close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Девять Хвостов
Автор: Sin-chan
Фэндом: Naruto
Персонажи: Кьюби/Наруто, Итачи/Наруто, Гаара/Наруто, Недзи/Наруто, Сай/Наруто,
Киба/Наруто
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Романтика, Юмор, Экшн (action)
Размер: Макси, 255 страниц
Кол-во частей: 44
Статус: закончен
Описание:
После тренировочного путешествия Наруто изменился. Печать Четвертого исчезла.
Публикация на других ресурсах:
С разрешением
Примечания автора:
Один из моих дорогих читателей написала замечательную зарисовку по мотивам этого
фика. Кто хочет ознакомиться, прошу сюда: http://ficbook.net/readfic/279041
1 глава
- Апчхи!
Гаара недовольно повел носом: где-то среди всевозможных бумаг да свитков на его
рабочем столе затерялся платок. Беглый осмотр результатов не дал, а тщательный
совершать было откровенно лень.
Нет, его, разумеется, не продуло. Просто кто-то упорно о нем вспоминал в последнее
время, и парню это не нравилось. Не пересмотри он своих взглядов на жизнь – особенно
на жизни других – 3 года назад, кому-то здорово не поздоровилось бы.
Нет, правда, эта щекотка в носу очень раздражала юного Казекаге.
Отложив доклады о проделанных миссиях, рыжеволосый парень скучающе посмотрел в
окно.
Песчаная буря опять накрыла всю деревню. В такую погоду желательно не покидать свои
дома…
- Апчхи!
Может, все же простудился?
Столь нелепая мысль заставила дернуться уголки губ на, всегда таком невозмутимом,
лице.
О болезнях он знал лишь понаслышке. Даже странно, что подобное могло прийти в
голову.
Может, Темари в Конохе поминала его, на чем свет стоит? Помнится, она не слишком-то
обрадовалась идее отправки в Страну Огня в качестве посла. Хотя, скорее всего, дело в
причинах: ну, кому захочется тащиться в такую даль ради дурацкой прихоти младшего
братца быть в курсе новостей о каком-то там непоседливом парнишке?
Гаара вздохнул.
Он терпелив, он умел ждать. И все-таки, когда уже Наруто даст о себе знать?
Согласно весточке от Хьюги, где-то в Стране Ветра расположено одно из убежищ
Орочимару. Но где?
Недзи, когда-то уже проанализировав обнаруженные лежбища Змеиного Саннина, выявил
закономерность: все укрытия находились поблизости, но за пределами слабо населенного
пункта, под землей и рядом с водным источником. Первое было необходимо для
пополнения запасов подопытных, второе – для защиты и звукоизоляции, третье – для
сокрытия следов опытов.
Значит, и в Стране Ветра следовало искать неблагополучные районы вблизи рек, озер или
морей.
Решив воспользоваться помощью карты, Гаара принялся перебирать ворох макулатуры на
своем столе. После пятиминутных раскопок нашелся носовой платок. Побуравив взглядом
уже ненужный клочок материи, парень вернулся к поискам. Пока ворошил документы,
свиток с картой подло закатился под стол.
Напрочь забыв о подвластном ему песке, Песчаник с охотничьим азартом нырнул следом
за своей жертвой.
Как назло, в этот момент – по привычке без стука – вошел Канкуро и имел удовольствие
лицезреть бормотавшего под столом откровенно одержимым голосом Казекаге.
- Гаара, какого ты тут… - На одно мучительно долгое мгновение, столкнувшись со
взглядом зеленых глаз, ему показалось, что вернулся прежний безумный Гаара, не
считавшийся ни с чем, кроме собственных искаженных желаний.
Но нет, тень безумства, промелькнув в глазах юноши, стоило ему моргнуть, бесследно
исчезла.
Или просто затаилась?
- Мне нужна была карта, - выбравшись из-под своего рабочего места со свитком в руке,
пояснил Гаара.
- Аа, - протянул Канкуро, так и не въехав в ситуацию. Тряхнув головой, он решил
концентрироваться на деле, что его привело. – К нам гости пожаловали. В общем, у нас
там Узумаки Наруто с каким-то стариком.
С последней их встречи прошло три года. Заняв пост Казекаге, Гаара окунулся в работу по
восстановлению доброго имени своей деревни, ни на минуту не забывая человека,
спасшего его от бессмысленного существования в одиночестве.
Носитель Шукаку давно для себя решил, что если Узумаки Наруто когда-нибудь
обратится к нему за помощью, он сделает всё, о чем бы тот ни попросил.
Однако, покидая кабинет вместе с Канкуро, Гаара даже представить не мог, что помощь
блондин собирался не просить, а предлагать.
…
Наруто не находил себе места. Наворачивая ...дцатый круг в приемной комнате во дворце
Казекаге, он мучился сомнениями.
Как примет его Гаара? Поверит ли его словам? И как вообще так получилось, что он уже
стал главой деревни, а Наруто еще нет?! Хотя конечно, это здорово и все такое, но… вот
вернет Саске и пойдет становиться Хокаге! Да!
Дзирайе, мирно сидевшему на каменной скамье, довольно быстро надоело оранжевое
мельтешение перед глазами.
- Наруто, замри, - лениво протянул он со своего места.
- Чего? - Озадаченно остановился парень.
- Сядь, говорю, и успокойся, - терпеливо повторил Саннин. - Раз уж ты притащил меня в
Суну, даже не объяснив причины, то, по крайней мере, не позорь своего великого учителя
и…кгх-ха…
Мужчина не договорил, подавившись слюной: в комнату вошла молодая светловолосая
служанка с подносом еды.
- Ооо, благодарю Вас, прелестница, - подскочил он к смущенной девушке и помог
поставить поднос на широкий стол в центре помещения.
Наруто закатил глаза.
- Ну, и кто кого позорит-то, Эро-Саннин!? И ладно бы из-за рамена, - пробурчал он себе
под нос, отлично понимая, что его никто не слушает.
Парень искренне не понимал, как можно волочиться за каждой юбкой, как его горенаставник.
Едва служанка удалилась под влюбленный взгляд Дзирайи и недовольное ворчание
Узумаки, как в комнату вступил высокий молодой человек в бело-голубой мантии.
Наруто озадаченно притих. Не то, чтобы Гаара так уж сильно изменился, но все же стал
другим.
Первое, что заметил Узумаки, это то, что ушла пугающая отчужденность, аурой
окружавшая Песчаника. Светло-зеленые глаза в обрамлении привычных теней смотрели
на Наруто спокойно, но не равнодушно и не холодно. Казалось, Гаара наконец-то обрел
гармонию с собой и миром.
Он возмужал, и даже под хламидой угадывались мышцы.
Но главным, что неимоверно поразило блондина – Гаара за эти три года существенно
вытянулся и стал выше его на полголовы!
Конечно, Узумаки всегда был низкорослым, но Песчаник был ведь еще ниже!
Был.
- Черт побери, Гаара! Ты вырос! – Обвинительно вскричал Узумаки, от полноты
возмущения подпрыгнув на месте.
Казекаге никак не показал, что услышал сие глубокомысленное замечание.
Ну, вырос и вырос. Какая разница, когда в животе все переворачивалось, и сердце
пропускало удар за ударом?
Гааре Узумаки запомнился крикливым мальчишкой с ясным, невыносимо чистым и
открытым взглядом, дерзкой улыбкой и непоколебимым духом.
Он таким и остался. Почти.
Невысокий, едва достигающий плеча Саннина (а подрос ли он вообще?), с подтянутой
фигурой и развитой, проглядывающей через сетчатую майку, мускулатурой; со смуглой,
бронзовой кожей и тонким, почти деликатным лицом. Из-за игры теней синие глаза
казались словно подведенными черным, а светлые волосы плавленым золотом блестели в
свете ламп, едва касаясь горловины расстегнутой оранжевой куртки.
В окно комнаты ворвался ветер, и Гаара увидел длинные медные пряди, перехваченные в
хвост. Оказалось, часть волос у Наруто достигала лопаток, и золотой цвет там плавно
переходил в насыщенно-медный ближе к кончикам.
Под челкой металлом сверкнул протектор с эмблемой Листа.
- Кхм, приветствую, Казекаге-сама, - с непонятной интонацией прервал Дзирайя
разглядывание своего ученика.
Гаара, словно опомнившись, перевел взгляд на мужчину.
- Добро пожаловать в Суну, Дзирайя-сама, один из Великих Саннинов, - кивнул он. Того
же кивка удостоился и Узумаки.
Отчего-то Гааре давалось с трудом произносить имя Наруто вслух.
Сделав приглашающий жест рукой, он предложил гостям присесть за стол и подкрепиться
с дороги.
Жабий Отшельник с удовольствием приступил к трапезе, не в пример своему
блондинистому ученику, который тихо тосковал по родному и любимому рамену. Но не
просить же Гаару поискать. Пришибет еще за наглость.
«Надо было сначала в раменную наведаться», - подавленно раздумывал Узумаки, с кислой
миной ковыряясь вилкой в рагу.
В дверь коротко постучала и, получив разрешение, вошла знакомая служанка. На ее
подносе красовались три миски с фирменной эмблемой местной раменной.
Узумаки при одном лишь аромате прослезился от счастья.
- Ано-са, ано-са! Это же РА~АМЕН!!!
…
- Значит, ты тоже любишь рамен, Гаара? - Поинтересовался довольный блондин через
пару минут после того, как миски опустели.
Песчаник продолжил неспешно орудовать вилкой. Не то, чтобы он был так уж поглощен
процессом насыщения, но признаваться вслух, что, едва узнав о прибытии Наруто, он в
первую очередь озаботился отправкой Канкуро за этим «дурным» блюдом, не хотелось.
А ведь он предвидел и то, что одной миски Узумаки не хватит.
- Не люблю, - наконец ответил Казекаге и, предупреждая новые вопросы, спросил сам. Что привело тебя в Суну?
- Я… э… должен поздравить с избранием тебя Казекаге! - Запнувшись, бодро известил
Наруто, но Гаара заметил, как дрогнули его руки.
- Спасибо. Это все, ради чего ты проделал такой путь?
Наруто заерзал на своем месте, тяжело вздохнул. Отодвинув от себя посуду, он
сосредоточенно изучал собственные руки, собираясь с мыслями.
- Ты мне, конечно, не поверишь, но… Гаара, за носителями демонов охотится
группировка Акацки.
- Я знаю, - спокойно отозвался Песчаник.
Узумаки удивленно поднял на него глаза, но, тем не менее, продолжил, уверенный, что уж
следующие слова точно окажутся новостью для непрошибаемого ниндзя:
- Лично за тобой придут двое. Это какой-то Сасори… Оранжевого Песка, мастерподрывник, и, Бейдара, он вроде… типа твоего брата, тоже с куклами…
- Что еще за «типа, тоже с куклами»? - Хмуро осведомился появившийся в дверях
Канкуро.
- Ну, не разбираюсь я в этой фигне! - Отчаянно вскричал блондин.
Получая информацию о готовящемся нападении, Наруто находился в несколько…
неадекватном состоянии, из-за чего еще по пути в Суну умудрился благополучно
подзабыть и перепутать все детали.
- Значит, Сасори… Оранжевого… Песка, - без выражения повторил Гаара.
- Сасори? Скорпион Красного Песка, вы о нем? - Канкуро опустился на свободное место
за столом, переводя недоуменный взгляд с брата на гостей и обратно.
- Наруто, ты все перепутал, - закатил глаза Дзирайя. - Сасори не Оранжевого, а Красного
Песка, и никакой он не подрывник, а мастер-кукольник! И откуда тебе это все известно?
Песчаников тоже интересовал этот вопрос.
- А меньше надо по бабам шляться! - Фыркнул Наруто, недовольно вздернув подбородок.
- И все-таки? - Допытывался Отшельник, пропустив упрек мимо ушей.
- Я подслушал, - буркнул парень после непродолжительного молчания.- Увидел их плащи
на рынке и пытался последить. Они скрылись раньше, чем я их разглядел, только о
нападении да имена смог уловить… А ты и этого не смог бы!
- Да-да, конечно, мелочь пузатая, - хмыкнул мужчина и обратился к Канкуро. - Хотелось
бы услышать достоверную информацию о легендарном кукольнике.
2 глава
Наруто удрученно вдыхал запах чистой наволочки.
И ему, и Эро-Саннину предоставили квартиру неподалеку от дворца Казекаге.
- Здесь не так, как в Конохе, - выдохнул парень, перевернувшись на спину.
Взгляд в полутьме комнаты цеплял отдельные детали обстановки: набор глиняной посуды
на полке, маленький столик прямоугольной формы, кровать вместе с храпящим Дзирайей,
глиняные стены, потолок.
Хотелось отрубиться. С тех пор, как узнал о грозившей опасности Гааре, он так толком и
не спал – боялся опоздать и потому гнал как сумасшедший. Если бы не учитель, вообще
бы не останавливался на те несчастные два-три часа передышки.
Но теперь все хорошо. Он успел. Он предупредил Гаару. И пусть тот только попробует не
дать ему помочь разделаться с этими Акацки!
Глаза не закрывались. Мысли неслись одна за другой, а неуемная энергия требовала
выхода.
Парень накрыл голову подушкой в надежде, наконец, уснуть.
Все же Гаара сильно изменился. Перестал быть таким худым и бледным…. Красивый
стал… да… и сильный…
Открыв глаза, Наруто понял, что не уснет, пока не сбросит напряжение. По телу
разливалась бурлящая сила, взывавшая, требовавшая употребить ее по назначению. И
покидать его она явно не собиралась.
Отбросив подушку, парень рывком соскочил с кровати и кинул взгляд за окно. Буря за
день наконец-то успокоилась, и в ясном темном небе можно было без труда различить
звезды.
- Ночь, - констатировал он постно. - И чего теперь делать?
Будить Дзирайю ради тренировки парень посчитал гиблым делом. Наставник в лучшем
случае покроет его трехэтажным матом и вышвырнет в окно, даже толком не
проснувшись.
Вздохнув, Узумаки оделся и бесшумно покинул квартиру.
Легкий ветер моментально забрался под расстегнутую куртку, жадно лаская
разгоряченную кожу.
Наруто лихорадило.
- Жарко, - пробормотал он себе под нос, проведя ладонью по обнаженной груди, и тут же
напрягся, ощутив спиной чей-то пристальный взгляд.
Просчитав варианты, Наруто довольно хмыкнул и неспешным шагом вышел на узкую
улочку, выжидая удобный момент, чтобы схватить шпиона.
Он не задумывался о том, кому понадобилось за ним следить и зачем. Какая разница, если
появился такой замечательный повод подраться!
От предвкушения разминки сводило мышцы, сердце барабанило о ребра.
«Ну, давай же, - нетерпеливо подгонял он неизвестного, изображая из себя лунатика. Подойди ближе, еще совсем чуть-чуть… каких-то несколько шагов… ну же… ну же..!»
Почувствовав, что наблюдатель приблизился на нужное расстояние, блондин в одно
мгновение подменил себя клоном и, скрываясь в тенях, забрался на один из домов,
располагавшихся вдоль дороги.
«Сейчас развлечемся», - осклабившись, подумал Узумаки и, не приглядываясь к
показавшейся из-за поворота фигуре, прыгнул.
«Вот и развлекся», - невесело констатировал он пару секунд спустя, отплевываясь от
песка, забившегося в рот. И руки, и ноги были скованы плотным коконом со знакомым,
едва уловимым запахом застарелой крови.
- Э…привет, Гаара, - промямлил Наруто, глядя в невозмутимые зеленые глаза. - Чего не
спишь?
- Бессонница, - лаконично ответил Казекаге. Если он и был удивлен внезапным маневром
Узумаки, то виду не подал.
- Аа, да, точно, - натянуто рассмеявшись, Наруто повертел головой. - Слушай, я тут…
случайно на тебя прыгнул. Может, отпустишь уже меня?
- Ты изменился, - пропустив нелепое объяснение мимо ушей, Гаара подошел вплотную к
кокону и поднес ладонь к полосатой щеке.
Как давно он хотел это сделать! Почти звериное ликование обуяло Песчаника.
Но нет. Остановиться. Сковать бушующие чувства, забыть, кто в твоих руках.
Успокоиться. Отвлечься.
- Почему ты в Суне?
- А? Я же сказал: из-за угрозы Акацки, - Наруто нервно вздрагивал от столь интимных –
по его мнению – прикосновений и, чего греха таить, приятного тянущего чувства, что они
вызывали. Но поддаваться этому он не собирался.
Просто не мог, не имел права.
- Или ты сомневаешься в моих словах?! - Вскричал он возмущенно.
- Наруто, - то, с каким выражением Гаара произнес его имя, заставило Узумаки поумерить
пыл,- скажи… я изменился?
Блондин пару раз непонимающе моргнул, но затем его взгляд прояснился. На губах
выступила мягкая улыбка.
- Да, изменился. Ведь ты избавился от ЭТОГО чувства, нэ?
Гаара не отрывал взгляда от лица блондина.
Это чувство – одиночество – он действительно смог избавиться от него. Секрет жизни
оказался так прост и так сложен.
«Быть нужным кому-то».
- Я хочу помочь тебе, - признание вырвалось невольно. Отчего-то горло свело спазмом, и
что-то похожее на страх охватило разум.
Пальцы, гладившие тонкие полосы на щеках, дрогнули. Пришлось сжать их в кулак.
По поверхности песчаного кокона прошла едва заметная рябь.
- Ты нас с ребятами уже выручил тогда, когда Саске… в той заварухе с шиноби Звука, запнувшись на имени друга, оправил себя Наруто. - Так что не стоит…
Внезапная боль заставила прерваться. Рука, что так нежно касалась его лица, теперь с
силой сдавливала левое плечо сквозь песок, словно призывая замолчать.
- Нет, - с усилием выдавил Казекаге. - Нет. Ты мне ничего не должен. Я просто хочу тебе
помочь… с Учихой, с Акацки – с любым, что тебя волнует.
- Э…
Признание Гаары заставило замереть и сжаться сердце. Сотни мыслей пронеслись в
голове, осталась лишь одна: «Вот ведь…»
Все произошло слишком быстро, чтобы разум успел пресечь взбунтовавшееся тело.
Просто кокон вдруг больше не удерживал руки, а бледное лицо с зелеными глазами
оказалось невозможно близко. И само собой получилось пройтись по сухим губам
Песчаника языком, нетерпеливо увлекая его на услужливо распростертый песок.
И целовать, целовать, целовать, пока не онемели губы, пока не стала кружиться голова,
пока самого не подмяли и не перехватили инициативу.
И вот уже Наруто ощущал на своем теле изучающие руки, жадные губы, безумный взгляд.
С приглушенным рыком Гаара задрал черную безрукавку Узумаки, обнажив смуглую
кожу торса и груди, без жалости прикусил возбужденный комочек правого соска, впился
ногтями в левый.
Это напоминало одержимость, сумасшествие, когда уже ничто не имеет значения кроме
объекта вожделения.
Когда-то удовольствие приносили искаженные ужасом лица врагов, их крики, полные
боли и отчаяния. Их страх. Их смерть.
Сквозь пелену страсти Гаара остро ощущал, что стоны Наруто для него куда более
пьяняще, его пылающее лицо манило больше, чем гримасы умирающих. И вкус его тела, и
запах, и весь он – сплошное наслаждение. Как наркотик. И даже сильнее.
Каждая ласка оставляла красновато-розовые полосы на коже, но Наруто это, казалось, не
тревожило. Вряд ли он вообще их замечал.
От одежды избавлялись со звериной яростью, разрывая непослушную ткань, мешавшую
насытиться по-настоящему.
Гааре было все равно – взять или отдать. Он хотел Наруто, а каким образом, было не так
уж и важно. Но Узумаки сам раздвинул ноги. Шальные синие глаза смотрели
требовательно, нетерпеливо. Вызывающе непристойно.
Казекаге провел ладонями по вздымающейся груди, пересчитал пальцами ребра и,
наконец, сжал бедра.
- Ну же! - Хрипло, сквозь зубы.
Поднесенные ко рту пальцы Наруто послушно облизал, смачно сдобрив слюной.
Сначала вошел один палец, к нему резко добавился второй. Сдерживаясь, Гаара
растягивал узкое отверстие, то вводя, то выводя их, раздвигая на манер ножниц. Узумаки
под ним шипел и жмурился, скребя ногтями песок.
Когда ощущения стали запредельными, блондин хотел, было, прикрикнуть на Песчаника,
но тот и сам решил закончить с подготовкой.
Закинув одну ногу Наруто себе на плечо, он парой поступательных движений вошел в
столь желанное тело.
От ощущения как его охватывало кольцо горячих мышц, парень на мгновение выпал из
реальности.
Слишком хорошо, слишком близко, слишком… опустошающе. Последняя мысль билась в
мозгу испуганной птицей, но Гаара решительно ее игнорировал.
Движения были быстрыми и жесткими, поцелуи – глубокими и жадными.
Сквозь золотистую кожу просачивалась алая чакра, но и на это Казекаге не обращал
внимания. Главное…
Наруто. Наруто. Наруто. Нару…то…
…
Проснулся Гаара за несколько часов до рассвета в тесноте, на своей кровати. Отсутствие
свободы объяснялось наличием одного светловолосого шиноби под боком.
Песчаник довольно быстро припомнил события ночи, а также посетившую его после секса
здравую мысль, что оставаться на улице, пусть и в переулке, не стоит. Во избежание
лишних вопросов.
Песок, послушный воле хозяина, аккуратно и незаметно перенес их в квартиру так, что
Наруто даже не проснулся.
Кстати…
Не удержавшись, Гаара нежным поцелуем коснулся губ парня.
- Я люблю тебя, - произнес он, глядя в синие, расширившиеся глаза. Неожиданно просто
дались ему эти три слова.
И как-то в это чудесное утро Гаара совсем не ожидал, что Узумаки в ответ лишь
зажмурится с обреченным, полным раскаяния стоном:
- Только не это…
3 глава
В последнее время Дзирайю не покидало тревожное чувство.
Началось все два месяца назад, когда во время тренировки Наруто внезапно потерял над
собой контроль, и высвобожденная им демоническая чакра покрыла его тело бурлящим
коконом.
Тогда едва не сформировался первый хвост Кьюби.
Но, к счастью, обошлось.
Инцидент повторился через неделю. Потом снова – дней через десять. Затем промежуток
увеличился до месяца с небольшим. Четвертый раз оказался самым сильным – Узумаки
отключился и не приходил в себя два дня.
Ни в одном из случаев хвост так и не был сформирован до конца. Ему будто бы что-то
мешало.
Когда Наруто потерял сознание, отшельник первым делом проверил состояние Печати. Та
была цела, но, не смотря на это, чакры парнишки и Лиса… смешались.
Это было странно, но демоническая чакра не поглотила человеческую, как опасался
Йондайме.
У Дзирайи было несколько версий происходящего с Наруто, но все они требовали
подтверждения. Поэтому мужчина решил пока ограничится наблюдением.
А тут еще эта информация об Акацки! Откуда она у Узумаки? В нелепую историю о
шпионаже поверил бы разве что кто-то вроде… самого Наруто.
Имена он их подслушал! Специальности! И даже объект охоты! Тьфу, совершенно врать
не умеет.
И все же, у Дзирайи было нехорошее предчувствие.
…
Ему было холодно. Так холодно, что ледяные струи воды казались возмутительно
теплыми.
Гаара не мог точно сказать, сколько он простоял в душе, упершись ладонями в стену,
склонив голову, проклиная любовь, которую так жаждал познать.
«Только не это», - сказал Наруто.
Эти слова стояли в ушах, они били по нервам, рвали на части что-то внутри, стирали все
мысли и чувства, оставляя за собой лишь сосущую пустоту.
Это было не больно. Это было… невыносимо.
… Наруто сорвался с кровати, смешно запутался ногами в простыне, упал, выпятив зад,
чертыхнулся, поднялся, потирая пострадавшую при падении щеку, и снова засуетился в
поисках одежды.
Гаара видел, как Узумаки старательно избегал встречаться с ним взглядом; слышал, как
загнанно билось его сердце, и все еще ощущал на губах вкус его губ.
«Прости», - вот и все, что сказал Наруто перед тем, как уйти. И Гаара мог поклясться, что
в тот момент вслед за Узумаки устремилась и его душа.
- Поэтому так пусто, - собственный шепот казался чужим, враждебным. И эта вода, и этот
кафель, и эта комната, и дом, и вся деревня, и весь мир – все было враждебным по
отношению к нему. Все хотели причинить ему боль, заставить прочувствовать настоящие
страдания.
Страдания, бОльшие, чем есть сейчас?
Раньше они не покидали его жизнь. Страдания – они затопляли его мир черным. Но он
как-то спасался от этого. Как-то.
Разум отстраненно фиксировал, как ноги нетвердой походкой вынесли тело из душевой в
спальню, как руки выдвинули ящики комода, извлекли привычную одежду, облачили в
нее влажное тело.
... Грязный, серо-коричневый оттенок. Его защита. Этот невзрачный цвет рассеивал тьму,
разбавлял ее алыми тонами, помогал забыться и не думать…
Тело двигалось на привычке: одеться, покинуть спальню, сделать глоток воды из стакана
на кухне, подойти к окну в гостиной.
…Хруст костей, всплеск крови, ошметки плоти. Серо-коричневое рисовало неприятные
картины, но они были лучше непроглядной тьмы.
Он не хочет снова тонуть в ней.
Устремленный в небо глаз заметил неизвестную белую птицу, наворачивающую круги
над Суной.
Такой вид не водился в Стране Ветра.
Нападение, о котором говорил Наруто?
… Прогнать тьму, разбавить ее другими красками – это все, чего он хочет.
Это все, что ему нужно. Нужно, чтобы снова начать ДЫШАТЬ!
…
Наруто никогда не смущался, когда окружающие называли его идиотом, клоуном,
придурком. Он злился и стремился доказать обратное, но все же прекрасно осознавал, что
в голове у него частенько бывал некоторый… бардак.
В зависимости от периода в жизни уровень этого бардака скакал по импровизированной
шкале.
Низшая точка в шкале была связана с детским воспоминанием, как Наруто вместе с
классом ходил смотреть на лица Хокаге, а Ирука-сенсей рассказывал о подвигах
Йондайме. Именно тогда мальчик решил, что непременно станет главой деревни, и мысли
его в тот момент были ясны и собраны как никогда.
Высшая же отметка бардака в голове у Наруто все время менялась – сказалась
насыщенная переживаниями и потрясениями жизнь.
До сего времени это место принадлежало Саске и их последней битве, той мешанине из
обрывистых мыслей и чувств, что едва его не погубили.
Но теперь и это болезненное воспоминание поблекло на фоне нового потрясения.
О каком упорядочивании может идти речь, когда понимаешь, что то, с чем ты боролся
всю сознательную жизнь, правда? И окружающие, называя тебя чудовищем, оказались в
итоге правы?
- Проклятье! - Костяшки правой руки разбиты в кровь, но Узумаки продолжал бить по
окаменелой стене здания в надежде, что боль отрезвит.
- Проклятье…
… Наруто плохо запомнил тот день.
Он вместе с Эро-Саннином прибыл в какой-то крупный город, и извращенец то и дело
восторгался местной достопримечательностью – закрытой купальней для монахинь.
Перед «сбором материала» Отшельник все-таки согласился на небольшую тренировку.
Сначала все шло как обычно, и у Наруто даже стала получаться новая техника (что он
разучивал вторую! неделю), но потом Дзирайя за каким-то лядом вспомнил о Саске и
сравнил его с Орочимару.
Подобное взбесило Узумаки, он ощутил неумолимое желание заткнуть учителя. Алая
чакра моментально разлилась по телу и закрыла собой зрение.
Шепоток демона скользил в голове, но внезапно оборвался.
Очнулся Наруто уже поздним вечером в снятой извращенцем комнате. И первым, что он
увидел, были алые глаза Мангъеко Шарингана.
- Пришел в себя, Наруто-кун?
Узумаки пробрало насквозь от спокойного, бесцветно-вежливого голоса.
Лицо Итачи в сумраке комнаты сложно было разглядеть, но его голос Наруто не
перепутал бы ни с чьим другим.
Бездумный рывок был скорее рефлексом, чем реальной попыткой сбежать - когда Акацки
склонился к его кровати, Наруто не смог побороть секундный страх.
Конечно, Итачи моментально перехватил руки парня и, удерживая оба тонких запястья в
одной, отвел их ему за голову, тем самым еще больше приблизившись, почти
навалившись на тяжело дышащего блондина.
- Без глупостей, Наруто-кун, или придется сломать тебе пару костей.
Угроза возымела обратный эффект: Узумаки, что есть силы, дернулся к лицу Учихи и с
рыком впился зубами в его нижнюю губу.
Почти сразу в рот хлынула чужая кровь, а на челюсти сомкнулись холодные пальцы.
Сдавили, и Наруто был вынужден ослабить хватку.
Рука Итачи переместилась с челюсти пленника на его горло.
Из прокушенной губы сочилась кровь.
Алые глаза чуть сощурились:
- Тсукиеми.
И Наруто провалился в бесконечно серый мир.
Черные облака.
Красная луна.
Узумаки посреди этого безумства как негатив самого себя.
- Похоже, сломанные кости ничему тебя не научат, Наруто-кун.
Он не мог пошевелиться. Расширившимися глазами Наруто наблюдал приближение стаи
черных воронов.
«Это иллюзия, просто иллюзия», - уговаривал он себя.
Первая птица нацелилась на левый глаз. Длинный острый клюв пронзил глазницу, черные
крылья били по лицу, горячая влага стекала по щеке. Наруто не мог двинуться, не мог
даже закричать.
Второй и третий вороны набросились на руку и грудь, впиваясь в податливую плоть,
отрывая куски.
Мельтешение крыльев и ошметки собственной плоти – если бы иллюзия позволяла,
Узумаки уже давно бы вырвало. Он не мог потерять сознание.
Внезапно… боль исчезла.
Наруто стало страшно, когда птицы вместе с нанесенными ими ранами пропали. И еще
страшнее, когда холодные руки легли на его предплечья.
Когда же невыносимо алая в черно-белом мире чакра разлилась по телу, окутав при этом
еще и Итачи, было уже не страшно. Просто поздно.
Первый поцелуй пришелся не в губы, а в шею. Странно, но даже в иллюзии Наруто
ощущал на коже припухлость прокушенной им же самим губы. И запах черных волос –
смесь из ароматов опавших листьев и хвои – был слишком реален, слишком ощутим.
Поцелуи были осторожными, полными сдерживаемого насилия и агрессии. Казалось,
Учиха боролся с желанием пустить в ход зубы.
Голос Наруто не слушался, крик ужаса застрял в горле.
Неужели Акацки решил ТАК наказать его за сопротивление?! Неужели птиц ему было
мало?
Ласкавшая ладонь остановилась на животе. Узумаки не видел, но точно знал: она лежала
ровно на его Печати.
- Что ты со мной пытаешься сделать, а, Наруто-кун?
Узумаки не понимал, о чем его спрашивал Итачи. Ведь это его – его! – собирались
изнасиловать. А он даже пошевелиться не в силах, даже закричать…
Алая чакра бурлила над ними, а в сером иллюзорном небе горела кровавая луна.
4 глава
Наруто проснулся за несколько часов до рассвета, свежий и полный энергии. На какой-то
момент он даже решил, что Акацки ему просто привиделся, однако, достаточно было
обернуться к окну, чтобы различить в предутренних сумерках мужскую фигуру.
Итачи сидел на подоконнике в пол оборота. Сгорбившись, он изучал Наруто из-под
полуопущенных ресниц.
Черный плащ с облаками лежал на его коленях, тонкие пальцы рассеянно перебирали
жесткую ткань.
Пробуждение Узумаки, казалось, его ни капли не интересовало.
- Что тебе надо? - Наруто хотел, было, встать, но обнаружил, что под тонкой простыней
абсолютно обнажен.
Нервы парня сдали окончательно.
- Что, ждешь, когда этот рыбомордый придет и поможет меня схватить?!- Запальчиво
выкрикнул он, ерзая на влажной еще ткани.
На сей раз Итачи ответил.
- Кисаме здесь не появится. Он следит за твоим наставником.
- …Зачем?
- Мы наблюдали за вами. Дзирайя-сама часто отлучается, оставляя тебя одного. По плану,
Кисаме должен был проконтролировать его. Я, соответственно, забрать тебя.
- Так чего же не забрал?! Сволочь, решил поиздеваться перед этим?
- Разве не ты остановил меня, Наруто-кун? - Губы Итачи, почему-то невредимые,
дрогнули в намеке на улыбку.
- «Остановил»!?- Психанул Наруто, сжимая в руках покрывало.
Да где эта проклятая одежда!?
Пристальный взгляд Итачи выводил из себя. Без Шарингана, он слишком, слишком
напоминал Саске.
И почему Акацки до сих пор не забрал его с собой?
- Теме… тебе придется попотеть, чтобы забрать меня!- Вскричал Узумаки и бросился к
тумбочке в углу комнаты, на которой лежала его, Наруто, сумка с мелким оружием.
Выхватив кунай, парень встал в оборонительную позицию.
Итачи продолжал сидеть на подоконнике.
- Наруто-кун, это…
- Что, не ожидал? - Оскалился Наруто.
- … и есть твоя Секси-но-Дзютсу?
- ... А?
Смысл вопроса не сразу дошел до Узумаки. Однако, по мере понимания того, что он стоял
полностью обнаженный перед Учихой, с одним кунаем в руке, его лицо стремительно
пунцовело.
- Не смотри на меня!!!
- Твоя одежда возле кровати.
-…
- Я не трону тебя.
- И почему это я должен тебе верить?
Итачи перевел взгляд на зарождавшийся рассвет за окном.
Бледно-розовая полоса на горизонте расплывалась, неумолимо наполняя пока еще сонный
мир новыми красками.
- Деревня Песка уже 3 года как союзник Конохи, - произнес Итачи, пока Наруто, наплевав
на поиск нижнего белья, натягивал свои брюки. - Если нынешний Казекаге умрет, союзу
придет конец.
- Вы хотите напасть на Коноху? - Замер за его спиной Наруто. - Или на Суну?
- Сейчас нас интересуют только биджуу, - отозвался Учиха.- Такие, каким был ты, каким
является Казекаге Песка.
- … Гаара? - Выдохнул Наруто.
- Да, Шукаку. Сейчас, пока мы с тобой разговариваем, за ним идут двое из нашей
организации: Сасори Красного Песка и Дейдара. Первый – мастер марионеток, второй –
подрывник.
- Я не позволю и пальцем его тронуть!
Итачи прикрыл глаза, вслушиваясь в уверенный голос мальчишки. Странно, но в это по
сути дела детское заявление… верилось.
- Эй… - позвал Узумаки,- почему ты мне все это рассказываешь?
Итачи не ответил. Он молча накинул черный плащ с облаками, спрыгнул с окна на крышу
соседнего здания и скрылся в сумерках, будто его и не было вовсе.
…
Позже, разыскивая Дзирайю, а затем вместе с ним, полупьяным, пустившись в путь,
Наруто пытался разобраться в случившемся.
Его слабо волновал факт секса со старшим братом Саске (он все же не хотел считать это
изнасилованием), в конце концов, путешествуя с Отшельником-извращенцем, трудно
было бы остаться девственником.
Куда больше вопросов возникало по поводу откровенности Итачи. Он не врал. Наруто
вообще сомневался, что старший Учиха способен на ложь. Он сказал правду, но зачем?
Вскоре недосыпание и переживания опоздать взяли вверх, и парень просто выкинул
Акацки из головы.
…
Как оказалось, зря. Узумаки понял это сразу же после секса с Гаарой.
Блуждая по каменным коридорам собственного подсознания, он помимо воли вновь
пришел к клетке Кьюби.
Ноги утопали в темной воде, сквозь металлические прутья скалилась лисья морда – для
Наруто это был привычный кошмар.
- Наруто, - протянул демон. Эхо его довольного голоса прокатилось по стенам, по воде, по
коже юноши.
- Теме, чему ты радуешься?
Прозвучавший в ответ громкий лающий смех зверя смутил Узумаки. Он хотел, было,
уйти, но тут Лис заговорил.
- Посмотри на себя, Наруто. Посмотри, кем ты стал.
Недоумевающий парень опустил глаза к воде и неверяще воззрился на свое отражение,
покрытое дымкой алой чакры. За спиной клубились пара демонических хвостов, и Наруто
вскоре осознал, что может ими управлять.
Проснувшись от теплого поцелуя Гаары и услышав слова любви, Узумаки почувствовал
себя последней мразью.
Ведь это признание, как и неожиданная откровенность преступника S-класса, Наруто не
сомневался, были вызваны вмешательством чакры демона.
Но что это за вмешательство? И чем оно грозило Гааре?
Блуждая в лабиринтах улочек Суны, парень задавался этим вопросом.
Но, как следует, подумать об этом ему не дали.
Послышались отголоски взрывов, и вскоре перед Наруто появился один из шиноби Песка.
- Узумаки-сан, на деревню напали! Это Акацки!
- Что?!
Посланник привел его на смотровую площадку дворца Казекаге, где уже толпились люди:
старейшины, командиры отрядов, рядовые шиноби, кто-то из прислуги.
Все они смотрели на небо.
Проследив за их взглядами, Наруто обомлел: огромные песчаные лапы, появляясь одна за
другой, гнались за крупной белой птицей.
Та постоянно петляла и изворачивалась, избегая опасности. В какой-то момент ей
пришлось круто уйти вправо – тогда-то Узумаки и разглядел на ее спине светловолосого
человека в черном плаще с красными облаками. Акацки.
- Проклятье! - Вскричал Канкуро, и Наруто разглядел того в толпе шиноби. - Что он
творит!?
- Канкуро! - Наруто подбежал к старшему брату Гаары и наткнулся на полный паники
взгляд.
- Еще немного и вся деревня будет погребена под тоннами его песка, - выдавил тот сквозь
зубы.
- Погребена? - Заторможено переспросил Узумаки.
- Смотри, - мужчина указал на огромные потоки песка, застилавшие собой почти все небо.
- В долине, где расположена наша деревня, почти всю почву составляет глина и камень, и
Гаара черпает запасы песка извне. Но даже он не сможет долго использовать такие
объемы, и тогда все обрушиться на нас!
- Он справится, - убежденно проговорил Наруто.
- Ты не понимаешь! - Резко обернулся к нему Канкуро. - Гаара… он поклялся, что будет
защищать Суну. Если он навредит деревне, он себе этого не простит. Наруто, разве ты не
видишь? Сейчас он не в себе! Он сорвался, и его действиями опять руководит безумие
демона!
Узумаки недоверчиво поднял глаза к небу.
Разыскать в этих диких переплетениях песчаных когтей Гаару было невозможно. Но, и не
видя его, Наруто, также как и Канкуро, мог сказать по одному только хаотичному,
безумно стремительному песку, что Шукаку пробудился.
Вопрос только, насколько?
- Не понимаю, я давно уже не видел его таким. Что могло спровоцировать пробуждение
Шукаку?
Наруто сжимал кулаки, вслушиваясь в слова мужчины.
Но время для раскаяния еще не пришло. Он обещал, что спасет Гаару, и он это сделает.
…
Демон ярился: слишком шустрой оказалась добыча, слишком раздражали разбрасываемые
ею взрывы. Сколько бы песка ни было, жертва все равно находила путь вырваться и
обжечь очередной бомбой.
Злился и Гаара в нем.
Демону было глубоко наплевать, во что превратится поле боя или что станет с людьми.
Чем больше смертей, тем лучше.
И Гаара не смотрел вниз на шиноби, выкрикивающих его имя, радующихся его силе, не
знающих, что могут стать следующими.
Демон веселился. Он был свободен, и ничье сознание ему больше не мешало.
Гааре же было все равно. Его… нет, их цель – один из Акацки. Гаара не мог вспомнить
точно, почему так важно, что человек, которого они хотели убить, носил черный плащ с
красными облаками. Вспоминать было больно, а он больше не хотел чувствовать боли –
слишком уязвимым себя ощущал. Поэтому юноша полностью отдался во власть
демонического безумия, в котором не чувствуешь ничего кроме безудержного праздника
крови и смерти.
Новый взрыв оказался в опасной близости от тела. Вспышка ослепила, дым забил нос.
- Гаара!
Шукаку дернулся как от удара. По енотовидному телу, только-только принявшему свой
естественный гигантский размер, прокатилась легкая судорога. Носитель демона не спал,
и потому любая его реакция на внешние раздражители ослабляла власть над песчаным
телом.
- Гаара! Очнись, Гаара!
Опять этот противный голос! Шукаку дико рассмеялся: он размозжит этого жалкого
человечишку!
…
Не только Зверь заметил приближение Наруто: воспользовавшись тем, что Однохвостый
отвлекся, Дейдара выудил из поясных сумок остатки взрывчатки. Слепив с десяток
мелких самонаводящихся птиц, он направил их на бежавшего по песчаным лапам
светловолосого шиноби.
- А ты, мой номер 18, разберешься с Шукаку, хм, - любовно проведя рукой по
яйцеподобной птице, подрывник сбросил ее, как только смог оказаться за спиной демона.
Сам он продолжил петлять и уворачиваться от песка.
Расчет Акацки был прост: избавиться от светловолосого мальчишки, который явно был
важен для носителя Однохвостого – вон как вздрогнул при звуке его голоса –
переключить внимание демона на его смерть и дать возможность номеру 18
активироваться и взорвать демоническое тело.
Единственное, чего не учел Дейдара, это то, что вмешавшийся шиноби окажется
носителем Кьюби. Более того, разъяренным носителем Кьюби.
В тот момент, как несколько птиц поравнялось с ним, Акацки сложил пальцы в печати:
- Кац!
Грянуло несколько мощных взрывов. Подрывник залюбовался своей работой. Но
внезапно картину испортили вырвавшиеся из белого дыма два одинаковых блондина.
Наруто и его клон замерли в угрожающих позах, неотрывно следя красными глазами за
передвижениями Акацки и оставшимися крылатыми бомбами. Их лица обострились, по
телам разлилась кроваво-огненная чакра.
- Биджуу Девятихвостого, хм, - пробормотал Дейдара прежде, чем из глоток блондинов
вырвалось утробное рычание.
Демоническая чакра забурлила, и за спиной каждого из юношей заклубился, формируясь,
хвост.
- Ты и пальцем не тронешь Гаару! - Искаженный рычанием голос сотряс, казалось, все
небо. По крайней мере, Акацки даже сквозь свист ветра услышал его слова.
- Биджуу всех стран объединяйтесь, хм, - пошутил он нервно, вновь заставляя свое
транспортное средство уходить от атаки Шукаку.
- Ненавижу Кьюби!!! – Заверещал вдруг Однохвостый, обрушивая огромную лапу на
Наруто.
Оба Узумаки ушли из-под удара, отпрыгнув в разные стороны. Потоки песка тут же
устремились на них: один отбил атаку хвостом из чакры, второй извернулся и
стремительно взбежал по песчаной лапе прямиком к голове демона, где виднелось
бледное лицо Гаары.
Шукаку заполнил урок прошлого, и тело парня полностью утопало в его песке, на
поверхности оставалось лишь лицо, чтобы носитель не задохнулся.
- Мне больше никто не помешает развлекаться! - Смеялся Однохвостый, тщетно пытаясь
поймать второго Узумаки, ловко отбивающегося хвостом.
Приземлившись на плече демона, первый и настоящий Наруто краем глаза уловил быстро
увеличивающуюся белую фигуру, пропитанную вражеской чакрой. Понимая, что она вотвот рванет, он бросился к Гааре.
Второй Узумаки продолжал отвлекать на себя Шукаку, параллельно пытаясь добраться до
Дейдары. Ему это почти удалось – левое плечо и часть груди Акацки рассекали три
глубокие борозды от когтей.
Как Наруто ни звал, Гаара не реагировал. Шукаку, наконец, учуял на своем теле
постороннюю чакру, и песок стал раз за разом отбрасывать Узумаки от носителя.
- Гаара! Гаара, очнись!!! Да просыпайся ты! Не время спать!!!
На мгновение Наруто отвлекся, и его накрыла волна песка – такая сильная, что
преодолела защитный покров из чакры и повредила ему правую ногу. Парень вырвался из
захвата, уже не чувствуя конечности.
Взрывчатка достигла своей конечной формы, лишь немного уступив в размерах демону.
Раскрылись огромные крылья и в один момент обхватили Шукаку.
- Аааа! - Завопил Однохвостый. - Что это за фигняяя!??
Не теряя времени, Наруто бросился к Гааре. Оказавшись у бледного лица, он запустил
руки в песчаное тело, нащупал плечи парня и рванул на себя.
Гаара был извлечен наполовину, когда демон опомнился и сжал песок вокруг его талии.
- Не отдам!
Зарычав, Узумаки теснее прижал к себе Гаару, силясь вытянуть его до конца.
- Да отпусти ты, паршивый енот!
- Он мой! - Провизжал Шукаку.
- Отвали! - Огрызнулся Наруто и хлестнул по сковывающему песку хвостом из чакры. Ни ты, тварь, ни эти сраные Акацки не получите его!
Едва он избавился от песка вокруг Гаары, тот открыл глаза.
- Гаара! Надо сматываться, тут сейчас все рванет!
Парень непонимающе огляделся. Увидев все еще беснующегося Шукаку, начинавшуюся
светится взрывчатку вокруг него и деревню под всем этим, Гаара вскинул руку, возвращая
себе контроль над песком.
- Ну вот, опяаать! - Провыл Однохвостый, возвращаясь в тело юного Казекаге.
Песок сползся плотным покровом вокруг взрывчатки, образовав кокон, но почти сразу
стал осыпаться.
На висках Гаары вздулись вены: как он ни старался, из-за Шукаку у него совсем не
осталось чакры.
- Гаара, - на плече ободряюще сжалась рука Наруто.
«Ни ты, тварь, ни эти сраные Акацки не получите его!»
Теплая волна накрыла Песчаника, и угасающая, было, чакра вспыхнула с новой силой,
разливаясь по каналам непривычным огнем.
5 глава
Взрывная волна пробила слабый участок в песчаном коконе. По глупой случайности он
оказался в нескольких метрах от Гаары и Наруто.
Под оглушенными парнями едва успели раскрыть спасительный тент.
Медики, сделав быстрый осмотр, обнаружили множество ожогов малой и средней
тяжести.
…
Сражение в небе продолжалось.
Клон Узумаки, не исчезнувший после потери сознания оригинала, по-прежнему гонялся за
Акацки.
Дейдара ошибочно принял его за настоящего.
- Сасори-но-Данна, - позвал он напарника по передатчику.
- Заставляешь ждать, Дейдара, - проговорил сварливый голос в ответ.
- Не поверите, но здесь еще и Девятихвостый! Мы можем захватить сразу двоих, но
только с Вашей помощью, Данна.
- Уже просишь о помощи? Ты бесполезен.
- Так что? - Поторопил его подрывник, заставляя птицу резко уйти вверх, тем самым
уходя от хвоста Джинчуурики.
- Жди, будет тебе… помощь, - кратко ответил Сасори и оборвал связь.
- С Вами всегда приятно поговорить, Сасори-но-Данна, хм, - иронично пробормотал
Дейдара и отщипнул глину от своего средства передвижения. Что поделать, никаких
других источников взрывчатки у него не осталось.
…
Пока лучшие медики деревни суетились вокруг раненых юношей, пока командиры
рассредоточивали группы шиноби по тактически важным пунктам, Дзирайя приближался
к главному входу в Суну.
Когда Дейдара вступил в схватку с Гаарой, Отшельник, помня о Сасори, вычислил
траекторию полета вражеской птицы, разумно предположив, что напарник первого
Акацки должен находится поблизости.
Его догадка оказалась верна.
Прибыв на место, он обнаружил, что весь патрулировавший отряд был убит. Тела мужчин
и женщин раскидало по ущелью прохода, в конце которого стояли трое. Двое из них были
в форме ниндзя Песка, третий же – странным существом в плаще Акацки. Скорее всего
тот самый Сасори.
Незаметно подобравшись к троице, Саннин стал наблюдать.
Шиноби Песка сложили из пальцев печати и на мгновение их тела утратили очертания.
Когда же четкость вернулась на месте этих двоих уже стояла знакомая пара Акацки –
Учиха Итачи и Хошикаге Кисаме.
- Здесь ваш биджуу, можете его забирать, - проскрипел Сасори.
- За нами следят, - донесся до Дзирайи вечно спокойный голос Итачи.
Кисаме сорвался с места, и только выработанная за многие годы реакция позволила
Отшельнику уклониться от дробящего удара Самехады.
- Как ты меня достал, старик, - тягуче протянул мечник, закинув оружие на плечо. - Что
будем с ним делать, Итачи-сан?
- Оставляю его на вас с Сасори, - Шаринганы смотрели сквозь Саннина, туда, где до сих
пор шел бой. - Я отправляюсь за Девятихвостым.
…
Клон Наруто ярился. С каждым промахом, с каждым издевательским комментарием
Дейдары он все больше выходил из себя.
- Ты должен быть мне благодарен: чудовищам вроде вас нигде нет места. Все, на что вы
годитесь, это быть устрашением собственной деревни, хм.
- Убью! - Прорычал Наруто, но вдруг резко упал на крышу одного из домов. Повертев
головой, он скрылся из виду Акацки.
В одно мгновение удар со спины сбросил Подрывника вниз. Не успел тот подняться, как
его окружили десять скалящихся копий Узумаки.
Перед тем, как потерять сознание, Дейдара успел удивиться: как он мог проиграть
безмозглому мальчишке?
…
Наруто не верил своим глазам.
В тот момент, когда Акацки сказал про устрашение деревни, Узумаки бросился на него,
но тут его самого схватили за ногу и скинули на крышу здания.
Повертев головой, парень увидел, как на птице за спиной Дейдары появился Итачи и
одним ударом сбросил того на землю. После чего спрыгнул вслед за ним и оглушил.
Удивление Узумаки было настолько сильным, что погасило весь гнев, а вместе с ним и
демоническую чакру.
- Зачем ты это сделал? Он же один из вас!
Итачи поднял на него глаза, и Шаринган вновь поглотил окружающий парня мир.
…
Наруто брел по коридорам, напоминающим канализацию. Он никак не мог понять: почему
его мир выглядел так убого?
Возможно, Йондайме выбрал именно его из-за этого жуткого мира внутри: чем не
идеальное место для демона?
Его мир… его душа… его разум – всегда были такими?
- Кьюби, - позвал парень, остановившись напротив клетки.
Сквозь прутья решетки лениво просочилась алая чакра. Заполнив собой коридор, она,
клубясь, приняла ненавистную форму Лиса.
Огромная морда наклонилась к сметенному Узумаки. Демон жадно вглядывался в
утомленное лицо, но тут за спиной парня появился нежданный гость.
- Узнаю эти глаза, - протянул Кьюби, плотоядно облизнувшись. - Шаринган – проклятье
рода Учиха. Значит, ты стал первым.
Его рокочущий смех эхом отразился от стен.
Наруто недоуменно обернулся к Итачи.
- И как, тебе понравился Наруто? - Издевательски поинтересовался Лис, вплотную
приблизившись к парню.
Одно резкое, неуловимое для глаза движение руки, и временное тело демона взорвалось,
будто мыльный пузырь.
- Зачем ты это сделал!? - Вскричал Узумаки. - Он мог бы сказать, что с нами случилось!
- Не сказал бы, - отозвался старший Учиха.
Наруто с сомнением покосился на клетку.
- Наруто-кун, скажи, ты хочешь стать Хокаге?
- Конечно! - Ответив на уровне рефлекса, Наруто тут же насторожился резкой смене темы.
- А что?
- Что бы ты делал, став Хокаге?
- То же, что и сейчас, - последовал хмурый ответ.
- Что именно, Наруто-кун? - Казалось, Итачи решал для себя сложную дилемму.
- Тренироваться, становиться сильнее, - начал перечислять Узумаки, но мужчина его
перебил:
- Для чего ты ищешь силу?
- Чтобы защищать друзей, - раздраженно ответил парень. - Защищать деревню, чтобы все
были счастливы…
Наруто понимал, что его наивные слова, скорее всего, для преступника S-класса звучат
полнейшим бредом и детским лепетом, но ничего не мог с собой поделать. Это была
правда, и он не мог озвучить ее по-другому.
- И ты сможешь это сделать?
- Откуда я знаю? - Узумаки взмахнул руками и досадливо почесал затылок. - Я знаю, к
чему стремлюсь. Это мой путь, и я просто иду по нему. Вот и все.
- Со временем, Наруто-кун, ты поймешь, что окружающим нет дела до твоих благих
намерений. Если ты тот, у кого есть сила, тебя будут использовать. Рано или поздно тебя
предадут самые близкие друзья… даже семья, - ровный голос Итачи едва заметно
дрогнул, но это не укрылось от внимания Наруто.
«Даже семья» - что он хотел этим сказать?
У Наруто никогда не было семьи. Чего не скажешь о самом Итачи.
А так ли уж он похож на безумного убийцу родственников? Беспричинно вырезать более
тридцати человек, тех, кого знал, с кем жил и кого любил – каким надо быть психом,
чтобы совершить такое?
- Ты действительно убил свою семью? - Наруто и сам не заметил, как озвучил свой
вопрос.
Неумолимо взгляд Итачи переменился. Но прежде, чем Узумаки смог что-то разглядеть,
их вынесло в реальность.
Пока Наруто пытался справиться с возникшей дезориентацией, Учиха подобрал
бессознательного Дейдару. Он чувствовал, что шиноби Песка были уже на подходе.
- Итачи! - Видя, что Акацки собирается сбежать, Наруто схватил того за локоть. - Ты не
ответил!
Черные глаза встретились с яростными голубыми.
Тонкие пальцы странно привычным жестом обхватили подбородок Наруто, не давая
отстраниться, и чужой рот запечатлел нестерпимо, неправильно нежный поцелуй на его
губах.
- Почему? - Отчего-то голос подвел Узумаки, как и все тело. Итачи молча высвободился
из его хватки и сбежал, оставив парня лихорадочно вдыхать сухой воздух пустыни.
…
Итачи довольно быстро нагнал отступивших чуть раньше товарищей.
Хотя какие они товарищи? Просто сборище убийц, объединившихся из-за жажды еще
большей силы.
Сила ради силы – и только.
«Ты действительно убил свою семью?»
Узумаки Наруто. За все эти годы он первый, кто спросил его об этом. Возможно, поэтому
Итачи не смог солгать ему, как солгал когда-то Саске.
…
Наруто нервно мерил шагами свою комнату. Через час они с Дзирайей должны были
отправиться домой в Коноху.
За те два дня, что прошли с нападения Акацки, Узумаки так и не смог поговорить с
Гаарой. В связи с нападением, присутствие Казекаге требовалось на всех собраниях, на
всех мало-мальски важных встречах с послами из других стран, чтобы показать, что Суна
благополучно отбила вражескую атаку без особого вреда для себя.
Погибло два десятка шиноби, но что это по сравнению с безопасностью главы деревни?
И вот теперь Гаара сам попросил Наруто о встрече.
Дверь открылась с едва различимым шорохом.
- Гаара, - выдохнул Узумаки, замерев на месте. Вызубренные за эти дни слова извинений
и объяснений, как назло, разом вылетели из головы.
- Извини, - негромко произнес Гаара, стойко встретив взгляд голубых глаз.
Наруто растерялся.
- За что ты извиняешься? Во всем на самом деле виноват…
- Я люблю тебя, - перебил его Песчаник. - Я не отказываюсь от своих слов. Тебе
необязательно принимать их, - уже тише добавил он.
- Нет-нет-нет, ты не понял, - Наруто лихорадочно пытался скрыть румянец. - Послушай
меня, тебе только кажется, что ты меня любишь. Это все Кьюби!
- Кьюби? Твой демон?
- Да, - Узумаки опустил голову, не в силах вынести прямой взгляд парня напротив. - Лис
что-то сделал со мной, с моей чакрой. Тот, с кем у меня был секс… он после этого
начинает вести себя иначе. Понимаешь, Гаара, тебя заставила так сказать демоническая
чакра!
-…
- Гаара, прости меня! Я все исправлю, обещаю!
- Наруто, - Гаара приблизился и несмело зарылся рукой в длинные рыжевато-золотистые
волосы, - я чувствую твою чакру в себе.
- Что?
- Огненная чакра, она просочилась сквозь твою кожу в меня, когда мы были вместе. Она
не причинила вреда, - пальцы чуть потянули и тут же отпустили пряди. - Я все жизнь
борюсь с Шукаку за свое сознание, поэтому любое посягательство на мой разум извне, не
может пройти для меня незамеченным.
- Но…
- Ты сказал, что изменения происходят после секса. Но, Наруто, я люблю тебя уже три
года.
- …Три года? - Внезапно охрипшим голосом переспросил Наруто.
- Я хочу быть на твоей стороне. Хочу, чтобы ты мог на меня положиться. Но в итоге, Гаара отстранился и повернулся к нему спиной, - это ты опять меня спасаешь.
- Ну, мы же друзья, - нервно рассмеялся Узумаки.
Гаара зажмурился в надежде избавиться от возникшей вдруг острой рези в глазах. Но тут
теплые руки сомкнулись вокруг его плеч в замок, и щека Наруто уютно устроилась на
сгибе его шеи.
- Больше чем друзья, - заключил он грустно, ощущая, как все внутри пощипывало и
кололо, и сладко больно дрожало сердце.
На лице Гаары появилась улыбка. Улыбка не безумной эйфории, страсти или горечи.
Улыбка простого тихого счастья, хрупкого как крылья бабочки, понимающего и
принимающего все, как есть.
- Эй, - вдруг позвал Наруто шепотом, - может по рамену на дорожку? - Желудок
поддержал его жалостливым урчанием.
Гаара давно так не смеялся.
Он давно не был так странно, по-глупому, счастлив.
…
- Что-то ты притих, Наруто, - заметил Дзирайя, когда ворота Суны остались далеко
позади.
- Слышь, Эро-Саннин, - хмуро отозвался нерадивый ученик, - ты ведь учил Йондайме и
должен многое знать о печати Кьюби, нэ?
- Кое-что знаю, - хмыкнул мужчина. - Что тебя интересует?
- Чакра демона может действовать самостоятельно?
- Без твоего ведома – нет. У чакры нет своей воли. Единственные, кто может ею управлять
– это ты и Лис. Но Кьюби запечатан.
Подумав, Саннин добавил:
- Когда ты злишься и теряешь над собой контроль, демон может воспользоваться этим
состоянием, но лишь в том случае, если ты САМ ему это позволил.
- А другие эмоции? Ну, несвязанные с гневом? - Допытывался Наруто.
- Полагаю, что нет, - медленно, словно сомневаясь, покачал головой Дзирайя. - Кьюби –
демон огня и разрушения. Его стихия – ярость, и ничто другое.
«Значит, секс здесь не причем, - успокоился парень. - Гаара действительно меня.. любит».
- Наруто, у тебя температура? Ты весь красный.
6 глава
- Сакура-нэтян, что-нибудь слышно о Наруто-нитяне? - Как обычно поинтересовался
Конохамару, следуя со своей командой за розововолосой девушкой к главным вратам
деревни.
Сакура грустно улыбнулась.
Последние полгода ее часто об этом спрашивали. Ино, Ирука-сэнсэй, хозяин Ичираку
Рамен, Чоджи, Шикамару, Нейдзи, Тэн-Тэн, Ли, Хината, Киба, даже Шино – все ждали
новостей об Узумаки. И она тоже, конечно. Без него Коноха была какой-то не такой.
- Пока нет, - ответила Харуно. - Но, вообще-то, он должен скоро вернуться… ой, - вдруг
девушка запнулась и встала как вкопанная.
Не успевшие притормозить ребята врезались ей в спину.
- Ты чего? - Возмутился Конохамару.
Харуно не ответила. Зеленые глаза неверующе впились в громоздкую фигуру седовласого
мужчины. Не узнать Жабьего Отшельника было невозможно. А это значит, что и он… ОН
тоже вернулся.
Сакура поспешила к стоящему спиной Саннину, нетерпеливо выискивая глазами
парнишку в оранжевом комбинезоне.
- Дзирайя-сама! - Прокричала она радостно.
Наставник Узумаки обернулся. Это, правда, оказался он, вот только самого Наруто с ним
не было, лишь какой-то незнакомый парень.
«До безобразия симпатичный, черт возьми!» - Взвыло внутреннее Я Сакуры.
Лишь когда Харуно приблизилась на расстояние вытянутой руки, стали заметны тонкие
полоски на щеках незнакомца.
- Н…Нару…то? - Не веря собственным глазам, выдохнула она.
- Наруто-нитян?! - Ошалело вылупился на смазливого красавчика подоспевший
Конохамару.
Губы парня тронула улыбка, синие глаза закрылись и сразу же открылись, молчаливо
подтверждая.
Поведение совсем не в духе Наруто. Разве их Наруто после двух с лишним лет разлуки
стоял бы вот так, скованно, едва заметно улыбаясь? Нет, он кричал бы, громко смеялся,
носился бы вокруг, хвалясь новыми техниками, и заваливая друзей сотнями вопросов.
- Это, правда, ты?
Блондин осторожно кивнул.
- Да он это, Сакура, он, - громогласно рассмеялся Отшельник, хлопнув по спине ученика,
от чего тот едва не упал.
- Но почему он… ты… тогда… - совсем растерялась девушка, не в силах поверить, что
перед ней именно тот самый несносный балбес.
Дзирайя залился совсем уж неприличным смехом.
- Этот растяпа молчит, потому что его пчела в язык ужалила, - пояснил он под
испепеляющим взглядом парня. - Поспорил, что добудет мед у диких пчел безо всяких
техник. С дерева свалился, чуть шею не сломал. Поэтому и двигаться толком не может.
- Это как надо было свалиться? - Опешил Конохамару. Его друзья согласно закивали.
- Не «как», а «куда», - нравоучительно поднял палец Саннин. - Хрястнуться на камни и
отделаться легкой ломотой! Ха!
- Тшебе п тфакую вамоту! - Не выдержал Наруто, резко вскинув голову на учителя.
Послышался хруст позвонков.
…
- Только ты можешь попасть в такую… нелепость! - В сердцах воскликнула Сакура,
занимаясь лечением горе-друга.
На ее слова Наруто обиженно куксился: опухоль на языке еще не до конца сошла, и
толком ответить он не мог.
Сердце Харуно в очередной раз пропустило удар. Даже надувшийся Узумаки пленял
взгляд.
Куноичи недоумевала, как можно было НАСТОЛЬКО измениться? Черты лица совсем
чужие – заострившиеся, хрупкие. Хрупкие! В Наруто никогда не было ничего ни
хрупкого, ни миловидного, ни…соблазнительного.
Это она подумала?!
«Ксо-о», - внутреннее Я рухнуло под тяжестью глыб «хрупкий», «миловидный»,
«соблазнительный».
Девушка замотала головой, но легкий румянец так и не сошел. К счастью, в этом без
сомнения симпатичном – обалденно! – парне оставалось достаточно чисто нарутовской
близорукости: он, по-прежнему, не замечал очевидного.
Куноичи позволила себе нежную улыбку.
- Ты очень изменился, Наруто.
- Не фолнуйся, Фякула-фян! Тфы фовсем не исвенилась! - Радостно откликнулся парень.
С минуту девушка улыбалась, пытаясь расшифровать его речь.
Ровно через вышеупомянутую минуту один крайне симпатичный парень с диким криком
вылетел из окна больницы.
…
- С возвращением, Дзирайя, - сдержанно поприветствовала Отшельника Тсунаде, едва тот
переступил порог ее кабинета. - Тренировки прошли успешно?
- Само собой, - расплылся в самодовольной улыбке мужчина.
- И где же Наруто?
- С Сакурой, - рассеянно ответил бывший сокомандник, облокотившись на стену у окна.
Он собирался с мыслями.
Коноха за эти два с лишним года почти не изменилась. Ну, разве что на скале стало на
одну хокаговскую голову больше. Первая женщина-Хокаге. Да, это куда интереснее,
нежели озабоченный писатель-Хокаге. Об этом можно было бы даже написать неплохую
историю…
- Что на этот раз? - Тон Тсунаде стал мрачен.
- Хм?
- Не притворяйся, Дзирайя. Я знаю тебя как облупленного, - женщина развернула кресло к
старому другу. - Твоя задумчивость – это верный признак надвигающихся проблем.
Говори.
Саннин невесело хмыкнул:
- Из нас бы вышла отличная пара…
- Ближе к делу!
- Хорошо-хорошо, как скажешь. С чего бы мне начать? - Призадумался Отшельник. - Что
ж, первая новость: Акацки зашевелились. Об их нападении на Казекаге я тебе уже писал.
Вся информация собрана здесь,- тонкая серого цвета папка легла на стол Хокаге,- также я
отправил копии во все крупные деревни.
Пятая пролистала папку.
- Ясно. Что еще?
- Вторая новость…как бы это сказать… в общем, Печати, наложенной Четвертым на
Девятихвостого, больше нет.
…
Теплый ветер гулял по улицам деревни, поднимая облака пыли и ласково играя
золотистыми и медными прядями распластавшегося на манер морской звезды юноши на
заднем дворе больницы. По всей его левой щеке расплывался знатный кровоподтек.
Солнце слепило глаза, и Наруто блаженно щурился.
- Как в старые добрые времена…
Алый хвост из чакры взметнулся над юношеским телом, прошелся по раненной стороне
лица, излечив, словно стерев, красноту. Парень лениво отмахнулся.
- Отстань… Да, это и есть Сакура-тян, датте байо… Я же сказал, что не нуждаюсь в
защите от собственных друзей…Оставь в покое Саске!… Да, знаю, изменилось слишком
многое, но это не значит, что я смирюсь с этим! … Пф, сам дурак.
…
- Что ты сказал!? Как это понимать, Дзирайя?!
- Спокойно, Тсунаде. Я не привел бы его в деревню, будь это опасно. - Серьезность,
сквозившая в голосе Отшельника, заставила Пятую сдержаться. - Это произошло на пути
из Суны в Коноху, поэтому мы задержались на пару недель.
Глаза женщины угрожающе сощурились.
- Начну по порядку. С недавних пор Девятихвостый все чаще выходил из-под контроля,
когда Наруто впадал в ярость. До того, как мы прибыли в Суну, чакра демона всего лишь
на некоторое время покрывала его тело. Она стремилась приблизиться к привычной
форме Лиса, но всякий раз образованию хвостов будто бы что-то мешало. Однако во
время боя с Акацки Наруто создал клона, и у обоих! было по демоническому хвосту.
Наруто управлял ими словно частью своего тела.
- Он был одержим Кьюби?
- Нет. Наруто прекрасно осознавал себя и свои действия.
- … Продолжай.
- Сдерживающие символы Печати у него на животе исчезали, я не мог этому помешать. И
тогда Наруто начал разговаривать… с Кьюби.
- «Разговаривать» ты сказал? - Замерла в кресле женщина.
- Представь себе, - не сдержал вздоха Дзирайя и окунулся в воспоминания двухнедельной
давности…
-… Что с Печатью, датте байо?!... Теме… я остановлю тебя! … Нет! ... Что ты сказал?! …
Я не боюсь тебя! Слышишь, рыжая морда?! …
- … Я не понимаю… почему Печать?… Четвертый запечатал тебя…
- … нет… я не дам тебе разрушить деревню!…
- …Прекрати! Хватит! Перестань! Я не хочу этого видеть! … Я больше не один… Это все
в прошлом!..
- …Теме… я не умру… еще слишком рано… я не сдамся…
- …Делай, что хочешь, но через меня ты не пройдешь! Я – Узумаки Наруто, будущий
Хокаге деревни Коноха!!!..
- …хочу рамен… Чего?... Ты тоже?!...
- Его состояние продлилось неделю. На восьмой день он пришел в себя, а Печать
полностью исчезла с тела.
- Что с демоном? - Напряженно спросила Тсунаде.
- Он по-прежнему в Наруто, - пожал плечами Дзирайя.
- Как? - Выдохнула она.
- Полагаю, Наруто так часто пользовался чакрой Лиса, что они попросту смешались.
Сейчас уже не разберешь, где синяя чакра, а где красная. Предоставив Наруто
пользоваться своей силой, Кьюби привязал себя к нему крепче любой печати.
- Ты хочешь сказать, что…
Дзирайя кивнул:
- Да, даже техника Акацки теперь не способна извлечь Девятихвостого. Их сила слита.
Навсегда. И, похоже, Кьюби тоже это понимает. Эту неделю я наблюдал за ними обоими,
- на широком лице мужчины появилась довольная ухмылка. - Наруто этого пока еще не
понял, но Кьюби признал его.
- «Признал»? Демон признал человека? Наруто?! Ты спятил, Дзирайя, - привстала в
возмущении Тсунаде.
Ответить Саннину помешал вышеупомянутый ниндзя. Узумаки ввалился в кабинет
начальства как всегда неожиданно, без стука и предупреждения.
- Тсунаде-баатян! - Прокричал парень, не жалея собственных связок и чужого слуха.
- В чем дело, Наруто?... Ками-сама, Наруто, это ты?!
Блондин почесал затылок. Длинные волосы упали на плечо, лишний раз подчеркнув
хрупкую лицевую структуру, совершенно нехарактерную для того мальчишки, которого
знала Тсунаде. У женщины создалось стойкое ощущение, будто кто-то слепил его заново.
- Ано-са, ано-са! У Тсунаде-баатян склероз? - Рассмеялся Узумаки.
- Ох, - прикрыл глаза Дзирайя.
- ЧТО ТЫ СКАЗАЛ, ПОГАНЕЦ?!
Разъяренная Хокаге в мгновение ока оказалась перед болтливым генином с занесенным
над его бедовой головой кулаком. Но в паре сантиметров от полосатой щеки рука Пятой
замерла, перехваченная мгновенно сформировавшимся хвостом из чакры.
«Это же…!» - Ее глаза расширились. Алая чакра, агрессивно пульсируя, увеличилась,
накрыв всю руку Хокаге, от костяшек до локтя. Тсунаде дернулась, но, как бы она ни
напрягала могучие мышцы, освободиться не смогла. Там, где чакра касалась ее кожи,
чувствовался опасный жар.
- Кьюби, датте байо! Перестань! - Рассердился Наруто, прервав поток чакры.
Тсунаде уставилась на свою руку. От красной кожи поднимался пар.
- Тсунаде-баатян, извини, - неловко переминаясь с ноги на ногу, пробормотал Узумаки. Я говорил ему, что здесь мне ничто не угрожает, но он, кажется, не поверил… Да, не
угрожает! - Вдруг рявкнул он, обращаясь явно не к присутствующим в комнате. - У
бабульки просто взрывной характер!... Да сам ты идиот! Кто вообще тут главный, а?!
- Вот и мне это интересно, - проворчала Пятая, залечив себе руку. - Значит, он с тобой
говорит. Что сказал Кьюби, Наруто?
Блондин раздраженно сложил печати:
- Сами его спрашивайте, а мне надоело одному отдуваться. Теневое клонирование.
Появившийся клон, как и полагалось, был точной его копией: то же тело, то же лицо,
одежда. Но чужие глаза. Темно-красные, цвета запекшейся крови, иномирные глаза
демонического зверя, в которых пылало пламя самого Ада.
- Девятихвостый, - констатировала Хокаге, подавив в себе порыв отойти подальше.
Даже с лицом Наруто Лис внушал инстинктивный страх.
О чем думал Дзирайя, позволив этому существу прийти в Коноху?
- Ютсури, - негромко поправил ее Отшельник и пояснил. - В этой форме его имя Ютсури
(в переводе с яп. «отражение»,- прим. автора). Мы часто останавливались в чайных
домиках и…
- Не кричать же на весь зал: «Кьюби, теме, отдай мой рамен!» - Влез Узумаки, послав
Лису злопамятный взгляд.
- Хорошо, что напомнил, - в ответ зловеще оскалился Ютсури. Голос его был ниже, чем у
Наруто, с вибрирующими интонациями.
Подкравшись к своему носителю со спины, он обхватил его руками за плечи и прошептал,
едва касаясь губами левого уха:
- Ты проспорил мне три порции с говядиной и яйцом, Наруто.
- Теме, - затрясся тот в праведном негодовании, - ты смухлевал и расшевелил улей
хвостом!
- Я не обещал не мешать, - довольно сощурился Ютсури. - Не забывай, с кем споришь. Я –
злобный и коварный демон, а ты – глупый и доверчивый мальчишка.
- Рыжая морда, - пробурчал Наруто.
- Бесхвостое двуногое, - не остался в долгу Кьюби.
По его глубокому убеждению существо без единого хвоста было ущербно. Поэтому и
носить гордое имя Кьюби в человечьем облике демон считал ниже своего достоинства.
- Ты кого назвал…!
- Эй, вы двое… - попытался утихомирить парочку учитель, когда в дверь вежливо
постучались.
- Кто там еще?! - Рыкнула Пятая. Наличие в ее кабинете Демонического Лиса никак не
улучшало настроения.
- Ано… Хокаге-сама, Наруто не у Вас? - Показалась розоволосая макушка.
- Сакура-тян! - Как всегда, Наруто обрадовался девушке как рамену. Высвободившись из
рук Ютсури, он бросился к Харуно, но тут же свалился, пропоров носом пол, благодаря
любезно подставленной демоном подножке.
- Теме-э, - прорычал Узумаки, вскочив на ноги, лицом к своему отражению. - Ты что
творишь, рыжая морда!?
- Ой, а разве это не клон? - Удивилась Сакура, войдя в кабинет.
Тсунаде досадливо поморщилась. Ученица пришла крайне не вовремя. Новость о том, что
Кьюби обрел некоторую свободу, ни в коем случае не должна была выйти за пределы
комнаты.
- А, Сакура-тян, ты же еще с ним незнакома, - опомнился Наруто, не заметив
предупреждающего взгляда Пятой. - Ты просто не поверишь, когда узнаешь, кто это!
- Наруто, стой!
Но Узумаки уже было не остановить. Подтащив боевую подругу к своей ухмыляющейся
копии, он с гордостью указал на него пальцем.
- Нару…!
- Это Ютсури, - объявил парень.
- А?
- А? - Согласилась с ученицей Хокаге.
- Ютсури? - Повторила Харуно, задержав взгляд на бардовых глазах. - Не клон?
- Мы с ним классно тренировались, когда Эро-Саннин ходил по бабам, - заявил Наруто,
обхватив демона за шею. - Да, рыжая морда?
Демон флегматично зевнул.
- Но почему вы так похожи? - Допытывалась куноичи.
С глупым видом Узумаки почесал затылок, виновато улыбнулся, пожал плечами.
Пятая села за свой стол, переведя дыхание.
Удивительно, но у Наруто хватило ума не раскрывать истинной сущности Кьюби.
Переплетя пальцы в замок, она обозрела всех присутствующих, остановив взгляд на
демоне, и в приказном порядке попросила оставить ее наедине с Ютсури.
Заворчавшего, было, Наруто, выволокла исполнительная Харуно. Дзирайя, помедлив,
последовал за ней.
Оставшись с демоном один на один, Хокаге вновь подавила инстинктивную дрожь от
прямого взгляда алых глаз.
- Говори. Я жду, Хокаге, - Ютсури сложил руки на затылке в лучших традициях Наруто.
Тсунаде передернуло от этого жеста.
- Как глава Конохи, я должна спросить: что ты намерен здесь делать, Кьюби?
Парень перед ней осклабился:
- Беспокоишься о сохранности своей прогнившей деревеньки? Зря, вы мне безразличны.
- Не ты ли первым напал на нас 15 лет назад? - С холодной яростью процедила она.
- Забавно. Вы, люди, не видите даже того, что творится у вас под самым носом, неспешно подойдя к столу, Ютсури опустил руки по обе стороны от папки, принесенной
Дзирайей. - Кто, по-твоему, вызвал меня в этот мир, а, Хокаге?
- Полагаю, этот человек уже мертв.
Смерив женщину насмешливым взглядом, демон выпрямился, оставив на столешнице
глубокие борозды от удлинившихся когтей.
- Не ограничивай свободу Наруто, и я, со своей стороны, продолжу оставаться простым
шиноби по имени Ютсури, - проронил Лис и удалился.
- Это что, была угроза? - Пробормотала себе под нос Пятая. - Шизуне!
- Слушаю, Тсунаде-сама, - появилась в дверях темноволосая ученица.
- Подними все бумаги 15-летней давности. Мы должны кое-что выяснить…
…
- И, все-таки, не понимаю, почему вы с Ютсури-куном так похожи, - тяжело произнесла
Сакура, наблюдая, как два одинаковых парня синхронно втягивают в себя любимую
лапшу.
- Ах, хорошо! - Довольный Наруто с глухим стуком отложил в сторону опустевшую
миску. - Ты что-то сказала, Сакура-тян?
- Проехали, - вздохнула девушка.
- Добавки, - с наглой ухмылкой обратился Ютсури к хозяину Ичираку.
- Сколько можно жрать, а? - Убито поинтересовался Узумаки у своего двойника.
- «Три порции», Наруто, не забыл?
- Нечего было спорить из-за такой ерунды, - неожиданно поддержала Ютсури Сакура. Плати по счетам, Наруто.
- Сакура-тян! - Жалобно взвыл парень.
- Пока! Завтра увидимся, Наруто, Ютсури-кун!
Едва Харуно скрылась за поворотом, с лица Узумаки сползло идиотско-счастливое
выражение. Пнув попавшийся под ногу булыжник, он развернулся в сторону своего дома.
Ютсури молчаливой тенью пошел рядом.
Бредя по знакомой с детства дороге, Наруто испытывал нечто сродни сожалению,
ностальгии по старым добрым денькам.
Когда-то, они, всей командой №7, вот так же засиживались в Ичираку Рамен и обсуждали
– непременно успешно – выполненную миссию.
Споры с Саске, попытки добиться внимания Сакуры – все это кануло в прошлое. Саске с
ними больше не было, а его чувства к Сакуре…
- Ты снова проиграл, Наруто, - глубокий, едва ли не урчащий голос Ютсури заставил
споткнуться на лестнице.
- Ты о чем? - Буркнул Узумаки, открывая дверь квартиры. В носу сразу же зачесалось от
желания чихнуть: толстый слой пыли покрывал пол и немногочисленную мебель.
Парень ужаснулся, представив, сколько времени займет уборка.
Ютсури же занимали мысли иного толка. Зайдя в квартиру вслед за Наруто, он
приблизился к нему вплотную и прижал к стене своим телом.
- Помнишь, о чем мы поспорили в прошлый раз? - Язык демона прошелся по
чувствительному местечку за левым ухом, заставляя ловить ртом воздух. - О твоей
ориентации. После меня тебя не заинтересует ни одна девушка, Наруто.
- Теме-е… - простонал парень, привычно подставляя шею под поцелуи-укусы. Когда же
рука Ютсури накрыла его пах, Узумаки окончательно потерял контроль над телом.
Этим вечером он так и не прибрался.
7 глава
Тсунаде смерила пристальным взглядом молодого джоунина.
- С возвращением, Недзи. Вижу, твоя миссия прошла успешно.
Темноволосый парень коротко кивнул.
- Что выяснил?
- Орочимару вместе с Учихой покинули убежище в стране Волн за день до прибытия моей
группы. Предположительно они направились на север, в страну Ветра.
- Понятно. Выходит, информация подтвердилась, и они действительно не реже двух раз в
неделю меняют свое местоположение,- задумчиво проговорила Пятая. - Мы предупредим
Казекаге.
- В этом нет необходимости, Хокаге-сама.
Женщина поморщилась:
- Ты уже связался с ним, да? Вы с Казекаге, смотрю, быстро нашли общий язык.
Не будь Хьюга смертельно уставшим, обязательно бы обеспокоился своим здоровьем –
Пятая явно находилась в дурном расположении духа.
- Ладно, иди, отдыхай, - проворчала она, неожиданно сменив гнев на милость.
Вежливо поклонившись, Недзи твердым шагом направился к выходу из кабинета, но у
двери его настиг внезапный вопрос:
- Зачем ты это делаешь? Два года, как ты берешься за любую возможность собрать
информацию об Орочимару. Это все для Наруто?
Губы парня тронула улыбка.
- Вы же знаете, Хокаге-сама, как и все, я просто хочу заслужить его признание. И когда он
вернется, – в этот раз – я смогу ему помочь.
Тсунаде удовлетворенно кивнула.
- Тогда набирайся сил быстрее, - посоветовала она с улыбкой, - ведь этот шалопай…
вернулся.
…
Как только за шатеном закрылась дверь, Пятая позволила себе расслабиться и выудила из
потайного ящика стола бутылочку саке.
Освежив голову, женщина подперла подбородок рукой и лениво забарабанила алыми
ногтями по столешнице.
«…я просто хочу заслужить его признание…»
Кто бы мог подумать, что люди, признания которых так жаждал добиться этот крикливый
мальчишка, теперь сами стремятся быть нужными ему. И ладно бы, если бы это были
только жители Конохи. Но нет, в десятке стран, где у Наруто проходили миссии – и где их
не было тоже, что странно! – обычные горожане, ниндзя и даже высокопоставленные
персоны время от времени присылали любую, даже просто на уровне слухов,
информацию касательно Орочимару или Акацки.
Хокаге фыркнула.
Да что за примером ходить. Вот девять дней назад из страны Волн пришла весточка от
Казумы-сана, архитектора моста имени того же Наруто. У них там нашли несколько
подозрительных трупов ниндзя-предателей из деревни Скрытого Тумана. Частично их
тела были звериными, что косвенно указывало на эксперименты Змеиного Саннина.
Само собой, Хьюга первым вызвался проверить, что там да как.
Вообще идею обратиться к друзьям в других странах предложила Сакура. Ей все никак не
давала покоя мысль, что Наруто один в своей погоне за Саске.
Конечно, она и понятия не имела, что на тот момент Хьюга уже вовсю перебирал старые
записи Орочимару и донесения АНБУ в поисках намека на его след.
А чего стоит этот новоявленный Казекаге! Весь такой невозмутимый, сдержанный, а
заикнешься об Узумаки, так прямо весь цепенеет. Мальчишка! Взял еще и прислал свою
сестру в качестве посла «в преддверии Чуунинского экзамена», - ага, как же. То-то Темари
шлет ему письма с похожим друг на друга содержанием: «Усатик не вернулся. Новостей
никаких. Классный отпуск, братик».
Да, Тсунаде здорово повеселилась, читая рапорты АНБУ о проверке переписки
иностранного посла с начальством. А уж как повеселились сами АНБУ – можно только
гадать.
….
Из дворца Хьюга вышел, несмотря на жгучее желание сорваться на бег.
Вот ведь женщина! Даром, что Хокаге – любит поиздеваться.
Молодой джоунин остановился посреди дороги. Запрокинув голову, он посмотрел на
ночное небо, усеянное далекими звездами, вдохнул полной грудью прохладный воздух и
направился домой.
В первую очередь ему нужно было принять горячий душ: освежить голову, привести
мысли в порядок.
А с Узумаки можно встретиться и утром.
Каких-то шесть часов…
…
- Ттебайо-о… Как же все болит…
Первое утро в Конохе для Наруто ознаменовалось полным физическим истощением.
- Ютсури… озабоченное животное, - простонал жертва сексуального аппетита, пытаясь
доползти до ванны.
Освежившись, Узумаки худо-бедно пришел в себя, настолько, что задался вопросом, где
шляется причина его плачевного состояния. В своем теле – во всех смыслах – он
Девятихвостого не ощущал.
После тщательных поисков (читай перехода из ванны на кухню) демон в человечьем
облике был обнаружен за методичным истреблением стратегических запасов рамена в
стаканчиках.
Кьюби царственно восседал за стареньким одноместным столиком, обложившись лапшой
быстрого приготовления. Несколько пустых, тщательно облизанных стаканчиков уже
валялось вокруг него на полу, усиливая общий беспорядок, царивший в квартире.
- Жрем? - Грубовато осведомился Наруто, кувырнув посудообразную упаковку ногой.
Вместо ответа Ютсури, не отрываясь от своего занятия, приглашающе придвинул к нему
заварившуюся лапшу.
Вздохнув, Узумаки забил на свое возмущение и присоединился к завтраку.
- Здесь трехлетняя пыль. Надо прибраться,- покончив с едой, тонко намекнул на
дальнейшее времяпрепровождение Наруто.
- Угу, прибирайся, - откинувшись на спинку стула, великодушно разрешил Ютсури.
- Ага, щас! - Вспылил хозяин квартиры. - Мы здесь ОБА живем, значит, и убираться
будем ОБА!
-…
- Или так, или можешь забыть о сексе!
- Полы мыть будешь сам, бесхвостое двуногое.
…
На Суну опустилась ночь. Тяжелая и темная, она убаюкивала жителей деревни
колыбельной ветра, благосклонно скрывая под своим покровом чужака.
Во дворце Казекаге горел свет. Несмотря на то, что все дела были сделаны, все документы
прочитаны, указания розданы, Гаара не спешил покидать свой кабинет.
Он неспешно делал пометки в свитке, когда на его стол упала тень. Но даже тогда Гаара
не поднял головы, предпочтя закончить мысль на бумаге.
Незваный гость не торопил его, терпеливо ожидая, когда на него обратят внимание.
Так в полной тишине прошли долгие пять минут.
- Я ждал тебя раньше, Учиха… Саске.
На лице чужака не дрогнул ни один мускул.
- Тем, кто распространил слухи о нападении Акацки на Казекаге, был ты, - не вопрос,
утверждение.
- Другого способа выманить тебя не нашлось.
- Раз ты здесь, живой, значит, слухи были ложными, - тон Саске не оставлял никакой
надежды избежать массовых разрушений.
- Почему же, - осклабился Гаара, в ком бурлило сумасшествие Шукаку и ярость Кьюби. Здесь были четверо из Акацки, в том числе и Учиха Итачи.
- Ты не мог победить их, - отрывисто возразил Саске.
- Лично я его не видел, - поднялся со своего места юный Казекаге. - Его засекли мои
люди.
Гаара, не спеша, обошел свой рабочий стол и облокотился руками на полированную
крышку, оказавшуюся у него за спиной. Зеленые глаза с толикой безумия взирали на
неподвижного беглеца из Конохи.
- Учиху Итачи засекли в тот самый момент, когда он… целовал Наруто.
- И ты ждешь, что я поверю в эту чушь? - Резко хмыкнул Саске.
- Наруто был здесь. Вслед за ним появился Итачи Учиха. Твой брат спас Наруто от одного
из Акацки…
- Ты лжешь.
- Он его спас, - с жадной улыбкой повторил Гаара, поддавшись вперед, к лицу младшего
Учихи. - Спас, рискуя всем. Не правда ли, иронично?
С молниеносной скоростью левая рука Саске сомкнулась на тонком горле Казекаге.
- ЗАТКНИСЬ.
- Один шаг, Саске, и тебя разорвет на куски, - продолжая улыбаться, прошептал Гаара.
Тело Учихи до подбородка покрывал тонкий слой кроваво-бардового песка. - Давай,
сожми пальцы.
В кабинет Казекаге робко постучалась служанка. Получив разрешение войти, она прошла
в светлое помещение и поставила на стол чашку крепкого чая.
Сам хозяин кабинета стоял лицом к окну и задумчиво потирал шею.
Первый ход был сделан.
…
Уборка затянулась до самого вечера.
Пока Наруто, согласно уговору, намывал полы, носясь, как сумасшедший, из комнаты в
комнату, Ютсури лениво водил тряпкой по мебели, отчаянно зевая.
Протирая комод в спальне, он обнаружил рамку. На фотографии под толстым слоем пыли
были запечатлены трое детей и мужчина.
Пепельноволосого шиноби с маской на лице Кьюби не знал, зато в недовольном
мальчишке-блондине опознал Наруто, а в девчонке – Сакуру Харуно. И, конечно, Ютсури
были знакомы черты лица брюнета. И его глаза.
О да, глаза этого ребенка точно такие же, как глаза его старшего брата – как глаза любого
из проклятого рода.
Как же Кьюби ненавидел эти глаза!
Наруто поднял голову на треск и подскочил – Ютсури держал в руках рамку, и та пылала
демоническим огнем.
- Ютсу..!
Узумаки подлетел, выбил у него фотографию и принялся лихорадочно тушить пламя.
Спасти ее не удалось. Уцелел лишь маленький клочок. По иронии на ней был именно
Саске.
- Ты что творишь, идиот!? - Закричал Наруто отчаянно. - Это же была единственная наша
фотография!
- Извини, - буркнул Лис, почесывая макушку. - Этот, что остался, и есть тот самый Саске,
о котором ты трындишь постоянно?
- Я о нем не трындю!.. тьфу. Я не постоянно говорю о нем!
- Угу, - осклабился Ютсури, сложив руки в молитвенном жесте и сдвинув ноги, словно
мечтательная школьница. - «Саске стал моим первым... другом!... А Саске эту технику уже
давно бы изучил!... А Саске никогда не съедал мой рамен – он его просто терпеть не
может!... А Саске…»
- Заткнись!
- А вот мое любимое: «А Саске все равно круче, датте байо!»
Не выдержав издевательств, красный как рак, Наруто запустил в свое персональное
мучение тряпкой. Сделано это было настолько спонтанно и резко, что демон не
уклонился. Грязная мокрая ткань медленно сползла с его лица.
И без того алые глаза налились кровью.
- За столь длительную жизнь меня какими только способами ни пытались остановить:
огнем, водой, чакрой, гипнозом, Печатью… Но ни один, ни один безумец не додумался
запустить в меня половой тряпкой!!!
Сообразительный Наруто, почувствовав, что дело пахнет керосином, тут же вылетел через
окно и скрылся в переулках родной деревни.
…
Недзи подозревал, что сама судьба против их встречи с Наруто.
С утра его вызвал к себе дядя и попросил присутствовать на собрании. Юноша послушно
исполнил волю главы семьи и вместе с Хинатой просидел на скучных обсуждениях три с
лишним часа.
После обеда Хьюга почти достиг квартиры Узумаки, но его перехватили Гай-сенсей и Ли,
утащив на тренировку.
Едва отделавшись от эксцентричной парочки, Недзи уже ближе к шести часам все-таки
достиг заветного дома, но тот оказался пуст!
Посчитав все предзнаменованием, он решил взять тайм-аут и посвятить остатки дня
накопившимся делам, предоставив судьбе выбрать место и время их с Наруто встречи. В
том, что она непременно произойдет, Хьюга не сомневался. В крайнем случае, он отыщет
Узумаки завтра.
Как парень и предполагал, с Наруто он встретился уже через пару часов. В ресторанчике.
За столиком собрались все, кто был свободен от миссий: Чоудзи, Рок Ли, Шикамару, Ино,
Киба, Сакура и сам Наруто.
- О! Недзи! Иди к нам! - Первой заметила Хьюгу Харуно. - Смотри, кто тут у нас
вернулся!
Как и всех друзей, Недзи удивили изменения во внешности Узумаки, но, будучи
человеком немногословным, он воздержался от комментариев. Чего, конечно, нельзя было
ожидать от самого блондина.
- Ого! Недзи!
- Привет, Наруто, - кивнул парень.
- Обалдеть! У тебя волосы стали еще длиннее!
- Кхм… да, у тебя тоже.
Нет, совершенно не на такую реакцию он рассчитывал. Но это ведь Наруто – плевать он
хотел на чьи-либо ожидания.
- А давайте выпьем за встречу!
- Неужели ты пьешь, Нару-тян? - Умилилась Ино. Ей новый образ болвана-двоечника
пришелся по вкусу.
- Мой учитель – Эро-Саннин, - пожал плечами Узумаки. А, заметив, что Хьюга продолжал
стоять истуканом, подскочил к нему и, обняв, усадил рядом с собой.
Вскоре официантка принесла несколько бутылочек саке.
- А кто у нас саке заказал? - Недоуменно поинтересовался Киба.
- Сакура, - выдала подругу Ино.
- А что? - Фыркнула та, разливая напиток по стопкам. - У меня учитель Тсунаде-сама! У
тебя, Ино, кстати, тоже.
Блондинка смущенно откашлялась и потянулась за своей порцией.
- Ну, за возвращение нашей блудной головной боли! - Со смехом объявила тост Сакура, и
все, за исключением возмущенной «головной боли», поддержали ее дружным «кампай!»
На третьем тосте – «За лучших ниндзя Конохи» – в ресторанчик ввалился Ютсури. Едва
заметив его, Наруто ойкнул и с тихим «спрячьте меня!!!» забился под стол, в процессе
чего опрокинул одну пустую и одну полупустую бутылочки саке.
Друзья озадачено переглянулись и все, как один, сунули головы к нему, под столик,
спросить, в чем собственно дело. Поскольку у многих не было таких полезных учителей,
как Санины, они успели хорошо набраться и за свои действия отвечали постольку
поскольку, т.е. в большинстве своем никак.
- Наруто, а чего это ты тут прячешься?! - Во всеуслышанье поинтересовался Киба,
стараясь сфокусировать взгляд на Узумаки.
- Ютсури-кун! Сюда! - Замахала руками Сакура, заприметив демона.
- Ну, зачем ты…!? - Проныл Наруто, обреченно наблюдая приближение скалящего Лиса.
- НАРУТО?! - Хором воскликнули друзья и дружно ударились макушками о крышку
стола.
Выругавшись кто во что горазд, юные конохцы вылезли сами и вытащили за собой
Узумаки прямо пред темны очи его двойника.
- Нару-тян, - протянула Ино, присмотревшись к новоприбывшему, - мне кажется или это
твой клон? Странный какой-то…
- Не клон, - промямлил парень под насмешливым взглядом Кьюби. - Он… хуже.
Представив Ютсури коллективу, Наруто уже, было, расслабился, решив, что выходка с
половой тряпкой благополучно забыта, но, конечно же, жестоко ошибся. Едва он уселся
на свое место, как Лис с поистине звериным проворством оказался у него за спиной.
Властная рука обхватила подбородок, заставила откинуть голову. Полюбовавшись
недоуменным взглядом голубых глаз, Ютсури лукаво улыбнулся и впился в приоткрытые
губы жадным собственническим поцелуем.
Страшное осознание этого жеста до Узумаки дошло лишь, когда Ли грохнулся в обморок,
девочки грязно выматерились (от обиды), а остальные… Впрочем, больше всего Наруто
озадачил Недзи, схвативший пустую бутылку и разбивший ее об пол. Будто в
расстройстве.
8 глава
Страшное похмелье настигло Недзи в незнакомом месте. Дезориентированный,
испытывающий жуткий сушняк и полное нежелание пребывать и дальше в этом жестоком
бренном мире, он разомкнул глаза, чтобы тут же взять все свои мысли назад. На задний
план отошло и плохое самочувствие, и провалы в памяти, и скверное настроение – есть у
шока такое свойство, как перекрывать все впечатления до того.
Ну, не ожидал Хьюга увидеть спящую мордашку Наруто у себя на груди, не ожидал!
Узумаки лежал поперек Недзи, используя парня вместо подушки. Его тело – обладатель
Бьякугана сглотнул – распласталось на кровати, и фрагменты одежды едва его скрывали.
Нет, Недзи не запаниковал. На это ушла вся его выдержка, но он не запаниковал!
Применив дыхательную технику, молодой джоунин утихомирил бешеное сердцебиение и
постарался сконцентрироваться на воссоздании событий вчерашнего вечера. И возможно
ему это даже удалось бы, если бы Наруто не проснулся.
- Ммм… ням-ням… рамен… О, Недзи? - Приоткрыв глаза, сонно пробормотал Узумаки,
но уже через мгновение подскочил, вытаращившись на полуголого Хьюгу. - НЕДЗИ!?
«Я его все-таки трахнул», - осознал Недзи с ужасом, глядя на обнаженного блондина,
который точно так же неверяще пялился на него.
«Ксо… теперь еще и Недзи! Да что я за чудовище такое?!» - Тем временем сокрушалась
«жертва изнасилования».
- Нару…!
- Недзи…!
Одновременно заговорили парни и также одновременно замолчали. Смущенно
переглянулись.
- Извини, - наконец выдавил Хьюга, потупившись. - Я не хотел…
- Так! - Хлопнул в ладоши Наруто и впился пытливым взглядом в серые глаза. - Отвечай
быстро: ты меня любишь?
- Чего?! - Ошалел Недзи и от греха подальше натянул на себя простыню. - Я, конечно,
виноват, и ты мне нравишься, но…
- «Да» или «нет»!
- Нет!... Извини…
- Фух, пронесло, - выдохнул Узумаки и повалился на кровать. - Что, сразу сказать нельзя
было?
- Да с чего ты взял, что я… я… - Недзи почувствовал, что неумолимо краснеет. Его
буквально затопило смущение, краснота покрыла не только щеки, но и все лицо и шею.
Стало душно, жарко. И тело не слушалось. Блин, совсем как у Хинаты-сама.
- Ну, раз мы все выяснили, то может по рамену? - Жизнерадостно предложил Наруто, не
подозревая, как его улыбка – как весь он, такой естественный и завораживающий в своей
наготе – воздействует на некоторых особо впечатлительных джоунинов.
Обладатель Бьякугана сглотнул непрошенную слюну и поклялся больше не пить.
Он даже не помнил, как у них с Наруто все прошло. И если отбросить некоторые
моральные аспекты, ему было жалко этих воспоминаний. Впрочем, кое-что Хьюга все же
припоминал: Жар. Жар тела и жар чакры. И чей-то внимательный предвкушающий
взгляд…
- Я в ванну, ты после меня! - Скомандовал тем временем Наруто и скрылся за дверью,
оставив своего гостя давиться кровью из носа.
Недзи думал, что секс по пьяни с Наруто – это его единственная проблема. Однако, пока
Узумаки беззаботно плескался в душе, шатен понял, что влип. Крупно влип. Очень. До
неприличия, твою мать!
Причин тому было две. Во-первых, вся его одежда – абсолютно вся! – была уничтожена.
Хьюга не представлял, в каком состоянии надо было пребывать, чтобы так изодрать ткань
в клочья, но факт оставался фактом – одеть ему было нечего (вплоть до трусов). Вовторых, дядя на вчерашнем собрании назначил ему встречу на сегодня в девять утра.
Время уже было далеко за двенадцать.
…
О знаменательной попойке Хината узнала от Кибы. Девушка страшно огорчилась, что
пропустила вечеринку в честь возвращения Наруто, но именно вчера, сразу после
собрания клана, их с Шино отправили на миссию.
О том, что на вечеринке присутствовал ее кузен, девушке также любезно сообщил
Инузука, добавив, что Недзи ушел вместе с Наруто, но умолчав о наклонностях Узумаки
целоваться с парнями. По правде говоря, умолчал он лишь потому, что сам не был до
конца уверен в собственных расплывчатых воспоминаниях.
Когда же педантичный Недзи не явился в положенное время на встречу с Хияши,
подвернувшуюся под руку Хинату отправили его разыскать.
Вскоре наследница клана Хьюга переминалась с ноги на ногу у двери Узумаки,
мучительно выискивая в себе храбрость постучать.
Надо ли говорить, что простояла она так почти два часа?
- Что это такое, Наруто?! - Тем временем донесся из квартиры возмущенный голос Недзи.
- Полотенце! - Почему-то неприлично громко смеялся Наруто. Только заслышав его,
девушка залилась краской с головы до пят.
- #@$%!!! Оно кухонное! У тебя что, нормального полотенца для тела нет?!
Юной Хьюга стало плохо: температура поднялась еще на несколько отметок выше.
Откуда Недзи-нии-сан знал такие слова?
- Извини, но единственное нормальное на мне! Если хочешь, могу отдать, но оно мокрое.
Скромное воображение Хинаты достигло своего апогея и, жалобно всхлипнув, девушка
повалилась в обморок.
Спустя пять минут возвращавшийся с работы сосед обнаружил свеженький трупик у
чужой двери и потребовал у Наруто его убрать. Так Хината и оказалась впервые в
квартире Узумаки.
…
Недзи сгорал от стыда. Как заметил Наруто, краснеть – это у них семейное. Едва Хинату
привели в чувство, она повторно грохнулась в обморок при виде полуголого Узумаки.
Когда же хозяин квартиры оделся под испепеляющим взглядом блюстителя
нравственности, встал вопрос о том, во что одеть самого Хьюгу.
Старая одежда Наруто была безбожно мала, а новой блондин пока не обзавелся. Подошли
разве что трусы в оранжевую завитушку. У Узумаки были и другие, но об этом парень
решил умолчать.
- А, по-моему, тебе идет, - едва сдерживая улыбку, заключил он, глядя на хмурого
любовника.
Хината зашевелилась, приходя в себя. Мысли в голове гения клана пронеслись со
скоростью света. Сложив печати, он применил превращение.
- Превратиться в самого в себя, но в одежде, - оценил Наруто и перевел взгляд на
смущенную девушку.
- Давно не виделись, Хината.
Теплая улыбка парня странно успокоила расшалившиеся нервы обоих кузенов.
- И я… очень рада, - пролепетала Хината, потупившись.
- Хината-сама, - привлек Недзи к себе внимание сестры, - Вас прислали за мной?
- Да, отец волнуется, что ты не пришел на встречу, - отозвалась Хьюга.
- А! точно! - Вдруг хлопнул себя по лбу Наруто. На удивленные взгляды он замахал
руками. - Это я так… о своем.
- Полагаю, нам пора, - поднялся из-за столика Недзи, рассудив, что заставлять ждать главу
клана и дальше – не самая удачная идея. Хината послушно последовала его примеру.
- А Хинате обязательно уходить? - Почесав затылок, спросил Узумаки. Брат с сестрой
озадаченно переглянулись.
- Н-Нет, я свободна на сегодня, - неуверенно ответила девушка.
Недзи смерил товарища сомневающимся взглядом.
- А что, с большинством ребят я уже пообщался, а с Хинатой еще нет, - невинно пожал тот
плечами. - Нам есть о чем поболтать, в конце концов.
Сама Хината не представляла, о чем Узумаки собрался с ней поболтать, но согласно
кивнула.
- Вот и отлично! - Заключил блондин. - Пойду чайник поставлю.
Джоунину ничего не оставалось, как попрощаться и окольными путями устремиться
домой – иллюзия иллюзией, но кто-то ведь и сквозь нее может видеть.
…
- Что об этом думаешь, Хината? - Изложив суть дела, поинтересовался Наруто. - Я не стал
рассказывать это Недзи и не расскажу, если тебя все устраивает.
- Это правда можно сделать? - С робкой надеждой подняла на него глаза девушка.
- Конечно, - заверил ее Узумаки. - Это старый закон, но его никто не отменял.
- Я… я очень хочу все изменить! - Выпалила Хьюга, прижав к груди руки. - Я согласна,
Наруто-кун.
- Ну, раз ты уверена, то предоставь остальное мне, - улыбнулся ей парень и проводил до
выхода.
- Да, - кивнула Хината. - Спасибо, Наруто-кун.
«Спасибо, Наруто-кун», - передразнил ее Кьюби в голове у Наруто.
- Теневое клонирование,- заперев дверь, вздохнул тот и сложил печати.
Материализовавшийся Ютсури по-лисьи растягивал губы в усмешке.
- То, что я переспал с Недзи, твоих лап дело? - Недовольно поинтересовался Узумаки.
- Еще скажи, что тебе не понравилось, - протянул клон, заключив в кольцо рук любимое
тело.
- Я ни хрена не помню!
- Сопротивляться надо было меньше, - фыркнул Кьюби ему на ухо.
- Расскажи мне уже, наконец, что происходит, - без надежды, что Лис согласиться,
попросил Наруто.
- Сгоняешь за раменом, расскажу.
- Серьезно? - Оживился парень.
Ютсури величественно кивнул.
- Я мигом! - Пообещал обрадованный мальчишка и, выкрутившись из теплых объятий,
принялся поспешно натягивать обувь.
- С говядиной! - Вдогонку крикнул ему Лис, выскочившему из квартиры. - Я и так
собирался рассказать, - хмыкнул он себе под нос.
…
- Думаю, ты уже успел заметить, что чувствуешь себя лучше после секса, - утвердительно
произнес Ютсури, покончив с тремя баночками лапши.
- Не знаю, - подумав, признался Наруто. Есть – даже рамен – ему не хотелось.
- Тормоз, - заключил Лис. - Ладно, пойдем другим путем. Ты знаешь, как я стал
Девятихвостым?
- В смысле «стал»? - Не понял Наруто. - А ты таким не родился, что ли?
- Тормоз, - почти ласково повторил Кьюби. - Хокаге, по-твоему, рождаются или
становятся?
- То должность, а то хвосты, - фыркнул Узумаки, не видя связи.
- Когда-то очень-очень, просто ОЧЕНЬ давно я был… кицуне, обычным лисом-оборотнем,
- неохотно признался демон.
- Да ну?! - Обрадовано вскричал его носитель. - То есть ты… всей этой силы достиг сам?!
Ютсури удивленно уставился на восхищенного мальчишку.
О своем прошлом он не любил вспоминать: все остальные Хвостатые демоны,
действительно рожденные таковыми, обсмеивали его, перевертыша, и не раз ему
приходилось бежать и трусливо скрываться, чтобы выжить. Так было долгие сотни лет,
пока однажды он ни победил Шукаку, потом Некомату, а там и остальных, по праву
заслужив звание сильнейшего. Он через многое прошел ради этого и не желал даже
мысленно возвращаться в те темные времена.
Он стыдился того, кем был, и потому скрывал. Но Наруто всего одной фразой перевернул
все с ног на голову.
«Ты всей этой силы достиг сам?!»
Забавно, он никогда не смотрел на это с такой стороны. Да, обычный лис-оборотень сумел
не просто стать ровней великим демонам, но и превзойти их всех!
Губы Ютсури расползлись в непривычно счастливой улыбке. Сграбастав Узумаки, он
усадил его к себе на колени, стиснув объятия и прижавшись лицом к теплой груди.
- Эй… ты чего?! - Ошарашено вскрикнул тот.
- Да, я достиг всего сам, - прошептал Кьюби, и ноги Наруто обвили хвосты из его чакры. У меня была способность поглощать чужую чакру во время секса. Я принимал облик
человека и находил шиноби, обладавших силой. Я влюблял их в себя и делал их чакру
своей.
- Что ты делал?! А… а как же они… потом…
- Они были моими жертвами, - не стал углубляться демон. - А сейчас … похоже, эта моя
старая способность пригодилась нам.
Наруто ошарашено застыл.
- Но… я не… я не похищал их чакру! И Итачи… И Гаара… они не потеряли…!
- Успокойся, - прервал нарождавшуюся панику Ютсури. - Куда тебе еще чужую чакру,
когда даже сотая часть моей едва влезает, - фыркнул он и потерся лицом о золотистые
пряди. - Наоборот, мы не взяли, а отдали.
- Чего?
- Чакру, чего! Моя слишком большая, чтобы поместилась вся в тебе! Этот ваш Четвертый
запечатал ее для твоей защиты, но Печати больше нет. Поэтому какую-то ее часть я
вложил в Учиху, Казекаге и Хьюгу, пока они тебя трахали.
- Но… зачем?
Лис самодовольно усмехнулся:
- Пусть считают это платой.
- «Платой»?!
- А ты думал, что можешь развлекаться с кем попало? - Притворно ласково осведомился
Кьюби. - Ты мой, Наруто, не забывай.
- Да что за…!?
- Шшш, глупый мальчишка, - горячий язык нежно прошелся по чужим губам. - Отныне
они – твои Хвосты.
- «Хвосты»?
- Моя сила заключена в девяти хвостах. Ты не можешь материализовать их без вреда для
себя, так что эту функцию будут выполнять девять достаточно сильных людей. Первые
трое уже выбраны. Ты должен был заметить, что высвобождать чакру стало намного
легче. Это потому, что 3/9-ых моей силы теперь в материальном мире. Все понятно?
- А… она не повредит Гааре, Итачи и… Недзи? - Неуверенно спросил Наруто.
- Наоборот, - осклабился Ютсури, - они станут сильнее… если разберутся, конечно.
Разумеется, применять свою силу они будут для тебя.
- И как ты себе это представляешь? - Хмыкнул Узумаки, неспособоный вообразить
абсурдную ситуацию, как Итачи Учиха будет бегать его защищать.
- Тупица, - вздохнул Лис, утомленный объяснениями. - Хвосты ничто без тела. Если
умрешь ты, умрут и они. Чакра выйдет из-под контроля и пожрет их. Кроме того… они не
смогут предать тебя, даже если того захотят.
- Ты о чем?
- Об инстинкте. Они – Хвосты, а задача Хвостов – защита хозяина.
- Я не хозяин! - Вспыхнул Наруто.
- Называй как хочешь, мне все равно, - зевнул Лис. - Пока не найдем еще пятерых, я буду
сдерживать вред чакры.
- А? Ладно… Постой, «пятерых»? - Рассчитав для надежности на пальцах, Узумаки сунул
ладонь под нос любовнику. - Сейчас их трое. А ты говорил о девяти. Девять минус три
равно шести, разве нет?
- Гений, - закатил глаза демон и потащил своего носителя в постель.
Честное слово, иногда Кьюби всерьез жалел, что Наруто не немой с рождения.
9 глава
«…Хвосты ничто без тела. Если умрешь ты, умрут и они. Чакра выйдет из-под контроля и
пожрет их».
Итачи, Гаара, Недзи – первые три проводника, три носителя чакры Кьюби, три Хвоста.
Первые три жертвы.
«Они должны все узнать, - размышлял Наруто, нервно выстукивая пальцами ритм на
подлокотнике кресла. - Но как им сказать?»
Гаара был в Суне, Итачи и вовсе неизвестно где. А Недзи рядом. И сказать надо
обязательно. Но страшно. Как он отреагирует? Возненавидит? Пошлет? Почему-то ничего
оптимистичного, вроде спокойного принятия судьбы, на ум не приходило. А уж что
сделает Итачи, когда узнает…
- НАРУТО!!!
Парень вздрогнул и поднял глаза на Хокаге. Женщина раздраженно села на место.
- Где ты витаешь?
- Извини, бабуля, - повинился блондин и попытался сконцентрироваться на деле. - Так ты
прочла этот закон?
- Прочла, - напряженно кивнула она. - И даже могу тебя обрадовать: он в силе.
Лицо Узумаки просветлело.
- Однако, - с нажимом произнесла Пятая, - этим законом пользовались лишь однажды, на
заре Конохи. Клан Хьюга сделал все возможное, чтобы похоронить его. Он угрожал их
традициям.
- Еще бы, - осклабился Наруто. - Даже Третий был не в курсе.
- Думаешь? - Невесело хмыкнула Тсунаде. - Закон находился в общем сборнике.
Пришлось покопаться, но его мог найти любой Хокаге.
- Так почему Третий и остальные этого не сделали? - Изумленно воскликнул парень.
- Их это не касалось, - жестко ответила женщина. - Никто до тебя, кроме Первого, не
задавался вопросом вмешательства в клановые традиции.
- Что значит «не касалось»!? - Подскочил в возмущении Узумаки. - По-вашему, это
нормально, что одна часть семьи служит другой?! И что все решает первенство рождения,
а не личные качества главы?!
- Уймись, - улыбнулась Пятая, залюбовавшись юнцом, пылавшим праведным гневом. Как
же он был сейчас похож на Минато. - Никто из побочной ветви не обращался за помощью
к Хокаге, а мы не можем по своей прихоти вмешиваться в традиции столь древней и
почитаемой семьи.
- Считай, что к тебе обратились Недзи и Хината, - бросил Наруто.
- А Хината-то почему?
- Она никогда не хотела быть во главе семьи, - пожал плечами парень.- А Недзи
жаловался, что дядя постоянно таскает его на совещания, будто это он наследник.
- Ты в Конохе только третий день, а знаешь больше меня, - покачала головой женщина. Когда успел?
- Ну, с Недзи мы пили, а с Хинатой… похмелялись.
- Ты смеешься надо мной?
- Ага, - засмеялся Наруто. - Нет, правда, бабуля, если Хината и Недзи обратятся к тебе, ты
поможешь?
Хокаге задумчиво провела алым ногтем по старому документу.
- Для начала я поговорю с Хиаши, - приняла она решение и вдруг добавила. - В твоем
присутствии.
- В моем? Зачем?
- Поможешь его убедить. Раз взялся за дело, изволь довести его до конца.
…
О мечте Наруто стать Хокаге знал, пожалуй, любой, кто хоть раз с ним встречался.
Конечно, об этом знал и Дзирайя. Еще перед тем, как отправится в трехлетнее
тренировочное путешествие, он дал обещание Тсунаде, заняться образованием
мальчишки.
Мужчина мог собой гордиться – обещание он сдержал.
Каждый раз, когда Наруто доставал Саннина нытьем или не выполнял задание, тот
заставлял его заучивать старые законы Конохи в качестве наказания. Поначалу Узумаки
отбрыкивался, за что мужчина не позволял ему изучать новые техники. Метод кнута и
пряника сработал – уже через неделю мальчишка, бормоча ругательства, сел за изучение
свитков с законами.
Наказания Наруто зарабатывал постоянно, и меньше, чем за год он изучил всю
подноготную Конохи и всей Страны Огня.
Так он и наткнулся на закон, изданный Первым Хокаге, касательно клана Хьюга, и сразу
же вспомнил о Недзи. Документ давал право члену побочной семьи доказать свое
превосходство над главой или его наследником, при условии, что тот примет его вызов.
То есть, если вызываемый отклонял вызов, то вся задумка сходила на нет, заставить его не
могли.
Если Хината примет вызов Недзи, то тот мог в соревновании доказать, что достоин занять
ее место. Конечно Наруто ни за что бы не поднял этот вопрос, если бы девушку все
устраивало и так. В конце концов, она тоже его друг. Но Узумаки чувствовал, что не
только Недзи тяготился своим положением, но и его кузина. Взгляд Хинаты всегда
становился грустным, стоило только заговорить о ее семье.
Однажды на Чуунинском экзамене Наруто пообещал Недзи изменить законы его семьи.
Наруто всегда держал слово.
…
Кисаме был не особо любопытен. Он не любил задавать вопросы, предпочитая делать
выводы из собственных наблюдений.
До недавних событий Кисаме был уверен, что хорошо знал своего напарника.
- Итачи-сан, похоже, в отличной форме, - протянул он, обозревая более пятидесяти
обездвиженных монахов. Для чего вообще они вторглись на территорию старого храма,
Хошикаге мог только догадываться.
- Трупы нам не нужны, - бросил Итачи, проходя мимо погруженных в иллюзию людей.
Мечник хмыкнул, последовав за ним.
В последнее время Итачи слишком часто использовал Мангъеко Шаринган, и это смущало
Кисаме. Смущало, потому что Учиха больше не казался утомленным своей чудовищной
техникой.
- Что мы здесь ищем, Итачи-сан? - Не выдержал мужчина, наблюдая, как брюнет уверенно
открывает потайной люк за статуей местного божества.
- По слухам основателем этого храма был человек, имевший контакт с Девятихвостым, голос Учихи стал отдаляться, и Кисаме поспешил спуститься вслед за напарником, едва не
застряв в узком проеме входа. Пришлось снять со спины меч и нести его на руках.
- И ты надеешься найти здесь его записи? - То ли вопросительно, то ли утвердительно
произнес он.
- Да, - кратко ответил Итачи.
- Но какое нам дело до записей монаха?
Итачи не ответил. В конце концов, его изыскания не касались Акацки.
…
- Да я-то не против, - вздохнул Хиаши, выслушав Хокаге. - Сам понимаю, что главой
должен быть Недзи, а не Хината.
- Так в чем проблема? - Не удержался Наруто.
Мужчина недовольно покосился на мальчишку, но все же ответил.
- Проблема, молодой человек, в старейшинах, - сухо произнес Хьюга. - Я уже поднимал
вопрос о смене наследника, однако наши старейшины высказались резко отрицательно.
- Но почему?!
- Они верят в традиции, Наруто, - пояснила Тсунаде, раздраженно барабаня алыми
ногтями по столешнице.
- Как и сказала Хокаге-сама, - кивнул Хиаши. - Они не желают так грубо нарушать
многолетние правила, так как видят в этом… начало упадка клана.
- Что?! - Подскочил Узумаки. - Упадок?! Только потому, что отец Недзи родился на пару
минут позже, ему нельзя занять место, которого он достоин?! Чертовы старые
маразматики!
- Успокойся, Наруто! - Прикрикнула на разошедшегося парня Пятая, но Наруто ее
проигнорировал.
- Я заставлю их забрать свои слова!
С этим заявлением он вылетел из кабинета Хокаге, громко хлопнув дверью.
- Боги, - устало выдохнула женщина, прикрыв глаза рукой.
- Вы не собираетесь его остановить? - С едва различимой тревогой осведомился Хиаши.
Тсунаде махнула рукой:
- Пусть идет. В конце концов, старейшины ЭТО заслужили.
…
Разумеется, поговорить со старейшинами у Наруто не вышло… первые семь раз.
Всегда отличавшийся упрямством, Узумаки просто не оставлял в покое пожилых людей,
появляясь в самых неожиданных местах и оглашая окрестности обвинительными речами.
Он требовал, он задавал вопросы, он обвинял, он вразумлял.
Через четыре дня Хомура и Кохару сдались. Несчастные люди просто не могли больше
выносить его вопли, которые уже стояли в ушах и снились в кошмарных снах.
Спрятаться удалось лишь Данзо. Мужчина окружил себя лучшими солдатами Корня и
засел в одном из своих секретных убежищ.
Впрочем, Наруто было достаточно и двух старейшин из трех.
По странному стечению обстоятельств, Недзи оказался поблизости, когда Узумаки
уломал-таки старейшин дать свое согласие.
- Хорошо, мы проведем состязание за место наследника главы Хьюга, - дернул головой
Хомура.
- Но мы оставляем за собой право выбрать способ проверки силы Недзи, - резко добавила
Кохару.
Ни она, ни Хомура ни за что бы не признались, даже себе, что сдались они вовсе не
потому что Узумаки им не давал проходу. Все было гораздо, гораздо проще: сам того не
осознавая, Наруто в своем упорстве как никогда напоминал Йондайме. А старейшины…
они тоже люди, и, да, они любили Минато.
Услышав голос Наруто за одним из поворотов, Недзи остолбенел. Он как раз направлялся
в кабинет Хокаге, чтобы получить письменное разрешение на доступ в закрытый архив.
Хьюга эти дни исследовал земли Страны Ветра в поисках мест, годных для убежища
Орочимару. От Гаары уже поступили необходимые данные, и теперь нужно было их
сравнить с имеющимися в архиве. Однако слова старейшин, с которыми Наруто
совершенно непочтительно общался, выбили все дельные мысли из головы.
«Место наследника… проверка моей силы?»
Хомура перевел недовольный взгляд на застывшего за спиной Узумаки джоунина.
- В восемь вечера в доме Хьюга, - кратко бросил он и, вместе с Кохару, прошел мимо
Недзи.
Наруто не оглянулся. Он шумно выдохнул и сжал задрожавшие вдруг руки в кулаки.
- Наруто?
Узумаки с воплем подскочил едва ли не до потолка. Рывком обернулся. Растеряно застыл.
- Эээ… Привет.
- Что это было?
- … Может, выйдем на улицу?
- Никогда не слышал о таком законе, - в конце концов, вымолвил Недзи по завершению
рассказа Наруто.
- Я сам на него случайно наткнулся, - почесал затылок Узумаки и нервно рассмеялся.
Прервался. Смущенно покосился на Недзи.
- Ты злишься?
- На что?
- Ну, что я действовал за твоей спиной и ничего не рассказывал… что влез… окончательно смутившись, Наруто вдруг резко и даже как-то возмущенно добавил. - Но я
обещал! Я поклялся, что изменю ваши дурацкие порядки!
Недзи слушал его с возрастающим изумлением, однако под конец пламенной тирады не
выдержал и издал сдавленный смешок.
- Помнится, ты обещал все изменить сразу, как станешь Хокаге.
Наруто надулся. Покраснел. Рассмеялся.
- Ну, я без пяти минут Хокаге! Вот верну Саске и стану!
Лицо Хьюги посерьезнело.
Когда-то он уважал Саске Учиху. Когда-то считал его достойным соперником. А после…
презирал. И, да, завидовал. Завидовал, потому что Учиха умудрился привязать к себе
Наруто прочнее, чем кто-либо.
Потому что Наруто думал о нем.
Потому что Наруто заставил всех думать о нем.
Учиха Саске – Недзи хотел вернуть его, потому что только так можно было разорвать эту
привязанность. Наруто будет бредить Учихой до тех пор, пока не увидит, что на самом
деле из себя тот представляет. Хьюга знал, что Саске изменился. Доказательства тому он
видел своими собственными глазами в обнаруженном убежище.
«А ведь я сам действовал за его спиной, - вдруг подумал Недзи, глядя на смеющегося
парня. - Нет, не только я. Гаара, Сакура, Киба, Шино, Ино, Шикамару, Ли… даже Пятая –
все мы прониклись его взглядами, заразились его мечтами и верой. Потянулись за ним…»
Недзи поднялся со скамейки, на которой они вдвоем сидели, и вдруг преклонил перед
Наруто колено.
- Э? Ты чего?
«Я совершенно перестал слушать Пятую. Похоже, у меня уже есть Хокаге, за которым я
хочу следовать…»
- Недзи, ты что делаешь, а? Тебе плохо? - Продолжал недоумевать Наруто.
«… даже если он полный придурок».
Улыбнувшись последней мысли, Хьюга приложил правую руку к сердцу и опустил
голову.
- Как будущему Хокаге, я приношу тебе клятву верности, Наруто.
-…
- Мне плевать, стану ли я главой клана или нет. Сейчас моя мечта – увидеть тебя на посту
Шестого, - Недзи поднял глаза на красного как помидор мальчишку. - Я обещаю, мы
вернем Учиху Саске; мы уничтожим Акацки… и ты станешь Хокаге.
Наруто был поражен. Сотни мыслей метались в его голове, сотни отголосков плохих
воспоминаний.
«Тоже мне, нашелся Хокаге!»
«Такой идиот, как ты, никогда не сможет стать главой деревни…»
«Не смеши нас, придурок…»
Хотелось себя ущипнуть и проснуться. Разве такое могло быть правдой? Это же Недзи
Хьюга – гений клана, гордый, особенный! Что бы такой как он преклонил перед Наруто
колено… дал клятву верности… что бы такое произошло…
- Т..ты серьезно? - Голос предательски дрогнул.
- Серьезно.
Наруто громко выдохнул. И покраснел еще больше.
- Я… тогда я… в общем… спасибо.
Недзи едва подавил новый смешок. Все-таки, когда Наруто станет Хокаге, ему
потребуется помощь.
…
Хината нервно переминалась с ноги на ногу, стоя напротив своего брата, такого
спокойного и, казалось, ко всему равнодушного.
Проверку решили провести в додзе Хьюга. В просторном светлом помещении помимо
кузенов присутствовали оба старейшины, Хиаши, Хокаге и… Наруто.
- Если Недзи Хьюга из побочной ветви сумеет пройти испытание и одолеть Хинату
Хьюга, нынешнюю наследницу клана, мы признаем, что он достоин стать следующим
главой семьи, - объявила Кохару сухим тоном.
- Условия таковы, - вышел вперед Хомура. Выдержав паузу, он продолжил. - Недзи
Хьюга, ты должен коснуться Хинаты.
Повисла тишина.
- И все? - Не поверил Наруто.
Старейшина усмехнулся:
- Хината Хьюга, прикажите своему брату не приближаться и не касаться Вас.
Девушка вздрогнула.
- И что? - Никак не догонял Узумаки.
- Это невозможно, - выдохнул Хиаши, предполагавшись нечто подобное.
- Если Недзи достоин места главы семьи, то он сможет преодолеть Печать Подчинения, дернул щекой Хомура.
- Мы пошли вам на уступки, так что имейте в виду, попытка только одна, - добавила
Кохару.
Недзи стиснул зубы. Он ненавидел эту метку.
- Давай, Недзи! Покажи им! - Закричал Наруто, вскинув руку вверх.
Пятая поморщилась и отвесила ему оплеуху.
Дождавшись полной тишины, Кохару скомандовала:
- Начинайте.
Хината перевела несчастный взгляд на брата.
- П-прости, Недзи-нии-сан…
- Все в порядке, Хината-сама, - кивнул ей парень. - Приступайте.
- Недзи-нии-сан, не прикасайся ко мне. Не подходи ко мне, - голос девушки дрожал,
однако на мощь печати это не отразилось.
Хьюга сделал первый шаг и виски пронзила острая, ни с чем несравнимая боль.
Покачнувшись, он глубоко вздохнул. Выпрямился.
Второй шаг дался с трудом, под тонкой кожей набухли вены, но Недзи двинулся вперед.
Оставалось еще семь шагов.
- Это невозможно, - заключил Хомура. - Печать Подчинения была рассчитана на самых
могущественных шиноби. Даже гению ее не преодолеть.
- Поэтому вы и дали ему такую задачу, чтобы он наверняка провалился, - поморщилась
Тсунаде.
- Как и эту печать, традиции нельзя нарушать безнаказанно.
- Заткнитесь уже, старперы! - Рыкнул Наруто и обернулся к упавшему на колени Недзи. Он справится! Ясно вам?!
Недзи чувствовал, что теряет сознание. Печать не просто причиняла адскую боль, она
оглушала.
- Недзи-нии-сан… - едва слышно прошептала Хината. По щеке ее скатилась слеза.
«Все… больше… не могу…»
Парень повалился на пол. Но где-то на грани угасающего сознания вдруг вспыхнула
яростная мысль: «Судьбы нет!»
- Все кончено, - выдохнула Кохару. Вместе с Хомурой они развернулись, чтобы уйти, но
путь им преградил Наруто.
- Куда это вы собрались? - Дерзко спросил он. - Недзи еще не закончил!
Под неверящие взгляды Хиаши и Тсунаде Недзи нежным движением стер с лица сестры
слезу. Из-под его протектора сочилась кровь, и девушке показалось, что кровь эта была
охвачена огненной чакрой. Но твердый взгляд кузена не отпускал, так что она не сумела
рассмотреть лучше.
- Молодчина, Недзи!!!
10 глава
Прочитав донесение шпиона из Суны, Орочимару мечтательно облизнулся. МальчишкаДевятихвостый оказался не так прост. Что же побудило Итачи рисковать жизнью ради
него? Проанализировав факты, мужчина так и не смог прийти к какому-либо выводу –
слишком мало информации.
«А раз не хватает информации, надо ее собрать», - мысленно заключил он и отложил
свиток в сторону.
- И лучше об этом спросить у самого мальчишки.
Орочимару очень сомневался, что любовник – это достаточная причина для Итачи, чтобы
пойти против всего. Его семья – лишнее тому доказательство. А вот если сам Узумаки
сумел сделать что-то… или предложить… силу, например…
Тонкие губы Змеиного Саннина расплылись в жадной улыбке. Он должен заполучить
мальчишку!
…
Наруто недовольно тащился по узкой лесной тропе и в полголоса костерил начальство в
лице Пятой и любовника в лице Ютсури. По глубокому убеждению парня именно эти
двое были повинны в его плохом самочувствии.
Недзи официально приняли в главную семью и объявили наследником. Однако
возможность отпраздновать это событие у друзей появилось лишь через несколько дней,
когда со своих миссий вернулись большинство из них. Накануне вечеринки Кьюби
пришло в голову проверить, как долго он может находиться в материальной форме в связи
с приобретением нового Хвоста. Оказалось, что три дня.
Наутро после праздника Наруто был беспощадно разбужен Сакурой. К счастью, к ее
приходу Ютсури развоплотился и отправился отсыпаться в родную клетку в сознании
своего носителя. По опыту Узумаки знал, что Лис в ближайшие сутки даже признаков
жизни не подаст. К сожалению, парень не обладал таким полезным свойством исчезать,
так что на миссию его все же потащили – с большой похмелюги и вдрызг затраханого,
что, естественно, никак не улучшало его настроения.
- Боже, Наруто, ты только посмотри на себя, - упрекала товарища Сакура. Помимо нее на
задание был отправлен и Чоудзи.
- Сакура-тян, знаешь, какой твой самый большой плюс? - Выдохнул страдалец, не зная, за
что держаться в первую очередь – за зад или все-таки за голову.
- Какой?
- Несмотря на все противоречия, ты все-таки девушка,- как самую большую тайну
сообщил блондин.
- Я тебя сейчас стукну!
Узумаки глубоко сомневался, что от этого ему станет хуже, так что особо угрозе Харуно
не внял.
- И почему вместо тебя нельзя было взять Ютсури-куна? - Вопрошала Сакура уныло.
Наруто вопрос проигнорировал. Чоудзи всего себя посвятил чипсам.
- Нэ, Наруто, - вдруг голос Сакуры стал нежным, - а у вас с Ютсури-куном все…
серьезно?
Узумаки искреннее пожалел, что не может занять рот чипсами как Акимичи.
- Ч-что т-ты имеешь в виду, С-Сакура-тян?!
- Ну… вы… влюблены друг в друга?
- Ааааа!?!?
- Ну что ты орешь!?
- Н-но, Сакура-тян…
- Так трудно ответить?
- Вы – любовники, да? - Вдруг бросил Чоудзи.
Ребята в немом ужасе воззрились на товарища. Тот продолжал есть, как ни в чем не
бывало. Разговор как-то сам по себе сошел на нет.
Наруто задумался. Ему нравился Ютсури – нравилось с ним болтать, тренироваться,
спать. С ним все время приходилось быть начеку, но именно это делало Наруто сильнее.
Кьюби не давал ему расслабиться, заставлял совершенствоваться. Это было странно, но
все же очень приятно.
Но любви не было. Наруто в этом не сомневался – он не влюблен. И, откровенно говоря,
влюбляться не хотел. Не только в Кьюби, но и в кого-либо другого.
Как сказал бы Шикамару, это слишком проблематично.
Миссия, на которую снарядили ребят, была до противного простой: сопровождение
богатого человека из одной точки в другую. Однако до первой точки нужно было еще
идти и идти. Бежать не позволяло все то же плохое самочувствие Наруто. И это была
третья причина, почему он был недоволен этим утром и вообще миром в целом.
Четвертая причина не заставила себя долго ждать. Когда команда все же добралась до
своего клиента, оказалось, что тот передумал. Объяснив свое решение внезапно
появившимися делами, мужчина заплатил неустойку и с извинениями поспешил
выпроводить несостоявшихся телохранителей.
Наруто как никогда испытывал жажду убийства. К счастью для всех, Кьюби дрых и
подлить масла в огонь не мог.
Посовещавшись, утомленные дорогой ребята решили заночевать в городе своего клиента,
а на утро отправиться домой.
- Давайте пройдемся по магазинам, - предложила Сакура, которой такой поворот событий
нравился. - Я слышала, здесь самые лучшие ювелирные изделия!
- Угу, и еда неплохая, - поддакнул ей Акимичи.
- Гуляйте, - махнув на друзей рукой, Наруто завалился на кровать гостиничного номера. Купите мне на обратном пути рамен.
- Ну, уж нет! Идем с нами! - Возмутилась Харуно.
- Сакура-тян, - простонал Узумаки, - мне плохо. Очень.
- Пить надо меньше!
- Меня тошни-ит…
- Да ладно, пусть отдыхает, - вступился за друга Чоудзи. - Пошли лучше пообедаем.
Оценив бледно-зеленое лицо Наруто, Сакура вздохнула и кивнула. Перед тем, как уйти,
она немного подлечила своего горе-друга и пообещала купить ему что-нибудь от
похмелья.
Спустя четыре часа, когда усталые, но довольные друзья вернулись в номер, постель
Наруто была пуста.
…
С тех пор, как Печать Четвертого исчезла, место заточения Кьюби мало как изменилось.
Все те же коридоры, та же вода, та же клетка. Вот только теперь Лис в ней сам запирался,
объясняя это тем, что, засыпая, он может не удержать мощь своей чакры и та повредит
Наруто. Ну, и еще он находил это забавным – запираться в собственной клетке от
собственного тюремщика по собственной воле.
Узумаки подошел к металлическим прутьям и попытался вглядеться в темноту за ними.
Кьюби видно не было.
- Наруто-кун.
Парень вздрогнул. Обернувшись, он обнаружил за спиной Итачи.
- О? Привет, - нервно рассмеявшись, он отступил на шаг в сторону, чтобы не быть
прижатым к клетке Учихой. - А что ты тут делаешь? Ты… опять в моей комнате, что ли?
Губы Акацки дрогнули в намеке на улыбку.
- Нет, я не рядом с твоим телом.
- Знаешь, - хмыкнул Наруто, отойдя от испуга, - это прозвучало пошло.
Итачи неопределенно качнул головой и перевел взгляд на клетку. Отметил отсутствие
Печати.
- Наруто-кун, где ты сейчас находишься?
- А тебе зачем? - Насторожился парень.
- Не в Конохе, полагаю, - проигнорировал тот встречный вопрос. - С тобой есть кто-то
рядом?
- Я опять спрашиваю: зачем тебе это знать?
-…
Наруто раздраженно мотнул головой. Стыдливо опустил глаза.
- Я… в городе.
- В каком?
-…
- В каком городе, Наруто-кун?
- Да не помню я! - Взорвался Узумаки, злой, что его все-таки заставили признать это
вслух. - Тупое название какое-то! Не знаю! Сакура-тян говорила, что он назван в честь
какой-то горы.
Итачи хотел, было, сказать, что половина городов в Стране Огня названа в честь гор, но
передумал. Какие-либо комментарии были излишни.
- Что, думаешь, я дурак? - Буркнул смущенный мальчишка и уселся на пол, спрятав от
собеседника пылающее лицо.
На макушку опустилась рука. Не поглаживая, не взъерошивая. Простое прикосновение.
Будь это кто-то из друзей, Наруто решил бы, что его хотят успокоить.
- А ты теперь мой Хвост, - неожиданно для самого себя вдруг выдавил он.
- Знаю, - равнодушно отозвался Учиха.
Вечное отрешенно-спокойное состояние Итачи раздражало Наруто. И рука, которая попрежнему покоилась на его макушке, тоже была раздражающе… успокаивающей.
- Ты не убивал свою семью, - заявил Узумаки, не зная, что еще сказать.
Он, правда, долго думал об этом. Вроде бы все факты были на лицо, но Наруто…
нравился Итачи. А человек, который ему нравился, просто не мог сделать что-то
настолько ужасное. Вот такая у Наруто была логика. И к черту факты!
Итачи отстранился. Рука с головы Узумаки соскользнула.
- Не заблуждайся, Наруто-кун.
- Ты говорил, что даже семья может предать. Что ты имел в виду?
-…
- Нэ, так что? - Не отставал Наруто.
- Мне укоротить тебе язык?
Наруто открыл, было, рот заявить, что у Итачи это не получится, но тут окружающий мир
померк – он проснулся.
…
Сквозь ресницы пробивался мутный белый свет, который загораживало темное пятно.
Наруто открыл глаза, но зрение не улучшилось. В пятне он с трудом смог опознать чье-то
лицо.
- Орочимару-сама, он пришел в себя.
Второе темное пятно обозначило еще одного склонившегося над ним человека.
- Ты называешь это сознанием, Кабуто?
- Не рассчитал дозу. Моя ошибка.
- По крайней мере чакра ему не доступна.
- Мне последить за ним?
- У тебя есть дела поважнее. Впрочем, передай его Саске-куну. Наркотическое действие
продлиться еще несколько часов. Пусть пообщается со своим другом.
- Как прикажете, Орочимару-сама.
…
Наруто окружала темнота. Тело казалось легким, почти воздушным. В ушах стоял гул –
какофония из голосов и фраз, звуков и собственного дыхания. Сознание возвращалось
урывками, отдельными яркими образами, воспоминаниями.
Сначала пришло обоняние. Сухой, спертый воздух. Тяжелый. Без каких-либо запахов.
Потом ощущения – жесткая ровная поверхность. Холодная. Под ним.
Наруто зашевелился. С губ сорвался хрип.
Собственное тело представлялось ненастоящим, чуждым.
Глаза слезились, но все-таки он разглядел лицо человека, подошедшего к нему.
- Итачи?
Человек застыл. Внезапный удар по ребрам заставил Узумаки усомниться в правильности
догадки. Его отбросило на пару метров. Парень едва смог прикрыть лицо руками –
реакция была заторможенной.
- А ты изменился, Наруто.
Целых полминуты требовалось одурманенному наркотиком сознанию на то, чтобы узнать
этот голос.
- …Саске?
Закашлявшись, Наруто поднялся на четвереньки. Вскинул голову, чтобы лучше
разглядеть неподвижно стоявшего над ним Учиху.
- Саске, - уже увереннее повторил он. По щекам катились слезы, но парень их не замечал,
жадно всматриваясь в возмужавшего и от того все больше походившего на брата друга. Саске…
- Я, Наруто, - хмыкнул Учиха и, склонившись над блондином, намотал на руку длинные
золотисто-рыжие пряди. Потянул. - Боишься снова перепутать?
Наруто непонимающе нахмурился. Смысл слов до него не доходил. И Саске это злило.
Злило, что в синих глазах не было страха, не было вины перед ним.
Слова Гаары не давали покоя.
«Учиху Итачи засекли в тот самый момент, когда он… целовал Наруто…»
«Твой брат спас Наруто…»
«Спас, рискуя всем. Не правда ли, иронично?»
Вернувшись от Казекаге, Саске попытался рассуждать здраво. В конце концов, зная
Узумаки и брата, парень пришел к выводу, что такое невозможно. Узумаки ненавидел и
боялся Итачи, Итачи рассматривал Наруто как объект для целей Акацки.
Но вот, очнувшись, Наруто в первую очередь называет ненавистное имя. Он произносит
его без страха и ненависти, обыденно. И слои хладнокровия с бешеной скоростью стала
сжигать темная ярость.
- Учиха Итачи – что тебя с ним связывает? - Саске резко дернул Наруто за волосы,
собранные в хвост, заставив того перевернуться на спину. - Говори.
Хвост. Совсем как у Итачи. Какого черта Наруто отрастил себе волосы?
- Саске…
- Кончай трепать мое имя. Где Итачи!?
«Сорвался», - понял Учиха. Сделав глубокий вдох, он развернул к себе одурманенное
лицо, используя волосы как рычаг.
- Итачи. Говори.
- Итачи, - послушно выдохнул Наруто, и Саске едва поборол в себе желание вбить
Узумаки в пол. - Как я мог вас перепутать… Итачи… у него… руки нежнее.
Слова как пощечина. Синие глаза как яд.
Саске перестал сдерживаться. Новый удар отбросил Наруто в другой конец зала, вбив его
в стену. Почти сразу Узумаки отключился, но Учихе было плевать…
Когда Кабуто пришел проверить пленника, тот был едва жив. Сломанной куклой Наруто
лежал у стены в луже собственной крови. Только при беглом осмотре медик насчитал пять
переломов – в двух местах на правой руке, один на левой, в кисти, и, как минимум, по
одному на каждой ноге. Рядом с едва дышавшим мальчишкой сидел Учиха.
Хмыкнув, мужчина нервным жестом поправил очки.
- Он что-нибудь сказал?
-…
- Саске, мне все равно, но… разве я не говорил, что Наруто под действием сильных
препаратов, вызывающих галлюцинации? Чем бы он тебя ни разозлил, его слова были…
- Заткнись.
Решив не ввязываться с Учихой в бесполезный спор, Якуши склонился над пострадавшим.
- На нем все равно все заживает как на собаке, - вдруг бросил Саске апатично.
«Совесть проснулась, наконец», - отметил медик, проводя руками над телом Узумаки.
- Зажило бы, если бы мы не заблокировали его чакру, - поправил он сухо. - А так…
Замолчав, Кабуто принялся за спасение жизни мальчишки. Разрыв селезенки, внутреннее
кровотечение, сотрясение мозга, сломанные ребра и, как результат, порванные легкие –
целый букет.
- Проклятье, Саске! Орочимару-сама он был нужен живым!
- … Он еще жив.
Кабуто некогда было смотреть на Учиху. О чем тот думал, мужчина даже не представлял.
- Да, пока что жив.
А Саске был растерян. Противный голосок нашептывал, что он знал обо всем. И что чакра
в Наруто запечатана, и что он под действием наркоты, и что просто не отвечает за свои
слова. Узумаки даже стоять не мог – какое там защищаться. А Саске его просто избил.
Избил беспомощного, звавшего его по имени, наверно даже не осознававшего, что с ним
делают.
И Саске стало противно от самого себя. От своей ненависти. Стало противно от запаха
крови Наруто, от зелени чакры Кабуто, от этой комнаты под землей, от всей этой поганой
жизни.
Но Саске не был бы Саске, если бы он просто сдался.
Не говоря ничего Якуши, Учиха проник в сознание Наруто, чтобы пробудить чакру Лиса.
Но когда он оказался в просторном помещении с гигантской клеткой, то увидел там…
Итачи.
11 глава
В алом тумане, наполнявшем помещение, Саске встретился лицом к лицу со своим
старшим братом. Он не имел ни малейшего понятия, почему Итачи находился в сознании
Наруто, но показывать свою растерянность не собирался.
- Саске – бака!
Звонкий детский голосок раздался из-за спины Учихи-старшего. Итачи приподнял левую
руку, за которой прятался ребенок.
Смешно торчавшие в разные стороны короткие светлые волосы, недовольно щурившиеся
синие глаза, полоски на щеках – Наруто, каким он был в детстве, хватался за край плаща
Итачи и неприязненно смотрел на ошеломленного Саске.
«Это не иллюзия!»
- Я ненавижу Саске-бака!
- Не говори так, Наруто-кун, - длинные тонкие пальцы зарылись в лохматую шевелюру,
успокаивая. - На самом деле ты дорожишь Саске, не так ли?
- Итачи! - С растерянной злостью выдохнул Саске. Шаринган позволял младшему Учихе
быть уверенным, что происходящее не иллюзия. Он видел, что алый туман, наполнявший
комнату, это очень разреженная чакра, лишь немного более уплотненная вокруг брата и
Узумаки. Он видел, что Итачи, как и он сам, проник в сознание Наруто, хотя и не
представлял, как такое возможно на расстоянии.
Но почему Наруто ребенок?
Саске предположил, что это результат введенного Узумаки препарата, не дававшего ему
воспользоваться чакрой.
И был еще один очень важный вопрос: даже наркотический эффект не объяснял, почему
Наруто так жался к убийце!
От взгляда Саске маленький Узумаки вздрогнул и еще плотнее прижался к боку Итачи.
- Не пугай Наруто-куна, глупый отото.
- Я убью тебя, - процедил Саске. На руке заискрился Чидори. Сделав шаг к нему, он…
замер. Потому что перед Итачи выбежал Наруто и, разведя руки в стороны, заслонил его
собой.
- Я… я тебе не позволю! - Малыш дрожал от страха, но синие глаза с вызовом смотрели
на остолбеневшего Учиху.
- Отойди, Наруто.
- Нет!
- Ты кого защищаешь, идиот!?
Мальчик поежился, в любой момент готовый заплакать.
- Ты разочаровал меня, Саске, - вымолвил Итачи и притянул к себе за плечи Наруто,
заключая того в подобие объятий. - Я сказал тебе ненавидеть меня.
Саске осклабился:
- Все еще считаешь, что я недостаточно…
- Саске-бака! - Вновь закричал Наруто, всхлипывая. - Ты себя ненавидишь, дурак!
На лице Итачи мелькнуло удивление.
- Довольно, - потребовал младший Учиха. Он не знал, что нервировало его больше – брат,
заботившийся о другом, слова Наруто или… его взгляд – прямой и полный уверенности.
- Наруто-кун прав, Саске, - с оттенком разочарования Итачи смотрел на младшего брата. Я сказал тебе ненавидеть меня. Я ждал, что это поможет тебе набраться сил. Но в итоге ты
готов отдать свое тело Орочимару. Глупый, глупый отото.
- Заткнись!
- Подобное саморазрушение говорит лишь о том, как ты все-таки слаб. Ненавидишь, но не
меня, а себя. Потому что не смог защитить родителей. Не забыл, как умолял не убивать
тебя?
-…
- Ты так ничего и не понял, глупый отото, - вздохнул Итачи, отворачиваясь от
искаженного ненавистью лица брата. Улыбнувшись Наруто, он взял в ладони по-детски
округлое личико и мягко поцеловал в губы, чем вызвал у Саске новый шок. - Ты по
доброй воле отказался от силы, превосходящей любую чакру и техники...
- Я забираю его, - удар отбросил Саске в сторону, но парень смог в последнюю секунду
сгруппироваться и затормозить руками.
Они уже были вне сознания Узумаки.
Кабуто отскочил от носителя Кьюби сам. За то время, что общались братья Учиха, он
сумел приостановить внутреннее кровотечение, чего и дожидался клон Итачи.
- Как вы нас нашли? - Напряженно спросил медик, краем глаза заметив, как покачнулся
Саске. Парень мотал головой, будто пытаясь прийти в себя. В его груди тускло
поблескивала пустая капсула, та самая, что Кабуто заготовил на случай буйства Узумаки.
«Когда он успел взять ее у меня?»
Итачи склонился над Наруто и аккуратно поднял его, уложив на плечо и удерживая весь
вес на сгибе руки, словно ребенка. Сломанные ребра и конечности не позволяли
перемещать Узумаки по-другому.
Якуши не мог позволить просто так им уйти. Однако ситуация была не из лучших – Саске
оглушен, а в одиночку справится с Учиха Итачи не было и шанса.
- Зачем он вам?- решил он потянуть время,- Разве вы не знаете, что Кьюби больше нет в
мальчишке? Он бесполезен для Акацки.
В следующую секунду мужчина проваливался в бесконечную тьму Мангъеко Шарингана.
Только одна мысль его утешала: «Циркуляция чакры Узумаки восстановится не раньше,
чем через сутки. К тому времени он умрет».
Итачи был раздосадован – он почти потерял контроль над собой. Все-таки чакра Лиса
несла в себе демоническую ярость. А то, что Саске сделал с Наруто, его крайне, крайне
разозлило.
…
Клон Итачи задумчиво изучал взглядом собственную ладонь. Прошло уже два часа, как он
вместе с Наруто покинул убежище Орочимару в Стране Ветра, и почти четырнадцать
часов с момента его создания.
Клон до сих пор не развоплотился. И это было необычно.
«Дело в Наруто?»
На ходу анализируя собранную информацию и недавно открывшиеся факты, Итачи
проверил состояние объекта своих мыслей. Тот лежал на кровати. Дом, хозяин которого
сдал им комнату, находился на отшибе небольшой деревеньки в четырех часах пути от
Суны. Если клон Итачи вдруг исчезнет, Наруто сможет самостоятельно связаться с
Казекаге. Если очнется, конечно.
Сломанные кости были надежно зафиксированы. Одежду с Узумаки пришлось снять, и
теперь мальчишеское тело скрывало лишь тонкое покрывало. В себя он пока не приходил.
Итачи невесомо провел ладонью по перетянутой бинтами, рывками вздымавшейся груди.
Пальцы задели амулет с голубым кристаллом, обвели крупный кровоподтек.
Было неприятно осознавать, что все это работа Саске. И дело вовсе не только в
родственных связях, даже если Итачи и чувствовал некоторую ответственность за
действия младшего брата. Просто, некоторое время понаблюдав за Наруто перед роковой
попыткой похищения, он был крайне удивлен, узнав о его цели. Узумаки хотел вернуть
Саске, своего лучшего друга, домой, о чем твердил не реже двух раз в день.
Несколько лет вдали от родной деревни, постоянные изматывающие тренировки – все это
было ради Саске.
«И первая их встреча закончилась столь жалко», - вздохнул Учиха, невольно вспомнив о
Шисуи.
Когда-то у него тоже был человек, которого он мог назвать лучшим другом. Общие
тренировки, общие привычки, общие интересы. Интересы… Нет, пожалуй, именно
интересы у них не совпадали. Слова из прошлого привычно резанули что-то глубоко
внутри:
«Ты должен присоединиться, Итачи! Мы же семья!»
Отказ, за которым последовал удар в спину. Шисуи…
- Саске… - едва слышно выдохнул Наруто, не просыпаясь. - Саске…
Горькая улыбка появилась на лице Итачи – Наруто звал отото, несмотря ни на что. Но
следующие слова Узумаки ввергли нукенина в смятение.
- Итачи не мог… он не… Итачи…
- Наивный Наруто-кун, - из горькой улыбка брюнета стала нежной, и по сердцу
прокатилось щемящее тепло.
Разве когда-нибудь в него вот так же отчаянно кто-нибудь верил?
Чем он заслужил..? И почему… почему так важно было не разочаровать?
Вспыхнувший в груди жар, прервал непривычные размышления.
Сложив печати, Итачи создал клона.
Было несколько неприятно смотреть на свою ухмылявшуюся копию. Алые глаза без
намека на Шаринган обратились к Наруто.
- Ая-яй, - покачал головой Ютсури в облике Учихи, разглядывая перебинтованную тушку
своего носителя. - Интересно, это тебя хоть чему-нибудь научит, бесхвостое двуногое?
- Лис, - констатировал Итачи.
Кьюби уважительно хмыкнул:
- Молодец, быстро сообразил, что делать. Мы там с твоим оригиналом посовещались, так
что слушай дальнейшие инструкции. Группы из Песка и Листа уже на пути сюда.
Состояние Наруто плачевное – дрянь, что ему вкололи, закупорила все каналы чакры в
теле. Я не могу заставить его регенерировать. Поэтому жди Казекаге и Хьюгу Недзи. Вас
троих должно хватить.
- Они тоже Хвосты?
Демон осклабился.
…
Едва Саске исчез из сознания Наруто, Итачи покосился на клетку:
- Долго еще будешь сторонним наблюдателем, Лис?
- Как жаль, - рассмеялся Кьюби, в облике Наруто пройдя между металлическими
прутьями. - Я бы хотел посмотреть на бой Учих.
- Злюка! - Скорчил ему рожицу белобрысый чибик.
Демон поморщился:
- Не люблю детей.
Обиженный Узумаки показал ему язык и тут же вновь спрятался за спину Итачи.
- Я не ребенок!
- Кстати, - помрачнел Ютсури, - наша чакра перекрыта.
- Это ты заснул! - Обвинил чибик.
- А без меня ничего не можешь, нэ? - Полыхнул взглядом Девятихвостый. Он был
раздражен и взволнован: с каждой секундой он чувствовал, как слабело тело Наруто, как
гасло в нем пламя чакры.
Он умирал.
- Учиха, - обратился демон к Итачи.
- Я вижу, Лис, - отозвался тот. Итачи знал, как можно было помочь Наруто.
Чувствуя себя законченным педофилом, парень присел на корточки перед маленьким
Узумаки. Взял в ладони засмущавшееся личико, ласково провел языком по губам и,
дождавшись, когда Наруто приоткрыл рот навстречу, перевел ласки в глубокий поцелуй.
Руки Итачи блуждали по детскому телу – жадные прикосновения заставляли гореть кожу.
Наруто застонал. Ноги не держали, и мальчик навалился, практически оседлал колено
Итачи.
Томительная тяжесть вскружила ребенку голову – инстинктивно он сжал коленками бедро
парня, силясь стать еще ближе.
Кьюби наблюдал. Его приятно удивила осведомленность Учихи, касательно физиологии
кицуне. Лисы-оборотни напоминали инкубов своей способностью восстанавливаться за
счет секса с другими. Конечно, Наруто был ненастоящим кицуне, но если что и могло
помочь ему преодолеть барьер, вызванный препаратом, так это его Хвосты – те, в ком
горела та же самая чакра, что и у него.
Однако ментального секса оказалось недостаточно. Итачи не мог передать большое
количество чакры без физического контакта, а того, что он давал, было мало. Слишком
мало. Демон видел это, но останавливать их не спешил. Наруто в объятиях другого его
раздражал и именно потому Кьюби не мог вмешаться. В конце концов, суть его чакры –
это сексуальное влечение и гнев. Наличие сразу двух этих явлений в разы увеличивало
шансы Наруто выжить.
«Но, какого гаденыш так стонет!?»
Лис никогда не испытывал влечения к детям, но Узумаки, ерзавший на колене у Учихи,
вызывал однозначную реакцию.
Перед глазами демона промелькнула картинка того, как он одним движением разорвал
Итачи на куски и трахнул в его крови сладко кричавшего ребенка. Ютсури уже сделал шаг
по направлению к парочке, но остановился.
«Наруто умрет, если я вмешаюсь».
С новой силой вспыхнула злость от осознания привязанности к малолетнему паразиту. И
Учиха – о, как же он ненавидел всех потомков Мадары!
- И-Итачи! - Новый всхлип, полный смущения и удовольствия.
Девятихвостый осклабился. Алое облако чакры пульсировало, уплотняясь.
В самый разгар секса в наполненной стонами и звериным рыком пространстве зазвучали
голоса. Сначала тихие, приглушенные, с каждой секундой они словно приближались,
становясь громче и отчетливее.
- …аруто…
- Наруто…
- Где же ты?
- Наруто…
- Если с тобой что-то случится…
Два разных голоса, но одинаково взволнованные, отчаянные.
Опознав их, Узумаки застыл в объятиях Итачи.
- Это Недзи и Гаара, - ахнул он.
Учиха приподнялся, вглядываясь в любовника. Совсем недавно он ласкал тело
пятилетнего ребенка, а теперь это снова юноша, не утративший, правда, еще детской
округлости.
«Все равно педофил», - промелькнула унылая мысль.
- Вот и поговорим, - усмехнулся Ютсури, неохотно оставив мысли о расчлененке.
Разговора, как такого, не вышло. Просто потому, что ни Гаара, ни Недзи не обладали
Шаринганом и переносить свое сознание не могли. Наруто до хрипоты старался до них
докричаться и, в некотором роде, ему это удалось. Парни его не услышали, зато,
повинуясь приобретенным с чакрой инстинктам, уловили направление, в котором стоило
двигаться в поисках.
Осталось лишь выяснить, освободил ли Наруто клон Итачи и где они теперь. Чем Кьюби и
занялся.
12 глава
То, что один из капитанов Суны был шпионом Орочимару, Гаара знал давно. Информация
об этом была им строго засекречена до подходящего момента, коим и стало похищение
Наруто.
На то, чтобы расколоть натренированного шиноби, ушло трое суток. Об Узумаки пленник
ничего не знал, но расположение убежища в стране Ветра выдал.
Группа была сформирована из пятерых АНБУ во главе с Казекаге. Старейшины
выступили решительно против участия главы деревни в миссии, но Гаара за время
правления изучил, что важно для каждого члена совета, и научился умело преподносить
ту часть правды, что ему выгодна. Одному он пригрозил дипломатическим конфликтом,
другому напомнил о помощи Наруто во время нападения Акацки, третьего уверил, что
Узумаки приемник Пятой Хокаге. В конце концов, перетянув на свою сторону
подавляющее число голосов, Гаара смог выступить как раз к моменту, когда раскололся
шпион.
…
Все свободное время между миссиями Недзи проводил в архиве Хокаге. Проанализировав
огромное количество информации, он сократил список из возможных местонахождений
убежища Змеиного Саннина до пяти. Когда его вызвала к себе Пятая и рассказала о
похищении Наруто, Хьюга как раз возвращался с очередной миссии, где получил
серьезную рану в голень из-за грубой ошибки новичка. Недзи планировал потратить свой
больничный в архиве, но весть о Наруто перевернула все его планы.
- Вы уже собрали команду?
Тсунаде кивнула:
- Да. Я рассчитывала, что ты ее возглавишь, но ты ранен…
- Не беспокойтесь, - холодно возразил Недзи, - я в порядке.
- Ты кому это говоришь? - Хмыкнула медик. - У тебя порваны мышцы, а с этим не шутят.
Чудо, что ты вообще можешь пользоваться ногой. Кстати, марш в постель!
Командирский тон не произвел никакого впечатления на Хьюгу.
- Дайте свое разрешение, Хокаге-сама.
Женщина откинулась на спинку кресла, внимательней приглядываясь к молодому
джоунину.
- В группе Сакура, Чоудзи и Киба. Их возглавит… Гай. Пожалуйста, поделись с ним всей
информацией, что владеешь по поводу убежища Орочимару.
- При всем моем уважении, - процедил Недзи, - Гай-сенсей – идиот.
- Следи за языком, мальчишка! - Хлопнула по столу Пятая. - Он – твой наставник! А ты со
своей раной будешь только тормозить команду!
Хьюга понимал, что Хокаге права. Он также знал, что Гай-сенсей справится, несмотря на
все свои заскоки. И рана действительно его беспокоила. Он все это понимал, но…
- Я должен пойти. Если Вы против, я проинструктирую группу, а сам отправлюсь
отдельно. Так я не буду их… тормозить.
- Успокойся! - Вновь повысила голос Тсунаде. - Да что с тобой, Недзи? Где твоя голова?
Ты сам на себя не похож.
Парень поморщился. О каком спокойствии могла идти речь, когда ногу сводило тугими
кольцами острой боли? Наруто нужна помощь, а он здесь…
Женщина с нарастающим изумлением наблюдала, как всегда такой спокойный и
сдержанный Хьюга с остервенением принялся сдирать бинты.
- Что случилось?
Недзи и сам хотел бы это знать.
- Рана… горит.
- Давай посмотрю, - Пятая усадила его на стул и аккуратно сняла остатки перевязки. - Это
что, шутка?
- О чем Вы?
Женщина недоверчиво провела подушечкой указательного пальца по розовой полосе
быстро восстанавливающейся кожи. Наложенные швы отошли вместе с бинтами – плоть
их словно отторгла.
- Такая регенерация… совсем как у Наруто.
Прямо на глазах покраснение растаяло, оставив абсолютно здоровую кожу.
…
Обе группы выступили с разницей в три дня, так что к маленькой деревне, расположенной
у небольшого холма, они подошли почти одновременно. Ни шиноби Листа, ни АНБУ
Песка не понимали, почему командиры внезапно сменили заранее оговоренный курс.
Логово Орочимару находилось в абсолютно другой стороне.
- Ты же сам говорил, что нам нужно на восток, - недоумевала Сакура.
-…
- Недзи, ты меня слушаешь?!
- Нашел, - напряженно произнес Хьюга, используя Бьякуган.
- Кого? Наруто?!
- Вы здесь, - неслышной тенью между Харуно и Недзи появился Гаара. Девушка едва
смогла удержаться от крика. Позади Кибы и Чоудзи уже стояли безмолвные АНБУ.
- Казекаге-сама!
- Ты тоже… почувствовал его? - Проигнорировав Сакуру, обратился Гаара к Недзи. Тот с
некоторым сомнением кивнул.
О чем говорили парни, ни Харуно, ни другие члены обеих команд не понимали.
- Наруто находится в доме на другом конце деревни, - решив при других не
расспрашивать Казекаге о схожих ощущениях, Хьюга указал направление и добавил. - Он
не один. Еще два человека…
- Кто?
- Не уверен, - качнул головой джоунин. - Шиноби с сильной чакрой. Похоже на Учиху.
- Саске-кун?! - Взволнованно воскликнула Сакура.
Недзи не спешил с выводами. Если бы он не видел, в каком состоянии находился
Узумаки, то предложил бы не лезть на рожон. Но он видел запечатанные каналы чакры,
видел, что Наруто едва дышал.
- Надо спешить.
Гаара поддержал Недзи молчаливым кивком. Группы поспешили к крохотному, ничем не
примечательному домику.
Оба командира умом понимали, что с Наруто, скорее всего, находились враги, но
чувства… нет, инстинкты говорили об обратном.
Когда из окруженного дома вышел Учиха Итачи, Недзи всерьез усомнился в собственном
здравомыслии.
- Саске-кун! - Прошептала Сакура, прикрыв рот ладонью, словно боясь сказать что-то
еще. Во все глаза она смотрела на парня в черной безрукавке, не понимая, что это
совершенно другой человек.
«Он так вырос… Отрастил себе волосы Как и Наруто … Почему он на меня не смотрит?»
- Метались в ее голове лихорадочные мысли.
И только когда Гаара вышел вперед и назвал его имя, девушка поняла, насколько она
ошиблась.
- Учиха Итачи.
Красные глаза Шарингана, изучив настороженных шиноби, безошибочно остановились на
двух Хвостах.
- Где Наруто? - Выступил вперед Киба. Он чувствовал запах Узумаки и его крови. - Если
ты с ним что-то сделал…
- Мы можем войти? - Перебил его Гаара.
Нукенин открыл дверь шире и посторонился.
- Только Казекаге-сама и Недзи-кун.
- Это еще почему?! - Разозлился Инузука.
- Все в порядке, - снова прервал его Песчаник и первым воспользовался приглашением.
Его примеру последовал и Хьюга.
Когда дверь закрылась, Сакура не выдержала и упала на колени. Ее трясло.
…
В небольшой, тускло освещенной комнате не было ничего кроме кровати и сваленных в
угол разбитых глиняных кувшинов.
На постели заходился в кровавом кашле Наруто. Рядом с ним сидел парень, скользя
ладонями по лицу и груди Узумаки.
- Наконец-то, - проворчал Ютсури в облике Итачи, обернувшись к вошедшим. На Гаару и
Недзи смотрели красные, демонические глаза Лиса.
- Кьюби ,- пораженно опознал его Хьюга.
- Зови меня Ютсури, - недовольно потребовал Девятихвостый. - Зырить на меня будете
потом, а сейчас подойдите к Наруто.
- Что здесь происходит? - Спросил Недзи, приблизившись к кровати. - Почему Учиха
Итачи..?
- Вот у него и спросишь, а сейчас все трое накладывайте руки на его живот, - скомандовал
Ютсури, первым подавая пример. Указанию последовал Итачи, затем Гаара и лишь потом
Хьюга.
- Всю чакру, что есть, направляйте в мои руки.
- Зачем ты…
- Если не сделаешь, как я говорю, он умрет! - Рыкнул демон.
Засветились нежно-голубым чакры Учихи и Казекаге.
«Доверять демону и предателю. Наверно, я действительно рехнулся», - вздохнул про себя
Недзи и присоединил к общему пламени свое.
Не прошло и минуты, как все трое ощутили, что из них чакру буквально высасывало.
Ютсури осклабился.
- Даже не думайте убирать руки.
Голубое пламя начало быстро слабеть.
- Ты все забрал! - Огрызнулся Недзи, чувствуя, как стремительно пустели каналы чакры.
Первым, кто догадался о намерении Кьюби, стал Итачи. Его голос прозвучал на
удивление спокойно, учитывая стрессовую ситуацию и чувство опустошенности в теле:
- Наша чакра – не все, что есть.
Уточнить, что он имел в виду, Хьюга не успел – голубое пламя, последний раз вспыхнув,
исчезло. Наруто заметался на кровати – легкие переполнились кровью, и парень
задыхался.
Четверо парней вокруг него замерли.
- Наруто!
В один момент с волной страха за жизнь Узумаки по опустошенным телам Итачи, Гаары и
Недзи полилась новая, невыносимо обжигающая чакра. Алым пламенем она вспыхнула
под их ладонями, паутиной окутывая Наруто, проникая в него через каждую пору на коже.
Поток энергии пробивал запечатанные каналы чакры, стремительно активируя клетки
тела для регенерации.
Ютсури сосредоточенно руководил процессом. Вскоре препарат, мешавший циркуляции
чакры, полностью растворился.
Выдохнув, Лис опустил подрагивавшие ладони.
- Все. Свободны.
Шиноби недоверчиво последовали его примеру.
Наруто снова зашелся в кашле. Зафиксированные руки и ноги мешали двигаться. Итачи
аккуратно приподнял его и, придерживая, перевернул на бок. Один за другим Узумаки
сплевывал темные кровавые сгустки, очищая легкие.
- Чьих рук это дело? - Тихо спросил Гаара.
Ютсури с удовольствием покосился на Учиху. Не скрывая злорадства, он пропел:
- Да так, лучший друг постарался.
- Саске, - констатировал Недзи и поднял изучающий взгляд на Итачи. - Это ты его спас?
Внезапно демон разразился громким смехом – ему показалось ужасно забавным то, что
Учихи столкнулись из-за его носителя. Это было очень приятно.
- Сас…ке, - прохрипел Наруто. Вцепившись в плечо Итачи, он попытался сесть, но
сделать это помешали наложенные шины. Прочистив горло, Узумаки попросил помочь
ему снять их.
- Пока нельзя, - отказал Учиха и усадил перебинтованного парня на край кровати. Позволь своим костям срастись, Наруто-кун.
- Но там Саске! - Упрямо и как-то отчаянно вскинул на него глаза Узумаки. - Я, наконец,
нашел его…
- Я пошлю группу проверить их убежище, - предложил Гаара.
- О, Гаара?.. И Недзи тоже здесь?!
- Ты только сейчас заметил? - С непередаваемым сарказмом осведомился Ютсури, сложив
руки на груди.
- Ютсу… Ано-са! Ты что делаешь в теле Итачи, датте байо!?
- Это все, что тебя сейчас волнует? - Фыркнул демон и, склонившись над оживившимся
Узумаки, слизнул с его подбородка кровь.
- Ты… - хотел, было, вякнуть Наруто, но демон моментально переключился на его рот.
- Хватит! Отойди! - Кое-как отстранив от себя Кьюби, красный как рак парень стыдливо
опустил голову в кругу из четверых своих любовников. - Вот [email protected],- ругнулся он в
полголоса, не зная, что еще можно сказать.
В наступившей тишине сказанные спокойным тоном слова Гаары заставили Узумаки
вздрогнуть:
- Я отдам распоряжение группе выдвигаться.
Как только Казекаге покинул дом, Итачи покачнулся.
- Итачи?
- До скорой встречи, Наруто-кун, - тело клона распалось на десяток воронов. Через пару
секунд исчезли и они.
- А черт! - Вслед за ним испарился и Ютсури. В обоих клонах не осталось ни капли чакры.
В ошеломленной тишине оставшиеся парни пробыли недолго. В комнату влетела
заплаканная Сакура.
- Наруто! О, господи, что с тобой?! - Девушка бросилась к раненому другу. Не переставая
глотать слезы, она нервными лихорадочными прикосновениями ощупывала гематомы и
наложенные шины.
- Я в порядке, Сакура-тян, - промямлил Наруто, ободряюще улыбаясь Харуно.
- Ты смеешься?! Какое «в порядке»!? - Закричала та в истерике. - Ты только… посмотри
на себя…
- Да ладно, бывало и хуже! - Сам начиная нервничать, парень попытался погладить
подругу по голове, но дальнейшие слова Сакуры заставили его замереть.
- Это все этот Итачи, да? Это он с тобой сделал! Ненавижу!
- Сакура…
- Ненавижу его!
- Сакура!
Девушка удивленно замолчала.
- Итачи не сделал мне ничего плохого, - медленно произнес Узумаки, глядя ей в глаза. -
Он спас меня, понимаешь?
- Что ты такое говоришь? Он же тот, кто причинил боль Саске-куну. Разве ты забыл,
Наруто?!
- Ничего я не забыл! - Запальчиво прокричал в ответ парень и поморщился. Тело болело,
раны ныли. - Ничего я… не забыл.
…
Наруто нервно мерил комнату шагами. Ближе к ночи его тело полностью восстановилось,
в чем отчасти была заслуга Кибы, предложившего привязать сверхактивного больного к
кровати вплоть до выздоровления.
Вот уже несколько часов прошло с момента, как шиноби Листа прибыли в Суну. Одни.
Гаара повел АНБУ в убежище Орочимару и пока не вернулся.
Недзи хотел, было, к ним присоединиться – в конце концов, он столько времени угрохал
на поиск Змеиного Саннина – но не смог оставить Наруто без защиты. Странное это было
чувство, когда привык делать одно и вдруг понимаешь, что не можешь не сделать другого.
Что-то, похожее на инстинкт, не позволяло Хьюге оставить Наруто с кем-то кроме Гаары
и Учихи Итачи. И если первому носитель Бьякугана доверял, то схожее отношение ко
второму ставило его в тупик. Единственный выход – выяснить все у первоисточника. А
первоисточник в лице Узумаки, краснел, бледнел, наматывал круги по выделенной ему
комнате и отчаянно пытался подобрать слова.
Недзи терпеливо наблюдал за его метаниями, удобно устроившись на дугообразном
подоконнике. Он понимал, что Узумаки сейчас меньше всего хочется отвечать на
вопросы, что все, о чем он может думать, это Саске, да Сакура, слезы которой не давали
ему покоя в течение тех пары часов, что она просидела у его кровати. К счастью, Хьюга
вовремя зашел и попросил Харуно оставить их наедине. А заодно и отвязал Наруто.
- Прости, - наконец, выдал Узумаки, резко остановившись перед задумавшимся Недзи.
Следом последовала путанная, окрашенная неудержимыми эмоциями история о слиянии
чакры демона и носителя, об Итачи, попавшего первым под раздачу, о Гааре, о Ютсури,
об исчезнувшей Печати, о Хвостах – словом, обо всем и даже чуть больше.
- … Не знаю, как заглажу перед тобой свою вину, но, клянусь, Недзи, я…
Реакция Хьюги оказалась несколько неадекватной, как подумалось Узумаки в тот момент,
когда Третий Хвост, не дав договорить, притянул его к себе за подбородок и мягко
поцеловал в губы.
- Э… Недзи…
- Тебе стоило рассказать мне все с самого начала, - заметил парень и несколько смущенно
отвернулся к окну. В конце концов, он впервые поцеловал Наруто… во вменяемом
состоянии.
И это было чертовски приятно.
Узумаки почесал затылок. Подумал. Покраснел. Улыбнулся и толкнул в плечо Хьюгу.
- А я случайно твой первый поцелуй не украл?
Хьюга неопределенно хмыкнул и развернулся к поистине лисьей ухмылке Наруто.
- Мечтай, - фыркнул Недзи, мысленно благодаря Тен-Тен за настойчивость на одной из их
первых миссий.
13 глава
Гаара без особого интереса осматривал опустевшее убежище Орочимару. Когда его
команда прибыла на место, парочка помощников Змеиного Саннина как раз
подготавливали взрывчатку для полного уничтожения раскрытого штаба, но АНБУ, как
всегда, сработали чисто и быстро, обезоружив вражеских шиноби.
Теперь, пока один из подчиненных был послан обратно в деревню за подмогой для
охраны и изучения катакомб, двое других сторожили пленников, сам Казекаге с еще
двумя исследовал бывшую темницу Наруто.
Он брел по коридорам, не задумываясь о направлении. Перед глазами стоял
собственнический поцелуй демона в облике Учиха Итачи.
Гаара понимал, что Наруто ему не принадлежит. Он также понимал, что не имеет права на
ревность. Но, проклятье, как же хотелось…
Песчаник остановился.
Чего ему хотелось? Хотелось любви Наруто. Ради нее Гаара мог бы перевернуть весь мир
и, в первую очередь, самого себя. Но… Наруто не любил его. Не любил Лиса, не любил
Недзи, не любил и Учиха Итачи.
Зато любил Саске – Гаара был в этом уверен. Кому как не любимому человеку, можно
было бы простить все то, что сделал младший Учиха?
А раз Наруто любил Саске, то… Гаара сделает все, лишь бы разрушить эту любовь и эту
связь. Потому что Саске после всего… был ее просто недостоин.
…
Когда Мадара узнал о неудаче по захвату Однохвостого, он насторожился. Это было
странно, ведь Шукаку считался самым слабым демоном. Ознакомившись с
обстоятельствами дела, глава Акацки расслабился и порадовался разумности Сасори
вызвать Итачи и Кисаме. В конце концов, Хошикаге задержал Дзирайю, а Итачи спас
Дейдару. Плохо, конечно, что Биджуу не удалось схватить, но и не смертельно. Еще
успеют.
Однако, когда Итачи отказался от личной встречи, Мадару вновь посетили смутные
подозрения. Своей интуиции он доверял и потому приказал Зецу понаблюдать за
скрытным носителем Манъеко Шарингана.
Пока что слежка ничего не дала.
…
В светлой, закрытой комнате, защищенной от прослушки несколькими различными
печатями, Наруто рассказал свою историю. Гаара, Недзи, Киба, Сакура, Чоудзи и
прибывшие на помощь Ино, Ли и Шикамару – все слушали Узумаки, размышляя каждый
о своем.
- Интересненький способ делиться силой, - ошарашено пробормотала Ино,
переглянувшись с подругой. Хьюга постарался проигнорировать оценивающие взгляды,
моментально скрестившиеся на нем и Гааре. Казекаге, кстати, отнесся к всеобщему
вниманию с полным пофигизмом – его ситуация нисколько не смущала.
- Так этот Итачи, что, наш союзник, получается? - Осклабился Инузука, потрепав своего
пса за ухом.
- Вроде того, - кивнул Наруто, нервно теребя прядь волос, перекинутую через плечо. Ему
тоже было неуютно говорить о своей личной жизни.
- А как же Саске-кун? - Подавленно спросила Сакура.
Как по команде все парни, кроме Узумаки, поморщились – Недзи не дал умолчать о том,
кто именно едва не отправил Наруто на тот свет.
- Нашла о ком волноваться, - фыркнул Киба.
- Мы вернем его! - Одновременно с ним заявил Наруто. В синих глазах горел знакомый
всем упрямый огонек веры. - Я заставлю его поговорить с Итачи!
В комнате снова повисла ошарашенная тишина.
- Ч-Что ты его заставишь сделать?
- Итачи просто не мог поступить так со своей семьей, я уверен!
- И на чем же строится твоя уверенность? - Лениво осведомился Шикамару.
Наруто задумался. Хмуро почесал затылок. Скривился от вспыхнувшей боли в руке.
- Я просто знаю, - наконец, выдал он.
Друзья, словно сговорившись, закатили глаза. Раздались редкие смешки. Нара криво
улыбнулся – он и не ждал другого от Узумаки.
С другой стороны Наруто редко ошибался в людях. Если он кого-то начинал защищать, то
этот человек был просто обязан оказаться как минимум раскаявшимся или как максимум
невиновным.
- А, знаешь, Наруто, пожалуй, это неплохая мысль, - неожиданно изрек Шикамару.
«Саске не станет слушать», - с грустью подумала Сакура.
«Учихи поубивают друг друга», - осклабился Киба.
«Саске психанет», - качнула головой Ино.
«Саске точно сдохнет», - улыбнулся Гаара.
«Шикамару тоже терпеть не может младшего Учиху?» - Покосился на ленивого гения
Недзи.
«Чипсы кончились!» - Осознал Чоудзи.
«…», - а все мысли Ли были у него на языке.
- Мы должны тренироваться, чтобы стать сильнее и вернуть нашего друга домой! - Встал
он в позу.
«Друга, да?» - Общая скептическая мысль всех, кроме команды номер семь.
- Да!!! - Поддержал его Наруто. - Будем тренироваться и спасем Саске!
…
Когда Тсунаде узнала, что Наруто разболтал друзьям о демонической сущности Ютсури,
то была возмущена, хотя в глубине души понимала неспособность Узумаки держать чтото в тайне.
Когда ее посвятили в его новые способности – а именно превращать своих любовников в
так называемые Хвосты – женщина сломала стол.
Но стоило во время праведного возмущения Пятой кому-то брякнуть о том, что первым
Хвостом является нукенин Учиха Итачи (кажется, это был сам Наруто), как Тсунаде
почувствовала непреодолимое желание зарыть мальчишку под землю.
- Да ты хоть понимаешь последствия своих действий?! - Резко вскочив, Хокаге отбросила
в сторону кресло, которое уже по старой доброй привычке вылетело в окно, едва не
пришибив несчастного стражника внизу. К счастью, мужчина успел отскочить.
- Да что такого-то? - Искренне не понимал Наруто. Не будь вокруг него Недзи, Ютсури,
Кибы, Ли, Шикамару и Сакуры с Ино, не прожил бы парень и секунды. А так Сакура
отвесила ему очередную оплеуху, а ребята теснее сомкнули свои ряды, пряча Узумаки от
разнервничавшейся женщины.
- Ах ты, поганец! Малолетний соблазнитель! Ты мне всех лучших шиноби собрался
перепортить?!
- П-Пере… пор…тить? - Просипел Узумаки. Недзи как-то подозрительно закашлялся.
- Чисто технически, Хокаге, - влез в разговор Лис, - «портили» как раз таки Наруто, если
что.
- Ютсури, гад!!! - Взвыл Узумаки, не зная, куда себя деть. Лицо отчаянно горело. - Хватит
уже обсуждать мою личную жизнь, датте байо!!!
Новая оплеуха от Сакуры не заставила себя долго ждать.
- «Личная жизнь», да? Это теперь так называется, Узумаки Наруто?! - Рявкнула Тсунаде и,
переведя дух, постаралась говорить спокойнее. - Учиха Итачи не из тех, кто просто так
позволит себя соблазнить.
Кьюби самодовольно усмехнулся, но от комментариев воздержался.
- Вы уверены, что он не морочит вам головы, подбираясь к Наруто?
- Тсунаде-баа-тян! - Оскорблено вскричал Наруто. - У Итачи было куча возможностей
схватить меня, но вместо этого он мне помогал!
- Для целей Акацки он больше не годится, - напомнил Хьюга.
- То, что из тебя нельзя больше вытащить Кьюби, еще не означает, что…
- Бабулька! - Резко прервал ее Наруто внезапно серьезным, собранным тоном. - Поверь
мне, я знаю: Итачи нам не враг.
- И почему ты так уверен в этом? - Вздохнула Пятая.
- Потому что он знает, - в унисон ответили за Узумаки Ли, Нара и девочки.
Переглянувшись, ребята рассмеялись.
- Тсунаде-сама, пожалуйста, поверьте Наруто, - вступилась за друга Сакура. - И Ютсурикун – он неплохой!
Лис закатил глаза: дожили, самый страшный демон в мире НЕПЛОХОЙ. И не возразишь
ведь! Все равно все его мотивы люди истолкуют на свой лад.
Хокаге вздохнула, отвернулась к окну и по привычке прикусила кончик большого пальца.
Кто бы мог подумать, что все так легко воспримут истинную личность Кьюби?
Коноха ненавидела Демонического Лиса. Долгое время жители деревни ненавидели и
самого Наруто. А что теперь? Ютсури-кун неплохой! И нукенин Итачи Учиха неплохой.
А почему? Потому что так сказал Наруто.
Удивляло женщину и то, что ни Недзи, ни Гаару совершенно не волновала их новая роль
Хвостов. Гордых Хьюгу и Казекаге это не оскорбляло, а, казалось, наоборот, как-то поособому выделяло, заставляло гордиться своим положением. Лис выразился достаточно
прямо: умрет Наруто, умрут и все его Хвосты. Ничего хорошего. По сути дела ребята пали
жертвами коварства демона, но никто из них не оказался против. Если это для Наруто, то
почему бы и нет?
Самое смешное, что Тсунаде понимала и Недзи, и Гаару. Наруто действительно… был
достоин такой преданности.
«Дети», - вздохнула она про себя.
Что бы там ни выдумал себе Узумаки, как бы его ни поддерживали друзья, Тсунаде не
могла позволить угрозе в лице демона и Акацки нависнуть над Конохой. Женщина не
была наивной и хорошо понимала, насколько Кьюби нестабилен в своих предпочтениях,
насколько коварен Итачи, гений клана Учиха.
«Боги! Умеет же Наруто найти геморрой на свою задницу!»
- Бабуль!
«Да оставь же в покое мой возраст, поганец!»
- Ну, что еще? - Сварливо осведомилась Хокаге.
- Мы тут решили тренироваться… и, вот…
- И что? - Пятая обернулась к толпе в своем кабинете и досадливо поморщилась от
легкого ветерка за спиной.
«Принесла нелегкая».
- С возвращением, Какаши, - сдержанно поприветствовала она джоунина, беспардонно
заявившегося в окно.
- Какаши-сенсей!!! - Вскричал Узумаки, впервые за почти три года встретившись с
учителем.
- Йо, Наруто, Сакура. Давно не виделись, - Хатаке соскочил с подоконника и обозрел
собравшихся. - Давненько меня не было.
- Нэ, нэ, где Вас носило, сенсей?
- На миссии, - улыбнулся мужчина, взъерошив волосы подошедшего Узумаки. Взгляд
Хатаке упал на Ютсури. Демон презрительно скривил губы, и на Какаши внезапно
нахлынули воспоминания пятнадцатилетней давности.
… Паника. Отчаянная храбрость живых и животный ужас, застывший в глазах мертвых.
Демонический Зверь, возвышавшийся над деревней. Его ярость, его пламя, его хвосты,
затмевавшие собой черное небо. Его когти, взрывавшие землю. Его глаза… И тело
Учителя Минато, заплатившего за спасение собственной жизнью…
- …сей! Какаши-сенсей!
Хатаке моргнул, загоняя темные образы обратно в глубины памяти.
Слова Хокаге подтвердили страшную догадку:
- Как ты, наверно, уже понял, это Ютсури – человеческое обличие Кьюби.
Переварить информацию было нелегко.
«У него лицо Наруто», - отстраненно отметил разум.
- Нэ, нэ, сенсей, вы должны увидеть, как мы с рыжей мордой тренируемся! - Словно
говоря о совершенно обычных вещах, Узумаки запрыгал между учителем и Лисом. - У
него совершенно другой стиль! Почти как у Кибы – звериный. А движения…
Кьюби лениво провел языком по губам – ненависть и, да, страх, этого мужчины, Хатаке
Какаши, он буквально ощущал на вкус. Страх слабый, подсознательный, но такой
неожиданный для самого джоунина. Привык ничего не бояться, да?
Лис усмехнулся. Все люди, подсознательно или нет, страшились демонов. Даже самые
храбрые и отчаянные не могли отделаться от этого чувства. Инстинкта.
Это существо – хищник. Оно может меня сожрать.
Кьюби не привык считаться с людьми. Всю свою жизнь он использовал их и не давал
использовать себя.
Человека нельзя любить. Такая любовь разрушительна.
Девятихвостый не любил Наруто. Он его использовал.
Все правильно. Все закономерно. Вот только… Наруто был человеком. Наруто не боялся
Кьюби. Даже подсознательно. Страх улетучился, а когда – Лис и сам не заметил.
В присутствии Наруто жажда крови и чужого ужаса сменялась алчным желанием
плотского удовольствия. Не только секса, но и обыкновенной физической близости,
ощущением чужого тела рядом, кого-то… равного, кто не боялся бы.
Наверно, именно это желание побудило Кьюби попробовать сделать из Наруто кицуне со
своими собственными Хвостами. Чтобы мальчишка перестал быть «бесхвостым
двуногим». Чтобы мальчишка стал ему ровней.
- Так, все на выход, - внезапно распорядилась Пятая, прервав мысли Ютсури и Хатаке, а
также болтовню Узумаки. - Ино, для вас с Чоудзи есть миссия. Найди его и Асуму и
отправляйтесь. Шикамару, ты нужен на заключительном этапе проведения Чуунинского
экзамена. Вместе с Темари проверьте, все ли подготовлено к прибытию Казекаге.
«Впрочем, Наруто здесь. На остальное Гаара и внимания не обратит», - не удержалась она
от едкой мыслишки. Что поделать, нервировали ее ТАКИЕ отношения. Еще поссорится
эта парочка голубков (видят боги, у Гаары для этого полно поводов! Один стоит прямо
перед ней, второй и вовсе Акацки, скоро и остальные появятся), и капец мирному
договору между деревнями!
«Кажется, Лис упомянул, что у Наруто должно стать девять Хвостов, - мимоходом
подумала Тсунаде, глядя на возмущенно кричавшего мальчишку, и застыла. - ДЕВЯТЬ!?»
Хокаге понадеялась, что то, как ее пробрала нервная дрожь, никто не заметил.
«Девять любовников с сильной чакрой?! В ее деревне?! Боги, упасите дожить до этого
кошмара!»
- Слышал, что сказала Хокаге-сама, Наруто? Вон, вон, - подгоняла тем временем приятеля
Сакура.
Первой вышла Ино, за ней Ли и Киба. Шикамару хотел что-то спросить, но, глянув на
Какаши, решил повременить.
- Недзи… Ютсури и Наруто, останьтесь, - посомневавшись, добавила Пятая и оглянулась
на Хатаке. - Садись. Войдешь в курс дела.
Мужчина вздохнул и привалился к стене, сложив руки на груди.
- Итак, - начала Тсунаде, когда названные парни приблизились к ее столу, а дверь за
остальными закрылась, - Наруто, ты что-то хотел сказать перед приходом Какаши?
- Да? - Озадаченно почесав макушку, Узумаки оглянулся на любовников в поисках
подсказки.
- Хокаге-сама, - пришел на помощь Хьюга, - во время последней миссии по спасению
Наруто я и Казекаге-сама проигнорировали ориентиры местонахождения убежища
Орочимару и вышли в совершенно другое место.
- То есть? - Не поняла Пятая.
- Их повели инстинкты, - вмешался Ютсури. - Тебе уже сказали, что Учиха вытащил его
из этого убежища и укрылся в другом месте.
- Мне словно что-то подсказывало, что Наруто в другой стороне…
- Минутку, - прервал Недзи внимательно слушавший Какаши. - Наруто попал в убежище
Орочимару, и Саске его спас, я правильно понял?
Узумаки опустил голову и отвернулся.
- Нет, - невозмутимо ответил Хьюга. - Дело в том, что Наруто был похищен Орочимару. Я
не знаю подробностей, но Саске едва не убил…
- Саске был не в себе! - Резко вставил Наруто. В его голосе Хатаке уловил нотки
панического отчаяния.
Что же случилось?
Недзи неопределенно хмыкнул.
- Не в себе был ты, если не ошибаюсь, - и пояснил для Какаши, не щадя ничьи чувства. Саске не собирался спасать Наруто. Он его избил, когда тот был накачан сильным
наркотиком и не мог сопротивляться.
Хатаке слушал. Слушал и не верил. Не мог Саске обойтись так с Наруто. Особенно с
беспомощным Наруто. Должна была быть причина! Или Какаши совершенно ничего не
понимал в своих учениках.
- Ты сказал, что Наруто вытащил Учиха.
- Учиха Итачи, - сухо пояснил Недзи, а Узумаки залился краской смущения под
ошарашенным взглядом своего сенсея.
- Похоже… я слишком многое пропустил, - выдохнул джоунин, справившись с шоком.
- Ано-са, ано-са! - Вскричал Наруто, замахав руками. - Какаши-сенсей, Вы понимаете… я
тут…
- Переспал с братом Саске, - подсказать Ютсури.
- Да, переспал… - на автомате повторил Узумаки и вспыхнул с новой силой. - Теме-е!!!
- Учиха Итачи – первый Хвост Наруто, - терпеливо пояснил Недзи на растерянный взгляд
мужчины.
- Ребята, - слабо произнес Какаши, - давайте с самого начала, а?
…
- Итачи и Наруто. Это было неожиданно, не правда ли, Саске-кун? - Вкрадчивым тоном
протянул Орочимару, не отрывая взгляда от пробирок с реактивами. Кабуто укладывал на
операционный стол тело очередного подопытного, когда как младший Учиха буравил их
спины откровенно убийственным взглядом.
-…
- Очень плохо, что вы упустили их, - продолжил Саннин уже снисходительно. - Но, в
конце концов, это же был Учиха Итачи.
Якуши украдкой улыбнулся. Саске ненавидел, когда при нем упоминали имя брата, и
Орочимару, прекрасно зная об этом, нарочно выводил его из себя.
- Как же ты проглядел, Саске-кун? Что такого ценного в Узумаки Наруто, что Итачи-кун
бросает все и идет против интересов собственной организации ради его спасения?
- Кто сказал, что он его спас? - Соизволил-таки заговорить Саске.
«Вылитый брат», - хмыкнул Кабуто.
- Мне доложили, что Наруто благополучно вернулся в Коноху, - Орочимару сменил тон на
деловой. - Итачи-куна и след простыл.
Саске презрительно фыркнул. Он не верил, что Итачи выкинул бы нечто подобное.
Скорее уж он следует очередному своему плану.
Ведь дурачил же он самого Саске все те годы, притворяясь образцовым старшим братом.
«Кого теперь ты играешь, Итачи?!»
Наблюдая за парнем и видя куда больше, чем тот хотел бы показать, Орочимару
расплылся в довольной улыбке. Передав одну пробирку с желтой жидкостью Кабуто, он
приблизился к подготовленному трупу на столе.
- У меня есть для тебя задание, Саске-кун.
Учиха раздраженно сложил руки на груди – меньше всего его сейчас интересовали
мерзкие делишки наставника.
- Направляйся в Коноху и разузнай, что скрыл от тебя Наруто-кун, - мужчина специально
обернулся, чтобы посмотреть на выражение лица подростка, но тот его разочаровал – с
видом абсолютного пофигизма Саске скучающе осведомился:
- Это все?
- Зря ты не интересуешься целями Акацки, Саске-кун, - притворно огорченно вздохнул
Орочимару. - Видишь ли, они собирают Биджуу, носителей Хвостатых демонов. Нарутокун – носитель Девятихвостого, самого могущественного среди демонов, и добыча Итачикуна. И мне не дает покоя причина, почему твой брат не забрал его в Акацки. Подумай,
Саске-кун, что для Итачи важнее всего? Ради чего он поступил бы так опрометчиво?
«Ты так ничего и не понял, глупый отото. Ты по доброй воле отказался от силы,
превосходящей любую чакру и техники...»
- Ради силы, - плохо скрыв отвращение, ответил парень.
Кабуто едва слышно хмыкнул. О себе, небось, Саске с таким отвращением не говорит.
Ответ Саннина заинтриговал:
- В самом деле?
Не дождавшись подтверждения от вредного ученика, мужчина отпустил его собираться.
- Вы нарочно решили отослать его в Коноху? - Улыбнулся Якуши, когда они остались
вдвоем.
- Не стоит Саске-куну знать о нашей маленькой встрече с твоим хозяином.
- Пожалуйста, Орочимару-сама, не называйте Сасори моим хозяином, - поморщился
медик.
- Что ж так? Запомни, он должен поверить, что по-прежнему имеет над тобой контроль, наставительно указав на помощника скальпелем, мужчина вернулся к своей работе.
- Орочимару-сама?
- Что?
- Вы не верите, что Учиха Итачи ведом жаждой силы, как считает Саске-кун?
Змеиный Саннин сделал надрез на грудной клетке, начертил печать с помощью желтого
состава из пробирки и лишь после этого обернулся к Кабуто:
- Если Итачи-куну и нужна сила, то лишь для какой-то цели. Смешно, что Саске-кун
совершенно не знает собственного брата, нэ?
14 глава
- Наруто!
- Нет!
- Ну, Наруто!
- Нет, я сказал!
- Наруто, блин!
- Киба, блин, я сказал, нет!
- Тебе что, жалко?!
- Что за тупой вопрос, ттебайо!?
- С каким-то преступником, значит, можешь, а с другом – влом?!
- Итачи – не преступник!!!
- Да мне по фени! Я тоже хочу быть Хвостом!
- Иди ты, знаешь куда, со своими желаниями!
- Нет, расскажи-ка!
Ютсури зевнул. Вальяжно развалившись на бревне и устроив подбородок на скрещенных
руках, он нежился на солнышке, с ленцой наблюдая бесплатный спектакль. Вместе с ним,
но не так явно, за спорящими Кибой и Наруто следили еще несколько человек,
собравшихся ранним утром с благородной целью потренироваться. Пока это удавалось
только Ли.
С чего вдруг Инузуке взбрело в голову переспать с Наруто и заделаться его Хвостом, не
знал никто. Сам Киба объяснял это тем, что хотел стать сильнее. Тот факт, что он до
конца жизни будет связан с другим человеком, его нисколько не волновал.
Зато этот факт волновал самого Узумаки. Когда Киба пришел к нему в первый раз, парень
попытался объяснить все минусы подобного решения, вплоть до вечных издевок со
стороны Кьюби (демон охотно продемонстрировал эти самые издевательства). Инузука
покивал, утешил всех заявлением, что любит животных, и повторил предложение. Наруто
опешил, но соглашаться не спешил, попросив приятеля все, как следует, обдумать.
И вот, Киба пришел на тренировку, а Наруто почему-то заартачился. То, что Узумаки
находил друга привлекательным, Ютсури видел и недоумевал, почему тот так упорно
отказывался.
- Да трахни ты его уже, тупое двуногое! - Посоветовал демон.
- Теме, ты кому это сейчас сказал?! - Окрысился на Лиса Узумаки, интуитивно уже зная
ответ.
- Ему, - оскалился Ютсури, кивнув на Инузуку. - Что тебя не устраивает? Чакра сильная,
способности есть.
- Тебя только чакра волнует?! - Разозлился Наруто. - А то, что ты меня толкаешь
соблазнить друга, испортить ему жизнь и привязать навечно к себе, это ничего?!
- Эй! Это я тебя, вообще-то, соблазняю! - Возмутился Киба.
- И с чего это ты взял, что испортишь ему жизнь? - Насмешливо осведомился Ютсури.
- Да потому что… - Узумаки обернулся за помощью к Недзи, но тот пожал плечами:
- Мне ты ничего не испортил.
- Но как же… - растерявшись, парень притих. - Но… если я умру, погибнете и вы…
- Ааа, так вот, что тебя беспокоит! - Рассмеялся Киба и хлопнул друга по плечу. - Да ты
же живуч, как таракан!
- Как кто?
- Не придирайся, - отмахнулся Инузука и притянул к себе Наруто за грудки. - Лучше
поцелуй меня.
- АААААААно-са, ано-са!!!
- Да что опять-то?!
- Нам это… тренироваться надо! - Смущению Узумаки не было предела. Киба
раздраженно выпустил его из рук.
- Хей, Недзи, ты как обычно его уламываешь, а?
Хьюга счел за лучшее промолчать.
- Мы вообще тренироваться будем или как? - Пробурчал Наруто. - Тсунаде-баатян
освободила нас от миссий только на сегодня, между прочим!
В какой-то мере идея тренировок ради выявления новых возможностей у Недзи, Гаары и
Наруто, а также способностей Ютсури в человеческой форме принадлежала Какаши.
Когда Хьюга рассказал о странном чутье, подсказавшем, где искать похищенного
Узумаки, Хатаке незамедлительно поинтересовался у Кьюби о других плюсах быть
Хвостом. Но Лис не знал, потому как подобная практика и для него была впервые. После
недолгих раздумий мужчина предложил регулярные тренировки ради выявления других
скрытых способностей Хвостов.
Сначала занимались лишь Недзи, Наруто и Ютсури. Уже через пару дней в ходе
тренировок выяснилось, что Хьюга может улавливать мысли Узумаки, точнее его
намерения.
Так, сражаясь против Ютсури, Наруто пришла гениальная идея напасть на демона из-под
земли. Парню было нужно, чтобы Недзи использовал для прикрытия свою абсолютную
защиту – Небесный Вихрь, и Хьюга незамедлительно его использовал, хотя за секунду до
этого собирался перейти в нападение.
Посмотреть на зрелищные бои стали приходить друзья – Киба с Шино, Темари с
Шикамару, Чоудзи и Ли, Тен-Тен, Сакура, а вместе с ними и Хината с Ино.
К концу недели ребятам надоело просто наблюдать, и они как-то незаметно подключились
к занятиям парней.
Свободного времени между миссиями оставалось не так уж и много, но почти все
предпочитали спокойному отдыху хорошую разминку с друзьями.
- Наруто! Давай, кто больше сделает отжиманий! - Предложил Ли, буквально пламенея на
глазах от распирающей его силы юности.
- Йош! - Поддержал затею Узумаки, готовый на что угодно, лишь бы уйти от щекотливой
ситуации с Кибой.
Для Кибы это не осталось незамеченным. Усевшись на край бревна, на котором возлежал
Кьюби, парень не удержался от вопроса:
- Да чем я его не устраиваю?
Ютсури зевнул и ногой сбросил его со своей территории.
- Сдурел?! - Вскочил Инузука, взбесившись.
- Не хнычь, - насмешливо посоветовал Лис. - Ты мне нравишься. И ему тоже. С первыми
тремя у Наруто вышло случайно. Он ничего не планировал и даже не знал, что из всего
этого выйдет. Сейчас его гложет ответственность.
- А мне-то что делать? - Досадливо вопросил Киба.
- Напейся. И Наруто напои. А там и Хвостом станешь.
- Вот так просто, да? - Иронично хмыкнул Инузука.
- Хьюга так и стал, - осклабился Лис. Его собеседник припомнил памятную пьянку в честь
возращения Наруто из путешествия и тоже расплылся в ухмылке. - Кстати, если не из-за
силы, то к чему тебе становится Хвостом?
Киба дернулся, ухмылка сползла с его лица:
- Еще чего… мне нужна сила. Я же говорил!
- Бездарно врешь, - протянул демон и перевел скучающий взгляд на Узумаки, спорящего о
чем-то с Недзи.
- Я слышал, что пока нет всех девяти Хвостов, ни ты, ни Наруто не можете выпустить всю
чакру, - неохотно признался Инузука.
- И что? - С толикой угрозы осведомился Ютсури, ненавидящий, когда его упрекали в
слабости.
- Будет война, - дернул рукой Киба, словно хотел что-то поймать, но быстро оставил эту
затею. - Я не знаю, развяжут ли ее Акацки или кто-то из Каге, но война будет точно.
- И ты хочешь, чтобы Коноха победила, - подсказал Кьюби.
- Я хочу, чтобы Коноха не пострадала, - резко поправил парень. - А для этого нам нужны
все силы. Так что в какой-то мере я хочу быть Хвостом именно из-за нее.
Что значит быть патриотом, Ютсури не знал. Но охранять свою территорию для него было
вполне приемлемо, так что доводы любителя собак он принял с одобрением.
…
- Что, прости? - Неожиданная просьба Наруто застала Тсунаде врасплох. Моргнув, она
оторвалась от бумаг и воззрилась на усталого мальчишку.
- Разреши мне покопаться в деле о гибели клана Учиха, - терпеливо повторил Узумаки,
едва удерживаясь на ногах после многочасовой тренировки.
- Позволь узнать, зачем?
Наруто отвел глаза, будто в раздумье, и, помедлив, ответил:
- Я хочу узнать правду.
- Какую еще правду?
- Об Итачи и Саске.
Женщина тяжело вздохнула. Наруто уже расспрашивал Какаши, приставал к АНБУ
(парням пришлось применить все свое искусство по маскировке, чтобы от него
отделаться) и вот пришел, наконец, и к ней. С тем же самым вопросом.
- Наруто, послушай, - проникновенно произнесла женщина, - здесь нет никакой тайны.
Учиха Итачи хладнокровно разобрался со всеми членами своей семьи, оставив только
Саске, - и сама нахмурилась. Звучало как-то действительно глупо и нелепо. Идеальный
шиноби, юный гений, не проваливший ни одного задания, заботившийся о членах своей
группы и не проявлявший жестокости, вдруг ни с того, ни с сего съезжает с катушек и
убивает семью.
Бред.
Во взгляде Наруто это слово читалось крупными, заглавными буквами. БРЕД. Однако…
- У тебя сейчас есть другие дела, Наруто, - сухо напомнила Хокаге о необходимости
изучить пределы возможностей Хвостов.
- Тренировке это не помешает! - Жарко возразил Узумаки. - Я буду заниматься этим в
свободное время и…
- Ты едва на ногах стоишь, дурень.
- Но я не…
- Кроме того, - с нажимом продолжила Пятая, - не считай себя умнее других. Это дело
расследовали профессионалы. Как бы тебе ни хотелось обратного, Учиха Итачи – убийца.
- Но, бабуля…
- Если у тебя все, свободен, - отрезала она и, чуть смягчившись, добавила. - Иди отдыхать,
Наруто. А позже я дам тебе интересную миссию.
…
Квартал Учиха был отгорожен от деревни стеной, словно находился за пределами, не
являясь ее частью. Это первое, на что обратил внимание Наруто.
Старик Третий запретил вход в квартал, и потому его улицы и дома были запущены. Это
второе, что заметил Наруто.
Третьим, что посетило его голову, оказались непечатные слова.
- Блин!!! Да какой же из этих домов принадлежал Итачи с Саске?!
Отказ Тсунаде не остановил Узумаки, и пыл его не охладил. Наоборот, чем больше было
сопротивление окружающих, тем сильнее Наруто рвался вперед, к разгадке.
Демон внутри недовольно обозвал Наруто тупым ослом – его тоже припахали к «поиску
истины». Кьюби должен был сидеть в сознании своего носителя и дожидаться очередного
прихода Итачи с последующей сдачей его на допрос Узумаки. Нукенин словно
догадываясь о коварных планах мальчишки, на связь выходить не спешил.
Наруто сам не знал, зачем ему потребовалось увидеть дом братьев.
Может, чтобы понять что-то для себя? Почему все так случилось?
Встряхнувшись, он огляделся. Все дома на улице походили друг на друга. Стены, фонари
и флаги были украшены гербом клана, который с такой гордостью носил на спине Саске.
Интересно, он и сейчас его носит?
Затерявшись в воспоминаниях, Наруто брел по пустым улочкам, рассеянно скользя
взглядом по именным табличкам на домах.
Лишь полтора часа спустя он наткнулся на иероглифы знакомого имени. Три деревянных
таблички едва заметно дрожали на ветру. Глухой перестук вызвал у Наруто мурашки.
Подойдя ближе, он провел рукой по изящно выведенным на дощечке линиям: Саске.
Сердце защемило от тоски. Смахнув непрошенные слезы, Наруто перевел взгляд на два
других имени.
Фугаку и Микото.
- Это твои родители, Саске? - Пробормотал он слабо и вдруг нахмурился. - А где Итачи?
Поискать в траве Наруто догадался не сразу. Но искомая четвертая табличка была там.
Отсыревшая и покрытая бороздами темных трещин.
Аккуратно очистив ее от земли, Наруто горько улыбнулся.
- Надеюсь, Итачи не будет против, если я заберу тебя ненадолго.
Убрав находку в карман, он еще раз осмотрелся, сделал шаг и вдруг покачнулся. Дыхание
сбилось, на коже выступила испарина. Голова резко закружилась, колени подогнулись, и
парень повалился на землю.
Кое-как отдышавшись, словно после марафона, Наруто недоуменно провел рукой по
груди – сердце билось как бешеное.
- Похоже… я перетрудился сегодня…
До родной квартиры Узумаки буквально дополз. Отключившись, он проспал пятнадцать
часов, не просыпаясь.
…
Внезапный приступ слабости повторился уже через день, на тренировке, из-за чего Наруто
едва не лишился головы, в последнее мгновение увернувшись от сюрикена Тен-Тен.
Плачевного состояния парня не заметили, и девушка в паре с Ли продолжала его
атаковать.
Узумаки, решив, что слабость временная, и не подумал взять перерыв, предпочтя просто
перейти в оборону. В следующие минуты он получил ощутимые удары по корпусу от
Толстобровика и целый дождь из кунаев от его напарницы. Отпрыгнув в сторону, Наруто
избежал большинства, но от резкого маневра у него закружилась голова. В глазах
потемнело, и последний десяток ножей он уже не видел. К счастью, Недзи уловил тревогу
и вовремя вмешался.
- Наруто, что за фигня?! - Подскочил Киба.
- Сакура, нужна твоя помощь, - позвал девушку Хьюга, вглядываясь в будто оглушенного
Узумаки.
В этот раз на тренировку собрались только Наруто, Недзи, Ли, Киба, Тен-Тен и Сакура.
Остальные выполняли задания.
Харуно поспешила к другу. Даже беглого осмотра девушке хватило, чтобы испуганно
воскликнуть:
- У тебя жар!
- Я знаю, Сакура-тян, - промямлил Узумаки, глупо улыбаясь. - Сегодня точно очень
жарко.
- Да не погода, балбес!
- Как он может заболеть, если чакра его должна тут же лечить? - Задала здравый вопрос
Тен-Тен.
Продолжив осмотр уже более тщательно, Сакура закусила губу.
- Наруто, как ты себя чувствуешь?
- Голова опять болит и кружится, - стал хмуро перечислять Узумаки. - И тело какое-то
слабое, будто я тренировался несколько дней без передыха.
- Что значит «опять»?
Наруто дернул плечом и смущенно признался:
- Позавчера случилось то же самое. Но я поспал, и все прошло!
- Поспал, говоришь? - Едва не прошипела Сакура. - Это когда я тебя разбудить не могла?
- Ээ… а ты ко мне приходила?
- Сколько ты спал?
- Не знаю… часов пятнадцать, где-то, - неохотно признался парень.
- Что с ним, Сакура? - Спросил Недзи.
Девушка вздохнула и покачала головой:
- Не знаю. Дело не в простуде или в чем-то подобном. С его чакрой что-то не то… не
понимаю…
Не раздумывая, Хьюга активировал Бьякуган. Поначалу он не понял, что его смущало в
увиденном и лишь потом осознал: потоки чакры расширены. Да и сама чакра Наруто
ненормально сильно горела в теле, будто в пику ожесточенного боя.
- Отнесем его к Тсунаде-сама, - распорядился он напряженно и опустился на корточки,
помогая Узумаки влезть к себе на спину.
Сакура хотела и не решалась спросить его о том, что же он такого увидел.
…
Сказать, что у Пятой было плохое настроение, это значит не сказать ничего. Оно было
отвратительным. Ужасным. Хуже некуда.
Во-первых, от Дзирайи, отправившегося собирать новую информацию об Акацки, вот уже
несколько недель не было никаких вестей. А ведь она просила его выходить на связь хотя
бы раз в четыре дня! Не то, чтобы она за него беспокоилась, скорее переживала, что
старый дурак опять зависнет в какой-нибудь женской бане. С него станется, извращенца.
Во-вторых, ее достал юный Казекаге. Нет, не достал, а ДОСТАЛ. Малолетний паршивец с
поистине нарутовской настойчивостью уже в котором письме намекал - просто намекал! на солидный возраст Тсунаде.
«… конечно, мы понимаем, что Ваш возраст уже не позволяет…»
Все ее возраст позволяет! Где он увидел старуху?! И кто проболтался? Наверняка Наруто.
Тсунаде хорошо понимала завуалированный не то вопрос, не то предложение главы Суны:
а не пора ли Вам уступить свое место? Кому-нибудь, кто давно этого места достоин.
Ага, с рупором вместо голоса и полосочками на смазливой морде. Он бы еще смайлик его
нарисовал – так, чтобы намек уж точно дошел.
Ну, попадись Тсунаде этот умник! Ох, приедет он в Коноху, ох, потренируется она с ним.
Так потренируется, чтоб на всю жизнь запомнил, как даме такие намеки делать!
Будто и этого было недостаточно, как выяснилось, что старейшины скрывают правду об
Учиха! Прислушавшись к словам Узумаки, Хокаге отправила Шизуне покопаться в
записях АНБУ касательно гибели их клана. Ученица вскоре вернулась ни с чем – таких
записей не существовало. Все было настолько засекречено, что даже не рискнули
доверить бумаге. Выходило, что лишь старейшины помимо Сарутоби-сенсея могли быть в
курсе.
Короткий стук в дверь вырвал женщину из размышлений. В кабинет вошел старейшина
Хомура.
«Сто лет жить будет».
- Ты хотела поговорить, Тсунаде? - Пожилой мужчина степенно подошел к столу и
опустился в гостевое кресло.
- Да, - выдохнула Пятая, переплетя пальцы в замок. Собравшись с мыслями, она подняла
внимательный взгляд на собеседника. - Клан Учиха. Что на самом деле с ними случилось?
- … Что за вопрос, Тсунаде? Учиха Итачи был предателем. Он…
- Действительно, предатель? - Резко перебила его Тсунаде. - Тогда почему Вы помедлили
с ответом?
-…
- Прежде чем ответить, подумайте вот о чем, - перешла она в наступление. - Итачи – гений
и один из сильнейших шиноби, а также обладатель уникального генома. Сейчас он в
Акацки и наш враг.
- К чему эти рассуждения?
- Я забочусь о благополучии деревни. Если Учиха Итачи предатель и сумасшедший
убийца собственной семьи, - от Тсунаде не ускользнуло то, как Хомура поморщился при
последних ее словах, - то я не буду пытаться вернуть его в Коноху.
Мужчина вскинул глаза.
- Он не вернется, - произнес он уверенно, но с толикой удивления.
- Так, что в действительности произошло той ночью, Хомура? - Вкрадчиво повторила свой
вопрос Пятая.
Мужчина долго хранил молчание, но, в конце концов, покачал головой:
- Нет, Тсунаде, все останется, как есть: Учиха Итачи – предатель и убийца своей семьи. Не
лезь в прошлое, - поколебавшись, старик все же добавил. - Это его желание. Желание
Итачи.
Внезапно дверь с шумом распахнулась.
- НЕ СМЕЙ! - Прорычал ввалившийся в помещение Узумаки. За его спиной испуганно
выдохнула Сакура и замер истуканом Недзи. Алая чакра забурлила, накрыв Наруто с
головой. - ДА ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ ОБ ИТАЧИ?!
Хьюга понял, что дело плохо, когда голос Узумаки перешел в утробное рычание.
Обхватив его со спины, парень сделал подсечку и, опрокинув Наруто на пол,
зафиксировал ему руки.
- Успокойся, Наруто.
- Отпусти меня! Отпусти!!! - Наруто ярился, покрасневшими глазами прожигая замершего
в кресле старика. - Сволочи! Свалили все на него и счастливы, да?! Скоты! Ненавижу!
- Наруто, хватит! - Недзи сильнее надавил на голову мальчишки, стараясь не причинять
ему лишней боли. - Прекрати! Наруто!
Узумаки, не слыша его, дергался и извивался, пытаясь освободиться. Странное поведение
чакры то ослабляло его, то наоборот наполняло силой. Хьюга чувствовал, что долго так не
продержится. Огненная чакра обжигала, словно реальный огонь.
Все прекратилось в одно мгновение. Тело, которое с таким трудом удерживал Недзи,
внезапно замерло и расслабилось – Наруто потерял сознание. Облако алой энергии
неохотно рассеялось, а Хьюга ощутил, что жар перешел в него, агрессивно пульсируя в
груди, словно рвясь на волю.
Опаленными пальцами молодой джоунин сложил печати создания теневого клона.
Материализовавшись, Ютсури первым делом покрыл всех присутствующих отборным
матом.
- Что с Наруто? - Тсунаде кое-как удалось втиснуть вопрос в нецензурный монолог
демона. Тот, несколько успокоившись, отбросил длинные волосы за спину (помянув еще
одним нехорошим словом теперь уже прическу Хьюги) и склонился над своим носителем.
Перевернув его на спину, он провел рукой по чужой груди и животу, сосредоточенно
щуря алые глаза.
- Что это значит, Тсунаде? - Возмущенно обернулся к Хокаге Хомура.
Та досадливо поморщилась и, не отвечая, подошла к Кьюби. Сакура поспешила войти в
кабинет и закрыть за собой дверь.
«Умница, девочка», - одобрила про себя Пятая, не горевшая желанием еще больше
увеличить круг посвященных в тайну Узумаки.
Рядом с бессознательным Наруто опустился на колено Недзи. Активированный Бьякуган
изучал неспокойную чакру – та то вспыхивала целым костром, то уменьшалась до размера
огонька свечи. Циркуляция энергии то замедлялась, то ускорялась, невыносимо изматывая
тело.
- Наша чакра растет, - прошептал Лис и поднял оценивающий взгляд на Сакуру. - Нужен
следующий Хвост. Немедленно.
15 глава
Только после того, как Тсунаде провела полный осмотр Наруто, она облегченно перевела
дух – с ним все было в порядке. Теперь.
Женщина покосилась на Недзи, тот равнодушно изучал пейзаж за окном. Будто его никак
не волновало, что в соседней комнате плакала Сакура, Четвертый Демонический Хвост
Наруто.
Это не было легким решением. Харуно сомневалась до последнего, пока Ютсури не
рявкнул, что у Наруто нет и пяти минут. Девушка вздрогнула и приблизилась к своему
другу.
- Что я должна сделать?
Лис не стал ничего объяснять – слишком спешил. Схватив Сакуру за волосы, он притянул
ее к себе и поцеловал, влив ту часть чакры, что являлась Четвертым Хвостом. Девушку в
один миг прошибли желание и боль. Особенно боль. Острая, всепоглощающая, ни с чем
несравнимая. Харуно даже не успела закричать, потеряв сознание от шока. Уложив ее
рядом с Наруто, демон поднял холодный взгляд на Недзи.
- Хвостом можно стать и без секса. Вот только без этого тело будущего Хвоста
подвергается огромному давлению, - Сакура выгнулось дугой. Скорчившись, она жалобно
застонала в небытие. - Само собой это очень болезненно.
Пятая никогда раньше не видела свою ученицу в таком состоянии.
- Я дам ей обезболивающее.
- Стоять, Хокаге, - пресек ее действия Ютсури. Надменная усмешка Лиса на лице Хьюги
смотрелась чужеродной, странной. - Не вмешивайся.
- Это может помешать? - Сдерживая эмоции, спросила Тсунаде.
- Наша чакра передана слишком грубым способом. Любое вмешательство вызовет цепную
реакцию, и ее разорвет на куски, - обыденно объяснил Кьюби.
«Демон, - с отвращением констатировала про себя Годайме. - Он не способен понять
человеческих чувств и сам проявлять их тоже не способен».
Очнулась Сакура только через полчаса, но боль продолжала ее мучить. Под тихие стоны
девушки демон разъяснил ситуацию.
С первым приступом слабости Наруто, Лис, находясь в его сознании, почувствовал, что
чакра выходила из-под контроля. Она увеличивалась. Росла. Поначалу Кьюби укротил ее,
подмял под себя, как делал и прежде. Но потом чакра снова увеличилась. Его чакра, самая
огромная в этом мире, множилась!
Причина тому оказалась настолько простой, что Девятихвостому даже стало смешно. Все
дело было в Узумаки, точнее в стихии его чакры – в ветре. Все это время чакра демона
подпитывала чакру носителя, и вот теперь произошел обратный эффект – ветер раздувал
огонь.
Пока этот огонь был только в Наруто, но скоро должен был перейти и в Хвосты. Ютсури
насмешливо заявил ошарашенной Пятой и Хьюге, что когда это произойдет, мир
пополнится на целых четыре Джинчуурики, так как у них наверняка появятся проблемы с
контролем столь огромной и яростной силы. Совсем как у Наруто.
- Я пойду, Тсунаде-сама, - голос Недзи вывел женщину из размышлений.
- Хорошо… Нет, подожди, - остановила она его. - Скажи, что собираешься теперь делать?
- С чем? - Уточнил Хьюга.
- С чакрой Лиса.
Джоунин мягко улыбнулся:
- Нет, Тсунаде-сама, с чакрой Лиса и Наруто, - поправил он ее. - А раз он есть внутри
меня, то я справлюсь. Не волнуйтесь.
- … Будь по-твоему, - помедлив, ответила на улыбку Хокаге. - Однако, я все же освобожу
тебя на время от работы АНБУ.
Недзи остановился у самой двери.
- Как только я с этим разберусь…
- Знаю, Недзи. Я сообщу Саю.
Хьюга с трудом сдержал гримасу. Напарника из Корня он недолюбливал.
- Как прикажите.
Человека по имени Сай приставили к Недзи в первый же день его службы в
подразделении АНБУ. О его новом звании знали лишь семья и Гай-сенсей. В конце
концов, личность вступившего в ряды личной гвардии Хокаге полностью засекречивалась.
Отныне жизнь парня разделилась надвое: в первой он был Хьюгой Недзи, одним из самых
молодых джоунинов Конохи, в другой – безликим АНБУ по имени Ходзиро (с яп.
«следовать чему-либо»). Тсунаде лично подобрала ему это имя, пожелав достичь цели, не
сходя с выбранного пути.
Обычно АНБУ работали по одиночке, но, как пояснила Хокаге, старейшин крайне
интересовал ход поисков Орочимару. А раз Недзи именно этим и занимался, то было
решено направить ему в помощь Сая как постоянного напарника.
Его лицо носитель Бьякугана ни разу не видел и желания такого не имел. Потому что
Хьюга очень сомневался, что под маской улыбающегося лиса окажется что-то другое,
кроме неискренней, ничего не значившей улыбки. Ему достаточно было слышать эту
фальшь в тихом, подчеркнуто вежливом голосе и видеть в черных пустых глазах. Недзи
знал историю Корня и понимал причины отсутствия у Сая эмоций. Но это ничего не
меняло – несмотря на всю полезность техники нарисованных зверей, Сай большую часть
времени раздражал Хьюгу колкими замечаниями и нелепыми вопросами.
Тсунаде крайне мудро поступила, освободив Недзи на время от службы АНБУ, а заодно и
от напарника. Иначе, кто знает, чем бы это могло обернуться в свете последних новостей.
…
- Я жду объяснений, Тсунаде, - едва Хокаге вошла в кабинет, ее встретил мрачный взгляд
Хомуры.
«Нет, ну и кто здесь Хокаге вообще?» - Возмутилась про себя женщина, пройдя за свой
стол. Подумав, она достала из тайника бутылочку саке и две пиалы.
- Разговор будет долгим, - пояснила она на недоумение мужчины. - А нам с Вами нужны
ясные головы.
Хмыкнув, советник махнул рукой – наливай.
- … так что наш мальчик теперь новый секс-символ Конохи! Да что там, всей Страны
Огня! - Спустя каких-то полчаса вещала Тсунаде, то и дело опрокидывая на пол пустые
сосуды из-под спиртного. - Даже Казекаге – ик! – того самого… О! И Итачи, что главное!
Он тоже!
- Да, - глубокомысленно кивал Хомура, пытаясь сфокусировать взгляд на лице Хокаге. Вот молодежь пошла… От Итачи я не ожидал…
- И – ик! – не говори. Нару-тян, он ведь тако-ой ми-иленьки-ий, такой неви-инненький, умилялась одна из Великих Саннинов. - Он мне как младший братик… или даже
сынишка… племянник…
- Скорее уж внук, - хрюкнул советник.
- Что-что? - Насторожено переспросила Годайме, уловившая, не взирая на выпитое,
поползновения на свой возраст.
- А может он и всех Акацки соблазнит? - Осенило Хомуру. - Кицуне – они ведь это могут,
да?
- Я не позволю... подкладывать Нару-тяна под этих уродов! - Возмущенно стукнула она
кулаком, пробив в столе дыру. - Ну вот, опять…
- Ааа… а Итачи?
- А что Итачи? Ты же сам сказал, что он – ик – невиновен.
Старейшина нахмурился, пытаясь припомнить, когда это он такое говорил.
В этот момент раздался стук в дверь и, не дожидаясь разрешения, в кабинет вбежала
взволнованная Шизуне.
- Тсунаде-сама, Наруто в опасности… - взгляд ученицы мгновенно посуровел. - Вы опять
пьете на рабочем месте?!
Ойкнув, начальница поспешно сграбастала провокационную тару себе на колени.
- Ты не поняла! Мы здесь с многоуважаемым советником…
- И Вам не стыдно, Хомура-сама? - Набросилась девушка на старейшину. Тот икнул и
спрятал в рукав недопитую пиалу.
- Собственно… ты чего пришла? - Поспешила сменить тему слегка протрезвевшая со
страху Хокаге.
Шизуне сделала глубокий вдох. Посмотрела на главу деревни и повторила медитативное
действие. И только после этого доложила:
- Нам только что пришло письмо от верховной жрицы Страны Демонов. Шион
направляется к нам с неофициальным визитом.
- Мдя? - Приподняла бровь Тсунаде, припомнив недавнюю миссию по спасению мира,
точнее препровождения вышеупомянутой жрицы к храму, дабы заточить одного крайне
вредоносного демона (хотя Кьюби все равно вне конкуренции), выполненную Наруто,
Недзи, Ли и Сакурой. - И что? Пусть приезжает.
- Проблема в том, Тсунаде-сама, - едва сдерживая эмоции, пояснила ученица, - что в
письме говорится о видении жрицы, касательно Наруто.
- И что там? - Вмиг подобралась Годайме.
- Она увидела его смерть. От руки Учиха.
- Какого именно? - Влез в разговор Хомура.
Шизуне развела руками:
- Она никогда не видела Саске и, тем более, Итачи, но четко описала Шаринган убийцы.
Скоро мы сможем подробнее расспросить ее саму.
- Плохо, - забарабанила пальцами по столу Тсунаде. - От Страны Демонов до нас три
недели пути. Слишком долго.
- Не совсем, - повертела в руке письмо Шизуне. - Здесь также говорится, что изначально
Шион намеривалась просто так посетить Коноху, но на полпути к нам ей пришло видение.
Боясь опоздать, она послала впереди себя это письмо. Так что ее приезд можно ожидать в
ближайшие дни.
- Ммм…
- В чем дело, Тсунаде? - Нахмурился советник. - Тебе что-то не нравится?
- Еще бы! Во-первых, что за наглость – заявляться в чужую страну и чужую деревню без
приглашения? А во-вторых… Шизуне, быстро иди в больницу и прикажи кому-нибудь
найти Недзи, пусть тоже присоединиться. Будете охранять Наруто. От греха подальше.
…
Наруто очнулся резко и внезапно. Никакой сонливости или дезориентации не было и в
помине, сознание оказалось ясным, восприятие – отчетливым. Окинув помещение
взглядом, он моментально опознал больничную палату. Кажется, он даже уже в ней
лежал.
За окном стояла непроглядная ночь. Сев в кровати, Узумаки ощутил, как что-то острое
ткнулось ему в бедро. Покопавшись в кармане брюк, он выудил домашнюю табличку с
именем Итачи.
«… все останется, как есть: Учиха Итачи – предатель и убийца своей семьи. Не лезь в
прошлое. Это его желание. Желание Итачи», - всплыли в памяти слова старейшины.
Пальцы сжали старое дерево. Рывком соскочив на пол, Наруто огляделся в поисках своих
вещей. Пусть брюки с него не сняли, зато сумки с оружием, куртки, футболки и обуви
лишили. Сандалии вскоре отыскались под кроватью, сумка – на тумбочке, а вот остальное
словно кануло в лету. Раздраженный парень плюнул на любимые вещи и выпрыгнул из
окна как есть – с голым торсом.
Уже через пять минут Наруто пожалел, что не забежал домой. Было холодно. Не сказать,
чтобы сильно, но ощутимо. По земле стелился непривычно густой туман. Избегая его,
Узумаки перемещался исключительно по крышам.
Квартал Учиха встретил его зловещим безмолвием. Место трагедии двух дорогих ему
людей угнетало и не давало расслабиться.
«Стоп. Двух?» - Наруто прикусил губу. Вот тебе и сюрприз. С каких пор Итачи стал для
него так же важен, как и Саске? Адекватного ответа парень не нашел. Итачи ему просто
нравился. Сам по себе, не как брат Саске.
Найти их дом в таком тумане отчего-то оказалось легко, словно он бывал там сотни раз.
Усевшись на веранде, Наруто достал табличку. Тусклого света луны, пробивавшегося
через молочную дымку, едва хватало для работы. Для начала он разобрался с темными
пятнами и бороздами, счистив их ножом. Обработав дерево, выудил из сумки чернила и
принялся освежать иероглифы, стараясь максимально точно повторить полу стертые
линии. И на эту непривычную, можно сказать, ювелирную работу у него ушло больше
часа.
Вернуться в заброшенный квартал Наруто побудило желание побыть в одиночестве. А
еще ему очень хотелось поскорее повесить табличку на законное место. Словно это могло
заставить Итачи вернуться в Коноху.
- Похоже, у меня появилась еще одна навязчивая идея, - хихикнул Наруто и встретился
взглядом с собственным отражением в лезвии куная. Смеяться расхотелось. - Я верну
Итачи в Коноху.
…
Саске прибыл ранним утром. У квартала Учиха был свой тайный проход в деревню, коим
он и воспользовался. Бредя по знакомым с детства улицам, парень испытывал смешанные
чувства досады и отчужденной горечи. Ноги сами привели его к родному дому.
Первое, что насторожило Саске, это выделявшаяся среди остальных своей свежестью
табличка с именем Итачи. Вторым, что бросилось ему в глаза, это опрокинутая на веранде
баночка с чернилами. Черная лужица расползлась вдоль сосуда и даже не успела
высохнуть.
Сощурившись, парень вошел через незапертую дверь. И тот факт, что замка не было,
стало третьей странностью. Беззвучно перемещаясь по собственному дому, Саске
выискивал незваного гостя и обнаружил его в комнате брата. Наруто преспокойно спал на
кровати Итачи, раскинув руки-ноги в стороны на манер морской звезды. Из уголка
приоткрытого рта тянулась ниточка слюны, сползая на подушку.
Учиха долгие пять минут стоял в проходе, оторопело пялясь на странную картину.
Мучительно перебирая в голове причины появления Узумаки в подобном месте, парень
параллельно старался справиться с нахлынувшей злостью. Какого черта Наруто здесь, в
этом месте!? Тень чужого присутствия вовремя отвлекла его от борьбы с собой. Выскочив
на улицу, Саске моментально определился с источником и вперился взглядом в фигуру,
неспешно приближавшуюся сквозь стену тумана.
На Итачи не было плаща Акацки. Простая одежда шиноби на брате вызывала в Саске
какое-то полузабытое чувство светлой ностальгии. Но едва оно сформировалось в груди,
как было безжалостно смыто ненавистью.
«Он украл у меня семью».
- Ты все еще не можешь ощутить моего присутствия, - укорил его Итачи, когда между
ними осталось не больше семи метров. Саске скрипнул зубами: он действительно заметил
брата лишь, когда тот перестал скрывать свое присутствие. Новый удар по гордости
перекрыла трезвая мысль: зачем Итачи это сделал? Он раскрылся, чтобы увести Саске от
Наруто? От Наруто, который спал в его кровати; в доме, который мог отпереть лишь ктото из клана Учиха.
- Зачем тебе он? Почему ты с ним? - Желание получить ответ перевесило жажду убийства.
«Почему Наруто? Почему ты выбрал Наруто?!»
Итачи долго не отвечал, взирая на младшего брата с холодным отчуждением. Но вдруг на
его лице появилась улыбка, та самая, с которой он когда-то давно встречал маленького
Саске из школы или с тренировки – мягкая, немного грустная и чуть насмешливая. Будто
Итачи смеялся сам над собой и над всем миром.
- Наруто-кун меня поймал, Саске.
…
Итачи еще в раннем детстве признали гением. Любая задача, любое дело, за которое он
брался – все давалось ему если не с легкостью, то с минимальными усилиями. А все
потому, что Итачи умел правильно рассчитать любое явление – будь то полет куная, или
реакция противника. С годами Учиха настолько отточил свое умение, что сложные
многоходовые комбинации составлялись на целые десятилетия. Однако, несмотря на всю
их сложность, цели Итачи всегда были просты и немногочисленны: он всего-то хотел
сохранить в целости Коноху, спокойно умереть от руки брата, и защитить этого самого
брата от Мадары (остальные пусть сами защищаются от глупого отото).
Конечно, Итачи знал: всего предусмотреть нельзя. Но даже он не мог себе представить,
что все его планы и цели развалятся на части от одного случайного секса с мальчишкой. И
вот, пожалуйста, результат: болезни нет, и умирать от руки Саске становится как никогда
проблематично. Да фиг с ней, с болезнью! Поддаться же всегда можно, вот только… не
хочется. В смысле умирать совершенно не хочется. Потому что впервые за долгие годы
Итачи почувствовал вкус к этой самой жизни. И сами собой цели парня изменились.
Радикально и бесповоротно.
- Что значит «поймал»? - С наигранной брезгливостью вопросил Саске. - До великого
Учиха Итачи добрался какой-то Джинчуурики?
- Орочимару рассказал тебе о целях Акацки, - усмешка на лице старшего брата не
понравилась младшему – слишком уж она была предвкушающей. - Ты знаешь, Саске, я
покидаю Акацки.
- Что?
- Отныне наши цели расходятся, - как ни в чем не бывало, продолжал Итачи, вводя
младшего брата каждым новым словом в ступор. - И, да… Саске, ты порвал все связи с
Наруто?
-…
- Забудь о нем.
Саске сощурился, потянувшись к своей катане. Он достаточно наслушался этого бреда. Но
не успел он даже и наполовину вытащить ее из ножен, как на кисти сомкнулись чужие
пальцы, а Мангъеко Шаринган, оказавшийся внезапно в нескольких сантиметрах
напротив, погрузил в одну из самых кошмарных иллюзий.
Это был круговорот из образов и звуков, прерывистых и кратких, но ярких и пугающе
узнаваемых. На каждой картинке Наруто. Его лицо, его тело. Алеющие щеки, шальные
глаза, потемневшие от страсти, припухшие от поцелуев губы, кожа, покрытая испариной,
руки, обнимавшие, прижимавшие ближе. И голос тоже его. Но Саске никогда раньше не
слышал, чтобы Узумаки так сводяще с ума постанывал, бормотал что-то неразборчивое,
от чего горели уши, и хотелось слушать, слушать, слушать… или навсегда оглохнуть.
- Убери это, черт возьми! Итачи!!!
Образы ослепляли, стоны оглушали. Наруто, Наруто, Наруто…
Где-то на периферии разум подсказывал, что из иллюзии выбраться несложно, что Саске
не уступает брату, но… но… Эти картинки – словно это Саске занимался любовью с
Наруто – они… отвлекали.
Случай решил все за младшего Учиха: голос Узумаки произнес имя Итачи. Вспыхнув,
будто его обманули или отвергли, Саске разорвал генджутсу и попытался уже в
реальности ударить брата в солнечное сплетение. Тот атакующую руку перехватил и
завернул ее ему за спину. Однако и Саске не уступил Итачи, вывернувшись из захвата и,
моментально создав в ладони Чидори, обрушил его на противника. Итачи ударом ноги
отвел смертоносное электричество в землю и, за долю секунды перейдя из защитной
стойки в атакующую, сделал своей целью лицо младшего. Саске увернулся, буквально
бросив свое тело назад, приземлился на руки и, используя инерцию, атаковал, взмахом
ноги, целя Итачи в подбородок. Старший легко уклонился и сделал подножку. Саске
отскочил и встал на ноги.
В этот момент оба были вынуждены остановиться, ощутив чужую чакру.
- Недзи-кун оказался прав, - Какаши бесшумно соскочил с крыши дома братьев,
приземлившись в нескольких шагах от них. Оглянулся на дом. - Надо же, а Наруто так и
не проснулся. Что за шиноби…
- Давно не виделись, Какаши-сан, - как ни в чем не бывало, поздоровался Итачи.
- Да, добрый вечер, Итачи-кун. Саске.
- Пф.
Джоунин приуныл. Вот что-что, а не так он себе представлял встречу с бывшим учеником.
И Итачи здесь…
- Могу я надеется, что кто-то из вас решил вернуться в Коноху?
- Деревня в таком бедственном положении, что уже принимает обратно предателей? Надменно осведомился Саске, краем глаза следя за братом.
- Ну, почему же, - развел руками Хатаке. - Ты, например, еще не признан официально
нукенином.
- А он? - Резкий кивок головы.
- А Итачи-кун… гхм, видишь ли, Саске, вполне возможно, он невиновен.
А вот это было новостью и для самого Итачи. Взявшись выполнить приказ старейшин, он
не сомневался, что те сделают все возможное, чтобы сохранить в тайне события той ночи.
От этого зависела репутация деревни. А теперь вдруг невиновен?
- ЧТО?!
- Полагаю, это работа Наруто? - Одновременно с восклицанием младшего, уточнил Итачи,
уже примерно представляя упрямство мальчишки.
Какаши вновь развел руками, будто извиняясь за своего не в меру активного ученика.
16 глава
- Как низко пала Коноха, - помолчав, буквально выплюнул Саске, с отвращением взирая
на Копирующего ниндзя. - Готовы закрыть глаза на все, лишь бы вернуть обратно
Шаринган.
- А может это ты, Саске, ходишь с закрытыми глазами? - Пристальный взгляд бывшего
сенсея заставил парня нахмуриться.
Рядом с Какаши возник Хьюга.
- С ней все в полном порядке, - негромко произнес он, имея в виду стабильность чакры
Наруто, и перевел взгляд на Саске. Равнодушная рожа младшего Учиха как нельзя лучше
напомнила о полуживом Узумаки. Сломанные ноги, сломанные руки, сломанные ребра.
Лучший друг, да?
Накатившая вдруг ярость настолько была нехарактерна для Недзи, что удивление, а с ней
и пришедший страх, разом остудили пыл, не позволив демонической чакре разрастись.
«Это будет сложнее, чем казалось», - отметил парень про себя, пытаясь расслабиться и не
думать о предательстве Саске.
- Недзи-кун? - Негромко позвал Хатаке.
- Я вернусь к Наруто, - не выдавая своего волнения, бросил Хьюга. Определенно, рядом с
Узумаки ему становилось спокойнее.
«Мы еще встретимся, Учиха Саске».
Под тяжелыми взглядами всех присутствующих он скрылся в доме.
Если Саске не понравилось, что посторонние ходили по его дому, и то, с какой
неприязнью покосился на него Хьюга, то Итачи было наплевать и на бесцеремонное
вторжение, и на чей-то негатив. Его больше озаботил всплеск демонической чакры –
второй за этот день. И, конечно, состояние Наруто. От Какаши же Недзи удостоился
тяжелого взгляда только за то, что бросил его наедине с агрессивно настроенными Учиха.
Вот честное слово, Хатаке с удовольствием бы сразился с Пейном, чем вел беседу с этими
двумя одновременно.
Будто услышав мысли мужчины, Итачи обернулся к младшему брату.
- Возвращайся к Орочимару, Саске, и постарайся стать сильнее к нашей следующей
встрече.
- И ты еще смеешь это говорить? - Прошипел тот в ответ.
«И куда подевалась вся его выдержка?» - Мысленно покачал головой Какаши, чувствуя
себя третьим лишним.
В руке Саске заискрился Чидори. На опасно потрескивавшую молнию Итачи глянул без
особого интереса.
- Не веди себя как ребенок. Если я говорю, что ты слаб, значит, еще не время.
- Посмотрим!
«Саске и правда ведет себя совсем как ребенок, с которым старший брат отказывается
играть», - заметил Хатаке, наблюдая возобновившуюся битву парней.
Быстрые движения, невидимые глазу атаки – казалось, Саске сражался на уровне Итачи.
Казалось.
Несколько ударов старшего, и младший отлетел к стене. Не дав возможности прийти в
себя, Итачи сомкнул пальцы на его шее. И, совсем как три года назад, склонился к уху
брата:
- Поиграли, и хватит, Саске. Когда сможешь хотя бы ощутить мою чакру, приходи, отстранившись, парень позволил младшему сползти по стене. Бросив взгляд на дом, где
спал Узумаки, Итачи добавил. - Больше не беспокой Наруто. Иначе мне все же придется
обратить на тебя внимание, мой глупый, слабый отото.
Глухо зарычав, Саске резанул катаной по телу ненавистного человека. Несколько
томительных секунд, и тот с глухим хлопком исчез.
Клон.
Помедлив, парень поднялся на ноги. Резко втянул воздух через стиснутые зубы,
выматерился. Отточенным движением убрал меч в ножны.
- Саске, послушай… - начал, было, Хатаке, но Саске уже скрылся, воспользовавшись
техникой перемещения.
Какаши не пытался остановить своего бывшего ученика. Он понимал, сейчас Саске некуда
возвращаться, несмотря на все заверения Наруто. Деревня, как показал Недзи, попросту не
примет его. Пока что.
Стоя в сгущающемся тумане, мужчина надеялся, что глаза мальчишки когда-нибудь
увидят истину за кроваво-красной пеленой Шарингана.
И, да, Саске стоило бы отточить свое мастерство обнаружения скрытой чакры. Тогда бы
он ни за что не покинул деревню столь поспешно – клон Итачи исчез, однако оригинал
остался.
…
- Саске всегда был твердолобым, - это замечание вывело Наруто из сна. Не только потому,
что упомянули имя Саске, но и потому, что произнесли эту фразу голосом Итачи.
- Извини, конечно, Итачи-кун, но мне так думается, это у вас семейное, - без намека на
тактичность возразил Какаши.
Наруто распахнул глаза и тут же повернулся на звук. Учитель и старший брат Саске
мирно сидели за столиком и, попивая чай, вели беседу. Столь сюрреалистическая картина
заставила Узумаки подскочить с воплем.
- Наруто, не шуми, - сделал парню замечание Хатаке. Итачи пригубил горячий чай.
- В-Вы… С-Сенсей! - Заикаясь, почти обиженно воскликнул Наруто, так и не сумев
сформулировать вопрос.
- Доброе утро, соня, - словно не замечая замешательства своего ученика, пожелал Какаши.
- Чай будешь?
- Итачи! - Отчаявшись получить разъяснения от сенсея, обратился Наруто к Учиха. Тот
вежливо повернул голову в его сторону, ожидая продолжения реплики.
- Да вы чего, издеваетесь?!
- Это вопрос, Наруто-кун?
«Точно издеваются», - пораженно осознал Наруто. Нахмурившись, он соскочил с кровати
и понесся на Итачи, дабы кулаками выбить из него нормальный, серьезный ответ. Однако
уже на втором шагу зацепился ногой о собственную обувь и с оглушительным грохотом
распластался на полу, едва не врезавшись головой в ножку стола, за которым сидели
шиноби.
- Ма, Наруто, я же просил не шуметь.
- Ттебайо, - донеслось приглушенное с пола.
- Не расслышал. Что, говоришь?
- … А рамен есть?
- О, надо отдать тебе должное, - с ноткой удивления протянул джоунин.
- Чего? - Буркнул Наруто, медленно поднимая свою тушку в вертикальное положение.
- Не тебе, - хмыкнул Какаши, - а Итачи-куну. Что ж, я проиграл.
- «Проиграл»? - Не понял Узумаки, переводя недоуменный взгляд с сенсея на Итачи и
обратно. - Вы уже подраться успели?
- Нет, Наруто, не подраться, - коротко рассмеялся Какаши, и даже Учиха позволил себе
улыбку. - Просто мы тут, пока ждали твоего пробуждения, затеяли небольшой спор.
Наруто нахмурился. Мозг явно перегревался от натуги вникнуть в ситуацию.
- Конечно, спорить на то, что ты спросишь в первую очередь, смешно. Это и так ясно. А
вот угадать, каким будет твой второй вопрос, уже в разы сложнее и интереснее, - Хатаке
обменялся взглядом с Итачи. - Итачи-кун угадал: ты спросил о рамене.
- Ась?
Мужчина вздохнул. Определенно, с гениями общаться было куда проще.
- Мы поспорили, каким будет твой второй вопрос после пробуждения.
- Ааа, - протянул Узумаки не шибко уверенно. - А Вы что подумали, сенсей?
- Что ты повторишь свой первый вопрос, - сделав глоток чая, признался Какаши и
добавил. - Как минимум три раза повторишь.
- С Вас десять щелбанов, Какаши-сан, - напомнил Итачи, чем окончательно добил
хрупкую психику Узумаки. Последние искры разума в голубых глазах погасли.
…
Оклемался Наруто лишь полчаса спустя стараниями Итачи, заварившего рамен. Родной и
любимый аромат вывел Узумаки из ступора и реанимировал мозги. Поглощая лапшу в
супе, он не мог не спросить о внезапном появлении Учиха в деревню.
- Ты вернул меня в Коноху, как того и хотел, - с толикой насмешки произнес Итачи.
Наруто подавился. Единственный раз, когда он сказал вслух, что хочет вернуть Итачи,
было вечером, на крыльце дома Учиха, когда занимался именной табличкой.
Откашлявшись, Узумаки во все глаза уставился на парня:
- Т-ты там был?
Итачи улыбнулся, совсем чуть-чуть, краешком губ, но у Наруто перехватило дыхание.
Екнуло сердце, и мальчишка поспешно задавил это тревожно сладкое чувство ненужными
вопросами.
Зачем Итачи вернулся? Остыл ли уже рамен? И в чьем доме они вообще находятся?
Однако предательский румянец все равно появился на щеках и шее.
- А вот и они, - разрушил неловкую для ученика паузу Какаши. В следующий момент
просторная комната наполнилась АНБУ. Пятеро безликих шиноби окружили обеденный
стол, за которым сидела троица.
- Мы пришли за Учиха Итачи, - заговорил один из вошедших. - Не сопротивляйтесь,
Учиха-сан.
- Эй, что это еще значит!? - Вскочил Наруто. - Куда вы собрались его забрать?
Отчего-то двое из АНБУ попятились.
- Опять он, - едва слышно простонал мужской голос под маской.
- Наруто, остынь, - в то же самое время попросил Хатаке.
- Но, Какаши-сенсей…!
- Не мешай нам, Узумаки Наруто, - повернулась к мальчишке маска улыбающегося кота. Хватит и того, что ты полдня гонялся за моими людьми с дурацкими вопросами.
- Что значит «дурацкими»?! - Тут же ощерился тот.
- Наруто, ты когда АНБУ успел достать? - Слабым голосом спросил Какаши.
- Никого я не достал! - Фыркнул тот с независимым видом.
- Говори за себя! - Не сдержал обиженного тона один из отступивших.
- Кирюу, - отдернул его капитан группы. Удостоверившись, что больше никто из его
людей не собирался вступать в диспут с Джинчуурики, шиноби в кошачьей маске
повернулся к Итачи и понял, что помимо воли ухмыляется: настырный Узумаки заслонил
собой Учиха. При небольшом росте защитника это выглядело крайне забавно, особенно,
когда защищаемый встал из-за стола и оказался на голову выше.
- Наруто, не мешай, - сделал еще одну попытку утихомирить мальчишку Какаши.
- Сенсей, Вы с ними за одно?! - Вдруг осенило Узумаки. - Вы специально забалтывали
Итачи, дожидаясь их прихода, чтобы сдать, да?!
Джоунин вздохнул, что делал все чаще в присутствии Главной Головной Боли Конохи.
- Я тут не причем.
- Повезло Вам с защитником, Учиха-сан, - с долей иронии проронил капитан и повторил. Не сопротивляйтесь и проследуйте с нами.
Итачи на комментарий усмехнулся и попросил Узумаки не мешать.
- Я никуда не денусь, Наруто-кун. Теперь уже никуда.
Стоило Учиха в сопровождении пятерых конвоиров покинуть дом, Наруто накинулся на
сенсея:
- Куда они его увели? Я скажу бабульке Тсунаде и…
- Она знает. Собственно, АНБУ пришли по ее приказу.
- Тогда почему? Она же в курсе, что Итачи не предатель!
Усадив гиперактивного ученика обратно за стол, Какаши постарался донести до него
элементарные вещи:
- Именно потому, что она это знает, Итачи-кун все еще жив. По нашим законам
предателей убивают без суда и следствия, Наруто.
- Но…
- Однако Итачи-кун долгое время состоял в Акацки. Мы не можем быть полностью
уверены в его лояльности к Конохе. Поэтому прежде, чем мы примем обратно Итачикуна, его проверит Ибики. Надеюсь, ты все понял, Наруто?
- Да, - тихо и непривычно глухо откликнулся Узумаки.
- Тебя еще что-то беспокоит? - Проницательно улыбнулся Хатаке.
Помолчав, подросток кивнул. Вертя в руках опустевший стакан, из которого пил Учиха,
он так же тихо, неуверенно спросил:
- Он же не уйдет как… как Саске?
- Ма, Наруто… - удивленно выдохнул мужчина. - Извини, конечно, за нескромный
вопрос, но кем тебе приходится Итачи-кун?
- Он… ну…
- Уж не видишь ли ты в нем замену Саске?
- Нет! Они совершенно разные! Саске – мой лучший друг, а Итачи… Итачи, он…
- Кто?
- Он мне нравится, - как-то беспомощно прошептал Наруто. Читая в голубых глазах
испуганную растерянность, Какаши не стал настаивать на более четком ответе. Судя по
всему, его ученик попросту боялся признать, что чувствовал к старшему брату Саске.
…
- Ни в коем случае, - отказал Недзи непререкаемым тоном.
- Да что тебе не нравится?! - Возмутился Киба.
- «Супер Великие Ниндзя Конохи» - надо еще объяснять, что именно мне не нравится?
- А что, классное название, - поддержал Инузуку Наруто. - Мы – супер? Супер. Мы –
Великие? Великие! И мы – ниндзя Конохи? А, нет, не все.
- Я согласна с Недзи, но что ты имел в виду, говоря «не все»? - Полюбопытствовала ТенТен.
- Гаара не из Конохи, - пожал плечами Узумаки.
- Тогда просто «Супер Великие Ниндзя Всех Времен и Народов»!
Хьюга уже набрал в легкие побольше воздуха, чтобы разразится подробной и
аргументированной тирадой, почему НЕЛЬЗЯ использовать такое название для их
группы, но Шикамару опередил его, бросив емкое:
- Тупо.
Наруто и Киба приуныли. Обоим название импонировало.
- А как насчет «Листья Конохи»? - Предложила Ино.
- Гаара не из Конохи, - повторил Узумаки.
Все вновь углубились в раздумья. Все, кроме Нара – он уже успел задремать.
Несмотря на напряжение из-за ожидания вердикта Ибики, пропустить очередную
тренировку с друзьями Наруто позволить себе не мог. Во время перерыва он поделился
новостью о возвращении Итачи в деревню, поспорив с Недзи о благонадежности старшего
брата Саске. Как-то само собой разговор плавно перешел на обсуждение Акацки и
способов противостояния им. Вот тогда-то Наруто и обмолвился, а не создать ли им
группу в противовес Красной Луне. Идею моментально поддержали все присутствующие
– Тен-Тен, Недзи, Ли, Ино, Шикамару, Киба и Хината. Да, они создадут собственную
организацию, чьей целью будет полное уничтожение Акацки и, по настоянию Узумаки,
поиски Саске.
В новоиспеченную организацию заочно уже были приняты Гаара, Итачи, Сакура, Чоудзи
и Шино – осталось только им об этом сообщить. И вот теперь, разобравшись с целями и
участниками, ребята ломали головы над названием.
- Мм, как насчет «АнтиАкацки»? - Хлопнула в ладоши Тен-Тен.
- Не стоит, - вздохнул Недзи.
- Да что ты все предложения забраковываешь?! - Возмутился Инузука. - Самому
придумать слабо?
Хьюга задумался:
- Название должно быть емким, звучным, отражающим цели организации или суть его
участников.
- И что? - Протянул Киба.
- Вот и думай в этих пределах, - независимо заключил Недзи, сам смутно представлявший
идеальное название.
- Ано-са, ано-са! - Вскричал Наруто. - Я придумал суперское название! Вы будете просто
в восторге!
- Ну, - хором поторопили его остальные.
Ухмыльнувшись, Узумаки встал в позу короля мира:
- Мы будем «АнтиАкацки»!
-…
-?
- !!!
- Эй, это же я предложила! - Опомнилась Тен-Тен.
- Разве? - Недовольно пробормотал Наруто, заложив руки за голову.
- Все равно ЭТО название нам не подходит, - повторил Недзи.
- «Юные Друзья-Спасатели»!!! - Полыхнул энергией Ли. Многие даже удивились, что он
до этого помалкивал.
- Нет! - Все больше раздражался Недзи.
- А может… - начал, было, Киба.
- НЕТ! Никаких «супер», «великих» и тому подобного!
Инузука фыркнул, но придуманного названия не озвучил, в котором явно присутствовало
одно из запрещенных Хьюгой слов.
Почесав затылок, Наруто сложил печати. Появившийся Ютсури, однозначно не
выспавшийся и в дурном настроении, обозрел компанию.
- Без рамена помогать не буду, - буркнул он, сложив руки на груди в ожидании любимой
пищи.
- Давай в долг, - привычно взялся торговаться его носитель.
Демон скептически хмыкнул.
- Блин, на тебя рамена не напасешься! - Взвыл Узумаки под тяжелым взглядом Лиса. Ладно! Даю слово, сегодня пожрешь свой рамен!
Ютсури удовлетворенно кивнул. Уж что-что, а слово мальчишка держать умел.
- «Хвосты», - выдал демон после недолгого раздумья.
Друзья недоуменно переглянулись.
- А почему именно «Хвосты»? - Озвучила общее недоумение Ино.
- «Солнце», - пожал плечами Лис.
- А солнце-то тут причем? - Вконец озадачилась компания.
- Ты случайно не называешь первое пришедшее на ум слово, а? - Заподозрил Недзи.
Ютсури вновь пожал плечами – именно это он и делал.
- Агр, да чего это так трудно-то!? - Схватился за голову Киба.
Наруто вдруг хихикнул:
- Интересно, а Акацки так же мучались, придумывая свое?
Ребята представили, как страшные и ужасные убийцы вот так же сидели кружком и
спорили, как им лучше назваться. Посмеялись.
- Эй, а ведь мы являемся фактически антиподами Акацки, - пришла идея в голову Недзи. Значит, и название должно быть противоположным.
- Анти…что? - Завис над сложным словом Узумаки.
- Балда! - Фыркнула Ино. - Мы собираемся противостоять Акацки, поэтому и название
наше должно противостоять их! Типа, черное и белое. Понял?
- «Оранжевое солнце»! - Воскликнул Наруто.
- НЕТ!
- Не настолько противоположным, - слабо пробормотал Киба.
- «Красная луна»… луна… Значит, мы должны быть солнцем, - рассуждал Хьюга.
- Оранжевым, - согласно закивал Наруто.
- Б-белым, - робко предложила Хината.
- Черным!
- Зеленым!
- Может, желтым?
- Мендоксе, - простонал Нара, помимо воли прислушиваясь к обсуждению. - Зачем менять
цвет? «Красное Солнце» чем вам не нравится?
- И мы, и они используем силу ради достижения поставленных целей, - согласился с
Шикамару Хьюга.
- «Красное Солнце» - «Акахи», - вслушалась в звучание Яманака. - Мне нравится!
- В «Акахи» много энергии! Я «за»! - Кивнул Ли.
- Нормально, - вынес вердикт Киба.
- Согласна, - подняла руку Тен-Тен.
- Мне тоже нравится, - скромно улыбнулась Хината.
- «Оранжевое» тоже неплохо, - пробурчал Наруто, но его уже никто не слушал.
17 глава
Сакура стояла перед зеркалом, висевшим в залитой солнцем палате, и с болезненным
интересом вглядывалась в свое отражение. Она не выглядела больной. Наоборот, с того
момента, как девушка очнулась, мелкие прыщики, царапины и синяки, от которых никак
не получалось раньше избавиться, исчезли с ее кожи; в и так натренированных мышцах
чувствовалась новая сила, и даже кровь, казалось, бежала по венам быстрее.
И все же Сакура ощущала себя несчастной, побитой жизнью жертвой обстоятельств. Нет,
она, конечно же, не жалела о своем выборе, не жалела, что помогла Наруто. Однако, все
же «Четвертый Демонический Хвост» – звучало, как приговор. Свобода, любовь, своя
жизнь – все это для нее теперь было потеряно? Как сказал Лис: Хвосты повинуются
инстинктам, замешанным на эмоциях и желаниях Узумаки. Она перестанет принадлежать
себе?
Как-то некстати Харуно вспомнила о влюбленности в нее Наруто. А что если он вдруг
захочет… Ведь все Хвосты – его любовники. Выходит, и она тоже должна будет…
- Нет-нет-нет!!! - Закричала куноичи, замотав головой от переизбытка чувств. Внезапно
расшалившееся воображение заставило зарумяниться щеки. Мысленно Сакура уже видела
себя наложницей Узумаки, прекрасным хрупким цветком посреди грубого мужского
гарема.
- Неужели ради счастья Наруто я должна буду принести в жертву и свою невинность? Вопросила она с надрывом у невидимых свидетелей. - Неужели я должна отдаться
другому и забыть о нашей с Саске-куном любви?
- Размечталась, - фыркнул Ютсури, незаметно оказавшись у девушки за спиной. Рефлекс
сработал раньше разума: резко развернувшись вокруг своей оси, Хрупкий и Прекрасный
Цветок направила кулак точно в челюсть незваному гостю. Демон уклонился.
- Что тебе нужно?! - Досадливо воскликнула Сакура. Немного, но все же она злилась на
Ютсури.
- Вижу, с тобой все в порядке, - усмехнулся тот, сложив руки на груди.
Харуно недоверчиво кивнула. Под пристальным взглядом алых глаз она отчего-то вновь
покраснела. В голове заметались предательские мысли:
«Он пришел только для того, чтобы проведать меня?»
«Он волновался?»
«Может быть, я ему нравлюсь?»
Несмотря на смущение, на сердце потеплело. Впервые за последние часы Сакура искренне
улыбнулась.
- Если тебя до сих пор не разорвало на куски, значит, уже не грозит, - размышлял тем
временем Кьюби. - Тебе повезло.
Смысл сказанного не сразу дошел до счастливой девушки.
- Хочешь сказать, - протянула она, застыв, - что я могла…
- Жива, и ладно, - оборвал ее демон, махнув рукой, и запрыгнул на оконную раму. Присоединяйся к остальным на тренировке.
«Иначе Наруто не вырвешь в Ичираку», - недовольно подумал Лис.
Вот ведь странно, когда приходилось платить именно Узумаки, вся его тяга к рамену както спадала на нет, что совершенно не устраивало голодного Кьюби.
…
Страна Ветра и Страна Демонов не имели общих границ, и расстоянием до Страны Огня
существенно разнились. Однако, несмотря на это, отряд Верховной Жрицы по воли случая
пересекся с отрядом Казекаге на подходе к Конохе.
Все бы ничего, да оба высокопоставленных лица крайне спешили к Наруто. Их
нервозность не могла не передаться сопровождающим, и если охранники Шион были
вынуждены слушать ее угрозы, раздраженные придирки и истерики, то шиноби Суны уже
третий день пути находились под жесточайшим прессом пугающе молчаливого Гаары.
Одного взгляда зеленых глаз хватало отважным мужчинам, чтобы начать трястись от
любого шороха, даже отдаленно напоминавшего пересып песка.
Немудрено, что при таких обстоятельствах произошло недоразумение, и обе группы
схлестнулись в небольшой схватке. К счастью, серьезно пострадать никто не успел:
Шикамару и Темари, ожидавшие прибытия Гаары, вовремя вмешались.
…
- Добро пожаловать в Коноху, - как можно торжественнее произнесла Хокаге, растянув
губы в приветливой улыбке. Челюсть едва не свело судорогой от натуги, но женщина
справилась. Хотя, стоило многоуважаемым Казекаге и Верховной Жрице раскрыть рты,
как все старания Тсунаде пошли насмарку.
- Где Наруто?
- Где Наруто?
Пятая даже умилилась такому единодушию где-то в глубине души. Где-то на очень
большой глубине.
- Вам его разделить или как? - Едко осведомилась она. Гости с подозрением покосились
друг на друга. Присутствовавшие в кабинете Темари и Шикамару отчаянно прятали
смешки за кашлем.
- Наверняка Ваше дело может и подождать, Казекаге-сама, - взяла слово Шион. - Мне
крайне срочно нужно переговорить с Наруто наедине. Это вопрос жизни и смерти.
- У меня тоже, - сухо бросил Гаара.
- Что у Вас «тоже»? - Не поняла девушка.
- Жизненно важный разговор.
- Вряд ли Вы представляете, что я могу…
- Представляю.
- Не перебивайте меня!
-…
- Чего молчишь?!
- Жду, когда закончишь.
- Ждать придется долго!
- Подожду.
- Ах, ты…!
- Я.
- Грр!!!
- ...
В маленькой пикировке наверняка выиграл бы более хладнокровный Гаара, но в самый
разгар спора Песчаник внезапно переменился в лице и плотоядно оскалился. Из горла
вырвалось приглушенное, визгливое рычание, заставившее оцепенеть всех
присутствующих.
- Шукаку, - одеревеневшими губами прошептала Темари. Этот знакомый с детства звук
она не перепутала бы ни с чьим другим.
- Что это? - Отшатнулась от Гаары жрица. Тсунаде дернула ее за руку и завела к себе за
спину, не сводя настороженного взгляда с носителя Однохвостого. В помещении словно
остановилось время, никто не решался сдвинуться с места.
- Опять… ты, - прошипел Гаара и снова сорвался на рычание. Из сосуда за спиной
фонтаном вырвался поток песка, уже в воздухе обретая человеческие очертания. На пол
ступил парень, отдаленно напоминавший своего носителя – те же светло-зеленые глаза, та
же структура лица и тела. Но кожа клона была теплого, золотистого оттенка, настолько
тонкая, что сквозь нее просвечивала паутина синих вен, особенно отчетливо
проступавшая на висках и скулах. Волосы отливали темно-каштановым, да и поведение,
как вскоре выяснилось, разительно отличалось от оригинала.
- Это еще что такое? - Пораженно выдохнула Пятая, моля богов об ошибочности
собственной догадки. Только еще одного демона ей в деревне не хватало!
Клон встряхнулся, словно вышедший из воды зверь, и с нескрываемым любопытством
огляделся. Зловеще провел языком по губам, и комната стала будто меньше.
- Тебе не следовало выходить, - холодно заметил Гаара.
Демон как в замедленной съемке обернулся на голос.
- Кья-аа!!! Малыш Шукаку! - Взвизгнул он, бросившись на шею к своему носителю.
Уткнувшись носом в висок, Шукаку провел языком длинную, мокрую дорожку по его
щеке. Казекаге мужественно вытерпел непривычное для остальных проявление
привязанности.
- Яой! - Пискнула Шион со смесью радости и удивления.
- Гаара! Это… это же не…
Казекаге перевел взгляд на сестру.
- Да, это Шукаку.
- Зови Шукаку мамочкой! - Потребовал Однохвостый.
- Разбежался, - буркнул едва слышно его носитель. Нет, правда, ну кто бы мог подумать,
что на него ТАК повлияет увеличение чакры Кьюби.
…
- … и еще я требую, чтобы ты не распускал руки, не называл меня своей подружкой, даже
думать не смел! Я тебя просто спасла, как друга и товарища, между нами ничего нет и не
будет, а даже если бы что-то и было, я все равно люблю Саске-куна и буду ему верна до
конца своих (или его) дней!
- Да, Сакура-тян. Спасибо, Сакура-тян. Конечно, Сакура-тян, - кивал Наруто, отрешенно
наблюдая за довольным Ютсури, приступившим к четвертой чашке рамена.
Все талоны на бесплатную порцию в Ичираку закончились. Обычно Наруто хватало их на
относительно сытую месячную жизнь, а то и на два, если удавалось раскрутить Ирукасенсея. Но с появлением такого прожорливого соседа, как Лис, об экономии можно было
и не вспоминать – демон съедал столько же, а то и больше своего носителя, при этом не
зарабатывая ни копейки! С этим надо было что-то делать и срочно, иначе Узумаки грозила
голодная смерть – никакой надежды на то, что Кьюби согласится умерить свой аппетит,
не было даже в мечтах.
Наруто вздохнул и запустил пальцы в волосы. Попытка отвлечься с треском провалилась
– все мысленные подсчеты затрат на содержание личного демона вновь оттеснило
беспокойство за Итачи. Прошло уже больше восьми часов, а его до сих пор не выпустили,
и даже не сообщили ничего. Ожидание и неизвестность убивали.
Какаши-сенсей как сквозь землю провалился. Не имея никаких доказательств, Узумаки
все же подозревал, что это связано с появлением в продаже очередного «бестселлера»
Эро-Саннина.
Наруто был настолько понурый и потерянный, что это в скором времени заметила и
Сакура.
- Наруто, ты меня слушаешь?- сбавив тон, спросила она у него.
- Да, Сакура-тян, - по-прежнему отрешенно отозвался Узумаки.
- Точно? - Протянула куноичи.
- Конечно, Сакура-тян.
- Как думаешь, сегодня дождь будет? - Попробовала девушка сменить тему разговора.
- Да, Сакура-тян.
Харуно скептически обозрела ясное, без единого облачка небо.
- Наруто, ты дурак?
- Да, Сакура-тян.
- Или, может, ты меня дурой считаешь? - Закипая, осведомилась она.
- Да, Сакура-тян.
- Ты издеваешься надо мной?!
- Конечно, Сакура-тян.
- Ах, ты..!
Удар куноичи отбросил затерявшегося в переживаниях Наруто на землю. Ютсури
проводил любимое тело полным лени взглядом и вернулся к не менее любимому блюдо. В
конце концов, Наруто был далеко, а рамен – близко.
- Да что с тобой такое?! - Разъяренно сверкая глазами, вскочила Сакура.
Немногочисленные прохожие поспешили разбрестись как можно подальше от пышущей
жаждой убийства ученицы Хокаге.
- Сакура-тян, ты чего? - Обиженно воскликнул Узумаки, потирая щеку, на которую
пришелся кулачок девушки.
- Это ты чего?! - Рявкнула Харуно, за ухо вздернув парня на ноги. - Здесь я жертва
обстоятельств и твоего демона! Нечего делать такое лицо, будто тебе тяжелее всех!
- Хорошо-хорошо, Сакура-тян, я понял, только ухо отпусти! Уууу!
- КЬЯ-ААА!!! - Внезапный восторженный вопль на другом конце улицы заглушил
поскуливания Узумаки. От неожиданности Сакура разжала пальцы, и освобожденный
Наруто принялся потирать пострадавшее ухо.
- А это случайно не Шикамару и… - договаривать Харуно не пришлось – Нара и Темари,
почему-то заваленные пакетами и свертками, едва ли не выбежали к ним навстречу.
- Я же говорил, он может быть только в Ичираку, - отдышавшись, проговорил Шикамару,
сбрасывая вещи на землю.
- КЬЯ-ААА!!! И ЭТО ТОЖЕ ХОЧУ!!! - Раздалось где-то в шагах двадцати за его спиной.
Нара вздрогнул и ссутулил плечи, словно боролся с желанием слинять куда подальше.
- Привет, ребята, - озадаченно поприветствовала друзей Сакура. - Решили пройтись по
лавкам? А что это был за визг только что?
Сестра Казекаге почему-то смутилась и, по примеру Шикамару отложив пакеты, сошла с
дороги, прислонившись к внутренней стороне стены Ичираку, всего лишь в метре от
Ютсури. С легкой руки (читай непомерно длинного языка) Наруто о Кьюби узнала и
посол Суны. Поцокала языком и хмыкнула – Девятихвостый Лис особого впечатления на
нее не произвел. Возможно потому, что первая их встреча состоялась, когда Узумаки в
очередной раз проспорил демону и в наказание делал ему массаж.
- Мендоксе, - пробормотал Шикамару. - Почему именно я должен быть сопровождающим
этого дурдома?
- О, может мне сообщить об этом Гааре? - Насмешливо фыркнула Темари, уязвленная
таким сравнением. Хотя, конечно, она была с ним согласна.
- Лучше скажи это его «мамочке», - даже не посмотрев на девушку, бросил Нара. Сестра
Казекаге передернула плечами:
- С ЭТИМ я уже наобщалась, спасибо.
Сакура и Наруто обменялись ничего непонимающими взглядами.
- Так что все-таки у вас проис… ходит…
И тогда они увидели ЭТО. Нет, сначала они, конечно, увидели Гаару. Наруто даже успел
обрадоваться, замахать руками, чтобы Песчаник его точно не пропустил, и прокричать
нечто-то приветственное, но крайне неразборчивое. Гаара, который пропускать Наруто
вовсе не собирался да и вообще шел именно к нему, улыбнулся, в очередной раз приятно
удивленный теплой встречей. А вот потом уже из-за его спины показалось ЭТО.
ЭТО представляло собой весьма похожее на Гаару парня. Внешне. Не считая детской
вязаной не по погоде шапочки с кошачьими ушками, крупной сережки в правом ухе, по
форме напоминавшей сосновую шишку, и упаковки засахаренных долек фруктов. И от
того, что он был лицом так похож на невозмутимого Казекаге, его поведение и рожи, что
он корчил, приводили в легкий шок. Когда же он повис на шее у Гаары, провизжав на всю
округу, что «мамочка устал и хочет баиньки», наступил шок тяжелый. Но это, разумеется,
касалось лишь нормальных людей.
Узумаки с не менее оглушительным воплем подскочил к странной паре.
- Ааа, Гаара, он похож на тебя, только придурошный! - Тыкая пальцем в незнакомца,
открыл он всем очевидную истину.
- Ничего Шукаку не похож! - Возмутился Шукаку, отлипнув от своего носителя. - У
Шукаку волосы темнее!
- Зато лицо такое же! - Разозлился Узумаки, что с ним спорят. Но тут до него дошло. Шукаку?
- Это Шукаку Шукаку! - Взвизгнул демон. - Не смей называться именем Шукаку!
- Шукаку? - Перевел Наруто озадаченный взгляд с клона на оригинал.
Гаара кивнул.
- Что, правда, что ли? - Вдруг ослабевшим голосом переспросил парень.
Гаара снова кивнул.
- Это из-за меня, да? - Совсем поник Наруто.
И тут Ютсури доел рамен. С отчетливым, громким звуком он отодвинул чашку, на дне
которой еще плескался бульон, и вышел из-за стола. Нарочительно медленно подошел к
троице, остановился рядом со своим носителем, прямо перед замершим в настороженной
позе Шукаку. Оглядел его с ног до головы, заострив внимание на коричневой вязаной
шапочке, сережке-шишке и пакетике фруктовых долек.
- А ты изменился, Шукаку, - заметил он нейтральным тоном.
Однохвостый склонил голову набок. Не разрывая зрительного контакта с Ютсури, он
довольно громко спросил, обращаясь к Гааре:
- Это кто?
У Лиса дернулась скула.
- Забыл того, кто одолел тебя? - Хмыкнул он, сложив руки на груди.
Шукаку пригляделся к Кьюби под другим углом. Сощурил глаза. Почесал щеку. Съел
апельсиновую дольку.
- Некомата? - Осторожно предположил он после минутного молчания.
- Нет,- помрачнел Лис.
- Тогда… Исонаде? - Сделал новую попытку Шукаку.
- Нет, - сдавленно опроверг Кьюби.
- Соку?
- Нет, - в голосе Ютсури стало прорезаться рычание.
- Мм… - съел Шукаку абрикосовую дольку и пробормотал едва слышно. - Кто там еще по
списку… А! Ты собака!
- …Кто?! - Ошалели Лис на пару с Наруто.
- Собака… как ее там… - напряг память Однохвостый.
- Хоуку, Пятихвостый, - подсказал с независимым видом Гаара.
- Да-да, Шукаку имел в виду именно Хоуку! - Радости демона не было предела. В
очередной раз потеревшись щекой о плечо своего носителя, он довольно заворковал.
Шикамару не сдержал сдавленного смешка. Темари со стыда готова была провалиться
сквозь землю. Повезло же им со свихнувшимся Биджуу! Полыхнув на джоунина взглядом,
она с почти жалобным лицом обернулась к хозяину Ичираку и заказала себе порцию.
Дальше травмировать свою психику выкрутасами песчаного демона она не собиралась.
Кто здесь вообще Казекаге? Правильно, вот пусть он и разбирается с этим… енотом.
- Думаешь, это смешно, Шукаку? - Вкрадчиво осведомился Ютсури.
- Шукаку развлекается, как может, - осклабился Однохвостый, закинув в рот еще одну
засахаренную дольку. - И Шукаку не любит подлую Лису!
- «Подлую лису»? - С вопросительной интонацией повторил Наруто, смерив «рыжую
морду» подозрительным взглядом.
- Узнал, значит, - оскалился Ютсури. - Чувство юмора прорезалось, раз решил поиграть в
дырявую память? Что за убогий маскарад на тебе?
Шукаку скосил глаза на свою шапочку, прожевал очередную дольку.
- КЬЯ-ААА!!! - Внезапно завизжал он снова. - Шукаку красивый!!!
- Ему с тобой мозги отшибло, что ли? - Хмуро спросил Кьюби у Гаары. Тот от ответа
воздержался – он сам немного рехнулся с таким соседом.
- Теперь понял, как тебе со мной повезло? - Тем временем Лис повернулся к Узумаки.
- «Повезло»? - С сомнением протянул Наруто, прокручивая в памяти все издевательские
комментарии Лиса, проигранные споры из-за его постоянного мухлежа, потраченные
деньги на рамен, пьянки и звериный секс, после которых Наруто, всего уставшего и
замученного, как правило, отправляли на миссию. И это еще не говоря о загубленном
детстве!
- Даа, мне очень «повезло», - не без иронии согласился парень. Ютсури иронию пропустил
мимо ушей.
- Значит, это побочный эффект от увеличения чакры? - На всякий случай уточнил Наруто
у Гаары. Тот кивнул. А Шукаку еще и добавил:
- Хоть на что-то сгодилась Подлая Лиса для Шукаку!
…
Допрос Учиха Итачи проходил в условиях абсолютной секретности. К работе Ибики
привлек лишь самых надежных людей, среди которых были Митараши Анко и Яманака
Иноичи. Сканирование разума Итачи, проведенное отцом Ино, не дало никаких
результатов. Сам Учиха честно признался, что не желает делиться своими
воспоминаниями, так что пришлось довольствоваться отдельными сведениями об Акацки.
- Это все, что нам удалось извлечь из него, - Ибики передал Тсунаде тоненькую, в три
листа, папку.
- Даже если я попытаюсь проникнуть глубже против его воли, не ручаюсь за результат, расписался в бессилии Яманака.
- Ясно, - просмотрев записи ведения допроса, Пятая перевела задумчивый взгляд на
Итачи, прикованного к креслу в центре подземной камеры, в которой они все находились
в данный момент. - Ибики, каково твое мнение?
- Многое недоговаривает, на наводящие вопросы и провокации не ведется, - мужчина не
сдержал горделивой усмешки. - Парень прекрасно натренирован, я помню это еще из
наших совместных миссий.
- Ему можно доверять? - Единственное, что интересовало Тсунаде.
- Я и раньше сомневался в его предательстве, - признался Морино. - Не такой он парень.
Но я не знаю, что творится в его голове, поэтому предлагаю наблюдение для страховки.
- Хокаге-сама, могу я кое-что добавить… неофициально? - Обратился к женщине Иноичи.
Он явно сомневался, стоит ли озвучивать следующие слова.
- Говори.
- Не сумев извлечь воспоминаний, я, однако, уловил несколько образов, тесно связанных
одной общей мыслью или идеей.
- Что за образы?
- Учиха Саске, Узумаки Наруто и Коноха, - под недоуменный взгляд Годайме Яманака
постарался описать увиденное. - Повзрослевший Саске и, отдельно, образы деревни и
Узумаки, сливавшиеся друг с другом. Не просите меня толковать. Здесь все очень
индивидуально.
- Но хоть что-то ты можешь сказать по этому поводу?
- Разве что… это для него очень важно. Важно настолько, что он не смог выбросить все
мысли об этом при сканировании.
18 глава
- Может, передумаешь? - На всякий случай спросил Недзи, изучая Бьякуганом подземные
камеры допросной АНБУ.
- Да, Наруто, неужели ты не доверяешь Тсунаде-сама? - Поддержала сомнения Хьюга
Сакура.
- Нет. Они его уже три дня там держат, - сжав кулаки, прошептал Узумаки, словно боялся
сорваться на крик и выдать охране свое местонахождение. - Я должен вытащить Итачи.
Недзи моргнул, переключившись на нормальное зрение, и обменялся с Гаарой и Сакурой
долгим, обеспокоенным взглядом.
В ночь заключения Итачи, пока Узумаки спал, Шион, которой так и не дали с ним
встретиться, после долгих уговоров Пятой, поведала ей и всем присутствовавшим в лице
Недзи, Гаары, Темари, Шикамару и Сакуры свое видение. Жрица увидела, как Наруто в
месте, похожем на пещеру, упал на колени перед человеком в черном плаще с красными
облаками. Под взглядом красных глаз с тремя запятыми Наруто неловкими, слабевшими
пальцами пытался вытащить кунай из собственного горла. У Акацки были черные волосы,
но лицо скрывали тени, так что опознать его девушка не могла.
- Я не позволю, чтобы с Наруто это произошло, - твердо заявила Шион после рассказа. Поэтому я должна его предупредить и…
- Нет, - перебил ее Гаара, за что заработал испепеляющий взгляд. Ну, не нравилось жрице,
когда ее перебивали. Тем более, если это входило у человека в привычку.
- Нельзя ничего рассказывать Наруто, - согласился с Казекаге Недзи.
- Но почему!? – Недоуменно вскричала Шион.
- Человек из твоего видения… мы знаем его, - не вдаваясь в подробности, пояснил Хьюга.
- И Наруто ему доверяет. Он не поверит, если сказать, что этот человек заберет его жизнь.
- Скорее наоборот, будет пытаться доказать обратное, - вздохнул Шикамару.
- Вы знаете, кто это!? - Не поверила своим ушам жрица. - И не собираетесь предупреждать
Наруто об опасности? Да вы… вы…!
- Чтобы защитить Наруто, необязательно ему об этом говорить, - уловила ход мыслей
парней Сакура. - Мы будем рядом.
- Мендоксе, - пробормотал Нара. Видение жрицы путало их всех. С одной стороны, из
Учиха остались лишь Итачи и Саске. Итачи состоял в Акацки, и Наруто был его жертвой.
Однако с другой стороны, Итачи стал Хвостом Наруто и знает, что в случае смерти
Узумаки, умрет сам.
Что-то не сходилось. А значит, тут было два вывода: либо Итачи найдет способ избежать
отдачи от смерти Наруто, либо… либо в видении вовсе не Итачи.
- Ну, что там, Недзи? - Нетерпеливо ерзая на крыше, где они все четверо укрылись,
спросил Наруто.
- Да, я нашел его, - без особого энтузиазма подтвердил Хьюга. - Вторая подземная камера.
Но через АНБУ нам не пройти. Если, конечно, не хочешь стать предателем.
Наруто прищурился. У входа в ничем непримечательное здание в два этажа действительно
стоял человек в маске. Только один охранник и уйма ловушек.
- Я поговорю с ним, - вдруг решил Наруто и спрыгнул вниз, не дав друзьям себя
остановить.
- Стой! - Вслед ему донесся встревоженный шепот Недзи.
- Идио-от, - простонала Сакура, прикрыв ладонью глаза.
Только Гаара никак не отреагировал на его выходку. Ему было интересно, что задумал
Наруто. Да и, если что, избавиться от АНБУ все равно не составило бы особого труда.
Но каково же было их удивление, когда через пару минут страстных жестикуляций и
монолога Узумаки, охранник коротко кивнул. Довольный собой Наруто помахал друзьям,
призывая присоединиться.
У Недзи было плохое предчувствие. Оно возникло не спонтанно и имело под собой
основания. Точнее одно основание – крупное такое, по имени Сай.
- Это Сай, - представил Наруто человека в маске лиса. - Он согласился нам помочь.
Недзи смерил своего напарника подозрительным взглядом. Черт-с-два тот бы нарушил
приказ. Для отряда «Корень» не существовало ничего важнее исполнения долга.
- Почему ты согласился? – Напрямик спросил Гаара сквозь тряпичную маску. Не одного
Недзи напрягло поведение охранника.
Из-за известности Гаары как Казекаге, ему пришлось прибегнуть к маскировке. Широкая
бандана скрывала волосы и татуировку, маска «а-ля Какаши-сенсей» (как назвал ее
Наруто) прятала лицо, и одежда обычного шиноби Конохи надежно отводила подозрения
от Суны.
- Я наслышан об ослином упрямстве Узумаки Наруто, - безлико вежливым тоном пояснил
Сай. - Если я вас не пропущу, вы прорветесь сквозь меня и нарветесь на ловушки. И если
пострадает Казекаге, это отразится на мирном соглашении между нашими деревнями.
- Ано-са, ано-са! Как ты догадался, что это Гаара? - Не на шутку удивился Наруто,
пропустив мимо ушей «ослиное упрямство». - Мы же его замаскировали.
- Среди твоих любовников только двое с зелеными глазами, - преспокойно ответил Сай и
кивнул в сторону Сакуры. - Харуно Сакура стоит передо мной.
- ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! - Моментально взревела девушка, набросившись почему-то на
Узумаки. - Я тебе одолжение сделала, а ты посмел про меня слухи распускать?!
- Н-нет… С-Саку…ра …тян! Эт-то не я!
- Мало тебе парней, так ты и на меня нацелился, бессовестный гипер-извращенец!
Пока куноичи безжалостно трепала Наруто за шкирку, Гаара и Недзи сверлили взглядами
языкастого АНБУ.
- Ревность? - Предположил тот.
- Нет, - устало выдохнул Хьюга, невольно входя в роль Ходзиро, напарника Сая. - Между
ними ничего нет.
- О, - искусственно удивился Сай, - значит, Наруто-кун стопроцентный гей?
Недзи буравил взглядом стену. Побиться об нее с каждой секундой хотелось все больше.
- Так ты пропустишь нас? - Сменил тему Гаара.
Кивнув, Сай обратился к Узумаки:
- Наруто-кун, если ты пообещаешь не пытаться освободить заключенного, я проведу вас к
нему ненадолго.
- Хорофё, - прошамкал избитый Наруто, держась за щеку, по которой сгоряча заехала
Сакура. - Фпафибо, Фай.
…
- Так ты у нас теперь охотишься на Акацки, а, Орочимару? - Громогласный смех, и
тяжелое приземление, сотрясшее землю.
- Опять лезешь, куда не просят, Дзирайя? - Хриплый, ровный голос, и взмах хвоста,
превративший часть леса в равнину.
- На что еще нужны друзья? - Прыжок, и лезвие кинжала рассекло воздух.
- Из-за тебя я упустил возможность прикончить Сасори, - рывок, и ядовитые клыки
остановлены ножнами.
- Из-за меня ты все еще жив!
«Во всем виноват этот Наруто», - лениво размышлял Кабуто, наблюдая со стороны за
боем гигантских змея и жабы. Утверждение не имело под собой никаких оснований, но
медик нутром чувствовал: все проблемы у них от Узумаки.
- Где твои мозги, Дзирайя? Если следишь, так следи и не высовывайся.
- Это где твои мозги? Думаешь, в своем нынешнем состоянии ты справился бы с двумя?
- Не преувеличивай. Сасори всегда действует один.
- Сасори пришел не один, а с напарником! Дейдара ждал его за утесом!
- Да неужели?
- Поэтому, придурок, я и вмешался!
- Да какое твое дело?
- Хоть ты и скотина, и предатель, я все еще считаю тебя другом, змеиная твоя задница!
- … Дзирайя, ты сейчас понял, что сказал?
- Да, черт возьми, ты все еще мой друг.
- Я не про то, кретин. За «змеиную задницу» ответишь, жабья морда.
- И это все, на что способна твоя гениальная фантазия? Ха! Да у меня Наруто так своего
любовничка зовет – «лисьей мордой»! Или это намек, что ты соскучился? А, Орочимару?
«Ну, точно, Наруто виноват», - вздохнул Кабуто, отмечая, как битва плавно скатилась на
какое-то внутрисемейное выяснение отношений.
Похоже, к тому же выводу пришли и вызванные звери. Матюгнувшись, они исчезли,
оставив Великих Саннинов наедине.
- Ну, и хрен с тобой, - ни капли не огорчился Дзирайя, приземлившись в глубокий след от
жабьей лапы.
- Все равно аренда закончилась, - пробормотал Орочимару, прикидывая в уме, сколько тел
запросит змей в следующий раз.
- Эй, Орочимару, так на чем мы остановились? - Сложив ладони рупором, прокричал
Дзирайя.
В сорока метрах от него раздраженно дернул уголком рта Змеиный Саннин и, считая ниже
своего достоинства перекрикиваться с бывшим другом – бывшим! – преспокойно
направился к тому навстречу.
Дзирайя, сообразив, что с таким слабым (ну, просто прокуренным!) голосом от вечного
соперника немного услышишь, тоже двинулся с места.
«Вот и сошлась глупость с гениальностью», - мысленно прокомментировал Якуши не без
издевки. Он час уже торчал на солнцепеке! А благодаря кое-кому поблизости не осталось
ни единого деревца, в тени которого можно было бы укрыться.
- Сам уйдешь, или мне избавить мир от бездарного писателя, не научившегося даже
правильно предложения строить? - Насмешливо прохрипел Орочимару.
- Ты пять минут ко мне шел, чтобы попросить уйти? - Осклабился Дзирайя и резко застыл.
Пошевелил губами, беззвучно что-то воспроизводя, и расплылся в ухмылке, что
совершенно не понравилось его собеседнику. Впрочем, Орочимару и сам знал, где
опростоволосился.
- Нэ, Орочимару, а ты, оказывается, мои книжки читаешь, да? - И сказано это было таким
ублюдочно-довольным тоном, что у Орочимару разом заныли все зубы. – Ну? И какая
твоя любимая?
- Эмм, Орочимару-сама, - не выдержал Кабуто и соскочил с насиженного места, - дико
извиняюсь, но нам пора.
В контексте: «пора принимать Ваше лекарство, иначе у Вас еще какие-нибудь внутренние
органы сгниют. И тогда не говорите, что я Вас не предупреждал!»
Смерив личного медика недовольным взглядом и мысленно возблагодарив богов за его
вмешательство, Орочимару резко повернулся к Дзирайе спиной:
- В этот раз я отпущу тебя, так что катись и не попадайся больше на моем пути.
С Кабуто они ушли недалеко. Буквально шагов через двадцать Орочимару достиг окрик
бывшего друга:
- А, знаешь, Орочимару, я решил: почему бы мне не вернуть тебя в Коноху?
И Кабуто споткнулся.
Сфера влияния Наруто на умы людей ужасала.
…
- …Апчхи! - В очередной раз чихнул Узумаки, даже не догадываясь, кто о нем столь
усердно вспоминал.
- Здесь не так уж и пыльно, - прокомментировал Сай, демонстративно обведя взглядом
темный коридор.
- Знаю, ттебайо, - буркнул Наруто, косясь на провожатого.
- Что-то не так, Наруто-кун?
Они шли по узкому проходу, по двое, плечом к плечу. Впереди Наруто с Саем,
посередине Сакура и позади Недзи с Гаарой. Лестничные пролеты отсутствовали, и для
того, чтобы спуск под землю не казался слишком крутым, путь был растянут в десятки
раз. Недзи, а с недавних пор и Гааре, эта подземная паутина неприятно напоминала
убежище Орочимару.
- Может, снимешь маску, и нормально познакомимся? - Почесав затылок, предложил
Узумаки. Его напрягала помощь от человека, чьего лица он не знал.
- АНБУ запрещено раскрывать свою личность, - негромко заметил Хьюга.
- Так я же не личность прошу открыть, а лицо, - возразил Наруто и чуть не врезался в
резко остановившегося Сая.
- Ты чего?
- Это сделает нас ближе, Наруто-кун?
- Ну… - растерялся Наруто. - Просто ты нам помогаешь, рискуя собственной шкурой, и я
подумал… ну…
Сай терпеливо ожидал продолжения. Наруто колебался, лихорадочно подыскивая слова.
- Короче, будем друзьями! - Решился он, в конце концов, и протянул руку для
рукопожатия. АНБУ озадаченно уставился на чужую ладонь.
- Другом? - Переспросил он. - Не любовником?
- …А? Ааа?! Совсем сдурел?! - Вспыхнул Узумаки, отпрыгнув от парня в сторону. - С…с
какой мне предлагать такое?!
- Ты близок со всеми, с кем спишь, - обвел тот взглядом парней позади.
- Да ты… да мы… ты совсем… того!? - Задыхаясь от возмущения, Наруто беспорядочно
замахал руками, силясь не стукнуть беспардонного придурка.
Вот так вот, совершенно случайно, он и снес маску с лица Сая.
Оказавшийся под ней темноволосый парень обладал болезненной бледностью, словно
никогда не подставлял лицо под солнечные лучи. Черные глаза без проблеска
возмущения, растерянности или хотя бы чего-то, отдаленно напоминавшего эмоции,
тонкие бескровные губы, и гладкая кожа без единой мимической морщинки.
Глядя на это лицо, Наруто пришлось дважды напомнить себе, что маска лежит на полу.
Что это лицо Сая. Просто без эмоций.
- Это было неосторожно, Наруто-кун, - Сай нагнулся, поднял маску и водрузил ее обратно
на лицо. Узумаки выдохнул, даже не заметив, как задержал дыхание.
- Мы, кстати, пришли, - как ни в чем не бывало, заметил провожатый, кивая на
единственную дверь в конце коридора. Узумаки проследил за направлением, незаметно
для себя изменившись в лице. Резко посерьезневший, он всем корпусом поддался вперед.
Сердце ощутимо ударилось в ребра.
…
Бессонница – одна из лучших пыток, придуманных людьми. Не позволяя человеку спать
хотя бы одни сутки, можно заставить его подписаться даже под собственным смертным
приговором. Утомленный разум просто утрачивал способность к сопротивлению. Итачи
это знал. Итачи не спал вот уже вторые сутки.
Конечно, Коноха проводила подобную практику, но в случае Учиха нужны были не
признания во всех смертных грехах, а ослабление защиты разума, чтобы Яманака мог
взломать воспоминания Итачи и определить-таки лояльность последнего. Итачи и это
знал, поэтому погрузил сам себя в иллюзию. Разумно распределив возможности
организма, он удерживал себя в легкой дреме, не просыпаясь, но и не погружаясь в сон.
Иллюзия, где время идет намного быстрее.
Пока ему это позволяли. Тактика Ибики исключала силовые методы, но Итачи не
обольщался, зная, что скоро Морино перейдет к следующему этапу допроса. И если бы не
яростная чакра демона, смешавшаяся с его собственной огненной, то Итачи вполне мог
это выдержать, сохраняя рассудок холодным и ясным.
«Пять часов, не больше», - определил он для себя час срыва. Еще пять часов и ему станет
глубоко наплевать на собственные планы. Еще пять часов и иллюзия рассыплется. Еще
пять часов и он освободится, разрушая все вокруг в поисках успокоения. В поисках
Узумаки Наруто.
Кто бы мог подумать, что, помимо абсолютной чакры, Джинчуурики Девятихвостого
окажется настолько опасным? Сила, обращающая врагов в часть самой себя. Узнай о ней
Мадара или главы деревень, и за Наруто откроется настоящая охота, которая ему и не
снилась. Как раз то, что нужно было Итачи.
- Итачи! - Учиха удивился. Он не почувствовал приближение, не услышал шагов. Плохо.
Значит, он уже на грани.
Теплые ладони обхватили лицо.
- Итачи, ты меня слышишь?
Какие же все-таки теплые ладони. Абстрагировавшись от ощущений, Итачи и забыл, как в
подземной камере на самом деле холодно.
- Итачи, блин, открой глаза! - Ладони переместились на плечи, стиснули, тряхнули.
- Тебе здесь не место, Наруто-кун, - ровно произнес Учиха, постепенно покидая
иллюзорную тьму – очень осторожно, чтобы не сорваться. Наконец, он открыл глаза.
Взволнованное лицо Наруто нависало над ним, теплое, лихорадочное дыхание согревало
кончик носа.
- Ты… теме… черт! Ты в порядке? - Борясь со злостью и облегчением, Наруто обессилено
прислонился головой ко лбу Итачи. Чуть заскрежетал металл соприкоснувшихся
протекторов.
- Не стоило беспокоиться, - Учиха жестко давил в себе желание поцеловать губы,
находившиеся столь провокационно близко. Не время.
- Почему тебя до сих пор не выпустили? - Словно почувствовав желание Итачи, Наруто
резко отстранился, выпрямившись. Оглянулся на подошедших Недзи и Гаару. Сакура
осталась стоять в стороне, с явной неприязнью и настороженностью наблюдая за
заключенным. Итачи был прикован к металлическому стулу с широкими подлокотниками.
Стальные скобы обхватывали запястья и щиколотки, шею и торс, надежно зафиксировав
пленника в одном положении. И все же Харуно ждала любой подлости от убийцы семьи
Саске.
- Потому что кое-кто слишком упрям, бестолочь, - проворчала Тсунаде, входя в камеру
вслед за нарушителями. Посмотрела на Сая и покачала головой. - Вот уж от кого я не
ожидала!
АНБУ развел руками и выдал фразу, заставившую надолго онеметь Хокаге:
- Наруто-кун соблазнил меня.
…
Тишина. Ни дуновения ветра, ни шороха, ни слова. В этих темных лабиринтах люди
невольно начинали вести себя тише, словно так они могли избежать чего-то страшного.
Даже свои… нет, особенно свои боялись стать замеченными. Потому что они знали, чего
ожидать. Чужаки еще на что-то надеялись.
И совсем другое дело за пределами убежища. Там подчиненные Орочимару могли
оттянуться вволю. Например, заняться сексом.
Саске скривил губы, когда услышал женские крики в десяти минутах от их временной
базы. Чертовы идиоты опять кого-то насиловали. Саске был зол, и гнев требовал выхода.
Но, стоило ему добраться до места действия, как внутри что-то оборвалось.
В принципе в той сцене не было ничего особенного: один ублюдок из деревни Звука
насиловал девушку и еще двое других ждали своей очереди. Девушка уже охрипла и
только судорожно всхлипывала при каждом глубоком проникновении. Ничего нового. Вот
только по дурацкому стечению обстоятельств у нее были короткие светлые волосы и
голубые глаза, а насиловавший ее шиноби – высокий брюнет.
Саске не желал вспоминать ту иллюзию, в которую окунул его Итачи. Нет, не окунул –
ткнул носом. Мол, смотри, братик, пока ты тщетно пытаешься превзойти меня, я трахаю
твоего лучшего друга.
«Саске, ты порвал все связи с Наруто?»
«Забудь о нем».
Саске задавался вопросом, чего брат добивался. Его поступки и слова казались полным
абсурдом, а собственная ярость не давала рассуждать здраво. По пути до убежища Саске
удалось прояснить мысли, но вывод, к которому он пришел, всколыхнул новую волну
ненависти.
Итачи, эта гребаная сволочь, просто издевался над ним!
Сначала лишил семьи и отнял веру. Затем предложил силу и натравил на собственного
друга. А когда он, Саске, сделал свой выбор и ушел к Орочимару, Итачи добрался до
Наруто! Конечно, обдурить такого идиота как Узумаки для Итачи не составило труда.
Если уж родной брат ничего не замечал до самого конца, то что уж говорить об этом
доверчивом добе?
Итачи ушел из Акацки? Как же! Ему нужен Кьюби.
Он мог похитить его еще из предыдущего убежища, но вместо этого принес в Коноху.
Зачем? Чтобы втереться в доверие.
Для чего? Либо он ищет что-то помимо Девятихвостого, либо забрать Биджуу из тела
Наруто не так просто как с остальными.
А теперь главный вопрос: почему Итачи с Наруто? Почему он, черт его дери, трахает
Наруто!? И зачем, зачем давать знать об этом ему, Саске? Чтобы разозлить, вывести из
себя? Нет, чтобы показать, что все, что когда-либо было и будет у Саске, Итачи с
легкостью заберет. Как мать, как отца, как надежду на нормальную жизнь.
Орочимару упоминал, что при извлечении Хвостатого носитель неминуемо умрет.
«Так эта твоя цель, Итачи? Добавить мне ненависти, забрав последнее, что в ней есть?»
Кунай вошел в череп насильника по рукоять. По инерции голову, а за ней и все тело,
бросило вперед, прямо на заверещавшую девушку. Крови брызнуло едва-едва.
- Черт! Это же Саске!
Саске брезгливо поморщился, спрыгнув между двумя оставшимися подельниками. Одно
молниеносное движение – и оба повалились на землю, тщетно пытаясь удержать
хлынувшую из перерезанных горл кровь.
Потерявшую сознание девушку Саске отнес в ближайшую деревеньку. Оставил у
местного врача, хорошо заплатив как за лечение, так и за молчание.
«Возвращайся к Орочимару, Саске, и постарайся стать сильнее к нашей следующей
встрече».
Вернувшись в убежище, Саске собрал всех находившихся там шиноби в одном зале.
Оказалось чуть больше полсотни человек. Хотя можно ли назвать удачных подопытных
людьми?
- В чем дело, Саске?
«Стать сильнее, говоришь? – Учиха обнажил меч. - Недолго тебе осталось ждать, Итачи».
19 глава
- Я приняла решение, - привычно переплетя пальцы над столом, Тсунаде обвела взглядом
всех присутствовавших в кабинете. Она не спешила продолжать, словно все еще
сомневалась в сделанном выборе. Сакура нервно переступила с ноги на ногу, Шизуне
сглотнула, Какаши смотрел в сторону, будто его это и не касалось, Итачи ждал вердикта,
прикрыв глаза. Только Недзи, Гаара и Шикамару не проявляли особой взволнованности.
Томительное молчание с каждой секундой накаляло воздух, пока Наруто, в конце концов,
не выдержал:
- Бабуля, да скажи ты уже, наконец, что Итачи с нами!
Сакура вздрогнула, Шизуне застыла, Какаши перевел взгляд на Узумаки, а Итачи открыл
совершенно спокойные глаза.
- А с чего ты взял, что я принимаю его обратно? – Сварливо осведомилась Хокаге.
Ухмыльнувшись, Наруто беспечно заложил руки за голову:
- Потому что ты отличная Хокаге, бабуля.
И напряжение схлынуло. Пятая улыбнулась, ощущая, как ее переполняет чувство, сродни
материнской гордости.
- Маленький паршивец! – Хохотнула она и перевела взгляд на Итачи. Улыбка на ее лице
дрогнула и растаяла, оставив место мрачной решимости. - Это правда, Учиха Итачи, я
снимаю с тебя все обвинения. Ты больше не нукенин, но пока об этом будут знать лишь
присутствующие здесь. Уверена, ты понимаешь, почему.
- Вы хотите уничтожить Акацки моими руками, - как само собой разумеющееся произнес
Итачи.
- Да.
- Я согласен.
- Что за чушь вы только что тут озвучили? – Вышел вперед Наруто, раздраженно мотнув
головой. - Итачи теперь часть команды. Мы вместе надерем задницы Акацки. Правда,
ребята?
- … - промолчал Гаара.
- … - согласился с ним Недзи.
- Идиот, - прошипела Сакура.
- Это какой такой команды? – Сощурилась Пятая.
- «Акахи»! – Гордо вздернул подборок Наруто.
Хокаге посмотрела на Итачи.
- Впервые слышу, - открестился тот.
- А, ну да, я же вам еще не говорил, - покивал сам себе Наруто. - Так что слушайте! Акахи
– это группа, которую мы недавно сформировали для уничтожения Акацки и поисков
Саске. В нее будут входить только самые продвинутые ниндзя. И ты, Итачи, в нее тоже
включен!
-…
- Что? Уверен, ты так рад, что проглотил язык, – довольно улыбался Узумаки. - В
организации уже состоят: Недзи, Гаара, Сакура, Киба, Ино, Чоудзи, Шикамару, Тен-Тен,
Хината, Шино и Ли. Ну, и Ютсури с Шукаку, конечно. Но это так, примерный список
пока. Круто, да? А я главный!
- Сочувствую, Итачи-кун, - не сдержался Какаши. Очередной бред Наруто. Тсунаде и
Шизуне были с ним полностью солидарны. Да что там, себе уже не завидовали ни Сакура,
ни Недзи, ни Шикамару, ни даже Гаара.
- Какая глупость, - поморщилась Годайме. - Вы и так будете всем этим заниматься. Для
твоих целей, Наруто, не нужна никакая организация.
- Ошибаешься, бабуля, - уже совсем другим, спокойным и серьезным тоном возразил
Узумаки. Он выпрямился и опустил руки, приняв более торжественный вид. На странную
метаморфозу обратили внимание все. Синие глаза пристально смотрели на Тсунаде, и
женщину отчего-то охватило нехорошее предчувствие. - Я хотел сказать тебе позже, когда
будут улажены последние детали, но тогда ты можешь психануть. Поэтому говорю
сейчас: Акахи будет работать автономно.
- То есть?
- Мы отделяемся от Конохи.
- Что!? – Тсунаде казалось, что она ослышалась. Но Наруто смотрел, и смотрел серьезно.
Он не шутил, каким бы абсурдом это ни было.
- Ребята дали свое согласие. Но мы не хотим покидать деревню и, тем самым, подставить
ее под удар. Поэтому предлагаю заключить договор найма, но не с каждым в отдельности,
как при выпуске из академии, а целиком с организацией Акахи. Я уже проверил: у
большинства из нас заканчиваются сроки действия трудовых договоров. Если не продлим
их, то мы свободны уйти и заниматься частным делом.
- Зачем тебе все это? – Только и смогла выдохнуть обескураженная Хокаге.
- Я не позволю, чтобы Итачи или кем-то еще пожертвовали, - жестко заявил Наруто. - Я не
знаю всех подробностей, но и этого хватает, чтобы понять, на чьих плечах вина за
содеянное.
- По-твоему, я не смогу вас защитить? – Гневно воскликнула Тсунаде. - Ты не доверяешь
своей Хокаге?!
Ее крик и откровенная злость не произвели на Наруто никакого впечатления.
- Я доверяю тебе, Тсунаде-баатян. Но старику Сандайме я тоже доверял, а он не смог
защитить ни Итачи, ни Саске, ни их клан, ни отца Недзи.
- Он сделал все, что мог! Думаешь, у тебя получилось бы лучше?
- Кто знает, получилось бы или нет, - пожал плечами Узумаки. - Но одно я знаю точно:
доверять свою жизнь и жизни моих друзей совету старейшин я не стану. Бабуля, я тебя
очень люблю и уважаю, но глава деревни очень многого не может. Например, идти
наперекор старейшинам. Поэтому я хочу обезопасить нас от их идиотских решений.
- Ты – Джинчуурики, Наруто, - резко качнула головой Хокаге. - Недзи – носитель
Бьякугана, Итачи – носитель Шарингана. Коноха не позволит вам…
- Чисто юридически, согласно нашим законам, вы не можете нам препятствовать,
основываясь только на этом, - сухо оборвал ее Наруто. - Спасибо Эро-Саннину за науку. А
убить нас… что ж, попробуйте.
- Черт тебя дери, Наруто! – В сердцах ударила по столу Тсунаде. - Это не шутки! Если вы
захотите уйти, я не смогу вас защи… - и тут она сама себя оборвала.
- Да, бабуля, - ласково произнес Наруто. - Ты не сможешь нас защитить, в случае чего. Но
освободить нас от подчинения старейшинам можешь. Я не прошу дать ответ сейчас. Тем
более, что нам еще надо выбрать свой знак, устав и форму.
Итачи не удержался и окинул взглядом обычную одежду Узумаки – ту самую, оранжевую.
При мысли, что именно Наруто будет заниматься дизайном формы, у Учиха пробежали
мурашки по спине. Он еще не знал, что это место застолбили для себя Сакура с Ино.
- Поэтому давай поговорим об этом еще раз, но позже, когда увидишь наш символ! –
Заключил Наруто, приняв позу «хорошего парня» с оттопыренным большим пальцем.
- И вы согласны с этим? – Обратилась Хокаге за поддержкой к остальным. Ладно Наруто,
но другие-то должны понимать, чем им может грозить отделение от деревни.
- Я, так же как и Наруто, не согласен с политикой наших старейшин, - высказался Недзи. Мне дорога Коноха, но если придется, я уйду.
- Я против! – Порывисто сделала пару шагов к столу Пятой Сакура. - Я считаю, что мы
должны подождать. Я не хочу уходить, но если так мы сможем найти Саске-куна… я…
Тсунаде-сама, для меня Саске… и для всех нас, он…
«Говори за себя», - в очередной раз подумали Недзи, Гаара и Шикамару. Лично для них
Саске был предателем. Если не с ухода из деревни, то с попытки убить Наруто.
Гаара от слов воздержался. Он не принадлежал Конохе.
- А ты что думаешь, Итачи? – Перевела тяжелый взгляд на Учиха Тсунаде. Если и он не
против…
- Вы должны понимать, Тсунаде-сама, если уйдет Наруто, у меня не останется выбора, спокойно рассудил Итачи.
- Какаши! – За последней надеждой обратилась Годайме к учителю паршивца.
Тот лишь развел руками, пообещав:
- Я поговорю с Наруто.
Тсунаде чувствовала свое поражение. Конечно, еще не окончательное, но что-то ей
подсказывало, что Наруто, как всегда, настоит на своем. Самое противное, что она его
понимала. Данзо действительно беспокоил ее в последнее время.
- Хорошо. Обсудим это позже, - скрипнула зубами женщина, но тут вспомнила об одной
мелочи и довольно ухмыльнулась. - Конечно, раз ты у нас под прикрытием, Итачи, то не
можешь жить в своем старом доме.
- Я понимаю, - повел плечом Учиха. - Ваши предложения, Хокаге-сама?
- У нас, к сожалению, пока нет свободных квартир, - стараясь выглядеть не слишком
довольной, пояснила она. - К тому же с тобой обязательно должен быть кто-то еще из
предосторожности. Поэтому я подселю тебя… к Наруто.
Картинка отвалившейся челюсти у Узумаки немного восстановила расшалившиеся нервы
главы деревни.
- Но, бабуля, со мной и так Ютсури живет! А квартирка у меня, если ты не забыла,
однокомнатная!
- Ничего, поживет твой Ютсури пока в тебе, - хмыкнула Тсунаде. - Да и вы с Итачи, какникак друг другу не чужие. Или я не права?
Наруто моментально вспыхнул. Чего нельзя было сказать об Итачи. А жаль.
- Да они же друг друга терпеть не могут! – Осознал Наруто всю сложность ситуации. Они мне весь дом разрушат!
- Мы вернемся к этому позже, Наруто, - заверила парня Пятая.
Месть была сладка.
…
- Зачем Вы это сделали, Тсунаде-сама? – Задал вопрос Недзи, едва за Итачи и Наруто
закрылась дверь. - Пророчество Шион…
- Я помню, - хмуро перебила джоунина Пятая, которая на самом-то деле напрочь позабыла
об угрозе Наруто со стороны Учиха. Но не призваться же в этом! – Вам за Итачи будет
проще присматривать, если рядом с ним Наруто. Чем не повод мелькать перед глазами?
Но, судя по прищурившемуся Шикамару и мрачно молчащему Гааре, объяснение не
прокатило.
- Или вы просто ревнуете? – Ехидно предположила Годайме.
- Тсунаде-сама!
- Да ладно, Недзи, не кипятись, - ухмыльнулась женщина, любуясь его легким румянцем.
Да и Казекаге что-то излишне холодно смотрел на нее. Будет теперь чем дразнить этого
непробиваемого умника.
- Тсунаде-сама…
- Все-все, Недзи, оставим эту тему…
- Нет, я по другому вопросу, – Хьюга был настроен серьезно. - Вы не могли бы…
заменить Сая на кого-нибудь другого? Кого угодно. Пожалуйста.
- А что такое? – Вообще-то, она знала, но было любопытно послушать, как сформулирует
вопрос вечно сдержанный Недзи.
- Из-за проблем с контролем демонической чакры, - решил тот ограничиться кратким
ответом.
- А точнее? – Допытывалась женщина.
- Если он при мне снова раскроет рот, я его покалечу, - честно признался Хьюга, и было
что-то в его голосе, темное такое, что гарантировало: он так и поступит.
- Не волнуйся, Недзи-кун, Сая переводят, - успокоил Какаши из своего угла.
Единственный открытый глаз не отрывался от очередной книжки Дзирайи. Хьюга
облегченно вздохнул, а Хатаке, как назло, продолжил, - Переводят ко мне в команду.
Наступившее гнетущее молчание, казалось, можно было резать ножом.
- В команду к Наруто? – На всякий случай уточнил Недзи, и в голосе его эхом отдавалось
рычание – тихое, на грани слышимости.
- Поскольку Наруто и Сакура в моей команде, то да, к Наруто, - рассеянно подтвердил
Какаши.
- Чтоо? – Вытянулось лицо Харуно. Сай уже успел зарекомендовать себя как
«бессовестный извращенец», и потому видеть его в своей команде девушке не хотелось.
- Чье это было решение? – Поинтересовался Гаара.
- Так было нужно…
- Это была настоятельная просьба старейшины Данзо, - одновременно с Тсунаде ответил
Хатаке.
- Какаши!
Мужчина, наконец, оторвался от чтения.
- Прошу прощения, Хокаге-сама, - ему явно было, что сказать, но наедине, как поняла
Тсунаде.
- Как видишь, Недзи, твою проблему мы уладили.
Взгляд, которым наградил Хьюга начальницу, был далек от теплого.
- Казекаге… Гаара, могу я тебя так называть? – Поспешила сменить тему Пятая и на кивок
парня улыбнулась. - Гаара, финальные бои за звание чуунина пройдут уже через пару
дней. Сегодня мы хотим поддержать наших участников, устроив небольшую вечеринку.
Присоединишься?
- Да.
«Боги, когда дело касается Наруто, у него хоть какие-то эмоции на лице появляются! А
тут…»
- Можно и Наруто пригласить, - вкрадчиво предложила Годайме, с каким-то потаенным
восторгом наблюдая, как Гаара моргнул: в зеленых глазах появился заинтересованный
блеск, а уголки губ дернулись, едва не создав улыбку от какой-то приятной мысли.
«Интересно, это потому что Наруто стал кицуне?»
…
- Я же говорил, что так тебя никто не узнает, - довольно произнес Наруто, кивая на
распущенные волосы Итачи. - Вот только что делать с протектором? Перечеркнутый лист
– символ нукенина.
Итачи пожал плечами. На протектор, как и на зачеркнутую эмблему ему было плевать.
Походит без него. Куда больше Итачи интересовали планы Узумаки и планы Данзо.
Последний вполне уже мог пронюхать о новых способностях Джинчуурики.
Они вдвоем шли по оживленной улице. Селяне и шиноби провожали их
заинтересованными взглядами, но никто не поднимал тревогу по поводу нахождения в
Конохе Акацки – чудеса маскировки.
- И все-таки, Итачи… почему ты вернулся? – Поколебавшись, спросил Наруто, не
поднимая глаз от пыльной дороги.
Итачи долго не отвечал. Обдумывал ли он ответ или просто дожидался, когда они
останутся наедине – Наруто не знал. Да и не имело оно значения. Главным были слова
Итачи, как только они оба переступили порог квартиры Узумаки:
- Спроси меня, чем мешал клан Учиха Конохе.
Для Наруто это был момент истины. Итачи сам предлагал рассказать о себе. Сам.
Не сговариваясь, они оба присели на ступеньку в прихожей, за которой следовало
оставлять обувь.
- Чем угрожал твой клан деревне? – Тихим голосом спросил Наруто, рассматривая
профиль Итачи. Бывают же такие… правильные профили.
- Ты должен знать, Коноху основали два клана: Сенджу и Учиха. Глава клана Сенджу
Хоширама стал Первым Хокаге. Мадара Учиха, глава нашего клана, видел в нем угрозу и
вызвал на бой. Мадара проиграл в месте, названном Долиной Завершения.
При упоминании долины Наруто вздрогнул.
«Саске», - с какой-то тоской подумал он, но, заметив внимательный взгляд Итачи,
встряхнулся.
- Мадару посчитали мертвым, - продолжил Итачи. - По приказу Второго Хокаге Учиха
стали хранителями порядка, полицией. Это должна была быть привилегия, но на самом
деле нас просто оттеснили от власти. Мы лишились возможности претендовать на
должность главы деревни. Это была дискриминация. В клане росли возмущения и, в конце
концов, стал готовиться заговор.
- Заговор?
- Наш клан поставил перед собой цель захватить власть в деревне и сместить с должности
Сандайме, - голос Итачи был ровен и лишен эмоций. Все, что наполняло его рассказ, это
странное смирение. - Меня, заступившего на должность АНБУ, клан сделал своим
шпионом. Но в этом не было смысла.
- В чем?
- В перевороте. Сандайме уважали и любили в деревне. Для того, чтобы Коноха стала
принадлежать Учиха, пришлось бы убить слишком многих. Это была бы гражданская
война.
Наруто дернулся, было, переспросить, не веря услышанному, но сдержался. Если ему
было тяжело слышать о таким вещах, то какого же самому Итачи, человеку, прошедшему
через все это?
- Я рассказал о заговоре Хокаге, после чего получил задание следить за действиями клана.
Вскоре было принято решение уничтожить заговорщиков. Всех.
- Всех? – Не выдержал Наруто.
- К сожалению, участвовали или знали о заговоре все Учиха… за исключением Саске.
- Но почему только Саске?
- Он был слишком мал для таких вещей. Фугаку… наш отец не мог возложить это бремя
на ребенка.
- Но другие дети, Итачи…
- Не было других детей. Саске был последним, кто родился в клане. Старая кровь,
которую так бережно охраняли, нас и сгубила, - видя непонимание на лице Узумаки,
Итачи слабо улыбнулся. - Это генетика, Наруто. Учиха замкнулись в себе и вступали в
браки только между собой.
- Как это?
- Фугаку и Микото, наши с Саске родители, приходились друг другу троюродными
братом и сестрой. Им еще повезло, были и более «близкие» браки.
-!
- Из-за частого кровосмешения в клане перестали рождаться здоровые дети.
Немногочисленные младенцы гибли, едва появляясь на свет.
- А…
- Так что незадолго до того дня, когда мне поручили выступить против клана, я
обнаружил Мадару Учиха. Он оказался жив и жаждал мести как своему клану, так и всей
Конохе. Я предложил ему помочь в мести Учиха, но за это взял с него слово не трогать
деревню. Я не был уверен, что смогу одолеть сотню человек, обладавших Шаринганом.
- Ты…
- Да, Наруто, я их убил. Не всех, с некоторыми мне помог Мадара. Удивлен? – Голос
Итачи упал до вкрадчивого шепота. - И друзей, и просто знакомых, - правая ладонь
зависла перед глазами Наруто, - и отца, и мать я убил этими руками.
Наруто, как зачарованный, смотрел на тонкие, изящные пальцы, на хитросплетение
линий, по которым так любят гадать шарлатаны, на едва проглядывающую паутинку
синих вен.
- На этих руках кровь моей семьи, Наруто. Только такой наивный мечтатель как ты, мог
верить в мою невиновность.
- Ты просто… убил их? Своих отца и мать? – Сипло спросил Наруто. Каждое слово ему
приходилось с трудом проталкивать через ком в горле.
- Да.
- Как… как это случилось?
-…
- Как погибли твои родители? – Справившись с дрожью, спросил Наруто громче. Он
чувствовал, что надо задать этот вопрос, - Как они погибли, Итачи?
- Ты по-прежнему хочешь верить в свои иллюзии, Наруто, - насмешливо заметил Учиха,
скользя ладонями по щекам парня. - Они умерли от моей руки.
- Если… - Наруто сглотнул накатившую слюну и попробовал снова. - Если все так, и ты
просто хладнокровный убийца, то ты не стал бы избегать этой темы. Ты просто рассказал
бы. Ты любил их, своих родителей.
- Какая разница, как они умерли? – Первые нотки гнева просочились в безмятежный
голос. - Что меняет, хотел я им помочь или нет, упрашивал ли отца сбежать,
подставлялась ли мама под меч… - моргнув, Итачи с неверием ощутил, как по щеке
скатилась слеза.
Похоронить собственные чувства оказалось невозможно. Даже для гения.
Наруто не стал ничего говорить. «Мне очень жаль» или «теперь все будет хорошо» пустые слова, не способные ничего изменить или поправить. От них не становится легче,
по крайней мере, таким людям, как Итачи. Реалистам.
Единственное, что Наруто себе позволил сделать – это собрать губами соленую влагу с
лица, ставшего вдруг таким открытым.
Почти сразу в рот попали волосы. Наруто хотел незаметно от них отстраниться, но
отдельные волоски прилипли к влажным губам, а кончики коротких прядей предательски
защекотали нос.
- Апчхи! – Осознав, что разрушил такой момент, Наруто с досады простонал, уткнувшись
Итачи в основание шеи. - Ксоо…
Тихий смешок прервал его и отвлек.
- Что смешного? – Пробурчал Наруто, не отстраняясь. Было так уютно: прижиматься
лицом к чужой коже, ощущать щекой и подбородком шероховатость одежды и слышать…
слышать чужой пульс. Удар за ударом. Это убаюкивало, зачаровывало. Хотелось слушать
удары этого сердца снова и снова.
- Похоже, мне стоит собрать волосы, - произнес Итачи, коснувшись затылка Наруто
губами.
От кожи Итачи приятно, по-домашнему, пахло яблочным мылом – перед аудиенцией у
Хокаге, он принял душ.
- А давай я тебе косу заплету? – Вдруг предложил Узумаки, подняв голову и уставившись
на Итачи маньячно сияющими глазами.
Признаться, Итачи от его идеи оторопел. Ну, как-то ни у кого не возникало раньше
подобного желания. Или просто люди попадались адекватные и вполне себе так
представляли, что с ними мог сделать обладатель шикарной шевелюры за наглость.
- Я быстро, - не дожидаясь согласия, Наруто рванул с места в комнату. Не успел Итачи
подняться, как он вернулся со шнурком и расческой. И крайне решительным лицом.
Едва заметно вздохнув, Итачи повернулся к мальчишке спиной. Наруто принял это за
приглашение и присел на колени рядом. Зажав в зубах гребень, он с упоением запустил
пальцы в черный шелк волос.
Перебирая и разделяя пряди, Наруто наслаждался их мягкой, тонкой текстурой и не мог не
сравнить с волосами Саске: у того волосы были жестче и потому, наверно, не
укладывались ни в одну нормальную прическу. Совсем как у самого Узумаки.
У Итачи же волосы не просто были мягкими и тонкими как паутина, но еще густыми и
длинными. Невероятно длинными, до середины спины. Конечно, у того же Эро-Саннина
грива спускалась аж до пят, но старик давно объяснил ученику, что это для завлечения
женщин и, ну да, для техники, ага.
«Вряд ли Итачи свои отращивает для баб», - с непонятным для себя раздражением
подумал Узумаки и взялся, наконец, за расческу.
Итачи сидел спокойно, почти не шевелясь, и покорно позволял Наруто вдоволь наиграться
с собственными волосами.
И опять Наруто не удержался от сравнения: Саске бы уже давно психанул и послал
Узумаки куда подальше. Не факт, что только в переносном смысле.
«Итачи и в детстве был таким же сдержанным?»
- Наруто?
- А, да, уже заканчиваю, - опомнившись, Наруто поспешил заплести косу.
Точнее, попытался заплести. В конце концов, он только один раз видел, как это делала
какая-то женщина на улице. Наруто еще тогда подумал, что это красиво и вполне так
практично. Жаль только, себе он ни разу не смог сделать косу – получался сплошной
шухер.
«Ксо, а со стороны это выглядело так легко!» - Постепенно Наруто накрывала паника. То,
что у него выходило, ни капли не напоминало косу. Да и вообще прическу. И если Итачи
это увидит…
«Может, не стоило завязывать их морскими узлами?» - Обозрев результат, засомневался
парень. Он уже, было, потянулся стянуть шнурок, которым успел зафиксировать «косу»,
но Итачи поймал его за запястье.
- Оставь так, - и повернулся, чтобы притянуть к себе горе-парикмахера в поцелуй.
Несколько мгновений они просто изучали губы друг друга, словно пробуя в первый раз.
Наруто опустил ладонь на плечо Итачи для опоры и привстал на колени, чтобы оказаться
с ним на одном уровне. Так поцелуй углубился.
Ни Итачи, ни Наруто не руководила страсть. Скорее это была необходимость в нежности
и желание прикоснуться к другому, подарить свои прикосновения в ответ. Откровения
вымотали их обоих.
Не разрывая поцелуя, Итачи поднялся на ноги и потянул за собой Наруто. Его руки
скользили по чужим бокам, ненавязчиво задирая майку. Вверх, вниз – и пальцы, словно
случайно, подцепляли края ткани.
Наруто первым отстранился и со смешком попятился в спальню, увлекая за собой Итачи.
У кровати они поменялись местами так, что первым на нее сел Учиха. Наруто с лукавой и
– совсем немного – взволнованной улыбкой опустился перед ним на колени, прямо меж
разведенных ног.
Глянул вопросительно: «Позволишь?», и с губ Итачи сорвался тихий выдох: «Да».
Руки дрожали, когда Наруто положил их на бедра любовника, приподнялся, поцеловал,
ласково проведя языком по линии губ.
«Как у парня могут быть такие полные губы?» - Задался он вопросом, пока Итачи снимал
с себя безрукавку. Наруто, замешкавшись, последовал его примеру.
Открывшийся участок тела манил взгляд. Наруто переместил одну руку на талию Итачи, с
усилием провел вверх, ощущая напрягшиеся мускулы, переместил ладонь на спину.
Пальцы прошлись по позвоночнику вниз, обведя каждый позвонок. Губами он исследовал
ключицы, купаясь в аромате чужого тела. Опавшая листва, хвоя и над всем этим запах
яблочного мыла. Не удержавшись, Наруто лизнул и прикусил кожу на шее – там аромат
казался сильнее. Он ощущал легкую прерывистую вибрацию, так учащенно бился чужой
пульс под его зубами. Забавно, а внешне Итачи выглядел по-прежнему спокойным.
Улыбнувшись этой мысли, Наруто придвинулся плотнее, его бока Итачи стиснул
коленями. Пальцы запутались в волосах, чуть сжав. Словно захлопнулся капкан.
Итачи охотился за ним. А теперь занимался с ним любовью.
Итачи оплакивал своих родителей. Но, все же, он их убил.
Наруто нахмурился от навязчивых мыслей и поспешил прильнуть к бледному от времени
шраму на груди.
«Метили в сердце», - заметил он, пробуя его на вкус. Хотя, скорее на ощупь: кожа там
была более гладкой, скользкой, по ней хотелось снова и снова водить языком. Словно в
надежде зализать старую рану.
- Откуда он? – Прервавшись, спросил Наруто.
- Кунай лучшего друга.
Узумаки поднял глаза на лицо Итачи, но хватка на волосах усилилась, заставляя опустить
голову.
- Что с ним стало?
- Я убил его.
Наруто поймал себя на мысли, что качает головой. Снова и снова. Не веря или будто
отрицая. Он хотел что-то сказать, но Итачи вздернул его за предплечье и волосы,
заставляя прогнуться в спине, и сам чуть поддался вперед, захватывая рот Наруто в
поцелуй, требуя от него молчания.
Итачи не нужно было его прощение или порицание. Он сделал то, что сделал. Ради
Конохи, ради того, чтобы не видеть снова войны и ее ужасающих последствий. Это был
просто его выбор: умереть от рук Шисуи или убить самому; стать свидетелем новой
войны или уничтожить семью. Он сделал свой выбор и даже Саске не позволит себя
судить. Теперь точно не позволит.
Наверно, Наруто понял это, потому что его рука нежно погладила Итачи по щеке, словно
прося прощения или говоря, что все в порядке. Поцелуй затягивался, обоим не хватало
воздуха, но прерваться казалось невозможной роскошью.
С громким, свистящим вздохом они оторвались от губ друг друга. Несколько судорожных
глотков кислорода, и Наруто потянулся исследовать тело Итачи дальше. Где покусывая,
где целуя или водя языком, он плавно спускался все ниже, влекомый собственным
возбуждением и направляемый рукой Итачи.
Пальцы больше не дрожали, но слушались плохо, и потому Наруто издал пару
раздраженно-нетерпеливых стона, пока боролся с застежкой на чужих штанах.
В следующие несколько секунд он сомкнул губы на члене Итачи. Сначала на головке.
Провел пару раз языком по кончику, коснулся зубами, чуть-чуть сжал, зализал и
поцеловал. Одной рукой Наруто придерживал ствол, мягко массируя у основания
большим пальцем, другой – водил по внутренней стороне бедра, то и дело забываясь и
впиваясь в кожу ногтями. Не до крови, но до ярких, алых следов.
Хватка на волосах Наруто то усиливалась, то ослабевала, словно Итачи боролся с
желанием поступать жестче. Или это была его реакция на действия Узумаки?
Член во рту помещался лишь наполовину, и Наруто это не нравилось. Подавляя рвотные
позывы, он стремился с каждым разом впустить его в себя глубже, до самых гланд. Это
было почти соревнование. Соревнование с самим собой. Сможет ли Наруто сам себя
переплюнуть и доставить Итачи еще больше приятных ощущений? Чтобы тот не просто
тяжело дышал, не просто сжимал ему волосы на макушке, а стонал. Стонал его имя.
Наруто боролся с желанием сорваться на бешеный, хаотичный темп, заставляя себя
двигаться ровно и ритмично, скользить по члену губами и языком, помогая себе рукой.
Собственное возбуждение мешало сосредоточиться.
Точно, это же был их первый раз по обоюдному согласию, без чар Кьюби. Хотелось
сделать все не просто хорошо, а незабываемо.
Губы начали неметь, когда Итачи мягко потянул Наруто за волосы, отстраняя.
- Ну, что…! - Хотел высказать Узумаки свое недовольство, но замер, глядя в наполненные
темной одержимостью глаза. Никогда еще он не видел в Итачи столько бешеной страсти.
Учиха склонился над ним, жадно сцеловывая собственный вкус. И Наруто с
удовольствием впустил в себя его язык. Итачи сжал челюсть Узумаки до боли, удерживая
его на месте, стремясь проникнуть глубже – так же глубоко, как член до этого.
Наруто застонал – громко, нетерпеливо. Итачи зарычал ему в рот – тихо, угрожающе. И
этот утробный звук поднял все волоски на теле Узумаки.
Спокойный? Да какого черта он считал Итачи спокойным?!
Рука Итачи с нажимом прошлась по его уже болезненному возбуждению, и Наруто стало
не до вопросов. Из головы вообще разом вышибло все мысли.
Жалобно тренькнула оторвавшаяся пуговица, и Узумаки с каким-то диким восторгом
проводил взглядом ее полет через полкомнаты. Пока выпутывался из штанов, он успел их
возненавидеть. Зато освободившись… О, какое это было ощущение: сидеть на его бедрах!
Итачи чуть развел колени, вынудив Наруто полностью открыться. Липкая от пота кожа
тому способствовала, совсем немного, но достаточно для того, чтобы беспрепятственно
добраться до ануса.
У Наруто кружилась голова от моря острых ощущений: член Итачи при малейшем
движении терся о его промежность, касаясь яичек, палец Итачи – пока один – осторожно,
круговыми движениями проникал в кольцо мышц, язык Итачи хозяйничал во рту, и рука
Итачи скользила по его стволу.
Наруто даже не представлял, насколько хотел его сам Учиха. Своими захлебывающимися
в жадном поцелуе стонами, своими руками, блуждающими по его телу и оставляющими
алые полосы, своими бедрами, нетерпеливо ерзающими, своим запахом, своим жаром и
шальным взглядом он возбуждал в Итачи безумное, на грани помешательства, желание.
Подумать только, ни одна девушка не могла вызвать и доли тех эмоций, что испытывал
рядом с ним Учиха.
- Ах-мм! – Наруто до боли прогнулся в спине, когда внутри него добавился второй палец.
Он честно старался не напрягаться и расслабиться, но, черт, это было слишком хорошо. А
что же будет когда вместо пальцев…
- Ита-ачи! Давай уже! Ну!
Учиха вновь завладел его ртом. Если Узумаки и дальше будет его подстегивать, он не
выдержит и просто порвет это тело.
Последний раз проведя по сочащемуся смазкой члену Наруто, Итачи поудобнее подхватил
его за бедра и приподнял. Узумаки сам приставил головку к своему входу, дрожа от
нетерпения. Учиха медленно опускал его на себя. В какой-то момент Наруто показалось,
что в груди поднялся знакомый жар, предшествующий появлению Кьюби, но все быстро
растворилось на фоне проникновения. Да и думать было сложно, глядя в алые с черными
запятыми глаза. От них голова шла кругом.
Из горла вырвался мученический стон. Стенки прохода расступались неохотно,
недостаточно растянутые. И от этого тоже сносило крышу – тонкую грань между болью и
удовольствием Наруто распробовал давно и успел на нее подсесть.
Тугая теснота не давала войти полностью, и Итачи вновь приподнял бедра Узумаки,
выходя совсем немного, чтобы головка оставалась внутри.
- Давай, ттебайо, - глухо потребовал Наруто и, вцепившись в плечи Учиха, сам поддался
вниз, насаживаясь. Когда член Итачи оказался в нем полностью, Узумаки сумел подавить
стон, но задышал часто и слишком быстро, так, что грудь ходила ходуном, и в ушах
шумело.
Итачи ощущал его дрожь. Его самого трясло. Руки с бедер Наруто соскальзывали,
влажные от пота. Легкие горели от недостатка кислорода. Несколько толчков в горячее,
податливое тело и с глухим рыком Итачи резко развернулся, бросив Узумаки на кровать и
накрыв его собой. Снова вошел в покрасневшее отверстие, плавно, но быстро и до самого
конца. И Наруто застонал во весь голос, почти закричал. А чуть придя в себя, закинул
ноги Итачи на плечи.
- Поспорим, кто продержится дольше? – С провокационной улыбкой предложил он
хрипло. Итачи фыркнул и оскалился. Шевельнул бедрами, вырвав из Наруто легкий
вскрик. И стал двигаться, входя и выходя на полную длину, плавно и размеренно,
медленно наращивая темп.
Глаза Наруто пьяно блестели, припухшие от поцелуев губы были приоткрыты, с них
срывалось глухое мычание; челка прилипла рваными прядями ко лбу и вискам. Он дышал
прерывисто, ртом и носом попеременно. И смотрел, смотрел, смотрел, сжимая мышцы
вокруг скользившего внутри члена, словно подразнивая. Его собственный член упирался
Итачи в живот, вырисовывая узоры.
Как это тело… как Наруто можно не хотеть?
«Глупый отото, извини. У тебя был шанс».
- И-та-чи… И-тачи… - едва выговаривал Наруто, цепляясь за его шею, дергая волосы, с
которых сполз шнурок, царапая без жалости, неосознанно.
Кажется, Наруто уже забыл о своем споре на выдержку.
- Не… сдам-ся… слышишь?
Нет, не забыл.
И это тоже восхищало Итачи в Узумаки. Хотя иногда больше забавляло. Ну, вот кого еще
будет интересовать подобный спор в подобные моменты?
Тем не менее, Наруто кончил первым – Итачи тоже не чужды принципы. Всего-то и надо
было простимулировать упрямцу член. Тонкая струя спермы ударила Итачи в живот
одновременно с протяжным стоном Наруто. Столько в нем было удовольствия и, да,
огорчения проигрышем, что Учиха не выдержал. Несколько резких, глубоких толчков и
его тоже накрыло оргазмом.
- Да бли-ин, - то ли простонал, то ли прохныкал Наруто, когда на него опустилось
опустошенное тело любовника. - Выиграл… так хоть не… задави… ммм! – Итачи
пошевелился и, будучи еще в Наруто, вызвал в том легкие судороги. Не обращая
внимания на мычание Узумаки, он все-таки перевернулся на бок, увлекая податливое тело
за собой.
Наруто удивленно замер. Странно это было – отдыхать после секса в его объятиях. Так…
по-домашнему.
- С новосельем, что ли? – Прошептал Узумаки, с трудом, но подняв руку Итачи на бедро.
И в ответ получил поцелуй в висок.
Определенно, это здорово.
…
А в это время где-то в его подсознании бушевал разъяренный Лис. Кьюби проклинал весь
учиховский род, начиная, разумеется, с козла-Мадары и заканчивая недоноском-Саске.
Вот же Итачи, скотина, умеет глазками своими чертовыми пользоваться! Только
Девятихвостый почувствовал, что его Джинчуурики трахают, и попытался вылезти, дабы
испортить все веселье, как Шаринган, возникший в его измерении, прижал его к стенке и
удерживал в клетке до самого конца. Сволочь бесхвостая!
Ну, ничего, Кьюби еще восстановит справедливость.
И, да, заметка на будущее: не позволить Саске-чтоб-он-провалился стать одним из
Хвостов. Кьюби честно мог перед собой признать, что с двумя Учиха он не справится.
Рычание еще долго сотрясало лабиринты нарутовского подсознания.
20 глава
- Орочимару-сама, прошу Вас, отдохните, - в очередной раз обратился Кабуто к своему
пациенту. Пациент, а по совместительству и прямое начальство, его нагло игнорировал и
продолжал нестись на полной скорости в сторону убежища.
- Орочимару-сама, я не шучу! – Еще раз попробовал медик.
- А лучше бы шутил, - прохрипел Змеиный Саннин.
- Давайте остановимся!
-…
На молчание Кабуто досадливо поморщился. Орочимару странно себя вел после встречи с
Дзирайей: постоянно молчал, пропускал мимо ушей слова Якуши, вдруг начинал
смеяться, словно что-то забавное вспомнил, и упорно отказывался остановиться
передохнуть.
- Кабуто, - внезапно обратился к медику Саннин, - когда вернемся, я хочу, чтобы ты
занялся подготовкой «Чакры Джинчуурики».
- Вы хотите… испробовать его на себе? – От неожиданности Кабуто едва не сбился с
шага.
- Ты видел первичные результаты, - насмешливым тоном напомнил мужчина. - Эта чакра
уникальна.
Здесь Якуши не мог спорить. Взятые образцы чакры у Узумаки Наруто не походили ни на
что ранее виденное медиком. Достаточно уже было того, что мальчишка просто выжил
тогда.
Проведенные опыты дали противоречивые результаты: внедренная в тело человека чакра
Кьюби при слабом катализаторе начинала стремительно разрастаться, поглощая остатки
чакры даже мертвого носителя. При этом она заполняла собой все клетки организма,
оживляла их и изменяла. Конечно, это работало лишь со свежими трупами. Те тела, в ком
все жизненные процессы прекратились более часа назад, частичной реанимации чакрой не
поддавались.
Но заинтересовало Орочимару другое: пока чакра Джинчуурики поглощала чакру
носителя, она омолаживала и восстанавливала поврежденные клетки организма. И лишь
когда ее становилось слишком много, она начинала сжигать носителя, до того даря силу и
молодость.
Орочимару видел в этом секрет бессмертия.
- Но чакра Джинчуурики отторгает любое вмешательство извне, - осторожно напомнил
Кабуто.
Во время одного из последних опытов Якуши собирался проверить состояние внутренних
органов подопытного, но при попытке произвести осмотр с помощью собственной чакры
его серьезно обожгло. Агрессивная энергия демона защищала себя.
- Сначала я заберу тело Саске-куна, а затем ты введешь ее в меня, - прохрипел Орочимару,
и в голосе его сквозило жадное нетерпение.
- Как скажете, - по-прежнему сомневаясь, ответил Кабуто.
Оставалось меньше пяти километров до убежища.
…
Громогласно смеясь, Дзирайя рассказывал байки двум очаровательным шлюхам в
маленьком, но крайне симпатичном ему борделе. Девушки мило хихикали и подливали
ему теплого саке, поглаживали узкими ладошками по груди и плечам, ласковыми
голосами звали по имени и говорили комплименты. Чем не рай?
И все же полностью расслабиться он не мог. Новая встреча с Орочимару всколыхнула в
Дзирайе воспоминания, растревожила старые раны. Он опять его отпустил, опять
позволил уйти.
Видимо, горечь мыслей отразилась у него на лице, потому что одна из девушек
жалостливо простонала на ухо:
- Дзирайя-кун, что-то не так?
- Как в вашем прелестном обществе может быть что-то не так? – Опомнившись, сладко
улыбнулся ей мужчина. - Просто подумал, что мой тупой ученик дурно на меня влияет.
Только и всего…
В середине последней фразы прямо на столе перед Дзирайей в белом облачке появилась
жаба-шпион. Та самая, которую Отшельник в последний момент рискнул отправить за
Орочимару. Девушки испуганно пискнули и, соскочив со своих мест, разбежались.
- Говори, - тут же подобрался Дзирайя.
- Этот маньяк гнал, почти не останавливаясь на отдых, - тут же пожаловалась жаба.
- Ты его потерял? – Разочарованно уточнил Саннин.
- Нет, - нервно переступил тот передними лапками. - Но ты его теперь вряд ли поймаешь.
- То есть?
- Он мертв, - резко выдохнул шпион и под сомневающимся взглядом принялся объяснять.
- На них с очкариком напали. Какой-то Учиха с мечом. Он долго дрался с Орочимару,
потом Орочимару сбросил… тело… кожу… короче, ты хоть знаешь, на что похож этот
твой бывший друг, а? Гигантская змея! Фу! У меня, аж, жабры задрожали.
- Давай дальше, - нетерпеливо поторопил его Дзирайя.
- А что дальше? – Сам у себя спросил жаб. - Пацан, который Учиха, включил свои
Шаринганы, и они с Орочимару-змеей застыли на время. А потом этот Учиха отрубил
змее-Орочимару голову. Вот и все.
- А очкарик?
- Не знаю. Он просто стоял и смотрел. Когда Учиха стал уходить, он спросил у него, кем
тот является. Учиха только зыркнул на него и ушел.
Не долго думая, Дзирайя подорвался с места:
- Показывай дорогу.
…
Кабуто не верил. Чтобы Орочимару-сама проиграл этому выскочке! Немыслимо.
Хотя, конечно, он был чудовищно истощен, когда на него напал Саске.
- Орочимару-сама… - стоило Якуши склониться над своим бывшим учителем с чакрой на
ладонях, как голова белого змея среагировала, дернувшись, и слизь из нее, заменявшая
кровь, стала судорожно тянуться к телу.
- Даже теперь, с отрубленной головой, Вы не сдаетесь, да? – Слабая улыбка восхищения и
моментальное решение. Кабуто вбежал в лабораторию, мимоходом отметил разбитый
резервуар с Суйгетцу, отыскал состав с чакрой Узумаки и, как мог, быстро вернулся.
Состав требовалось наносить как можно ближе к очагу чакры. Используя реакции
змеевидного тела, в которое превратил себя Великий Саннин, Якуши отыскал нужный ему
участок и начертил желтоватой массой спираль, олицетворяющую очаг чакры. Тело
Орочимару с жадностью впитало ее в себя и, дернувшись, застыло.
Мучительные два часа Кабуто провел в неведении. Использовать свою чакру для
наблюдения за процессом он не рискнул, помня об агрессии демонической энергии.
- Это и есть Орочимару? – Голос Дзирайи застал его врасплох. Резко обернувшись, он
столкнулся лицом к лицу с хмурым Жабьим Саннином.
- Он мертв, - сдержанно ответил Кабуто, отчего-то опустив глаза. Словно чувствовал вину
за смерть учителя перед этим мужчиной.
Дзирайя ничего не сказал. Вздохнув, он опустился на корточки рядом с телом и провел
рукой по гладкой, белой чешуе.
- Ну, что ты за ублюдок, а? Стоило мне дать клятву, что верну тебя, как ты дохнешь прямо
у меня под носом, - фыркнул он с горечью и ударил кулаком. - Змеиная задница ты,
Орочимару!
И замер с вытянувшимся лицом.
Кабуто хотел спросить, но мужчина опередил его, ответив на невысказанный вопрос.
- Я слышу… удары сердца, - проговорил он шепотом, будто боясь спугнуть слабый пульс.
Широкая ладонь медленно скользила по змеиному телу, все больше приближаясь к очагу
чакры, найденному Якуши. - Здесь сильнее…
Кабуто приблизился и упал на колени рядом с Жабьим Саннином. Коснулся быстро
нагревавшегося тела, непонимающе моргнул.
- Ты знаешь, что с ним? – Спросил Дзирайя.
- Нет, - неуверенно отозвался медик. - Такая реакция свидетельствует о… Отойдите! – И
отскочил, следуя собственному совету. Дзирайя тоже отпрыгнул, но на мгновение
замешкался, за что и получил слизью по лицу. Тело белого змея взорвалось изнутри.
Отплевываясь и матерясь, Дзирайя утирал с лица полупрозрачную субстанцию и, занятый,
не сразу обратил внимание на пораженный возглас Кабуто.
- Что б тебя… Орочимару! – Не сдержался и сам Отшельник, когда увидел, что из
змеиной утробы, поскальзываясь на ошметках плоти, на дрожащих от слабости руках
выбирался изрядно помолодевший Орочимару.
- Орочимару-сама, - едва слышно выдохнул Кабуто, бросившись помогать хозяину
подняться. Но напрасно: ноги Змеиного Саннина не держали, снова и снова подгибаясь в
коленях. Тогда Кабуто просто взвалил его себе на плечо и перетащил на сухое и чистое
место.
Бледное, покрытое подсыхающей слизью тело била крупная дрожь, лицо скрывали
длинные черные пряди, голова была безвольно опущена. Дзирайя приблизился и, не
обращая внимания на насторожившегося медика, аккуратно заправил раздражавшие его
пряди Орочимару за ухо. Желтые глаза безучастно смотрели никуда.
- Эй, змеиная задница, ты меня слышишь? – По отсутствию отрицательной реакции
Дзирайя сделал вывод, что не слышал.
Кабуто рискнул проверить состояние господина. Зеленоватая чакра, почти незаметная в
солнечном свете, мягко коснулась медленно вздымавшейся грудной клетки, чтобы в
следующую секунду ее обладателя отбросило мощным ударом. Над Орочимару взвились
алые, призрачные всполохи.
- Откуда у него чакра Кьюби?! – Ошарашено вскричал Дзирайя.
- Чакра Джинчуурики, - поправил его Кабуто. - То, что Вы видите, это смешанная чакра
Кьюби и его носителя. В ней совсем другие свойства. Мы и не надеялись на такую
реакцию…
Из горла Орочимару вырвался протяжный полустон-полурык.
- Совсем из ума выжил со своим бессмертием! – Разозлился Дзирайя. Оттолкнув Кабуто в
сторону, он вызвал потоки чакры на кончиках пальцев и с размаху наложил
сдерживающую печать на живот извивавшегося в агонии Орочимару. Черные
искривленные символы проявились на белой коже кольцом вокруг пупка. Почти сразу же
демоническая чакра растворилась в воздухе, втянувшись обратно в тело.
- Боги, - выдохнул Дзирайя.
- Боги, - выдохнул он повторно, но часом позже. Остававшийся в небытие Орочимару
продолжал молодеть. За прошедший час с возраста в тридцать лет он перешел в
подростковый период и стал выглядеть на двенадцать-четырнадцать. Конечно, с учетом
того, что он всегда выглядел моложе своих лет.
- Происходит то, чего мы опасались, - на ходу говорил Кабуто, изучая состояние учителя.
- Чакра Джинчуурики поглощает его чакру и омолаживает клетки организма с
немыслимой скоростью. Если ничего не сделать…
- Что будет, когда она поглотит его чакру полностью? – Прервал его Дзирайя,
лихорадочно соображая.
- Разрушение тела носителя, - остановившись, через силу выдавил Якуши. - Если бы не
Ваша печать, это бы уже произошло.
- Была бы здесь Тсунаде, - угрюмо посетовал вслух Дзирайя.
- Вам разве не выгодна смерть Орочимару-сама? – Зло сощурился Кабуто.
Мужчина промолчал. Не собирался он посвящать всех подряд в свои и так непростые
взаимоотношения с бывшим напарником. Самому бы понять, зачем он тут корячился,
пытаясь спасти ублюдка.
- Так, - в конце концов, сообразил Дзирайя, - если печать не остановила рост
демонической чакры, но замедлила ее, то выходит та действует на манер вируса, то есть
поражает чакру Орочимару и превращает ее в часть самой себя.
Якуши несколько удивленно взирал на рассуждавшего Жабьего Отшельника. Почему-то
он считал того не умнее собаки, хотя прекрасно был осведомлен о его славе.
«Или это Орочимару-сама всегда называл его идиотом, так что и я начал думать так же?»
- Печать остановила львиную долю демонической чакры, но не захватила зараженную,
потому что та все еще не являлась опасной. И теперь зараженная чакра полностью стала
демонической и продолжила изменения в организме, - по мере своего монолога Дзирайя
все больше воодушевлялся, уверенно ухватив суть. - Мы должны блокировать абсолютно
всю чакру в его теле, и тогда сможем все остановить! Ха!
Обрадованный собственной идеей, Саннин, не медля, наложил руку на уже имевшуюся
печать на теле Орочимару и несколькими незаметными для глаза движениями пальцев
изменил рисунок, прибавив несколько новых завитков.
- Вы уверены, что это сработает? – Несколько ревностно, как личный лечащий врач
пациента, поинтересовался Кабуто. Дзирайя пожал плечами. Время покажет.
Следующие полчаса мужчины провели, выискивая изменения во внешности Орочимару.
- Ничего, - в конце концов, вздохнул с облегчением Якуши.
- Доигрался ты, Орочимару, - весело фыркнул Дзирайя и со смехом пояснил для медика. Он ненавидит себя в этом возрасте. Ведь вылитая баба, нэ?
- Из-за кого я, по-твоему, ненавижу это? – Прошипел тонкий голос, и золотистые глаза
распахнулись, чтобы гневно сверкнуть на разболтавшегося недоумка. Который спас ему
жизнь?
- Орочимару-сама!
- Да-а, - одновременно с восклицанием Кабуто протянул Дзирайя, взлохматив себе
загривок. - Помнится, я здорово прокололся тогда. Но, согласись, Орочи-тян, тебя со
спины не отличишь от простой шлю…
- Закрой пасть, жабьи мозги, пока я тебе их не вынул! – Гневно вскричал Орочимару. И
Кабуто усомнился в своем зрении: нет, не может такого быть, чтобы Орочимару-сама
покраснел. Невозможно.
- Это самое малое, что ты заслужил, - посерьезневшим тоном бросил Дзирайя и поднялся
на ноги. - Я забираю тебя в Коноху.
Кабуто напрягся. Орочимару, приняв сидящую позу, криво усмехнулся:
- Да неужели? И как ты собираешься это сде… угх!
- Запросто, - бросил Дзирайя, отвесив Орочимару подзатыльник, от которого тот
впечатался лицом в землю. После чего он вздернул малолетнего ровесника за предплечье
на ноги и накинул на него свое хаори, так как новорожденный был абсолютно нагим.
- Даже не думай мне помешать, - с намеком на угрозу предупредил мужчина Кабуто, и тот
беспомощно посмотрел на своего господина, которого Отшельник грубо перекинул через
руку, словно мешок. - А ты, Орочи-тян, сейчас без своей чакры не сильнее ребенка. И
только попробуй посопротивляться мне! – Прикрикнул он на яростно завозившегося
подростка. - Живо вырублю и так потащу. А мне все же хотелось бы с тобой побеседовать
по дороге.
- Избавь меня от этого, - проворчал обессиленный Орочимару, но сопротивляться
перестал. - Что я забыл в твоей Конохе? Если хочешь сдать меня под суд, можно было и
не спасать.
- Пусть на тебя Тсунаде посмотрит, - хмыкнул Дзирайя. - Ты, конечно, опасный маньяксоциопат, да еще и ученый гребаный, но еще и уникум, каких поискать, бессмертный ты
наш.
- Это был сарказм, старый маразматик? – Насмешливо мотнул головой Змеиный Саннин,
чтобы убрать волосы с глаз.
- И это мне говорит смазливая малолет… агрр! Еще раз тыкнешь меня локтем, и я тебя…!
- Могу лягнуть ногой, - невозмутимо предложил Орочимару, и Кабуто серьезно
усомнился в психическом здоровье господина.
Перехватив его обеспокоенный взгляд, Дзирайя на мгновение задумался, что-то
вспоминая.
- Орочимару, ты ведешь себя как ребенок, - заметил он с намеком.
- А ты нажираешься как свинья, и что? – Раздраженно передернул тот плечами.
- Орочимару-сама…
По-детски округлое личико обратилось к помощнику:
- В чем дело, Кабуто?
- Похоже, память он сохранил, - сделал вывод Дзирайя и неспешно пошел по тропе в
обратный путь.
- Я же не ты, маразматик, - опять съязвил Орочимару, чьи руки и ноги болтались словно у
тряпичной куклы. Похоже, он излишне прямо воспринял требование не сопротивляться.
- Заткнись, а? – Вздохнул Отшельник и остановился, удивленно уставившись на
застывшего столбом Якуши. - А ты что встал?
- Следуй за нами, Кабуто, - отдал распоряжение Орочимару, оглянувшись на помощника
через собственную задницу.
Медик вздохнул. Он был верен Орочимару-сама. Орочимару-сама был для него всем. Но
этот малолетний Орочимару-…кун несколько обескураживал Якуши.
- Остановись у ближайшего озера, - продолжал командовать, тем временем, Змеиный
Саннин. - Мне надо помыться. Ты слышал меня, безмозглый Дзирайя?
«Умственное развитие на уровне десятилетнего или меньше», - мимоходом отметил для
себя Дзирайя и поудобнее перехватил свою ношу, которая тотчас заворчала, что, мол, не
дрова тащишь.
- Да лучше бы я Кьюби за хвосты тащил!
- Специально для тебя устрою.
С каждым новым словом Орочимару и без того долгий путь до Конохи представлялся
Дзирайе все более и более длинным.
…
Наруто всегда был рад гостям. В конце концов, если все твое детство прошло в
одиночестве, каждый приход друга или даже постороннего человека превращается для
тебя в праздник.
Как правило.
Однако в этот раз Наруто находился на опасной грани выставить вон собравшихся друзей,
а самому тихо забиться в темный угол. Его крайне непривычному состоянию
предшествовало несколько событий, по иронии судьбы увязавшихся друг за другом.
Все началось с вечеринки в честь будущих чуунинов. Праздник решили провести на
главной площади перед дворцом Хокаге, с балкона которого Гаара и бабуля Тсунаде
толкнули напутственные речи. Точнее, только Пятая пространственно распиналась перед
участниками, призывая тех бороться честно и на пределе своих сил, показать все, на что
они способны, чтобы отечество могло ими гордиться, не взирая на то, получат они новый
ранг или нет. Казекаге же ограничился крайне простой, лаконичной фразой, пробравшей,
тем не менее, всех до костей: «Я буду наблюдать за вами». Почти сразу у участников и
простых гостей стали непроизвольно сокращаться лицевые мышцы – подергиваться губы
и глаза. Под пристальным, обманчиво спокойным взглядом зеленых глаз шиноби Песка
мысленно поклялись себе выиграть или тихо умереть от рук соперников. Всяко лучше,
чем вернуться с проигрышем к Казекаге-сама.
Когда с официальной частью было покончено, началось веселье: разрешено было пить,
плясать, шуметь и в меру хулиганить, чем и занялись отважные шиноби.
Продолжилось все в одном из баров за общим столом, где собрались: Киба, Шино,
Хината, Недзи, Чоудзи, Гаара, Канкуро, Темари, Наруто и Итачи. Последний с
удовольствием бы остался дома, но Узумаки умел уговорить. Да и нельзя было Учихе
оставаться одному. Не положено. Поэтому и сидел бывший Акацки в теплом, тесном
кругу новой группировки Акахи, частью которой так внезапно стал.
Сакура же с Ино были беспощадно призваны Тсунаде в больницу. Мудрая женщина
предвидела сотни пациентов этим вечером.
Наруто в какой-то степени боялся того, как встретят Итачи друзья. Но все прошло более,
чем хорошо. Ребята задавали вопросы, касательно Акацки и их уязвимых мест, честные
ответы Итачи вызывали восторг и бурное обсуждение, в которое Учиху с радостью
втянули. Потом выпили. Первый тост «За Акахи!» прошел на ура, потому повторили.
Потом еще раз. И снова. И опять.
А затем к ребятам присоединился вернувшийся с задания Ли. И ему налили. И он выпил.
И началось…
Первые пять минут все честно гонялись за Зеленым Зверищем Конохи, пытаясь его
поймать и успокоить. Но вскоре всем эта фигня надоела и решили устроить соревнование.
Подлец Киба предложил в качестве приза Наруто. В каком конкретно виде уточнять не
стал, да никто и не просил, кроме самого Узумаки.
Коноха еще не видела такой полномасштабной охоты за Рок Ли. Жители деревни и ее
гости имели счастье (если успевали отскочить/убежать/смыться) или несчастье (если не
успевали отскочить/убежать/смыться) лицезреть в действии песок Гаары, Теневое
Клонирование Наруто, Гацугу Инузуки, Бьякуган и фирменные стили Недзи и Хинаты,
которая, к слову, вела себя крайне раскрепощено после первой же выпитой стопки, и
насекомых Шино. Позже к ним присоединился Сай, трезвый как стеклышко, но от того не
менее дурной. Канкуро, Темари и Чоудзи от погони открестились, предпочтя за всем этим
ужасом наблюдать издалека. Итачи же скрылся из виду, чего никто не заметил.
После получаса бесплотных попыток пьяные Акахи заподозрили подставу, которой, как
вскоре выяснилось, оказался Гай-сенсей. Защищая своего ненаглядного ученика, он
создавал клонов Ли и подставлял их под удар. Клятвенно заверив эмоционально
нестабильного сенсея, что с его дражайшим Ли ничего не случится, компания продолжила
развлекаться, приводя в благоговейный ужас зрителей.
В итоге остановил Ли Итачи. Благодаря Шарингану он узнал о клонах с самого начала и
потому отсоединился от основной группы в поисках настоящего. Физические меры
пресечения буйства на Рок Ли не действовали, так что Учиха применил Шаринган,
который сработал лишь со второй попытки. Потому как Итачи тоже выпил. Как уже
упоминалось, Узумаки, чтоб его, умел уговаривать.
И, когда уже победа у Итачи была, можно сказать, в кармане, выскочили остальные. В
суматохе стало совершенно неясно, кто же все-таки победитель. Подискутировав пару
минут, парни и одна девушка решили, что это ничья, и Наруто, соответственно, приз
общий.
И с этого момента началась охота за Наруто, который с таким положением вещей был
категорически не согласен, о чем и сообщил во всеуслышание. Конечно, с нулевым
результатом. Заведенные первой охотой Акахи с боевым кличем «За Наруто!» погнались
за своим лидером. Лидер истошно вопил и множился в геометрической прогрессии.
Закончилось всё дома у Наруто, где он тщетно надеялся спрятаться. К его счастью,
большинство охотников утомились самой охотой, так что ограничились продолжением
пьянки в маленькой квартирке. Попеременно к Узумаки приставали все друзья: кто с
поцелуями, а кто и с предложением перепихнуться. И если Гаара, Итачи и Недзи имели на
это право (но почему-то не спешили этим пользоваться), то Киба, Хината, Шино и Сай – а
особенно, Киба! – не давали бедному парню прохода.
Кульминацией для Наруто послужил развороченный водопровод. За каким лядом кому-то
захотелось попить водички, Узумаки не знал, как не знал и того, что нужно было сделать,
чтобы в нескольких местах продырявить канализационную трубу и расколоть сифон под
мойкой.
Тогда-то Наруто и захотелось побыть одному. Однако искренне огорченные и виноватые
физиономии друзей, а также их забавные попытки починить водопровод, заставили его
повременить со вспышкой возмущения. В конце концов, когда еще он чувствовал себя
настолько нужным?
- Так, Акахи, слушать мою команду! Да, Сай, ты тоже принят в Акахи, ага. Так вот,
приказ: всем спать! Кто хочет, может остаться здесь, но предупреждаю, у меня нет ни
одного футона! Что, все остаетесь? Ээ… ну, ладно… Ребята, я вас люблю. Всех. Правда.
Очень.
21 глава
В шесть тридцать утра Сакуру, наконец, выпустили из больницы. «Выпустили» потому
что девушка, только заслышав, что устроили ее друзья, несколько раз пыталась сбежать –
то ли остановить беспредел, то ли к нему присоединиться. Однако с Тсунаде уже было
довольно, пациентов по горло, так что Харуно отлавливали, стыдили и отправляли дальше
лечить синяки, ушибы, сотрясения и главную причину всего этого – алкогольное
отравление.
Сакура направлялась домой, но неожиданно для себя оказалась перед домом Наруто.
Костеря свое полусонное состояние, девушка разумно рассудила, что проверить друга
надо. А заодно и вытрясти из него все подробности вчерашнего беспредела. А если
повезет, то и застать его с кем-нибудь из парней – была у нее слабость к подобным
яойным зрелищам.
Впрочем, Сакура себя долго не обманывала. Она знала, почему не могла не зайти к
Наруто. Из-за Итачи Учиха. Она по-прежнему ему не доверяла и тихо ненавидела за
поломанную жизнь Саске. Если бы не Итачи, Саске не ушел бы. Он был бы сейчас с ними,
с ней. И видение Шион служило лишним тому доказательством. Наруто нельзя оставаться
наедине с Учиха Итачи. Нельзя.
Поднявшись на второй этаж жилого здания, Сакура обнаружила перед дверью в квартиру
Узумаки полоску песка.
- Значит, Гаара, - успокоилась она, едва удержавшись от того, чтобы не вздохнуть с
облегчением. Гаара не позволит причинить вред Наруто.
Но тут Харуно уловила какой-то шум. В попытке распознать приглушенный звук, она
вплотную прижалась к двери, затаила дыхание и прислушалась. И озадаченно моргнула.
Из квартиры Наруто однозначно доносился храп. Причем не просто храп, а храп Кибы!
Как-то ей довелось выполнять миссию вместе с Инузукой и Хинатой, как довелось и
ночевать в одной комнате с напарниками. В ту злополучную ночь Сакура так и не
сомкнула глаз. Она не была неженкой, но, черт побери, храп Кибы и мертвого поднял бы!
Этот урчащий, глубокий звук проникал через слой одеяла и подушки, пробирался через
уши в голову и там сотрясал мозг жуткой вибрацией. Самое грустное, что Хината спала
сном младенца, надежно защитившись заранее прихваченными берушами, пропитанными
чакрой.
Сакура на всю жизнь заполнила ЭТОТ храп. И теперь ей не давал покоя вопрос: что делал
ЭТОТ храп, точнее его обладатель, с Узумаки, Гаарой и Учихой Итачи?
Сердце забилось как сумасшедшее. А что, если они там… втроем? Или вчетвером?
Облизнув вмиг пересохшие губы, Сакура постучалась. Дверь приоткрылась, оказавшись
незапертой. Нахмурившись, Харуно вошла. Короткий, в пять шагов, коридор прихожей на
другом конце разветвлялся, направо уводя в спальню и налево – на кухню. Посередине
располагалась ванная комната, в которой уже кто-то мылся.
Не смея заглядывать в душ, Сакура прошла в спальню, на пороге чего и замерла, смешно
открыв рот.
Наруто спал. В полной безопасности он спал, сидя, прислонившись спиной к кровати, на
которой калачиком свернулась Хината, подозрительно растрепанная и в одной нижней
рубашке. Голые ноги излишне соблазнительно выглядывали из-под края покрывала.
Сакура даже позавидовала изящности икр Хьюги. И плевать ей на ее бюст!
Но это было еще ничего. Подумаешь, Недзи открутит Наруто голову. Глядишь, поумнеет.
«Хуже» заключалось в том, что на совершенно голом Узумаки, расположившись между
его ног и удобно устроив голову на его груди, спал сам Недзи! К счастью для
психического состояния Харуно, на нем были брюки. Хотя все остальное отсутствовало.
Киба с его храпом отыскался там же, только почему-то под кроватью. Вместо подушки он
использовал ладонь Узумаки, смешно и как-то мило уткнувшись носом в запястье.
Почему-то единственная здравая мысль, посетившая Сакуру, была: «Да как можно спать
при таком храпе?»
Наверно, она все же издала какой-то звук, потому что Недзи внезапно открыл глаза. Не
резко, а так, словно давно знал, что она здесь.
- Я же говорил, что это Сакура топчется у двери, - прошептал Киба, тоже прекратив
притворяться спящим.
- Так вы знали? – Возмутилась Харуно шепотом. - Вставайте сейчас же, пока вас Хината
такими не увидела!
Хьюга опасливо покосился на кузину. Потом перевел сомневающийся взгляд на Сакуру.
- Что? – Не выдержала она.
- Выйди, мы оденемся, - пояснил Недзи.
- Да вы-то и так одеты, - не поняла проблему Сакура, но тут ее осенило. - На Наруто, в
смысле, вообще нет ничего?
Киба фыркнул. Взгляд Недзи потяжелел, сделавшись каким-то… враждебным,
ревностным.
«Ну и черт с вами!» - В сердцах пожелала им Харуно и, резко развернувшись, вышла в
коридор, по инерции зайдя на кухню. В ней клокотало негодование. Эти два придурка
обошлись с ней, будто она не друг, а так, кто-то со стороны! А она, в отличие от того же
Инузуки, Четвертый Хвост, если они еще не забыли!
Но о своем возмущении Сакура враз забыла, столкнувшись на кухне с Итачи. Он сидел за
столиком и с невозмутимым видом попивал чай. И снова сердце девушки на мгновение
замерло, и с губ едва не сорвалось заветное «Саске-кун!».
Итачи не поздоровался с ней, ограничившись кивком. Так хотелось сказать этому
возомнившему невесть что типу, что она все знает, и что ни за что не позволит убить
Наруто! Но нельзя. Нельзя его спугнуть. Пусть втирается в доверие, если хочет, они все
начеку. Наруто не достанется каким-то Акацки.
Побуравив взглядом ненавистного человека, Харуно с гордым видом покинула квартиру.
Наруто есть на кого оставить. А ей надо поспать. Да, точно, как следует, выспаться.
…
Стоило Сакуре закрыть за собой дверь, как Итачи с тем же невозмутимым видом отложил
чашку зеленого чая и, прикрыв глаза, помассировал себе виски в надежде избавиться от
жуткой мигрени. И как он только согласился так напиться?
Как-как… оттянуться захотелось. Понять, что в жизни не только тренировки да миссии
есть. Он ведь действительно все эти долгих шесть лет не позволял себе расслабиться вот
так, в компании. В веселой компании, где не ждешь подвоха или удара в спину, где не
надо постоянно быть наготове отразить удар. Давно он не был дома. Или это влияние
Наруто?
В спальне завозились. Итачи открыл глаза. Рассеянный взгляд упал на газовый ключ,
которым прошлой ночью они всей толпой чинили водопровод. Причем, каждый отбирал
его у другого, затягивали гайки на трубе в разные стороны и, в итоге, только доломали
еще не сломанное. Самый ярким воспоминанием осталось то, как Гаара прочищал
водосток своим песком, не рассчитал силы и взорвал непрочный металл. Да, три дырищи
на разных участках трубы смотрелись впечатляюще. Придется все менять. Сейчас песок
того же Гаары сдерживал воду, пока он мылся в душе. Многоцелевое, однако,
использование.
Зашуршал песок из тыквы, прислоненной в углу кухни, и появился отфыркивающийся
Шукаку.
- Тьфу-тьфу, Шукаку ненавидит воду! – Уведомил он Итачи. Учиха с легким
любопытством окинул его взглядом: мокрый, взъерошенный и совершенно голый. Ну да,
таким и должен быть клон человека, находящегося в душе.
Наруто упоминал, что чакра Кьюби позволила Однохвостому некоторую свободу. Вот,
значит, какую.
- Тупой, тупой Гаара! – Проскулил демон, отряхиваясь на манер собаки. - Где дольки
Шукаку? Шукаку голоден!
- Тихо, – сухо скомандовал Гаара, заходя на кухню в одном полотенце и на ходу
высушивая волосы другим.
- Шукаку хороший! – Взвизгнул демон. - Зови Шукаку мамочкой!
Командный тон демона не уступал его носителю.
- Марш в тыкву, - более не обращая внимания на песчаного духа, Гаара вернулся в
ванную, бросив на Итачи предупреждающий взгляд: «Если что, утихомирь его». Итачи
это даже озадачило: такое доверие со стороны несостоявшейся жертвы Акацки.
- Тупой Гаара! Не хочу обратно! – Заканючил демон, истерично замахав руками. Своим
почти детским поведением он крайне напоминал Итачи Мадару, когда у того наступал
кризис личности. От пришедшего на ум сравнения Учиха поморщился, что внешне
практически не было заметно – лишь чуть сведенные к переносице брови, лишь чуть
плотнее сжатые губы, лишь чуть сощуренные глаза.
- Ттебайо, Гаара, ты опять Шукаку выпустил!? – Простонал Наруто, проснувшийся от
визгливого голоса, и тут же испуганно вскрикнул. - Хината!?
- Тихо ты! – Шикнули на него Киба и Недзи.
- Ой… Наруто-кун… - пролепетала все-таки разбуженная девушка. - Ух, ты…
- Хината-сама, немедленно отвернитесь! Или закройте глаза! Наруто! Тебя это тоже
касается! Оденься уже! – Рявкнул Недзи.
- Н-но, Недзи-нии-сан… - растерянный голосок и вдруг уверенное. - Тебе можно его
трогать, а мне даже смотреть нельзя?
- Эм… Хината-сама… - ошалел Недзи от похмельного поведения кузины.
- Наруто-кун, ты мне давно нравишься!
- Хи…Хината!? – Отчаянно возопил Узумаки и, как есть, с мятой футболкой, прижатой к
причинному месту, забежал на кухню к заслушавшемуся Итачи. - И-Итачи! Там…
Хината… она… она… Недзи меня убьет!
И лицо у него было таким несчастным, таким испуганным, и весь он так дрожал, что
Учиха не выдержал и тихо рассмеялся, прикрыв глаза рукой, чтобы не видеть этот ужас и
дальше.
- Итачи, датте байо!
Смех только усилился.
А потом появился жутко довольный собой Ютсури. В облике Хинаты.
- Ну? - Промурлыкал он женским голосом. - Как вам всем, двуногие, ваш Пятый Хвост?
…
- Сволочь.
- Пфе!
- Скотина.
- Хм.
- Урод!
- Ты сейчас понял, что девушку обидел? – Рассмеялся Ютсури. - Я в ее облике, двуногое!
- Моральный, ттебайо! – Поправил себя Наруто, глянув на Хинату, благодарно
принимающей из рук Недзи мокрое полотенце. У бедняжки, наконец, наметилась мигрень.
Схватив своего демона за руку и утащив его с кухни в спальню, Наруто закрыл за собой
дверь:
– Как ты мог такое сделать с нами!? С ней!
Демон склонил голову на бок, буравя своего носителя насмешливым взглядом огненных
глаз.
- Значит, как с ненавистным братом своего лучшего друга переспать – это нормально, протянул он саркастично. - А как с симпатичной девушкой из приличной семьи, так сразу
«моральный урод»!? Узумаки, у тебя что-то не то с головой.
- И это «что-то не то» ТЫ! – Взбесился Наруто. - И не лезь в наши с Итачи отношения!..
То есть… в наши с Итачи и Гаарой… и Недзи…
- И с Сакурой, и с Хинатой, - поддакнул Кьюби.
- Зачем ты это сделал? – Снова, но уже с подступающим страхом повторил вопрос Наруто,
глядя демону прямо в глаза.
Зверь оскалил зубы и одним плавным, стремительным движением опрокинул мальчишку
на кровать, нависнув сверху. Странно это смотрелось в исполнении вечно неуверенной в
себе Хинаты.
- Меня бесит то, как ты смотришь на Учиху, - вкрадчиво, с нотками рычания произнес
демон.
- Я не…
- Чем больше ты на него смотришь, тем больше я хочу разорвать его на куски, - не
позволив Наруто возразить, продолжил он, сжав хрупкие на вид пальчики на запястьях
своего Джинчуурики. - Ты не представляешь, глупый мальчишка, как я хочу вырвать ему
его проклятые глаза, как жажду услышать его мольбы о смерти, - Кьюби говорил
медленно, с расстановкой, смакуя и вкладывая в каждое слово, в каждый звук ненависть,
чуждую даже людям. - Рвать и рвать его тело и сжечь, пока не останется ничего, даже
пепла…
- Не хочется снова становиться марионеткой, Лис? – Наруто не слышал, как дверь
открыли, и на пороге возник Итачи.
Ютсури зарычал, оглянувшись на ненавистного носителя проклятой крови. Итачи
встретил его бешеный взгляд спокойно, лишь чуть сощурившись.
- Ютсу… - не успел Наруто договорить, как демон в облике девушки спрыгнул с него и
набросился на Учиха. Удар раскрытой ладонью пришелся на блок, выставленный Итачи.
Тем не менее, его отбросило назад, в коридор.
- Ютсури, стой! – Вскричал Узумаки. Не слушая его, Лис вылетел вслед за Учиха.
…
Перевернувшись в воздухе, Итачи благополучно приземлился на ноги. Не желая
испытывать судьбу, он активировал Мангъеко Шаринган. В таком маленьком помещении
это было лучшим выходом.
Лис появился секундой позже – взлохмаченный, словно вздыбив несуществующую на
теле шерсть, оскаливший заострившиеся клыки, с опаляющей огненной чакрой над кожей.
Из девичьего горла вырывалось звериное, утробное рычание.
На шум из кухни выбежал Недзи и, почему-то, Шукаку.
- Подлая Лиса! – Счастливо воскликнул Однохвостый, кровожадно облизнувшись. - Будет
мно~го крови с Подлой Лисой.
- Что это значит? – Напряженно спросил Хьюга и крикнул на кухню, - Хината-сама,
оставайтесь там!
- Ютсури, уймись, ттебайо! – Подключился Наруто, схватив своего демона со спины. - На
что ты так разозлился?
Кьюби скинул его с себя, словно отмахнулся от назойливой мухи. Все его внимание было
лишь для Учиха.
- Жалкий потомок Мадары, что ты можешь по сравнению с ним?
- Шукаку нравится… - с предвкушением кровавого боя Шукаку приблизился к Итачи на
шаг, не отрывая от него голодного взгляда. Демон поднял руку в попытке дотронуться до
устрашающей чакры, но его перехватили.
- Назад, - одними губами приказал Гаара. Однохвостый издал низкий визжащий звук
угрозы и дернул рукой, высвобождая ее из чужой хватки.
Недзи настороженно изучал Кьюби. Девятихвостый в облике его кузины нетерпеливо
облизнулся, но пока не предпринимал никакой попытки напасть на Учиха. Наруто, хрипло
дыша, медленно поднимался на ноги. Похоже, скидывая его с себя, Лис задел горло.
Атмосфера в маленькой квартирке накалилась до предела, грозя взорваться насилием.
…
Пейн предпочитал встречать Зецу на балконе самой высокой башни Амэгакуры. Не столь
потому что там находилось его настоящее тело, сколько из простого желания насладиться
видом мирной деревни перед этим и напомнить самому себе, ради чего когда-то пошел на
создание Акацки.
Шпион возник как всегда беззвучно, выплыв из бетонного пола, словно признак.
- Ты опоздал, - заметил Пейн, нехотя отворачиваясь от горизонта.
- Мы обедали, - довольным тоном пояснил Зецу. – Очень вкусно обедали, даа…
- Избавь меня от подробностей, - Лидер спустился со смотровой площадки и неспешным
шагом прошел в комнату. - Докладывай.
Ухмыльнувшись, шпион развел руками:
- Они взяли на себя заказ по поимке банды нукенинов, разоривших деревню.
- Какую еще деревню? – Не понял Пейн. - Кто заказчик? Выжившие селяне или местный
дайме?
- Нет, один богач, чья дочь не вовремя оказалась проездом в той деревне.
- Ясно, - в кои-то веки Лидер позволил себе тяжело вздохнуть – мир вокруг не просто
нуждался, он требовал перемен. - Значит, ты не заметил за Итачи никаких странностей?
Зецу задумался. Пейн догадывался, что тот пустился в дискуссию с самим собой.
- Нет, - в конце концов, ответил шпион. - Нам ничего не показалось странным.
- Хорошо, - кивнул Лидер. - Тогда у меня для тебя другое задание…
Стоило только Зецу отправиться в путь, как из тени вышел мужчина в оранжевой маске.
- На нем нет ни следа воздействия Шарингана, - задумчиво проговорил Мадара.
- Сомневаешься в его верности? – Повернулся к нему Пейн.
Настоящий лидер Акацки неопределенно качнул головой. Зецу не находился под
воздействием иллюзий и вряд ли мог предать, выбрав сторону Итачи. А значит, либо
Итачи каким-то образом провел его, либо был невиновен. В любом случае Мадара мог
лишь восхищаться своим потомком и продолжать проверять его время от времени. Так, на
всякий случай.
…
В то же время, но в Конохе, глубоко под землей, где располагался штаб отряда «Корень»,
Сай преклонял колено пред своим прямым начальством. Проснулся он одним из первых в
квартире Узумаки и все же едва не опоздал на встречу.
- Что выяснил, Сай? – Несмотря на свой преклонный возраст и увечья, Данзо никогда не
сидел, принимая отчет от своих людей. Он считал важным всегда находиться над ними.
- Узумаки Наруто собирает вокруг себя молодых шиноби в организацию под названием
«Акахи», - принялся за доклад шпион. - Я так же был в нее принят.
- «Красное Солнце», - поморщился Данзо. - Какое нахальное название. Значит, ты уже
добился доверия Джинчуурики… это хорошо. Известны лица, присоединившиеся к нему?
- Не все, - четко, без увиливания признал Сай.
- Мне нужен полный список. Что насчет Казекаге? Он действительно любовник Узумаки
Наруто?
Надо отдать Данзо должное: он даже не запнулся, называя двух парней любовниками, тем
более столь значимых для деревни.
- Действительно, - подтвердил Сай.
Старейшина ненадолго задумался, прежде чем спросить:
- Тебе есть еще, что мне рассказать?
- Я плохо помню вечер, Данзо-сама.
- На твою память повлияли?
- … Нет, я был пьян.
Мужчина едва не сплюнул с досады.
- Кто тебе позволял пить на задании?!
- Это было частью задания по сближению с Узумаки Наруто, - столь же равнодушно
ответствовал Сай. - Все пили. Я не мог не присоединиться.
Данзо недовольно сощурился, но признал результаты задания своего агента более чем
приемлемыми.
- Продолжай в том же духе. Все данные о Джинчуурики незамедлительно доставляешь
мне.
- Слушаюсь, Данзо-сама.
…
- … библиотека Конохи насчитывает более десяти тысяч свитков истории, литературы,
точных наук, и также всего того, что так необходимо…
Шион отчаянно зевала. Вот уже четыре дня ее водили по официальным приемам да
экскурсиям по всем мало-мальски важным местам. Вначале девушка еще надеялась, что
все это не более чем традиция, и скоро ее отпустят встретиться с Наруто, но реальность
оказалась суровой: Пятая Хокаге делала все, лишь бы Шион не встретилась со своим
спасителем и не разболтала ему подробности своего видения. Об этом жрица узнала
самым тривиальным способом: подслушала.
«Да они мне не доверяют!» - возмутилась Шион и в силу своего бунтарского характера
решила, во что бы то ни стало, встретиться с Наруто до своего отъезда, до которого,
кстати, оставалось меньше двух дней.
- На данном стеллаже у нас представлены редкие рукописи…
- Прошу прощения, - вежливо вклинилась в монолог Шизуне жрица. - Не подскажете, где
здесь дамская комната?
Поначалу растерявшись, куноичи быстро взяла себя в руки и с понимающей улыбкой
препроводила гостью в туалет. К счастью для Шион, тот находился на первом этаже.
Девушка не сомневалась, что ее караулят на выходе, так что пришлось лезть через окно.
Для необученной искусству шиноби, да что там говорить, не посещавшей даже
физкультуру, изнеженной жрице оказалось настоящим подвигом забраться на
полутораметровую высоту и протиснуться в узкий проем рамы. В ходе побега она набила
себе шишку на макушке и заработала несколько царапин на руках и коленях. Но что
значат эти боевые раны по сравнению с любовью девушки!?
Где находится квартира Узумаки, Шион подсказал первый же прохожий. Из беседы с ним
девушка в очередной раз убедилась, что в деревне Наруто любят – с такой гордостью
отзывался мужчина о нем. Поблагодарив его за помощь, она, не медля, последовала
указанному пути и уже через десять минут поднималась по лестнице старенького
многоэтажного дома.
«И здесь он живет? – Морща носик, поражалась Шион. - Интересно, как он меня
встретит? Наверняка будет рад. Ой, надо было что-нибудь с собой захватить. Впрочем, я
сама прекрасный подарок!»
Погруженная в свои мысли, девушка не заметила песок перед приоткрытой дверью.
Решительно сделав шаг, она поскользнулась на самом пороге, поддалась по инерции
вперед и влетела в коридор, где как раз происходили разборки.
На нежданную гостью не сразу обратили внимание – участники, не до конца доверяя друг
другу, не решались отвлечься.
Гааре никак не удавалось заставить Шукаку вернуться. Демон давно не получал своей
кровавой жертвы и теперь, предчувствуя, что прольется кровь, не желал уходить. Нет, он
хотел насладиться всем сполна.
Ютсури скалил зубы, вглядываясь в красные, с черным узором глаза Итачи. Он желал
проверить, на что способен этот потомок Мадары. Одно из немногих вещей в мире,
которые уважал демон, была сила.
Недзи боролся с собой. Ярость, повисшая в воздухе, будоражила его, маня выплеснуть
собственный гнев. Гнев на дурочку-Хинату, впутавшуюся в интриги Лиса, на Кьюби,
посмевшего втянуть его кузину и предъявляющего права на Наруто, будто тот его
собственность, на Гаару и его чокнутого демона. Но, главное, была злость на Узумаки. Без
четкой причины, но если бы только его не было… если бы только Наруто не был таким,
какой он есть…
Серые глаза с активированным Бьякуганом заволокла алая дымка.
22 глава
Перед внутренним взором Недзи один за другим тянулись кадры из прошлого.
Первая встреча с Наруто на Чуунинском экзамене, перед фальшивой дверью в
экзаменаторскую. Недзи тогда лишь мазнул взглядом по гордой, прямой спине, по лицу с
нахальной и слишком самоуверенной, ничем не подкрепленной, улыбкой. Тогда еще у
Недзи не было ни мысли об Узумаки Наруто.
Бой с сестрой, с Хинатой-сама. Из эмоций – жалость и презрение, страх и ревность, обида
на судьбу и злое, объятое цепями смирение. И еще невнятное, неосознанное желание
пойти наперекор и освободиться. Узумаки Наруто раздражал, подобно солнцу, что слепит
глаза. И намного позже Недзи осознал: так и должно быть, когда выходишь из тьмы на
свет. На настоящий, живой свет.
Цепочка событий, словно спираль, раскручивалась, захлестывая эмоциями.
Сколько было этих встреч, этих жизненно важных слов и действий? И почему везде был
Наруто? Почему боль от собственных ран меркла под лавиной мыслей о его проигрыше?
Восстанавливаться в больнице и сходить с ума от беспокойства, все ли с ним в порядке.
Все ли в порядке с мальчишкой, которого-то и знал меньше недели.
Меньше недели – так мало, чтобы привязаться к кому-то.
Меньше недели – невозможно, чтобы кто-то стал всем твоим миром.
Меньше недели – так естественно, если это Наруто.
Его слова, его действия, его воля – всем этим Недзи был охвачен, связан, заполнен. Он
больше не принадлежал ни себе, ни клану, ни деревне. Только ему, только Узумаки
Наруто. Принадлежал и все же чувствовал безграничную, ни с чем несравнимую свободу.
А Наруто Узумаки был связан и заполнен Учихой Саске. Смотрел только на него, гнался
только за ним. И за это Недзи ненавидел Наруто. Потому что не мог занять место Саске.
Потому что никто этого сделать не мог.
Недзи не понимал, откуда пришла эта ревность, откуда взялись эти мысли теперь, когда
Кьюби собирался напасть на Учиха Итачи, когда Шукаку отказался подчиняться Гааре,
когда Наруто, не зная, что делать, переводил отчаянный взгляд с одного на другого?
Откуда?
А ответ всплыл в голове событиями прошлого вечера. Праздник в честь экзамена на
чуунинов, бар и столик, полный выпивки, спор, погоня за Рок Ли, смех и безумная
эйфория, погоня за Наруто, продолжение вечеринки у него дома. Было так весело, так
чудесно хорошо с ним, со всеми, так здорово и так уютно в этой маленькой квартирке.
Даже Сай не раздражал как обычно.
А потом, когда все ложились или уже спали, Недзи увидел на прикроватной тумбе
протектор с перечеркнутой эмблемой Листа. Он не принадлежал Итачи. Он принадлежал
Саске. И стоило Хьюге взять его в руки, как Наруто с воплем подскочил к нему и отобрал,
словно боялся, что Недзи испачкает этот чертов кусок металла.
«Это… это Саске», - прошептал он чуть слышно, и Недзи неверяще смотрел на то, как по
щекам вечно веселого Наруто бегут слезы. Наверно, виноват был алкоголь, но Наруто
плакал, сжимал в руках протектор (все, что осталось у него от Саске) и рассказывал о
прошлом. Об их с Саске прошлом.
Слушая его сбивчивые истории, зачастую даже незаконченные, Недзи хотелось кричать.
Хотелось прервать Наруто, во что бы то ни стало, схватить и сказать: «Взгляни на меня,
Наруто, я здесь, с тобой! Я сделаю все, что угодно, только забудь, только позволь мне
избавить тебя от него, Наруто!»
Но Узумаки глотал слезы и улыбался светлым воспоминаниям. У Недзи не хватило духу
остановить его.
Хьюга чувствовал на себе давление собственных злых, эгоистичных желаний. Под этим
удушающим прессом соображать становилось все сложнее, а злость на обстоятельства, изза которых Саске превратился для Наруто в незаменимого человека, росла.
«Я хочу убить его, - вертелось в голове навязчивая мысль, - стереть с лица земли. И всех
их тоже. Всех тех, что отнимают на себя внимание Наруто…»
- Ютсури, не смей нападать на Итачи! Да что с вами, со всеми?!
«Итачи. Брат Саске…»
- Шион?! Ты что тут делаешь? Черт, уходи отсюда!
«Шион. Предсказание. Смерть Наруто от рук Учиха. Смерть… моего… МИРА…»
…
Появление давней подруги стало для Узумаки неприятным сюрпризом.
- Наруто, что здесь происходит? – Она и не думала уходить. Сидела на полу, держась за
вывихнутую щиколотку, и смотрела – так непонимающе, так упрямо.
Узумаки хотел, но не мог ей помочь. Это значило бы отойти и оставить Ютсури и Итачи
без преграды. Наруто чувствовал, он – единственное, что все еще удерживало демона на
месте.
Гаара был занят Шукаку. Однохвостый не двигался с места, скованный собственным
песком, но по его лицу скользило нетерпение устроить хаос. Не желая возвращаться в
тюрьму разума Гаары, он мог в любой момент вырваться на свободу.
Вся надежда была на Недзи.
- Недзи, уведи отсюда Шион, - обратился к нему Наруто. Хьюга остался неподвижен. –
Недзи?
Его глаза кровоточили. Кровоточили на напряженном, сосредоточенном и будто
растерянном лице. Красноватая пелена заволокла белки и радужки, и густо-алые дорожки
скользили вниз, обрываясь тяжелыми каплями. И глаза эти были обращены на Итачи.
«Черт, черт, черт! Не все сразу!» - Мысленно взвыл Узумаки.
- Недзи, пожалуйста, - с нарождавшейся паникой попробовал он достучаться до друга. –
Недзи, ты мне нужен, слышишь?!
Как во сне, Хьюга моргнул. Алая пленка не сошла, но стало будто бы тоньше.
- Шион, - одними губами напомнил Наруто. Он верил Недзи. Он верил, что Недзи
непременно справится. И потому не боялся. Не сомневался.
А Недзи внезапно оскалился, словно дикое животное. Демоническая чакра вспыхнула
вокруг него плотным, зловещим ореолом.
- Недзи?
- Шион, - прорычал голос, лишь отдаленно напоминавший голос Хьюги. Третий
Демонический Хвост сорвался с места к девушке. Смазанным от скорости движением его
пальцы, объятые пламенем, рассекли воздух, впились в плоть и прошлись вниз, оставляя
пять глубоких рваных борозд, не позволяя даже показаться крови, опаляя ее, плавя,
словно раскаленный металл воск.
В следующую секунду рядом с Недзи оказался Итачи и вырубил его одним точным
ударом в основание шеи. Последнее, что отпечаталось в мозгу Хьюга, это глубокие следы
ожогов от его пальцев почему-то на спине Наруто.
…
Шион не верила своим глазам. Она не узнавала в пылавшем яростной чакрой, одержимом
невозмутимого Хьюгу Недзи. И когда он бросился к ней, замахнувшись для удара, жрица
была уверена, это ее конец. В его взгляде не было ни тени сомнения, ни проблеска разума.
Но ее опрокинули на спину, навалились сверху и почти оглушили коротким криком боли.
Сердце дрогнуло, испуганно застыло и болезненно сжалось.
Когда все остановилось, и тело на ней обмякло, Шион осмелилась открыть глаза. Она
успела только сфокусировать зрение на светлом хвосте волос, перевалившемся через
плечо спасителя, а Наруто уже аккуратно с нее сняли и опустили животом на пол.
- Что с ним? – Подобралась жрица, с испугом глядя на исполосованную спину.
- Вечно тебе надо подставляться, - подошла, прошипев, хрупкая на вид девушка и
склонилась над тяжело дышащим Наруто.
- Иди ты, - слабо огрызнулся тот, морщась от чудовищной боли. Ютсури оскалился,
запустил пальцы в шевелюру своего носителя и запрокинул ему голову, вырвав из горла
крик. Ожоги несли страшнейшую боль.
- Стой! Ему же больно! – Попыталась остановить его Шион, но ее руки перехватил Итачи.
- Тебе стоит научиться ценить свою жизнь, Наруто-кун. Ты рискуешь не только собой.
А Шион отшатнулась, высвободившись из чужой хватки. Ее глаза в ужасе расширились –
она узнала Шаринган из своего видения.
…
Недзи и Наруто унесли на носилках в больницу. Помощь в транспортировке оказывали
Гаара, справившийся с Шукаку, и Итачи. Ютсури исчез, вернувшись в разум своего гореносителя. Когда коридор опустел, Шион поняла, что о ней попросту забыли, а сама она
слишком углубилась в собственные размышления, чтобы напомнить о себе.
Вздохнув, жрица Страны Демонов кое-как поднялась на ноги, щиколотка тут же
воспротивилась движениям, послав сигналы боли.
- Да чтоб тебя! – С бессильной злостью воскликнула Шион. Она чувствовала себя жалкой
и бесполезной. Чем, чем она смогла помочь Наруто? Что она вообще может сделать?
На глазах навернулись слезы.
«Нет!» - Замотав головой, она утерла постыдную влагу и, не спеша, вдоль стены,
направилась на кухню.
А на кухне, распластавшись на полу, лежала девушка. Присмотревшись, Шион опознала
ту самую темноволосую девушку, что так грубо обошлась с Наруто, а затем исчезнувшую
в облачке тумана.
- Что здесь творится? – Пробормотала себе под нос жрица и присела рядом с ней на
колени.
- Эй? – коснулась она плеча незнакомки. Не получив реакции, толкнула более уверенно.
Затем еще раз, и еще. Увлекшись, она даже отвесила пощечину, от которой, кстати,
Хината и очнулась.
- Ой, ты в порядке?
- А? Да, - Шион с трудом смогла расслышать тихий голос. – А где… Наруто-кун? И
Недзи-нии-сан?
- А… а ты разве там не была?
- Где «там»? – Поняв, что случилось что-то серьезное, Хьюга вскочила на ноги и
выбежала в коридор. В узком пространстве все еще пахло горелой плотью.
- Они в больнице, - донеслись до нее слова Шион. – С Недзи-саном что-то случилось, и он
напал на меня. Наруто встал у него на пути и взял на себя весь удар.
Хината нехотя вернулась на кухню.
- Я помню… помню, как Недзи-нии-сан крикнул, чтобы я оставалась на кухне и не смела
выходить. Я встала из-за стола, но на меня накатила слабость, стало так жарко, и я…
потеряла сознание.
- Наверно, нам тоже нужно в больницу, - слабо улыбнулась Шион, глядя на потерянное
лицо Хинаты.
…
Наруто снился Саске. Это был хороший сон. В нем его друг улыбался, спорил с ним,
соревновался. В нем Саске узнал правду об Итачи и простил его. В нем все было хорошо.
Так хорошо, что Наруто понял, что спит. И проснулся.
Подушка под щекой оказалась мокрая от слез. То ли из-за сна, то ли из-за ноющей боли в
спине. В палате никого кроме него не было, хотя Наруто помнил, что перед тем, как он
отключился из-за болевого шока, помещение заполонили люди, начиная от друзейлюбовников и заканчивая медиками. А, и еще была очень злая и встревоженная Тсунадебаа-тян.
Сколько же времени прошло?
Наруто поднял глаза на окно: судя по положению солнца на небосклоне, прошел где-то
час, может два. Попытка привстать окончилась плачевно и крайне болезненно.
«Не могли, блин, что ли обезболивающее какое вколоть?» - Подумал он с тоской и
перевел взгляд на прикроватную тумбу, на которой лежал его протектор. Мысли вновь
вернулись к Саске.
Их последнюю встречу Наруто помнил туманными обрывками. Он даже не мог точно
сказать, как Саске выглядел – слишком тесно переплелись в его памяти образы того,
тринадцатилетнего, Саске и Итачи. Наруто не мог точно сказать, о чем ему говорил Саске.
Помнил лишь, что тот злился, сильно злился на него.
- Саске, - выдохнул он в подушку. Когда же он уже сможет догнать его? – Я, попрежнему, слишком… слаб, да?
- Ты сильный.
- Итачи?
Наруто не видел, как Итачи вошел в палату, как обошел его койку. Учиха присел на
корточки перед ним, чтобы их лица оказались на одном уровне.
- А Недзи, он…
- В порядке.
- Фух… Хорошо. А ты сам не чувствуешь… беспричинной злости?
- Нет.
-…
- Моя злость имеет под собой причины, Наруто-кун.
- Ты злишься на меня?
- Да.
- Из-за чего?
-…
- Мм, а я, правда, сильный? – У Наруто была странная привычка: задавать глупые,
неуместные вопросы, пристально глядя в глаза.
- Несмотря ни на что, ты все еще хочешь вернуть Саске?
- Конечно!
- Потому что он твой друг?
- Да.
- Наруто-кун, причина, по которой Саске страдает, я. И бросил он тебя тоже из-за
ненависти ко мне.
- … Я это знаю.
- Как ты думаешь, каково ему будет узнать, что его лучший друг спит с ненавистным
убийцей его семьи?
- Я заставлю его понять и…!
- Как думаешь, ему будет больно от этого?
- Я… не знаю… - тихо, на грани слышимости. А в глазах – долгожданное понимание.
- Вместо меня здесь мог бы быть Саске.
«Теперь понимаешь, Наруто-кун, почему я злюсь?»
- Если… если Саске все объяснить, он поймет!
- Думаешь, ему есть дело до причин? Теперь?
Итачи лукавил. Сколько он знал младшего брата, тому вечно требовались причины на все
на свете.
«Нии-сан, а почему небо синее?»
«Почему кунай такой тяжелый?»
«Зачем отец тебя вызвал, нии-сан?»
«Почему мама плачет?»
«Почему ты убил их всех?!»
- Ты сильный.
- А? – Наруто дернул головой и тут же с тихим шипением уткнулся в подушку. Любое
движение отдавалось болью от ожогов.
- Сколько тебя ни пинай, сколько ни пытайся убить, ты все равно продолжаешь верить. –
Итачи едва заметно нахмурился. Собственные слова показались ему излишне грубыми по
отношению к Наруто. Но добавлять что-то – лишь лишний раз заострить на этом
внимание. Даже если Наруто действительно напоминал в своей слепой преданности
собаку.
А Наруто откровенно поморщился, отвел взгляд, пристально уставившись на свой
протектор, терпеливо ожидавший хозяина на тумбе.
И вот когда Итачи уже был готов извиниться, Узумаки вдруг заговорил:
- Все-таки, вы с ним похожи. С Саске. Ты меня тоже презираешь, да?
Итачи был удивлен. Нет, вполне логичный вывод, исходя из его слов, но… Почему-то он
ожидал, что Наруто все поймет правильно.
- Но, знаешь… Саске тебя переплюнул, - Наруто поднял болезненно лихорадочный взгляд
на него и насмешливо выдал. – Он меня почти убил. Дважды.
Он улыбался. И улыбка была пронзительно горькой, воспаленной, словно погрязшая в
язвах рана, без надежды когда-нибудь затянуться. Итачи смотрел на нее – пристально, не
смущаясь, не чувствуя вины или неудобства. В конце концов, чем ближе к тебе человек,
тем больше у него шансов убить тебя. Наруто следовало бы это знать.
Боги, один раз умереть намного легче, чем выживать снова и снова и нести на себе все эти
воспаленные, сочащиеся гноем воспоминаний раны.
- Если… если подумать, у Недзи это тоже вторая попытка. В прошлый раз я его победил.
Гаара тоже… да, точно. Тоже два раза. Первый был, когда он шел на бой с Саске на
Чуунинском экзамене, а во второй раз я его победил. Каждое неловкое слово при Сакуретян – путевка в госпиталь. Только Хината, кажется, еще не пыталась меня убить. Да, и все
жители деревни постоянно… Они меня боятся, знаешь? Поэтому я, наверно, все еще жив.
Забавно… меня, действительно, сколько ни пинай…
- Замолчи.
Улыбка Наруто пропала, неохотно спрятавшись где-то там, внутри.
- Да я не жалуюсь! – Запальчиво закричал Наруто и даже приподнялся, забыв про ожоги. –
Какое мне дело, что меня ненавидят?! Я все равно стану лучшим и сильнейшим Хокаге! И
буду всех защищать! И меня полюбят! Понял?! Полюбят! Даже ты, ттебайо!
Итачи выслушал его тираду спокойно. А потом также спокойно приподнялся, опустил
ладонь на основание шеи и надавил, принуждая лечь обратно. Не в его правилах
объяснять элементарное на пальцах. Но с Наруто, похоже, по-другому было нельзя.
Рука зарылась в растрепанные пряди на затылке, мягко массируя, настойчиво удерживая
голову в одном положении. Наруто настороженно выжидал, когда лицо Итачи
приблизится, а губы коснуться его рта. Не то, чтобы он знал заранее, как поведет себя
Учиха, скорее он просто выдохся и теперь позволял делать с собой все, что угодно. Если
это не больно. И вот поэтому была настороженность – поцелуй Итачи причинял как боль,
так и дарил тепло, внося полную сумятицу в мысли Узумаки.
- Тебя любят.
Сегодня и через неделю, завтра и через месяц – Наруто всегда будет требоваться
напоминание об этом. О том, что его любят и признают.
Наруто не слепой и видел отношение к себе окружающих – их заботу, их поддержку,
дружбу и любовь. Он знал, его уже признали, его уже уважали, им уже дорожили. Он все
это видел и понимал. Однако Наруто никогда не забудет годы унижения, откровенной
злости и ненависти. Годы, когда ему не к кому было пойти, не от кого услышать доброе
слово. И все то зло, что ему причинили, он никогда не забудет. Не потому что не хочет, а
потому что не может.
На его теле уже нет тех ран, нет тех переломов, оставленных Саске. Скоро рассосется и
заживет ожог от руки Недзи. И Наруто ни словом, ни действием не даст Хьюге
извиниться. Потому что: «вот, смотри – на мне нет ни царапинки. За что тут извиняться?»
Наверняка Наруто не понимал, что весь он уже давно покрыт порезами, шрамами,
переломами и ожогами. Только все они там, внутри – чтобы никто не видел, даже он сам.
Итачи не сомневался: если бы психика Наруто не была столь гибкой, столь детской, он
давно сошел бы с ума, озлобился бы и жил, убивая без разбора, лишь для того, чтобы
утолить всю ту боль, с которой сейчас живет и будто бы не замечает.
Этот сумасшедший и озлобленный Наруто жил в Узумаки. Жил в месте, намного более
глубоком и темном, нежели то, где запечатали Лиса. Тем не менее, даже оттуда, он влиял
на Наруто, которого знали все они. Он, истекавший кровью и гноем, переломанный и
обожженный, тянулся к глазам Наруто, чтобы закрыть их и погрузить его во тьму. Тогда
бы этот темный и несчастный Наруто, смог бы выплеснуть свою ярость на всех, на весь
мир. А пока этого не случилось, он мог лишь иногда – вот как сейчас – прорываться и
напомнить о себе и своей боли.
Итачи вздохнул: легко было рассуждать о нем, как о постороннем существе, как, к
примеру, о Лисе. Реальность же была по обыкновению жестока: Темного Наруто не
существовало. Он был и будет Наруто, той его частью, что пребывает в тени. Пока что.
- Я ведь это знаю, да? – Как-то беспомощно спросил Наруто.
- Да, - тихо подтвердил Итачи.
- Да, - громче донеслось со стороны двери. Недзи вошел в палату уверенным, неспешным
шагом, только спину держал неестественно прямо. Так же, как и Итачи, он обошел
больничную койку и присел на соседнюю, чтобы Наруто мог видеть его, а он – Наруто.
Это было заметно – как он побледнел при виде спины Узумаки. На ожог наложили
тончайшую материю, пропитанную заживляющим и обеззараживающим веществом.
Настолько тонкую, что можно было различить неровности борозд.
- Мы подчиним эту силу, - вдруг произнес Наруто, отвлекая Недзи от разглядывания дела
рук своих, а Итачи – от разглядывания Недзи.
Парни как по команде уставились на Наруто. Тот усмехнулся:
- Только представьте: когда мы освоимся с чакрой, Акахи станут непобедимы! С нами на
Коноху никто не посмеет напасть! Акацки перебьем, и даже Саске сможем вернуть! Верно
говорю?
Недзи позволил себе сгорбиться, расслабиться. Переплетя пальцы в замок, он облокотился
на них и усмехнулся:
- В качестве извинения, Наруто, я угощу тебя раменом.
- Серьезно!? – Узумаки буквально подскочил всем телом перед радужной перспективой. –
Тогда чего мы ждем? Пошлите сейчас!
- Рано, - в один голос заявили Итачи с Недзи, и даже лица обоих выражали при этом
единодушную серьезность.
- Да ну нафиг! Больница никуда не убежит, а рамен остынет! – Проявил Наруто
привычное упрямство и попытался подняться на локтях, бурча себе под нос. – И чем
только рыжая морда занимается, что до сих пор мне встать не дает?
- Привязать, что ли? – Высказал Хьюга мысль вслух, вызвав у Итачи понимающую
улыбку.
- У меня спина болит! – Открестился Наруто, и палата наполнилась смехом – легким,
освобождающим, связывающим лучше, чем что-либо. Так в духе Наруто Узумаки.
…
Палату Итачи и Недзи покинули одновременно, потратив почти час на убедительные
доводы для Узумаки отлежаться хотя бы до вечера. Ну, на то они и гении, разве нет? Хоть
и чувствовали себя выжитыми до последней капли.
- И не забудьте: вечером я съем столько рамена, сколько захочу! – Донеслось из-за
закрытой двери. – За ваш счет!
Парни обменялись обреченными взглядами.
- Недзи-кун, - простояв плечом к плечу пару минут без движения, парни, не спеша,
направились вперед по коридору, - ты помнишь тот момент, когда напал на девушку?
- Да, - нехотя ответил Хьюга. – Я потерял контроль над собой из-за… кое-каких
навязчивых мыслей. Я должен радоваться, что Наруто успел заслонить ее собой, но
почему-то меня это только еще больше раздражает.
- Ты в чем-то винил эту девушку?
Недзи задумался над вопросом и вскоре осознал, что да, он был зол на Шион. Зол на нее
за то, что она влезла со своим предсказанием. Что-то – не иначе как инстинкты – говорило
Хьюге, что Итачи можно доверять.
Очень быстро головоломка была разгадана: из-за Шион доверие к Итачи было подорвано,
а инстинкты Хвоста кричали об обратном – лишь другому Хвосту можно доверять.
Противоречие вызвало резонанс в эмоциях и чакре, что и привело к срыву.
- Да, винил. Мне стоит лучше держать себя в руках.
- На эту роль больше подошла бы Харуно Сакура, - как бы между прочим заметил Итачи.
Недзи нахмурился: и правда, почему именно он потерял голову? Харуно всегда казалась
более эмоционально несдержанной. Она тоже являлась Хвостом, и тоже знала о
предсказании. По всем пунктам она подходила больше. Так почему Недзи?
- Тебе что-то известно? – Покосился он на собеседника.
Парни очутились на крыше. Небо над их головами развернулось во всю ширь, пестря
облаками.
- Не мог бы ты показать мне свой Бьякуган?
Просьба Итачи показалась Недзи странной. Более того, настораживающей. Однако он все
же ее исполнил, сложив печати и резко распахнув глаза. Мир привычно окрасился в
черно-белые тона, утратив краски, и словно скукожился, позволяя Хьюге видеть все на
многие километры на триста пятьдесят девять градусов вокруг.
Вроде все как обычно. Или..?
Итачи задумчиво кивнул своим мыслям. Его предположения подтвердились.
- Ты знал, что кланы Хьюга и Учиха когда-то вышли из одной семьи? – Задал он
наводящий вопрос, глядя в белые, с черными запятыми вокруг зрачка глаза.
23 глава
У Кибы было много уникальных – на его собственный взгляд – способностей. Особенно
он гордился своим талантом вставать бодреньким как огурчик, несмотря ни на что, в том
числе и после затяжных вечеринок. Вот, таких, как эта, в поддержку претендентам на
звание чуунина. Поэтому, когда накануне Хокаге вручила им с Шино очередное задание,
Инузука и не подумал пропускать все веселье, да еще и напарника уломал
присоединиться.
И все бы хорошо, но, непривыкший к алкоголю Абураме на утро маялся тяжелым
похмельем пополам с отравлением. Пожалев товарища, полный энергии Киба вытащил
его из тихого пока еще дома Узумаки, закинул в больницу и направился на миссию сам.
Тем более, что дело было плевое: поймать преступника, не являющегося даже шиноби.
Его вещи, да и примерный путь следования у Кибы имелись, так что, позавтракав и
прихватив верного Акамару, он отправился в дорогу.
Вора в особо крупных масштабах (соблазнил племянницу дайме и украл вместе с ее
сердцем парочку родовых драгоценностей) они с Акамару выследили ближе к вечеру,
когда добрались-таки до пункта скупки краденного.
- Достало уже лохов всяких ловить! – Ворчал Киба на обратном пути. Акамару, через
спину которого был перекинут связанный «лох», согласно тявкнул. – Блин, как вернемся,
вытащу Наруто на спарринг. С ним драться – одно удовольствие. Может, уломаю,
наконец. Нет! Ну, чем я его не устраиваю?!
Пес снова поддержал хозяина. Он тоже не понимал.
- Хм, может, стоит на свидание его пригласить? Как думаешь, Акамару?
Акамару скептически фыркнул.
- А что? – Не понял, чем плоха его затея, Киба. – Цветы там всякие, конечно, дарить тупо,
но если вот рамен, к примеру? Хотя нет, я сейчас на мели, а Узумаки жрет как целая стая!
С Хинатой в этом смысле и то проще.
Пес тряхнул головой.
- Нет, Хината – она милая и все такое, но, черт, мне страшно даже голос на нее повысить!
Что уж там говорить… А я хочу нормального, отвязного секса! Чтоб дух вышибало, и
встать на утро нельзя было!
- Грр… Гав?
- Да, Наруто именно такой!
- Гр-ряф?
- Ха-ха, еще чего! Не подглядывал я за ним! Делать мне нечего, что ли? Это же и так
понятно! Наруто такой... такой, как бы… ну, отвязный, классный, дикий! А, и придурок
тот еще! Все, как я люблю!
Внезапно Акамару остановился. Подобравшись, принюхался и едва слышно подал голос.
Киба замолчал, вмиг утратив беспечный вид.
- И кто это? – Тихо поинтересовался он.
- Гр-р… гав-гав, – поделился подозрениями Акамару.
- Да ладно? – Удивленно посмотрев на напарника и получив подтверждение, Киба
довольно осклабился. – Вот так подфартило! Хей, Акамару, меня есть идея, как подкатить
к Наруто!
Молниеносная атака, рассчитанная на то, чтобы застать врага врасплох, провалилась с
треском.
- Черт, Учиха, мог бы и на месте постоять! – Насмешливо прокомментировал Киба,
приземлившись в нескольких шагах перед Саске. Двое его спутников – девушка в очках и
белобрысый парень с гигантским мечом – остановились позади.
- Саске, ты его знаешь? – Недовольным тоном спросила Карин.
- Инузука Киба. – Саске покосился на свежеобразовавшуюся воронку в шаге от себя. – Ну,
и что тебе надо?
- Да пара пустяков, – выдал Киба, разведя руками. – Связать тебя и отправить Наруто в
праздничной упаковке. Это реально будет дешевле, чем накормить его.
- Что ты сказал?! – Вспыхнула Карин, сверкнув стеклами очков.
- Так что, Саске? – В том же духе продолжил Инузука. - Наруто хочет тебя увидеть.
- Мне плевать. – Равнодушно заключил Учиха. – Не путайся под ногами.
- Эй, Саске, а это, случаем, не тот Наруто, которого притащили Орочимару на опыты? Припомнил вдруг Суйгетсу. – Кабуто потом еще смеялся, что ты забил своего лучшего
друга до смерти. Так он выжил?
…
Когда, откуда ни возьмись, на их пути возник Инузука и заявил о своем намерении
притащить его, Саске, к Наруто, Учиха, откровенно говоря, опешил. Секундное удивление
сменилось мыслью, что Наруто, наверняка, так достал всех в деревне своей очередной
идеей «фикс», что даже парни из других команд были готовы осуществить его цель, лишь
бы он, наконец, успокоился и оставил их в покое.
Представив на мгновение, как этот добе вместо привычного «Я стану Хокаге, ттебайо!»
орет во всю глотку что-то вроде «Я верну Саске, ттебайо!», Учиха едва смог подавить
усмешку. Наруто не менялся.
- Эй, Саске, а это, случаем, не тот Наруто, которого притащили Орочимару на опыты?
Кабуто потом еще смеялся, что ты забил до смерти своего лучшего друга. Так он выжил?
Слова Суйгетсу вернули Саске на грешную землю. Прошлое оставалось прошлым. И,
несмотря на противное, тянущее чувство в груди, он прямо встретил помрачневший
взгляд бывшего товарища.
- Какая мне разница? – Слова прозвучали так, как он хотел – пренебрежительно, ровно.
Ему действительно наплевать на Узумаки.
Действительно.
Наплевать.
Насколько помнил Саске, Инузука любил потрепаться, совсем как Наруто. Но не в этот
раз. Киба напал молча.
Он двигался резко, быстро меняя положение своего тела, безостановочно нападая, почти
не используя привычные техники рукопашного боя. Он был неплох, но по сравнению с
подопытными Орочимару – не представлял собой ничего особенного. Это в очередной раз
уверило Саске в правильности выбранного пути. Останься он в Конохе и стал бы таким же
слабаком.
Двойник Кибы выскочил из-под земли в том самом месте, куда Саске приземлился,
избегая удара оригинала. Когти прошлись в нескольких миллиметрах от лица.
Откинувшись назад, Саске приземлился на руки, используя ускорение для того, чтобы
ударить двойника ногой. Удар пришелся в подбородок. Взвизгнув, двойник, тем не менее,
не спешил исчезать. Отскочив на пару-тройку метров назад, он встал на четвереньки и
угрожающе зарычал.
Глядя на оскалившегося двойника, Саске припомнил, что у Инузуки была специально
натренированная собака.
«Так вот оно что».
Совместное нападение Кибы и Акамару захлебнулось. Ни Карин, ни Суйгетсу не
вмешивались в бой – не имело смысла. Только не с таким противником.
Разобравшись с собакой, Саске нанес Кибе несколько точных ударов по болевым точкам в
расчете быстро вырубить его и продолжить свой путь. Но Инузука раз за разом
поднимался, сплевывая кровь и безумно скалясь. Чем до отвращения напоминал Узумаки.
- Я же… сказал… ты станешь моим подарком… для Наруто…
Это бесило.
- Может, это мне стоит отправить ему тебя? По кусочкам, - процедил Саске. Руки
чесались схватиться за меч и положить всему конец. Столько времени возиться с этим
неудачником – это…
«… для Наруто…»
«Наруто-кун меня поймал, Саске».
Это бесило.
Удар. Второй. И третий. Снова и снова – в корпус, в челюсть, в плечо, в выставленные в
блоке руки. Киба пятился, силясь перевести дух и просто устоять на ногах. Киба пятился,
а Саске наступал – до тех пор, пока Инузука не споткнулся о корни дуба. А потом было
падение, крик, неверяще распахнутые глаза и заостренный кусок дерева, на который так
неудачно пришлось падение. Так легко, так просто и так нелепо.
Была кровь. Много крови. И хрипы Кибы. И его судорожно цеплявшиеся за
окровавленный сук руки. И этот чертов кусок дерева, торчавший в середине грудной
клетки. И какое-то смутное воспоминание из детства о мальчишке с собакой на голове,
сидевшего всегда на задних партах.
- Неважно, - сам себе сказал Саске, почему-то не в силах оторвать взгляд от умиравшего
парня.
«Когда найдешь его труп, ты по-прежнему будешь стремиться вернуть меня? А, Наруто?»
«Поверишь ли ты, что я не собирался его убивать?»
- Мы долго еще будем здесь торчать, Саске? – Ворчливо спросила Карин.
- Не хочется с ней соглашаться, но нам точно стоит свалить, - присоединился к девушке
Суйгетсу. Глянул на постепенно затихавшего Кибу и, не сдержавшись, признался. – Блин,
а ты реально страшный человек, Саске. Этот парень всего лишь хотел …
- Пошли. – Оборвал его Учиха. Развернулся и твердой поступью пошел дальше.
Потому что обратного пути нет. Его никогда… не было.
…
Это действительно была нелепая, во всех отношениях, смерть. Ощущая, как вместе с
кровью из тела уходит тепло, Киба злился. Злился на себя за безумную самонадеянность,
злился на Наруто за упертое желание вернуть такую сволочь как Учиха Саске, злился на
Хокаге за то, что та так редко давала дорогостоящие миссии, злился на Саске – просто, за
все «хорошее».
В голове копошились испуганными муравьями обрывки образов и мыслей. Вспомнилось,
как сестра учила его правильно перебинтовывать сломанную лапу Акамару. Мысль о
верном друге заставила Кибу повернуть голову и скосить глаза в ту сторону, куда Саске
отбросил его. Акамару еще в человеческом облике приложился затылком о дерево. Теперь
он лежал на боку, прикрыв морду передней лапой. Живот равномерно поднимался и
опускался, говоря о том, что пес был жив и нормально дышал.
«А я вот так просто сдохну?»
…
- В чем дело? Почему ничего не заживает?
Тсунаде и сама хотела бы знать. Она уже давно наблюдала Наруто и знала границы его
регенерации. Они были огромны. Ожог, даже от чакры, по скромным подсчетам лучшего
медика Конохи должен был затянуться еще сутки назад. Однако, борозды никуда не
делись, их по-прежнему приходилось обрабатывать, а Недзи удерживать за пределами
палаты. Спасибо Итачи, внезапно предложившего Хьюге ни с того, ни с сего заняться
тренировками. Это неплохо отвлекало.
И, да, хвала всем богам, что Чуунинский экзамен подошел к концу, и Гаара отбыл обратно
в свою Суну. Не без попыток остаться, конечно. Но Наруто с ним поговорил, попенял, что
тот Казекаге, и заверил, что через несколько часов от ран не останется и следа. Страшно
было представить, что устроил бы носитель Шукаку, узнай он о возникших осложнениях с
выздоровлением. И так с лихвой хватало агрессивно-серьезной Сакуры, готовой в любой
момент самолично прикончить очередного больного, лишь бы ее не отвлекали от Наруто,
фальшиво занятых Итачи и Недзи (тренировались они, почему-то, постоянно вблизи
больницы) и новоприобретенной Хинаты, на чье поведение становление Хвостом
повлияло в наибольшей мере. Если раньше девушка боялась даже подойти к Узумаки, то
теперь она категорически отказывалась от него отходить! В смысле, она, конечно,
покидала его, но лишь для того, чтобы поменять цветы в вазе, сходить за ведром с
тряпкой (на взгляд Тсунаде влажная уборка каждые два часа была несколько излишней)
или принести фруктов. Которые, кстати, Наруто ел исключительно из чувства вины. Было
даже забавно наблюдать, как он давился апельсинами и яблоками, пытаясь не корчить
гримас. Парень уже второй день требовал рамена.
- Тсунаде-сама, у Наруто поднялась температура! – Отвлекла Хината Пятую от
размышлений. Обернувшись, женщина нахмурилась: даже не касаясь своего извечного
пациента, она видела, как его мелко трясло, как кожа покраснела и покрылась испариной.
Бессознательный Наруто едва слышно застонал, дернувшись всем телом.
Проведя общую диагностику, Тсунаде пришла к неутешительному выводу: она понятия не
имела, что происходило с Наруто.
…
- Кретинский Дзирайя…
- Нет.
- Нам идти еще полтора часа!
- Иду здесь я.
- Верни мне ее, кому говорю!
- Нет!
- Я не ребенок, ты, идиот!
- Скажи это своему отражению!
- Дзи-ра-йя…
- Что!? – Взорвался отшельник. - Я и так позволил тебе сидеть у себя на плечах! Что еще
тебе надо?!
- «Ичу-Ичу», сказал же!
Кабуто вздохнул. Откровенно говоря, он чувствовал себя третьим лишним в этом
дурдоме. А если еще более откровенно говоря, он хотел уйти. Вот так просто – взять и
уйти. Потому что сил его больше не было слушать их бред!
Однако при каждой попытке бегства Саннины, словно пятой точкой чувствуя, что их
хотят кинуть, мгновенно переключались с друг друга н а него. И, если Дзирайя-сама вел
себя вполне так прилично и задавал несильно смущающие вопросы о пестиках и тычинках
(для своей новой книги), то Орочимару-…кун его откровенно [email protected]! Потому как
рассуждал исключительно о педофилии и своей роли в этом «прекрасном-хотя-теперь-этопод-вопросом» деле.
Кабуто ломал голову, что происходило с психикой его учителя. Казалось, день за днем у
Орочимару-…куна повышался уровень спермотоксикоза.
- Кстати, Дзирайя, - вкрадчиво обратился к личной лошади малолетний Саннин, - ты
подумал над моей идеей для книги?
- Я пишу только про женщин, - буркнул отшельник.
- Женщины – это прошлый век! – Категорично заявил Орочимару, чем заставил своего
помощника мысленно поправить себя: «Повышался уровень спермотоксикоза в
противовес убыванию любой мозговой деятельности».
- О чем задумался, а, Кабуто?
«Вот, снова, - подумал Якуши, - словно мысли мои читает».
- Оставь его в покое, Орочи-тян, - громогласно рассмеялся Дзирайя, отчего «ребенок» на
его плечах едва не упал, - а то еще начнет подозревать тебя в телепатии.
«Сволочи легендарные! - Мстительно подумал Кабуто. – Неадекватные старперы,
страдающие запущенной формой маразма!»
- Дзирайя-а, - нехорошим тоном протянул Орочимару, пристально разглядывая своего
горе-помощника, - а тебе не кажется, что он о нас плохо думает?
Кабуто внутренне похолодел. Нет, этого просто быть не может!
- Расслабься, Якуши, - пренебрежительно бросил Дзирайя, - у тебя все на лице написано.
- Что?
- Серьезно, куда делся твой самоконтроль?
-…
«Да когда уже мы дойдем до этой чертовой Конохи?!»
- Не смей меня лапать, извращенец!
- Спятил, змеиная задница?! Да кто позарится на твои худые коленки?
- Ты, извращенец.
- И почему это звучит как требование, а?
«Что б тебя, Учиха Саске! Даже убить нормально не можешь!»
…
Глубокой ночью в главные врата Конохи вступил Инузука Киба.
- Выглядишь потрепанным, - поприветствовали его сторожа. Парень криво усмехнулся,
рассеянным жестом коснулся груди, где красовался быстро затягивающийся шрам. – А где
Акамару?
Киба обернулся себе за спину. Там, в шагах десяти позади, несмело переминался с лапы
на лапу его пес. Всю дорогу до деревни Акамару поскуливал, чуя постороннюю чакру в
хозяине. Это его сбивало с толку и пугало.
- Интересно, - ни к кому конкретно не обращаясь, подумал Киба вслух, - а кто из нас был
«сверху»? Надо будет спросить. Хотя… хех, конечно, это был я!
24 глава
Не прошло и часа с момента возвращения Кибы с задания, как к вратам Конохи прибыли
новые лица – двое взрослых и ребенок.
Котетсу вяло поприветствовал Дзирайю, а более бодрый Изумо с интересом окинул
взглядом его спутников. У мужчины, шедшего рядом с Саннином, на голове покоился
капюшон, полностью скрывавший лицо, а ребенок (девочка, как понял шиноби)
безмятежно спал на спине отшельника.
- А не слишком ли она для вас юна, а, Дзирайя-сама? – беззлобно подколол стражник.
Дзирайя, малость уставший от своей ноши не только физически, но и морально, юмора не
оценил.
- Твое счастье, что он, наконец, отрубился и ничего не слышит, - пробурчал он со вздохом.
– Тсунаде у себя?
- Нет, - посерьезнел Изумо. - Скорее всего, Хокаге-сама сейчас в больнице с Наруто.
- Так. Что с ним на этот раз?
- Пару дней назад его случайно ранил Хьюга Недзи, насколько я знаю. – Широко зевнув,
припомнил Котетсу. – А сегодня вечером начались осложнения. Годайме даже
предупредила всех, чтобы, в случае чего, искали ее в госпитале.
- Угу. Тогда нам туда, - решил Дзирайя и, поудобнее перехватив в очередной раз
сползшего с плеча Орочимару, вошел в деревню.
- Ну что, Кабуто, готов к встрече с Тсунаде? – Поинтересовался он насмешливо и как-то
злобно, стоило им отойти на достаточное расстояние от поста стражников. Несмотря на
беспечный вид, Саннин ощутимо ускорил шаг. Его беспокоило состояние Наруто.
- Что Вы имеете в виду? – После памятного замечания Дзирайи о том, что Якуши утратил
контроль над собой, медик использовал последние часы их путешествия на
восстановление душевного и психического равновесия. Теперь он вновь напоминал
прежнего себя, отреагировав на очередной подкол вежливой фразой и еще более
вежливым выражением лица.
- А что, уже забыл вашу последнюю встречу? – Одобрительно хмыкнув, мужчина
мечтательно, как показалось его собеседнику, закатил глаза. – А вот Тсунаде у нас
злопамятная. За унижение она тебе голову размозжить может. Так что готовься.
- Орочимару-сама, полагаю, это предупреждение не касается? – Проницательно уточнил
Кабуто.
- Спящих, маленьких, миленьких девочек она обычно не трогает, - Саннин заржал, за не
имением лучшего слова, и снова встряхнул свою ношу. – Орочи-тян, блин, слышишь, тебе
говорю!
- Пошел в жопу, тупой Дзирайя. Я сплю, - пробормотал, причмокнув во сне, мальчик с
невинной мордашкой и лишь крепче стиснул шею, за которую держался. И ведь
действительно спал, мерзавец!
- В твою, что ли? – Буркнул смущенный таким ответом отшельник. Еще и Кабуто,
сволочь, кривил губы в ухмылке. Знал же, что ни одно доброе дело не остается
безнаказанным!
Дзирайя был искренне рад замаячившему впереди зданию госпиталя.
…
Когда у Наруто в положенный срок не зажили ожоги, Тсунаде нахмурилась.
Когда у Наруто поднялась температура, Тсунаде обеспокоилась.
Когда Сакура заявила, что не отойдет от Наруто ни на шаг, а минутой позже в палату
прибежала взволнованная Хината, Тсунаде стала что-то подозревать.
Когда с криком в окно влез Киба, у Тсунаде сработал рефлекс, и Инузуке пришлось
вправлять нос. Но это, само собой, к делу не относилось. Зато заявление парня о том, что
он новый Хвост Наруто, очень даже.
- Так когда, говоришь, ты «стал» его Хвостом? – Хмуро спросила Пятая, изучив
бледнеющий с каждой секундой шрам на его груди.
- Эй, что с Наруто? Он же весь горит! – Если Киба и слышал ее вопрос, то он его
проигнорировал.
- Я к тебе обращаюсь, Киба.
- Киба-кун, Наруто уже несколько часов плохо, - Хината подняла несчастный взгляд на
сокомандника, беззвучно взывая сделать хоть что-то.
- Эй! – Еще раз попробовала Хокаге.
- Да какая разница, Тсунаде-сама!? – Взорвалась вдруг Сакура, мерившая до этого пульс
друга. – Если Киба Хвост, то это хорошо. В прошлый раз троих как раз хватило, чтобы
излечить Наруто.
- В прошлый раз с ними был Кьюби, если не ошибаюсь, - холодным тоном заметила
женщина, вмиг остудив пыл ученицы. – Вы трое – новички в этом деле. Нам нужны Недзи
и Итачи.
«Черт подери, и почему именно теперь они меня послушались и отправились проводить
свои тренировки в лесу?!» - От досады Тсунаде хотелось что-нибудь сломать.
- И почему этого демона нет, когда он нужен?!
…
Девятихвостый сказал бы, куда может Пятая катиться со своими претензиями, но был
слишком занят зализыванием ран. Не своих, конечно, хотя теперь это роли не играло. Нет,
ну как так можно, а? Сначала Наруто подставился под удар, а потом еще и Шестой Хвост!
Пока Кьюби сдерживал разрушительную мощь своей чакры, давая Узумаки время на
восстановление, Киба Инузука каким-то образом словил крупную рану. Демон понимал,
что проще было бы «отрезать» умиравшего Хвоста от себя с Наруто, но прежде, чем эта
мысль посетила его голову, чакра хлынула по метафизическому каналу в тело Инузуки.
Как только Лис ощутил отклик чакры Кибы, говоривший о том, что тупой Шестой Хвост
жив и здоров, он сумел вернуть контроль над собственной. Ладно, хорошо, не над
собственной, а над их с Наруто. Этот странный симбиоз, образовавшийся от слияния
огненной чакры демона и чакры ветра Джинчуурики, продолжал преподносить сюрпризы.
Мало того, что их сила росла, словно на дрожжах, так, что Кьюби пришлось в срочном
порядке вводить вместе с Пятым Хвостом Шестой, иначе бы они все просто захлебнулись
собственной энергией, так еще она становилась все более своевольной.
Демон был вынужден признать: находясь за пределами тела Узумаки, он не мог
сдерживать эту силу. Его чакра, обретя воздушный элемент, рвалась на свободу, подобно
лесному пожару. Его чакра – черт с ней, их с Наруто – перестала подчиняться лишь
демону. Она улавливала мысли Узумаки и следовала некоторым из них. Одной такой
мыслью, как считал сам Лис, было непонятное демону стремление защитить своих друзей.
Именно это заставило чакру действовать и спасти Кибу. Именно это не дало
Девятихвостому вмешаться и избавиться от балласта. Именно это стремление – чтоб его!
– заставило чакру забыть о ранах Наруто и броситься спасать Инузуку!
Кьюби рычал от досады. Его бесила необходимость подчиняться кому-то еще. Его
невероятно раздражала мысль заботиться о ком-то. Он хотел свободы.
Вот только поздновато он спохватился.
…
Наруто было плохо. Дурацкая слабость и жар навевали воспоминания о детстве, когда он
болел и лежал, свернувшись клубком под одеялом, в полной одиночества квартире.
Некому было напоить его горячим отваром или просто чаем, некому было сидеть у его
кровати и устало ворчать о беспечности мальчишки. Но самое главное: Наруто некого
было обнять. Больше всего на свете ему не хватало простых человеческих прикосновений,
чужого тепла.
Со временем тоска по объятиям перешла в задиристость и желание драться. Это ведь тоже
физический контакт, пусть и более болезненный, зато настоящий и искренний. На
большее Наруто не мог рассчитывать, презираемый и избегаемый всеми.
Он и понятия не имел, насколько велика была в нем жажда чужих прикосновений.
Кьюби стал тем, кто перевел драки в секс. Наруто некому было привить нормы морали и
поведения. Коноха позаботилась дать ему образование, но учили его лишь как правильно
бросать сюрикены, как использовать кунай, дзюцу, как выполнять задания. И потому все о
сексе он узнал от своего извращенного наставника и, затем, от демона. Как результат,
Наруто искренне не видел ничего неправильного в том, чтобы спать одновременно с
несколькими парнями. Это ведь было так хорошо, когда тебя обнимают, когда шепчут
твое имя и смотрят только на тебя.
Это ведь просто еще один способ доказать, что ты важен для человека, что ты ему
нравишься, правда?
А любовь – любовь слишком сложное, путаное и болезненное чувство. Любить кого-то
для него означало отдать всего себя этому «кому-то». И, если этот «кто-то» оставит тебя,
бросит, оттолкнув…
Конечно, Наруто справился. В жизни добавилась новая цель, и чувства, так до конца и
непонятые им самим, были принесены в жертву этой самой цели. Он просто вернет Саске,
вернет своего… друга.
И все же, сгорая от лихорадки, Наруто, как никогда, хотел прикоснуться к нему.
…
Тсунаде четкими, отточенными движениями измельчала в глиняной чаше лекарственное
растение, призванное снять жар. Она по-прежнему не понимала причин лихорадки
Наруто, и, вероятнее всего, лекарство, что она готовила, лишь на короткое время поможет,
но это все, что им было нужно, - время. Запас времени, пока двое шиноби, посланные
Хокаге, не отыщут Итачи с Недзи. Если у кого и был шанс докричаться до Кьюби, так это
у Учиха.
От мыслей женщину оторвал стук в дверь и раздраженное бурчание Дзирайи.
«Явился, скотина!» - Приободрилась Тсунаде, чувствуя, как стало легче на сердце, и
поспешно окинула лабораторию оценивающим взглядом. К сожалению, в помещении
было слишком много хрупкого и дорогостоящего оборудования – придется отложить
разборки с наказанием на потом.
Дверь распахнулась, явив строгому взору Хокаге раздраженного отшельника с ребенком
на шее.
- … ты всегда был скользким типом! – Закончил фразу Дзирайя и остановился, увидев
Тсунаде. - О, давно не виделись!
Ребенок, цеплявшийся за его шею, выглянул из-за широкого плеча и растянул тонкие губы
в знакомой улыбке:
- Да, давно не виделись, Тсунаде-химе.
- Ты…! – Выдохнула женщина, да так и застыла, таращась на Ада из прошлого. Длинные
черные волосы обрамляли худое, мальчишеское лицо, внимательные змеиные глаза,
слишком взрослые для этого тела, и ухмылка – широкая, растянутая в узкую полоску.
Даже белое кимоно походило на то, что носил Орочимару в бытность, когда они втроем
еще были генинами.
- Что это значит? – Взяла себя в руки Тсунаде. И, несмотря на то, что кровь отлила от лица
и руки едва заметно дрожали, голос ее был тверд. Хокаге она или как, черт возьми!?
- Ну… с чего бы начать... - почесав затылок, Дзирайя отцепил от себя бывшего
сокомандника и поставил на ноги перед Пятой. – Вот.
- Что «вот»? – Нет, Тсунаде еще не кричала. Пока нет.
- Ты знаешь, это Орочимару. – Глуповато улыбнулся Отшельник. – Миленький, правда?
- Заткнись, придурок! – Пнул его оскорбленный в лучших чувствах Змеиный Саннин.
- Ты идиот?! – Одновременно с ним вскричала Повелительница слизней. – Какой [email protected]
«миленький»!? Орочимару, что с тобой стряслось, твою мать!?
Глядя на разъяренную фурию, в которую моментально превратилась Тсунаде, бывшие
напарники мысленно порадовались своей предусмотрительности оставить Кабуто в
коридоре. Кто знает, что бы с ним сделала злопамятная подруга?
Сумбурные объяснения заняли пятнадцать минут. Собственно, конструктивная часть
заняла от силы минут пять, а остальные десять троица переругивалась и выясняла
отношения.
- Да, кстати, а что там с Наруто? – Вовремя вспомнил Дзирайя о своем ученике. – Ребята
из стражи говорили что-то о нападении Недзи.
- Сначала разберемся с Орочимару, - непререкаемым тоном заявила Тсунаде. – Мне
только врагов не хватало у себя за спиной…
- И чем же я заслужил такое отношение к себе? – Внезапно поинтересовался Орочимару. –
Я с тобой не ссорился, Тсунаде-химе.
Пятая покосилась на него с подозрением.
- «Не ссорился»?
- Если ты о Саске-куне, - развел руками мальчик, - то я его у себя не держал. Он учился у
меня – вот и все.
- Ты о чем вообще? – Растерялась женщина. – По-твоему, на тебя злиться больше не за
что?
- Я ушел из Конохи и бросил все, потому что сенсей мешал моим исследованиям. –
Терпеливым тоном прояснял ситуацию Орочимару и не понимал, почему сокомандники
смотрели на него с таким непониманием. - И за это извиняться я не собираюсь.
- Ты издеваешься над нами?! – Вскипела Тсунаде.
- Подожди, Тсунаде, - остановил ее Дзирайя и спросил у Орочимару напряженно. – Где
сейчас Сарутоби-сенсей?
- А мне откуда знать? – С раздражением взмахнул руками мальчик и с долей интереса
предположил. – Неужели, наконец, в отставку ушел?
Ответом ему стала гробовая тишина. Хмурые лица собеседников напрягали, но
Орочимару не собирался показывать своей растерянности.
- О, дайте угадаю, – насмешливо протянул он, - Учитель сделал одного из вас своим
преемником? Если это не Дзирайя, которому новая должность просто не позволила бы
шататься по миру, значит, Годайме ты, Тсунаде-химе?
Пятая вздрогнула.
- Неужели вы двое испугались моей реакции? – Снисходительно улыбнулся малолетний
Саннин. – Бросьте. Мне наплевать. Теперь.
- Ну, еще бы!
Дзирайя глянул на растерявшуюся, взволнованную Тсунаде и кашлянул, предупреждая ее
дальнейшие слова.
- Ладно. Все хорошо, раз ты так легко это принял, - глубокомысленно кивнул он, меняя
щекотливую тему. – Тсунаде, раз мы теперь все трое снова вместе, расскажи, что там с
Наруто. Думаю, Орочимару будет интересно это узнать.
- Да, мне будет интересно, - с некоторым промедлением поддержал его мальчик и в своей
привычной манере провел языком по губам. Разве что язык был нормальной,
человеческой длины. – Мне так и не удалось его, как следует, изучить.
- Ты уверен? – Напряженно переспросила Пятая у Дзирайи. Тот кивнул, не сводя с
мальчика внимательного, с примесью застарелой боли, взгляда.
- Хорошо, - глубоко вздохнув, женщина выдала короткую версию произошедшего с
Узумаки.
Внимательно выслушав ее рассказ, Орочимару в задумчивости приложил большой палец к
краю губ.
- Я хочу его осмотреть.
- А этого Кабуто возьмете с собой? – С издевкой осведомилась Тсунаде, сложив руки под
шикарным бюстом. – Или он так и будет в коридоре сидеть?
- А ты его не пришибешь? – Рассмеялся Отшельник.
- Пришибу всех троих, - кивнула она. - Потом.
…
- Активировав Измененный Бьякуган, ты чувствуешь изменения в настроении? – Скользя
между ветвями деревьев, спросил Итачи. Недзи, целью которого было захватить Учиха,
прислушался к себе.
- Не совсем. Появляется разве что несвойственное мне волнение, - в конце концов
подтвердил он, не позволяя дистанции между собой и Итачи увеличится. Жаль, но и
сократить ее он пока тоже не мог. – Не знал, что Шаринган настолько взаимосвязан с
эмоциями.
- Только с негативными, - Итачи резко изменил направление, и Недзи почти зеркально
повторил его маневр, не позволив отдалиться. – Длительное использование Шарингана
расшатывает нервную систему. Ты все чаще поддаешься злости, унынию, ярости, страху.
- В самом начале ты упоминал о причастности Девятихвостого к появлению клана Учиха,
- припомнил Недзи, увернувшись от целого дождя сюрикенов. – В истории Хьюга
говорилось, что одному удалось, отказавшись от преимуществ Бьякугана, создать
Шаринган. Но как конкретно он это сделал?
Итачи остановился и спрыгнул с дерева на землю, к месту, где парни оставили рюкзаки с
провизией. Несколькими секундами позже к нему присоединился Недзи.
- Полагаю, он заключил с Кьюби сделку… Нет, оставь его активированным, - уловив, что
Хьюга собрался завершить технику Измененного Бьякугана, Итачи поспешил его
остановить и пояснил. – Проверим, как долго ты способен его использовать. –
Вернувшись к распаковке продуктов, он продолжил. – Есть сведения о том, что во время
столкновения в одном храме Лис выжег своим огнем глаза того Хьюга. По каким-то
причинам демон затем поделился с ним чакрой. Другие детали мне неизвестны, но именно
эти два компонента сыграли решающую роль в появлении Шарингана.
Недзи неопределенно хмыкнул. Постелив на траву куртку, он облокотился о ствол дерева
и с тихим вздохом прикрыл глаза. Бьякуган был активирован уже больше тридцати минут.
Это утомляло.
- Почему ты говоришь «Измененный Бьякуган»? – Любопытства ради спросил Недзи и
коснулся ровной кожи у виска. Вены больше не вздувались при технике.
Итачи покосился в его сторону и, лишь доев первый онигири, ответил:
- То, что сейчас у тебя, это еще не Шаринган. Ты уже можешь копировать дзюцу, и твоя
«слепая точка» исчезла, но присущие Бьякугану особенности остались.
Недзи молча согласился с его доводами. Конечно, несмотря на признаки Шарингана, он
по-прежнему был способен использовать круговой обзор, видеть сквозь предметы и
каналы чакры. Единственными минусами «Измененного Бьякугана» являлись упомянутые
Итачи проблемы с контролем эмоций и повышенное потребление чакры.
Вдвоем они за пару дней изучили и отработали это новое додзюцу. И, несмотря на то, что
понимали они друг друга с полуслова, Недзи не давал покоя вопрос, зачем Итачи это
делал.
- Ты предложил эти тренировки. Зачем? – В этот раз Недзи открыл глаза и поэтому
увидел, каким недовольным взглядом наградил его Учиха, которого вопрос снова застал в
процессе пережевывания пищи. В последнее время он все чаще открыто выражал свои
эмоции.
- Этому есть множество причин, - неохотно произнес Итачи. Усмехнувшись, он
запрокинул голову к небу, розовевшему в преддверии рассвета, и задумчиво изрек. –
Наруто.
- Что?
- Пожалуй, все эти причины можно объединить одним словом – Наруто. Все из-за него.
- Вот как... - Недзи не стал уточнять, что имел в виду Итачи. Конечно, он не мог быть
уверен в Учиха, но, пожалуй, сам бы ответил точно так же.
Потому что Наруто его спас.
Потому что Наруто открыл ему глаза.
Потому что Наруто заполнил его разум.
Потому что Наруто пробудил его сердце.
Потому что Наруто стал для него всем миром.
Потому что… просто Наруто. В нем действительно был весь ответ.
Мысли об Узумаки привычным образом отозвались в сердце, вызывая тепло, которым
нестерпимо хотелось поделиться со всем окружающим миром. Иногда Недзи был уверен,
что влюблен. Иногда.
- Выходит, я – живое доказательство того, что у нас общие предки, – заметил он с
улыбкой. Итачи посмотрел на него с долей озадаченности. Недзи выдержал его взгляд, и
Учиха едва заметно кивнул, признавая то, что оба клана отчаянно отрицали на
протяжении более сотни лет. Он признавал их родство.
- До рассвета еще минут двадцать, - произнес Итачи, поднявшись на ноги. – Определим,
какой сложности дзюцу ты можешь скопировать и на сегодня…
Недзи не спросил, почему Итачи внезапно остановился. Он и сам ощутил это – словно
тело накрыло холодной волной, оставив неприятное пощипывание на кончиках пальцев.
Парням достаточно было переглянуться, чтобы понять причину. Что-то случилось с
Наруто.
Не сговариваясь, Хвосты сорвались со своих мест обратно в Коноху – в больничную
палату, где сгорал от лихорадки Узумаки.
…
А в это время Сакура и Хината, оттесненные от кровати больного, с суеверным ужасом
взирали на легендарных Саннинов в полном составе (или в составе два с половиной –
кому как), сгрудившихся над бессознательным Наруто. Киба ранее отошел, чтобы сводить
Акамару к матери. До этого он не замечал, но пес ощутимо прихрамывал.
Обе девушки, конечно, не признали в симпатичном мальчике того самого Орочимару. Его
появление в компании Хокаге-сама, Дзирайя-сама и Кабуто привело их в растерянность.
Когда же Харуно узнала в Якуши пособника Змеиного Саннина, она едва не убила его
точным ударом в челюсть. Спас вражеского медика Отшельник, перехвативший удар и
попросивший Сакуру умерить гнев и не мешать.
- Температура тела повысилась до сорока и двух, - сообщила Тсунаде, пока Орочимару и
Дзирайя осматривали ожоги на спине Наруто.
- У него часто поднимается температура во время усиленной регенерации, - пробормотал
Отшельник, - но здесь я не вижу даже ее следов.
- Регенерация идет, только медленнее, чем обычно, - возразил Орочимару, легкими
прикосновениями обозначив излечивающуюся область. – Создается впечатление, что у
Девятихвостого вдруг резко истощилась чакра.
- Это у него-то? – Скепсис Дзирайи был вполне уместен.
- Или, - не слушая его, продолжил мысль Орочимару, - запас чакры мог, наоборот,
увеличиться до такой степени, что контролировать ее стало невозможно.
- И это, по-твоему, не дает Наруто заживить раны? – Прищурилась Тсунаде.
- Если заблокировать чакру так же, как мы сделали с тобой, Орочимару…
- Блокировка чакры, думаю, ничего теперь уже не изменит. – Усмехнулся Змеиный
Саннин и кивнул на встревоженных девушек. – Если я правильно помню, Тсунаде-химе
упомянула шестерых так называемых Хвостов – людей, в кого Лис поместил часть своей
чакры. Иными словами, чакра по-прежнему принадлежит Джинчуурики и демону, просто
она вне их тела.
- И если мы поставим Печать на Наруто, то остановим лишь три девятых от всей мощи, уловила суть проблемы Пятая. – Дерьмо.
- Хокаге-сама, - обратилась к ней Сакура, - позвольте нам помочь.
- Вы ничем тут не поможете, Сакура, - вздохнула Хокаге. – Без Лиса… нет, без Итачи или
хотя бы Недзи…
- Хо…Хокаге-сама! – Заикаясь, выкрикнула Хината, поравнявшись с Харуно. – Прошу
Вас, дайте нам попробовать.
- Хината, хоть ты не начинай… - На Тсунаде накатила новая волна раздражения из-за
собственной беспомощности. Злость становилось все сложнее сдержать. Накричать, ей
хотелось хотя бы на кого-то накричать.
- П-Прошу Вас, пропустите нас к Наруто-куну! – Зажмурившись, Хьюга оттолкнула со
своего пути главу деревни и, подбежав к кровати, ухватилась за ненормально горячую
ладонь Узумаки. Сакура последовала за ней и коснулась обнаженного бока Наруто.
- Нас… тянет к нему? – Пораженно прошептала Харуно, уставившись на свою руку.
Такую бледную по сравнению с золотистой бронзой кожи Узумаки.
- Тепло, - прошептала Хината. На лице ее поселилась спокойная улыбка. И тут Наруто
шумно вздохнул. Его пальцы, за которые ухватилась Хьюга, сомкнулись, стиснув.
- Наруто-кун…
- Хм, интересно, - осклабился Орочимару и посмотрел на хмурую Тсунаде. – А где
остальные Хвосты?
- Наруто очнулся?! – Громоподобный вопль раздался за мгновение до того, как дверь с
треском отъехала в сторону, и в палату вбежал Киба. – У меня шкура чуть с тела не
сползла!
Игнорируя всех присутствовавших, он рванул к Наруто. Стоило ему коснуться ноги
Узумаки, как весь пыл и нервозность испарились. Исчезла тревога, лицо его разгладилось.
- Теплый.
Улыбка Орочимару становилась все более жадной. Когда же в помещение вступили
безуспешно разыскиваемые Итачи и Недзи, Дзирайе пришлось стукнуть сокомандника по
макушке – более маньячной улыбки он еще ни у кого не видел.
25 глава
В себя он пришел с первыми лучами солнца. Больничную палату затопил золотисто-алый
свет, навязчиво пробиваясь под сомкнутые веки. Это раздражало и прогоняло сон.
Наверно, Наруто даже что-то пробурчал, потому что его правую руку незамедлительно
сжали и мягко погладили по тыльной стороне ладони. Заинтересовавшись, кто бы это мог
быть, Наруто открыл глаза и тут же покраснел.
За руку его держала Хината с преданным и каким-то испуганным выражением на лице.
Рядом, устроив голову у нее на плече, спала Сакура, скрестив руки на груди.
Самого же Узумаки с пяток до макушки покрывали медицинские печати и какие-то
провода, тянувшиеся к мониторам в углу комнаты. Насколько он помнил, никакой
техники раньше там не было.
А с другой стороны от койки, так же, как и девушки, сидя на складных стульчиках, спали
Итачи и Недзи. И если Итачи откинулся на жесткую, неудобную спинку, то Недзи,
наоборот, поддался вперед, опустив голову на край кровати, рядом с его, Наруто, рукой.
- Хината, - прошептал Наруто, чтобы никого не разбудить и не спугнуть этот странно
щемящий сердце момент, - что здесь… такое?
Девушка смущенно улыбнулась, отвела на мгновение глаза и, уже хотела что-то
произнести, но за дверью палаты донесся рассерженный голос Кибы:
- Я же сказал, что никуда не пойду, пока не выясню, что с Наруто все нормально!
Ему тихо что-то ответили, на что Инузука снова рявкнул во всю мощь своих легких:
- Да не знаю я, куда делся этот вор! Сбежал, наверно. Потом опять найду и притащу!
- Сейчас иди! – Сорвался кто-то на крик.
- Да блин! Я же притащил назад драгоценности!
- Ты должен вернуть и честь племянницы дайме!
- А женскую честь можно вернуть? Не знал…
- Я на минутку, Наруто-кун, - взволнованно прошептала Хината и, осторожно высвободив
плечо, вышла в коридор, прикрыв за собой дверь.
- Хината, как там Наруто?! – Тут же встрепенулся Киба.
- Киба-кун, Шизуне-сан, не могли бы вы оба… - голосок Хинаты дрогнул и неумолимо
изменился, - ГОВОРИТЬ ПОТИШЕ!
- …!
- … Хи… Хина… т-та? Т-ты чего?
- Вы разбудили Наруто-куна! – Обвинительно заявила Хьюга, начисто утратив всякую
неуверенность. – Киба-кун, прошу, не забывай, что теперь ты не просто член Акахи, но и
Шестой Хвост. На тебе лежит ответственность, поэтому, пожалуйста, не подведи нас и
выполни миссию, как следует.
- Э… Ладно, как скажешь, - оторопело пробормотал Инузука. – А как там Наруто?
- Ему лучше, - смягчилась девушка. – Не волнуйся, мы все будем с ним рядом. Так что
отправляйся, пожалуйста, и возвращайся поскорее.
- Хех, ну да, договорились.
Дверь приоткрылась, и в узкий проем просунулась физиономия Кибы.
- Хей, Наруто, - в полголоса поприветствовал он больного. Наруто растеряно улыбнулся
подошедшему приятелю… с которым переспал?
- Привет, Киба. - Что-то в его пристальном и настороженном взгляде вызвало у Узумаки
обрывки воспоминаний о казавшейся уже такой далекой вечеринке в честь чуунинов.
Наруто помнил, как все они были безбожно пьяны; как Хинате, единственной девушке в
коллективе, выделили единственное спальное место – кровать Наруто. Вспомнил Узумаки
и то, как Сая уложили в ванной, чтоб не раздражал, а Шино, Кибу и Гаару – на кухне, на
покрывалах. Недзи заявил, что будет сторожить сон и честь кузины от Наруто, и потому,
согласно пьяной логике Хьюги, Узумаки был просто обязан спать рядом с ним. В самом
разгаре лета ребята обошлись даже без покрывал.
Следующие воспоминания были обрывочными, смутными и тесно переплетенными со
сном. Ищущие губы Кибы, его пылающие откровенной похотью глаза, дымка
демонической чакры, которая наверняка и привела его в такое состояние, и, конечно,
положительный ответ Наруто.
Они не говорили. Тихо-тихо, впиваясь зубами в кожу, заглушая все звуки. И глаза бешено
сверкали, и испарина катилась градом. И алая чакра окутывала их коконом, не давая
никому проснуться и помешать.
Не так уж и много помнил Наруто, но и это казалось удивительным. Об их с Недзи ночи у
него в памяти не сохранилось вообще ничего.
Разумеется, не помнил Наруто и того, как росла и уплотнялась чакра, перетекая не только
в Кибу, но и в спящую Хинату.
Лис упоминал лишь о двух способах превращения в Хвоста. Будучи зверем, он искренне
считал, что секс лучше, чего бы то ни было, привяжет людей к Узумаки. В опасной
ситуации он скинул излишки чакры в Сакуру, но был и другой, менее быстрый и менее
болезненный способ: постепенно, маленькими порциями вливать чакру в человека,
изменять его собственную и подготавливать для большего.
Кьюби выбрал Хинату в день их первой встречи, в день, когда Недзи стал Хвостом. Уже
тогда его сестре была передана крохотная частичка демонической энергии. Так просто и
так незаметно – как и все в судьбе юной Хьюга – девушка обрела свое новое место в
жизни. Подле Наруто, как она и хотела.
- Мне тут сгонять кое-куда нужно, - не дождавшись слов от Узумаки, произнес Киба и
добавил поспешно и неуклюже. – Я быстро.
- Ага, - отозвался Наруто и протянул к нему руку. Киба чуть наклонился, озадаченный. Но
Наруто и этого хватило, чтобы дотянуться до его плеча и притянуть к себе в поцелуй. Ни
жадный, ни нежный, ни легкий, ни страстный – просто теплое узнавание губ, просто
влажное касание языков. И вот Инузука, приободренный и повеселевший, нагло
ухмылялся не менее довольному Наруто.
- А ведь я все-таки до тебя добрался.
- Мечтай! – Фыркнул Наруто и шутливо оттолкнул от себя друга. – Вали уже, придурок.
Едва Киба вышел, Недзи, Итачи и даже Сакура открыли глаза. Они все чувствовали себя
превосходно и потому легко проснулись еще от криков Инузуки. И все же товарищи
предоставили парням иллюзию уединения. Глядя на них, Наруто не сомневался: ребята
спокойно приняли Кибу. А раз так, то и сам Узумаки смущаться и стыдиться не станет.
Здесь нечего стыдиться, здесь, в кругу… может быть, наконец, семьи?
- Моя спина зажила? – Это был лишь отчасти вопрос. Наруто и так ощущал себя
здоровым. Через предплечье тянулся один из многочисленных проводов. – А что это за
фигня на мне?
- Тебе не понравится ответ, - хмуро заметил Недзи.
- То есть? – Наруто тут же напрягся, оглядывая себя, покрытого печатями и тонкими
электрическими путами.
- В этот раз нам помогли…
- Это был Орочимару! – Не выдержав, прервала Хьюгу Сакура. – Мы обязаны твоим
спасением Орочимару!
- Че… Чего!?
- Это совсем не тот Орочимару, каким вы его знали. – Возникла в дверях Тсунаде. За ее
спиной неуверенно топталась Хината.
- Да сколько же я спал, ттебайо!? – Воскликнул от таких новостей Наруто, но внезапно его
лицо озарила надежда. – А Саске? Если Орочимару, то и Саске…
- Саске ушел от него, - уголки губ Итачи лишь чуть заметно дрогнули в намеке на улыбку.
– Убил своего учителя и скрылся в неизвестном направлении.
- Почти убил, - несколько агрессивно поправила его Пятая. Учиха одарил ее нечитаемым
взглядом.
- Вы сами это сказали: он уже не тот Орочимару. «Тот» умер от руки моего брата.
Наруто посмотрел на Хокаге, потом перевел взгляд на Итачи. Не выдержав напряжения,
он издал громкий вопль.
- Да объясните мне уже! Что там с Орочимару!? Он мертв или как?
- Ладно, давайте поговорим, - выдержав небольшую паузу, решила Хокаге и, пройдя в
палату, остановилась у мониторов в углу. – Хината, закрой дверь, пожалуйста, и
присоединяйся.
Девушка молча выполнила указание и присела на свой стул, подарив Наруто легкую, чуть
встревоженную улыбку.
- Для начала я повторю для Наруто то, что вы все уже знаете, - жестом приказав своему
вечному пациенту откинуться обратно на подушки, Тсунаде, между делом, проверила, все
ли датчики остались на месте. Убедившись в этом, она потрепала Наруто по макушке. –
Семь дней назад, точнее уже восемь, Саске напал на Орочимару, и где он сейчас
неизвестно. – Голос женщины звучал по-деловому сухо, и невозможно было понять, какие
эмоции она испытывала, рассказывая обстоятельства дела. – Орочимару выжил, но
лишился… скажем так, он подвергся изменениям.
- Это каким? – Потребовал уточнения Узумаки. Мысль о том, что Саске избавился от
чертового ублюдка, невероятно грела сердце.
- У него тело ребенка и частичная амнезия, - поджала губы Хокаге. – Он не помнит того,
как напал на Коноху и убил Сандайме. – Не успел Наруто разразиться гневной тирадой,
где он видел такую амнезию, как Тсунаде с нажимом добавила. – И это действительно так.
Тех воспоминаний и, возможно, еще кое-каких, больше нет.
- Да как можно верить этому уроду!?
Об этом ее уже спрашивали присутствовавшие в палате. Тогда еще Тсунаде ничего не
выяснила и не смогла ответить. Теперь же, после продолжительного разговора с Кабуто,
Дзирайей и самим Орочимару, после тщательной диагностики состояния его чакры,
физического и психического здоровья, у нее, наконец, был ответ.
- После боя с Саске, Орочимару действительно умирал. Однако его помощник Кабуто
успел ввести в его тело экспериментальный образец чакры Джинчуурики. Да, Наруто,
вашей с Лисом. Он взял ее у тебя, когда ты был в плену. Они успели над ней поработать,
но исследования не завершили. В итоге среди побочных эффектов: стремительное
омоложение, полная недееспособность чакры, и частично «съеденные» воспоминания.
- В каком смысле «съеденные», Тсунаде-сама? – Сосредоточенно хмуря лоб, спросила
Сакура.
- Чакра демона крайне отличается от нашей с вами… - усмехнувшись, женщина
поправила себя. – То есть от моей. Вашу теперь только изучать и изучать. Чакра Лиса
несет в себе ярость, огонь и похоть. Это, так сказать, ее главенствующие проявления. Но
есть и еще, кое-что общее для всех Хвостатых демонов – это негативная, разрушительная
энергия. Поэтому Зверей и называют демонами – они не способны созидать. В частности,
чакра Кьюби, очищенная от трех главенствующих своих составляющих, начинает
следовать своему древнему инстинкту: пожирать негативные эмоции, чтобы расти.
Орочимару как раз удалось очистить образец от проявлений похоти и ярости, чтобы
самому не превратиться в одержимое этими чувствами животное. Но мы и представить не
могли, что под всем этих скрывается нечто намного хуже: чистое, незамутненное
разрушение. Дзирайе, нашедшему Орочимару, пришлось запечатать всю его чакру, иначе
энергия сожгла бы и тело, и душу. Процесс был остановлен, но телу и разуму Орочимару
был нанесен ущерб.
- Есть причина, почему разрушению подверглись воспоминания именно о нападении на
Коноху? – После продолжительного молчания задал вопрос Итачи. Ребята переглянулись.
Действительно, почему именно эти воспоминания?
- Это только теория, но другого объяснения я пока не вижу, - предупредила Тсунаде
прежде, чем поделиться умозаключением. – Мы с Дзирайей подозреваем, что нападение
на Коноху и, особенно, убийство учителя, более, чем что-либо, мучило Орочимару. Он
переживал из-за того, что совершил…
- Брехня, - зло выпалил Наруто, сжав кулаки. – Этот… этот… он поставил на Саске
Проклятую Метку. Он загнал его в угол и вынудил уйти от нас. Он сделал столько зла
нашей деревне и другим людям, и теперь ты так спокойно заявляешь, что он
ПЕРЕЖИВАЛ?!
- Именно, - холодно обрубила Тсунаде и перевела тяжелый взгляд на Итачи. – Нам
неведомо, что творится даже с самыми близкими нам людьми, Наруто. Предательство
Орочимару и его побег из деревни для нас с Дзирайей и Сарутоби-сенсеем стало шоком и
тяжелым испытанием. Мы думали, что хорошо его знаем. Вы с Сакурой и Какаши в этом
нас понимаете. Но вы все должны понять и другое: это для вас, тех, кто не знал его
другим, Орочимару мерзавец и злейший враг, но для нас… для нас Орочимару все еще
товарищ. И сейчас твоя чакра, Наруто, дала нам шанс вернуть его, того Орочимару,
которого мы знали.
И столько боли было в глазах непробиваемой Хокаге, столько тоски и, теперь, надежды,
что у Наруто язык не повернулся сказать еще что-то против.
- Ладно, - неохотно оставил он тему. – А почему я в проводах?
- У тебя слишком непредсказуемая чакра, - неожиданно мягко произнесла Тсунаде.
Неужели она настолько переживала за своего бывшего сокомандника? – Мы хотим
выявить закономерность, а также факторы, влияющие на изменения. На твоем теле
считывающие печати, они передают информацию о состоянии твоего организма и чакры
через провода в компьютер. Кстати, не мог бы ты вызвать Ютсури? Нам нужно знать
больше о его сущности.
Все еще хмурясь, Наруто попытался дозваться Кьюби. Кьюби либо дрых,
переутомленный, либо нагло игнорировал свою вторую (в самом, что ни на есть,
физическом смысле) половину. Половина покосилась на другие свои половины, натянуто
улыбнулась и почесала маковку.
- Он вне зоны доступа.
- Мы тоже не смогли с ним связаться, - проворчала Сакура и пододвинула свой стул ближе
к постели, чтобы облокотиться на нее локтями. – Ах, хорошо, - выдохнула она блаженно.
- Ты знал, что наша чакра возросла? – Недзи дернул себя за прядь волос и с неприятием
покосился на листы бумаги, покрывавших Наруто.
- В смысле? – Нахмурился тот, переплетя пальцы с пальцами Хьюги. – Ютсури же нас
предупреждал об этом. Началось с меня, потом перешло на тебя, отозвалось в Итачи и
Хинате…
- Нет, она еще больше увеличилась, - робко вставила слово Хината. Наруто перевел взгляд
на нее и ее судорожно сжатые кулачки. Свободной рукой он накрыл ее ладонь и
успокаивающе погладил. Девушка улыбнулась, почувствовав себя уверенней.
- Уважаемые Саннины, - Итачи чуть поклонился Тсунаде, - считают, что нас, Хвостов, с
тобой связывают узы – каналы чакры. Таким образом мы можем ощутить, если тебе чтото грозит, и поделиться чакрой. Но каналы связи, если я правильно понял, еще слишком
хрупкие из-за своей новизны, и неспособны выдерживать постоянно увеличивающиеся
нагрузки.
- Да, Итачи, именно так, - кивнула Хокаге несколько отстраненно. – Ваша связь – это как
нетренированные мышцы. Когда чакра в очередной раз разрослась и хлынула по каналам
во всех вас, связь в некоторых своих проявлениях перестала функционировать. Образно
говоря, она как мышца была перенапряжена, и это ухудшило циркуляцию, а значит, и
заживление ожогов у Наруто.
- Что-то у меня голова разболелась, - пожаловался Узумаки.
- Это у тебя не голова, а мозги болят, - фыркнула Сакура беззлобно и посетовала. – И это
наш лидер!
На последний комментарий Наруто нахохлился и пробурчал нечто неразборчивое, чем
вызвал общий смех у окружающих.
- Итачи, - вдруг позвал он, встрепенувшись и выйдя из состояния обиды.
Учиха поднялся со стула и пересел на его кровать, приблизившись, насколько это
позволяли приличия.
- Ты тоже не смог достучаться до Кьюби?
Итачи некоторое время молча изучал подбородок Наруто взглядом. Какая-то мысль
вызвала у него легкую улыбку, и, наконец, он ответил:
- Он отдыхает в своей клетке.
- Он что-нибудь сказал? – Спросил Недзи, скользя большим пальцем по костяшкам руки
Наруто.
- «Отвали нафиг, бесхвостое двуногое», - со смаком процитировал Учиха и криво
усмехнулся. Подобные слова из его уст прозвучали настолько дико, что лишь через
минуту ребята смогли это переварить и рассмеяться.
- Ладно, я потом сам с ним поговорю, - решил вслух Наруто и, приподнявшись на локтях,
удобно устроил голову на колене у Итачи. – А где Какаши-сенсей? – Вдруг осенило его.
- Сопровождает Жрицу Страны Демонов к нашему дайме и потом до границы, - ответила
Сакура и скривилась. – Он взял с собой Сая.
Недзи зеркально повторил ее гримасу.
- Да ладно вам! - Хихикнул Наруто. - Сай – нормальный парень. Особенно по сравнению с
нами пьяными.
- Мы еще не закончили, - напомнила Тсунаде строго, видя, как ребята расслабились
вокруг Узумаки. – Вы вообще заметили, как тянетесь к Наруто?
Хвосты переглянулись над койкой больного.
- А что тут такого? – Не понял Наруто.
- А что, раньше для тебя было в порядке вещей лежать на Итачи, держать за руки Недзи и
Хинату, и чтобы Сакура сама тянулась коснуться тебя? – С изрядной долей сарказма
осведомилась Хокаге.
Казалось, Наруто только теперь обратил на это внимание.
- Ладно, понял. Это не совсем нормально, - пожал он плечами, в конце концов. – Но так
мне нравится.
- И мне, - стиснул его ладонь Недзи.
- Нам тоже, - переглянулись девушки. Итачи просто улыбнулся.
И, почему-то, глядя на их спокойные лица, Тсунаде вздрогнула. Что-то во всех них
изменилось. Не только чакра. Эти пятеро напоминали умиротворенных, сытых хищников.
Сейчас они довольны и не тронут тебя, но, кто знает, что у них будет на уме в следующее
мгновение?
Покачав головой, женщина взяла себя в руки. Это же Наруто! Ага, Наруто и четверо его
Хвостов, не считая Казекаге, бывшего в прошлом маньяком-убийцей, и Кибы, который и
сам не далеко ушел от зверя. Да, чего тут опасаться, в самом деле?!
- Касательно вашей связи, - постаралась сосредоточиться на нынешних проблемах
Тсунаде, - вам нужно ее укрепить - усилить настолько, чтобы изменения в размере чакры
не влияли на ваше состояние.
- И как это сделать? – Спросила Сакура, сосредоточенно наморщив лоб.
- Тренировки, - пожала плечами Хокаге. – Мы составим для вас программу занятий. И…
еще кое-что…
- Что? – Нетерпеливо заерзал Наруто при слове «тренировки».
- Чем дальше вы друг от друга, тем слабее связь, - Тсунаде старалась тщательно подбирать
слова. – Вам следует, как можно чаще, бывать вместе. Нужен такой же простой
физический контакт, какой вы демонстрируете сейчас, - поспешила пояснить она для
открывшей уже, было, рот Сакуры. – Но, думаю, вы и так с этим неплохо справляетесь.
- Инстинкты, - резюмировал Итачи, рассеянно перебирая волосы Наруто.
- Если мы хотим заявить о себе, как об организации, с которой стоит считаться, надо все
уладить как можно скорее, - рассудил Наруто, переводя задумчивый взгляд с одного на
другого из своих Хвостов. Усмехнувшись, он покачал головой. – Ничего кроме, как жить
всем вместе под одной крышей, мне на ум не приходит. А вы что думаете?
Ребят удивило его желание узнать их мнение. Обычно Наруто гнул свою линию, не
слушая никого вокруг.
- Мне вот иногда кажется, Наруто, что ты только притворяешься идиотом, - ехидно
заметила Харуно спустя пару минут. Узумаки лениво и как-то плутовато ей улыбнулся.
Словно и правда только притворялся.
- Нам потребуется большой дом, - прикинул вслух Недзи, развивая мысль Наруто. – И
было бы хорошо, если на краю деревни, где меньше любопытных глаз.
- Тогда нам не помешала бы и своя площадка для тренировок, - подключилась Хината
несмело. – Ведь… ведь наша взаимосвязь с Кьюби-куном хранится в тайне. Так?
- Хмм, мне будет сложно объяснить родителям, - призадумалась Сакура.
А Тсунаде просто таращилась на них. Она в очередной раз ощутила свое полное бессилие
перед этими детьми. И снова по спине пробежал холодок. Женщина и сама толком не
понимала, чем вызван ее страх.
- Тсунаде-сама, - обратился к ней Итачи, избавив Хокаге от нерадостного самокопания, Вы позволите нам перебраться в район Учиха? Это место идеально нам подходит.
Женщина едва заметно вздрогнула. Тон бывшего нукенина был вежливо сдержан и лицо –
приятно нечитаемым, но глаза выдавали парня с головой. Тсунаде внезапно остро
осознала: этот умный, воспитанный молодой человек хладнокровно расправился с
собственной семьей. Да, он сделал это во благо деревни, во имя сохранения мира. Да,
другого способа не было. Но, боги, шестнадцатилетний подросток хладнокровно убил
людей, которые его воспитали, которые его любили, которые им дорожили! Он сделал это
с холодным расчетом. Осознанно.
Тсунаде не видела этого раньше: Итачи любил своих родных. Итачи на момент убийства
не испытывал к ним ненависти. Он не был охвачен эмоциями. Он просто… убил их.
И теперь эти глаза, глаза зверя, смотрели на Пятую с тем же спокойным ожиданием.
- А это будет нормально для тебя, Итачи? – С тенью беспокойства спросил Наруто, чуть
задрав голову, чтобы видеть собеседника. И Учиха улыбнулся ему.
- Да, Наруто.
Тсунаде на мгновение прикрыла глаза. Несомненно, события шестилетней давности
превратили Итачи в зверя. Зверь этот руководствовался не собственными искаженными
желаниями, а принципами, на которых был воспитан. Идеальный – до смертельного ужаса
– шиноби. Хотя, кто знает, возможно, он таким родился – не суть важно. Главное, этот
зверь был на привязи. Конечно, грубое сравнение, но другого у Тсунаде для Итачи не
было. Учиху сковали собственные чувства к Наруто. Они нежным ошейником свернулись
вокруг его горла, даря уже забытое тепло и удерживая рядом. Пожалуй, этот ошейник
можно было назвать преданностью.
Развивать мысль дальше Годайме не решилась, как не решилась задать себе вопрос: у
скольких из Хвостов и других, состоявших в Акахи, есть или скоро появятся такие же
именные ошейники? Как много людей было уже готово идти за Наруто и в огонь, и в
воду, и даже против всего мира? Сколько?
- Бабуль, можно? – Узумаки горел решимостью. – Будь уверена, ты сможешь нами
гордиться!
И не относится ли она сама к ним?
26 глава
Вечером того же дня в больничную палату к Наруто зашел… Орочимару. Когда дверь
беззвучно отъехала в сторону, а порог переступил невысокий, длинноволосый мальчик,
Наруто, пожалуй, отреагировал вполне адекватно. Приподнявшись на локтях в своей
койке, он добродушно поинтересовался:
- Тебе чего, девочка? Ищешь что-то?
Золотые глаза «девочки» яростно сверкнули.
- Ищу предмет потяжелее, - мрачно изрек Орочимару хриплым голосом законченного
курильщика. – Каков учитель – таков и ученик, - добавил он с отвращением.
- Ты своего ученичка сначала вспомни, - фыркнул Дзирайя, заходя следом. – Привет,
Наруто!
- Эро-Саннин! – Искренне обрадовался Узумаки и ойкнул, осознав, что за ребенок перед
ним. – Да ладно? Орочимару?
И был он настолько переполнен удивления, что ненависти или злобе попросту не осталось
места.
- Не девочка? – На всякий случай уточнил Наруто.
- Нет! – Рявкнул уязвленный в самое сердце Саннин. Зато Дзирайя от души посмеялся.
Наруто присвистнул, но присоединяться к веселью не торопился.
- Круто тебя Саске приложил, - хмыкнул он и прежде, чем Орочимару наградил его парой
матерных, добавил. – Мне сказали, я обязан тебе своим спасением… нашим с ребятами.
Спасибо.
И это, как ничто другое, изумило обоих посетителей. Не на такую спокойную реакцию
они рассчитывали от Наруто. А тот, словно в очередной раз подтверждая звание «самого
непредсказуемого ниндзя Конохи», продолжил мысль:
- Как скоро вы составите программу тренировок для нас?
Орочимару приподнял бровь. Проявить более ярко свое удивление ему не позволяла
гордость. Пусть внешне он и выглядел как ребенок, внутри все же оставался прежним
великим Змеиным Саннином. Ну, почти прежним.
- А ты уже ждешь, что я продолжу помогать тебе? – Насколько мог едко осведомился
Орочимару, мимо ходом отмечая данные на экранах мониторов. Судя по всему,
физическое состояние Узумаки колебалось между «великолепным» и «просто
прекрасным», а вот чакра по-прежнему подрагивала в нестабильности. В те часы, когда
большинство Хвостов находились с Наруто на уровне физического контакта, чакра
успокаивалась. Каналы уз, которыми были связаны Хвосты со своим Джинчуурики,
начинали работать, как надо, и циркуляция энергии восстанавливалась. Но вот, полчаса,
как Наруто один, и на лицо ухудшения. Чертовски занимательное явление.
- Конечно, продолжишь, - без тени сомнения пожал плечами Узумаки, проницательно
глядя на взрослого ребенка. – Ты же маньяк-ученый. А мы с ребятами – прекрасные
подопытные кролики. Сомневаюсь, что ты встречал в своей практике подобных нам. –
Губы Наруто сложились в горьковато-насмешливую улыбку. – Ты не сможешь устоять
перед искушением.
Последние слова мальчишки заставили Орочимару задуматься: чего еще он не разглядел
тогда, три года назад, выбирая для себя новое тело? Что еще таилось за теми громкими
высказываниями, за суматошными действиями, за прямым, излишне честным – а потому и
смехотворным для этого мира – взглядом синих глаз? Какой разум скрывался?
Нет, не то, чтобы он выбрал своим сосудом Джинчуурики. В этом не было бы смысла. Но,
пожалуй, знай Орочимару о «двойном дне» Узумаки Наруто, то непременно убил бы его.
Одно дело, если оставляешь за спиной крикливого мальчишку без грамма таланта и ума, и
совсем другое, если он попросту не показал всего себя.
На фоне собственных умозаключений Орочимару пришел к выводу, что такой Узумаки
Наруто нравится ему не в пример больше. Что поделать, Саннин тяготел к умным и
талантливым людям. Исключением был лишь Дзирайя. В том мозгов с роду не
наблюдалось. Зато книжки, скотина, писал забавные. У Орочимару так увлекательно не
получалось.
- Хей, Наруто, а где твой гарем, кстати? – Тем временем спросил отшельник, делая
пометку в своем рабочем блокноте. Судя по его горящим глазам, скоро в свет выйдет
новый бестселлер. Про гарем.
- Ну, - замялся Узумаки, почесав затылок, - бабуля Тсунаде разрешила нам переселиться в
район Учиха. Сакура-тян, Недзи и Хината отправились по домам, чтобы спросить
разрешения… или просто перед фактом семью поставить, не знаю. И вещи, конечно,
собрать. А Итачи пока подберет нам подходящий дом. Они потом все сюда вернутся, если
что. А! Кстати, вы меня выписываете или как?
- Тсунаде-химе не против, - пожал плечами Орочимару. – Пожалуй, мы с Кабуто к вам
присоединимся на первое время.
И снова мужчины ожидали взрыва возмущения.
- Я согласен, - совершенно спокойно пожал плечами Наруто. - Но только если Эро-Саннин
будет с вами.
- Не доверяешь мне? – Ухмыльнулся Орочимару.
- Не доверяю, - кивнул Узумаки и добавил твердо, - себе. Я слышал, тебе больше
недоступны ни техники, ни чакра. Передо мной и перед моими товарищами ты
беззащитен. Даже Кабуто не сможет справиться со всеми нами.
- Ты мне угрожаешь? – Снисходительно осведомился ученый с миловидной мордашкой.
- Предупреждаю, - осклабился Наруто и тряхнул головой, возвращая лицу серьезносдержанное выражение. – Если я или кто-то из моих потеряет над собой контроль, мы
разорвем тебя. Эро-Саннин – один из немногих, кто точно сможет и, главное, захочет тебя
защищать. Даже сейчас, - тяжело вздохнул Наруто, - мне хочется сломать тебе чтонибудь.
- И что же тебя останавливает? – Прищурился Орочимару.
- Твоя беспомощность, - честно ответил Узумаки. – Когда вернешь себе свою силу, я хочу
сразиться с тобой. И надрать задницу.
- Заметь, Орочимару, - толкнул его в спину Дзирайя, - не «если вернешь», а «когда»!
Сечешь, как в тебя верят?
- Я это заслужил, в конце концов, - гордо вздернул носик великий Саннин.
Раздался робкий стук в дверь.
- Входи, Хината! – Радостно прокричал Наруто. И, действительно, порог переступила
юная Хьюга.
- Добрый вечер, Дзирайя-сама, Орочимару-… сама, - на мгновение растерявшись перед
гостями, пробормотала девушка, легонько склонив голову.
- Ты можешь ощутить приближение своих Хвостов? – Загорелись алчным огнем глаза
Орочимару.
- Нет! - С некоторым возмущением опроверг предположение Наруто и подарил девушке
мягкую улыбку. – Просто так стучится только Хината.
За спиной у Хьюги висел туго набитый походный рюкзак.
- А Недзи разве не с тобой?
Девушка смущенно потупилась:
- Отец попросил его задержаться.
- Зачем? – Тупо уставился на нее Наруто.
Хината залилась румянцем:
- Ну… как бы… отец надеется убедить Недзи-нии-сана остаться дома.
- Э?
- Нии-сан просил передать, что как только просидит с отцом положенное по этикету
время, сразу же подойдет. Это недолго, - поспешила пояснить Хината. – Не больше
получаса.
- А если он его все-таки уговорит? – Полюбопытствовал Наруто.
И тут Хината усмехнулась. Нет, честно – усмехнулась.
Присев на край кровати, она взяла ладонь Наруто в обе свои, чуть сжала и перевела взгляд
жемчужных глаз на Орочимару.
- Орочимару-сама, мы Вас уничтожим, если навредите Наруто-куну. – Угрозу девушка
произнесла своим привычным мягким, тихим голосом. Но каждое слово сорвалось с ее губ
отчетливо.
- Эм… Хината, знаешь… иногда ты пугаешь меня, - как бы между прочим заметил
Наруто, легонько похлопав Хьюгу по плечу.
Забавно, но ни Орочимару, ни Дзирайя не стали уточнять, кто это «мы». Да и спорить,
как-то, не решились.
Вскоре подошла Сакура. Разъяренная, она пожаловалась всем присутствующим на своих
родителей, не понимающих, что с «кучкой законченных геев» ее чести ничего не
угрожает. Они, видите ли, не хотели отпускать ее жить вместе с такой толпой парней. Как
будто в их группе было, кому приставать!
Ни Наруто, ни Саннины так и не поняли, что именно привело Харуно в такое бешенство:
то ли страхи родителей, то ли отсутствие этих самых приставаний. Но на всякий случай,
девушке все посочувствовали.
Наконец, через почти двадцать минут к компании присоединился Недзи. Он ни словом, ни
жестом не показал, был ли разговор с главой клана сложным. Лишь сграбастал Наруто в
объятия и на несколько мгновений уткнулся лицом ему в шею.
- И кому нужен этот долбанный титул? - Буркнул наследник Хьюга едва слышно и
улыбнулся каким-то своим мыслям.
А Наруто не стал ни о чем спрашивать.
…
Среди руин старого забытого храма, где-то вдалеке от Скрытой Деревни Облака, истекала
кровью пригвожденная к стене молодая женщина. Она была жива, но, истощенная,
лишилась сознания – на радость мужчинам в черных плащах с красными облаками.
- Твою же мать! – Харкнул кровью Хидан, одобрительно окинув взглядом жертвенный
круг своего бога.
- Ты закончил? – Хмуро осведомился Какудзу и поднялся с камня, на котором просидел
томительных пятнадцать минут, пока напарник изволил молиться. – Надо заглянуть еще в
одно место.
- И что, тащить эту бабу на себе?! – Простонал Хидан, «предвкушая» прогулку с
довеском.
- Я присмотрю за Двухвостой, - прошелестел знакомый голос, и напарники одновременно
обернулись, чтобы столкнуться взглядами с выплывающим из пола Зецу.
- Слышь, растение, а, может, сам ее дотащишь, а? – Хидану было отчаянно лень мотаться
с полутрупами за пазухой.
- Не могу, - с явным сожалением отказался Зецу, не обидевшись на обращение (зачем на
правду обижаться?). – Мы можем перенести ее, только если съедим. А съедать нельзя, - с
еще бОльшим сожалением констатировал он.
- На кой [email protected] ты тогда нам здесь нужен? – Вполне вежливо удивился бессмертный.
- Нам нужны деньги, - пояснил за шпиона Какудзу. – Он посторожит двухвостую, а мы
пока заглянем в храм Огня. Сделаем там труп и сдадим его за вознаграждение. Потом
вернемся сюда за Джинчуурики. Ясно?
- Х-хаа? Это ж сколько времени мотаться-то?! Хотя… труп, говоришь, сделаем?
…
На стол страдающей жестоким похмельем Хокаге легла небольшая кипа бумаг.
- Блин, бабуля! – С досадой и раздражением воскликнул Наруто. – Я, конечно, понимаю,
что вы с Эро-Саннином рады возвращению этого своего Орочимару – чтоб ему, скотине! –
но имей совесть! Я и так приперся днем, а не с утра, а ты до сих пор не опохмелилась,
ттебайо!
- Заткнись, пожалуйста, – прошептала Тсунаде, не в силах оторвать голову от
столешницы. – Шизуне нашла мою заначку и заперла меня здесь. А эти уроды дрыхнут до
сих пор, небось. Ну, и кому из нас хуже, а?
Пробурчав нечто нелестное в адрес как сестрички Шизуне, так и всех Саннинов разом,
Узумаки достал из сумки на поясе крохотную, на две порции, бутылочку саке и аккуратно
поставил перед носом главы деревни.
Глаза несчастной жертвы ночной попойки приобрели осмысленное выражение, а рука с
идеальным маникюром ловко сцапала сосуд с живительным напитком. Заливая его в себя,
Тсунаде не отрывала задумчивого, с каждой каплей проясняющегося взгляда от так
внезапно повзрослевшего мальчишки.
- Ты весь в пыли, - отметила она серый налет на оранжевой куртке, волосах и лице.
Узумаки с постной физиономией принялся отряхиваться.
- В отличие от некоторых, - произнес он обижено, - кое-кому пришлось всю ночь
вычищать здоровенный дом, в котором не убирались много лет!
- Вы уже перебрались в квартал Учиха? – Удивилась Годайме, но потом, наморщив лоб,
припомнила. – Ах, да, эти два охламона говорили что-то об этом. Ну, и как там у вас?
- Грязно, - емко ответил Наруто и широко зевнул. – И скажи Эро-Саннину с ЧибиСаннином, что их комнаты никто драить не станет! Кстати, а где этот Кабуто, ттебайо?
Встряхнувшись, Тсунаде спрятала тару, приосанилась и приняла вид гордой главы
Конохи.
- Орочимару отправил его… минутку. Как ты там сказал? Чиби-Саннин?
- Малявка же, - пожал плечами Наруто, не видя в этом ничего криминального.
- А Орочимару уже слышал? – Губы женщины дрогнули в ухмылке.
- Ну, слышал, - признал Узумаки, почему-то потирая голень. – И чего он сразу…
пинаться… Чибик долбанный.
На последних словах Тсунаде не выдержала и громогласно расхохоталась. Наруто
некоторое время подулся, но вскоре тоже заухмылялся.
- Так, насчет Кабуто, - отсмеявшись, вернулась к теме Хокаге, - Орочимару отправил его
за кое-каким оборудованием в их убежище. Не волнуйся, - перехватив недовольный
взгляд Узумаки, добавила она, - с ним мы послали отряд АНБУ. Им дан приказ
уничтожить убежище сразу, как только Якуши заберет необходимое. Ну, и его самого
караулить.
- А что насчет заключенных? У Орочимару наверняка было полно подопытных.
- Мы получили от него координаты нескольких мест. Туда уже направлены группы.
Наруто удовлетворенно кивнул.
- Между прочим, - забарабанила по столешнице алыми ногтями Тсунаде, - у нас завал с
заказами. Из-за того, что ты перетянул на себя Недзи, Хинату, Сакуру и других, стало не
хватать рабочих рук. Так что поспешите со своими тренировками, хорошо, Наруто?
Узумаки заулыбался.
- Вот, кстати, я здесь именно за этим, - кивнул он на документы, оставленные на столе. – Я
же обещал.
- Что? – Не поняла Хокаге и выудила первый лист. На нем красными чернилами был
изображен круг из девяти томоэ (запятых). – Это еще что?
- Символ Акахи, - гордо произнес Наруто. – Правда, на хвосты похож?
- Хм… ммм?
- Блин, я пришел, как лидер Акахи, - нетерпеливо принялся объяснять Наруто. – Это наш
символ. На других листах наш Устав, а также условия, на которых мы будем работать.
Ознакомьтесь и подпишите, Хокаге-сама, - закончил он с ухмылкой.
- … Когда успели? – Только и смогла выдохнуть Тсунаде, перебирая бумаги.
- В перерывах между тренировками, - похвастался Узумаки. – Кое-что я придумал, пока в
больнице валялся.
Вздохнув, Тсунаде углубилась в чтение.
В конце концов, идея Наруто была не так плоха. А уж на фоне зашевелившихся Данзо и
Акацки – и вовсе замечательной. С одной стороны. С другой – организация в организации
порождала массу проблем: вопросы иерархии подчинения, скорость сообщений,
утаивание, недомолвки, и так далее.
Стоило оно того или нет?
А был ли выбор?
Встретившись с серьезным взглядом синих глаз, Тсунаде была вынуждена признать:
выбора ей не оставили. Мальчик рвался встать на ноги, стать самостоятельным –
окончательно и бесповоротно. Но готов ли он?
- И как вы собрались противостоять Акацки? – Не скрывая сомнений, поинтересовалась
Хокаге, ожидая услышать что-то вроде «будем их искать и мочить!»
- Благодаря Итачи мы многое знаем о способностях членов Акацки. Опять же, мы с
Гаарой сражались с двумя. Как разобраться с некоторыми, мы уже придумали, но стоит
еще посоветоваться с Шикамару. Мы знаем об их цели – поимке Джинчуурики. Действуя
не от лица Конохи, а как самостоятельная организация, мы могли бы встретиться и
переговорить с носителями Хвостатых и, если получится, использовать их как приманку, неожиданно здраво рассудил Наруто. – Рано или поздно, за каждым из них придут.
Акацки берут одно задание на двоих. Думаю, Акахи будут действовать по трое. Кстати, я
связался с Гаарой. В Стране Ветра распространены розыскные листовки,
предупреждающие о людях в черных плащах с красными облаками. Население просят
сообщать, если их видели. То же самое сделали и в нескольких других странах, где у нас
есть друзья. Думаю, Стране Огня это тоже не помешало бы.
Чем больше Тсунаде слушала, тем больше поражалась развернутой Наруто деятельности.
Странно, но ни она, ни Каге других деревень не додумались о такой простой вещи, как
розыскные листовки. Шиноби привыкли жить в некоторой изоляции от простых людей.
Конечно, никому и в голову не пришло попросить обычных граждан о помощи.
- Два дня назад была схвачена Джинчуурики Двухвостого Демона-Кошки, Югито Нии из
Деревни Скрытого Облака, - поделилась женщина нерадостной вестью. - Помимо нее в
руках Акацки находятся Пятихвостый Гоби и Семихвостый Шичиби. Их носители
мертвы.
Наруто, казалось, на мгновение растерялся. На мгновение его зрачки дрогнули, приняв
вертикальную форму. Если бы Тсунаде не вглядывалась так пристально, то и не заметила
бы.
- Ладно. Она жива, - с некоторым трудом произнес он, все еще борясь с возникшим
гневом. – Нам это на руку. Итачи предлагал, кажется, воспользоваться этим моментом. –
Поразмыслив, Узумаки прикинул вслух. – Если ее поймали два дня назад…
Тсунаде утвердительно кивнула.
- Значит, у нас в запасе… черт, меньше недели!
- Что ты имеешь в виду? – Хмуро осведомилась Хокаге.
- Да с Итачи вчера лидер Акацки связывался, - сказал как само собой разумеющееся
Наруто, - назначил день встречи. Через неделю. Мы не были уверены, ради чего встреча.
Теперь-то понятно…
- Жаль, Итачи не может показать, где их логово, - посетовала Тсунаде.
Еще когда Итачи находился под следствием, Морино Ибики старался вытянуть из него
эти и другие сведения об Акацки. К сожалению, безуспешно. И вовсе не потому что
Учиха отказывался сотрудничать. Просто лидер Красной Луны подстраховался и наложил
на всех членов организации Печать Тайны, не позволяющей выдавать чужим
определенную информацию, в том числе и о месторасположении штаба. Снять Печать мог
лишь тот, кто ее поставил, и никакие ухищрения не могли исправить ситуацию.
- У нас шесть дней на то, чтобы подготовиться выступить против Акацки в открытую, взволнованно пробормотал Наруто. – А этот Чиби-Саннин прохлаждается вместо того,
чтобы разработать для нас тренировку! Бабуля, - резко обернулся он к Пятой, - подпиши
договор с нами, как с Акахи. Вечером пришлю клона.
Прокричав последние слова, Узумаки сорвался с места и выскочил за дверь.
Тсунаде не сомневалась, скоро он кое-кому испортит сон. Ну, и замечательно! Вот бы еще
у этих охламонов было такое же паршивое похмелье!
Не успела Пятая, как следует, насладиться этой мыслью, как в ее кабинет вбежала
Шизуне. За девушкой показался монах.
- Тсунаде-сама, Акацки напали на Храм Огня!
…
- Какаши-сан, могу я задать Вам вопрос? – Вежливо спросил Сай.
Оба шиноби, выполнив задание и передав Жрицу Страны Демонов ее личной охране, не
спеша, возвращались в родную деревню.
- Слушаю, - с легким любопытством покосился на напарника Хатаке.
- Почему Наруто-кун постоянно говорит об Учиха Саске?
- А что он говорит? – Задал встречный вопрос Какаши.
Сай призадумался.
- Он часто и много говорит о своем намерении вернуть Учиха Саске. И о связывающих их
узах. И о прошлом. Почему?
- Как тебе сказать… - почесал висок Какаши. – Сай, ты же из отряда «Корень». Вас
приучали ничего не чувствовать, так?
- Так и есть, - фальшиво улыбнулся АНБУ. – Я не знаю… эмоций.
- А Наруто – он весь сгусток эмоций…
- Эмоции – слабость, - заученно произнес парень.
- Не всегда, - мягко возразил Хатаке. – Для Наруто, например, чувства, что он испытывает
к Саске, придают ему силы, укрепляют дух.
- … Не понимаю.
- Ничего, - усмехнулся Какаши. – Пообщаешься с Наруто и остальными еще немного, и
все поймешь. Они из тебя быстро человека сделают. Так что, готовься.
-…
- Здесь, на развилке, срежем путь.
- Через Храм Огня? – Уточнил Сай.
- Именно.
27 глава
Дождь начался внезапно. Тяжелые капли полупрозрачными нитями соединили небо и
землю, словно создав путь для упокоения чьей-то души.
Для шиноби Листа это всегда было дурным предзнаменованием.
В разрушенном Акацки храме Хатаке и Сай встретились с одним из сформированных
отрядов по поимке убийц, и, недолго думая, присоединились к погоне.
Казалось бы, с предпринятыми Годайме мерами у преступников нет ни шанса. Однако, в
километре от обменного пункта, где Акацки предположительно могли получить деньги за
труп монаха Тирико, пошел этот чертов дождь.
- Там, на крыше, наши шиноби, - доложил Сай, спрыгнув со своей чернильной птицы. –
Один мертв.
По его пустому лицу нельзя было ничего прочесть. Впрочем, Хатаке и не пытался. Его
занимали другие мысли. Он знал, кого направили в эту точку.
Взобравшись по стене на крышу, Какаши ожидал увидеть худшее, но даже он не смог
скрыть шока при виде неподвижного Асумы. Его ученики – Ино, Чоудзи и Шикамару,
сгрудились вокруг, низко опустив головы. Пряча друг от друга слезы.
- Какаши-сан, - в стороне от команды номер десять беспомощно стояли четверо. Все они
заметили приход Хатаке и Сая, но подошел один лишь Котетсу. – Акацки ушли, - неловко
сообщил он, пялясь куда-то в сторону.
- Асума… - Не то, чтобы Какаши нуждался в подтверждении, но он не мог не спросить.
Котетсу лишь отрицательно покачал головой.
В Коноху пришел долгий, полный скорби дождь.
…
Похороны Сарутоби Асумы состоялись на следующий день, рано утром. Пришли все, кто
находился на тот момент в деревне – сына Сандайме знали, уважали и любили.
Как правило, члены одной семьи держались вместе на подобных событиях, но не в этот
раз. По воле случая, день скорби стал и днем завуалированной демонстрации
приоритетов.
Ладонь Наруто лежала на плече всхлипывающего Конохамару. Паренек лишился дяди. По
правую руку от Узумаки стоял Учиха Итачи. Пусть официально с него не сняли
обвинений, но те, кто когда-либо был знаком или слышал о нем, уже знали о его
невиновности. И Узумаки, и его друзья, с которыми видели Учиха, способствовали этому.
Даже Тсунаде, если ее спрашивали, подтверждала слухи – Учиха Итачи вернулся, и он
невиновен.
По левую руку от лидера Акахи находился его собственный двойник. Трем старейшинам
его представили как Ютсури. Ничего более о странном парне Хокаге распорядилась не
говорить. Конечно, старейшина Хомура был осведомлен немного больше остальных, но,
поклявшись Тсунаде, хранил тайну.
Далее со стороны Итачи стояли Недзи, Хината и Шино. Со стороны Ютсури – Киба,
Сакура, Сай и Тен-Тен. Остальные выполняли миссии вдали от Конохи.
Отдельно, но достаточно близко к Акахи, склонили головы Дзирайя и Какаши. Рядом с
ними был ребенок с капюшоном на голове.
Поначалу Орочимару не собирался приходить. Он, мол, занят. Наруто страшно задели его
слова. Парень минут десять кричал на взрослого в теле ребенка и, в конце концов, озвучил
то, что так и не решились рассказал Тсунаде с Дзирайей – о том, кто повинен в смерти
Третьего Хокаге.
Ошеломленный, Орочимару потребовал объяснений от Дзирайи. О чем наедине говорили
бывшие товарищи, не знал никто, но из комнаты Змеиный Саннин вышел непривычно
потерянным. С небольшим опозданием он все же пришел на похороны сына своего
учителя.
На протяжении всей похоронной церемонии золотые глаза пристально изучали
надгробную плиту.
Возложив цветы на могилу учителя, Шикамару, Чоудзи и Ино присоединились к своим
друзьям. Несмотря на горе, царившее в их сердцах, старейшинам и, в первую очередь,
Данзо следовало показать единство Акахи.
День скорби стал официальной датой появления организации Красного Солнца.
…
- Шикамару! Ребята! – Наруто догнал десятую команду у самых ворот на третий день
траура. Точнее, на третью ночь.
-Ну, кто бы сомневался, - вздохнул Нара, остановившись первым. Его примеру
последовали и Чоудзи с Ино.
- Так и знал, что вы захотите молча слинять! - Проворчал Узумаки, приблизившись.
Одновременно с его словами Шикамару произнес:
- Ты не идешь, Наруто. И точка. Это наше…
- Это ваше дело, я знаю, - нетерпеливо перебил его тот. – Я не напрашиваюсь с вами… На не на шутку удивленные лица друзей он тут же пожаловался. – Этот Чиби-Саннин
подговорил всех, и они заставили меня дать обещание, что я никуда не пойду!
Представляете!?
- Смотри-ка, а от Орочимару есть толк, - хмыкнула Яманака без привычной улыбки.
Смерть учителя подкосила ее. Впрочем, как и всех в команде Асумы.
- Тогда зачем ты здесь? – Спросил Шикамару.
- Эро-Саннин постоянно твердит мне, чтобы я как лидер больше доверял вам всем, почесав макушку в смущении, пояснил Наруто. – Поэтому я не буду делать глупостей и
сбегать, навязываясь вам. Но и отпустить вас одних я тоже не могу.
- Ого, Наруто, да ты вырос! – Присвистнул Нара, искренне пораженный тем, что
неугомонный приятель взялся, наконец, за ум.
- Ну, еще бы! – Вздернул нос Узумаки, но быстро сник, стоило Итачи выйти из тени. –
Они меня уже третий день караулят, - едва слышно пробурчал он и тяжко вздохнул.
- Какудзу и Хидан – опасные противники, - заметил Итачи, проигнорировав сопение
Наруто. – Хидан вспыльчив, но Какудзу осторожен. Они прекрасно работают в паре.
- Я знаю, - хмуро ответил Шикамару.
Итачи понимал, парень ослеплен своей болью. Нара и его товарищи рвались отомстить. В
таком состоянии шансов победить у них не было. Кому, как не наследнику клана Учиха
видеть это.
- Убийцей Асумы-сана был Хидан, не так ли? – Уточнил он. Получив подтверждение,
Итачи предложил прямо. – Я помогу вам с Какудзу.
К чести Шикамару, отвергать помощь он не стал. Как бы велико ни было желание
собственными руками разобраться с противниками, жажда мести не затмила собой
рассудок. Вспомнив все детали боя у обменного пункта, Нара честно признал перед собой:
шансы одолеть двух из Акацки собственными силами равнялись пятнадцати процентам.
Чертовски мало, если подумать. Но если с ними будет Учиха Итачи, не просто гений и
обладатель Шарингана, но и бывший член Красной Луны…
- Девяносто три процента, - впервые за последние дни на лице Шикамару появилась
уверенная улыбка. В голове у него секунда за секундой складывался новый план с
поправкой на четвертого участника.
- Отлично! – Воскликнул Наруто. – Все веселье себе решил захапать, ттебайо!
Несмотря на возмущенный тон, глаза у Наруто сияли. Пихнув Учиху в плечо, он широко
улыбнулся друзьям.
- Может, я провожу вас… ну, например, до…
- Нет, - единодушно отказали ему Итачи и Шикамару, моментально вычислив его
намерение увязаться-таки с ними.
- Чтоб вас! – Ругнулся с досады Узумаки. – Почему я должен торчать здесь, пока вы
разделываетесь с этими [email protected]!?
- Ты должен продолжить тренировки, - напомнил Итачи. – Без Какудзу и Хидана Акацки
некоторое время не смогут вытянуть Некомату из Нии Югито. Но они найдут замену. И
быстро.
Наруто несколько раз порывался что-то сказать, но, в конце концов, не смог не признать
его правоту.
- Отделайте этих ублюдков и от меня тоже, - смирившись, попросил Узумаки.
- Будь уверен, - ухмыльнулся Шикамару, и отряд из четырех человек за несколько секунд
скрылся из виду.
Наруто с беспомощностью глядел им вслед.
…
Квартал Учиха встретил Наруто ароматами жареного мяса и шумом переругивавшихся
Сакуры и Кибы. Улыбнувшись, парень поспешил к друзьям.
Дом, выбранный Акахи, располагался на окраине квартала, у самых стен Конохи.
Конечно, он был меньше, чем дом главы клана, но остановиться в месте, где жили Итачи и
Саске с родителями, Наруто категорически отказался. Пусть Итачи и сказал, что не
испытывает дискомфорта.
Дом на окраине понравился Узумаки тем, что в нем жила пожилая пара, скончавшаяся
естественной смертью.
Умершие не от руки Итачи, как все остальные.
Конечно, во всех зданиях и на улицах не осталось ни крови, ни каких-либо личных вещей
жителей. Сандайме распорядился полностью очистить квартал. И все же… это чертовски
нервировало – жить бок о бок с убийцей всех тех людей.
Итачи будто бы и не замечал косых, подчас обеспокоенных взглядов.
Двухэтажный дом пришлось драить несколько часов. Девочки подметали и мыли полы,
парни перетаскивали вещи и чинили прохудившиеся двери. Потребовалось немало усилий
и времени, чтобы старый заброшенный дом вновь ожил и наполнился уютом.
На первом этаже располагалась кухня, столовая и несколько комнат, которые ребята взяли
себе под личные. На втором этаже находились туалет и ванная, и еще несколько комнат,
объединенные в одну большую и превращенную в зал совещаний и общую спальню.
Касательно последнего, Орочимару дал ясные инструкции: хотя бы на ночь все Хвосты
должны быть вместе с Узумаки. И чем ближе, тем лучше.
Змеиный Саннин, кстати, вместе с Дзирайей поселился в соседнем доме, где один устроил
себе лабораторию, а другой – писательский кабинет.
- Йяя!!! Тупой идиот, я же просила не соваться в эту кастрюлю! – Прорычала Сакура на
кухне.
- Сама дура! Мы еще не настолько очумели, чтобы есть твое биологическое оружие! –
Огрызнулся Киба. – Недзи, скажи ей!
Если Недзи что и сказал, то Наруто его слов не расслышал.
На ступенях крыльца сидел мрачный Орочимару.
- Хей, ты чего тут? – Вполне дружелюбно поинтересовался Наруто, присев рядом.
- Знаешь, Наруто-кун, твоя чакра – самая уникальная, что мне приходилось видеть, произнес Саннин и зябко передернул плечами.
- Ты все из-за своей внешности переживаешь, что ли? – Изумился Узумаки. Он
припоминал, что одним из предыдущих тел Орочимару было женским. Так чего теперь-то
комплексовать?
Однако на предположение Наруто Орочимару рассмеялся.
- Нет. Пусть меня раздражает это тело… очень… очень раздражает, - добавил он
шипящим шепотом, - но внешность – последнее, что меня когда-либо беспокоило.
- Тогда в чем дело? – Не понял Узумаки.
- Тебя это правда интересует? Интересует, что беспокоит твоего врага, забравшего у тебя
Саске-куна? – Со злой усмешкой осведомился тот.
Наруто поморщился, а потом врезал ему кулаком в скулу. Саннин повалился на спину, не
пытаясь ни защититься, ни увернуться.
- Доволен? – Вдруг спросил его Наруто.
Орочимару скосил глаза на мальчишку.
- Я… прощаю тебя, ттебайо…
Орочимару опустил веки, и едва слышный выдох сорвался с его губ.
- Саске-кун поглотил мои техники. Твоя чакра пожрала часть моих воспоминаний и
превратила в ребенка. В настоящего ребенка – я больше не ощущаю себя собой. И
Кабуто… мертв.
- Что!? – Встрепенулся Наруто.
- Сасори не бросает слов на ветер, - тонкие губы Орочимару сложились в саркастичную
улыбку. – Кто бы мог подумать, что он захочет проверить мое бывшее убежище… ке-ке…
Жалко.
- Кабуто мертв? Это точно?
- Вскрытие показало, что да, - хмыкнул Саннин. – И оборудование пропало… там все
взорвано. Наверняка Дейдара постарался.
-…
Наруто растеряно уставился на свои руки. Он ненавидел Кабуто. Кабуто предал его
доверие. А теперь Кабуто мертв. Этот хитроумный медик-шпион… Он ведь был силен!
Этот самодовольный двуличный урод был силен!
А теперь Кабуто мертв.
Наруто не знал, что чувствовал по этому поводу.
- По крайней мере, большинство моих записей перенесены в Коноху.
- Вы долго были вместе? – Тихо спросил Наруто.
- Восемь лет с тех пор, как… неважно.
Орочимару не узнавал себя. Чакра Лиса и Джинчуурики не сделала его бессмертным – она
в самом прямом смысле этого слова дала ему новую жизнь. Новый шанс.
Юного Саннина разрывало на части от противоречивых желаний, а разум сходил с ума от
нахлынувших чувств – таких острых, таких непривычно ясных, таких… человечных.
И Наруто вдруг улегся на спину рядом, так, чтобы их лица были на одном уровне.
Узумаки не поворачивался к Орочимару, он смотрел на звездное небо, едва видное из-под
крыши.
Где-то в доме Сакура избивала Кибу полотенцем, а Недзи молча помогал Хинате делать
онигири.
А Дзирайя, разом опрокинув в себя пиалу саке в своем кабинете, наблюдал из окна за
учеником и за другом. В глазах старого отшельника стояли слезы. Он благодарил судьбу,
небо и всех богов за то, что Конохе ниспослали Наруто. Этот дурной, шумный мальчишка
снова сделал невозможное.
Впервые за долгие годы Дзирайя видел прежнего Орочимару – того самого тихого и
умного паренька, навещавшего после каждой своей миссии могилу родителей.
- Вы чего здесь торчите!? – Появилась в дверях Сакура, все еще не остывшая после спора
с Инузукой. – Марш мыть руки и садитесь за стол!
- Это она нам? – С интересом спросил Орочимару у Наруто. Тот со страхом приложил
палец к губам, призывая к тишине.
- Я бы на твоем месте не стал спорить с Сакурой-тян, - прошептал он на ухо Саннину. –
Она – вторая Тсунаде-баа-тян!
- Да, я заметил сходство, - хмыкнул тот. – Наверно жаль, что сходство это закончилось в
районе бюста, да?
- Я ВСЕ СЛЫШУ, ВЫ! - Зловеще прорычала Харуно, и Орочимару прикусил язык. Нет,
правда, девчонка чудовищно походила на своего учителя. А значит и, правда, стоит
подниматься на ноги.
- Эро-Саннина тоже надо позвать, - поделился мыслями Наруто, но его собеседник уже
скрылся внутри дома вслед за Сакурой. – Черт, опять мне идти!
Ужин прошел в веселой, по-семейному непринужденной атмосфере. И, конечно, шумной.
- Фу! Что это за отрава!? – Воскликнул Наруто, пригубив нечто, напоминавшее овощной
суп. Только с привкусом железа.
Сакура щелкнула костяшками пальцев. Узумаки, несмотря на слухи, дураком не был. –
Это я не про суп! Суп просто зашибись какой!
- Мда? – Нехорошо прищурилась Харуно. – А о чем тогда ты говорил?
- Ммм, - парень окинул стол нервным взглядом. На глаза попались рисовые шарики. – Вот
об этом! – Схватил он один из них.
- Ой! – Пискнула Хината. – Это же я приготовила… Наруто-кун… это так плохо?
Узумаки в ужасе уставился на готовую расплакаться Хьюгу.
- Эээ… Нет, Хината! Не плачь! – Наруто моментально запихнул в рот и прожевал
довольно большой рисовый шарик. - Я не это имел в виду… в смысле… А! Чай! –
Схватил он кружку. – Я чаем траванулся!
- Кхм, - привлек к себе внимание Недзи. – Сам тогда готовь, Наруто.
- Бли-ин, - простонал завравшийся. – Недзи-и, я не хоте-ел. Чай вкусный, правда!
- Знаю, - усмехнулся Хьюга, сделав глоток спорного напитка.
- Я же говорил, что наши желудки еще не готовы к твоей убийственной стряпне! – Заржал
Киба, обращаясь к Сакуре. За что и получил салфеткой по наглой морде.
Благоразумный Орочимару кушал только онигири. Дзирайя, попробовав суп, тихо
мучился от несварения, а Ютсури, который ради ужина вышел в реальность, уплетал
рамен. Что-либо другое он есть категорически отказывался, причем в нецензурной форме.
- Кьюби-кун сегодня спит с вами, - огорошил всех Орочимару.
- Э? Зачем? – Заинтересованно поднял голову от своей тарелки Наруто. – Ютсури говорит,
что это опасно, если он долго будет вне меня.
Лис хрюкнул и едва не подавился лапшой. Ему в голову пришла явно не самая приличная
ассоциация.
- О, вам уже ничего не угрожает, - сладко улыбнулся Саннин. – Ваша связь постепенно
адаптируется к постоянной нагрузке. А вот сама чакра у Наруто-куна и Кьюби-куна…
- «Ютсури»! – Рыкнул демон.
- … по-прежнему ведет себя непредсказуемо. Проверим, как она воспримет Кьюби-куна…
- «Ютсури», Чиби-Саннин! – С раздражением повторил Лис.
- … находящегося наравне с Хвостами, - снова проигнорировав демона, закончил мысль
Орочимару.
- Давайте попробуем, - пожал плечами Наруто. – А ты что думаешь, Эро-Саннин?
Дзирайя с несчастным лицом держался за живот.
- Мне… мне надо выйти! – В конце концов, выдохнул он и скрылся на втором этаже, где
был туалет.
Сакура скуксилась. Она честно не понимала, что не так с ее супом. Ведь по рецепту же
делала! Ну, добавила чуть-чуть от себя…
- А у Тсунаде-химе какое прозвище? – Поинтересовался Орочимару, смирившись со
званием чибика.
- У Тсунаде-сама нет прозвища! – Гордо вздернула носик Харуно.
- «Бабулька»! – Одновременно с ней весело воскликнул Наруто.
- Наруто, я тебя прибью сейчас! – Разозлилась Сакура. – Ты о Пятой Хокаге говоришь!
- Она тебя действительно любит, раз до сих пор не убила за это, – задумчиво заметил
Орочимару, памятуя о взрывном темпераменте подруги.
- Хе-хе, - рассмеялся Узумаки, смущенно почесав затылок. Ему явно польстили его слова.
Орочимару еще какое-то время созерцал шутливую перепалку между Наруто и Сакурой, в
которую почти сразу втянулись Инузука с Хинатой, но вскоре молча поднялся и вернулся
к себе в лабораторию.
Что поделать, он никогда не любил шумные компании, толпу. Змеиному Саннину больше
нравилась тишина, в которой можно было бы сосредоточится и что-то познать. Или что-то
создать. Или изменить уже существующее.
Рядом с собой он мог выносить только одного человека – своего помощника. Когда-то
таким помощником была Анко. А потом место занял Кабуто.
А теперь Кабуто не стало.
Орочимару нахмурился. Нет, он не грустил и не тосковал. Просто все эти чувства,
истершиеся со временем и теперь вновь ожившие в нем, больно царапали сердце.
Действуя на нервы!
Орочимару и сам не заметил, как в руке оказалась пробирка с кровью Узумаки. Кабуто
должен был сделать ее анализ.
Когда Саннин осознал, что кусок стекла в его ладони, это последнее, к чему прикасался
Кабуто перед отбытием в убежище, он с силой швырнул ее в стену.
Задыхаясь от бессилия, Орочимару наблюдал, как по белой поверхности растекается
черная в неясном свете луны кровь.
- Орочимару, - Дзирайя выглядел бледным и по-прежнему держался за живот.
Орочимару меньше всего нуждался в жалости. Тем более от своего придурошного
товарища. Резко развернувшись, он уже хотел удалиться к себе в комнату, но здоровенные
руки старого друга перехватили его в поясе и сграбастали в утешительные объятия.
- Отвали, кретин! – Прошипел Орочимару, яростно вырываясь. – От тебя саке воняет за
километр!
-…
- Иди пошляйся по бабам, чтоб я тебя не видел!
-…
- Мне наплевать на него! Раз сдох, значит, был слабаком!
-…
- Мне не нужна… твоя жалость…
-…
- Я не хочу снова… это испытывать…
-…
- Люди… они слишком хрупкие…
-…
- За это… я их ненавижу…
28 глава
- Сай.
- Я здесь, Данзо-сама.
Мужчина бросил на шпиона мрачный взгляд.
- Докладывай.
- Узумаки Наруто, Харуно Сакура, Недзи Хьюга, Хината Хьюга, Итачи Учиха и Киба
Инузука переселились в закрытый квартал Учиха.
- С какой целью?
- Тренировка.
- Ты выяснил, откуда взялся этот Ютсури? Кто он такой?
- Любовник Наруто-куна, - улыбнулся Сай. – Прибыл в Коноху вместе с ним и Дзирайейсама с тренировочного путешествия.
- Еще один любовник? – Недоверчиво переспросил старейшина. – Этот мальчишка…
Почему он выглядит как Джинчуурики, ты выяснил?
- Это дзюцу. Его истинное лицо не слишком… привлекательно. Ютсури-кун его скрывает.
- «Не слишком привлекательно»?
- Я стал свидетелем тому, как Наруто-кун отказался заниматься с ним сексом, если тот не
примет облик самого Наруто-куна, - улыбка Сая казалась насмешливой. Впрочем, она
всегда у него такая была. Всегда же?
- Даже так? – Хмыкнул вслух Данзо. – Этот Джинчуурики настолько самовлюблен?
Шпион продолжал улыбаться.
- Свободен.
Едва Сай покинул место встречи, глава «Корня» обернулся к перегородке, за которой
скрывался АНБУ.
- Торуне.
- Слушаю Вас, Данзо-сама.
- Сообщи Хьюге Хиаши, что я хочу с ним встретиться. Надо действовать, если он не хочет
потерять своих наследников, а с ними и будущее клана.
…
В полной тишине отряд Шикамару возвращался в Коноху. Исполнив свой долг, ученики
Асумы пребывали в задумчиво-меланхоличном состоянии. Что касается Итачи, то он
всегда был немногословен.
Битва прошла как по нотам. Стратегию шиноби Листа избрали простую: пока Учиха
разбирается с Какудзу, десятая команда полностью сосредотачивается на основном для
себя противнике – на Хидане. А там уже в силу вступала сложная, многоэтапная тактика.
Хотя, стоит заметить, Шикамару, не до конца доверявший Итачи (предсказание Шион
болезненно жгло нервы), разработал план и в случае предательства Учиха. Согласно ему,
Нара и Чоудзи прикрывают Ино, которая должна была добраться до тайника в лесу, где
была спрятана клетка с почтовой птицей. Причем не сокол, используемый практически
всеми скрытыми деревнями, но местная, привычная для этого региона, в которой Акацки
не засекут посланника. К ее лапке заблаговременно было прикреплено письмо с
предупреждением для Хокаге.
Выжить, само собой, Шикамару в этом случае и не надеялся.
К счастью, план не пригодился.
Единственный минус их миссии заключался в вынужденном двухдневном ожидании
самих Акацки.
По смешному, кстати, поводу: у Хидана сперли голову. В самом прямом смысле этого
слова. Что поделать, отрубленная голова плохо держалась на тех нитях, что использовал
Какудзу. А Хидан, так его раз эдак, вынужденный дожидаться напарника в номере
небольшой гостиницы, пока тот получал очередную награду за очередной труп, решил
поразвлечься и напугать служанку говорящей головой, спрятав тело под кроватью.
Кто ж знал, что вместо молоденькой девушки прибираться придет прожженная годами
мадам? И кто мог помыслить, что эта мадам не только не испугается охреневшей вслух
головы одного из своих постояльцев, но и, не чураясь, схватит ее за волосы и, засунув в
мешок, поспешит продать уродца в цирк?!
Когда же несчастную голову Хидана, наконец, отыскал Какудзу, то так ее выматерил, что
несчастному бессмертному даже неудобно как-то стало.
Впрочем, все это лирика. Какудзу теперь был мертв, а Хидан расчленен и закопан в
глубокой яме. Юмор можно встретить везде, но только не в смерти… и участи, что ее
страшнее.
…
Шел заключительный, шестой день тренировок по развитию чакровых уз. Упражнения
эти заключались в использовании демонической чакры сразу всеми Хвостами с
постепенным наращиванием объема до полного истощения носителя.
Само собой, подобная практика приводила к чрезмерным переутомлениям. Однако, и
результат не заставлял себя ждать. Расчет Орочимару оказался верен: ровно шесть дней
усердных упражнений превратили хлипкую, слабую связь в настоящую астральную
мышцу, способную выдерживать не только крупные всплески чакры, но и равномерно
распределять излишки по всей системе. Об этом Змеиный Саннин и сообщил вымотанным
парням и девушкам после завершающего осмотра.
- Надо будет Гааре в следующем письме написать, как тренировать чакру, - вслух подумал
Наруто, лениво потягиваясь. Как настоящий маньяк тренировок и главный носитель
чакры, выглядел он намного более «живым», нежели его уставшие товарищи.
- Это не потребуется, - делая пометки в свитке, сказал Орочимару. – Каналы связи у вас
общие. Ни Учиха Итачи, ни Казекаге не придется напрягаться. Вы все сделали за них.
- Класс! – Порадовался Узумаки. Он никогда не любил марать бумагу писательством.
Хотя раз в три дня обязательно строчил пару строк Гааре, иначе тот мог решить, что чтото случилось и примчаться кого-то убивать. В идеале всех.
- Кстати, - припомнил Наруто, - мы тут выяснили, что можем ощущать друг друга, даже
не видя.
Орочимару заинтересованно хмыкнул.
- На какой дистанции?
- Эмм… а фиг знает. Я не замерял, - беззаботно пожал плечами Узумаки. Недзи прикрыл
ладонью глаза. Киба выругался. Они-то оба знали, какова будет реакция ненормального
ученого.
- «Не замерял», значит? – Насмешливо протянул тот. – Так, встали и пошли замерять
расстояние. Живо!
- Хаа? Да зачем, ттебайо?! – Взбунтовался Наруто, отцепляя от себя считывающие печати.
- Мы и так весь день пахали! – Поддержал негодование Киба и тоже сдернул с себя листы
бумаги с ведущими к монитору проводками.
Недзи промолчал. Зачем тратить оставшиеся силы на бесполезный спор? Сакура и Хината
мрачно одевались за шторкой.
- А если одному из вас потребуется помощь? – Скучающе задал вопрос Орочимару. Он
хорошо знал, как заставить окружающих делать то, что ему нужно. – Инузука Киба уже
пострадал, нарвавшись на вражеских шиноби…
Киба вздрогнул, невольно опустив голову. Ну, не мог же он сказать, что встретил Саске, и
тот попытался с ним разделаться? И как тупо он напоролся на ту дрянную ветку…
Пришлось всем соврать.
- … а с Акацки такая вероятность лишь увеличится, - тем временем продолжал давить
логикой Орочимару. – И, кроме того, Наруто-кун, кроме вас так больше никто не сумеет.
Последний аргумент, само собой, подействовал незамедлительно. Глаза главы Акахи
загорелись алчным огнем.
- Так чего ты сразу не сказал!?
- Только попробуй согласиться, - угрожающе донеслось из-за шторки. Харуно дьявольски
устала. А еще она была зла: никто не заметил ее новый маникюр! Небось пялились на
грудь Хинаты, извращенцы. Или на задницу Наруто. Или… Главное, не на ее маникюр!
- Но, Сакура-тя~н, - проныл Наруто. Не дождавшись ответа, он рассеянно потер затылок.
– А мы все и не нужны, да?
Орочимару смерил занавеску, за которой скрывались девушки, задумчивым взглядом. Он,
как и все впрочем, заметил маникюр Сакуры, но хвалить это ядовито-розовое безобразие
мог разве что слепой.
- Тогда вы трое, - милостиво кивнул он Кибе, Недзи и Наруто. Двое из трех чертыхнулись.
Один из двух сделал это вслух. Инузука всегда был более несдержан, чем Хьюга.
- Если нужно, я тоже могу пойти, - выглянула из-за шторы слегка покрасневшая Хината.
Но Сакура тут же втянула ее обратно.
- Нет! Девочки остаются! – Заявила она с нажимом. – Мы устали!
Трое парней в сопровождении Орочимару покинули лабораторию.
- Как проверять-то? – Опять почесал блондинистый затылок Наруто. Ребенок смерил его
змеиными глазами. Перевел взгляд на стену со знаком Учиха. Сморщил носик. Чихнул.
- Опять Дзирайя вспоминает, что ли? – Пробормотал себе под нос, и снова уставился на
нетерпеливо приплясывавшего Узумаки.
- Если хочешь отлить, мы подождем, – хмуро заявил он, заставив Наруто замереть от
возмущения.
- Теме, я ждать устал!
- А чего ждать-то? – Ехидно осведомился Чиби-Саннин. – Разойдитесь на все три стороны
до тех пор, пока не утратите это свое ощущение двух остальных. Вперед.
Получить и систематизировать данные получилось лишь к вечеру. Эксперимент
осложнился противоречивыми показателями, но вскоре Орочимару во всем разобрался.
Оказывается, Хвосты могли ощутить друг друга на расстоянии до двух километров. При
этом почуять Наруто им не составляло труда в пределах восьми километров. Эта цифра
относилась и к самому Узумаки.
- Все логично, - подумав, сообщил Саннин. – Наруто-кун – основа Хвостов. Центр. Через
него Хвосты связаны друг с другом, но связь эта тоньше и… короче, чем с источником
чакры…
- Да-да, это все очень интересно, но я спать, - слабо помахал лапкой Наруто, кое-как
переставляя конечности.
- Я с тобой, - навалился на его плечо Киба. Ноги парня отчаянно подкашивались. Наруто
немного поворчал по этому поводу, но сил не оставалось даже на возмущение.
Коротко кивнув маленькому Саннину, Недзи последовал вслед за товарищами.
Оставшись в одиночестве, Орочимару хмыкнул и, обернувшись, внимательно посмотрел
на дерево, высившееся в небольшом саду, рядом с домом, занятым Акахи. Проведя по
губам языком, мальчик насмешливо покачал головой и скрылся за дверью своей
лаборатории.
А АНБУ по имени Ямато, скрывавшийся в садовом дереве, мысленно чертыхнулся. Зря он
согласился следить за Змеиным Саннином. Тот даже в своем детском теле будил в нем
неприятные чувства. Но не Анко же приглядывать за бывшим учителем.
Все-таки Пятая умела подкидывать задания…
…
- Как там детишки? – С ленцой спросил Дзирайя за ужином. Оба Саннина, совершенно не
умея готовить, не стали рисковать и ограничились едой из ближайшего ресторанчика.
- К утру очухаются, - лаконично отозвался Орочимару.
- Опять их с утра гонял? – Хохотнул отшельник, с причмокиванием поедая лапшу.
От его манер, точнее от их отсутствия, Орочимару перекосило.
- Свинья.
- Да, свинина, - на свой лад истолковал Дзирайя, подцепляя палочками кусочек мяса.
В течение следующих десяти минут товарищи не проронили ни слова, отдавая должное
ужину.
- Тсунаде хочет отправить Акахи на первую миссию, - поделился новостями Дзирайя.
- Когда?
- Завтра.
- Что за миссия?
- Спасение Югито Нии, Джинчуурики Двухвостой.
Орочимару это позабавило.
- Наруто-кун будет доволен. Если все выйдет, Скрытое Облако будет в огромном долгу
перед Конохой.
Последнее замечание вызвало улыбку у Дзирайи.
- Ты снова думаешь о Конохе как о своем доме.
- Я здесь на неопределенный срок, - независимо глянул на него мальчик. – Но это вовсе не
значит, что мне есть дело до вас всех. Не заблуждайся.
- Ну да, ну да, - нисколько не разуверенный, бывший напарник чуть откинулся назад,
опершись на руки. – Давно хотел тебя спросить… Что ты пообещал ему?
- Ты о чем?
- После похорон Асумы, - негромко напомнил мужчина, - ты был на могиле Сарутобисенсея.
- И что? – Едва заметно напрягся Орочимару.
- Ты взял горсть земли оттуда, - Дзирайя не смотрел на напарника. Он и так знал его как
облупленного. – Я помню, как ты это уже делал однажды. Тогда ты поклялся своим
родителям, что найдешь лекарство от смерти.
-…
- Ты скажешь мне, что пообещал сенсею?
- Я освобожу его душу из лап шинигами, - отвернувшись, тихо, на грани слышимости
произнес Орочимару.
- Вот как…
- Этот тупой старик не должен был… Кроме того, - сам себя отдернул Саннин, - если я
этого добьюсь, я действительно одолею смерть.
- Да уж… все тебе неймется, - хмыкнул Дзирайя и потрепал друга по макушке.
То, что он здесь вместе с Орочимару ел, беседовал и смеялся, походило на чудо. Чудо, в
которое он уже отчаялся поверить.
Может быть, в этом мире только дураки и могли совершить невозможное. Да, Наруто?
…
Наруто чихнул во сне. Это разбудило чутко спавшего Недзи. Работа в АНБУ приучила
даже при смертельной усталости реагировать на любые раздражители.
Приоткрыв глаза, он повернул голову набок и сонно улыбнулся. Чихнув, Наруто начал
водить носом, избавляясь от щекочущего ощущения. И выглядел он при этом до
невозможности забавно.
Недзи лежал с правой стороны от Узумаки, Киба – с левой. Хината спала рядом с братом,
Сакура, ворча на храп Инузуки, рядом с ней. Часто, засыпая каждый на своем футоне,
ребята просыпались в одной тесной куче, словно щенки. Странно, но никто не жаловался
– слишком уютным было при этом чувство, слишком… особенным.
- Я спасу Саске, ттебайо, - пробормотал Наруто во сне. Хьюга поморщился, проклиная
чертового Учиха. Но тут Узумаки с довольным звуком сцапал его за плечи и прижал к
себе, уткнувшись в распущенные каштановые волосы.
- Недзи, - удовлетворенно выдохнул Наруто и притих.
Заключив его, тихо посапывавшего, в объятия, Хьюга закрыл глаза.
Иногда он проклинал небеса за появление Наруто в его жизни. Но чаще всего благодарил.
…
- Это задание я даю вам как организации Акахи, - облокотившись на переплетенные
пальцы, сообщила Хокаге. – Поэтому я не буду указывать, кто конкретно из вас и как
займется заданием. Все в твоих руках, Наруто.
До последнего Тсунаде сомневалась в своем решении. Но, черт, лучшие поисковики –
Недзи, Хината, Киба, Шино – все состояли в Акахи. Их нельзя уже отправлять на миссии
в обход Наруто.
- Несколько грибников из деревни Сакаи, что находится между Страной Огня и Страной
Молнии, видели двух Акацки, пересекавших их лес. Они волокли бессознательную
женщину. Скорее всего, это Нии Югито.
- Итачи говорил, что для извлечения Зверя им нужно собираться всем вместе, и это
требует несколько дней, - кивнул собственным словам Наруто. – Акацки не хватает троих.
Значит, у нас не меньше четырех дней на то, чтобы найти их. Отлично! Мы спасем ее!
- Для начала их надо найти, - напомнила Тсунаде. – Жаль, команда Асумы и Итачи не
успеют к вам присоединиться.
- Мы пойдем вчетвером, - подумав, решил Узумаки. – Я, Недзи, Хината и Киба.
Сакура еще час назад покинула деревню вместе с Шино по другому поручению.
- Бабуль, ты сообщила Деревне Облака?
- Да, письмо я им отослала. Возможно, вы еще встретитесь с их отрядом.
- Хорошо бы, - мечтательно протянул Наруто. – Ладно, через полчаса отправляемся.
- Все же хорошо, что с тобой будет Недзи, - не сдержала беспокойства Хокаге.
- Ну, конечно, - проворчал уязвленный Узумаки, но добавлять что-либо не стал. Подуться
можно и потом, когда Югито Нии будет спасена.
Ровно полчаса спустя, как и сказал Наруто, четверо шиноби Листа вышли через главные
ворота.
…
- До Сакаи мы доберемся за день с небольшим, - рассчитал Киба. – Мы там были по
одному заданию. Да, Хината?
Девушка, бежавшая с Инузукой плечом к плечу, согласно кивнула.
- Так что те места худо-бедно знаем.
- Там есть пещеры? – Тут же спросил Недзи. Если где Акацки и собирались проводить
ритуал по извлечению Двухвостого, то только в чем-то подобном.
- Шутишь? Полно! – Не обрадовал Киба. – С десяток крупных пещер, еще с полсотни
мелких.
- Территория немаленькая – придется разделиться, - прикинул Наруто. – Давайте сразу это
решим.
- Я с тобой, - одновременно произнесли все трое и тут же смущенно переглянулись.
- В первой группе будут Недзи и Киба, во второй – мы с Хинатой, - усмехнувшись,
распределил Узумаки. – Что скажешь, Недзи?
- Согласен, - нехотя кивнул Хьюга. Чтобы не обидеть сестру, он не стал добавлять, что не
совсем доверяет ей защиту Наруто. В конце концов, их лидер может о себе и сам
позаботиться.
- Лес простирается на более чем сотню километров, - напомнил Киба. – Мы можем не
почувствовать, если с тобой что-то случится, Наруто. – Не одного Недзи беспокоило
подобное распределение.
Хината приуныла. Контекст она явно уловила. Но тут ей подмигнул Наруто:
- Хей, Хината, нас с тобой недооценивают! Вот засранцы, а?
- Эй! – Возмутились «засранцы».
- Хорошо, что Хината такая спокойная. А то вам двоим уже пришлось бы челюсти
вправлять! Ха-ха!
Лицо девушки просветлело. Она снова вспомнила, почему влюбилась в Наруто.
…
Утро выдалось туманным. Густой белый покров накрыл холмистую местность по самые
макушки деревьев, усложнив и без того плохую видимость.
- Мда, - протянул Наруто, пытаясь хоть что-то разглядеть в молочном мареве. – Ну, как
там?
Хината моргнула, возвращая глазам обычное зрение.
- Никого не вижу, - с извинением произнесла она и глянула в сторону кузена. Почему-то
Недзи не стал использовать Бьякуган, предоставив осматривать лес ей.
- Мы сейчас где-то посередине леса, - оглядываясь и принюхиваясь, сообщил Киба. В
последнее время он не брал с собой Акамару. Пса по-прежнему пугала его новая чакра, а
видеть это для него было невыносимо.
- Значит, разделимся, как и решили, - рубанул ладонью по воздуху Наруто. – Хината, мы с
тобой на север.
- Постой, - окликнул его Недзи и протянул Хинате маленькую ракетницу. – Возьми. У нас
тоже такая будет. Те из нас, кто обнаружит Акацки, пошлет сигнал в воздух. Будет
заметно даже в таком тумане, думаю.
Девушка кивнула и убрала ракетницу к себе в сумку.
- Ну, погнали!
…
- Где-то здесь, запах стал отчетливее, - пробормотала Карин, приземлившись на ветку
дерева.
- Долбанный туман! – Ругнулся Суйгетсу, едва не промахнувшись мимо. – Долго нам еще
здесь шастать, Саске?
- Как они далеко, Карин? – Вместо ответа задал вопрос Учиха.
Девушка глубоко вдохнула. И тут ее глаза пораженно распахнулись.
- Эта чакра… откуда такая чудовищная чакра…?
- О чем ты?
Девушка покачала головой и оглянулась на своего предводителя.
- Между Акацки и нами появились несколько с чудовищной чакрой, - голос ее едва
заметно дрогнул. Кашлянув, она взяла себя в руки. – Трое или четверо с тяжелой,
пахнущей кровью и огнем чакрой. Никогда не чувствовала ничего подобного. Она
обжигает.
- Куда они направляются?
- Двое стали отдаляться вслед за нашей целью, - сосредоточившись на ощущениях,
сообщила Карин. – Двое приближаются… к нам.
- Что будем делать? – Осклабился Суйгетсу, демонстративно крутанув мечом над головой.
Саске задумался.
Узнав из слухов, что где-то здесь видели Акацки, он немедленно направил свой отряд в
погоню. Саске собирался выбить информацию из них об Итачи, о его планах. Что-то, но те
должны были знать. Особенно об извлечении Буджуу. Его снедала мысль о брате и
Наруто.
Нет, спасать Узумаки Саске не собирался. Раз этот кретин повелся на ложь Итачи, его
проблемы. Нет, Саске собирался только разделаться с Итачи. И не просто разделаться, а
развалив перед этим все его планы. Все его гребаные гениальные планы!
- Следуем за целью, - решил он вслух.
- Но, Саске-кун, эта новая чакра…!
- Разберемся, если столкнемся с ними, - отрезал Учиха и первым рванул вперед. Его
товарищам ничего не оставалось, как последовать за ним.
…
Чего Саске не ожидал, так это того, что загадочными носителями «тяжелой чакры», что
так напугала Карин, окажутся Наруто и какая-то девчонка – Хьюга, судя по глазам. Что ж,
это даже лучше. Только девка мешает…
- Саске!? – Узумаки в последний момент успел вклиниться между Хинатой и Чидори,
направленной ей в грудь. – Какого черта?!
Он отпрыгнул и вместе с девушкой остановился на толстой ветке дерева. Саске и его
отряд занял другую, прямо противоположную. Он уже хотел, было, что-то сказать, но из
головы вылетели все мысли. Причиной тому стали чертовы сны, главный герой которых
настороженно и как-то отчаянно взирал на него, прикрывая собой девицу с бледными
глазами.
- Еще живой, Наруто? – В конце концов, слетели с его губ слова.
- Блин, Карин, так ты об этих неудачниках говорила? – Не поверил своим глазам
Суйгетсу. – У тебя что, нос забит?
- Заткнись, придурок! – Окрысилась на него девушка. – Это они. У этих двоих ЭТА чакра.
Хотел бы Саске знать, о чем она болтала.
- Откуда ты здесь, Саске? – Спросил Наруто.
- Наруто-кун, - прошептала Хината, и парень вздрогнул, словно на миг забыв о ее
существовании.
А Наруто не знал, что сказать, что сделать. Вот он – Саске. Перед ним. Стоит, смотрит,
как всегда, с налетом высокомерия. Только руку протяни.
Но сейчас… именно сейчас не он цель Наруто. Где-то в любой момент могут убить
женщину. Убить только за то, что в ней находится демон. И черт его знает, сколько
Акацки там собралось. Справятся ли Недзи и Киба вдвоем?
- Мы ищем Акацки, - заглушив бешено колотящееся сердце, обратился Наруто к Саске. –
Ты видел их?
Учиха, казалось, не был удивлен. Впрочем, часто ли он показывал эмоции?
«А Итачи все чаще улыбается, - пришла в голову тоскливая мысль. – И даже злится
открыто».
- Они в другой стороне, - ответил Саске и вдруг задал встречный вопрос. – Где сейчас
Итачи?
- Вместе с Шикамару, Ино и Чоудзи разделывается с Акацки.
Саске недоверчиво прищурился, а затем хмыкнул.
- Успел с ними попрощаться?
- Догони Недзи с Кибой. Я их еще чувствую – они недалеко, - прошептал Хинате Наруто,
не отрывая напряженного взгляда от своего лучшего друга. – Поторопись. Пожалуйста.
Хината хотела возразить. Она даже готова была уже броситься на Учиха. Но последнее
слово Наруто подкосило ее решимость.
Это его друг. Это его боль. И это его решение.
Пересиливая себя, девушка кинулась в сгущающийся туман. За спиной Учиха Саске еще
трое. Она приведет подмогу, и тогда все будет честно.
Она не знала, что Наруто ей соврал. Он уже давно не мог ощутить ни Кибу, ни Недзи.
Как только девушка скрылась из виду, Наруто произнес то, чего не сказать не мог. То, что
Саске ему не простит:
- Я не сомневаюсь в Итачи.
…
Ракетница взмыла в небо, красной вспышкой пробиваясь сквозь молочную занавесь.
Десять минут спустя, так и не догнав товарищей, Хината осознала, что Наруто ей солгал.
Она даже не могла почувствовать брата и Кибу-куна!
Запустив сигнальный огонь, она со всех ног помчалась обратно к Наруто, молясь успеть.
Лишь бы с ним ничего не случилось, лишь бы он был в порядке!
Волнение всколыхнуло в ней демоническую чакру, и красный покров окутал тело. Без
каких-либо печатей, зрение сменилось Бьякуганом. И то, что Хината им увидела, сорвало
с ее губ яростное рычание.
Она видела, как за много километров Наруто сражался с Саске. Трое спутников Учиха не
вмешивались, наблюдая за всем издалека.
Вот Наруто избежал меча. Вот с лезвия сорвалась молния, ударяя в грудь. Вот он исчез,
оказавшись клоном, а настоящий атаковал сверху.
Их бой длился и длился, а ноги несли Хинату все ближе и ближе. Она успеет. Должна
успеть.
Но тут противники замерли друг напротив друга. Бьякуган позволил Хьюга увидеть их
лица вблизи: отсутствующее выражение у Наруто и черный узор красных глаз у Саске.
Вот только… Девушка запнулась. Разве Шаринган Саске – это не три томое вокруг
зрачка? Почему же сейчас узор напоминает цветок о шести лепестках?
Наруто пошатнулся. С явным усилием он поднял руки и сложил печати. Хината опознала
в них технику теневого клонирования. А потом Саске ударил его.
Хината закричала. Чакра демона исказила ее голос до неузнаваемости.
Девушка в очках что-то сказала, и Саске взвалил себе на плечо бессознательного Наруто.
- НЕ СМЕЙ!!!
А потом Саске и его группа скрылись. Просто исчезли. И как бы Хината ни вглядывалась,
как бы ни напрягала Бьякуган, как бы ни пыталась ощутить Наруто – все было без толку.
Минутой спустя она влетела на то самое место, где произошел бой. Чакра все еще кипела
вокруг ее тела. Хината все озиралась и озиралась, лихорадочно ища хоть какую-нибудь
подсказку.
Инстинкт повел ее вниз. Там, среди высоких кустов, скрытый туманом, неподвижно
лежал Наруто.
- Наруто-кун!
Но оказавшись возле него, девушка опознала Ютсури. Демон в его облике скреб ногтями
землю, неспособный даже приподнять голову.
- Проклятый род Учиха, - простонал-прорычал он. И в глазах его пылала черная
ненависть.
29 глава
- Хината! – Киба, а за ним и Недзи приземлились возле девушки и демона. Ютсури уже
сидел, прислонившись спиной к дереву, а Хината подрагивала, едва сдерживая слезы.
- Где Наруто? – Потребовал Недзи объяснений.
- Саске Учиха, - выдохнула его кузина и, как могла коротко, рассказала, чему стала
свидетелем.
- Они ушли не своим ходом, - произнес Киба уверенно. Он обошел все в радиусе двадцати
метров и не нашел никаких запахов. – Это было дзюцу.
Туман свел на нет любой поиск.
- Ютсури, что произошло?
Лис с новой силой впился ногтями в землю.
- Учиха. У этого чертового недоноска есть Мангъеко Шаринган, - через слово срываясь на
рычание, заговорил он. – Он проник к нам в подсознание. Этот Учиха хотел знать, что
связывает его брата с Наруто. Узнай он, что достаточно просто убить его, и следом
сдохнет Итачи…
По коже у всех троих Хвостов пробежали мурашки. Саске давно доказал, что является
психом. Уж, он бы не отказался от такого подарка судьбы.
- Но он не узнал, - утвердительно заметил Хьюга. Раз они все живы, значит, жив и Наруто.
- Я вобрал в себя, сколько смог, память Наруто, - выдохнул демон. – Запечатал ее в себе и
сбежал.
- Сбежал?! – Не поверил своим ушам Киба.
- Мангъеко Шаринган способен подчинить Кьюби. Это был лучший вариант, утихомирил его Недзи и обернулся обратно к Ютсури. – Без тебя Наруто сможет драться?
- Да. Шаринган подчиняет не чакру, а меня, Зверя, - оскалился Лис и мотнул головой. –
Проклятье, я до сих пор не могу сбросить это!
- Что «это»?
Ютсури зарычал:
- ПОДЧИНЕНИЕ!
- Подчинение Шарингана? – Уточнил Хьюга.
- Да! – Рявкнул он. - Достойный потомок Мадары. – И то, с какой ненавистью произнес
это Ютсури, никто не сомневался: для Саске его слова были вовсе не комплиментом.
- Что будем делать, Недзи? – Тихо спросил Инузука, глядя на то, как яриться от бессилия
демон, неспособный даже на ноги самостоятельно встать.
- У нас нет времени искать… Наруто, - через силу вытолкнул из себя слова Хьюга. – Мы
видели ракетницу. Скорее всего, ее видели и Акацки. Они могут сбежать или
подготовиться к нашему приходу. Мы должны действовать на опережение.
- А Наруто-кун? – Подняла Хината отчаянный взгляд на брата.
- Ты сама сказала, что они «исчезли», - напомнил ей Недзи. – Мы можем сутками
прочесывать лес и окрестности, но нас слишком мало. А миссию никто не отменял.
Наруто не простит нам, если мы не спасем Нии Югито.
- Черт, черт, черт! – В такт словам ударил кулаком по дереву Инузука. – Надо было убить
ублюдка, пока была возможность!
- Ты о чем? – Прищурился Хьюга. – Ты встречался с Саске?
- Да. Когда заработал этот шрам, - задрал Киба майку, демонстрируя след от страшной
смертельной раны на груди. – Можете мне поверить, убить он готов.
В тягостном молчании прошло несколько минут.
- Наконец! – С яростной радостью вскричал Ютсури, преодолев силу Мангъеко
Шарингана. Сбросив с тела оцепенение, он вскочил на ноги и вдохнул воздух полной
грудью.
- Чего застыли? – Недовольно осведомился Лис у шиноби. – Решили искать Акацки, так
вперед!
…
«О чем только думает Саске?» – Недоумевала Карин, ступая по едва освещенному
подземному коридору. В руках она несла тарелку с кашей для заключенного.
Место, ставшее их временной базой, было когда-то перевалочным пунктом для доставки
«живого материала» в Северное убежище, где держали Дзюго. Его уже давно забросили,
поэтому Карин и предложила остановиться здесь.
В камере, скованный цепью за шею, ноги и руки, свернулся калачиком бывший друг
Саске. На улицу уже опустился вечер, а Узумаки Наруто так и не пришел в себя. Видать,
Саске крепко его приложил.
- Эй! – Окликнула парня Карин. Не получив ответа, она постучала ногой по решетке. Тело
на полу вздрогнуло. Очень медленно Наруто приподнялся на локтях и тряхнул головой.
Синие глаза обратились к источнику шума.
- Ешь, - отперев дверь и войдя внутрь, девушка поставила тарелку перед заключенным.
Наруто недоуменно уставился на еду. Фыркнув, Карин вышла, но поворачивая ключом в
замке, снова глянула на парня. Тот уже смотрел на нее – растерянно, с долей испуга.
- Чего? – Не выдержала она.
- А… а где я?
- Где надо, - грубо ответила девушка.
- А ты кто? – Подобрался Наруто, дернув рукой. Звякнула цепь.
- Кто надо, - в том же духе произнесла Карин и повернулась уходить. Но тут ее настиг
третий вопрос, заданный так тихо, что она едва смогла его расслышать:
- А кто… я?
…
- Саске! – В столовую, где ужинали парни, вбежала Карин и, на ходу послав к черту
Суйгетсу (хотя тот молчал), бросилась к Учиха. – Идем со мной!
Двое других членов команды понимающе переглянулись.
- Ты бы хоть повод какой придумала, Карин, - оскалился Суйгетсу.
- Мы понимаем, Саске, - тактично склонил голову Дзюго. – Даже тебе иногда требуется
разрядка.
- Нет! – Возмущенно воскликнула бывшая тюремщица, но, осознав, на что им намекают,
смущенно пролепетала. – Мы не… то есть это не ваше дело! А наше с Саске…
А Саске далеко не сразу понял, о чем болтали его товарищи. Его попросту занимали
мысли, далекие от романтических отношений. Однако, когда до него все же дошло,
парень раздраженно цыкнул, не считая подобное забавным.
Отвернувшись от Карин, он демонстративно уставился в точку над левым плечом Дзюго.
- Саске, наш заключенный очухался, - поскучнев, вспомнила о первопричине девушка. –
И, знаешь, тебе нужно его увидеть.
Подумав, Учиха поднялся из-за стола. Было любопытно узнать, что устроил этот
уссуратонкачи. Да и вопросы у Саске для него имелись.
В камере было необычайно тихо, учитывая кого в ней держали. Пожалуй, Саске ожидал
воплей, требований отпустить и сотни вопросов и проклятий. Но было тихо – только цепь
едва слышно позвякивала.
Первое, что сквозь решетку увидел Учиха, это как Наруто скрупулезно раскладывал перед
собой вещи из карманов.
Сумку с оружием у него, само собой, забрали.
Талоны на бесплатный рамен, ключ от дома, неряшливо сложенный эластичный бинт,
клочок бумаги со странным рисунком: круг из девяти томое (запятых) красного цвета. А в
центре лежал протектор. Его Наруто рассматривал с таким вниманием, что даже не
заметил посетителей.
- Что ты делаешь?
Узумаки едва не подскочил от неожиданности, дико уставившись на Саске по ту сторону
двери.
Прошла минута, а он все продолжал таращиться на Учиха, будто видел его впервые в
жизни.
Карин, не вмешиваясь, осталась в тени.
- Проглотил язык, Наруто? – Ровно спросил Саске, отпирая камеру.
- Ты… ты меня знаешь?
Учиха замер, закрыв за собой дверь. Ему тут же вспомнилась их последняя встреча, когда
Наруто назвал его именем Итачи.
- Издеваешься? – В один момент оказавшись перед заключенным, прошипел Саске и
схватил Наруто за длинные пряди волос.
- Н-нет! – Зашипел тот от боли. – Что я тебе сделал?!
- Да одно твое существование отравляет мне жизнь, - зло выдохнул Саске. – Что тебя
связывает с Итачи? Говори!
- Какой еще Итачи? – Дернулся Наруто в попытке освободиться. – Я никого не знаю с
этим именем!
По инерции Саске еще сжимал в мертвой хватке светлые волосы, пока смысл слов Наруто
не дошел до него в полной мере.
- Не знаешь? – Очень тихо переспросить Учиха.
- Не знаю! Ни тебя, ни этого твоего Итачи! Отвали от меня!
И Саске отпустил. Но лишь за тем, чтобы обхватить лицо Наруто обеими руками и вновь
проникнуть в его подсознание, увлекая его самого за собой.
Серые стены коридоров. Уходящий в темноту потолок. И пол, до колена полный воды.
- Где мы?! – Дико заозирался Наруто. – Что это?! Что ты сделал?!
- А ты и правда ничего не помнишь, - уже без гнева, но с интересом произнес Саске. – Как
твое имя?
Саске видел, в какое затруднение его вопрос вверг Наруто. Узумаки не был хорошим
актером, тем более, что врать в собственном подсознании человек не мог.
- Я… я… «Чудовище»? – С оттенком хрупкой неуверенности предположил Наруто.
Где-то среди обрывков памяти всплыло это слово. Кажется, его часто так называли. Могло
ли это быть его именем?
- Ты Узумаки Наруто, идиот, - фыркнул Саске. Смотреть на лишившегося памяти
Узумаки было неприятно. И вопросы задавать больше некому.
Тогда зачем Наруто ему теперь нужен?
И снова вспомнились слова Итачи: «Забудь о нем».
- Узумаки Наруто, - тем временем Наруто пробовал свое имя на слух. – Узумаки Наруто.
Я – Узумаки Наруто. Верно? – Обернулся он за подтверждением к Саске. – Кстати, а тебя
как зовут?
- Учиха Саске.
- Учиха Саске, - повторил Узумаки и улыбнулся чуть смущенно. – Извини, похоже, я
совсем не помню тебя. Да и себя тоже…
Саске хмыкнул, на автомате возвращая их обоих в реальность.
Наруто вздрогнул, удивленно уставившись в глаза Учиха, оказавшиеся вдруг в нескольких
сантиметрах напротив.
- Как ты это сделал? – Прошептал он, не замечая, что ладони Саске по-прежнему касались
его лица.
- А я так умею? – Не дождавшись ответа, спросил Наруто уже более оживленно.
Саске поймал себя на мысли, что улыбается. Этот уссуратонкачи, даже потеряв память, не
изменился. И как только у него это получается?
- Эй, так я умею так? – Настойчиво повторил свой вопрос Узумаки и даже тут же
попытался загипнотизировать Саске, попеременно то щурясь, то таращась.
- Шаринган – наследственная способность, - почему-то взялся объяснять Учиха. – А ты не
Учиха.
- Не больно-то и хотелось, - надулся Наруто, отстраняясь.
С неохотой Саске опустил руки. И сам удивился своему поведению.
- Эй, - окликнул его Наруто, дико смущаясь, - а мы с тобой враги или что-то типа того?
- Нет, - не задумываясь, даже как-то резко ответил Саске.
- Да? – Искренне обрадовался Наруто. – Тогда мы… друзья, да?
Наверно, у Саске просто был стресс. Возможно, во всем были виноваты чертовы
эротические сны с участием Узумаки. И, уж, точно, не последнюю роль сыграл сам
Наруто, нервно облизнувший губы.
Так или иначе, но на вопрос Саске ответил. Вот только ответ этот запутал все еще больше.
Дернув Узумаки за футболку, Саске поцеловал его.
…
Сухое прикосновение губ, влажное – языков. И запах – густой, одуряющий, теплый, как
солнце. Если закрыть глаза, то можно поверить, что находишься под открытым небом.
Вот на что был похож поцелуй с Наруто.
Саске невольно облизнулся, вспоминая это ощущение. Лежа в своей комнате, которая
действительно принадлежала ему еще при Орочимару, парень снова и снова прокручивал
в голове последние встречи с Итачи. Вот только все они были связаны с кретинским
Узумаки.
Итачи не раз целовал Наруто. Интересно, он хоть что-нибудь чувствовал при этом? Хоть
что-нибудь из того, что ощутил сам Саске?
- Бред, - слетело с губ и растворилось в темноте каменных стен.
Саске помнил, как встретился с братом в сознании Наруто; как тот поцеловал малолетнего
Узумаки – мягко, бережно. Это тоже был расчет? Тоже игра?
А что еще это могло быть!?
И эти слова, что Итачи сказал перед тем, как забрать – спасти Наруто: «Ты по доброй воле
отказался от силы, превосходящей любую чакру и техники».
Имел ли он в виду чакру Девятихвостого?
В ней действительно таилась безграничная мощь – даже Карин ощутила это. И та
девчонка Хьюга – Карин говорила, что от нее тоже исходил аромат этой силы. Не за ней
ли охотится Итачи? Он хочет стать еще сильнее?
«Ты по доброй воле отказался от силы, превосходящей любую чакру и техники».
Что-то не нравилось Саске в словах брата. Виной тому были то ли интонация, то ли его
взгляд, но что-то не давало покоя. Что-то тревожило Саске.
Чертов Итачи. Чертов Наруто.
Именно из-за этих двоих – благодаря им – Саске получил Мангъеко.
В тот самый день, когда он поверил, что убил Наруто, когда Кабуто заверил его, что
Узумаки не спастись – в тот самый день по щекам Саске потекли кровавые слезы. В этой
крови раскаяния, в этих эмоциях ненависти и презрения к себе, в этих общих
воспоминаниях, расколовшихся на куски, родилась величайшая гордость и проклятие
клана Учиха – Мангеко Шаринган.
Осознав эту силу, Саске не бросился в погоню за братом. Даже столкнувшись с ним в
Конохе, он не раскрыл своего секрета. Несмотря ни на что, Саске четко осознавал, что не
был готов – не хватало ни опыта, ни контроля.
Эта сила жгла его изнутри. Она пульсировала в глазах во время активации, вонзаясь
миллиардами раскаленных иголок. С непривычки Саске потом несколько часов приходил
в себя.
Интересно, Итачи испытывает ту же боль? Саске очень наделся, что да.
А что касается Наруто… что ж, если он так нужен брату, то пусть придет и возьмет. Если
сможет.
Приняв решение, Саске вскочил с кровати.
…
Наруто спал в своей камере. Конечно, стояла глубокая ночь, так что тут все понятно. Но
Саске все равно это взбесило – он-то так и не смог заснуть после того поцелуя.
- Вставай, Узумаки, - скомандовал Учиха, громко хлопнув металлической дверью. Наруто
поморщился, с трудом продирая глаза.
- Саске?
Внезапный визитер опустился на корточки у головы своего пленника.
- Эй, Наруто, - на хвосте волос сомкнулась рука. Одно резкое движение – и пряди
осыпались вокруг лица Узумаки – свободные и короткие.
Саске смерил добычу взглядом и убрал ее в карман.
- Зачем ты это сделал?! – Схватился за голову Наруто, ощупывая шевелюру.
Саске не ответил. Он уже повернулся уходить, как Наруто задал новый вопрос:
- Саске, кто такой Итачи?
Учиха остановился. Не оборачиваясь, он бросил:
- Убийца моей семьи.
Наруто моргнул, ошарашенный. Лихорадочно прокручивая в голове полученную
информацию, он пришел к неутешительному выводу. Но, боясь оказаться правым, все же
уточнил:
- А… а почему ты сказал… то есть… Что меня с ним связывает?
-…
- Саске, ответь! – Наруто подошел к Учиха, но коснуться его плеча так и не осмелился. –
Почему ты сказал, что мое существование отравляет твою жизнь? Почему я вообще
ничего не помню!? Почему…
Он запнулся, охваченный внезапным чувством дежа вю. Это казалось таким знакомым –
глядеть в спину Саске. Будто ничем иным Наруто в прошлом и не занимался. Только…
смотрел вслед этой прямой, гордой спине.
- Надоел, - бросил Учиха и запер за собой дверь.
Наруто не стал просить его остановиться и все объяснить. Отчего-то Саске своим
поведением вызывал в нем печаль, душным покрывалом накрывшим с ног до головы. Так,
что ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Эта печаль тоже казалась до боли знакомой.
А Саске оставшуюся часть ночи провел, мучаясь кошмарным сном. В нем он тонул в
темной, мутной воде. Сквозь толщу воды не проникало ни звука, зато благодаря
Шарингану Саске мог видеть, как падал, приближаясь к нему, Наруто. И Узумаки так
громко, так отчаянно кричал, что по воде то и дело пробегала вибрация. А где-то там, на
глубине, Саске ожидал Итачи. И его голос, напротив, был отчетливо слышен:
«Ты по доброй воле отказался от него, Саске. Глупый, глупый отото».
…
Десятая команда вместе с Итачи неспешно вошли во врата Конохи. Там в сопровождении
четырех АНБУ их возвращения ожидал Данзо.
- Я – старейшина Данзо. Доложите, как прошла ваша миссия? – Обратился он к
Шикамару.
Нара окинул хмурым взглядом старика в бинтах, затем – его телохранителей.
- За копией моего отчета Вы сможете обратиться к Хокаге-сама в ближайшее время.
- Не забывайся! – Прикрикнул на него один из АНБУ. – Перед тобой старейшина Конохи!
- При всем моем уважении, - без грамма этого самого чувства ответил Шикамару, - я и моя
команда более не подчиняется совету старейшин. Отдавать мне приказы может лишь
Узумаки Наруто, как глава организации Акахи, в которой я состою. По его приказу я
следую указаниям Пятой Хокаге. И больше ничьим.
«Так его!» - Мысленно показала большой палец Ино. Хотя та часть о подчинении Узумаки
все еще коробила девушку. Нет, ну, кто бы мог подумать! Наруто и вдруг их лидер!
Данзо перевел похолодевший взгляд на Итачи.
- Ты тоже так считаешь, Итачи-кун?
Итачи считал, что Шикамару поторопился. Данзо был из тех, кто заботился о деревне
самыми радикальными методами. Не будь Наруто Джинчуурики, его давно бы убрали.
До сих пор Данзо медлил. Но теперь, когда Наруто, создав собственную организацию,
стал угрозой Конохе, от старика следует ожидать покушения. Он не позволит Наруто
жить.
Итачи едва слышно вздохнул. Если бы не свидетели, он убил бы старейшину. Но, раз пока
это невозможно, следует показать полезность Акахи.
- Двое членов Акацки, Хидан и Какудзу, мертвы.
Ино и Чоудзи воззрились на Учиха с возмущением. А Шикамару понял, настороженно
изучая главу «Корня».
- Хорошие новости, - проронил Данзо. Он явно собирался сказать что-то еще, но тут
появилась запыхавшаяся, бледная Шизуне.
- Итачи, ребята, срочно к Хокаге-сама!
Двадцать минут назад пришло сообщение от Недзи: Нии Югито спасена. Наруто похищен
Саске.
30 глава
Команда под руководством Недзи прочесала весь лес прежде, чем были обнаружены
Акацки. Как ребята и предполагали, своим укрытием те избрали одну из пещер, коими
изобиловала местность.
Благодаря Бьякугану удалось выяснить, что ритуал по извлечению демона из Нии Югито
шел полным ходом. При женщине находились двое членов Акацки и еще пятеро
пребывали в нематериальной форме.
Хьюга долго раздумывал, стоит ли нападать с таким распределением сил. Все-таки все
члены Акацки – преступники S-класса. Но желание исполнить волю Наруто перевесило
осторожность.
И наверняка без Ютсури не обошлось – никак иначе Недзи не мог объяснить того факта,
что они вчетвером вышли против профессиональных убийц без какого-либо плана.
Акацки знали о них. И Акацки их ждали.
- Что? Всего лишь четверо? – Разочарованно протянул Кисаме, взвесив на плече меч. – И
Итачи-сана с вами нет. Жаль.
Киба и Недзи переглянулись.
- А ведь за ним должок, - не столько с противниками, сколько с самим собой говорил
Хошикаге. – Интересно, как долго мне морочил голову его клон, а?
- Значит, Итачи действительно ушел из Акацки, - пробормотал Киба. – Хоть одна хорошая
новость.
- Под землей скрывается еще один, - напряженно произнесла Хината, продолжая взирать
на мир через Бьякуган.
- Вот же противные глаза, - с наигранной досадой на лице показался Зецу. – Бьякуган я
ненавижу даже больше Шарингана.
- Для шпиона нет ничего хуже обнаружения, да? – Осклабился ему Кисаме. – Можешь
разобраться с девчонкой, если хочешь, но Девятихвостый мой.
«Он знает о Ютсури?» - Пронеслась напряженная мысль среди Акахи.
- В конце концов, из него еще демона вытаскивать, - договорил, невольно успокоив их,
мечник.
Единственный, кого совершенно не устраивала эта путаница с Узумаки, был, разумеется,
сам Ютсури. Гордого демона конкретно коробило пренебрежительное отношение к своей
персоне.
- Убью, - решил он вслух и в следующую секунду, оказавшись в полуметре от Хошикаге,
занес руку для удара.
Когти прочертили в воздухе алые полосы чакры, оставив след на шее вовремя
отскочившего Кисаме.
- Научился пользоваться силой Лиса, мальчишка? – Насмешливо прокомментировал тот
атаку, пуская в ход Самехаду. – Посмотрим, насколько тебя хватит.
- Вперед, - тем временем скомандовал Недзи, и Киба с Хинатой сорвались с мест в
сторону Зецу. Шпион тут же нырнул под землю, не желая подставляться, но шиноби
пробежали мимо. У них была другая цель – пещера с Нии Югито.
Осознав это, Зецу ринулся в погоню, но на его пути уже стоял Недзи.
- Вход запечатан изнутри и отражает атаки извне, - проанализировав структуру печати,
сообщила Хината. – Но есть две наиболее слабые точки – ключи, чтобы попасть внутрь.
Похоже, они установили ее в спешке.
- Отлично! – Хмыкнул Киба. – Куда бить?
- Сюда, - указала девушка в неприметное углубление справа от печати и сама заняла
позицию по другую сторону.
- На счет три. Раз, два… три!
- Фальшивка, - разочарованно прорычал Ютсури, отбросив в сторону кусок кровавой
плоти с белыми раздробленными позвонками. Его противник, лишившись горла, упал
замертво, и странная иллюзия, которую не распознал Лис, развеялась, явив труп
совершенно другого человека.
- Ты же тоже из клана Хьюга, - недоумевал Зецу. – Почему не используешь Бьякуган?
Не ответив, Недзи нанес еще один удар вхолостую – чертов Акацки моментально
провалился сквозь землю.
- Первому я хотел показать эту технику Наруто. Но, раз по-другому с тобой не справится,
- рассудил Недзи и на секунду прикрыл глаза. А после на мир уже смотрел Измененный
Бьякуган с пугающими томоэ вокруг зрачка.
- Это что еще за…? – Договорить шпион Акацки не успел.
Позаимствованное тело сломанной куклой распласталось у ног Хьюга несколькими
мгновениями спустя.
Камень с печатью, преграждавший путь в пещеру, раскололся надвое. В проем вбежали
Киба и Хината.
В глубине пещеры, под серыми сводами, высилась каменная статуя, медленно
поглощавшая Биджуу из тела молодой женщины. На каменных пальцах подрагивали
проекции пяти фигур, еще двое – настоящие – развернулись к нежелательным гостям.
- Я же говорил, что мы поспешили, мм, - убежденно заметил один.
- Технику нельзя прерывать, - заговорил другой. – Кисаме, Зецу, это ваш промах.
Разберитесь с этим и не медлите: мы не сможем долго обходиться без вас.
- Наконец-то, можно размяться, - спрыгнул вниз Хошикаге во плоти. – Так, и где этот
мальчишка?
- А нас тебе мало? – Усмехнулся Киба, принимая боевую стойку.
Кисаме нехотя посмотрел в его сторону.
- Вряд ли ты сможешь меня развлечь.
- Посмотрим, - многообещающе оскалился Инузука, но воплотить угрозу не успел.
Ютсури и Недзи ворвались в пещеру и, не сговариваясь, атаковали своих прежних
противников.
- Разрушьте статую! – Прокричал Хьюга, нанося первый удар в грудь Зецу. – Наша цель –
спасение Югито!
Хината бросила взгляд на женщину, парившую в золотисто-красном облаке. Ее Биджуу
вытягивали из нее черно-фиолетовой энергией. Тело Югито сводило страшными
судорогами – на красивом лице то и дело сокращались мышцы, изменяя его до
неузнаваемости, пальцы подрагивали, будто в беспомощной попытке ухватиться за что-то.
На мгновение Хината увидела вместо нее Наруто. На мгновение она представила, что это
Наруто подвергают мучениям ради обладания Кьюби.
«Но Наруто-кун сейчас у Саске Учиха. У того самого Саске Учиха, что уже не один раз
пытался его убить…Он предал его».
Одна мысль ухватилась за другую и взбудоражила демоническую чакру, ставшей не
столько источником силы, сколько темной частью сущности девушки, той самой,
отвечавшей за первобытные инстинкты.
«ОНИ ВСЕ ХОТЯТ ПРИЧИНИТЬ НАРУТО ВРЕД!»
Все произошло в считанные секунды.
Одно за другим вокруг зрачка Хинаты появились черные томоэ – точно такие же, как и у
ее брата. По каналам чакры разлился жидкий огонь – темный, яростный, полный злобы и
жажды разрушения. Губы девушки приоткрылись, выпуская на волю тихое,
предвкушающее рычание.
Ее тело само приняло привычную боевую стойку. Раскрытые ладони: правая направлена
вниз на уровне бедра, левая – перед собой, к противнику. И пусть противник каменная
статуя огромных размеров, в руках Хинаты струилась чакра, обращающая в прах все на
своем пути.
- Хината? – Выдохнул Киба, ставший свидетелем ее изменений.
- Киба-кун, давай уничтожим это, - прошептала Хьюга, словно боялась сорваться, если
повысит голос.
Инузука некоторое время непонимающе смотрел на нее, но затем фыркнул и усмехнулся.
- Как скажешь.
Он, будучи из семьи, тесно взаимосвязанной с животными, лучше любого другого
понимал инстинкты, привнесенные в него демонической чакрой. И, конечно же, лучше
любого другого управлял ими.
В конце концов, нападать с яростью зверя привычно для клана Инузука.
Высвободив в себе чакру демона, Киба отрастил когти и клыки, точно так же как при
своей звериной технике. Чакра послушно вспыхнула в мышцах, многократно увеличивая
силу, скорость, выносливость, укрепила и усилила когти.
Вместе они на глазах изумленных Акацки раскололи голову статуи, прекратив изъятие
Двухвостого демона. Золотисто-красное облако рассеялось, и чакра Некоматы будто
ожила, извернулась, устремившись обратно в свою Джинчуурики. Нии Югито громко
выдохнула и, более ничем не поддерживаемая, тяжело упала на землю.
Отдача от разрушения статуи нарушила и технику световой иллюзии. Пятеро Акацки,
пребывавших в нематериальной форме, исчезли. Но перед этим их лидер отдал приказ:
- Зецу, Кисаме, отступайте.
- Еще встретимся, - пообещал Хошикаге, прижимая ладонь к развороченному боку. На
груди, шее и левом плече уже алели борозды ожогов. Откровенно говоря, Кисаме
сомневался в своей победе. А еще он сомневался, что перед ним Узумаки Наруто.
Но и Ютсури сильно потрепало. Самехада пожрала львиную часть его чакры, а водная
стихия, используемая мечником, гасила все мощные огненные атаки.
Зецу исчез, едва прозвучал приказ Пейна. Обе его личности сошлись во мнении, что
противник им достался неудобный. И вообще подозрительный какой-то.
Недзи не стал его преследовать. Отчего-то его техника мягкой ладони не подействовала на
этого Акацки. Здесь было о чем подумать.
Второй серьезный бой с Акацки снова остался за Акахи.
…
- У нас проблемы, - вместо приветствия заявила Тсунаде, едва Орочимару и Дзирайя
переступили порог ее кабинета.
- А когда их у нас не было? – Со смешком задал риторический вопрос Отшельник, за что
тут же получил уничижительный взгляд от Годайме и пинок под коленку от Змеиного
Саннина. У последнего, кстати, это уже вошло в привычку. В очень нехорошую привычку.
- Саске добрался до Наруто, - озвучила первую проблему Тсунаде. – Он его за каким-то
чертом похитил во время операции по спасению Двухвостой.
- … А с ней что? – Помолчав, спросил Дзирайя.
- Спасена Хвостами… в смысле Акахи. – На секунду задумавшись, а есть ли разница,
Тсунаде вернулась к изложению дела. – Они передали ее шиноби Облака и теперь
разыскивают Наруто. Итачи, Шикамару и Сакура отправились к ним на помощь.
- Полагаю, Хидан и Какудзу мертвы? – Осклабился Орочимару.
- Да, - коротко ответила Хокаге. – Но я вас позвала не за этим. Оставим поиски Наруто его
организации. В последнее время участились разбойные нападения на севере страны. Да, перехватила она задумчивый взгляд Орочимару, - как раз там расположено убежище с
самыми опасными твоими экспериментами.
- Они выбрались на свободу? – Заинтересованно осведомился Змеиный Саннин.
- Похоже на то, - вздохнула Тсунаде. – Очевидцы говорят, что это были монстры,
чудовища.
- Нам стоит этим заняться?
- В основном я собирал уголовников, - словно в оправдание произнес Орочимару, перебив
напарника. – Я мог бы обратить процесс вспять, но проще будет их перебить.
- Почему проще? – Нахмурилась Тсунаде, которой претила мысль о подобном.
- Их примерно три тысячи особей. На поимку и изготовление сыворотки таких объемов
уйдет немало средств. Не говоря уж о человеческих ресурсах – все-таки мои создания не
будут покорно ждать, пока их схватят.
- Вот за что я не люблю тебя, Орочимару, - гневно произнесла Хокаге, - так это за твой
ублюдочно-рациональный подход к делу.
- Мне их тоже жаль, Тсунаде-химе, - невинно улыбнулся Саннин, но под скептическим
взглядом женщины пошел на попятную. – Ладно-ладно, я считаю свои действия
оправданными. Но, - заметил он, - зато я позаботился установить «страховку».
- Что еще за страховку?
- Бомба, - лаконично объяснил Орочимару. – На случай бунта в голове каждого
подопытного внедрена печать с ядом. Обеспечь меня достаточным количеством чакры, и
«проблема» будет решена меньше чем за час.
В кабинете повисла пораженная тишина.
- Я уже говорила про твой ублюдочно-рациональный подход? – Подчеркнуто спокойно
посмотрела на бывшего сокомандника Тсунаде. – Так вот… не хочу признавать, но иногда
он себя оправдывает. Чакрой пусть Дзирайя обеспечит. И я очень надеюсь, что Саске у
тебя был никудышным учеником.
- Почему?
- Потому что иначе Наруто нам не вернуть.
…
Шел второй день поисков Наруто. Недзи с Ютсури и Хината с Кибой прочесывали лес в
южном и северном направлениях, но обнаружить или хотя бы почувствовать Узумаки им
пока не удалось.
В помощь Акахи по приказу Райкаге был направлен специальный поисковый отряд,
лучший в Кумо. Поисковики Облака взяли на себя восток и запад. К своему заданию они
отнеслись с особенным рвением: потерявшие надежду увидеть Нии Югито живой, а
вместе с ней и силу в лице Некоматы, кумовцы посчитали делом чести вернуть долг
Конохе и, в частности, Акахи.
Тем не менее, несмотря на все усилия, местонахождение Наруто по-прежнему оставалось
в тайне.
- Когда доберусь до этого гребанного Саске, разорву его на сотни маленьких кусочков и
скормлю их Акамару! – Поделился Киба в очередной раз планами на будущее.
Хината не ответила, полностью сосредоточившись на технике Измененного Бьякугана.
Недзи кратко обрисовал ей возможности и недостатки новой способности, и девушка с
неловкостью новорожденного осваивала изменения. Все-таки у нее не было ярко
выраженного таланта как у брата. И в выносливости, увы, она также ему уступала.
И тем не менее, именно Хината обнаружила Саске.
- Киба-кун! – Предупредив напарника, она, чуть отклонившись от курса, устремилась
вслед за Учихой.
Саске они настигли меньше чем за десять минут. Почувствовав преследование, тот
замедлил ход, а стоило Инузуке и Хьюга появится из-за деревьев, то и вовсе остановился.
- Недолго пришлось вас искать, - ровно заметил Саске, хотя и был несколько смущен
встречей со вполне живым Кибой. Как он сумел выжить?
- Где Наруто!? – Не размениваясь на сантименты, потребовал ответа Инузука. – Если ты
ему что-то сделал…
Не желая слушать пустые угрозы, Саске швырнул ему перетянутый шнурком хвост волос.
Киба на автомате поймал. Сначала по запаху и лишь потом по рыжевато-золотистому
оттенку он опознал, кому они принадлежали.
В эти самые волосы ему так нравилось зарываться носом во время сна. Эти самые волосы
так здорово было пытаться поймать по время тренировки. Эти самые волосы…
- Мне нужен Итачи, - глядя на шокированные лица шиноби, произнес Саске. – Я буду
ждать его у северной границы…
- УБЬЮ!!! – Не слыша ничего более, разъяренный Киба рванул к Учиха. Чакра, с
радостью откликнувшаяся на гнев, объяла его тело огненным коконом, придав сил и
скорости.
Саске едва успел уклониться от когтей и отпрыгнуть в сторону, но тут его атаковала
Хината. Девушка не издала ни звука, но разделив страх за Наруто и ярость на Саске,
также позволила демонической энергии растечься по жилам горячей волной. Она никогда
никого не хотела убить, но чакра показала ей путь ненависти. Три запятых вокруг зрачка
заняли свое место.
Саске был… ошарашен. Увидев Шаринган у Хьюга, он поначалу даже усомнился в
собственном здравомыслии. Пусть глаза не были красными, но томоэ явно указывали на
род Учиха. И то, как девчонка двигалась, предугадывая его движения – это явно была
способность его клана. Неужели смешение кровей?
А еще этот воскресший Инузука…
Неудачник Киба и тихоня Хьюга просто не могли – НЕ МОГЛИ – обладать такой силой. И
эта чакра… Саске узнал ее: именно такая чакра была у Наруто в Долине Завершения.
Чакра Джинчуурики.
Откуда она у этих двоих?
- Откуда у вас эта чакра? – Спросил он вслух, отбросив от себя Инузуку разрядом Чидори.
Любого другого удар вырубил бы, если не убил, но Киба лишь врезался в ствол дерева,
встряхнулся и напал с новой силой.
Хината действовала осторожнее, чем напарник, атакуя сразу же после него, тем самым
изматывая противника. Ей уже удалось дважды коснуться левой руки и один раз груди
Саске, запечатав в этих местах потоки чакры. И на этом она останавливаться не
собиралась. Нет, следующим ударом техники Мягкой Ладони Хината собиралась
разрушать всю систему циркуляции энергии, втолкнув в нее собственную демоническую.
В конце концов, сверхъестественная скорость и превосходство в численности сыграли
решающую роль: утомленный непрерывными атаками Саске пропустил едва ощутимое
прикосновение Хинаты. Еще секунд десять он сражался, и вдруг все тело онемело. В
следующее мгновение Саске исчез.
Хорошо, что он был клоном.
…
- Недзи! Ютсури! – Проорал Киба, из последних сил нагоняя товарищей.
- В чем дело? – Первым остановился Хьюга. – Где Хината?
- На полпути… к северной границе, - едва отдышавшись, произнес Инузука и рассказал,
как можно короче, о встрече с Саске.
- Этот хмырь отрезал Наруто волосы, - выдохнул он сквозь зубы, сжимая в руке
золотистые пряди. – Этот больной урод отрезал ему волосы, чтобы мы привели Итачи!
- Ты говорил, Наруто не грозит контроль Шарингана, - обернулся Недзи к Лису.
- Так и есть, - ответил тот ему злым взглядом.
- Это что, значит, Наруто сам позволил отрезать себе волосы? – Вскинулся Киба.
- Это значит, что Наруто не смог ему помешать, - стараясь не сорваться, поправил его
Хьюга.
- Слышь, Ютсури, а вернись к Наруто, - предложил Инузука. – Не станет же этот ублюдок
караулить тебя круглосуточно? Нам бы хоть знать, что с ним все в порядке. Потом
прыгнешь в одного из нас и все!
- Гениально, - ядовито прошипел Кьюби. - И как это я сам не догадался? Ты что, идиот!? –
Сорвался он на крик. – Как только я вернусь в подсознание Наруто, его память
восстановится! Я не смогу снова запечатать память так скоро! Этот гаденыш снова
проверит Наруто и в этот разу уже отыщет то, что ему нужно! И убьет Наруто, чтобы сдох
и его братец! И вы все тоже сдохните! И я!
- Ты думаешь, Наруто не сможет его побить?! – В ответ разозлился Киба.
- Побить – да, но не убить, - вклинился в намечавшуюся ссору Недзи. – Саске для Наруто
все еще лучший друг. Несмотря ни на что.
Парни угрюмо промолчали. Возразить было нечего.
- А если Наруто не помнит Саске? – Осенило Инузуку. – Эй, Лис, такое возможно?
- Наверняка, - нехотя ответил ему Ютсури. – Последние лет пять-десять воспоминаний
быть не должно.
- Может, тогда Наруто сам его убьет? – Просветлел Киба.
- Но сможет ли он воспользоваться дзюцу? – Не то напомнил, не то спросил Недзи.
- Они не понадобятся, - осклабился демон. – Врага нетрудно порвать и голыми руками.
…
- Саске-кун не мог этого сделать, - уверенно заявила Сакура во время небольшого
перерыва в пути. Этот отдых должен был стать последним. Уже через четыре часа они
достигнут леса Сакаи.
Итачи не ответил. Он перекусил и теперь сидел под деревом, прикрыв глаза. Эта
привычка выработалась у него еще года два назад, когда любое использование Мангъеко
Шарингана излишне утомляло глаза.
Молчание Итачи смущало Сакуру. В этом он опять-таки напоминал ей Саске. Конечно,
девушка не знала, что именно Саске копировал поведение старшего брата – неосознанно,
даже после предательства.
- Он не причинит Наруто вреда, - повторила она. – Я уверена в нем.
-…
Снова не получив никакого отклика, Сакура подошла к отдыхавшему парню, присела
перед ним на корточки и осторожно тронула за плечо:
- Итачи, я давно хотела спросить тебя. Можно?
- Слушаю, - не открывая глаз, отозвался тот.
- Ты любишь Саске-куна? – Напряженно задала она вопрос.
- Да, - кратко ответил Итачи, не раздумывая. От столь простого признания Харуно
несколько опешила. А потом разозлилась.
- Тогда почему ты так с ним поступаешь!?
- Как?
- Издеваешься! Мучаешь!
- А как должны вести себя старшие братья? – Неожиданно ворчливо вопросил Итачи,
открыв глаза.
- Ну, они не…
- Этот тупица даже ни разу не подверг сомнению мои действия и слова.
- Но…
- Упрямый осел – снова и снова поступает так, как я от него требую.
- А…
- Так и не научился думать своей головой.
- Я не это хотела…
- Глупый отото.
- Да подожди, Итачи! – Не выдержала Сакура. – Что на тебя нашло?
- Накипело, - пожал плечами Учиха и поднялся на ноги. – Перерыв окончен. Поторопись,
а я схожу за Шикамару.
Дезориентированная, Сакура растеряно принялась убирать остатки еды. А Итачи,
наконец-то, мог насладиться тишиной.
31 глава
Наруто снилась бескрайняя вода. Холодная, тяжелая, безмятежная – она была повсюду, и
Наруто тонул в ней.
Ему было спокойно.
Потом что-то изменилось. Вода всколыхнулась, резонируя будто бы на чьи-то далекие
удары. И вода стала нагреваться.
Наруто ощутил, как что-то устремилось к нему с самого дна. Это «что-то» пахло кровью и
застарелой болью.
Сначала в воде появились алые разводы, паутиной всплывавшие вокруг ее крохотного
обитателя. Запах стал невыносим, хотя Наруто не понимал, как под водой можно что-то
обонять.
А затем Наруто услышал шепот.
- Больно, - жалобным эхом разносилось отовсюду, - так больно.
- Кто ты? – Наруто оглянулся назад, в другую сторону, вниз. Но ничего кроме алой воды и
черной бездны под ногами так и не увидел.
- Я убью их всех, - тихий и такой знакомый голос прошептал в самое ухо. И Наруто
осознал, что кто-то обнимает его со спины руками и ногами. Что-то, что сильно
кровоточило, что воняло старой болью, что-то… до ужаса знакомое.
И Наруто понял: этот шепот принадлежал ему самому.
…
Собранная информация от уничтоженного клона пришла к Саске во время тренировки.
- Чакра Девятихвостого и Белый Шаринган? – Недоверчиво пробормотал он, одним
резким, отточенным движением возвращая Кусанаги в ножны.
Тренировался он на поверхности, в метрах двухстах от входа в убежище. За ним, сидя на
валуне, влюбленными глазами наблюдала Карин. Вообще-то, ей было поручено
выискивать постороннюю чакру. Но ведь одно другому не мешает, нэ? А тут еще такой
вид.
- Ты о чем, Саске? – Встрепенулась она, заслышав про Шаринган и Кьюби.
- Не твое дело, - недобро покосился на нее Учиха. – Продолжай прочесывать периметр.
Отдав приказ Карин, он сам вернулся в убежище и сразу же спустился на этаж темниц.
- Йоу, Саске, - вяло поприветствовал его Суйгетсу. Последние два часа тот сторожил их
пленника.
- Он что-то говорил? – Саске подошел к клетке, где ворочался в беспокойном сне Наруто.
- Неа, - с ленцой ответил Суйгетсу. – Все время, что я здесь, он спал.
И тут Наруто захрипел. Волна раскаленного воздуха прокатилась по камере, обожгла
отступившего Саске, заставила поморщиться находившегося на отдалении Суйгетсу.
- Что за хрень!?
Наруто закричал, и тело его обуяла огненная чакра. Один клочок за другим, она срывала с
корчившегося парня кожный покров, обнажая кровоточащую плоть. Словно питаясь его
страданиями, чакра росла, уплотнялась, пока полностью не скрыла в себе тело.
- Саске, какого [email protected] с ним творится!?
Саске не ответил, продолжая напряженно вглядываться в зловещую чакру.
Наруто продолжал истошно кричать от боли.
…
В десяти километрах от северной границы Хинату пронзил болевой импульс. Застав
девушку в прыжке, он на несколько секунд оглушил ее, в результате чего Хьюга едва не
разбилась при падении.
В восьмидесяти километрах от северной границы Недзи и Киба синхронно вздрогнули от
ужасного, болезненного чувства.
Ютсури за их спинами довольно осклабился. Как он и ожидал, печать на воспоминания
Наруто высвободило его темное Альтер-эго. То самое, что впитывало в себя унижения и
побои, оскорбления и предательства, ненависть и боль за столь короткую жизнь. Теперь
же, когда не было ничего хорошего, что сдерживало бы, что усмиряло бы тьму в сердце
Наруто, Саске придет конец.
В ста километрах от северной границы вскрикнула Сакура, на мгновение замедлил ход
Итачи.
- В чем дело? – Спросил Шикамару.
- О, боги, Наруто! – Испуганно воскликнула Харуно. В глазах ее заблестели слезы.
…
- Что будем делать, Саске? – Напряженно спросил Суйгетсу, держа меч наготове.
Как-то незаметно крик Наруто перешел в протяжный вой, затем и вовсе оборвался. Наруто
сделал шаг – второй, третий. С его покрытого чакрой тела то и дело срывались крупные
капли крови, расплескиваясь аляпистыми кляксами по серому камню.
Кап. Кап-кап. Кап. Кап.
В помещении стоял удушающий запах железа, страшный запах вскрытой раны.
Так много крови – память о резне в квартале Учиха неприятно царапнула Саске изнутри.
Той ночью в воздухе было не продохнуть от этого мерзкого запаха.
Это странно. Почему он вспомнил о том дне теперь? Сейчас?
Наруто приблизился к решетке, сомкнул на прутьях объятые огнем и кровью пальцы,
рвано вытолкнул горячий воздух из легких. С черными провалами вместо глаз он
напоминал слепого.
- Наруто? – Саске сделал его имя вопросом. Он стоял лишь в метре от него.
- С-Саске, - отозвался Наруто. Но то, как он его произнес, с какой болью, с какой
ненавистью – одно это слово толкнуло и пронзило, обожгло и сжало само сердце. Так,
наверно, сам Саске произносил имя ненавистного брата.
И тут Наруто рванул вперед. Высокопрочные решетки, рассчитанные на чудовищ с
безумной силой, выстояли первый удар. И второй. И третий. На четвертый разрушились
сдерживающие печати.
- Саске, чтоб тебя! – Заорал Суйгетсу.
На пятый Наруто вырвался на свободу.
…
Карин скучающе рисовала палочкой на земле портрет Саске. Не то, чтобы она была так уж
им одержима, просто его чакра – и весь он такой мужественный, сильный, опасный,
красивый – заставлял ее сердце трепетать. Боги, да его чакра просто источала любовные
феромоны! А эти глубокие черные глаза, а эти губы, буквально созданные для поцелуя…
Как это часто бывает, от фантазий Карин пришлось оторваться. Ибо задание превыше
всего. Ибо, каким бы Саске ни был распрекрасным, злился он страшно. И больно.
Да и не нравилась Карин чакра приближавшейся девчонки. Той самой, что была с
Узумаки Наруто.
- Надо сообщить Саске, - пробормотала она, поспешно стирая свой художественный труд.
Не дай боги, Саске увидит.
Но не успела Карин даже представить, что с ней сделает Учиха в этом случае, как он
собственной персоной показался из убежища.
Первым, правда, выбежал Дзюго, но Карин на него было плевать.
А затем вышел ОН. Даже не он – ОНО. Существо, напоминавшее человека лишь по
очертаниям. Лишенное кожи, кровоточащее, с тьмой вместо глаз и черной, излучавшей
страдания чакрой ОНО вышло из подземного прохода, удерживая за шею Суйгетсу.
Раздался вскрик. Сначала Карин решила, что он принадлежал надоедливому воднику, но
ошиблась. Это вскрикнуло существо. Нет, его никто пока не атаковал, но ОНО явственно
испытывало адскую боль. Дернувшись, существо, которое, наверно, было Узумаки
Наруто, порывисто оторвало голову Суйгетсу. Конечно, тот тут же утратил очертания,
превратившись в воду.
Но, странно, восстанавливаться он не спешил.
А Наруто, тем временем, набросился на Дзюго. Тот находился ближе всего и, поддавшись
безумию, встретил Узумаки звериным оскалом. Радостно хохоча, он попытался сломать
Наруто руку, но обжегся и отступил, чтобы вновь броситься в лобовую атаку.
Саске медлил. Эманации страдания, излучаемые Наруто, подтачивали в нем уверенность.
Перед глазами стояло счастливое, полное надежды лицо Узумаки: «Тогда… мы друзья,
да?»
Что с тобой произошло, уссуратонкачи?
И что такого, мать твою, тебе сказал Итачи, что ты принял его сторону?!
Саске не хотел признавать даже перед собой, но его задело решение Наруто. Каким бы
искусным лжецом ни был Итачи, но Наруто знал – знал! – что сделал этот человек с
собственной семьей.
- Ты все знал, - выдохнул Саске, извлекая кунай. – Знал, но поверил ему.
Окончательно утративший рассудок Дзюго, забыв о боли и элементарном инстинкте
самосохранения, преодолел покров чакры, защищавший Наруто, и со свирепой радостью
вырвал у него кусок плоти с левого предплечья.
Наруто издал приглушенный жалобный звук.
Показалась белая кость.
Дзюго захохотал.
- Не-на-ви-жу, - искаженным, безгубым ртом выдавил Узумаки. – Всех… вас…
Его чакра испепеляющим лучом ударила забывшегося врага в грудь, проделав в ней
сквозную дыру размером с кулак. Не помогла ни броня, ни скорость.
Дзюго неверяще опустил глаза на рану. Попятился, неловко прикрывая ее руками. Наруто
сделал шаг в его сторону.
И тут в незащищенную спину по самую рукоять вошел кунай. Заряженный чакрой, он
пронзил тело Наруто электрическим разрядом высокого напряжения.
В ослепительно-голубой вспышке Узумаки упал на колени и заорал от боли и
переполнявшей его злобы.
Саске спрыгнул с холма и приземлился прямо перед ним, заслонив собой отползающего
Дзюго.
Наруто уставился на бывшего друга черными провалами глаз, оскалив деформированный
рот.
Саске ударил его ногой в район шеи, отбросив на спину, в которой все еще был нож.
Наруто повалился, вовремя подставив локти. Тело плохо слушалось после разряда
молнии.
- Ты мне не нужен, - произнес Саске, извлекая из ножен Кусанаги. Сейчас он презирал
Наруто. Этого тупого слабака и неудачника. Этого монстра, на которого позарился Итачи.
Этого…
- С-Сас-ке, - пусть и искаженный, но это был голос Наруто.
- Ты больше не будешь путаться у меня под ногами, - со слабой, вымученной улыбкой
поделился с ним Учиха, направив острие меча на обезображенное лицо.
Несколько томительных мгновений Наруто безучастно взирал на своего убийцу. Но вдруг
сорвался с невероятной скоростью и повалил Саске на землю. Меч отлетел в сторону.
Объятые чакрой пальцы сомкнулись на шее Учиха. И какие бы удары тот ни наносил,
Наруто не отпускал.
- Почему… - прохрипел Наруто, сдавливая его горло, - почему вы не любите меня?
Под воздействием его эмоций, чакра темнела, из алой обратившись в грязно-багряный, из
багряного в коричневый, из коричневого в черный. Только кровь продолжала пылать
красным.
- За что?
Саске захрипел. Хватка Узумаки перекрыла доступ к кислороду, чакра разъедала кожу.
Как бы он ни вырывался, как бы ни бил, Наруто не ослабил нажим, не сдвинулся,
продолжая давить.
- Почему я один!?
Что-то теплое упало и прокатилось по щеке Саске. Кровь это была или слеза, он не знал.
- Потому что ты никому не нужен, - прошипел он, удерживая Наруто за кисти рук в
попытке отстраниться. – Такой монстр как ты должен был сдохнуть еще при рождении!
Саске руководила ярость. Он ненавидел и ненавидел неистово. Он знал, что такое
одиночество, и знал, куда больнее ударить.
- Тогда сдохни ты, - прошептал Наруто, изменив положение пальцев так, чтобы порвать
чужое горло когтями.
Рассчитывая именно на это, Саске воспользовался секундной слабиной. Одним плавным
движением он просунул руки между руками Наруто и резко развел их в стороны. Этого
рывка хватило, чтобы освободиться.
Извернувшись, он ногой ударил по кунаю в спине Узумаки, вогнав клинок еще глубже.
И в тот момент, когда Саске уже хотел добить его ударом Чидори в грудь, появилась
Хината. Оказавшись за спиной Наруто, она обхватила его и отскочила назад, увлекая за
собой.
Как и любого другого, чакра Наруто въелась в ее кожу, разъедая словно кислота. Но
девушка стоически терпела, пока не оттащила его на десяток с лишним шагов от Саске.
Кое-как остановив кровь из раны Дзюго, Карин поспешила к Саске. Матерясь, появился
Суйгетсу, но значительно истощенный. Чакра Наруто испарила часть его тела, и он едва
смог принять свой прежний облик.
Саске тяжело дышал. На шее страшными ожогами отпечатались пальцы Наруто.
- Саске, ты как? – Спросила Карин, боясь даже притронуться к его горлу.
- Ты чем занималась, идиотка? – Процедил тот сквозь зубы.
- Я осматривала Дзюго…
- Неважно, - не слушая, прервал ее Саске. – Вы с Суйгетсу займитесь девчонкой.
Откровенно говоря, Саске хотел разобраться с Хьюга лично. Ее Белый Шаринган
оскорблял его честь Учиха. Никто кроме его клана не имел права носить в себе этот
улучшенный геном. Но ранение на шее беспокоило его. Он не собирался помирать раньше
Итачи.
Тревожно переглянувшись, Суйгетсу и Карин подчинились.
- Потерпи, Наруто-кун, сейчас я его вытащу, - со слезами на глазах уговаривала Узумаки
Хината и, зажмурившись, выдернула кунай из того кровавого мяса, что представляла
собой его спина, да и все тело.
Наруто дернулся, раскрыв рот в беззвучном крике. Развернувшись, он наотмашь ударил
девушку.
- Ненавижу, - трепетало из его глотки. – Убью вас всех… ненавижу…
- Наруто-кун… - неверяще воззрилась на него Хьюга.
- Почему я всегда один?! – Прокричал Наруто, пригвоздив ее за плечи к дереву. –
Почему!?
По щекам Хинаты бежали слезы.
- Прости, Наруто-кун… прости, - шептала она, глядя на то, во что превратился ее друг. – Я
виновата…
- Я… один! - Не получив в ответ злости, Наруто растерялся. – Почему вы меня
ненавидите?
Хината не сопротивлялась, когда он снова встряхнул ее, вбив в дерево. Его чакра,
омывавшая тело, жалила ей кожу. Но Хината не пыталась вырваться, потому что искренне
считала себя виновной в произошедшем с Наруто.
- Я не ненавижу тебя, - дрожащим голосом сказала она. – Я… я люблю Наруто-куна.
Пожалуйста, Наруто-кун, поверь мне!
Узумаки замер.
- Я все сделаю для Наруто-куна, - не замечая этого, говорила Хината. – Прости меня. Я не
должна была позволить им забрать тебя.
Суйгетсу выбрал именно этот момент для атаки. Замахнувшись мечом, он спикировал на
них, планируя зарубить обоих разом.
Благодаря инстинктам Хината ощутила угрозу для Наруто, и в решающее мгновение
оттолкнула его с линии удара. Однако Суйгетсу, еще будучи в воздухе, среагировал на ее
маневр и, насколько смог, изменил траекторию своей атаки, чтобы все-таки хоть одного
порезать.
Хината вскрикнула. Клинок Палача оставил на ее правой ноге, от колена до бедра,
глубокий порез.
- Да не дергайтесь вы! – С наигранной досадой воскликнул Суйгетсу. Едва оказавшись на
земле, он вновь рассек воздух своим гигантским мечом. Хината молниеносно нырнула под
широкое лезвие и легонько толкнула противника раскрытой ладонью в центр груди.
- Ха! Что это было, детка? – Насмешливо поинтересовался он, заканчивая замах, и,
используя инерцию, ударил девушку ногой с разворота.
Хината успела выставить блок одной рукой, второй метнула в него кунай.
- Ты, идиот! Не дай ей себя коснуться! – Прокричала Карин, и, прислушавшись к ее
совету, Ходзуки отступил назад, уходя от нового удара раскрытой ладонью.
- Это еще поче… - И тут он ощутил, как сердце внутри буквально взорвалось. Пока вода
под грудной клеткой вновь принимала форму сердечной мышцы, Суйгетсу оказался
обездвижен. Хината воспользовалась этим, чтобы нанести новый удар – на этот раз в
голову. Тогда Карин швырнула ей наперерез кунай со взрывной печатью. Пользуясь
дымовой завесой от взрыва, она помогла отступить воднику.
Хинате повезло меньше. Будь она одна, то, возможно, успела бы избежать ударной волны,
но с ней был Наруто. Причем неузнававший ее Наруто, окровавленный и взбешенный, а
она сама – раненная в ногу. Хьюга ничего не оставалось, как закрыть его своим телом.
Взрыв оставил на ее спине обширный ожог.
- Сдавайся, [email protected], – сумрачно посоветовала Карин. Суйгетсу рядом с ней оскалил
треугольные зубы.
- Без обид, но я тебя убью, - с улыбкой пообещал он всхлипнувшей от боли Хинате. – Так
что можешь не сдаваться.
- Заткнись, придурок, - рыкнула на него бывшая надзирательница. – Лучше расправься с
ней. Я должна, как можно скорее, вернуться к Саске и осмотреть его.
- Да сдалась ты ему, - хмыкнул мечник.
- Ты меня бесишь, - прошипела Карин.
- Хоть в чем-то мы солидарны, - не остался в долгу Суйгетсу.
Пока враги препирались между собой, Хината собиралась с силами. Она уже чувствовала
приближение Недзи и Кибы, а с ними и Ютсури, значит, осталось продержаться совсем
немного. Неважно, что будет с ней, но Наруто будет спасен. Он больше никогда не будет
один.
Главное, продержаться.
Саске не сомневался: скоро к Наруто придет подмога. Карин, которую он выбрал за
способность отслеживать по чакре, и сильно потрепанный Суйгетсу вряд ли сумеют
быстро расправиться с Хьюга и впавшим в безумие Узумаки.
Он, собственно, и не рассчитывал на это. Было важным проверить, на что способна эта
девчонка с Белым Шаринганом. И судя по тому, что Саске увидел, она не обладала
возможностями настоящего Шарингана. Она – ничто.
Завидев, что к ним приближается Учиха, Карин и Суйгетсу повременили с нападением.
Хотя, откровенно говоря, они до сих пор упражнялись в остроумии – благо жертва никуда
бежать не собиралась.
- Если продолжишь сопротивляться, Наруто истечет кровью, - обратился Саске к Хинате.
Голос его был слаб и хрип. – Дай мне забрать его, и, обещаю, он выживет.
Хината не ответила. Перетянув бинтом рану на ноге, она смело загородила собой Наруто.
Тот и правда настолько ослабел, что, упав на колени, уже не смог подняться. Лишь черные
провалы глаз сквозь всполохи чакры смотрели в спину хрупкой девушки, готовой отдать
жизнь за его безопасность.
- Ни за что, - Хината взирала на Саске чистым, лишенным Бьякугана, взглядом. – Я
пообещала Наруто-куну, что больше не оставлю его. Я не подведу его.
- Ты умрешь, - равнодушно констатировал Учиха.
- Наверняка, - внезапно мягко улыбнулась девушка. – Мне не сравниться с тобой и не
выстоять против вас троих.
- Ты, что, дура? - Вмешался Суйгетсу. – Если все понимаешь, так вали давай, пока
отпускают.
- Нет, - твердо ответила Хината и вполоборота обернулась к Узумаки. – Разве непонятно?
Я с радостью отдам жизнь ради Наруто-куна. И ВАШИ НЕ ПОЖАЛЕЮ!
Бушующим ураганом вспыхнула вокруг нее чакра демона. Используя эту мощь, Хината
напала на Саске. В эту минуту она не думала о нем, как о товарище, как о части деревни
или друге Наруто. Нет, сейчас – именно сейчас – он был для нее только врагом.
Чередуя яростные выпады с присущей клану Хьюга плавностью движений, она
стремилась нанести Саске максимальный урон и, если потребуется, даже убить его. От
робкой, доброй девушки не осталось и следа – перед командой Хэби обнажил когти
Пятый Демонический Хвост Наруто, готовый на все ради его защиты.
Десять минут спустя Недзи, Ютсури и Киба достигли северной границы. Но то, что они
там обнаружили, повергло их в шок: в кровавом круге, под покровом демонической
чакры, неподвижно лежал Наруто. Постепенно на голом мясе восстанавливалась кожа,
длинная челка скрывала пока отсутствующие глаза. Над ним, полуживая от
многочисленных ранений и ушибов, стояла Хината. Кровь из рассеченного виска залила
ей один глаз, но, казалось, она этого не замечала, продолжая пребывать в готовности
отразить любую угрозу.
Но стоило Недзи позвать ее по имени, как Хината, жалобно всхлипнув, упала на колени и
затем, уже потеряв сознание, завалилась на бок.
Она до последнего сражалась с командой Саске. Когда же Карин ощутила приближение
троих незнакомцев с похожей на Хьюга чакрой, а сама Хината, будто не чувствуя
усталости, дралась, не подпуская их к Наруто, Хэби пришлось отступить.
Хината сдержала свое обещание.
32 глава
Наруто вспоминал, и образы прошлого постепенно выплывали из тумана подсознания
обрывочными, смутными эпизодами.
Детская площадка и играющие дети. И камни, брошенные ими в Наруто, и взгляды их
родителей, полные ненависти. И злая, полная непонимания, обида.
Синее небо за окном и пустая квартирка с баночкой рамена на хлипком столе. И звуки
где-то снизу: капризный детский голос, требующий десерта, и смех двух взрослых. И
черная, тоскливая зависть.
Сбитые в кровь костяшки и разочарованное лицо мужчины со шрамом на переносице. И
гложущее чувство беспомощности.
Закатное солнце и река. И причал, на котором склонил голову одинокий мальчик. Обмен
взглядами и счастливая улыбка на лице.
Ночь и два дерева с зарубками. И тяжелое дыхание Саске, и бешеное сердцебиение. И
безумный азарт.
Зеркала и человек в маске. Острые иглы, от которых закрывает Саске. И его тоскливый
взгляд. И ярость.
Внезапно образы отошли на второй план – Наруто услышал голоса. Они звали его по
имени. Снова и снова. Так, будто нуждались в нем. И Наруто обернулся.
- Он открыл глаза!
- Наруто, ты как?
- Отойди, Киба, дай мне его обследовать!
В поле зрения Наруто сначала показался один человек, потом другой. Третьим оказалась
девушка с розовыми волосами и зелеными глазами. У нее было серьезное и очень нежное
выражение лица и руки, источавшие слабое сияние.
- Рана от куная больше не представляет угрозы и скоро, думаю, окончательно затянется, с улыбкой констатировала она и вдруг прослезилась. Теплые соленые капли упали на
щеку Наруто. – Как Саске-кун мог сделать такое?
- Сас-ке? – Прохрипел Наруто, уцепившись за знакомое имя. Сквозь робкие обрывки
детских воспоминаний всплыли последние события: камера, Саске, поцелуй, собственная
ярость, руки на шее Саске и девушка с белыми глазами, просящая прощение.
Приподнявшись на локтях, он вздрогнул. Левое предплечье с толстым слоем бинтов
болезненно пульсировало.
Он находился на кровати в окружении четверых человек. Помещение из камня не имело
окон и освещалось одними лишь факелами, что очень напоминало его темницу, только
более удобную и без решеток. Но не это было важно.
- Где Саске? – Ощущая дикую сухость во рту, спросил Наруто, разглядывая незнакомые
лица.
- Пожалуйста, не двигайся так резко, - взволнованно приобняла его за плечи Сакура.
Слезы продолжали тонкими дорожками бежать по ее щекам.
От ее прикосновений Узумаки шарахнулся в сторону.
- Ты кто такая? – Потребовал он ответа. – Куда вы дели Саске?!
- Эй, Ютсури, - помедлив, обратился к демону Шикамару, - ты печать с его памяти точно
снял?
Парень с устрашающими красными глазами и полосками на щеках недовольно дернул
уголком губ:
- Наруто – тормоз. Его мозгу нужно много времени, чтобы принять обратно собственные
воспоминания.
- Это кто тут тормоз!? – Вспыхнул Наруто. – Ты! Ты… шрамированный болван, ттебайо!
Коротышка!
- Ты и собственную внешность не помнишь? – Презрительно фыркнул Кьюби. –
Тормознутое двуногое.
- И сколько времени потребуется, по-твоему, чтобы он нас вспомнил? – Уныло
поинтересовался Нара, глядя на то, как закипает Наруто.
- Понятия не имею, - честно признался Лис. – Может через пару минут вспомнит, может
через недельку.
- Вы меня знаете? – Насторожился Узумаки.
- Чтоб тебя, Наруто! Мы – твои друзья! – Вспылил до этого молчавший Киба.
- Значит, вы знаете Саске? Где он? – Принялся тот за свое.
- Какого черта ты помнишь этого урода и не помнишь нас!? – С искренней обидой
возопил Инузука и, оттолкнув Сакуру, запрыгнул на вскрикнувшего Узумаки. – Я тебе
сейчас напомню о себе, придурок! Так напомню, что встать не сможешь!
Едва он коснулся губами плотно сжатого рта Наруто, как в левую щеку и в макушку
врезались кулаки. Один принадлежал Узумаки, другой – Харуно.
- СОВСЕМ ИДИОТ?!
Парня отбросило на пол, где Сакура отвесила ему еще раз.
- Похотливое животное! – Рыкнула она и, зацепившись взглядом за Кьюби, бросила тому.
– Без обид, Ютсури.
Демон осклабился, явно не обидевшись.
Наруто тихо офигевал. Видя состояние друга и – как бы – лидера, Шикамару дружески
похлопал его по плечу.
- Дурдом, да? – Когда Узумаки кивнул, согласившись с его утверждением, Нара со
смешком добавил. – Это еще что. Вот когда Недзи с Итачи встретят и приведут Какашисенсея с Саем…
- А…
- Да, мы все – твои друзья.
- А этот…
- Ну, Киба еще и твой любовник.
Наруто открыл рот.
- Ютсури, кстати, тоже.
Наруто недоверчиво покосился на рассказчика.
- С Недзи и Итачи у тебя те же отношения.
Наруто выпучил глаза.
- Есть еще один парень – Гаара, - продолжал добивать его Шикамару. – И ты, между
прочим, со всеми снизу, насколько мне известно.
- ЧТО!? – Не выдержал Наруто. – Пусть я ничего не помню, но это уже слишком, ттебайо!
- Вообще-то, это правда, - сухо вставила Сакура. И лицо ее было настолько серьезным, что
Наруто растерялся.
- Но… а как же мы с Саске? – Пробормотал он слабо. – Вы врете, да? Ведь Саске…
Внезапно возле его койки оказался Ютсури. Разгневанный, он навис над тут же
вжавшимся в матрац Узумаки.
- Что. Он. Сделал? – Выделил демон каждое слово паузой.
И эти красные иномирные глаза гипнотизировали Наруто. Он смотрел в них и тихо
удивлялся, насколько они напоминали ему те, другие глаза.
- У вас с Саске глаза похожи, - едва слышно озвучил Узумаки свои мысли. Ютсури
отшатнулся, словно получил оплеуху.
- Не смей сравнивать меня с Учиха! – Прорычал он зло.
- Тебе настолько не дает покоя прошлое, демон? – Вежливым тоном осведомился Итачи,
не спеша переступив порог комнаты. – Разве не тебя мы должны благодарить за эти глаза?
- Что ты знаешь? – Обернулся в его сторону Ютсури. В повороте головы, да и во всей его
позе читалось напряжение и, да, настороженность.
Не сказать, чтобы Итачи терпеть не мог Кьюби. Демон просто его бесил. По многим
причинам.
- Храм Огня, что на юге страны, - туманно ответил Учиха. - Я читал записи монаха Изуми.
Лис переменился в лице.
- Изуми?
Не посчитав нужным добавлять что-либо еще, Итачи молча подошел к койке, на которой
лежал Наруто.
- Это Итачи, - представил его Шикамару и мимо ходом обратился к Учиха. – А Недзи?
- Пошел проведать Хинату, - ответил вместо Итачи вошедший Хатаке. – Йо, Наруто.
Следом за ним показался и Сай.
- Снова снизу, Наруто-кун? – Оценил он нависшего над Узумаки Ютсури.
Наруто не ответил. По правде говоря, он даже не заметил прихода учителя и
сокомандника, во все глаза вытаращившись на Учиха.
Если поначалу имя Итачи показалось ему лишь смутно знакомым, то теперь, увидев того
воочию, Узумаки вспомнил разговор с Саске и его слова, касательно этого человека:
«Убийца моей семьи».
Вот только Саске не сказал, что Итачи… так на него похож.
- Кто ты?
Наруто должен был знать. Ведь Саске говорил… Он ведь сказал тогда: «Да одно твое
существование отравляет мне жизнь. Что тебя связывает с Итачи?»
- Кто ты мне? – Порывисто спросил он, оттолкнув от себя Кьюби.
Бросив короткий взгляд на рыкнувшего демона, Итачи провел ладонью по волосам
Наруто, от макушки к затылку, туда, где больше не было длинных прядей.
- Его память пока что не восстановилась, - пояснил для него Шикамару. – Это чертовски
проблематично.
- Кто ты мне, ттебайо? – Настойчиво повторил свой вопрос Узумаки, ухватив Итачи за
рукав протянутой руки. – Ответь!
- Откуда мне знать, кто я тебе? – Отстраненным тоном осведомился Итачи. – Не тебе ли
это решать?
- Что?
- Враг я тебе или друг – для себя определить можешь только ты.
- Н-но…
Наруто сбили с толку слова Итачи. Он ждал простого, четкого ответа, но вместо этого
получил будто щелчок по лбу. Простых ответов не бывает.
- Что будем делать с нашим амнезированным? – Ревностно поглядывая на Итачи, сменил
тему Киба.
Как ни странно, ответил сам «амнезированный». Точнее, его желудок.
- Кто-нибудь прихватил с собой рамен? – Хмыкнула на голодное урчание Сакура. Вопрос,
конечно, был риторическим. Конечно, взяли.
…
Недзи не собирался будить сестру. Однако, Хината будто почуяла его приближение (за
свои бесшумные движения Недзи ручался) и открыла глаза.
- Недзи-нии-сан?
Голова, руки, грудь, левая нога – все покрывали бинты. Сакура не торопилась снимать их,
объясняя, что Хината истратила за раз слишком много чакры, и по этой причине
восстановление шло медленнее, чем обычно.
- Как… Наруто-кун?
Недзи улыбнулся. Он на ее месте точно так же интересовался бы здоровьем Наруто,
нежели своим. Или даже чьим-то еще, пожалуй.
- Он в порядке.
И только когда Хината выдохнула, парень понял, что она ждала ответа, затаив дыхание.
- Я горжусь тобой, - сорвалось с языка. Хината растерянно моргнула.
Недзи невесомо погладил ее по голове:
- Правда, горжусь. Ты защитила его. Ты выстояла. И теперь он в безопасности благодаря
тебе.
Глаза Хинаты заблестели. Длинные темные ресницы дрогнули, и предательская влага
скатилась по щеке. За первой слезой сорвалась вторая, и третья – и вот, Хината уже
беззвучно плакала от счастья. Наверно, даже она сама не подозревала, насколько сильно
мечтала заслужить похвалу брата.
- Д-да, - выдавила она, прикрыв ладошками стыдливую улыбку. – Да.
…
Совет старейшин Деревни Песка ожидал очередного собрания с затаенным ужасом.
Их многоуважаемый юный Казекаге, вернувшись, наконец, из Конохи, в силу то ли
активности Шукаку, то ли чрезмерного беспокойства от, как выразилась Темари,
хронического недотра… кхм… – в общем, в силу бесспорно плохого настроения Казекагесама изволил буйствовать.
Нет-нет, он не вернулся к своей детской привычке давить людей в песке. И пусть злые
языки поговаривали, что уж лучше бы это, Гаара, тем не менее, ограничился политикой.
Для начала он принялся вводить новые законы и изменять старые. Конечно, не все, но
поборников традиций едва до инфаркта не довел указ «О создании независимого отряда
Сунаби» («Sunabi» – с яп. «песчаный хвост»).
Сунаби, как личный отряд Казекаге, отличался от АНБУ тем, что служил вовсе не Суне,
являясь автоматически подконтрольным старейшинам, но причислялся к Акахи. Его
шиноби становились практически свободными от деревни.
Кроме того, Сунаби не планировался как элитный отряд: в его ряды допускались все,
включая генинов от четырнадцати лет. Единственный критерий – это личные качества. На
данный момент Гаара одобрил пятерых: двух своих учеников, ставших чуунинами, двух
джоунинов и одного генина.
В связи с созданием Сунаби, были изменены действующие законы о налогообложении,
внесены поправки о праве собственности и наследовании, о распределении миссий и
многое другое. Все это требовало уйму сил и времени, с чем старейшины были крайне не
согласны.
Но будто и этого было недостаточно, Гаара ограничил их возраст! Старше семидесяти лет
были обязаны оставить занимаемые посты. От шестидесяти до семидесяти – в
обязательном порядке проходить тесты на вменяемость и психическое состояние.
Само собой, ярые противники изменений и конкретно нынешнего Казекаге тесты не
прошли и были вынуждены покинуть Совет.
Отчетливо понимая, что недовольные вполне могут затеять переворот или другую бяку,
Гаара приказал установить слежку за каждым смещенным с должности. Не прошло и
месяца, как подобная перестраховка себя оправдала: бывший старейшина и капитан
стражи были уличены в сговоре против Казекаге и тайно казнены. Несмотря на то, что об
их смерти не разглашалось, слухи среди верхушки власти все же поползли. Слухи, кстати,
тоже исходили от Гаары: помимо казненных были и другие злоумышленники. Но их глава
деревни трогать не спешил – многие являлись уважаемыми, сильными и просто
достойными людьми. Куда эффективнее было привлечь их на свою сторону, пускай и
методом кнута и пряника.
На треть обновленный Совет старейшин, возможно, смог бы сделать что-то с Гаарой –
сместить его с должности, к примеру, или ограничить власть – но популярность Казекаге
среди народа возросла с памятного нападения Акацки. За Гаарой готовы были идти, и
потому рисковать междоусобной войной старейшины не решились. Даже в самом Совете
начались бы распри.
Так что глубокоуважаемые мужи в конечном итоге плюнули на сопротивление. Тем более,
что не очень-то и хотелось. Гаара, в конце концов, неплохой Казекаге. Пусть и со своими
тараканами. Лишь бы о деревне родной думал больше, чем об Узумаки Наруто. Или хотя
бы столько же. Ну, пусть иногда, в крайнем случае. Но думал!
- Я тут подумал, - едва сев за стол собрания, огорошил всех Гаара, - а не изменить ли нам
еще парочку законов?
Может, ну ее, нафиг, эту гордость и попросить помощи у Конохи? Из-за их же шиноби, в
конце концов, страдает вся Суна!
…
Хатаке казалось, что он наблюдает трагикомедию в духе любимой «Ича-Ича». Ну, ее
гейскую версию. Ну, почти гейскую, но точно трагикомедию, где Наруто уготована
главная роль.
Наруто ел рамен. Ел непривычно для других медленно, низко склонившись над своей
порцией, и каждую минуту настороженно зыркал на окруживших его друзей.
Друзья в лице Кибы, лениво катавшего во рту зубочистку, Недзи, отпивавшего
маленькими глотками чай, Сакуры, ковырявшейся в салате, и Ютсури, с остервенением
опустошавшего свою чашу с лапшой, увлеченно занимались своими делами, мимо ходом
все ближе придвигаясь к Узумаки. Узумаки это чувствовал и нервничал, снова и снова
вскидывая подозрительный взгляд на так называемых товарищей.
Шикамару, Итачи и Сая в комнате не было.
Первые двое в это время беседовали с Хинатой о подробностях столкновения с Саске и
его командой. И если интерес Нара был понятен и уместен, то причина, почему Итачи не
остался с Наруто, как и все Хвосты, наводил на размышления.
Что касается Сая, то тот патрулировал местность с помощью своей техники, о чем его
сначала очень вежливо попросили, а затем, когда парень с милой улыбкой пожелал вместо
этого посидеть с Наруто, тут же пригрозили обезвредить и запрятать куда подальше. Ну
ладно, не столько обезвредить, сколько прибить нахрен самыми различными, далекими от
гуманности способами, смачно расписанными ревнивыми Хвостами. Сай подумал и
пошел бдеть. Хотя, судя по его ухмылочке, бдеть он собирался недолго. Или не там, где
надо.
- Вкусно, Наруто? – Заботливо спросила Сакура и пробежалась пальчиками по
предплечью Узумаки, чем вызвала немое изумление у Какаши.
Наруто вздрогнул от столь откровенного прикосновения и несколько нервно кивнул.
Харуно не отрывала от него глаз. И если ее действия можно было счесть сексуальными, то
выражение лица – ни в коем разе. Девушка глубоко переживала очередное доказательство
жестокости Саске. Жестокости по отношению к Наруто.
К ее Наруто.
К ИХ Наруто.
Любовь к Саске и преданность Наруто разрывали Сакуру, топя в смятении и
противоречивости желаний.
Разорвать Саске.
Защитить Саске.
Понять, простить.
Уничтожить, забыть.
Любовь-ненависть.
Боль-ярость.
Отчаяние.
Отчаяние… Беспомощность.
Что еще ей оставалось, кроме как льнуть к источнику успокоения?
- Не куксись, Наруто! - Навалился на спину Узумаки Киба, едва не окунув того в миску с
лапшой. – Вот вернемся в Коноху, поешь в своем любимом Ичираку, а не этот заварной
фаст-фуд!
- Угу, - глухо согласился с ним Наруто, придерживаясь мнения, что с психами лучше не
спорить. Они все казались ему до ужаса странными.
Подбородком Киба устроился на макушке Наруто, вытянув руки у того на груди так, что с
довеском в виде Харуно, Узумаки чувствовал себя в западне.
Довольный рык известил всех о том, что Ютсури откушал. Набив брюхо, демон
беспардонно завалился на колени к и так скорчившемуся от избытка внимания Наруто.
- Еще не вспомнил? – Хмуро поинтересовался Ютсури. Наруто наградил его сумрачным
взглядом. Хмыкнув, Лис взял его левую руку и положил ее себе на лоб.
- Вот так хорошо, - едва не урча, заключил демон и закрыл глаза.
Наруто поднял беспомощный взгляд на Какаши.
Но что мог сделать его учитель против этих троих? Ладно, хоть Недзи не подключился.
А Недзи мысленно костерил демона, так нагло занявшего местечко, присмотренное
Хьюгой.
Лежать у Наруто на коленях было охрененно приятно.
…
Возвращение в Коноху отложили на утро. Но до утра оставалось еще целых восемь часов,
а угрозу нападения никто не отменял.
Теперь, когда Хвостам удалось спасти Наруто, страх потерять его снова взлетел на новый
уровень. Было решено разбиться на пары и патрулировать округу по два часа. Само собой,
в часовые не вошли выздоравливающие Хината и Наруто.
Первая смена выпала Недзи с Кибой. Избежав происшествий, в час ночи они сдали караул
Итачи и Ютсури.
Поначалу демона хотели поставить в пару с Недзи, но Хьюга все еще держал на того
обиду за занятые колени Наруто. Мелочно, да. Но Лису и так перепадало слишком много
внимания Наруто.
Затем следовала смена Сакуры и Шикамару, а потом и Какаши с Саем.
Не прошло и десяти минут с начала караула, как Ютсури, обследовав свою часть
территории, едва не ранил Итачи, с молниеносной скоростью напав на него сверху.
Итачи не стал уворачиваться, приняв удар на локоть по касательной.
- Что ты знаешь об Изуми?
Мда, нормально Лис спросить не мог, обязательно сначала надо было цапнуть.
Не занимай Итачи другие мысли, он не отказался бы от удовольствия подразнить демона.
Но, увы, время поджимало.
- Монах Изуми жил, согласно летописям Храма Огня, более двухсот лет назад. Ничем
непримечательный человек, - Итачи искоса глянул на внимательно прислушивающегося
Ютсури, - за исключением того, что он стал свидетелем превращения человека в демона.
Кьюби сощурился.
- В Храме хранились записи и самого Изуми, - продолжил рассказ Итачи. Тут он не
сдержал усмешки. – Он писал об огненном демоне, что выжег глаза своему
преследователю. Но затем этот преследователь, относившийся к клану Хьюга, вернул себе
зрение, и более того, его глаза стали красными как у демона. Изуми описал это, как: «…и
вырвал молодой воин глаза у демона, дабы вернуть себе зрение».
- Вырвал мне глаза?! Этот жалкий человечишка!? – Взъярился Ютсури, полыхнув чакрой.
– Лживая тварь!
- Как тогда все произошло? – В свою очередь спросил Итачи.
Лис мог бы послать Учиха куда подальше с расспросами. В конце концов, он узнал, что
хотел. Демон уже открыл, было, рот для язвительного ответа, но вспомнив события в
Храме Огня, имевшим место быть две с половиной сотни лет назад, передумал.
… Двести пятьдесят лет назад Кьюби уже был демоном с девятью хвостами – самым
сильным, самым страстным. Людей он считал слабыми, никчемными созданиями,
готовыми в любой момент предать, убить, сбежать.
И, тем не менее, двести пятьдесят лет назад Кьюби был… да, пожалуй, почти влюблен. Та
женщина, Йоши, обладала редкой красотой и кротким нравом. А еще у нее были голубые,
как небо, глаза.
Йоши никогда не перечила Кьюби, только уходить из родного дома отказывалась. Ее отец,
мелкий феодал, ничего не знал об их связи и вскоре дал свое согласие на брак с Ичио,
наследником клана Хьюга.
Кьюби не было рядом, когда за Йоши прислали людей. Молодая невеста, храня верность
демону, сбежала.
Ичио Хьюга, оскорбленный ее побегом, лично занялся поисками и вскоре отыскал
беглянку в Храме Огня, под покровительством монаха Изуми. Переполненный гневом, он
хотел зарубить женщину на месте, но ее красота сразила его. Йоши призналась в своей
любви к другому. И тогда Ичио, одержимый страстью к невесте, задумал убить ее
избранника.
Стоило Кьюби вступить в Храм Огня в поисках Йоши, Ичио бросил ему вызов. И
проиграл. В пылу ярости Кьюби выжег Хьюга глаза. Демон не желал оставлять соперника
в живых, но Йоши заступилась за несчастного. Когда-то демон пообещал ей исполнить
одно желание, и женщина воспользовалась им, попросив вернуть зрение Ичио, муки
которого она выносить была не в силах, коль стала тому причиной.
Кьюби выполнил желание Йоши. Приняв ее облик, он соблазнил Ичио и через секс
передал тому часть своей чакры. Эта энергия восстановила глаза Хьюга, но под влиянием
страсти к Йоши и ненависти к демону, изменила Бьякуган. Пронзительный белый
сменился яростным красным.
Так был рожден Измененный Бьякуган.
Ичио вернулся в свой клан. Целых три года он постигал новые способности в надежде
одолеть с их помощью демона и заполучить назад свою невесту. Уверившись в своей
победе, мужчина отыскал место, где они жили, но в доме оказалась одна лишь Йоши.
Одна лишь беременная Йоши. Беременная от ненавистного Ичио демона.
Свой дом Кьюби застал сожженным. А на старом дереве неподалеку висел смердящий
труп некогда прекрасной женщины. Ее живот Ичио выпотрошил. Шестимесячный плод
он, одержимый жаждой стать сильнее, съел, рассчитывая поглотить силу демона через
дитя, но вместе с силой обрел проклятье на себя и свое потомство.
Так был рожден Шаринган.
33 глава
- Догадываешься, что произошло после этого? – Насмешливо спросил Ютсури.
- Ты не убил Ичио, - логично заключил Итачи. Сам факт существования клана Учиха –
или того, что от него осталось – подтверждал это.
- Не убил, - зло рассмеялся демон. – Конечно, не убил! Я был в ярости! За поступок твоего
предка заплатили сотни людей, что попались мне на пути. Я убивал и сжигал их заживо,
рвал их, потрошил, медленно приближаясь к владениям Хьюга. И знаешь, что я
обнаружил в его доме? Женщину. – Ютсури вновь разразился смехом. – За те три года,
что Ичио Хьюга готовился забрать у меня Йоши, он женился! И эта женщина уже носила
под сердцем его ребенка.
Где-то, в паре десятков километров на северо-восток, сработала опознающая печать.
Итачи сжал в руке клочок бумаги.
- И что ты сделал?
- Ничего, - развел руками Лис и снова подчеркнул. - Ни-че-го. – А затем уточнил, криво
улыбнувшись. – Первые пятнадцать лет.
Этим высказыванием он вновь привлек все внимание Итачи.
- Пятнадцать лет я наблюдал за тем, как Ичио Хьюга наращивал мощь своего клана, как
крепла его вера в собственную уникальность… Знаешь, - прервавшись, осклабился
Кьюби, - он многого ждал от своего сына. От того самого ребенка, что родился после того,
как он сам сожрал моего.
Демон дернул головой, бросил задумчивый взгляд на Итачи.
- Морда у мальчишки была смазливой как у тебя, - заметил он, проведя указательным
пальцем по щеке Итачи. – А глаза белые, как у Недзи, как у всех Хьюга.
- Что ты сделал? – Отведя чужую руку от своего лица, спросил Итачи.
- В свои пятнадцать лет этот мальчишка желал всего и сразу, - хмыкнул Ютсури то ли
собственным словам, то ли жесту Итачи. – У него пробудился Шаринган. Когда я увидел
это – кровавый туман с тремя черными отметинами греха… Я позволил ему взять у меня
чакры. И, знаешь, что он сделал в первую очередь? Мальчишка вызвал на бой отца и в
схватке убил его. Последнее, что видел Ичио Хьюга, это лицо сына, искаженное гримасой
яростного торжества, и меня, стоявшего у него за спиной. – Кьюби запрокинул голову и в
голос рассмеялся. – Это ничтожество до последнего пытался что-то сказать, но так и сдох,
не выговорив ни слова!
Резко развернувшись всем телом к Итачи, Ютсури бросил тому в лицо:
- Твой клан обречен проливать кровь своих родственников в погоне за силой. Это ваше
проклятье, Учиха Итачи. Такова цена за ошибку.
Клочок бумаги вспыхнул в кулаке Итачи, в считанные секунды сгорев дотла.
Демоническая чакра все лучше поддавалась контролю.
Итачи улыбнулся. Он ненавидел рамки: ограниченность своей семьи, приведшую их к
гибели, узколобость старейшин, зацикленность Акацки.
Итачи не верил в рамки. А проклятье – это тоже ограничение. И он собирался его
разрушить.
…
Наруто мучила бессонница. В голове роились мысли, образы, фрагменты воспоминаний и
отголоски чувств. Они больно скребли изнутри, желая прорваться, но отчего-то никак не
складывались в единую картину. Наруто по-прежнему не знал ни себя, ни окружавших его
людей.
Эти самые люди безмятежно спали на соседних футонах. Почему-то никто из них не
захотел дать Наруто немного свободы и личного пространства, нагло потеснив его в
облюбованной комнате.
Смутное ощущение заставило Узумаки повернуть голову в сторону выхода. Там, в
дверном проеме, на него со странным выражением на лице смотрел Учиха Итачи, старший
брат Саске, как ему сказали.
Ровно десять ударов сердца Итачи стоял неподвижно, на одиннадцатый – развернулся и
скрылся в коридоре.
Помедлив, Наруто выбрался из-под одеяла и осторожно, чтобы никого не разбудить,
покинул комнату.
Итачи его ждал.
- Ты хочешь увидеть Саске?
Простой вопрос и вот уже Наруто несется сквозь ночную мглу вслед за Итачи. Фигура
того едва различима в темноте, но Наруто каким-то шестым чувством улавливает, в каком
направлении стоит двигаться.
…
Суйгетсу, Карин и Дзюго пребывали в странно унылом настроении после столкновения с
Хьюга Хинатой. Разговаривать никому не хотелось, даже пререкаться не тянуло. В
гробовом молчании Хэби провели весь день, залечивая раны.
Больше всех, конечно, досталось Дзюго. Атака Наруто прожгла в нем сквозную дыру,
уничтожив правое легкое. К счастью, Карин вовремя оказала Дзюго помощь,
приостановив кровотечение. Дальше уже его собственное удивительное тело со
скоростью, присущей Джинчуурики, начало регенерировать.
Саске, напротив, пострадал не так сильно, но и способностью быстро заживлять раны не
обладал. Ожоги на горле едва достигли второй степени. Довольно странно, ведь Саске
видел, на что способна чакра демона. Или этот идиот Наруто опять…
Саске не привык сомневаться. Однажды что-то решив, он следовал к своей цели, не
оглядываясь назад. Если бы только Наруто не влез во все это...
- Интересно, тот пацан выжил? – Нарушил тягостную тишину Суйгетсу. Развалившись на
плоском камне подальше от костра, он уже долгое время изучал взглядом звезды.
- Кому какое до него дело? – Передернула плечом Карин. – Этот монстр едва нас не убил.
Саске…И тебя, кстати, тоже!
- Больно, наверно, освежеванным разгуливать, - не слушая ее, размышлял водник вслух. –
Эй, Саске, он же, типа, твой друг, да? С ним такое часто бывает?
Саске не ответил. Тогда Суйгетсу повторил свой вопрос. И это тоже было странно:
обычно он не проявлял настойчивости в беседе с Учиха.
- Твое какое дело?
- Вы разве не почувствовали, как от него несло … страданием? – Неожиданно серьезно
произнес Хозуки. – Меня едва наизнанку не вывернуло, стоило к нему приблизиться. Это
же охренеть как больно.
- Я был не в себе, - поддержал разговор Дзюго и перевел ожидающий взгляд на Карин.
- Не знаю! Наверно. Какая разница вообще!? – Резко ответила та, явно почувствовав себя
неуютно.
- А ты что скажешь, Саске? – Посмотрел в сторону лидера Суйгетсу.
- Заткнись.
- Черт, я бы лучше убил его, чем оставил таким!
- Да что с тобой такое? Сдался тебе этот Наруто?
- Ну, ты же видела, как его та девчонка защищала…
- Тоже так хочешь, что ли? – Перебила его с насмешкой Карин.
- Да не, - поморщился Суйгетсу. – Я слышал, что шиноби Конохи не бросают своих, но
это как-то… Слышь, Саске, у вас такое нормально?
-…
- Так нормально? – Допытывался Хозуки.
Саске едва его слышал, вглядываясь во тьму леса.
- Эта чакра! - Минутой позже ахнула Карин. – Саске, двое к нам..!
- Знаю.
Губы Саске исказила злая усмешка. Совсем как тогда, в квартале Учиха, чакра Итачи
появилась ниоткуда. Он, Саске, по-прежнему не мог ощутить присутствие брата, пока тот
сам себя не раскрыл.
- Оставайтесь на месте, - коротко бросил Саске вскочившим товарищам. – Не
вмешивайтесь.
- Их двое, - напомнил Суйгетсу.
Саске осклабился. Если он хоть немного знал Итачи, тот не позволит влезть в их бой
посторонним.
…
Наруто угрюмо сидел на заросшем мхом валуне. Чистота собственной одежды беспокоила
его в последнюю очередь.
- Саске точно придет?
- Придет, - без тени сомнения ответил Итачи. Наруто недоверчиво глянул на его макушку.
Отчего-то старший брат Саске предпочел присесть прямо на землю, облокотившись на
колено Узумаки. И это было как-то странно для Наруто. Нет, не так. Наруто было странно
именно потому, что ощущал он себя вполне комфортно. Это ведь должно быть
неправильно?
- Почему ты так уверен? – Глухо спросил он, гипнотизируя собранные в свободный хвост
волосы. Ему до дрожи хотелось к ним прикоснуться.
- Потому что Саске верит, что должен меня убить.
- Почему? – Допытывался Наруто, сцепив руки от греха подальше.
Итачи обернуться к нему с непонятной полуулыбкой:
- Потому что я заставил его поверить в это.
Наруто шумно выдохнул.
- Ты…
- А вот и мой младший брат, - констатировал Итачи.
Несколькими секундами позже Саске показался из-за деревьев. Он сверлил брата
ненавидящим взглядом, будто не замечая Наруто. Сделал один шаг, второй, остановился.
- Пошел вон, Узумаки.
- Саске, - выдохнул Наруто, подорвавшись с места, но был остановлен Итачи.
- Наруто очень хотел с тобой увидеться, Саске, - нейтральным тоном заметил старший
Учиха, привлекая опешившего парня к себе. – Не прогоняй его так сразу.
- Мне плевать, - бросил Саске хмуро. Его совершенно не радовала картина, свидетелем
которой пришлось стать. Чтобы его чертов гениальный братец, гордец, перебивший всю
полицию Конохи, свою семью, так явно демонстрировал свое отношение? К Узумаки
Наруто!?
- Я не собираюсь с тобой драться, глупый отото, - со снисходительной усмешкой
предупредил Итачи.
- Зато я собираюсь, - оскалился Саске, извлекая меч из ножен. – Я сказал тебе свалить,
Наруто.
- Но я…
- Ты все еще ни черта не помнишь, так? – Нетерпеливо процедил Саске. – Без своей
памяти ты бесполезен. Убирайся или сдохни здесь вместе с ним.
Наруто беспомощно застыл в руках Итачи.
- Именно это тебе и нужно сделать, Саске, - доверительно сообщил ему брат, поднимаясь
на ноги. – Убей Наруто, если хочешь убить меня.
- Ради Мангъеко Шарингана? – С издевкой уточнил Саске.
- Нет. - Итачи обхватил Узумаки, притянув к себе вплотную. Продолжил говорить он уже
через его плечо. – Смерть Наруто автоматически станет и моей.
- Что это значит? – На секунду, на одну крошечную секунду Саске решил, что это шутка.
- Убей Наруто, Саске, - Итачи не шутил. – Это твоя единственная возможность покончить
со мной.
- Итачи! – Возмущенно воскликнул объект разговора.
- Я спросил. Что. Это. Значит?
Итачи провокационно, напоказ, зарылся в золотистые пряди, кончиками пальцев очертил
линию губ.
Саске хватило ровно на пять секунд. На шестую он швырнул прямо в голову
остолбеневшего Наруто кунай.
- С некоторых пор мы с Наруто связаны чакрой Кьюби, - Итачи не стал отбивать нож,
попросту перехватив его на лету в нескольких сантиметрах от расширившихся в панике
глаз Узумаки. – Помнишь, Саске? Я сказал, что Наруто поймал меня. Все так и есть.
- Отпусти меня, – выдохнул Наруто, оттолкнув от себя руку с кунаем. – Вы оба гребаные
психи! – Гневно заявил он, оказавшись на свободе. – Саске, теме, ты чуть не убил меня!
Братья как-то пугающе одинаково хмыкнули.
- Я думал, мы друзья, - сдавленно произнес Узумаки. – Я…
Покачнувшись, Наруто упал. Он сам не заметил, как закружилась голова и подогнулись
ноги. Вот он только что говорит, стоя между братьями Учиха, и вот уже лежит, ощущая
мелкие камешки и ветки под щекой. Все случилось слишком внезапно и слишком быстро.
- Что за..? – Простонал он, ощущая легкую тошноту. – Ттебайо, что это было?
Неловко Наруто поднялся на ноги. Огляделся. Итачи и Саске взирали на него с одинаково
каменными лицами.
- Эм… кажется, я все вспомнил, - с легким смущением пробормотал Узумаки. Едва его
взгляд упал на кунай в руке Итачи, как пришло осознание. – Зачем ты привел меня к
Саске?
Итачи не ответил ему. Он смотрел на своего младшего брата.
- Учиха Мадара. – Произнес Итачи. – Это тот, кто помог мне уничтожить клан.
- Он будет следующим, - отрывисто пообещал Саске.
Его слова рассмешили Итачи.
- Как всегда самонадеян, Саске. Ты знаешь, что Мадара был основателем нашего клана?
Он и Первый Хокаге создали Коноху. И он же пятнадцать лет назад подчинил Кьюби,
натравив на деревню. Ты серьезно веришь, что справишься с ним? С одной лишь своей
ненавистью?
- Не ты ли мне говорил, что только этого мне и не хватает?
- Наивный глупый Саске, - с насмешливым умилением посетовал Итачи. – Наруто в этом
намного старше и мудрее тебя.
Саске поддался вперед, едва ли не захлебываясь собственной яростью. Но в последнюю
секунду взял себя в руки. Он выше этого.
- Убей Наруто, Саске. И если я выживу, мы проверим, насколько сильным ты стал.
Наруто недоверчиво обернулся к старшему из братьев.
- Что-то ты слишком настаиваешь на его смерти, - прищурился младший, наблюдая и за
реакцией Узумаки. – Дай-ка угадаю: ты сам не можешь ничего сделать ему?
- Я связан, - повторил Итачи. – Лис убежден: если умрет Наруто, умру и я. Чакра демона
во мне не позволит и волоска тронуть на его голове.
- «Связан», - на губах Саске зазмеилась неприятная улыбка. – И зачем же мне
освобождать тебя, если могу просто убить?
Несколько мгновений Итачи стоял, не шелохнувшись. Но даже глаза Саске с
активированным Шаринганом не сумели уследить, когда старший Учиха оказался за его
спиной. Рука, объятая чакрой Девятихвостого, сдавила горло Саске, другая перехватила
его меч. Бинты, ранее наложенные Карин, вспыхнули огнем.
- Пока жив Наруто, тебе меня не одолеть.
Две пары алых глаз остановились на притихшем Узумаки.
- Давай, Саске, будь послушным младшим братом. Убей его. Получи Мангъеко. И
попробуй отомстить мне.
-…
- Разве Наруто не предал тебя?
-…
- Ты же так долго этого ждал, Саске.
- … Ты прав.
И мир окунулся во тьму.
Итачи ничего не видел кроме сплошной темноты. Сжав руку в кулак, он проверил
осязание, но так ничего и не ощутил. Четыре чувства из пяти отказали. Остался только
слух.
Где-то кричала женщина. Эхом ей вторил ребенок. Мужские голоса требовали бежать. Их
заглушил звон соприкоснувшейся стали. И стон. И плач.
- Итачи… - звал голос матери.
- Ясно, - констатировал он. – Ты получил Мангъеко. И это твой мир иллюзии.
- «Дзигоку», - голос Саске пронесся равнодушным дуновением ветра. («Jigoku» - с яп.
«Ад»)
- Ты создал собственную технику гендзюцу. Молодец, - сдержано похвалил Итачи.
- Итачи, мой родной, - голос матери то усиливался, то ослабевал.
- Жалкая попытка, Саске.
- Знаешь, в чем отличие Дзигоку от твоего Цукиеми?
Итачи было интересно.
- В Цукиеми ты сам выбираешь, что жертва увидит, услышит и почувствует. В Дзигоку
жертву наказывают собственные воспоминания.
- Что и следовало ожидать от моего сына, - грубоватый голос отца звучал тепло и подомашнему.
- Итачи, будь осторожен…
- Эта техника незакончена, - перебил Итачи наставления матери из прошлого. – Здесь
только голоса. Тебе не хватает образов, ощущений, запахов, вкуса.
- Мне было интересно, что же я услышу из твоих кошмаров, - задумчиво произнес Саске,
не отвлекаясь на критику своего творения. – Оказалось, это мать и отец. Я удивлен.
- Итачи, спускайся! Ужин готов.
- Нии-сан, я тоже хочу данго!
- Нии-сан, я смогу стать таким же, как ты!
- …смогу стать таким же, как ты!
- … таким же, как ты!
- … как ты!
Саске вслушивался в свой собственный, еще детский голос, полный восторга. И ЭТО
причиняет Итачи страдания? Бред.
Итачи поначалу не спешил освобождаться из иллюзии. Он хотел проверить, насколько
техника Дзигоку эффективна. И теперь жалел об этом. Слова маленького Саске снова и
снова били по концентрации, мешая избавиться от гендзюцу.
В реальном мире прошло не больше секунды. Вырвавшись из Дзигоку, Итачи увернулся
от сюрикена, принял на левую руку электрический разряд, едва избежал лезвия Кусанаги.
Саске бросил беглый взгляд в сторону Наруто и швырнул в его сторону кунай со
взрывной печатью. Как он и рассчитывал, Итачи среагировал, мгновенно отбив нож
ногой. Печать взорвалась слишком близко. Ударной волной Итачи отбросило, опалив
огнем.
- Эта «связь чакры» вынуждает тебя защищать его, - Саске едва не рассмеялся. – Все это
время ты был с ним против своей воли!
- В этой ловушке были и свои плюсы, - хмыкнул Итачи. Ожоги на плече и ноге исчезали
на глазах. – Не правда ли, Наруто?
- Ты был со мной… против своей воли? – Тихо, на грани слышимости спросил Наруто.
- Что тебя так удивило? – Обернулся к нему Итачи. – Мне нужен был Кьюби, Гаара
ненавидел тебя, Недзи презирал, Сакуру ты раздражал, для Кибы и Хинаты был пустым
местом. Неужели ты думал, что мы захотим по доброй воле следовать за тобой, быть с
тобой, Наруто? Это все сила демона. Ты тут не причем.
- Итачи, нет… подожди… я…
- Ты бегаешь за Саске в жалкой надежде спастись от одиночества, упрямо не замечая,
насколько ему на тебя плевать. Ты кричишь о своих глупых мечтах и лезешь в жизнь
каждого, навязывая свои принципы. Но, Наруто, - Итачи нежно провел рукой по щеке
Узумаки, - ты – выродок. А выродок никогда не станет Хокаге и никогда никого не спасет.
Наруто отшатнулся. Глубокое потрясение и почти физическая боль застыли на его лице.
- Так что, будь добр, покинь нас. Мне крайне неприятно ловить за тебя кунаи.
Наруто открыл рот, но так ничего и не сказал. С нервной, жалкой улыбкой он отступил в
тень леса, пока полностью не скрылся в его глубине.
- Даже для тебя это слишком, - с отвращением произнес Саске. – Этот кретин всегда всем
верит.
- Заступаешься за бывшего друга, Саске?
- Нет, - процедил тот. – Но я вобью твои слова тебе в глотку, ублюдок.
…
Над лесом разразилась гроза. С третьим ударом грома хлынул ливень. Настроение Наруто
сдохло окончательно.
Откровение Итачи выбило почву у него из-под ног. То, чего так отчаянно боялся Наруто,
подтвердилось.
Он. Поработил. Их. Всех.
«Выродок».
Да, и это тоже, конечно.
Насколько же Итачи и другие его на самом деле ненавидят?
Хотелось сдохнуть. Или хотя бы упасть в грязь, обливаясь слезами. Что-то внутри тянуло
и никак не отпускало.
А умирать нельзя. Итачи правильно сказал: умрет Наруто, умрут и все Хвосты.
Что делать? Как исправить?
Как жить?
Наруто так бы и сидел, жалея себя, но среди хаотичных мыслей всплыли и слова Итачи,
сказанные совсем недавно: «Враг я тебе или друг – для себя определить можешь только
ты».
Наруто постоял, подумал. А затем выматерился и поспешил назад.
Черт-с-два он будет делать так, как хочет Итачи. Там и Саске, в конце концов! И если уж
Итачи в ловушке фальшивых чувств, как сам утверждает, то какого хрена тогда он все
высказал теперь!? Еще и при Саске! Понятно же, что после таких слов тот не тронет
Наруто.
Ну, по крайней мере не убьет. Так, пару костей, разве что, переломает.
Но подобное никогда не могло остановить Наруто. Он же шиноби Скрытого Листа.
И это его путь!
34 глава
«Эмоций нет, есть только задание».
Сай уверен, что у него есть задание. Сай уверен, что у него нет эмоций.
Сай должен следить за Узумаки Наруто. Это его задание.
Саю нравится Узумаки Наруто. У Сая нет эмоций.
Где-то здесь была ошибка.
Сай выгораживает Узумаки Наруто перед Данзо. У Сая нет эмоций.
Где-то здесь точно закралась ошибка – маленькая такая, размером с гору.
«Эмоций нет, есть только задание».
У Сая есть задание. У Сая нет эмоций. Сай хочет переспать с Узумаки Наруто. Просто так,
потому что Узумаки Наруто нравится ему.
Здесь явно крылось нарушение приказа, но такое зыбкое, что Сай предпочел не обращать
на это внимания.
До дежурства Сая оставалось больше трех часов.
Чернильная мышь, детище техники Нарисованных Зверей, проскользнула мимо спящего
Какаши и расползлась по чистому свитку иероглифами. Иероглифы сообщали, что
Узумаки Наруто покинул убежище вслед за Учиха Итачи, встретился с Учиха Саске в трех
километрах к северо-востоку, затем прошел семьсот метров на запад, остановился,
повернул назад, прошел около ста пятидесяти метров и угодил в заминированную ямуловушку, где и лежит без сознания.
Сай свернул свиток.
…
Тсунаде не пила прошлым вечером – это она помнила точно.
В конце концов, она спала-то от силы три часа. Прямо здесь, в кабинете. А все из-за
Хьюга Хиаши. Он и старейшины, включая Данзо, явились к Хокаге с требованием
остановить Узумаки Наруто.
- Это раскол деревни, - утверждал Хиаши, демонстрируя глазам Тсунаде копию ею же
подписанного договора с Акахи. Наверняка, люди Данзо постарались. – Оба моих
наследника состоят в этой организации и отказываются исполнять долг перед семьей. И
теперь я узнаю, что они в любой момент имеют право покинуть Коноху! Я требую
немедленно вернуть Узумаки Наруто, как носителя Девятихвостого, в деревню и держать
его под присмотром.
- Для этого нет оснований, - стараясь сохранять невозмутимый и уверенный вид, ответила
Пятая.
- Узумаки Наруто – оружие Конохи, - степенная речь Данзо раздражала. – Как и любое
другое оружие, он должен быть под рукой и, главное, под контролем.
- Наруто – шиноби Конохи, а не оружие, - процедила Тсунаде.
- Ради безопасности жителей, мы должны укреплять деревню, - белые, невыразительные
глаза Хиаши прожигали насквозь. – Но Узумаки Наруто хочет ослабить нас. Он уже
перетянул на свою сторону наших детей. Он в любой момент может увести их в ту же
Суну. Я не желаю, чтобы мои наследники жертвовали собой ради какого-то
взорвавшегося мальчишки. Не для участи предателей я их готовил.
- Этот взорвавшийся мальчишка сделал для твоих наследников больше, чем кто-либо
другой! – Взорвалась Тсунаде. – И если они хотят следовать за ним, а не за тобой, значит,
он этого достоин!
Еще последние слова не отзвучали, а Хокаге уже о них жалела. Глядя на то, как окаменело
лицо главы Хьюга, она понимала, что это ей еще аукнется.
- Ты дерзишь, Тсунаде, - хмуро заметила Кохару. – Это не к лицу Хокаге.
- Мы должны ограничить свободу Узумаки Наруто, - настойчиво напомнил Данзо, – не
только потому, что его действия угрожают деревне, но и из-за Акацки. Мы не можем
допустить, чтобы им достался Кьюби.
- Акахи уже разобрались с двумя, - резко посмотрела в его сторону Пятая. – Наруто и
остальные создали организацию именно с этой целью.
- И это снова возвращает нас к вопросу опасности Акахи для деревни…
Тсунаде до хрипоты спорила со старейшинами, отстаивая право Наруто на свободу. Если
бы она уступила им в этом, то все, ради чего Наруто старался, обратилось бы в прах. Увы,
даже Хомура, знавший тайну освобождения Кьюби, не поддержал ее. Его тоже
беспокоило возросшее влияние Узумаки.
Если бы только Наруто продолжал бегать в поисках Саске да ходить на рядовые миссии,
нужда в подобном разговоре не возникла бы. Но нет, Наруто Узумаки стал вести себя как
лидер. Более того, как лидер с собственными принципами, с собственной силой и
собственными последователями. Он стал неуправляем.
Все, чего добилась Тсунаде, это перенести разговор на более позднее время, когда Наруто
вернется. Если уж старейшинам так хочется решить его судьбу, пусть попробуют
объяснить это Узумаки и его товарищам лицом к лицу.
Спор со старейшинами отнял несколько часов, в результате чего Пятая приступила к
своим прямым обязанностям ближе к вечеру. Само собой, настырная Шизуне не отставала
от наставницы до тех пор, пока та полностью не распределила миссии на день вперед.
И вот теперь несчастную женщину разбудил визгливый спор двух мальчишек.
За каким лядом генины приперлись в ее кабинет без наставника?
«Убью», - мрачно решила Тсунаде, открывая глаза. И вот тогда-то ее и посетила мысль:
может, под утро она все-таки выпила? Или почему мелкий Орочимару надменно цедил
умные фразы, а Дзирайя орал благим матом, то и дело порываясь пристукнуть напарника?
Поправочка: Дзирайя тоже был мелким.
- Какого, мать вашу за ногу, через #####, в #### и тройным тайным узлом?! – Довольнотаки мягко осведомилась Хокаге, вскочив с кресла.
Спор резко затих. Орочимару повернулся к женщине, демонстративно игнорируя
напарника, красное от злости лицо которого кричало о жажде змеюкиной крови.
- Этот кретин – идиот, - уведомил он Тсунаде, сложив руки на груди.
- Я идиот!? – Зарычал Дзирайя, брызгая слюной. – Из-за твоей подлой натуры я стал
таким! Ты, сволочь, всегда завидовал моему сильному большому телу! Верни его, гадина!
- Завидовал чему, прости? – Орочимару скривился. – Твоей харе с этой стремной
родинкой? Твоим волосам, о которые можно уколоться? Твоим лапам, по ошибке
названным руками? Твоему микроскопическому чле…
- А вот это уже наглая ложь!
Орочимару пожал плечами, не оспаривая протест.
- Тем не менее, я ясно дал понять, чтобы ты не совал свой нос, куда не просят. Мог и
просто сдохнуть, а не помолодеть, - едко заметил он.
Тсунаде внимательнее присмотрелась к замолчавшему Дзирайе. Тот стал на ладонь выше
нынешнего Орочимару, с крупной костью и потому несколько нескладный, все такой же
загорелый, в одном из, судя по расползающимся краям, кимоно Орочимару.
- Твои волосы! - Ахнула она, хотя именно волосы должны были броситься ей в глаза в
первую очередь. Шевелюра у Дзирайи осталась прежняя и своей длиной достигала почти
два метра. Хвост волочился бы по земле больше чем на четверть, и потому Дзирайя
завязал его, сложив надвое. Неровные концы топорщились во все стороны, создавая
белый ореол вокруг малинового лица.
- Я предложил ему отрезать этот кошмар, - прокомментировал Орочимару.
- Ага, щас! – Снова вспыхнул от возмущения несчастный. – Чтобы потом, когда я вернусь
в свое тело, они у меня остались короткими?!
- А кто сказал, что ты вернешься? – Фыркнул Орочимару.
- Не понял? – Осторожно, будто боясь сорваться, переспросил Дзирайя. – Я такой…
навсегда?
- На меня посмотри, – развел руками тот. – Мы в одной лодке, придурок. Пока не
восстановлюсь я, тебе тоже не стоит об этом мечтать.
- Как же так!? – Взвыл маленький отшельник, вцепившись себе в волосы.
Наверно, сказались нервы. Наверно, она просто устала. Но все же Тсунаде громко, во весь
голос…. заржала. Для простого смеха все было слишком запущено.
Само собой, Дзирайя огорчился еще больше. Орочимару поскучнел.
- Вы… вы… два недоумка…!
Тсунаде так долго боролась со старостью, а эти, походя, переплюнули все ее медицинские
техники и снадобья.
- Зла на вас не хватает!
- Зато, в отличие от этого ущербного, - похвастался Дзирайя, - моя чакра со мной! И я
могу ею пользоваться!
- Если ты сейчас покажешь мне язык, я его вырву, - пообещал Орочимару и добавил. – Я
серьезно.
Дзирайя ухмыльнулся. Его глаза блестели, ему явно хотелось что-то такое сказать или
сделать.
Странно, но и Орочимару криво улыбнулся. Похоже, весь комизм ситуации, в которую
они попали, наконец, выплыл на поверхность, преодолев прослойку ужаса.
- Я уже ничему не удивляюсь, - вздохнула Тсунаде и выдвинула средний ящик своего
рабочего стола.
«Саке?» - Пронеслась одна и та же мысль у мальчиков-Саннинов. Но Хокаге достала
нечто иное.
- Протекторы? – Дзирайя озадаченно уставился на две банданы с эмблемой Листа.
Орочимару смотрел в лицо Тсунаде.
- Пора снова их надеть, - с долей торжественности заявила она, протянув по одной
каждому. Орочимару хотел, было, пренебрежительно отказаться, но дальнейшие слова
женщины его остановили. – Для меня это очень важно. И если хоть одна скотина
откажется, отделаю как отбивную.
Вздохнув, Орочимару повязал на голове знакомую тяжесть металлической пластины.
…
«Самое гадское, - размышлял Сай, глядя на неподвижно лежавшего среди камней и грязи
Наруто, - что это все, скорее всего, инфекция».
Сай знал про Кьюби, знал про Хвосты, знал про Орочимару. Он же шпион, как-никак.
Шпион, который вешает лапшу на уши начальству и травит байки про аморальную жизнь
Узумаки.
Однажды Орочимару обмолвился, что вся резко возросшая популярность Наруто
напрямую связана с демоном. Возможно, чакра Лиса не только лечила Наруто и давала
силы, но и источала через его тело феромоны.
Саю не нравилось слово «феромоны». Здесь больше подходили «инфекция» и «болезнь».
Наруто – носитель инфекции: он заражал окружающих, но сам оставался здоровым.
Вполне логично, что Сай заразился.
Перед Саем стояла дилемма: убить Наруто или попробовать доставить его к Данзо
оглушенным. Хвосты могут их перехватить, и тогда задание провалится.
У Сая было задание присматривать за Узумаки Наруто и в случае крайней необходимости
остановить его. Саю на него плевать. Саю вообще на все плевать. У него нет эмоций.
- Уу, моя голова, - слабо пробормотал Наруто, одной рукой ощупывая затылок. Открыл
глаза, проморгался от льющего в лицо дождя, непонимающе уставился на Сая.
- А ты что тут делаешь, Сай?
Движения Наруто были заторможены. Сай успеет вогнать ему в сердце нож. Наруто
ничего и понять не успеет. Он ничего не почувствует. Задание превыше всего. Это для
Конохи.
- Принцесску спасаю, - с милой улыбочкой заявил Сай и помог Наруто подняться из
медленно наполнявшейся водой ямы.
- Меня оглушила взрывная печать, и я упал, - тупо уставился на спасателя Наруто.
- Ты неуклюжий как утка, - уведомил его Сай, выбираясь из ямы.
- Почему как утка? – Не понял Наруто.
- Она тоже оранжевая.
- Где ты видел оранжевых уток?!
- В книге.
Наруто не нашел, что сказать. Сложив ладони лодочкой, он дождался, пока наберется
дождевая вода, и плеснул себе в лицо, смывая грязь.
- Кстати, я все вспомнил.
- Тормозная жидкость закончилась? – Удивился Сай.
- Нет, - скрипнул зубами Наруто. – Блин, Сай! Тебе обязательно все время язвить?!
- Мне нравится, - честно признался тот.
- Да ты… Ах, черт! Там же Итачи с Саске!
Наруто сорвался с места и на полной скорости помчался, следуя ощущению, что
указывало ему на Первый Демонический Хвост.
Сай взвесил в руке отравленный кунай. Вздохнул. И выкинул его.
Может это и инфекция. Или даже феромоны. Но Наруто ему все равно нравился.
…
Наруто несся со всех ног. Дождь хлестал по лицу, обжигая не то холодом, не то жаром.
Земля превратилась в одну сплошную жижу с островками острых камней, по которой
стоило скорее плавать, нежели бежать. Потому Наруто и предпочел передвигаться по
деревьям.
Его не волновало, кто и зачем расставил ловушку со взрывной печатью. Это вполне могли
быть как Акацки, так и товарищи Саске. А может и свои.
Предрассветная, пасмурная тьма скрывала от его глаз весь мир, и лишь на расстоянии
вытянутой руки угадывались очертания веток и листвы.
Наруто знал, что Итачи его обманул. Тот специально ударил в самое больное место, чтобы
прогнать его. Непонятно только, зачем вообще было нужно приводить Наруто на встречу
с Саске и почти сразу прогонять? Возможно, проблема заключалась в резко вернувшейся
памяти?
- Проще наизнанку вывернуться, чем понять его мотивы, ттебайо! – Возопил Наруто с
досады.
- Да, такой уж Итачи у нас – сам себе на уме, - со смешком согласился с ним мужской
голос за непроглядной стеной дождя.
Наруто неуклюже остановился, едва не соскользнув с массивной ветки. Но как он ни
приглядывался, человека, заговорившего с ним, обнаружить не удалось.
- Кто ты!? Эй!
- Спешишь куда-то, Наруто?
- Покажись или проваливай, урод!
- А ты – знатная заноза в заднице, - хмыкнул голос. Определив, с какой стороны он
доносился, Наруто ринулся туда. За долю секунды до приземления он рассмотрел фигуру
в маске и черном плаще с красным узором. В следующее мгновение Акацки снова исчез с
поля зрения.
- Черт!
Пока Наруто всматривался в одну точку, Акацки напал сзади. Мощный удар кулака
пришелся на позвоночник. Наруто успел среагировать, пусть и не до конца, так что лишь
смягчил для себя удар, поддавшись вперед. Из глотки вырвался рык.
- Считай это маленькой местью за переманивание Итачи, - дружелюбно сообщил
противник.
Наруто бросился к нему. Попал, но почему-то промахнулся. Прошел насквозь.
- Да кто ты такой!?
- Итачи тебе не рассказывал обо мне?