close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Олег Канин
Елизавета Евсеева
СОДОМ
Драма в 2х действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Инна, домработница, 25-27 лет
Вита, дочь семейства, 20 лет
Мать Виты, 45-47 лет
Марк, ухаживает за Витой, 22 года
Действие первое
Картина первая
Дом. Вита и Марк сидят в спальне.
Вита играет на фортепиано. Марк слушает.
ВИТА. (Доигрывает) Тебе нравится?
МАРК. Очень. Так хорошо это делаешь.
ВИТА. А знаешь, мне не нравится, когда ты так говоришь.
МАРК. Почему же?
ВИТА. Впрочем, неважно! (Пауза) Сегодня я видела на улице кошку, мне было так ее
жаль. Мне так хотелось ее покормить, но у меня ничего с собой не было. Давай завтра
сходим, поищем ее?
МАРК. Послушай, я давно хотел тебе сказать…
ВИТА. Подожди, я не договорила.
Заходит Инна
ВИТА. Эта кошка так жалко выглядела, мне захотелось забрать ее домой. Я думаю, мы
завтра так и сделаем.
ИННА. Я могу здесь прибраться?
ВИТА. Марк, познакомься, это наша новая домработница - Инна. Она уже несколько
недель у нас работает, но пока тебя не было, я все не могла вас познакомить.
МАРК. (Кивает Инне) Я должен идти, но обязательно тебе скажу, позже.
Марк уходит, Вита, и Инна остаются наедине
ИННА. Давно хотела спросить, у вас столько книг, много читаете?
ВИТА. (Отвернута, смотрит в зеркало) Это отцовские.
ИННА. А сами вы не читаете?
ВИТА. Читаю, иногда, когда время позволяет.
ИННА. И что вы читаете?
ВИТА. Разное, по настроению, а что?
ИННА. Очень хорошая библиотека, правильный вкус!
ВИТА. Отец давно увлекается этим, всегда любил читать. Но он редко об этом говорит,
читает в основном мужские книги, или же романы серьезные.
ИННА. И вправду, он очень молчалив. (Пауза) И, кстати, с этим очень удобно работать. Он
не требователен особо.
ВИТА. Только, пожалуйста, не злоупотребляйте этим. Он хоть и скромен, но строг, а так
же, очень внимателен! Я на себе это тысячу раз проверяла. Хотя, как человек он очень
добрый и приветливый, пусть за несколько недель этого и не понять, но все же.
Пауза
ИННА. А это ваш друг?
ВИТА. Кто? Марк?
ИННА. Который только что вышел.
ВИТА. Нет, не друг.
ИННА. Просто он так на вас смотрел.
ВИТА. Как смотрел?
ИННА. Неравнодушно.
ВИТА. Правда?
ИННА. Ну, мне так показалось.
ВИТА. Нет, навряд ли.
Пауза. Вбегает Марк.
МАРК. Вита!
ВИТА. Что случилось?
МАРК. Я же забыл, я хотел тебе сказать о билетах… на завтра на фотовыставку.
ВИТА. Ты обещал мне завтра помочь найти кошку.
МАРК. Где ты ее видела?
ВИТА. Ну, там, большой дом, возле парка.
МАРК. Мы успеем ее забрать.
ИННА. А что за выставка?
МАРК. “Урбанистические виды”
ИННА. Мне она очень понравилась. Обязательно сходите.
ВИТА. А когда вы успели?
ИННА. Это очень популярная выставка, она не только здесь проходила.
ВИТА. И в правду стоит?
ИННА. Я думаю да, в любом случае вы ничего не потеряете.
МАТЬ. (Выкрикивает) Вита, звонила Наташенька, просила, чтобы ты отнесла ей какие-то
вещи.
ВИТА. Как я забыла. Марк, проводи меня до двери. Инна, если вам интересно, дальше на
полках стоит поэзия различных годов, посмотрите.
ИННА. Непременно.
Вита и Марк спешно уходят.
Картина вторая
Та же спальня, следующий день.
ВИТА. Вы сказали, что она вам понравилась? Чем же?
ИННА. Я люблю черно-белые фотографии.
ВИТА. Но они же некрасивые.
ИННА. Понимаете Вита, очень важно, что именно вы находите красивым. (Пауза) Что же
тогда красиво?
ВИТА. Мне не нравятся пейзажи сами по себе. Это искусство повторения. Да, может быть
фотография, и создана для этого, но мой глаз увидит лучше, впрочем, как и ваш тоже. Мне
больше нравятся люди, их эмоции. Что-то в этом роде, мгновенное, изменяющееся,
неограниченное.
ИННА. Странно, по вам и не скажешь. Я думала, что здесь новизна сыграет свою роль!
ВИТА. Почему по мне и не скажешь? Всегда была предрасположена к искусству.
ИННА. Не знаю… Просто, не замечала за вами такого. Я думала, вам нравится другое.
ВИТА. Вот именно, что не замечали. (Пауза) Так сразу вообще тяжело что-либо заметить.
Я привыкла, что особо никуда не хожу, да и вообще, мне чуждо что-то новое.
ИННА. Чуждо новое?
ВИТА. Нет, вы не правильно меня поняли. Я хотела сказать, что тяжело переношу
перемены в жизни. Я к ним не готова. Может быть, еще, поэтому как-то особенно смотрю
на мир, не знаю точно.
ИННА. Что же в таком случае вам нравится?
ВИТА. Мне нравится, когда все как-то по-настоящему. Когда я смотрю на фотографию,
либо же картину… Я вижу, что это- жизнь! А эти, так называемые “Урбанистические
пейзажи”… Знаете, такое ощущение. Сядьте! (Шепотом) Мне кажется, что я иногда сама
не своя.
Инна садится
ВИТА. Мне порой снятся сны. В них я вижу одного и того же человека… То есть парня. И
я разговариваю с ним, у нас с ним завязываются, ну… те самые отношения (смущается).
Но, знаете, одновременно он мне омерзителен. Я не могу ничего поделать. Вот, вы
говорили, что Марк что-то ко мне испытывает, но, знаете, я не хочу, чтобы это оказалось
правдой. Порой я его так сильно ненавижу, что я сама даже не понимаю, почему так. Когда
все идет хорошо, меня это раздражает еще больше. Давно не случалось того, что бы я с
жадным интересом проникалась кем-то. Ведь и человек это не плохой, и зла никто никому
не желает, а все неправильно.
ИННА. Вы знаете…
ВИТА (перебивает) У вас никогда не было такого чувства, что вы будто не вы? Я словно
смотрю на себя со стороны. И мне кажется, что все не так. Я пытаюсь поставить себя на
место другого человека, так мне жизнь кажется лучше, привлекательнее, веселее. Но! Это
не моя жизнь, я живу чей-то чужой… Вы понимаете, что я совсем запуталась? Во мне не
осталось того истинного я, что мне когда-то нравилось. Я начинаю презирать собственное
существование. Простите за пафос или что-то в этом роде, но это так!
ИННА. Не преувеличивайте.
ВИТА. Можно я тебе кое-что скажу? (Пауза) Мне кажется, ты сильная!
ИННА. Что простите? Сильная?
ВИТА. Я вижу, как ты смотришь на меня. И я чувствую это, уже не первую неделю. Это
постепенно нарастает. Видимо от того, что в целом ты новый человек, хотя я уже
привыкла к тебе. Вижу в тебе… Независимость. Ты не принадлежишь этому времени, ни
этому месту. Сама по себе. И все это в другом измерении, внутри тебя.
ИННА. Вовсе не сильная, нисколько.
ВИТА. Мне так не кажется.
Пауза. Инна подходит к окну
ИННА. Ты меня плохо знаешь. Сильные это те, независимые, на которых нельзя оказать
влияние.
ВИТА. Да нет же! Мне наоборот кажется, что я знаю тебя лучше, чем других. Хоть мы и
знакомы совсем немного. Странно, правда? (Пауза) Ты не подумай, это комплимент. Я
давно это хочу тебе сказать.
ИННА. Спасибо конечно, но мне не нравится этот разговор. Я не хочу об этом говорить.
Извини меня.
ВИТА. Все. Все. Давайте поговорим о чем-нибудь другом.
Пауза
ИННА. (Ходит по комнате, поднимает книгу, начинает читать) Я полагаю, что человеку,
который начитался классической литературы выстрелить в себе подобного гораздо
затруднительнее, чем человеку, этой литературы не читавшему. И речь идет не об
образовании, а об образовании речи. Грамотный образованный человек легко может
выстрелить в другого и испытать удовольствие убеждения. (Смотрит на Виту) Откуда у
тебя этот текст?
ВИТА. Я взяла его из отцовского шкафа. А почему ты так встрепенулась?
ИННА. И ты веришь в это?
ВИТА. Во что?
ИННА. В убийство на почве убеждения?
ВИТА. Не знаю, я не думала об этом. А ты?
ИННА. А мне кажется, это правда. Мне не так сложно убить человека. (Пауза) Иногда я
готова убить свою мать за то, что она играет на публику. Ей так это важно!
ВИТА. А кто не играет?
ИННА. Когда мне исполнилось одиннадцать лет, мой отец повез меня в сосновый бор. И
все было так естественно, так по-доброму, что именно тогда я чувствовала, что он самый
настоящий человек. В этом моменте не было никакой игры! Абсолютно!
ВИТА. А что было дальше?
ИННА. (Подходит к двери) Ничего. Ты не будешь против, если я продолжу работу?
ВИТА. А можно я тебе еще кое-что расскажу потом?
Инна не дослушав, быстро уходит.
ВИТА. Нет, она определенно сильная. Господи, я хочу на нее походить. (берет книгу,
листает). Она такая умная. А что я… Что я для нее? Пустое место. Ей неинтересно
общение со мной. Я должна смириться с этим.… Нет! Я не могу! (ложится на кровать,
засыпает)
Действие второе.
Картина первая
Наступает утро. Инна заходит в комнату за книгой, старается не шуметь. Вита,
услышав ее, просыпается.
ВИТА. Знаешь, ты мне снилась.
ИННА. Прости, я тебя разбудила? Увидела еще вчера томик У.Х.Одена, хотела взять
почитать.
ВИТА. (Не слышит ее, продолжает говорить) Полностью сна я конечно не помню, но ты
спала. В моем сне ты спала, а я просто сидела рядом и любовалась тобой. Потом ты
внезапно начала кричать.
ИННА. Я просто кричала?
ВИТА. Нет. Сначала это были какие-то нечленораздельные звуки, потом я отчетливо
слышала “Мамааа. Мамааа”. Потом ты начала стонать и размахивать руками в разные
стороны. Я еле как тебя утихомирила. Потом на твоем лице появилась улыбка и…
ИННА. Какие-то странные у тебя сны.
ВИТА. (Встает с постели) А все странно, понимаешь? Вообще, все это так странно! Как
я тебе сказала раньше. Даже не то, чтобы странно, я просто не совсем понимаю, почему
это оказывает на меня влияние.
ИННА. Что оказывает на тебя влияние? Я?
ВИТА. Мелочи.
ИННА. Какие же?
ВИТА. (Пауза) Мне сложно это сформулировать.
ИННА. Если тебе тяжело об этом говорить, я не настаиваю
ВИТА. Я все думала про эти убийства и классическую литературу, про твоего отца…
ИННА. Я тебя не понимаю
ВИТА. Пожалуйста, не дави на меня. Я скажу, но дай мне собраться.
ИННА. Мне кажется, это вновь твои фантазии.
ВИТА. Да откуда тебе вообще знать, придумываю я или нет?
ИННА. А как же это еще назвать?
ВИТА. Просто я впечатлительная.
ИННА. Так что же оказывает на тебя влияние?
ВИТА. Не знаю, ты новый человек для меня, другой. Мне хочется узнать тебя ближе.
ИННА. (Держит долгую паузу) Ты смущаешь меня. Почему-то я не могу расслабиться
рядом с тобой.
ВИТА. Я раздражаю тебя, да? Тебе неприятно разговаривать со мной?
ИННА. Нет. Я просто не понимаю твой нездоровый интерес ко мне. Тебе больше некому
открыться? Как же твои родители? Почему ты говоришь именно со мной?
ВИТА. Я хочу увидеть в тебе друга. Точнее, я увидела в тебе друга. Я не знаю, может, это
странно, но я верю тебе.
ИННА. Ты даже не спросила меня, хочу ли я этого. Может, я не хочу ничего с тобой
обсуждать. Веришь ты мне… Да как ты можешь мне верить?! Я родителям своим не верю,
хотя знаю их со дня моего рождения. Как ты можешь верить? В меня? Да что с тобой!
Пауза
ВИТА. Я не знаю, не спрашивай меня об этом, пожалуйста. Зачем вообще такое
спрашивать. Неужели я так неприятна тебе?
ИННА. Я не говорила этого. Я просто сказала, что мне тяжело.
ВИТА. Как мне сделать так, чтобы ты чувствовала себя комфортно?
ИННА. Я не хочу обсуждать эти вещи.
ВИТА. Я была готова к этой реакции, но ничего, не хочешь, так ладно, ничего страшного.
А кстати!
ИННА. Что?
ВИТА. Сегодня мама мне предложила съездить к бабушке, предложила взять с собой
Марка. А я не хочу.
ИННА. Почему?
ВИТА. Он снова начнет мне надоедать. Все эти его намеки, подарки. Я так устала от этого.
ИННА. Поезжай тогда одна.
ВИТА. Не хочу. Я не хочу оставаться одна.
ИННА. Ну не езди вообще, что ты хочешь-то?
ВИТА. Не хочешь со мной?
ИННА. Я бы с радостью, но твоя мама меня никуда не отпустит.
ВИТА. А если я ее попрошу?
ИННА. Нет, Вит. Мне надо работать, мне нужны деньги.
ВИТА. Ладно. (Отвернулась. Обиделась) Я поеду одна. Можно тебя о кое-чем попросить?
ИННА. О чем же?
ВИТА. Ты будешь мне звонить?
ИННА. Хорошо.
ВИТА. Знаешь, я тебе еще недавно соврала. Точнее, не соврала, а не договорила. Сегодня в
моем сне у тебя была улыбка. Но.… Потом твое лицо стало бледным. Ты… Ты умерла. И
мне стало так жутко, Инна. Я сидела возле твоей кровати и не могла промолвить и слова.
Потом я пыталась говорить с тобой, но ответа не последовало. Инна, мне так страшно! Не
знаю, почему я не рассказала тебе сразу. Ты, такая молодая, умерла у меня на глазах.
ИННА. И что в этом такого?
ВИТА. Тебе не страшно? Ты не боишься?
ИННА. Смерть- это вообще самое прекрасное, что только может быть. Одно из самых
прекрасных явлений. Жизнь не заставляет терпеть, но мы не знаем что там.
Пауза
ВИТА. И часто ты думаешь об этом?
ИННА. Время от времени.
ВИТА. Хочешь, я поговорю с мамой? Она поможет тебе.
ИННА. (Выкрикивает) Хватит, Вита. Пожалуйста, хватит. Я сказала, что буду звонить
тебе. Остановимся на этом.
Картина вторая
Вита в отъезде, ей звонит Марк.
МАРК. Я давно тебя не слышал. Как у тебя дела? Я недавно смотрел кино с Луи Гаррелем
в главной роли. Помнишь, мы смотрели с тобой.
ВИТА. Конечно, помню. Кстати, ты не заходил ко мне домой? Ты не разговаривал с мамой
в последнее время?
МАРК. Да, виделись. Все хорошо. А что, она тебе не звонила?
ВИТА. Звонила... Просто у тебя хотела спросить. Ты нашел работу?
МАРК. Нет, обещали позвонить. Я сам вчера звонил, но было занято. Денег нет.
ВИТА. Много куда звонил?
МАРК. А, ну по тем номерам, что тогда мы с тобой нашли. И вообще у меня настроение
испортилось. Целый день не знаю чем себя занять. Хожу из одного угла в другой. Потом
сел смотреть передачу про животных, там было…
ВИТА. А ты ходил искать ту кошку?
МАРК. Ходил, но не нашел. Наверное, кто-нибудь ее уже забрал. А. Кстати, мы виделись с
твоей мамой на рынке. Она с Инной покупала продукты к дню рождения твоего отца. Она
меня пригласила, кстати. Ты же вернешься ко дню рождения?
Большая пауза
ВИТА. Что? А, да, успею. А Инна ничего не говорила?
МАРК. Нет, а что?
ВИТА. Нет. Ничего. Ладно, мне пора идти.
МАРК. Подожди, я хотел тебе кое-что сказать…
Вита кладет трубку.
Она приезжает. Ее спальня, этим вечером.
ИННА. Ты уже вернулась!
ВИТА. А как вы здесь без меня?
ИННА. Как съездила? Как бабушка?
ВИТА. Хорошо. Все хорошо. Ты как?
ИННА. Да что я… Работа каждый день. Прочитала, кстати, ту книгу. Помнишь ту, которую
я у тебя нашла. Надеюсь, ты не против? Что еще… Недавно тут приходил мой бывший
муж. Принес конфеты, начал извиняться за прошлые ошибки. Просил меня вернуться к
нему.
ВИТА. И ты согласилась?
ИННА. Пока нет. Я еще не решила. Слишком уж много я от него натерпелась. Всякое
было. И теперь всего его слова я могу воспринимать только как ложь.
ВИТА. Ну не общайся с ним. Просто игнорируй.
ИННА. Так я тоже не могу. Вит, я с ним знакома уже больше пяти лет. Я не могу просто
так выбросить его из своей жизни.
ВИТА. Тогда я не знаю. Я бы все равно на твоем месте не стала бы ничего возобновлять.
ИННА. Да, но… Все же что-то еще есть. Я не знаю…
ВИТА. Мне казалось, ты другая.
ИННА. Какая?
ВИТА. (Пауза, встает) Почему ты мне не сказала про мужа?
ИННА. А должна была?
ВИТА. Подожди. Просто мы с тобой однажды разговаривали, и я так поняла, что у тебя
никого нет.
ИННА. Зачем мне вообще о нем говорить?
ВИТА. Потому что я была честна с тобой!
ИННА. А я разве нет? Я разве где-то обманывала тебя?
ВИТА. Мне показалось, что я чем-то тебя обидела.
ИННА. Нет.
ВИТА. Ну почему же ты не сказала об этом?
ИННА. Потому что я не хотела.
ВИТА. Просто мы тогда говорили о смерти, о твоем отце. Мне казалось, что я могу понять
тебя, если бы ты сказала и про мужа, я поддержала бы тебя. Зачем тебе держать это в себе?
ИННА. Вита, я не хочу!
ВИТА. (Повышает голос) А о смерти? О смерти ты хотела говорить?
ИННА. Почему ты кричишь?
ВИТА. А о классической литературе?
ИННА. Я не понимаю к чему все это.
ВИТА. Ответь мне!
ИННА. Да. О смерти хотела!
ВИТА. А почему ты нервничаешь?
ИННА. Потому что ты давишь на меня.
ВИТА. Мне немного неприятно это! Знаешь, нельзя изначально говорить о своих страхах,
прихотях и откровениях, а потом еще и утаивать что-то!
ИННА. А что я должна была сразу все проблемы вывалить на тебя? Я же не ты!
ВИТА. Что? Не я? А что я? Что со мной не так?
ИННА. Сразу начала мне говорить, что ты странная. Все эти твои разговоры про
бессмысленность своего существования. Думаешь, мне приятно было это слушать? Меня
это не касалось. Я вообще не понимаю, как ты начала такое говорить едва знакомому
человеку.
ВИТА. Могла бы уйти, раз так не хотела это слушать. Я думала, что мы близки.
Оказывается, что…
ИННА. Что? Близки? Когда мы стали с тобой близки?
ВИТА. Когда?
ИННА. То есть ты даже здесь не находишь ничего странного?
ВИТА. Знаешь, я только лишь хотела увидеть в тебе друга, я хотела чувствовать твою
поддержку. Ты спросишь почему? Ты действительно хочешь это знать?
ИННА. Не дави на меня, пожалуйста. Я не должна тебе ничего.
ВИТА. (Продолжает свою речь) Да потому что я с тобой могу говорить. А еще.… Еще я
хочу, чтобы ты знала меня.
ИННА. Зачем тебе это?
ВИТА. Потому что так я живу. Я привыкла к таким вещам, если мне что-то хочется, я
всячески стараюсь это получить. Нельзя меня обвинять в этом, это заложено во мне
ИННА. А что заложено у меня, это уже в десятую очередь видимо…
ВИТА. Я начинаю тобой интересоваться, но ты закрываешься. Знаешь, ты словно какая-то
звезда, я все пишу тебе письма, а ты не отвечаешь. А мне грустно от этого, нет, даже
отвратительно злобно, по-другому и не скажешь. И я не виню тебя, это почтальон потеряет
письмо, то у меня нет денег, что бы его отправить, но мне обидно. Обидно от того, что ты
все это видишь и ничего не предпринимаешь, абсолютно ничего.
ИННА. У тебя жизнь другая, мир у тебя свой, ты не можешь меня понимать.
ВИТА. Столько говорила и на тебе.
ИННА. Ты только и говоришь, а я все слушаю и слушаю тебя
ВИТА. Оставь меня, пожалуйста, сейчас у меня нет никакого желания разговаривать.
Картина третья
Прошло несколько дней. Инна и мать Виты.
МАТЬ. Скажите Инна, а вы не устаете так много работать?
ИННА. Это же мелочи, я и не такое делала
МАТЬ. И нисколько не утомляетесь?
ИННА. Нет, мне в удовольствие. Я работала прежде там, где нужно нести большую
ответственность за свои действия. Нет, вы не подумайте, что я выбрала легкий путь,
просто я стала убеждаться в том, что жизнь мне преподносит время от времени сюрпризы.
Поэтому я у вас, но я стараюсь быть легкой с вами, не нарушать вашу зону комфорта, а
наоборот создавать ее.
МАТЬ. Конечно, у вас это очень хорошо получается, ей богу, приятно смотреть. Я ведь
почему спрашиваю, я вижу, что дочь какой-то активной стала. (Пауза) Скажите, а у вас нет
детишек?
ИННА. Нет
МАТЬ. Ой, это вы зря. Это прекраснейшее ощущение. Вот знаете, что бы ни происходило
в жизни, а только посмотришь в эти большие детские глаза, и все, мир совершенно в
другом свете видится. А как же, как же вы так?
ИННА. Без мужа-то?
МАТЬ. Да
ИННА. Мы не сошлись характерами
МАТЬ. А сколько же вы прожили?
ИННА. Несколько лет
МАТЬ. И уже успели сделать выводы о характере? Нет, так никуда не годится. Это вы
быстро, очень даже быстро.
ИННА. Я очень быстро привыкаю к уважению, а там, как я не старалась, ничего не
получилось
МАТЬ. А что, бил да? Тиранил?
ИННА. Да лучше бы бил
МАТЬ. А что тогда? Ах, кажется, я догадываюсь, у него кто-то есть да?
ИННА. Нет, все намного проще, неужели вам это интересно?
МАТЬ. Но вы настолько привлекательна, мне даже как-то неловко с вами об уборке
говорить.
ИННА. Ничего страшного
Пауза
МАТЬ. Так вот же, Вита.
ИННА. Что, Вита?
МАТЬ. Да, именно она! (Говорит тише) Мне кажется, ей все сильнее приглянулся Марк.
ИННА. Я не знаю, меня это не касается
МАТЬ. А со стороны это как смотрится? Как вы думаете?
ИННА. О чем вы?
МАТЬ. Ну, вы знаете Инна, она стала какой-то подозрительной. Она в таком хорошем
настроении. Нет же, я никак не против ее настроений, я просто чувствую, что Марк
оказывает на нее какое-то внимание.
ИННА. Я, конечно, не знаю, но он настойчив.
МАТЬ. А я о чем же? Именно настойчив! Даже очень, хотя, раньше она его боялась, а
сейчас лучше.
ИННА. Боялась?
МАТЬ. Ой, Инночка, вам ли не знать?
ИННА. О чем именно?
МАТЬ. Ну, понимаете, дело-то такое.
ИННА. Она холодна к нему
МАТЬ. (С испугом) Вы уверены?
ИННА. Нет
МАТЬ. Инна, подойдите. Посмотрите. (Показывает небольшой листок)
ИННА. Что это?
МАТЬ. А вы прочитайте!
ИННА. (Зачитывает) Многие считали, что я отличная слушательница. Смешно, не правда
ли? Я хочу сказать, что никто никогда не поинтересовался выслушать меня. Я имею в виду
так, как ты это делаешь сейчас. Ты ведь слушаешь меня! (Обращается к Матери) Это все!
МАТЬ. И что бы это могло значить?
ИННА. (Отходит от матери, пытается отвлечься уборкой) Не знаю
МАТЬ. Я поэтому и говорю, хотя, странно как-то. А что, я всегда ее обо всем спрашиваю,
но ничего не говорит мне. Что же творится в ее голове? Понять-то можно, но мне кажется,
Марк начал проявлять знаки внимания настойчивее, и она открылась ему. Ох, но мне бы
не хотелось ошибиться, ведь она такая ранимая.
ИННА. Она забавная
МАТЬ. Ой, вот тут в самую точку. С самого детства выдает какие-нибудь казусы. А как
что-нибудь скажет, это очень забавно. Она когда маленькая была, у нас значит много
гостей, так она что как скажет про папу при всех, мы все и смеемся, а она бегает, ей тоже
забавно. Инна, а почему вы такая хмурая? У вас что-то случилось?
ИННА. Немного болит голова
МАТЬ. Вы не больны?
ИННА. Нет, такое бывает
МАТЬ. Может быть вам нужен отдых?
ИННА. Что вы, эта работа и есть отдых настоящий
МАТЬ. А спите вы хорошо?
ИННА. Более чем!
МАТЬ. Вы знаете, я где-то читала, что если не давать человеку видеть сны, ну или какнибудь закрыть доступ ему в подсознании, что он сам сойдет с ума. Постепенно,
медленно… Ужасно!
ИННА. И вы верите в это?
МАТЬ. Я уже и не знаю, во что верить! Порой что-нибудь в жизни встретится, так
думаешь, что на всю жизнь, а оказывается так, мелочи, ничего особенного
ИННА. Как же? Совсем?
МАТЬ. Все в детство уходит. На самом деле я постоянно так в нем и живу, никуда не
уходила. Мне кажется, что ко многому я все еще не готова. Как и дочь родила, не
представляю, но что-то еще должно произойти, мне бы этого очень хотелось!
ИННА. И чего бы вам хотелось?
МАТЬ. Да разве это имеет какое-то значение?
ИННА. Вы добра, мне кажется, весь мир вам будет способствовать!
МАТЬ. Вам только кажется, я наоборот, чем старше становлюсь, тем все больше не могу
найти поддержки и утешения. (Пауза) Утешение нужно искать самой, нельзя
рассчитывать, что рядом окажутся люди, готовые разделить твое горе. Скорее наоборот,
нужно плакать, молча, чтобы никто не услышал. (Пауза) Я, поэтому и переживаю за дочь.
А вдруг с ней окажется не тот человек?
ИННА. К сожалению, мы не можем это контролировать, и ваш опыт она тоже перенять не
может.
МАТЬ. Здесь даже к лучшему, но послушает ли она меня в чем-то? Она ведь растет
ИННА. Радуйтесь, так наоборот и случается, чем мы старше, только так и понимаем эти
вещи.
МАТЬ. Может быть вы и правы
ИННА. Знала бы я сама хоть что-нибудь. Я если честно, тоже еще никуда из детства не
уходила.
МАТЬ. Признаться вам честно? (Говорит тише) У Виты его толком и не было.
ИННА. Почему же?
МАТЬ. Это моя ошибка, полностью моя
ИННА. Вы же мать, почему вы так говорите?
МАТЬ. Я была слишком строга с ней, вы думаете это плохо?
ИННА. Почему?
МАТЬ. Я всего лишь хотела сделать так, что бы из нее получился хороший человек, но
чувствую, что дочь как будто не родная, а иногда родная, не знаю. Я очень запуталась,
усталость сказывается.
ИННА. А что, разве Вита может быть плохим человеком?
МАТЬ. Она очень ведомая, она очень воздушная. Она похожа на сувенир, такой маленький
и красивый, который призван дарить радость и умилять детей. Но чем она старше, тем она
все больше и больше на него походит. И моя строгость здесь не помогает, она так же
остается такой же девочкой, за это я более остального боюсь.
ИННА. Мир не так плох, как кажется
МАТЬ. Он непредсказуем
ИННА. Уверена, что больше всего вы не желаете себе и своей дочери “предсказуемости”.
МАТЬ. С этим тоже не поспоришь. Я просто очень люблю свою дочь
ИННА. Она много говорит о вас
МАТЬ. И что она говорит?
ИННА. О вашей теплоте и заботе
МАТЬ. И нисколько это не презирала?
ИННА. А должна?
МАТЬ. Вполне могла, так как иногда я не знаю в этом меры
ИННА. Бросьте, она же девушка
МАТЬ. Ну и что?
ИННА. Любите ее так, насколько сил хватает, мне всегда так говорили
МАТЬ. Вот я так и люблю, поэтому так сильно и боюсь
ИННА. Не бойтесь, вы не одна такая. Каждая мать любит свое чадо с каждым днем все
сильнее и сильнее, это нормально
МАТЬ. Знаешь, это странно!
ИННА. Что же в этом странного?
МАТЬ. (Пауза) Обстановка странная сейчас
ИННА. Почему?
МАТЬ. Я не чувствую, что ты младше. Ты говоришь все это, но у тебя такой ровный
взгляд, без эмоций и какой-то легкости. Знаешь, как будто ты старше. Не знаю, просто так
получилось, не обижайся, пожалуйста, я не хотела тебя обидеть.
ИННА. Наоборот, мне даже приятно
МАТЬ. Правда?
ИННА. Да
МАТЬ. Но вещи ты и вправду хорошие говоришь
ИННА. Вам и не надо их говорить, вы сами их прекрасно знаете
МАТЬ. Ну, ты так это сказала, словно поддержала меня, как будто силой такой, уверенной
что ли
ИННА. Я не сильная, отнюдь
МАТЬ. Иногда ты производишь впечатление другого человека
ИННА. Вы просто не обращали внимание
МАТЬ. Может быть
ИННА. Да и не стоит на меня много обращать внимания
МАТЬ. Я сама не ожидала, что смогу так с тобой поговорить, так немного, но о многом!
ИННА. (Пауза) Еще немного и я закончу уборку здесь, и перейду к кухне
МАТЬ. Хочешь, я как-нибудь тебе помогу?
ИННА. Нет никакой необходимости
МАТЬ. Мне тоже не сложно
ИННА. Я тогда к вам обращусь, как мне что-то будет нужно
МАТЬ. Если я тебе понадоблюсь, я всегда рядом.
Инна сидит одна в комнате без света. Вечер этого дня. В комнату заходит Вита.
ВИТА. Что ты одна здесь делаешь?
ИННА. У меня заболела голова
ВИТА. А почему ты одна?
ИННА. Все мы тут одни!
Пауза
ВИТА. Я стараюсь поддержать тебя, а ты сопротивляешься мне, почему ты так? За что? Я
что-то сделала плохое?
ИННА. Ты давишь на меня, у меня порой складывается такое чувство, что я тебе что-то
должна, а и не должна одновременно
ВИТА. Разве искренне интересоваться, чувствовать близкого человека, значит это давить?
Ты это называешь так?
ИННА. Я говорю о других вещах, о твоих привычках
ВИТА. О каких?
ИННА. О какой-то твердолобости, наивности какой-то
ВИТА. О чем ты говоришь? Я не понимаю тебя, подскажи, где же я ошиблась?
ИННА. Нигде, просто ты не слышишь меня
ВИТА. В чем именно я тебя не слышу?
ИННА. Когда я говорю, хватит, для тебя эти слова абсолютно ничего не значат, ты
продолжаешь давить
ВИТА. Кажется, я понимаю, о чем ты!
ИННА. Мне неловко разговаривать с тобой, я смущаюсь, мне тяжело к тебе привыкнуть
ВИТА. Хорошо, я буду вести себя как раньше, как всегда вела
ИННА. Сейчас это ничего не изменит, абсолютно
ВИТА. Все потому, что ты другая?
ИННА. Ты тоже другая
ВИТА. Да, но тебя это беспокоит?
ИННА. Я не понимаю многого, зачем я здесь и что мне нужно
ВИТА. Так я же стараюсь тебя поддержать
ИННА. Мне твоя похвала, что зола!
ВИТА. Серьезно? Ты это серьезно говоришь?
ИННА. А что, это похоже на шутки?
ВИТА. Тогда я еще больше не понимаю, ничего не понимаю
ИННА. А ты никогда и не пыталась этого понять
ВИТА. Откуда тебе знать?
ИННА. Ты маленькая, пустая, но красивая
ВИТА. Зачем ты обижаешь меня?
ИННА. В этом и есть твоя проблема
ВИТА. До этой минуты я думала, что проблемы у тебя и всячески старалась тебе помочь,
но выходит, что я во всем и виновата.
Пауза
ВИТА. Ты любишь вот так издеваться? Ты находишь это забавным?
ИННА. Ты сама над собой издеваешься
ВИТА. А во что ты вообще тогда веришь? Во что?
ИННА. Вера для меня полное мучение. Ты не знала этого? Будто кто-то прячется внутри
меня, далеко, но докричаться я до него не могу, и уж тем более, когда кто-то пришел по
приглашению, нежели я сама его позвала. И я искренне верю, что моя вера не
принадлежит никакой религии.
ВИТА. Я не люблю, когда ты так разговариваешь, просто отвратительно. Мне очень
хочется тебя ударить, потому что нельзя Инна
ИННА. А кто вообще устанавливает, как можно и как нельзя? Почему ты вообще решаешь
то, как и с кем, мне будет лучше? Зачем ты убеждаешь меня в чем-то?
ВИТА. Я захотела этого
ИННА. Чего?
ВИТА. Нет, мне извиниться за это? Ты скажи, я извинюсь!
ИННА. Мне кажется, ты сходишь с ума потихоньку, ты просто иногда говоришь полный
абсурд.
ВИТА. Ну, ты же сказала, что я пустая, но красивая.
ИННА. Красивая
Пауза
ВИТА. А ты с характером!
ИННА. Что?
ВИТА. Все, что меня окружает, все красивое. И мама с папой, и фасады какие-то, и
красивые настроения, даже Марк иногда красивый. Всех я могу увидеть в красивой
одежде, но тебя я увидела с характером…
ИННА. Я ничего тебе не должна
ВИТА. Ты даже не хочешь меня выслушать?
ИННА. Я боюсь оказаться виноватой!
ВИТА. Так не случится
ИННА. Откуда мне знать? Я боюсь тебя, очень сильно. И еще больше боюсь от того, что
ты выглядишь очень женственно и слабо.
ВИТА. Все детство я просидела взаперти!
ИННА. В каком смысле?
ВИТА. (Говорит медленно, очень тихо) Я очень любила ловить бабочек. Я начинала их
коллекционировать. Это хобби я украла у Набокова, так как своего мне придумать было
нельзя, да я и не умела этого делать. Но только, мне было страшно их убивать. Я
хотела…(Пауза), я хотела, мир свой сделать для них. Вот понимаешь, они же, как семьи,
со своими красивыми крыльями. Вот этого я и хотела. Много, очень много семей, с
разными красивыми крыльями. И главное – все живые. Абсолютно все. Разве так нельзя
сделать? Скажи мне, пожалуйста, разве такое невозможно?
ИННА. Я не знаю…
ВИТА. А возможно не ходить вообще? Только лишь потому, что ходят все остальные?
Возможно, не дышать, только лишь так надо делать? И ведь это же кому-то надо, Инна, я
просто не понимаю, почему так. Я словно мертвая
ИННА. А почему же ты требуешь тогда этого?
ВИТА. Просто я не знала, что можно быть мертвой, находясь в здравом уме и теле. Ты
ненавидишь меня, да? Я же вижу
ИННА. За что мне тебя ненавидеть?
ВИТА. Вот за это детство. За эти глупые мысли, за мою несерьезность, за мою
инфантильность.
ИННА. Я не обращаю на это внимание
ВИТА. Просто бабочки, это настолько великолепно. Они единственные созданы для
красоты, я думаю так. Есть только они и сияние, фиолетовые, багровые облака, вот разве
это не жизнь?
ИННА. Что-то мне не очень хорошо, давление
ВИТА. А слух ты не теряешь?
ИННА. Не хотелось бы
ВИТА. В сущности, я все время живу во снах, а в действительность лишь наношу визиты.
ИННА. Зато я отличаю реальность от снов!
ВИТА. (Поднимает голос) Отличаешь? И к чему ты пришла вообще? Так лучше тебе
живется? Нравится тебе так больше?
ИННА. Не кричи, пожалуйста!
ВИТА. А почему бы и не покричать? Ответь мне, лучше тебе?
ИННА. Тебе этого не понять
ВИТА. Как и тебе не понять меня! А может, может это и есть самое привлекательное, но,
ты тоже очень даже ошибаешься. А знаешь почему? Вот, ты говоришь у меня другая
жизнь, а чем мы отличаемся?
ИННА. Да всем
ВИТА. По форме да, а по содержанию?
ИННА. И по нему тоже!
ВИТА. Вот мы остались наедине. Представь, я не знаю тебя, ты не знаешь меня, вокруг
нас только деревья, только воздух и собственное настроение.
ИННА. Я не думаю так!
ВИТА. Одинаковые.… Для меня это закрытая тема. Я не могу это кому-то сказать!
Пауза
ВИТА. Когда я уезжала, о чем ты думала?
ИННА. Я выполняла свою работу
ВИТА. Что ты делала?
ИННА. Обыкновенные дела, ничего особенного
ВИТА. (Достает письмо) Послушай меня, пожалуйста. Я так и не решилась его
отправить, но решилась его прочесть. Что бы ты знала! Я хочу этого
ИННА. У меня очень сильно болит голова
ВИТА. (Тянется за спичками) Ну тогда я сейчас сожгу его и все, больше об этом тогда
вообще никто не узнает
ИННА. Жги
Вита сжигает конверт, на глазах слезы, обе девушки тихо сидят.
ИННА. Зачем вообще что-то придумывать?
ВИТА. Я хочу с тобой поговорить как тогда, о смерти. Я до сих пор много думаю об этом.
Я не понимаю. Вот есть ты, а потом тебя нет, и это прекрасно для меня или нет?
ИННА. Что там было?
ВИТА. Где?
ИННА. В письме?
ВИТА. Мой разговор с тобой
ИННА. Опять сны?
ВИТА. Нет, я же говорю. О смерти! Боже Инна, как же мне страшно. Невероятно страшно.
Я не могу и подумать о чем-то другом. Но ты никто мне, ты что-то другое, как и нет людей
на этой планете, так вот ты и есть!
ИННА. Я очень плохо тебя понимаю
ВИТА. Просто ты живее всех живых. Я совершенно не умею формулировать мысли, я
плохо владею своим языком. Да, я очень мало писала в жизни писем, я не работала над
ним. Но ты же меня понимаешь, ты же понимаешь и то, что все это вообще не важно. Все
это не имеет никакого значения. Важно здесь и сейчас, вот что важно! Нет никакой
мертвечины, есть живое, только я боюсь, что это кончится не так, как я хотела. Я боюсь,
что жизнь не заставляет себя терпеть, о чем мы с тобой и говорили. Но, это ли не самый
прекрасный момент? Скажи мне Инна!
ИННА. Тебе не дружба нужна, ты что-то хочешь, но прости, я не понимаю. Ты говоришь
на другом языке. Объясни мне нормально, чего ты хочешь, пожалуйста. Если тебе нужна
дружба, дружи с Марком. У вас это здорово получается.
ВИТА. Не могу я с ним дружить, ты же знаешь это
ИННА. Почему?
ВИТА. Не могут парень и девушка дружить
ИННА. А я верю, верю, что могут!
ВИТА. И как ты себе это представляешь?
ИННА. Ну как-то же дружат там с 5 лет, с 8, не знаю
ВИТА. Я не хочу его!
ИННА. В каком плане?
ВИТА. Во всех! Вот, об этой дружбе ты говоришь? О той дружбе, когда ты мне нравишься
как друг, только я не воспринимаю тебя как своего потенциального мужчину. Так-то
конечно, я могу быть с ним кем угодно, но только не другом.
ИННА. Ты не поняла
ВИТА. Нет! Это ты не поняла! Что ты понимаешь под “дружбой”, в это уже заканчивают
верить взрослые люди. Никакого отношения это к дружбе не имеет, это говорит лишь о
том, что я могу послушать твою 1-2 проблемы, но я тебя не хочу, ты не привлекателен для
меня. Но, проблема только в том, что ему я нравлюсь.
ИННА. Что-то в этом есть, мне даже стало легче немного
ВИТА. Сядь пожалуйста! (Говорит шепотом) Инна, как же прекрасно просто быть живой!
ИННА. Ты
ВИТА. (Перебивает, говорит в полголоса) Тихо! Вот же послушай, ты слышишь, как тихо
здесь? Представь, нет вообще никого, абсолютно. Разве сейчас, в этот самый миг мы
можем быть разными? Разве это возможно? Кого бы ты не любила, со многими ты
добьешься вот такого момента? Нет, ни с кем ты не добьешься такого момента. Вот эти
багровые облака и бабочки, вот он маленький мир, потому что его сейчас мало. А ты даже
этого не понимаешь, и вряд ли вообще поймешь. Ты пришла сюда работать, а я не хочу с
тобой работать, и не хочу, что бы ты здесь работала, это не твой мир Инна. Я хочу, что бы
ты поняла это намного быстрее, чем поймешь это в старости. Такой, какая ты сейчас есть,
такой красивой, ты не станешь больше никогда. Я хочу тебе многое сказать… У тебя болит
голова? Да пусть болит, ты же это чувствуешь, ты же живая, это мертвые ничего не
чувствуют. Понимаешь, я же глупая и пустая как ты сказала, ну дай бог, только куда мне
все это? Ты такая умная, такая независимая, такая сильная, а когда у тебя сейчас болит
голова ты выглядишь хуже всего живого. Разве так можно? Инночка, разве так можно?
(Пауза) Утверждаешь, что я сойду с ума? Да я только одного и желаю, сойти, сойти с ума
настолько, что бы утром, днем и вечером мне совершенно некуда было спешить и что-то
делать. Нет, это не беззаботность, это самое заботливое время, здесь у меня пойдет жизнь,
когда я поверну отсюда, с этой жизни. Ненавидишь меня за это! Знаю! Жизнь меня
опустит, вернет, но это не смело, совершенно. Мне лишь не хватает немного
решительности, только и всего. Потому что это я тебя ненавижу, все эти ходы твои
дешевые. Все это неправильно. Ужасно и пошло, я могу быть самой влюбленной в тебя и
ненавидеть тебя за то, что при всех своих составляющих в жизни ты не нашла им
применения. А теперь.… А теперь вставай и пошла вон отсюда…
Инна уходит, еле сдерживая слезы.
Картина четвертая
Инна собирает вещи. Вита заходит. Инна отворачивается к окну. Вита подходит сзади.
ИННА. Можно, перед тем как я уйду, я те6е кое-что покажу?
Вита кивает головой. Инна берет ее за руку и бежит.
Они оказываются на дороге с фонарем.
ВИТА. Почему мы здесь?
ИННА. А ты не понимаешь?
ВИТА. Я ничего не понимаю
ИННА. Когда я плохо себя чувствую, я прихожу именно сюда. Здесь образ того человека,
который напоминает мне тебя. Вы так с ним схожи, женский образ!
ВИТА. Какой образ?
ИННА. Образ одной девушки. Мы часто с ней стояли под этим фонарем. Нам было лет
шестнадцать. Мы… Мне кажется, мы были влюблены. И когда я тебя увидела, ты сразу
мне напомнила ее. И знаешь, под этим фонарем исполнилось много моих желаний. Мы
впервые с ней здесь закурили.
ВИТА. Закурили?
ИННА. Да. Вроде бы мелочи, ничего особенного. Но на тот момент это был мой самый
смелый поступок. Я всегда боялась, что меня поймают с этим, а тут в миг и перестала
этого бояться. Будет, что будет. Это уже не имеет никакого значения. Я стала понимать, что
важно только то, что происходит здесь и сейчас. Я покажу тебе потом тексты Малевича, он
прекрасен, он даже бесподобен. (Пауза) Вот знаешь Вита! Ты когда-нибудь смотрела на
храм какой-нибудь, пусть он будет изображен на любой картине! Смотрела?
ВИТА. Смотрела
ИННА. А никогда тебе не хотелось сделать так, что бы увидеть его обратную сторону,
посмотреть с 4х сторон его. Не хотелось?
ВИТА. Я не думала об этом, я смотрю. Но однажды я сказала тебе уже об эмоциях, так вот,
они мне ближе, ближе, чем все остальное.
ИННА. Я помню, только тут ощущение. Ощущение бесконечности, самой красивой
бесконечности. (Показывает на фонарь) Посмотри на него, да посмотри на любой вообще
фонарь, который здесь только есть. На эту пустую дорогу, на эти камни. Неужели ты не
видишь, как это все прекрасно, как этого всего даже мало. Вот он характер, а не красивые
одежды, вот здесь жизнь. Он светит тебе! Понимаешь?
ВИТА. Понимаю
ИННА. Он светит тебе, потому что он делает свою работу, понимаешь?
ВИТА. Да
ИННА. Ну, неужели это не прекрасно?
ВИТА. Теперь я начинаю думать, что ты больше фантазируешь, чем я
ИННА. Тише, говори тише
ВИТА. А почему?
ИННА. Нет смысла говорить громко
ВИТА. Я просто пока не совсем понимаю, зачем мы здесь и для чего?
ИННА. Посмотри же сюда, как же ты этого не понимаешь? Здесь нет рамок или чего-то
запретного, здесь все то, чего ты никогда не знала и не видела в жизни, в своем ярком
детстве. Здесь даже то, о чем ты не могла подумать. Он светит тебе, это сцена, на которую
смотрит и луна, и земля и звезды, весь мир сейчас у твоих ног, вот, что это такое.
ВИТА. Это так странно…
ИННА. Вита?
ВИТА. Да
ИННА. Чего ты сейчас хочешь?
ВИТА. Сейчас?
ИННА. Да
ВИТА. В данную минуту?
ИННА. В данную минуту!
ВИТА. Танцевать хочу! Очень очень хочу!
ИННА. Подожди!
ВИТА. Чего ждать?
ИННА. Танцуй
ВИТА. Что, прям здесь?
ИННА. Да, прям здесь!
ВИТА. Но я не готова, я же не умею, но хочу
ИННА. (Начинает очень громко петь)
Ведь мне же лететь, лететь дальше всех! Даже во сне,
Верить в параллели откровений,
Лететь, лететь выше всех,
Падать больнее...
Но зато, какие ощущенья. (Земфира – Ощущение)
ВИТА. (Танцует очень неловко, не смело) Родители. Мешали. А знаешь, еще… кричать
хочу.
Инна напевает мелодию. Вита танцует и кричит.
ВИТА. (Кричит) У меня так Бог умер.
ИННА. (Выкрикивает громче) Давай еще.
ВИТА. Я не толстая!
Инна смеется.
ВИТА. (Выкрикивает еще громче) Марк, я ненавижу твои усы!
Инна и Вита смеются. Падают на землю. Обнимаются.
ВИТА. Это невероятно!
ИННА. Вот видишь!
ВИТА. Вот это все!
ИННА. (Показывает на фонарь) Смотри, он светит тебе! Днем же тебе будет светить
солнце! А знаешь, что еще замечательного?
ВИТА. Нет
ИННА. Он на пару с солнцем тебе никогда ничего не скажут, ничто не сможет повлиять на
твои с ними отношения. Они делают свою работу ни за что-то, а потому что так надо, в то
время, когда ты можешь не только существовать, но и жить.
ВИТА. Все это так странно!
ИННА. И это ли не прекрасно?
ВИТА. Мне тяжело это понять, это страшно немного. Я боюсь окунуться с головой,
прочувствовать это, меня держит другая сторона!
ИННА. Какая?
ВИТА. Комфортная
ИННА. Здесь тебе комфортнее всего
ВИТА. Откуда же мне знать, что будет завтра?
ИННА. А там тебе комфортнее?
ВИТА. Я боюсь! Инна, знала бы ты, скольких вещей я боюсь!
ИННА. Сейчас ты можешь ничего не бояться
ВИТА. Сколько же продлится это “сейчас”?
ИННА. Сколько ты захочешь, столько оно и продлится, понимаешь?
ВИТА. Так не бывает! (Пауза) Так у меня никогда не было!
ИННА. Что тебе сейчас нужно? Чего ты еще хочешь?
ВИТА. В данную минуту ничего, все хорошо, правда!
ИННА. Честно?
ВИТА. Да
ИННА. Скоро ты сама так перестанешь жить, скоро все изменится
ВИТА. Почему ты так в этом уверена?
ИННА. Уйдет потребность в такой жизни
ВИТА. Я не знаю
ИННА. Ну, надо же когда-нибудь взять твоего Бога за горло и спросить его о
действительно важных вещах. (Пауза) Все так делают, это естественный процесс, когда
люди становятся старше, они все так делают
ВИТА. Ты тоже так делала?
ИННА. Я пробовала, но ничего не вышло
ВИТА. И что он тебе ответил?
ИННА. Сказал, что пить, курить и верить в него это вредно для здоровья
ВИТА. Впрочем, ничего нового он и не сказал
ИННА. В дальнейшем мы найдем в нем либо самого близкого друга, либо же будем
тешиться над ним
ВИТА. Разве так можно?
ИННА. Все можно
ВИТА. Как ты это себе представляешь?
ИННА. Да никак я этого не представляю, я не философ
ВИТА. Но! Ты очень сильная! Хотя, это страшно! Иногда я думаю, что в миг всего может
не стать, что ты или я, улетим отсюда наверх, к космосу, но тогда и пройдут все наши
печали, как ангелы вверх поднимаются. Точно так же, но зато кончится этот вечный содом.
ИННА. Пока светит солнце, все можно исправить, правда! Вот поэтому ты здесь. (Пауза)
А вообще, я искренне верю, что мечты каждого сбываются, что бы ни случилось.
Особенно часто у тех, кто не торопит время, кто терпит. Я, конечно, не знаю, как терпела
ты, да и чего ты хочешь, я тоже не знаю, сколько бы ни разговаривали с тобой, все это
становится не важным. Мне нравится больше с тобой молчать. А тебе?
Вита засыпает рядом с Инной.
Утром она просыпается. Инны нет.
Вита встречается с Марком.
МАРК. Где ты пропадала?
ВИТА. Знаешь, почему-то мне пришлись по душе танцы
МАРК. Ты куда-то ходила?
ВИТА. Нет, я просто захотела! А что?
МАРК. Неожиданно для меня
ВИТА. Слушай, а ты бы не хотел попробовать?
МАРК. Танцы? Нет!
ВИТА. Почему же? Это очень здорово!
МАРК. Так ты куда-то ходила все-таки?
ВИТА. Нет
МАРК. А почему ты такая довольная?
ВИТА. Не знаю, настроение хорошее
МАРК. Я отвык от этого, давно тебя не видел такой
ВИТА. Ну что ты все об одном и том же, я же говорю совсем о другом. Я увидела,
случайно увидела, как люди танцевали на улице, вот, мне тоже захотелось!
МАРК. А что они танцевали?
ВИТА. Такой энергичный танец
МАРК. Не знаю, может быть лучше в театр?
ВИТА. (Пауза) Ты меня совсем не слышишь
МАРК. Ты меня пугаешь
ВИТА. Давай мы попробуем? А если тебе не понравится, то пойдем в театр.
МАРК. Я никогда не танцевал.
ВИТА. Ну и что? Я тоже.
МАРК. Откуда это вообще у тебя взялось? Почему именно танцы? Почему не фотография,
например?
ВИТА. Откуда же я знаю, ну танцы и танцы, почему ты такой занудный? Ты же просто мог
сказать да или нет, зачем ты создаешь проблему из этого?
МАРК. Ничего я не создаю, я пытаюсь тебя понять, разве это плохо?
ВИТА. Да пытайся, но я же не об этом говорю, я просто сказала тебе о танцах!
МАРК. Хорошо
Пауза
МАРК. И все же, мне немного неловко от этого. Я никогда на них не ходил
ВИТА. Хорошо, я схожу одна
МАРК. Извини, я пойду!
ВИТА. А когда?
МАРК. Ну, как будет возможность у нас
ВИТА. Сегодня?
МАРК. Сегодня?
ВИТА. Ну да, а что, у тебя не получается?
МАРК. Нет, все хорошо!
Долгая пауза
ВИТА. И еще, Марк
МАРК. Что такое?
ВИТА. Я бы хотела взглянуть на тебя без усов.
МАРК. Тебе не нравится?
ВИТА. Нет нет, мне все нравится!
Уходят, конец!
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа