читать весь текст

SWorld – 17-29 March 2015
http://www.sworld.education/index.php/ru/conference/the-content-of-conferences/archives-of-individual-conferences/march-2015
УДК 80
MODERN DIRECTIONS OF THEORETICAL AND APPLIED RESEARCHES ‘2015
Статья / Философия и филология – Фольклористика
Мартыненко Л.Б.
СВОЕОБРАЗИЕ КУБАНСКИХ ВАРИАНТОВ СВЯТОЧНЫХ ПЕСЕН,
СОПРОВОЖДАЮЩИХ НОВОГОДНИЕ ОБРЯДЫ, В КОНЦЕ ХХ - НАЧ.
ХХI ВВ.
Кубанский государственный университет
Краснодар, Ставропольская 149, 350040
Martynenko L.B.
ORIGINALITY OF THE KUBAN VERSIONS OF THE CHRISTMAS SONGS
ACCOMPANYING NEW YEAR'S CEREMONIES AT THE END OF XX THE HEAD OF THE XXI CENTURIES.
Kuban state university
Krasnodar, Stavropol 149, 350040
Аннотация. В данной статье раскрывается своеобразие кубанских
вариантов святочных песен, сопровождающих новогодние обряды, записанных
в конце ХХ – нач. ХХI вв. в различных станицах и городах Краснодарского края.
Ключевые слова: кубанский фольклор, новогодние обряды, святочные
песни,
детские
и
взрослые
щедровки,
меланки,
посеванки;
песни,
сопровождающие обряд «вождение козы»; кубанский диалект, вариативность,
региональная традиция.
Abstract. In this article the originality of the Kuban Christmas songs versions is
open. Songs accompanying New Year's ceremonies are written down at the end of XX
– the beginning of the XXI centuries in various villages and towns of Krasnodarski
Krai..
Key words: Kuban folklore, New Year's ceremonies, Christmas songs;
shedrofores for children and for adult, melanki, posevanki, the songs accompanying
a ceremony "driving of a goat"; Kuban dialect, variability, regional tradition.
Зимними святками у славян назывались рождественско-новогодние
праздники, которые длились две недели, начинаясь в рождественский
сочельник (24 декабря по старому стилю / 6 января по новому стилю) и
завершаясь днем Крещения Господня (6/19 января). Кроме Рождества Христова
и Крещения большим праздником в Святки был Новый год (1/14 января).
На Кубани особенно богато и многообразно представлены новогодние
обряды и фольклор, их сопровождающий. Материалы фольклорных практик,
проводимых преподавателями и студентами филологического факультета
Кубанского государственного университета в 1971-2009 гг., свидетельствуют о
том, что своеобразие календарных обрядовых песен святочного цикла,
записанных
в
различных
станицах
и
городах
Краснодарского
края,
заключается в сочетании элементов русской и украинской обрядовой традиций.
Это объясняется спецификой кубанского устного народного творчества,
обусловленной поздним заселением края (конец XVIII в.), языковой и
сословной разнородностью населения. Как известно, первыми переселенцами
на Кубани были черноморские (бывшие запорожские) казаки – носители
украинского языка и линейные (донские) казаки, говорившие на русском языке.
Затем наблюдался бурный приток иногородних – крестьян из различных
губерний России и Украины, особенно усилившийся после реформ 1860-1870-х
гг.. Таким образом, кубанский фольклор включает произведения собственно
русские, украинские и созданные непосредственно на Кубани на особом
диалекте, возникшем в результате взаимовлияния русского и украинского
языков.
Вечер накануне Нового года (31 декабря/13 января) в народе называют
«Васильевой колядой», «Щедрым вечером», «Днем святой Мелании».
Повсеместно в этот вечер щедровали, то есть исполняли в домах (или под
окнами) особые обрядовые песни – щедривки, или щедровки. В русском
фольклоре таких песен нет, традиция их исполнения пришла на Кубань от
украинцев. Щедровали взрослые, чаще представительницы женского пола, и
дети.
Сопоставление современных вариантов детских щедровок, записанных в
различных населенных пунктах Краснодарского края, с вариантами из
классических сборников украинских народных песен свидетельствует об их
хорошей текстуальной сохранности. Основной мотив детских щедровок:
просьба к хозяевам дома наградить за исполнение ритуальных песенок. Дети
просят дать им «варэнык», «грудочку кашкы», «кильце ковбаскы», «кышку»,
«сало», «пирога», «пятака» и т.д. Маленькие щедровальщики нередко
предупреждают взрослых, чтобы те поторопились с угощением, так как они
замерзли: «Коротка свытка / Измерзла лытка / Давайте худко / Побижу прудко»
[1, с 119], а иногда в детских щедровках звучат шутливые угрозы: «Дайтэ
кныш, бо пущу в хату мышь / Дайтэ ковбасу, бо вам хату разнэсу» [1, с 199]. В
детских щедровках
любопытно варьируется название Щедрого вечера:
«щэдрык-вэдрык, щедривочка, щедривонька» и др. Дети в большей степени
осуществляют не магический, а игровой момент обряда щедрования.
Во взрослых щедровках, как правило, звучит рефрен «Щэдрый вэчир,
добрый вэчир». Как верно отмечает Н.И. Бондарь [2], иногда в качестве
щедровок могли исполняться и колядки, в которые также входил рефрен
«Щэдрый вэчир…». Часто во взрослых щедровках разрабатывается тот же
мотив, что и в детских, – просьба к хозяевам угостить щедровальщиков,
желающих односельчанам всяческих благ и поздравляющих с наступающим
Новым годом. Например: «Добрый вэчир, господарю», «Щедрый вечер-добрым
людям», «Прилытила ластывочка», « А дома, дома дядько Хома?» и др. Однако
большинство щедровок имеют серьезную религиозную тематику: «Ой, в
Иерусалиме рано зазвонили» (весть о рождении Христа и о выборе ему имени),
«Как на речке, на Ердане (Ирдане)» (ангелы уносят в небеса ризу, которую
«Прэчиста прала», сообщая святым о рождении Иисуса). В ряде кубанских
вариантов традиционных щедровок появляются региональные топонимы: «На
Иордане, на Кубани/Мать Божия рызу мыла», «На Кубани, Иордани» [1, с. 9697]. Очевидно, что уже на территории нашего края возникла щедровка «У нас
на Кубани засвитыло сонце», исполняющаяся на кубанском диалекте.
Материалы фольклорного архива кафедры наглядно показывают, что и в
XXI веке большой популярностью на Кубани пользуется щедровка с
религиозно-нравственной тематикой «Ой, сив Хрыстос та вэчеряты», в которой
рассказывается о том, что Господь не позволил выпустить в праздничные дни
одну душу из «пэкла», так как она при земной жизни согрешила в мыслях
против матери, а по некоторым вариантам, – против всех старших членов своей
семьи. Варианты этой щедровки, зафиксированные в конце ХIХ века известным
собирателем кубанского фольклора А.Д.Бигдаем [3,c.90-93], свидетельствуют
об очень хорошей сохранности текста святочной календарной песни.
Разновидностью щедровок на Кубани являются особые песни – меланки,
названные в честь святой Мелании и исполняющиеся накануне Нового года
(31 декабря/13 января). День 1/14 января назывался Васильевым днем или днем
Василия Великого. По рассказам разных респондентов, проживающих во
многих населенных пунктах Краснодарского края, в обряде меланкованья
принимали участие чаще женщины, но в некоторых станицах и мужчины.
Веселая толпа приводила в дома односельчан «Меланку» - девушку,
наряженную, как невеста, или «Меланку» и «Васыля» (его роль могли
исполнять и юноша, и девушка). Все песни, сопровождающие хождение с
“Меланкой”, даже небольшие по объему
(односюжетные), предполагают
инсценировку, это видно из «приказов» участников обряда, побуждающих
«Меланку» к действию: «помолись, поклонись, перекрестись». В ряде песен
уже сама «Меланка» обращается к «Васильку» (батьке, брату) с просьбой
пустить ее в хату или показано, как «Меланка» приходит в чисто поле, где
пашет «Святый Василько», и просит довести ее до дома – так поэтически
отражены в народных обрядовых песнях два святых, символизирующих
переход от Старого года (Святая Меланья) – к Новому (Святой Василий).
Участники обряда, как и щедровальщики, заканчивают свои песенки просьбой
об угощении: «А нам калач дайте / Тике не ломайте / Целенький давайте»
[1,c.126] или « Кутью на вэчерю, а гроши в кышэню» [1,c.129], но чаще просят
«расплатиться» с усердно кланяющейся «Меланкой»: «Нашей Мыланке така
плата: / Пару калачив и горилки кварта» [ 1,c.139] или «Пару калачей и шелку
на платье» [1,c.137] и т.д..
Очень популярна на Кубани меланка со сложным сюжетом «Шо учора из
вэчора/ Пасла Мыланка два качура»: «Меланка» просит своего «батэньку
Васылька» проводить ее до дома, где она обещает его «шануваты, по трычи на
дэнь полываты, ще й у субботу прорываты», то есть речь идет о цветке
васильке.
Существует
множество
русских
и
украинских
легенд
о
происхождении васильков, одна из них представляет особый интерес: в ней
говорится, что васильки были названы в честь Святого Василя Великого,
который очень любил цветы и зелень и всегда при жизни украшал ими свою
келью. «Коли згодом вiдкрито було домовину з чесними мощами святого
Василя Великого, то знайшли в нiй пахучу рослину зi скромними квiточками,
яку на честь святителя i названо васильком» [4,c.275].
В 1983г. в станице Азовской зафиксирован явно архаичный вариант
меланки, где «героиня» названа «заднепранкой»: «на Днипри була, ложки
мыла», в более современных записях конца ХХ-нач.ХXI вв.
«Меланку»
характеризуют по ее функциональным действам: «заметалка, замытанка,
пидмиталка», а ложки она моет в море( или в речке, на камешке), то есть
забыто прежнее топонимическое название места совершения обряда.
31декабря/13января вечером во многих населенных пунктах Кубани вместе
с «Меланкой» водили «козу» (а в ряде станиц это обрядовое действо совершали
утром Нового года), символизирующую плодородие, об этом свидетельствуют
приговоры «свиты козы»: «Дэ коза рогом, / Там жито стогом, / Дэ коза нэ
бывае, / Там жито вылягае [1,c.150].
Известно, что по окончании жатвы был распространен обряд «завивания
бороды»: колосья несжатых злаков или связывали в пучки, или заламывали, т.е.
«завивали бороду». «Смысл этого обряда, очевидно, в том, чтобы сохранить
плодородную силу поля, воплощающуюся в козло- или козообразном существе,
скрывающемся в последних несжатых колосьях или снопе» [5,c.23].
Ученые указывают на связь «скотьего бога» древних славян – Велеса с
зимними святками и масленичной карнавальной обрядностью. В честь этого
божества пекли обрядовое печенье в виде домашних животных и надевали
звериные маски в святочные дни, плясали в вывороченных тулупах. Именно так
традиционно наряжают «козу» на Кубани, роль которой выполняет юноша в
маске козы и в вывороченном тулупе. « Козу» могут сопровождать различные
ролевые персонажи: дед, поводырь, мехоноша, врач, казаки, хор. Как правило,
«козу» водят мужчины, но в некоторых населенных пунктах края к ним
присоединяются и женщины. Хозяева дома приглашают участников обряда «в
хату», где те поют особые обрядовые песни. Особенно популярен сюжет
«Щедрый вэчир вам – честным господам,/Мы не сами йдэм, мы козу вэдэм»,
который предполагает инсценировку: «коза» и ее свита выполняют то, о чем
поется в песне. Во всех вариантах этой песни упоминается «Мыхайливка» (село
с таким названием есть в Запорожской области Украины), где «Вси люди
стрэльцы, / Встрэлылы козу / Пид правое ушко» [1,c.146]. Смысл песни:
«убитая» «коза» оживает и вместе со свитой просит у хозяев угощение. Есть и
более простые песенки, представляющие «мудрую козу»: «Я – коза-дереза, за
три гроша куплена, / За три бока луплена», «Пришла коза-дереза, поздравленья
принесла», «А в попа, попа крывая вэрба» [1,c.149-150] и др.
Рано утром 1/14 января молодые парни и мужчины ходили по домам
«посевать», то есть посыпали зерном (одного вида или разных культур) в
жилищах односельчан, имитируя посев зерна, что должно было обеспечить
богатый урожай в новом году. Могли обсыпать зерновыми и хозяев. Обряд
«посевания» сопровождался пением (или приговорами) особых коротких
песенок, которые на Кубани называются «посеванками». Широко известен
сюжет посеванки «А в поле, поле/Там плужок орэ». За плужком « сам Господь
ходэ», Дева Мария «ризы носила» («йисты носила», « воду носила»), она
просит Господа: «Зароды, Боже, жито-пшеныцю, всяку пашныцю», причем
речь идет о сказочно-щедром будущем урожае: «щоб с колосочка жита бочка»
[1,c.153]. В другой
посеванке, также представленной в многочисленных
вариантах, чудесным землепашцем показан святой Илья: «Ходит Илья на
Василья,/ Носит пугу житяную, а другую просяную» [1,c.155]. В былинной
традиции рисуется земледельческий труд святого: «Куды пугой махнет, / Там
жито растет. / Жито, пшеница, / Овес, гречица. / Копен по двести» [1,c.156].
Посеванки очень популярны и в настоящее время в Краснодарском крае.
Итак, можно сделать вывод, что календарные обрядовые песни святочного
цикла, генетически во многом связанные с украинской традицией, активно
бытуют на Кубани в ХХ-ХХI вв. Влияние особого кубанского диалекта
значительно сказывается на лексических и грамматических особенностях
вариантов традиционных украинских песен. Так в одних вариантах песен могут
использоваться украинские формы звательного падежа: матэ, батько, сонечко,
братику, месяцу; в других- русские формы именительного падежа: мама,
папанька, брат, месяц и т.д. Некоторые украинские слова, теперь редко
использующиеся в разговорной речи кубанцев, заменяются в текстах песен на
русские: «господар» - «хозяин», «барыло» - «бочонок», «лякаты» - пугать и т.д.
В кубанских вариантах традиционных святочных песен появляются местные
топонимические
названия:
Кубань
(река),
Кубань
(регион
России),
Краснодарский край, что объясняется стремлением исполнителей придать
песням особый региональный колорит.
Святочный календарный фольклор Кубани – ценный материал для
исследования региональной традиции обрядового фольклора украинского и
русского народов.
Литература:
1. Календарный обрядовый фольклор Кубани. Святочный цикл/ Сост.
Л.Б.Мартыненко, Л.А.Степанов; Краснодар: Кубанский гос. ун-т, 2009. – 192 с.
2. Бондарь Н.И. Календарные праздники и обряды кубанского казачества.
– Краснодар: «Кубанькино», 2003. – 266 с.
3. Бигдай
А.Д. Песни кубанских казаков/ Ред. В.Г. Захарченко –
Краснодар: Кн. изд-во.Т.1: Песни черноморских казаков, 1992. – 440 с.
4. Мiфи Украiни. За кн. Георгiя Булашева «Укр.народ у своiх легендах,
релiг.поглядах та вiруваннях». / Пер. Ю.Буряка. – К.: Довiра, 2006. -383с.
5. Обрядовая поэзия: Кн.1. Календарный фольклор / Сост.Ю.Г. Круглов –
М.:Русская книга, 1997. – 576 с. – (Б-ка русского фольклора; Т.3).