il a du lui faire
56
miroiter un shoot d’enfer [48, 6].
I.4. – L’héro est déjà en train de lui réchauffer le cerveau. Dans quelques
secondes, il sera à point [49, 312].
I.5. Volo songea à du fric. Mais le mentor n’avait rien à voir avec un indic à la
petite semaine [49, 332].
II.1. David ne détestait pas les keufs [49, 115].
II.2. – Tu pisses ou tu veux ma grande mais c’est une occasion qui passe.
Pour toi. Tes frères. Ton keum [48, 530].
II.3. – L’enquête ne fait que commencer. Et franchement, six mois plus tard, on
a peu de chances de pécho quoi que ce soit [48, 547].
II.4. Il savait pourquoi il branchait les meufs [49, 386].
Жан-Кристоф
Гранже
употребляет
также
усеченные
варианты
общенациональных слов:
1. Dalhambro dicta les coordonnées. Kasdan les nota sur le bloc de Volokine
[49, 372].
2. Il ne pourrait obtenir aucune info de ce côté-là [49, 59].
3. – Je les ai envoyées au labo de Lyon pour analyses [49, 188].
4. – Il y a un MacDo tout près, au début de la rue Buffon [49, 116].
5. Goetz était un homme secret. Un vrai parano. Jamais il n’aurait laissé
quelque chose de compromettant [49, 139].
6. Mais il lui serait difficile de convaincre le Proc de conserver ces deux
enquêtes criminelles [48, 139].
7. Le tueur est un pro [48, 281].
8. Il posa la question au hasard. Le vieux psy répondit:
– Je le connais, oui [48, 61].
9. – Les animaux, c’est pas mon rayon, fit Longo avec mépris. Faut appeler un
véto. Ou l’école de la boucherie, à Paris [48, 49].
10. – Ou t’étais ?
– En voyage, fit-il en montant la voix. Des expos [48, 466].
57
11. Ce soir, on va au resto.
– Au resto, vraiment [48, 266]?
Помимо стилистически сниженной лексики автор использует в диалогах
персонажей элементы ненормативной лексики:
1. – Merde de merde de merde!
– Tu n’as rien [49, 121]?
2. – Putain! Je bosse depuis deux jours sur une fausse piste [49, 141]?
3. – Anita... salope... besoin... crever [49, 307].
4. – Nono? Enculé ! Ou t’es, fils de pute ? Kuckin sin [48, 492]!
Автор использует большое количество арготизмов, заимствованных из
английского языка:
1. Je suis clean, Kasdan [49, 108].
2. Le deal était simple [49, 103].
3. Quand il trouve les doses, sous une latte du parquet, il se fait aussitôt un fix
dans la salle de bains [49, 135].
4. Il entendait le bruissement du paquet dans les flots, et le silence des autres
freaks qui regardaient leur pote emporté par le courant [49, 134].
5. Quand ses compagnons de défonce s’étaient aperçus qu’un des leurs avait
fait une OD, ils n’avaient eu qu’une idée: se débarrasser du corps [49, 12].
6. Le cérémonial intime d’un drogué – shoot d’héroïne ou pipe d’opium [49,
37].
7. — Je vous ai aussi chargé un programme GPS, commenta le geek [48, 393].
8. La loose totale, quoi [48, 584].
Подводя итог, можно выделить следующее:
1. Исследованные произведения пронизывает большое количество арготических
элементов за счет жанровой специфики.
2. Арготизмы, представленные в романах отражают специфику различных
социальных и профессиональных групп.
3. Среди использованных автором арготизмов, наличествуют лексические
58
единицы, образованные путем верланизации и аббревиации (апокопы).
4. В романах присутствует большое количество арготизмов заимствованного
происхождения.
2.2. Семантическая и частотная структура словаря арготизмов произведений
Жан-Кристофа Гранже
Прежде всего следует рассмотреть особенности арготических лексических
единиц, делающих их столь привлекательными для многих современных
писателей.
Такие исследователи социалектов, как В.В. Стратен, Д.С. Лихачев, Н.К.
Щербачева, одной из основных черт арготизмов выделяют образность [5]. Троп
играет большую роль в системе словообразования арготических элементов.
Встречаются
как
незамысловатые,
метафорические
образования,
так
и
колоритные. Образ может быть ярким или размытым, стойким или непрочным,
однако, принцип формирования арго неизменен. Д.С. Лихачев называет его
«устойчивой метафорической интерпретацией окружающего мира» [5]. Так,
посредством метафоризации появилась такая арготическая лексическая единица
как – «bleu». Она используется для обозначения служителя правопорядка.
Полицейские получили данное “прозвище” за синий цвет униформы.
Некоторые образы по своей экспрессивности и определенности отношения
к называемому предмету имеют оттенки фольклора. Они создаются в залах
ожидания, в коридорах университета, в курилках и передаются из уст в уста.
Только
в
арго
словообразовательный
процесс
носит
настолько
динамичный и разнообразный характер. Е.Д. Поливанов считал, что для
словообразования в арго название «словотворчество» подходит лучше всего [5].
Один образ возникает из другого, аналогично появляется третий, четвертый и
т.д. Таким образом, происходит так называемая «синонимическая деривация»,
которая характерна лишь для арго. Так, например, по аналогии создается
синонимический ряд «полицейский» flic – bleu – keuf – condé, используемый в
59
романах Жан-Кристофа Гранже. Во всех случаях данные синонимы не имеют
различий ни с точки зрения стилистики, ни по семантическому признаку.
Арготизмы могут привлекать писателя за счет комической составляющей.
Однако, подобных арготических единиц в романах писателя выявлено не было.
Еще одной интересной особенностью арготизмов является то, что они
характеризуют ту или иную социальную и профессиональную группу.
Возникновение
социального
арго
зачастую
связанно
с
жизненными
потребностями людей. Одним из ярких примеров служит арго наркоманов.
Поскольку употребление наркотиков и наркоторговля является незаконной
деятельностью и карается законом, дилерам и наркозависимым людям
приходится использовать закодированный язык – арго, чтобы не попасться в
руки правоохранительных органов.
Так как один из главных персонажей романа Жан-Кристофа Гранже
«Мизерере» является наркоманом, мы можем наблюдать в тексте обилие
арготизмов связанных с темой наркотиков.
На основании исследуемых произведений можем дать следующую
классификацию арго наркоманов:
1) арготизмы, отражающие процесс принятия наркотического вещества: se
shooter, se camer, se fixer;
– Notre client etait un familier de l’héro. Il ne se serait jamais shooté à un
produit pareil s’il avait connu sa composition [48, 57].
2) арготизмы, выступающие номинацией наркозависимого: tox, accro,
junkie;
– Vois aussi les pharmaciens, suggéra-t-elle. Les tox sont leurs meilleurs clients
[48, 66].
3) арготизмы, называющие определенное наркотическое вещество: héro,
ecsta, аmphete, crack, poudre, shit;
– Si jamais tu touches à l’héro ou au crack, je le saurai [49, 164].
4) арготизмы, связанные с наркоторговлей: deal, dealer, dealeuse;
60
On lui avait présente un jeune gars modèle, tombé dans la dope à 25 ans, au
contact des dealers et des drogués [49, 82].
5) арготизмы, связанные с приемом наркотиков: shoot, fix, shooteuse, clope.
Ces instruments, ces goutte-à-goutte évoquaient pour lui le cérémonial intime
d’un drogué - shoot d’héroïne ou pipe d’opium [49, 69].
6) арготизмы, выступающие номинацией наркотика: dope, came.
– Ce type de produit ne contient que 10 à 30 % d’héroïne. La dope qui a tué
notre client en contenait 80 % [48, 66].
Не
менее
ярким
деклассированными
примером
элементами
может
общества,
служить
а
арго,
именно
–
используемое
лицами
без
определенного места жительства. У данной группы населения нет ни крова, ни
места работы. Таким образом, не имея средств к существованию, они
вынуждены жить где придется и есть что попало. Лица без определенного места
жительства в связи с трудной жизненной ситуацией быстро теряют социальные
связи и навыки, пристращаются к алкогольной продукции, начинают вести
беспорядочный образ жизни.
Во второй части книги «Пассажир» автор знакомит нас с миром людей без
определенного места жительства.
Речь данной группы лиц изобилует
арготическими элементами:
1. – Y en a marre! Moi, j’dis : y en a marre [48, 219]!
2. – BOUGE-TOI LE CUL. V’là le fourgon [48, 214].
3. – Viens, fit son compagnon, en ramassant sa monnaie. J’ai soif !
– Jamais t’achètes à bouffer ?
– Pour bouffer, y a la Soupe populaire, les Restos du cœur, les foyers
d’Emmaüs. Tout le monde veut nous donner à bouffer. (Il éclata de rire.) Pour la
picole, crois-moi, c’est un autre combat [48, 208]!
Интересным феноменом является и арго молодежи. Седрик Волокин –
один из главных персонажей романа «Мизерере» – двадцатисемилетний
полицейский. Молодой человек ведет достаточно разгульный образ жизни и
61
периодически балуется наркотическими веществами. Речь Седрика изобилует
элементами неконвенциональной лексики:
1. – Le tueur est un môme, Kasdan [49, 95].
2. – A votre avis ? C’est le directeur du centre qui nous donne le shit. Il prétend
qu’il est bio. Dans le réfectoire, un panneau prévient : « Vive le chanvre ! » Vous
voyez le genre [49, 104] ?
3. – Vous passez allègrement de pédé à pervers. Et de là à penser qu’il aimait
les petits garçons [49, 106].
4. – Vous me prêteriez votre bagnole, cette nuit [49, 210]?
Чтобы получить полную картину реализации арго в романах ЖанКристофа
Гранже
«Мизерере» и
«Пассажир»
был
составлен
словарь,
отражающий все случаи арготического словоупотребления в анализируемых
произведениях.
Прежде чем приступать к составлению данного словаря, необходимо было
выявить, какие слова могут быть причислены к арготическим элементам.
Арготизмами были признаны лексические единицы, зарегистрированные в
электронном словаре «Dictionnaire de la zone». Данный словарь регулярно
пополняется и на данный момент включает в себя более 2600 арготических
единиц.
В
качестве
дополнительного
параметра
приводится
частотность
употребления того или иного арго. Это дает возможность более наглядно
увидеть процесс проникновения неконвенциональных лексических единиц в
литературу. Ввиду того, что нас в первую очередь интересует художественный
эффект, возникающий при использовании арготизмов, в словарь вошли как
часто, так и редко употребляемые лексические единицы.
Таблица 3
№Лексическая
№
п
/п
единица
Частотность в
Частотность
Общая
романе
в романе
частотность
«Мизерере»
«Пассажир»
62
6
accro
4
3
7
1
alcoolo
0
2
2
7
bagnole
16
25
41
8
bidon
4
4
8
9
bleu
2
1
3
1
bordel
7
4
11
1
bosser
17
8
25
1
bouffe
2
6
8
1
bouffer
5
4
9
1
buter
4
2
6
1
came
6
3
9
1
chiotte
1
7
8
1
choper
4
1
5
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
63
1
claquer
4
2
6
1
clean
4
2
6
2
clodo
3
31
34
1
clope
7
11
18
5
con
14
6
20
2
condé
2
3
5
2
connerie
14
4
18
2
costard
2
8
10
2
cousin
9
2
11
2
crack
2
0
2
2
crevard
0
1
1
2
crever
5
2
7
3
daron
0
4
4
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
64
3
deal
1
4
5
3
dealer
9
9
18
3
dealeuse
2
0
2
3
deconner
0
11
11
2
dégueulasse
0
2
2
3
dégueuler
1
1
2
3
dessouder
0
2
2
3
dingue
7
2
9
3
dope
9
8
17
2
ecsta
0
3
3
4
emmerde
6
0
6
4
emmerder
5
3
8
4
emmerdeur
2
0
2
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
65
6 en avoir marre
1
3
4
4
enculé
3
8
11
3
enfoiré
1
2
3
6
faire chier
2
2
4
5
fêlé
4
0
4
5
fêlure
1
1
2
5
fix
5
6
11
1
fixe
0
2
2
6
fixer
4
1
5
6
flic
164
109
273
9
flingue
5
2
7
6
foutre
28
27
55
7
fric
2
33
35
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
66
7
geek
0
3
3
9
glauque
2
1
3
9
godasse
3
0
3
9
gonzesse
1
0
1
1
gueuler
0
3
3
3
héro
2
3
5
1
hosto
4
3
7
9
indic
1
0
1
1
junkie
7
0
7
8
keuf
4
9
13
8
keum
0
1
1
9
kiffer
0
1
1
9
lascar
3
4
7
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
67
9
loose
0
1
1
5
lopette
1
0
1
1
magner
2
2
4
1
matos
6
3
9
7
mec
69
48
117
4
merde
13
5
18
4
merdier
2
2
4
9
meuf
2
1
3
1
micheton
1
0
1
1
môme
82
0
82
6
nana
3
2
5
6
OD
2
1
3
7
paumer
0
1
1
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
68
7
pécho
0
4
4
6
pedalé
2
0
2
7
pédé
11
1
12
7
piaule
5
2
7
8
picoler
0
2
2
8
pif
0
1
1
4
piger
4
3
7
8
pinard
0
2
0
6
pote
3
1
4
7
poudre
3
1
4
6
putain
34
10
44
1
pute
2
3
5
8
que dalle
1
10
11
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
69
7
salaud
5
2
7
7
salopard
4
20
24
7
saloperie
4
0
4
5
sauter
4
0
4
8
shit
8
1
9
4
shoot
6
7
13
4
shooter
0
2
2
4
shooteuse
2
0
2
5
squatter
1
1
2
5
taf
1
0
1
5
taulard
2
3
5
5
taule
4
14
18
thune
1
4
5
toubib
6
24
30
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
8
70
105
4
tox
0
6
6
1
véto
0
7
7
2
zgueg
1
0
1
8
zonard
0
13
13
5
zonzon
1
0
1
106
107
108
109
110
В словник вошло 110 элементов арготической лексики.
Следуя примеру Э.M. Береговской, исследованные арготизмы были
распределены
по
семантическому
признаку
на
4
сферы:
бытовую,
эмоциональную, социально-государственную и интеллектуальную [5]. Большая
часть лексических единиц входит в «Бытовую сферу». Наименьшее число
лексем включает в себя «Интеллектуальная сфера». Второе место по количеству
арготизмов занимает «Эмоциональная сфера».
В каждую сферу входят определенные семантические поля. Так, в
«Бытовой сфере» это: «человек», «еда/питье», «одежда», «жилье», «работа»,
«деньги»,
«торговля»,
«деятельность»,
«наркотики»,
«убийство».
Наиболее
«воровство»,
«проституция»,
употребительными
являются
лексические единицы поля «человек», «наркотики», «еда/питье», «работа»,
«деньги». В «Эмоциональную сферу» вошли такие семантические поля как:
«глупость», «неудача», «уродство», «страх». К «Социально-государственной
сфере» были причислены поля: «полиция», «медицина», «нищета», «наказание».
В самую малочисленную сферу вошло поле «умственная деятельность».
Таблица 4
71
Семантические сферы
Количество арготизмов
Бытовая
61
Эмоциональная
32
Социально-государственная
12
Интеллектуальная
3
Любопытно, что лексические единицы, вошедшие в семантические поля
«Эмоциональной сферы», обладают исключительно «отрицательным зарядом»,
отражая лишь негативный спектр эмоций.
Словарь пронизывают многочисленные синонимические связи. Большая
часть представлена в виде парных синонимов: «argent» – fric, thunes; «prise de
drogue par injection» – fix, shoot. Имеются также трехчленные ряды: «homme» –
keum, mec, lascar; «jeune fille» – gonzesse, nana, meuf; «drogue» – dope, pedo,
came. Присутствуют в словнике и более развернутые варианты, так, например:
«policier» – flic, bleu, keuf, condé.
Для выявления ядра арготического словаря Жан-Кристофа Гранже были
отобраны
элементы
арготической
лексики,
встречающиеся
в
обоих
произведениях автора. Был получен следующий список из 30 единиц.
«Бытовая сфера»: accro, bagnole, came, dope, mec, lascar, nana, bosser, shoot, deal,
bouffer, fric, thunes.
«Эмоциональная сфера»: encule, putaine, degueulasse, connerie, bidon, en avoir
marre, salope, salopard.
«Социально-государственная сфера»: flic, bleu, keuf, conde, toubib, clodo, taule,
taulard.
«Интеллектуальная сфера»: piger.
Рассматривая наш арготический словник с точки зрения морфологии, мы
можем проследить следующую тенденцию, отраженную ниже в виде таблицы
(5).
72
Часть речи арготизма
Частотность
существительное
82
глагол
25
прилагательное
3
Наиболее часто встречающимся суффиксом является -ard, которым
обладают 6 арготических лексических единиц: сostard, crevard, taulard, salopard,
pinard, zonard.
К другим морфологическим особенностям арготических лексических
единиц, представленных в таблице (1) можно отнести следующее:
1) присутствие лексем, образованных путем верланизации (4): keuf – flic,
meuf – femme, keum – mec, pécho – chopper;
2) наличие лексем, образованных путем апокопы – разновидностью
аббревиации (11): matos – matériel/marchandise, hosto – hôpitale, véto – vétérinaire,
indic – indicateur, pédé – pédéraste, clodo – clochard, alcoolo – alcoolique, accro –
accroché, ecsta – ecstasy, héro – héroïne, tox – toxicomane;
3) наличие лексем, образованных путем аббревиации (1): OD – overdose;
4) наличие лексем, построенных по принципу редупликации (1) – zonzon.
Среди лексических единиц также имеются устойчивые словосочетания: en avoir
marre, faire chier.
Анализируя составленный нами словник, можно выделить следующее:
1. Лексемы, представленные в словнике, обслуживают разные семантические
сферы
2. Среди четырех семантических групп по количеству лексем преобладает
«Бытовая сфера».
3. Большее часть арготизмов имеет отрицательный заряд.
4. В словнике присутствуют многочленные синонимические связи.
5. Существительные преобладают над остальными частями речи.
73
2.3. Способы введения и семантизации арготизмов
в романах Жан-Кристофа Гранже
В художественном произведении существует две зоны функционирования
арготизмов ‒ речь автора и переданная речь. В исследуемых романах ЖанКристофа Гранже наибольшее количество арготических лексических единиц
присутствует в переданной речи, а именно - в прямой.
В авторской речи также присутствуют арготизмы. Они вводятся писателем
без какого-либо специального выделения – кавычек или курсива. Таким образом,
они вплетаются в текст также, как и общенациональные лексические единицы.
В речи автора арготизмы выполняют особую функцию – создают эффект
участия
писателя
Использование
в
повествовании
арготических
в
элементов
качестве
в
тексте
рассказчика-очевидца.
позволяет
изобразить
определенную среду изнутри. В остальных случаях речь идет об объективизации
описания.
Важной
художественного
характеристикой
произведения
употребления
является
арготизмов
соотношение
в
тексте
арготической
и
неарготической лексики.
Количество арготических единиц, употребленных в художественном
тексте, и их концентрация зависит главным образом от отношения автора к
арготизмам, от жанра книги, от главного персонажа. Проанализировав романы
автора с этой позиции, было выяснено, что арготические элементы обладают
средней концентрацией – 1 : 100.
По сравнению с литературой XIX века пути семантизации арготических
лексических единиц в художественном тексте претерпели значительные
изменения. Если раннее авторы, использующие в своих произведениях
арготизмы, считали необходимостью пояснить значение вводимой им лексемы,
то теперь в большинстве случаев современные писатели позволяют себе
опустить этот момент. В силу того, что арготизмы стали все чаще проникать в
речевой обиход, французы стали более осведомленными. Так, многие
74
современные авторы вводят арготическую лексику в текст преимущественно
прямым (контекстуальным) способом, без каких-либо пояснений.
Помимо прямого (1) метода введения арготизмов в текст существуют
также:
2) глоссарий, представленный в виде приложения в конце книги. Он
включает все арготизмы, использованные в произведении автором. Данный
способ семантизации считается наименее удачным, поскольку говорит о
неспособности писателя ввести арготическую лексику в текст менее заметно. К
тому же читателю будет явно неудобно периодически обращаться к глоссарию.
Однако, данный способ семантизации может иметь стилистический характер,
если включен непосредственно в канву текста и дает определенную
характеристику предмета, явления или персонажа;
3) перевод с арго на литературный французский; в основном, данный
перевод сопровождает пояснение, затрагивающее специфическую среду, в
которой присутствует арготический элемент. В пояснении может объясняться
выбор того или иного арготизма и указываться его общенациональный
эквивалент;
4) перевод литературного языка на арго;
5) расшифровка арготической лексической единицы посредством более
или менее прозрачных перифраз. Особого внимания заслуживает расшифровка
арготизмов за счет иронической перифразы;
6) подробное толкование; к данному типу семантизации авторы прибегают,
когда у вводимого арготизма нет эквивалента в общенациональном языке;
7) использование нейтральных синонимов, относящихся к тому же
денотату, что и арготизм. Здесь можно выявить следующие элементы,
определяющие данный способ семантизации:
– препозиция/постпозиция;
– речь
автора/прямая
речь,
которая
арготирующего персонажа/реплика собеседника;
связана
с
авторской/реплика
75
– синсемантия/автосемантия.
Данный способ семантизации является наиболее удачным и гибким среди
тех, что используются в современной прозе.
Несмотря
на
многообразие
путей
введения
арготизмов
в
ткань
художественного текста, большинство авторов отдают предпочтение прямому
способу. В число таких писателей входит и Жан-Кристоф Гранже. Используя
прямой
способ
введения
арго,
автор,
вероятно,
рассчитывает
на
осведомленность читателей, на их интуитивные способности, умение понять
значение слова из контекста.
В качестве примера данного способа семантизации, можно привести
фрагмент из романа «Пассажир»: Les flics arrivaient. Le gyrophare tournait
lentement, en silence [48, 6]. Благодаря контексту читатель понимает, что «flic» –
это сотрудник полиции.
В своих работах Жан-Кристоф Гранже также реализует семантизацию
посредством вплетения ряда арготизмов в одну семантическую парадигму.
Так, автор использует в романе «Мизерере» три арготизма с одинаковой
коннотацией – полицейский: «La vrais pierre de rupture avec son fils, le silex
tranchant qui avait coupé leur lien, c'etait ce métier de condé. David ne détestait pas
les keufs. Il les méprisait. Il lui avait dit: «un flic, c'est un truand qu'a pas réussi»»
[49, 134].
Писатель также осуществляет семантизацию путем сталкивания двух
систем-антиподов (арготической и общепринятой):
1. – Ils t’ont filé du fric ?
– Jamais de la vie ! Je… j’ai pas besoin d’argent [48, 385] !
2. – On lui avait offert la dope. La victime n'avait pas les moyens de se payer
une héroÏne [48, 60].
В следующем примере, прежде чем вплести в ткань текста арготический
элемент, автор знакомит читателя с его синонимичным общепринятым
вариантом, тем самым раскрывая значение арготизма:
76
«– La seringue.
La shooteuse tomba dans sa main» [49, 311].
Такие способы введения арготизмов в текст, как глоссарий, подробное
толкование, расшифровка с помощью перифраз, перевод арго на литературный
французский, не были реализованы в романах Жан-Кристофа Гранже.
Прямой способ введения арготизмов значительно превалирует над
текстуальным. Отсюда следует, что используемые писателем арготические
лексемы не нуждаются в специальных методах семантизации. Это позволяет
сделать вывод, что большинство арготизмов, вошедших в словник, можно
причислить к общему арго (argot commun).
Степень семантизации арготических элементов, вплетенных в канву
художественного текста, зависит от его тематики: чем дальше тема произведения
от повседневной жизни, тем более герметичную среду оно отражает и тем
больше в нем содержится непонятных читателю арготизмов.
Подведем итог вышесказанному:
1.
Арготизмы
употребляются
в
тексте
художественного
произведения
преимущественно в прямой речи.
2. Важным моментом является соотношение в тексте арготической и
неарготической лексики. В исследуемых произведениях Жан-Кристофа Гранже
данная соотнесенность составляет 1:100, что позволяет говорить о средней
концентрации арготизмов.
3.
В
текстах
различные
современных
способы
художественных
семантизации.
произведений
Жан-Кристоф
Гранже
встречаются
использует
преимущественно прямой способ введения арготизмов в текст.
2.4. Стилистический эффект арготизмов
В современных художественных произведениях арготические лексические
единицы преимущественно действуют блоком, выступая единым лексическим
компонентом. Этот компонент реализует определенную функцию на протяжении
77
всего произведения или в каком-либо отрывке.
Часто арготические элементы способствуют созданию специфической
обстановки, делают произведение атмосферным. В романе «Мизерере» главные
персонажи
—
полицейские,
ведущие
свое
собственное
расследование,
оказываются в необычной ситуации. Человек, которого им необходимо
допросить — наркоман в стадии «ломки». Чтобы оказать помощь свидетелю, а
также выудить информацию, один из главных героев решается на крайние меры
— предоставить, находящемуся в бреду, наркозависимому дозу. Полицейский в
полевых условиях подготавливает наркотическое средство к использованию и
самостоятельно вводит наркотик свидетелю.
Арготизмы, употребленные автором в данном отрывке, отражают
страдания
наркозависимого
человека,
волнение
и
страх
полицейского,
вводящего препарат, удивление со стороны наблюдавшего за всей этой
ситуацией
второго
главного
персонажа.
При
помощи
использования
арготических элементов Гранже мастерски удалось передать напряженную
атмосферу и заставить читателя поверить в реалистичность написанного.
1. TOM-TOM-TOM...
La voix s’échappait, entre les coups :
– Anita... salope... besoin... crever [49, 307] !
2. La voix. Cette espèce de craquement de vieillard habité par une colère
blanche lui rappelait son grand-père. Il n’avait aucun souvenir du salopard, à
l’exception de cette voix, justement [49, 307].
3. – Qu’est-ce qu’il a? Faut trouver ses médocs. Il va nous claquer dans les
doigts [49, 308]!
4. Ses doigts tremblaient. Une suée glacée, malgré la vapeur, l’inondait de la
racine des cheveux aux ongles des orteils. Le contact de la dope. La proximité du fix
[49, 309].
5. – Qu’est-ce que tu fous, bordel [49, 309] ?
6. – Je réveille le témoin. Notre mec est en manque, c’est tout.
78
– Tenez-le. Je vais le piquer.
– Où ?
– Dans l’œil.
– T’es dingue ?
– Le fix de la dernière chance. Un mythe chez les junks.
– Et si tu lui crèves l’œil ? Ou s’il en crève ?
– C’est ça ou on se casse [49, 311].
Взаимное притяжение арготизмов данного отрывка оказывается настолько
мощным, что, не смотря на разделяющее их в тексте расстояние, они
соединяются в глазах читателя в единое целое, пронизывая атмосферой страха и
волнения. Наличие арготических единиц как в переданной речи, так и в речи
автора является одной из основных черт эмотивной функции.
Арготизмы, присутствующие в стилистических блоках часто используются
с целью придания правдоподобности изображаемой социальной среды.
Арготические элементы способны выдавать принадлежность человека к
определенной социальной группе. Так, арго используется в романе «Пассажир»
для типизации речи деклассированных элементов:
1. – Salope ! Dégueulasse !
Les coups de pied pleuvaient. Janusz se leva. Bernard lui attrapa le bras :
– Bouge pas, j’te dis ! C’est pas tes oignons [48, 311].
2. – Putain, magne-toi ! On va crever de froid [48, 301] !
3. – Enculé, tu m’as pété le nez [48, 363].
4. – J’me rappelle rien, tu piges ?
– Tète un coup, fit Shampooing en tendant le cubi. T’es tout blanc [48, 137].
5. – Mon cul. Les flics te cherchent. Ici [48, 300].
6. – Putain..., fit Shampooing stupéfait. Mais où t’as trouvé tout ce fric [48,
368].
7. – Magne-toi ! Le mistral est là ! Faut vite qu’on s’trouve une planque avant
de geler sur place [48, 316] !
79
Также с помощью арготизмов может происходить отражение внедрения
персонажа в ту или иную среду.
В романе «Пассажир» главный герой — молодой психиатр, представитель
«высшего класса», становится главным подозреваемым в убийстве. Мужчине
приходится затеряться среди уличных бродяг. Через какое-то время персонаж
перенимает особенности речи деклассированных элементов.
1. – T’as encore des thunes, mec [48, 319] ?
2. Janusz planta sa lame dans la braguette ouverte et murmura, un genou sur
son torse, l’autre main sur la bouche du salopard :
– Tu gueules, j’te la coupe [48, 397].
3. – Pourquoi vous vouliez me buter [48, 399] ?
Эти примеры также перекликаются с другим стилистическим блоком,
демонстрирующим перелом в характере персонажа в связи со стрессом,
вызванным резкой сменой обстановки и навалившимися на героя проблемами.
Арготизмы способны придавать оттенок дружеской непринужденной
обстановки. Этот случай мы можем проследить в разговоре двух друзей
полицейских в романе «Пассажир»: «Le visage de Solinas se détendit. Il éclata de
rire.
– Qu’est-ce qu’il y a de drôle ? se raidit Anaïs.
– Je pense à ton daron.
– Quoi, mon daron ?
– Tu ne devais pas être une fille facile» [48, 412].
Еще один пример можно привести из романа «Мизерере», где описывается
общение двух главных героев, которые подружились за время расследования:
«Volokine murmura:
– Vous me prêteriez votre bagnole, cette nuit ?
Kasdan le regarda sans répondre. Le gamin venait d’allumer son joint. Il ajouta
en souriant :
– J’ai bien compris que vous faisiez un transfert sur votre Volvo.
80
– Transfert mon cul. Pourquoi veux-tu ma bagnole?
– Je dois vérifier des trucs.
– Quels trucs ?
– Je veux creuser encore du côté des enfants [49, 258].
Особый интерес вызывает речь арготирующих иностранцев. В некоторых
случаях прослеживается удивительная особенность – виртуозность владения
французскими арготизмами не носителями языка:
1. – Nono? Enculé ! Où t’es, fils de pute ? Kuckin sin !
L’accent lui paraissait slave [48, 492].
2. – Allô ?
– C’est Nono.
– Tu manques pas d’air, bâtard.
Encore une voix grave. Encore un accent. L’origine paraissait cette fois
africaine, mêlée à la traînaille des cités.
– J’ai pas pu te prévenir, improvisa-t-il. J’ai dû...m’absenter.
– Avec mon fric? Tu te fous d’ma gueule [48, 492] ?
3. L’accent était serbe, ou quelque chose de ce genre.
– T’es défoncé connard ou quoi ? ricana le Slave. T’es parti avec nos thunes,
enculé [48, 493] !
Поскольку
у
иностранца
социально-образовательные
контакты
соответствуют уровню образования, можно готовить о том, что впитывание
нового языка будет происходить по-другому. Житель другой страны, попавший
во
Францию
будучи
ребенком,
так
или
иначе
овладеет
разными
функциональными стилями, в естественной последовательности, в зависимости
от того, в какой социальной среде он будет жить. Поскольку арго считается
«внутренним» языковым явлением, присутствие арготизмов в речи иностранца
можно рассматривать как приобщение к новой национальной среде.
Данный стилистический блок схож с тем, который отражает изменения в
речи персонажа при проникновении в другую социальную группу. Вместе с тем
81
основным их отличием будет то, что в этом блоке арготизмы носят имманентный
характер, а не выражают языковую особенность социальной группировки.
Итак, было выяснено, что в текстах современной французской литературы
стилистическое влияние арготических элементов носит блоковый характер.
Рассмотренные блоки выполняют следующие функции в романах Жан-Кристофа
Гранже:
1) придание отрывку или произведению в целом атмосферности;
2) передача особенностей речи персонажей различных социальных групп;
3) выражение степени натурализации франкоговорящих иностранцев;
4) акцентирование конкретной ситуации;
5) отражение перемен в характере персонажа;
6) создание
непринужденности
в
общении
персонажей,
связанных
дружескими отношениями.
Следует определить природу арготического блока:
1. Арготический блок — это совокупность арготических лексических единиц,
хаотично разбросанных по всему тексту и объединенных общей стилистической
функцией. Арготический блок может нести несколько функций одновременно,
однако, арготические элементы, составляющие этот блок,
несут груз этих
функций коллективно.
2. Границы арготического блока могут быть разнообразными. Блок может
охватывать как фрагмент, так и произведение в целом. На протяжении всего
художественного
текста
может
реализовываться
несколько
блоков,
все
арготизмы при этом будут связаны между собой.
3. Характер арготического блока, выполняющего стилистическую функцию,
зависит от оценки, которую автор дает определенному персонажу или
социальной группировке в целом.
Таким образом, можно прийти к выводу, что внешняя хаотичность
арготизмов, воспринимается читателем как единое целое, в связи с прочными
парадигматичными связями, а также с единой сюжетной канвой.
82
ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 2.
В данной главе был произведен анализ неконвенциональных лексических
единиц в романах Жан-Кристофа Гранже «Пассажир» и «Мизерере», который
позволяет сделать следующие выводы:
1. Исследованные произведения пронизывает большое количество арготических
элементов за счет жанровой специфики – детектив. Арготизмы, представленные
в романах, отражают особенности различных социальных и профессиональных
групп. Так, мы можем проследить специфику речи криминальных и
деклассированных элементов, агентов полиции, наркоманов. Речь различных
социальных и профессиональных групп априори имеет свои отличительные
черты. Автор прекрасно сумел передать эти особенности.
2. Жан-Кристоф Гранже использует арготические элементы для придания
атмосферности происходящим в произведении ситуациям, а также для того,
чтобы указать на произошедшие в характере персонажа перемены, подчеркнуть
непринужденность в общении хорошо знакомых персонажей.
3. Среди использованных автором арготизмов, наличествуют лексические
единицы, образованные путем верланизации. Писателю присуща лаконичность
изложения; так, он часто использует в авторской речи апокопу, применяя ее как к
арготизмам, так и общенациональным словам. В тексте также присутствует
большое количество арготических лексических единиц, заимствованного
происхождения. В основном, это слова из вокабуляра арго наркоманов.
4. Арготизмы, использованные автором, относятся к разным стилистическим
блокам. В обоих романах, автор на протяжении всего художественного текста
реализовывает несколько стилистических блоков. Несмотря на визуальную
хаотичность арготизмов, они воспринимаются как единое целое, за счет
парадигматичных связей и общего сюжета.
Нами был составлен словник
арготизмов на основе романов «Мизерере» и «Пассажир».
5.
Арготизмы
употребляются
в
тексте
художественного
произведения
83
преимущественно в прямой речи. Однако, немало арготических единиц
встречается и в речи автора. Это показывает нам личное отношение писателя к
героям или к сложившейся ситуации.
6. Важным моментом является соотношение в тексте арготической и
неарготической лексики. В исследуемых произведениях Жан-Кристофа Гранже
данная соотнесенность составляет 1:100, что позволяет говорить о средней
концентрации арготизмов.
7. Жан-Кристоф Гранже использует преимущественно прямой способ введения
арготизмов в текст. Отсюда следует, что используемые писателем арготические
лексемы не нуждаются в специальных методах семантизации. Это позволяет
сделать вывод, что большинство употребленных автором арготизмов можно
причислить к общему арго.
На основе исследуемых произведений был составлен словник арготизмов.
Проанализировав словник, можно отметить нижеследующее:
1. Лексемы, представленные в словнике, обслуживают разные семантические
сферы. Среди четырех семантических групп по количеству лексем преобладает
«Бытовая сфера». Это связано с тем, что она отражает основные потребности
человека.
2. Все лексические единицы, входящие в «Эмоциональную сферу», обладают
«отрицательным зарядом». Это можно объяснить тем, что данные арготизмы
использовались преимущественно в конфликтных ситуациях.
3. В словнике присутствуют многочленные синонимические связи. Автор
использует разнообразие синонимов для обозначения определенного понятия в
качестве материала для отбора более подходящей лексической единицы для
конкретного контекста.
4. Существительные преобладают над остальными частями речи. Это связанно с
тем, что для художественного текста характерно использование слов с
отвлеченным значением.
84
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Цель
нашей
работы
заключалась
в
анализе
особенностей
функционирования неконвенциональных лексических единиц в произведениях
Жан-Кристофа Гранже «Пассажир» и «Мизерере». Нами была предпринята
попытка отобрать определенный корпус некодифицированных лексем и
представить их полиаспектную характеристику.
В результате проделанной работы мы пришли к выводу о том, что арго
представляет
собой
закрытую
эмоционально-экспрессивную
лексическую
систему, служащую средством коммуникации между членами определенной
социальной или профессиональной группы.
В современном мире существует немало разновидностей арго, данный
термин
является
полисемичным.
Функции
и
особенности
арготизмов
различаются в зависимости от характера употребляющей их группы людей.
Существует ряд критериев, по которым выделяют конкретный тип арго.
Различают арго молодежи, включающее в себя общее арго, профессиональное
арго, арго школьников и студентов; криминальное арго, вмещающее в себя
воровское арго и арго заключенных; арго городских жителей и арго жителей
окраин крупных городов. Таким образом, арготизмы присутствуют, как в
лексическом фонде определенных социальных или профессиональных групп,
так и в повседневной речи различных слоев общества.
Все
большее
употребляемое
и
распространение
понятное
всем
получает
носителям
общее
арго,
французского
широко
языка.
Эта
разновидность арго не является закрытой системой и не используется только
строго определенной группой людей. Данный лексический пласт внесен в
общеарготические лексикографические труды. Границы между общим арго,
просторечием и разговорным языком настолько зыбкие, что часто бывает сложно
провести четкую черту между этими понятиями.
Самым обширным пластом населения, употребляющим сниженную и
85
ненормативную лексику, является молодежь. Для этого существует ряд причин.
Во-первых, данные лексические единицы являются очень динамичными,
постоянно эволюционируют; молодежь постоянно стремится к переменам,
подвержена тенденциям моды, которые часто меняются. Во-вторых, молодежи
свойственна повышенная эмоциональность, имеющая как положительный, так и
отрицательный заряд.
В последние десятилетия элементы ненормативной лексики все чаще
встречаются в речи теле- и радиоведущих, киногероев, в текстах песен, печати и
в художественной литературе. Если говорить о последней, то в тексты
художественной литературы арго проникает за счет своей яркости, необычности,
экспрессивности. Неконвенциональная лексика пронизывает речевой обиход
французов. Писатели стремятся сделать речь своих персонажей максимально
приближенной к повседневной речи населения. Они используют элементы
сниженной
лексики,
чтобы
диалоги
героев
выглядели
реалистичными,
соответствующими ситуации.
Основными литературными жанрами, в которых используются арготизмы,
являются, в силу своей специфики, детектив, триллер и боевик.
Подводя
итог,
можно
сказать,
что
основной
особенностью
неконвенциональной лексики, делающей ее настолько притягательной для
использования как в разговорном обиходе, так и в средствах массовой
информации и художественной литературе, является ее экспрессивность.
Проведенное практическое исследование позволило нам прийти к
умозаключению о том, что анализируемые произведения пронизывает большое
количество арготических элементов за счет жанровой специфики – детектив.
Арготизмы, представленные в романах, отражают особенности различных
социальных и профессиональных групп. Так, мы можем проследить специфику
речи
криминальных
и
деклассированных
элементов,
агентов
полиции,
наркоманов. Речь различных социальных и профессиональных групп априори
имеет свои отличительные черты. Автор прекрасно сумел передать эти
86
особенности.
Жан-Кристоф Гранже употребляет арготические элементы для создания
определенной
атмосферы, ощущения соучастия, погруженности в мир героев.
Вместе с тем арготические единицы могут указывать на произошедшие в
характере персонажа перемены, подчеркивать непринужденность в общении
хорошо знакомых персонажей.
Арготизмы, использованные автором, относятся к разным стилистическим
блокам. В обоих романах автор на протяжении всего художественного текста
формирует несколько стилистических блоков. Несмотря на визуальную
хаотичность арготизмов, они воспринимаются как единое целое за счет
парадигматических связей и общего сюжета.
Арготические элементы введены в основном в прямую и авторскую речь.
Это показывает нам личное отношение писателя к героям и к сложившейся
ситуации.
Важным моментом является соотношение в тексте арготической и
общестандартной лексики. В исследуемых произведениях Жан-Кристофа
Гранже данная соотнесенность составляет 1:100, что позволяет говорить о
средней концентрации арготизмов.
Жан-Кристоф Гранже использует преимущественно прямой способ
введения арготизмов в текст. Отсюда следует, что используемые писателем
арготические лексемы не нуждаются в специальных способах семантизации.
-
Это позволяет сделать вывод о том, что большинство употребленных автором
арготизмов можно причислить к общему арго.
В процессе проведенного нами практического исследования был составлен
словник арготизмов на основе анализируемых романов.
Представленные в
словнике лексические единицы обслуживают разные семантические сферы.
Среди выделенных семантических групп по количеству лексем преобладает
«Бытовая сфера». Это связано с тем, что она отражает основные потребности
человека. Все лексические единицы, входящие в «Эмоциональную сферу»,
87
обладают «отрицательным зарядом». Это можно объяснить тем, что данные
арготизмы использовались преимущественно в конфликтных ситуациях, а также
в отрывках текста, показывающих негативное отношение к объекту или
явлению.
Словник
богат
многочленными
синонимическими
связями.
Автор
использует разнообразие синонимов для обозначения определенного понятия в
качестве материала для отбора более подходящей лексической единицы для
конкретного контекста.
Поскольку для художественного текста характерно использование слов с
отвлеченным
значением,
существительные
по
количественному
составу
преобладают над остальными частями речи.
В процессе написания работы были выполнены все поставленные задачи,
а также достигнута главная цель – отобран массив неконвенциональных
лексических единиц, включенных в произведения «Пассажир» и «Мизерере»
Жан-Кристофа Гранже, и проанализированы особенности их функционирования.
88
Список использованной литературы
1. Аминова Л.В. О французском арго / Л.В. Аминова // Язык в диалоге культур. –
Уфа: БГУ, – 2014. – С. 172-176.
2. Анохина Ю.М. Лушебем – как одна из разновидностей французского
профессионального арго / Ю.М. Анохина, А.А. Семенова // Язык науки и
техники в современном мире. – Омск: ОГТУ, 2015. – С. 22-25.
3. Арский A.А. К вопросу об использовании лексики наркоманов в молодежной
среде / A.А. Арский // Вестник Сибирского юридического института
Министерства внутренних дел России. – 2017. – № 1 (26). – С. 65-70.
4. Балакин С.В. Номинативный и деривационный потенциал концепта
«инвектив» (на примере французской лингвокультуры) / С. В. Балакин, А.А.
Анков // Грамота. – 2015. – С. 24-27.
5. Береговская Э.М. Социальные диалекты и язык современной французской
прозы. – Смоленск: СПИ, 1975. – 120 с.
6.
Борунов
А.Б.
Функции
слов
сниженного
стилистического
тона
в
художественной литературе / А.Б. Борунов // Lingua mobilis. – 2011. – № 6 (32). –
С. 12-17.
7. Виноградов В.С., Мунгалова О.М. Словообразовательная игра в испанской
разговорной речи как отражение национальной специфики речевого поведения //
Язык и действительность: Сборник научных трудов памяти В.Г. Гака. ‒ М.:
ЛЕНАНД, 2007. ‒ С. 144-149.
8. Глотова Е.А. Функционирование разговорно-просторечной лексики СМИ /
Е.А.
Глотова, Д.М. Новикова // Славянские чтения. – Омск: ОГУ им. Ф.М.
Достоевского, 2015. – С. 46-51.
9. Голодная В.Н. Неинвективные значения инвективов: семантическое развитие
обсценной лексики в современном русском языке / В.Н. Голодная // Лучшая
научная статья – 2017. – Пенза: Наука и Просвещение, 2017. – С. 174-176.
10. Голощапов Е.В. Вербальные средства коммуникации наркотической
89
субкультуры / Е.В. Голощапов // Вестник Калининградского юридического
института МВД России. – 2010. – № 1. – С. 100-103.
11. Горячева О.Н. Отражение языкового сознания диалектоносителя в
использовании обсценной лексики / О.Н. Горячева, Фальковская А.В. //
Современный ученый. – 2018. – № 1. – С. 67-69.
12. Гришаева И.С. Функционирование арготизмов в текстах художественной
литературы / И.С. Гришаева // Научный вестник Воронежского государственного
архитектурно-строительного университета. – 2016. – С. 151-169.
13. Денисович В.В. Криминологическое значение криминальной субкультуры /
В.В. Денисович, В.И. Майоров // Вестник Челябинского государственного
университета. – 2014. – № 20 (349). – С. 62-65.
14.
Денисова С.Д. Сленг как основа неформального речевого поведения
подростков / С.Д. Денисова, Нечаев М.П. // Конференциум АСОУ. – 2016. – № 1.
– С. 312-317.
15. Добриева З.И. Жаргон в речи современной молодежи / З.И. Добриева, М.М.
Измайлова // Lingua-universum. – 2017. – № 4. – С. 33-35.
16. Ермакова Л.М. Основные способы образования арготической и просторечной
лексики современного французского языка / Л.М. Ермакова // Вестник
Тамбовского университета. – 2001. – № 3-5 (23). – С. 36-39.
17. Завараева С.В. Трудности взаимопонимания молодежи и старших поколений
из-за употребления молодежного сленга / С.В. Завараева, А.А. Королева //
Материалы
Всероссийской
научно-практической
интернет-конференции
студентов и молодых ученых. – Саратов: СГМУ. – 2016. – С. 68-70.
18. Зверева Е.Б. Социально-психологический механизм функционирования
уголовного жаргона и необходимость его изучения / Е.Б. Зверева // Вестник
Владимирского юридического института. – 2008. – № 1. – С. 33-36.
19. Киенко Т.С. Ненормативная лексика как социальный феномен / Т.С. Киенко //
Социологические исследования. – 2016. – № 5. – С. 124-133.
20. Кирилина А.В. Еще один аспект значения обсценной лексики / А.В.
90
Кириллова // Вестник Тамбовского университета. – 1998. – № 4. – С. 37-39.
21. Кокорина А.О. Жаргонная лексика в художественном тексте / А.О. Кокорина,
О.С. Журавская // Материалы научно-практической конференции студентов. –
Нижний Тагил: НТГСПИ, 2016. – С. 301-305.
22. Крылова О.Н. Сленг в речи современного студента: норма или антинорма? /
О.Н. Крылова, Е.С. Костыленко // STUDENT RESEARCH. – Пенза: Наука и
Просвещение, 2018. – С. 170-175.
23.
Мерцалов
Н.Н.
Компоненты
тропологического
пространства
арго
французских полицейских / Н.Н. Мерцалов // Scripta manent. – Смоленск:
СмолГУ, 2016. – С. 106-108.
24. Микогазиева С.М. Разговорная и просторечная лексика в политическом
дискурсе / С.М. Микогазиева // В мире научных открытий. – М.: Издво «Спутник
+», 2014. – С. 149-152.
25. Мунтсука М.Г.Л. Особенности молодежного сленга в современных русском и
французском языках / Л.Г.М. Мунтсука // Молодежь XXIвека: шаг в будущее. –
Благовещенск: БГПУ, 2017. – С. 133-134.
26. Нилова К.В. Языковые средства проявления вербальной агрессии в
межличностной коммуникации / К.В. Нилова // Вестник ВЭГУ. – 2012. – № 3. –
С. 149-153.
27. Носова В.Н. Французская инвективная лексика в прагмалингвистическом и
коммуникативно-дискурсивном аспектах: Автореф. дис. … канд. филол. наук /
В.Н. Носова. – Воронеж, 2011. – 24 с.
28. Паршуто О.В. Употребление арго во французском языке и в художественном
тексте / О.В. Паршуто // Вестник Полоцкого государственного университета. –
2013. – № 10. – С. 79-85.
29. Пачина А.Н. Лексический аспект понятия «оскорбление»: к вопросу о
средствах языкового выражения оскорбления / А.Н. Пачина // Актуальные
проблемы изучения языка, литературы и журналистики. – Абакан: ХГУ им. Н.Ф.
Катанова, 2015. – С. 142-145.
91
30. Пересторонина И.Л. Разговорная и просторечная лексика в языке молодежи /
Пересторонина И.Л., Умрилова А.Д. // Проблемы романо-германской филологии,
педагогики и методики преподавания иностранных языков. – Вып. 13. – Пермь:
ПГГПУ, 2017. – С. 92-99.
31. Ретинская Т.И. О понятии «Профессиональное арго» и задачах современной
арготологии» / Т.И. Ретинская // Ученые записки Орловского государственного
университета. – 2011. – № 1 (39). – С. 206-211.
32. Ретинская Т.И. Синонимика как компонент полиаспектного анализа
французских профессиональных арго / Т.И. Ретинская // Вестник Волгоградского
государственного университета. Серия 2. Языкознание. – 2010. – № 2 (12). – С.
131–136.
33. Ретинская Т.И. Системное описание профессиональных арго / Т.И. Ретинская
// Известия Волгоградского государственного педагогического университета. –
2010. – № 10 (54). – С. 50-53.
34. Ретинская Т.И. Французское молодежное арго: новейший синхронический
срез // Романские языки и культуры: от античности до современности. – М.:
ООО «МАКС Пресс», 2016. – С. 244-248.
35. Рубанова Е.В. Подходы к обозначению и определению криминального языка
/ Е.В. Рубанова // Актуальные проблемы преподавания иностранных языков в
высшей школе Республики Беларусь: сборник материалов IV Республиканской
научной конференции, 24 ноября – 23 декабря 2016 г. – Могилев: МГУ имени
А.А. Кулешова. – 2017. – С. 134–138.
36. Сайфуллина А.М. Социально-психологические факторы употребления
обсценной лексики старшими подростками / А.М. Сайфуллина // Студенческая
наука и XXI век. – 2017. – № 15. – С. 361-363.
37. Свиридова Г.Ф. Просторечная лексика в речи современных носителей языка /
Г.Ф. Свиридова // Материалы XIX Отчетной научно-практической конференции
профессорско-преподавательского состава. – Воронеж: ВЭПИ, 2016. – С. 190192.
92
38. Ускова А.И. Основные функции английского арго в художественном тексте /
А.И. Ускова // Научный вестник Воронежского государственного архитектурностроительного университета. – 2013. – № 2 (20). – С. 154-165.
39. Ускова А.И. Эволюция употребления арго в художественной литературе /
А.И.
Ускова
//
Вестник
Омского
государственного
педагогического
университета. – 2015. – № 1 (5). – С. 39-41.
40. Ухова П.С. Современный сленг как отражение языковой картины мира
французской и русской молодежи / П.С. Ухова // Культура, литература, язык. –
Ярославль: ЯГПУ, 2013. – С. 121-129.
41.
Файзиева
Г.В.
Изучение
молодежного
сленга: основные
подходы,
проблематика и направления / Г.В. Файзиева // Гуманитарные исследования. –
2016. – № 2 (58). – С. 38-44.
42. Хамитова С.Е. Школьный жаргон как эмотивный компонент языка / С.Е.
Хамитова,
Р.М.
Рахимжанова
//
Ломоносовские
чтения
на
Алтае:
фундаментальные проблемы науки и образования. – Барнаул: АГУ, 2015. –
С. 388-397.
43. Хаперский В.Н. Арго во французском языке / В.Н. Хаперский // Наука и
образование. – 2001. – С. 67-69.
44. Холодкова М.В. Определение состава просторечной лексики / М.В.
Холодкова // Вестник Тамбовского университета. – 2008. – № 10 (66). – C. 49-62.
45. Цыбульская Н.А. Французское профессиональное арго: семантика и
структура / Н.А. Цыбульская // Идеи. Поиски. Решения: материалы VII
Международной научно-практической конференции. – Минск: БГУ, 2015. – C.
61-64.
46. Шкапенко Т.М. Обсценная лексика: о когнитивных механизмах табуизации
слов / Т.М. Шкапенко // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. –
2016. – Т. 2. – № 4. – C. 68-72.
47.
Ячменева
С.П.
Функции
арготизмов
в
художественном
тексте:
диахронический аспект: Дис. … канд. филол. наук / С.П. Ячменева. – Омск,
93
2007. – 199 с.
48. Grangé J.-Ch. Le passager. – P.: Albin Michel, 2011. – 700 p.
49. Grangé J.-Ch. Miserere. – P.: Albin Michel, 2008. ‒ 530 p.
50. Szabó D. Methodological Problems of the Sociolinguistic Study of Youth Slang:
Paris Teenagers’ Argot Commun // Androutsopoulos & Scholz. – P. 49-57.
51. Гранже, Жан-Кристоф / Википедия (официальный сайт) [Электронный
ресурс]. – Режим доступа: https://ru.wikipedia.org/wiki/Гранже,_Жан-Кристоф. –
Дата просмотра: 06.05.2018.
Powered by TCPDF (www.tcpdf.org)