close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

...настольные ряда МК Весы электронные В 1;pdf

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
САФОНОВА СВЕТЛАНА ЮРЬЕВНА
МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ КАК ОСНОВА
СЮЖЕТНОЙ ИНТРИГИ В РОМАНЕ Ф.М.
ДОСТОЕВСКОГО «ПРЕСТУПЛЕНИЕ И
НАКАЗАНИЕ» И РОМАНЕ Ч. ДИККЕНСА «ТАЙНА
ЭДВИНА ДРУДА»
Специальности
10.01.01 – русская литература
10.01.03 – литература народов стран зарубежья
(западноевропейская литература)
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук
Москва – 2014
Работа выполнена на кафедре русской литературы
филологического факультета ФГБОУ ВПО «Московский педагогический
государственный университет»
НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ –
доктор филологических наук, профессор
Целкова Лина Николаевна
ОФИЦИАЛЬНЫЕ ОППОНЕНТЫ:
Богданова Ольга Алимовна –
доктор
филологических
наук,
ФГБОУН
«Институт
мировой
литературы им. А. М. Горького
Российской академии наук», старший
научный сотрудник отдела русской
литературы конца XIX – начала XX вв.
Потанина Наталия Леонидовна –
доктор
филологических
наук,
профессор, ФГБОУ ВПО «Тамбовский
государственный университет им. Г. Р.
Державина», Институт филологии,
кафедра русской и зарубежной
литературы, заведующая кафедрой.
ВЕДУЩАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ –
ФГБОУ
ВПО
«Псковский
государственный университет»
Защита состоится 22 декабря 2014 года в 12.00 часов на заседании
диссертационного совета Д 212.154.02 при ФГБОУ ВПО «Московский
педагогический государственный университет» по адресу: 119991, г. Москва, ул.
Малая Пироговская, д. 1, ауд. 304
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО
«Московский педагогический государственный университет» по адресу: 119991, г.
Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1 и на официальном сайте университета
www.mpgu.edu
Автореферат диссертации разослан «___» ноября 2014 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
Жабина Елена Михайловна
2
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Достоевский и Диккенс – две фигуры в мировой литературе, чьи имена
неоднократно сближали друг с другом в поисках точек соприкосновения их
творчества. Сходство тем, сюжетов, образов, близость, проявившаяся и в
манере письма каждого из них, и в тональности, которой окрашены многие
сцены их романов, стали основой многих литературных исследований. Еще
современники Достоевского, находясь под свежим впечатлением от романов
английского писателя (первое знакомство русского читателя с творчеством
Диккенса относится к концу 1838 года), замечали определенное влияние,
оказываемое Диккенсом на Достоевского. Схожесть в использовании одних и
тех же приемов для отображения действительности, внимание к страданиям
«маленьких людей», к детским изломанным судьбам, сочувствие
чистосердечным чудакам, наконец, пристальный взгляд в глубину
человеческой души, преступающей нравственный закон, – все это дает
основания для признания несомненного влияния Диккенса на Достоевского.
Бесспорно, английский романист, оказывая влияние на творческое
сознание русского писателя, являлся одним из его «литературных
наставников». Творчество Диккенса занимало значительное место в жизни
Достоевского, так как интерес английского писателя к проблемам
«нездорового рассудка», сложностям психической организации и надрывам
человеческой души был созвучен вниманию, которое уделял этим вопросам
Достоевский.
Среди отечественных исследователей, разрабатывающих тему отражения
художественного мира Диккенса в творчестве Достоевского, необходимо
назвать Б.Г. Реизова, А.С. Долинина, Ф.И. Евнина, Р.Г. Назирова, И. М.
Катарского, Н. Г. Михновец.
Литературные отношения Достоевского и Диккенса являются предметом
изучения и многих зарубежных исследователей. В англоязычном
литературоведении о влиянии Диккенса на Достоевского писали J. Frank, N.
Lary, L. MacPike, M.H. Futrell, D. Fanger и др. Большое количество
исследований англоязычных ученых объединяет желание ответить на вопрос о
близости и принципиальных отличиях в подходе Диккенса и Достоевского к
решению нравственно-этических, философских и социальных проблем.
Однако большинство исследований касаются отражения диккенсовских
мотивов в раннем творчестве Достоевского. Как отмечает директор
литературно-мемориального музея Ф. М. Достоевского Н.Т. Ашимбаева, «…
исследования, посвященные теме «Достоевский и Диккенс», - по большей части
давние; многие наблюдения, содержащиеся в них, оказались забытыми, выпали
из поля зрения современных комментаторов Достоевского, а некоторые
3
реминисценции Диккенса в произведениях Достоевского до сих пор остаются
незамеченными»1.
Таким образом, все влияние Диккенса на Достоевского группируется
вокруг характеров персонажей, авторского отношения к социальным
проблемам, к «униженным и оскорбленным», к детским судьбам, теме
двойничества, а также к религиозным аспектам творчества писателей.
Данная работа сосредотачивает внимание на проблемах конструкции
сюжета (причем криминального сюжета), на формировании сюжетной интриги,
на роли в ней мотива преступления. Многие исследователи отмечали
повышенный интерес Достоевского и Диккенса к механизму преступления и
психологии преступника, к изображению внутреннего мира человека,
совершающего злодеяния.
Мотив преступления в произведениях мировой литературы присутствовал
всегда, однако, в определенный момент (в 40 годы XIX века) этот мотив
становится сюжетообразующим. Это означает, что в литературном
произведении не просто изображается преступление, а оно становится центром
сюжета, вокруг которого формируется все повествование. С этого времени
появляются произведения (Э. По), построенные по принципу расследования
совершенного преступления. Литературоведческий термин «мотив» в данной
работе рассматривается как «устойчивая семантическая единица»,
отличающаяся «повышенной степенью семиотичности»2 и «сущностный для
понимания авторской концепции смысловой элемент»3. «Можно говорить о
знаковости мотива – как в его повторяемости от текста к тексту, так и внутри
одного текста»4.
Мотив преступления в произведениях Достоевского и Диккенса возникает
не единично в одном-двух романах, но пронизывает фактически все творчество
писателей. Трансформируясь и видоизменяясь, он, однако, остается одним из
смысло и формообразующих элементов их художественных миров. Новый
жанр детективного романа по-разному осваивается и перерабатывается
писателями. Два романа, взятые нами для сравнительного анализа, позволяют
оценить результаты поиска новых литературных форм на одном временном
срезе.
«Преступление и наказание» как никакой другой роман Достоевского,
интересен для определения роли сюжетной интриги в повествовании и для
Ашимбаева, Н.Т. Отражение художественного мира Диккенса в творчестве Достоевского/
Н. Т. Ашимбаева //Достоевский и мировая культура. № 20. СПб – М.: Серебряный век, 2004.
– С. 239 - 247. С.239.
2
Путилов, Б.Н. Веселовский и проблемы фольклорного мотива/ Б. Н. Путилов//Наследие
Александра Веселовского: Исследования и материалы. – СПб., 1992. – С. 74-85.
3
Незванкина, Л.К., Щемелева Л.М. Мотив // ЛЭС. – М., 1987, С. 230.
4
Целкова Л. Н. Мотив. // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 206.
1
4
сравнительного анализа с «Тайной Эдвина Друда» Диккенса. Это определяется
не только тем, что в обоих романах совершено убийство (многие произведения
Достоевского и Диккенса построены на криминальной хронике), но в первую
очередь тем, что в «Преступлении и наказании» структура построения сюжета
романа наиболее четкая и ясная.
По сути, роман Достоевского «Преступление и наказание» является
произведением, написанным как история одного преступления, откуда исходят
все сюжетные нити. В этом романе преступление – это и тема, и идея, и мотив.
Роман «Преступление и наказание» стал первым и единственным
произведением Достоевского, в котором мотив преступления является идейнокомпозиционном центром. Роман Диккенса «Тайна Эдвина Друда» явился
последним произведением, написанным английским писателем, и первым для
него романом, построенным с опорой на совершенное преступление. Мотив
преступления – один из самых распространенных в творчестве Диккенса,
однако «Тайна Эдвина Друда» – кульминация этого мотива, на нем
основывается сюжет, на него опирается загадка, вокруг него строится система
персонажей. В данном исследовании не только анализируются схождения двух
писателей в разработке мотива преступления, ставшего основой сюжета, не
только рассматриваются образные параллели, разбирается художественный
метод писателей, но изучаются различия в подходе к роли мотива преступления
как сюжетообразующего начала.
Именно эти произведения («Преступление и наказание» и «Тайна Эдвина
Друда») дают возможность рассмотреть сюжетную интригу в криминальнопсихологическом романе и проанализировать роль мотива преступления в
формировании сюжета у Достоевского и Диккенса.
Степень изученности проблемы. Существуют научные труды,
посвященные влиянию Диккенса на Достоевского, среди которых можно
назвать как отечественных, так и зарубежных исследователей: Н. Т.
Ашимбаеву5, А. Б. Криницына6, Р. Г. Назирова7, И. М. Катарского8, Б. Г.
5
Ашимбаева, Н.Т. Отражение художественного мира Диккенса в творчестве Достоевского/
Н. Т. Ашимбаева //Достоевский и мировая культура. № 20. СПб – М.: Серебряный век, 2004.
– С. 239 - 247.
6
Криницын, А.Б. «Творчество Ф. М. Достоевского: связи с западноевропейскими
литературами» /А.Б. Криницын //Сравнительное литературоведение Россия и Запад. Под ред.
В. Б. Катаева, Л. В. Чернец. – М., «Высшая школа», 2008. – С. 195-233.
7
Назиров, Р.Г. Диккенс, Бодлер, Достоевский (К истории одного литературного мотива)
//Р.Г. Назиров Русская классическая литература: сравнительно-исторический подход.
Исследования разных лет: Сборник статей. – Уфа: РИО БашГУ, 2005. – С. 7— 20.
8
Катарский, И.М. Диккенс в России. Середина XIX века/ И. М. Катарский. – М.: Наука,
1966. – 428 с.
5
Реизова9, А. С. Долинина10, И. В. Гредину11, P. Allingham12, N. M. Lary13, L.
MacPike14, A. Wilson15. В. Г. Угрехелидзе защищена диссертация, посвященная
сопоставительному анализу романов Достоевского и Диккенса («Подросток» и
«Большие надежды»)16. К вопросу «преступления и наказания», нравственнопсихологическим аспектам изображения героев-злодеев отдельно обращались
исследователи и Достоевского, и Диккенса, не сопоставляя при этом творчество
двух писателей17. Научных изысканий, целиком освещающих проблему
конструкции сюжета с криминальной основой, роли мотива преступления в
формировании сюжетной интриги на примере романа Ф. М. Достоевского
«Преступление и наказание» и романа Ч. Диккенса «Тайна Эдвина Друда» не
создано. Отдельные аспекты проблемы нашли отражение в статьях Л. Н.
Целковой18.
9
Реизов, Б.Г. К вопросу о влиянии Диккенса на Достоевского/ Б. Г. Реизов// Язык и
литература. 1930. № 5. – С. 253- 270.
10
Долинин А.С. Последние романы Достоевского. Как создавались «Подросток» и «Братья
Карамазовы» Москва – Ленинград, Советский писатель, 1963.- 343 с.
11
Гредина, И. В. Восприятие Диккенса в России (1860-1880 гг.): На материале русской и
англоязычной критики: диссертация ... кандидата филологических наук: 10.01.01/Гредина
Ирина Валерьевна – Томск, 2000.- 222 с.
12
Gredina I.V., Allingham P. Dickens’ Influence Upon Dostoevsky; or, One Nineteenth- century
Master’s Assimilation of Another’s Manner and Vision //Victorianweb [Электронный ресурс]. Canada. - c. (Режим доступа: http://www.Victorianweb.Org./authors/dickens/gredina.html)
13
Lary N. M. Dostoevsky and Dickens. A Study of Literary Influence. London and Boston, 1973. 399.
14
MacPike L. Dostoevsky’s Dickens. A Study of Literary Influence. Towota – New Jersey, 1981. 405.
15
Wilson A. Dickens and Dostoevsky. Dickens Memorial Lectures, 1970 // Supplement to the
Dickensian. 1970. September. P. 41-61.
16
Угрехелидзе, В.Г. Поэтика социально-криминального романа (западно-европейский канон
и его трансформация в русской литературе XIX века: «Большие надежды Ч. Диккенса и
«Подросток» Ф. М. Достоевского): автореф. … канд. филол. наук: 10.01.08 / Угрехелидзе
Валентина Гарриевна. – М., 2006. – 30 с.
17
См. Прокурова Н.С. «Нравственно-психологические аспекты проблемы преступления и
наказания в русской литературе второй половины ХIХ в». Автореф. дис. на соиск. учен. степ.
д-ра филол. наук: 10.01.01/ Прокурова Наталья Сергеевна; [Моск. гос. открытый пед. ун-т
им. М. А. Шолохова]. – М., 2000. – 59 с., Потанина Н.Л. «Большие надежды» Ч. Диккенса:
Проблема преступности // Художественное произведение в литературном процессе (на
материале литературы Англии): межвуз. сб. науч. тр. М. : МГПИ, 1985.-С. 98-111, Collins
Philip. Dickens and Crime, Palgrave, USA, 1995, 388 p.
18
Целкова, Л.Н. Сопоставление романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» и
романа Ч. Диккенса «Тайна Эдвина Друда». Материалы конференции МГУ, «Поспеловские
чтения» / Л. Н. Целкова. – М., 2004 г.; Целкова, Л .H. Роль сюжетных эпизодов в композиции
романического повествования/ Л. Н. Целкова // Вестник Московского университета. Сер. 9.
Филология. 1981. № 4. – С. 25-32.
6
Актуальность работы определена тем, что романы «Преступление и
наказание» и «Тайна Эдвина Друда» не были предметом отдельного
подробного исследования. Между тем, важность исследования обусловлена
значительностью процесса взаимодействия двух различных культур,
становления творческого мышления великого русского писателя в контексте
восприятия им творчества великого английского писателя. Необходимость
обращения к этой теме вызвана также тем, что в ней сравниваются
произведения классиков мировой литературы, чьи произведения стали
образцами для создания романов с криминальным сюжетом, со сложной
сюжетной интригой в ХХ веке.
Научная новизна исследования заключается в том, что впервые материалом
исследования являются романы, подробно не сопоставлявшиеся ранее в
литературоведении; поставлены основные вопросы восприятия Диккенса
Достоевским с опорой на материал современных англоязычных исследований;
разработана проблема создания конструкции сюжета с криминальной основой;
исследуемые романы Достоевского и Диккенса рассмотрены как криминальнопсихологические;
проанализирована
роль
мотива
преступления
в
формировании сюжетной интриги; впервые подробно сопоставлены образы
преступников (Раскольников – Джаспер - Свидригайлов) и образы сыщиков
(Порфирий Петрович - Дэчери).
Предметом исследования служит сопоставительный анализ романов
Диккенса и Достоевского с точки зрения построения сюжета, основанного на
криминальной интриге. Его объектом является детальный анализ механизмов
построения сюжета с криминальной основой. Материалом работы является
роман Достоевского «Преступление и наказание» и роман Диккенса «Тайна
Эдвина Друда».
Цель настоящей работы – проследить влияние Ч. Диккенса на Ф. М.
Достоевского; показать открытия сюжетной поэтики Достоевского,
впоследствии ставшие достоянием мировой литературы, рассмотреть мотив
преступления как основу сюжетной интриги в романе Ф.М. Достоевского и
романе Ч. Диккенса.
Для достижения данной цели ставятся и решаются следующие задачи:
1) изучить восприятие Диккенса в России XIX века, и в частности, восприятие
Диккенса Достоевским; 2) определить характер восприятия произведений
Диккенса критиками и писателями 1850-1880-х годов; 3) рассмотреть
«Преступление и наказание» и «Тайну Эдвина Друда» как криминальнопсихологические романы; 4) исследовать морфологию криминальнопсихологического романа; 5) сопоставить образы преступника и сыщика у
Достоевского с образами преступника и сыщика у Диккенса; 6) выявить
особенности построения оригинальных сюжетов в романе Диккенса и
7
Достоевского; 7) определить роль мотива преступления в формировании
сюжетной интриги.
Методология. Диссертация основана на синтезе соответствующих ее
целям и задачам методов исследования: 1) сравнительно-исторического;
2) биографического; 3) системного анализа; 4) элементов герменевтики.
Теоретическую и методологическую основу работы составили труды А. Н.
Веселовского и А. Н. Веселовского, В. Я. Проппа, М. М. Бахтина, А. Л. Бема, Л.
П. Гроссмана, Н. Д. Тамарченко, И. В. Силантьева, Н.Н. Вольского, А. В.
Вулиса, Ван Дайна, а также отечественные и зарубежные работы, освещающие
проблему взаимодействия художественных миров Достоевского и Диккенса:
Б. Г. Реизова, И. М. Катарского, А. Б. Криницына, Р. Г. Назирова, И. В.
Грединой, N. M. Lary, L. MacPike, А. Lang и др.
В диссертации учитывались суждения следующих исследователей о
возможном развитии сюжета незаконченного романа Диккенса: М. А.
Чегодаевой, И. И. Смаржевской, C.B. Калачевой, Т.И. Сильман, Э. Уилсона,
Дж. К. Уолтерса, Д. Форстера, Р. Проктора, Р. Бейкера и др.
Достоверность полученных результатов исследования подтверждается
объемом и значимостью использованных материалов (тексты произведений
Достоевского и Диккенса, письма и дневниковые записи Достоевского и
Диккенса, воспоминания современников о писателях, критические материалы),
детальной проработкой научной литературы, журнальных источников, а также
применением системного подхода при анализе текста.
Теоретическая значимость диссертации состоит в том, что в ней обоснован
подход к романам Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» Ч. Диккенса
«Тайна Эдвина Друда» как к криминально-психологическим романам,
сюжетная интрига которых основана на мотиве преступления. Криминальный
роман рассматривается как разновидность детективного жанра, особенности
поэтики которого также исследуются в работе. Изучается сюжетная схема
детективного романа и его отличительные признаки. Определяется роль
сюжетной интриги в романе с криминальным сюжетом, характеризуются
внутренние закономерности жанра криминально-психологического романа.
Проведено подробное сравнение системы персонажей у Достоевского и
Диккенса.
Научно-практическая значимость диссертации заключается в том, что
сделанные в ходе исследования наблюдения и выводы могут быть
использованы в вузовском и школьном курсах литературоведческого цикла, в
системах дополнительного образования, при чтении лекций как по русской, так
и по зарубежной литературе, создании учебников и учебных пособий, а также
для специальных семинаров по вопросам взаимоотношения русской и
английской литературы.
8
Положения, выносимые на защиту:
1) Увлечение Достоевского творчеством Диккенса оставалось неизменным на
протяжении всей жизни русского писателя. Диккенса можно назвать
писателем-спутником Достоевского: следы влияния английского писателя на
Достоевского можно отыскать во многих его произведениях. Писателей
объединяла схожая этически-философская концепция мироустройства и
человека, христианский взгляд на многие социально-нравственные проблемы.
Особый интерес представляет собой внимание, которое оба писателя уделяли
морально-философскому аспекту «проблемы преступления и наказания», что
реализовалось в обращении к криминальным сюжетам. Достоевский и Диккенс
занимались изучением психологических процессов, происходящих в душе
преступников. Роман Достоевского «Преступление и наказание» и роман
Диккенса «Тайна Эдвина Друда» иллюстрируют результаты поиска новой
жанровой формы.
2)
Исследуемые
романы
рассматриваются
как
криминальнопсихологические, так как сочетают в себе признаки криминального романа,
являющегося разновидностью детективного жанра, и в то же время психологического. Отличительной особенностью криминального романа
является его направленность на вскрытие причин и природы преступления, что
являлось важной художественной задачей для Достоевского и Диккенса.
3) Мотив преступления у Достоевского и Диккенса играет различные роли в
формировании сюжетной интриги. В обоих романах мотив преступления
пронизывает весь сюжет и служит центром «архитектуры» всего произведения.
Однако для Достоевского мотив преступления является не только
сюжетообразующим, но и смыслообразующим элементом, а для Диккенса
сюжетообразующим. У Достоевского мотив преступления подчиняется идейнофилософским задачам романа и переходит на уровень проблематики. У
Диккенса этот же мотив участвует лишь в формировании сюжета, и как
следствие, обладает самодовлеющим значением.
Апробация основных положений диссертационной работы осуществлена в
выступлениях с докладами на заседаниях кафедры, на аспирантском
объединении, на городских, межрегиональных и международных научных
конференциях: на Международной конференции «Ф. М. Достоевский в диалоге
культур» (Москва – Коломна – Зарайск – усадьба «Даровое», 2009), на XI и XII
Кирилло-Мефодиевских чтениях (Гос. ИРЯ им. А. С. Пушкина, 2010, 2011), на
Международном молодежном научном форуме «ЛОМОНОСОВ-2011» (МГУ,
2011). Основные положения исследования нашли отражения в девяти
публикациях, общим объемом 3,5п.л., четыре из них – в научных изданиях,
рекомендованных ВАК РФ.
Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав,
заключения и библиографии.
9
Объем работы
наименований.
–
194
страницы.
Библиография
насчитывает
205
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается научная актуальность темы; раскрывается
теоретическая основа понятия «мотив»; определяется цель и задачи
исследования, методы их разрешения, называется его предмет, объект и
материал; показывается степень изученности заявленной проблемы;
характеризуется
теоретическая
и
научно-практическая
значимость
диссертации; формулируются положения, выносимые на защиту; приводятся
сведения об апробации результатов исследования.
Первая глава диссертации «Диккенс в России XIX века» основана на
материале русской критики и публицистики 1850-1880-х гг. В ней
характеризуется восприятие творчества Диккенса русскими писателями и
критиками, прослеживается развитие русской критической мысли о
художественном мире английского писателя, продемонстрировано влияние,
оказываемое творчеством Диккенса на развитие литературного процесса в
России, рассмотрен интерес, который проявлял к Диккенсу Достоевский как
читатель на протяжении жизни. Проанализированы точки сближения
творческих судеб Достоевского и Диккенса.
В первом параграфе первой главы «Восприятие творчества Диккенса
русскими писателями и критиками в 1850-1880-х годах» изучается вопрос о
том, как творчество английского писателя было встречено и оценено русским
читающим сообществом в 1850-1880 годах: в период 1850 - 1860 годов
различными течениями русской критики: революционно-демократическим (В.
Г. Белинский, А.И. Герцен, Н. Г. Чернышевский, Д. И. Писарев),
славянофильским (К.С. Аксаков) и эстетическим (А.В. Дружинин, В.П. Боткин),
и с 1860-1880 русскими писателями (Тургеневым, Гончаровым, СалтыковымЩедриным, Толстым, Достоевским). Здесь собраны и прокомментированы
многочисленные свидетельства увлечения творчеством Диккенса критиками и
писателями, отклики на его произведения, содержащие как положительное, так
и негативное отношение к некоторым художественным приемам английского
писателя.
Собранный объемный материал позволяет прийти к заключению о том, что
многие русские писатели (Л.Н. Толстой, И. А. Гончаров, И.С. Тургенев и др.) и
критики (Н. Г. Чернышевский, А. И. Герцен, В. П. Боткин и др.) 1850-1880
годов проявляли большую заинтересованность в творчестве Диккенса, не
всегда и не во всем соглашаясь с английским писателем. Важно отметить, что,
несмотря на разный поход к роли литературы в обществе и противоречивость
10
эстетических взглядов, приверженцы различных критических течений и
писатели совпадают в своей высокой оценке Диккенса, относясь с равным
восхищением к его творчеству.
Во втором параграфе первой главы «Достоевский – читатель Диккенса»
в центре внимания оказывается интерес к английскому писателю и его
художественному миру, который пронес через всю жизнь Ф.М. Достоевский.
По данному вопросу изучено большое количество источников: воспоминания
современников, дневниковые записи, письма. Приводятся свидетельства,
позволяющие судить о знакомстве Достоевского с тем или иным
произведением Диккенса. Познакомившись с произведениями Диккенса еще в
юности, Достоевский внимательно следил за творчеством английского писателя
до конца своей жизни, что подтверждается воспоминаниями современников19.
Достоевский считал Диккенса близким себе по духу и по своей
созидательной устремленности, так как чувствовал, что в основании их
морально-нравственных убеждений заложен принцип сострадания к людям.
Достоевский дорожил диккенсовской идеей, которую сам Диккенс в романе
«Тяжелые времена» (1854) обозначил как «мудрость сердца». Писателей
объединяет вера в «зоркость» человеческого сердца, понимание
ограниченности и несовершенства разума, вера в нравственное «воскресение»
человека под воздействием любви к ближнему, сочувствие к униженным и
оскорбленным.
Итак, близости восприятия мира Достоевским и Диккенсом
способствовали такие общие моменты, как гражданско-нравственные
убеждения, основанные на христианском понимании мироустройства. Интерес
Достоевского к фигуре английского писателя, внимание к его творческим
исканиям связан с родственностью их философского осмысления жизненных
позиций, суть которых заключается в принципах любви и сострадания к
ближнему. Все это привело к близости их художественно-эстетических
устремлений.
Третий параграф первой главы «Достоевский и Диккенс: параллели
писательских судеб» основывается на биографическом методе, позволяющем
воспринять, проанализировать и оценить произведения писателей через призму
их биографии и личностных качеств.
В судьбах Достоевского и Диккенса было достаточно сходных моментов,
которые повлияли на формирование мировоззрения и нашли отражение в
19
На торжественном обеде в июне 1880 Достоевским были произнесены слова, ставшие
ярким подтверждением неослабевающей внимания писателя к романам Диккенса. Детская
писательница А. И. Суворина, присутствующая при этом, вспоминала, как Достоевский
назвал ее счастливейшей из смертных: «…Господа, счастливая Анна Ивановна еще не
читала Диккенса и ей, счастливице, предстоит еще это счастье! Ах, как бы я хотел быть на ее
месте! И снова прочесть «Давида Копперфилда»! И всего Диккенса! ...»
11
творчестве писателей. В данном параграфе рассматриваются не только
особенности семейного уклада писателей, их первые шаги на литературном
поприще, но и многие сходные взгляды на общественные проблемы, в том
числе, смертную казнь и наказание преступников. В данном параграфе
доказывается, что и Достоевский, и Диккенс имели повышенный интерес к
проблеме преступления, изображению психологии преступника, во многом
сходное негативное отношение к романтизации преступника в литературных
произведениях. Однако, имея сходное отношение к преступникам и даже
изображая похоже некоторых своих злодеев (например, князь Валковский из
«Униженных и оскорбленных» и мистер Талкингхорн из «Холодного дома»),
Достоевский и Диккенс наполняют само преступление разной смысловой
напряженностью, отводят им разные роли в формировании сюжетной интриги
произведения.
Важным общим пунктом в мировоззрении писателей было их отношение к
религии. Достоевский, как и Диккенс, на многие социально-этические
проблемы общества смотрел с позиции христианина, которая отражалась в
художественном мире писателя. Достоевский, утвердившийся в своих
религиозных взглядах на каторге, во всех своих последующих произведениях
раскрывает мотив искупления греха через страдания. Мировоззрение Диккенса
также основывалось на восприятии мира как творения Бога и человека,
должного жить по Божьим заповедям.
Диккенс, воплотивший с необыкновенной полнотой мир викторианской
Англии, оказался удивительно близок русскому писателю. Эту близость можно
объяснить не только тем, что Достоевский увлеченно читал романы Диккенса,
но и «теорией встречных течений в литературе» Александра Веселовского,
которая заключается в том, что «влияние чужого элемента всегда
обусловливается его внутренним согласием с уровнем той среды, на которую
ему приходится действовать»20. Иными словами можно сказать, что
национальная литература плодотворно воспринимает чужое влияние только
тогда, когда сама достигнет определенного уровня и готова это влияние
освоить.
Во второй главе «Роман с криминальным сюжетом и его специфика»
произведения Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» и Ч. Диккенса
«Тайна Эдвина Друда» раскрываются особенности жанра романа с
криминальным сюжетом, рассматриваются основные признаки, система
персонажей и сюжетная схема детективного жанра. Криминальный роман
рассматривается как разновидность детективного жанра. Разбираются
морфологические признаки криминально-психологического романа как жанра.
20
Веселовский, А.Н. Избранные статьи/А. Н. Веселовский. – Л.: Худ. лит, 1939 - 572 с. С 70.
12
В первом параграфе главы «Особенности жанра детективного романа»
произведения Достоевского и Диккенса рассматриваются в ключе
зарождающегося детективного жанра, законы которого каждый из писателей
воплотил по-своему, ставя перед собой определенные задачи. Диккенс,
чувствуя, что новый детективный жанр становится популярным, пробует свои
силы в построении идеальной детективной интриги.
Говоря о романах Достоевского и Диккенса, мы не можем отнести их
строго к детективному жанру, несмотря на присутствие в романах этих
писателей различных детективных элементов. Однако романы Диккенса и
Достоевского оказали влияние на дальнейшее формирование детективного
жанра, в связи с чем появляется необходимость дать определение жанровому
понятию «детектив».
Второй параграф второй главы «Основные признаки детективного
жанра» основывается на теоретических работах Ван Дайна и Ежи Сиверски,
давших такое определение этому жанру как интеллектуальная игра, ведущаяся
по определенным законам. Здесь также делается заключение, что основным
жанрообразующим признаком детектива является наличие в нем загадки. В
романе Достоевского нет тайны преступления, а имеющиеся загадки относятся
к способу усложнения образов героев романа, тогда как в романе Диккенса
загадка имеет сюжетообразующее значение, и это подчеркивается в названии
романа «Тайна Эдвина Друда». Этот роман английского романиста больше всех
его произведений приблизился к жанру детектива.
В третьем параграфе второй главы «Границы детективного жанра»
уточняются границы детективного жанра, чтобы избежать смешения с
литературными произведениями, в которых также присутствуют преступления
и загадки. Основываясь на теоретической работе Н. Вольского о детективном
жанре21, делается вывод о том, что нельзя считать основным признаком
детектива наличие в нем преступления, и о том, что поэтика детектива не
ограничивается непременным присутствием в нем тайны и следующими из
этого характерными признаками жанра. Детектив представляет собой более
сложную структуру, организованную двумя сюжетными плоскостями. Одна из
них основана на тайне и загадке, вторая – на «декоративных»
повествовательных элементах, которые и облекают в плоть и кровь
схематичный план расследования преступления.
Четвертый параграф второй главы «Криминальный роман как
разновидность детективного жанра» дает определение такой разновидности
детективного романа, как криминальный роман, так как романы «Преступление
и наказание» и «Тайна Эдвина Друда», которые составляют предмет данного
исследования, рассматриваются как криминально-психологические.
Вольский, Н.Н. Легкое чтение. Работы по теории и истории детективного жанра/Н. Н.
Вольский. – Новосибирск, 2006. – С. 5-126.
21
13
В пятом параграфе второй главы «Сюжетная схема детективного жанра»
рассматривается такая особенность жанра детектива как четкая событийная
программа, которая реализуется в определенной последовательности событий.
Достоевский и Диккенс по-разному подошли к созданию этой четкой
событийной программы. Диккенс создавал свой роман, ориентируясь на
классические образцы детектива, соблюдая «правила», он сочинил идеально
совершенное убийство, которое должно было идеально распутаться.
Достоевский, не стараясь создать детективный роман, игнорирует каноны
жанра, создает роман-эксперимент, одновременно разрушая традицию и
формируя новую. Во-первых, он не делает тайны из убийства (мы с самого
начала знаем, кто его совершил), а во-вторых, он показывает, как убийца после
совершенного преступления страдает.
В детективе «воздух пронизан, как в драме, магнетизмом совпадений,
стягивающими линиями избирательного сродства и избирательного
отталкивания»22. У Достоевского развертывание мотива преступления
сопровождается неизменной цепочкой продуманных случайностей и
совпадений. Совпадения становятся закономерностью, согласно которой
развивается сюжет романа. Целый ряд совпадений формирует сюжет. В романе
часто употребляются такие слова как «случайно», «вдруг», «внезапно»,
«совершенно неожиданно». У Диккенса совпадения тоже играют важную роль.
Например, удивительным образом совпало так, что Джаспер совершил
убийство своего племянника Эдвина Друда именно тогда, когда его помолвка с
Розой Буттон была расторгнута.
В шестом параграфе второй главы «Игровые мотивы детективного
жанра» показывается, что игровые мотивы пронизывают детектив, строя
внутренний мир произведения согласно игровым принципам. Однако выводы,
сделанные в ходе этой «игры», не уступают в серьезности другим жанрам.
Сатира, несмотря на ее главное оружие - смех, часто обращается к детективным
сюжетам. М. М. Бахтин в своем труде «Проблемы поэтики Достоевского»
отмечает большое количество элементов карнавальности в творчестве
писателя23. Таким образом, можно сказать, что поэтика романов Достоевского
сближается с поэтикой детективных романов на основе общего свойства карнавальности.
Седьмой параграф второй главы «Система персонажей в романе с
криминальным сюжетом» посвящен вопросу о системе персонажей романа с
криминальным сюжетом, которая зависит от композиции и замысла
произведения. Кроме основных героев детектива, сыщика и преступника, в
романе обязательно присутствуют помощники сыщика (уступающие ему в
22
Вулис, А.В. Поэтика детектива / А. В. Вулис // Новый мир, 1978, № 1. – С. 244-258.С. 250.
Бахтин, М.М. Проблемы поэтики Достоевского. Изд. 4-е /М. М. Бахтин.– М., Сов. Россия,
1979. – 320 с.
23
14
умственных способностям), жертвы преступлений (которых убили, собираются
убить или которые счастливо избегнут этой участи, благодаря стараниям
следователя) и подозреваемые. Если говорить о главном герое в детективном
романе, то им, как правило, является сыщик. Преступник, как нарушитель
гармонии и вершитель зла, не может претендовать на эту роль, жертва, даже
если остается в живых, выступает в пассивной роли. У Достоевского же
главным героем является преступник, и у Диккенса тоже, хотя незаконченность
затрудняет трактовку романа английского писателя. Второстепенные
персонажи детектива — «обслуживающий персонал сложного логического
построения»24. Иными словами, второстепенные персонажи представляют
собой декорации, на фоне которых разворачивается действие. В романах
Достоевского и Диккенса не только так называемые второстепенные, но и
эпизодические персонажи играют значимую для общего замысла роль. Они
важны не просто как дополнение к картине изображаемого преступления или
как фон. Они входят в сложные отношения с главными героями, формируют
художественный мир произведения и его идейную концепцию.
В восьмом параграфе второй главы «Морфология криминальнопсихологического романа» проанализированы основные структуры
криминального романа в произведениях Диккенса «Тайна Эдвина Друда» и
Достоевского «Преступление и наказание»: 1) три вопроса в произведении с
криминальным сюжетом: Кто? Как? Почему?; 2).композиционные структуры в
криминально-психологическом романе; 3) цель произведения с криминальным
сюжетом; 4) фабула, сюжет и сюжетная интрига в произведении с
криминальным сюжетом; 5) роль сюжетного напряжения в криминальнопсихологическом романе; 6) тайна и таинственность – как основа сюжетной
интриги.
Третья глава диссертации «Своеобразие поэтики криминально психологического романа как жанра. Сопоставление поэтики романов
Достоевского и Диккенса» останавливается на анализе романов Достоевского
«Преступление и наказание» и Диккенса «Тайна Эдвина Друда» как
криминально-психологических.
В первом параграфе третьей главы диссертации «Преступление и
наказание» и «Тайна Эдвина Друда» как криминально-психологические
романы» формулируются особенности криминально-психологического
романа, основанные на классификации, данной Н.Д. Тамарченко социальнокриминальному роману: 1) подчеркнутый урбанизм и универсальная критика
современной цивилизации и противопоставление ей девственной природы и
идиллической патриархальности; 2) полнота обзора всех сфер городской жизни
(полюса: высший свет и криминальное «дно»); 3) стремления увидеть основные
противоречия и отрицательные свойства современного общества одинаково в
24
Вулис, А.В. Поэтика детектива / А. В. Вулис // Новый мир, 1978, № 1. – С. 244-258.С. 247.
15
преступности и в государственной системе борьбы с нею; 4) изображение
внутреннего мира героя, совершившего или задумавшего совершить
преступление, и постановка нравственно-философских проблем преступления и
наказания, связанных с его образом; 5) обязательное прохождение главного
героя через «смерть» как условие его последующего духовного возрождения и
возвышения; 6) прямое воплощение в сюжетной структуре (категории случая и
судьбы) авторской концепции теодицеи, т.е. в данном случае –
провиденциального смысла биографии ведущего героя.
Во втором параграфе третьей главы диссертации «Моральнофилософский аспект «проблемы преступления» в романе Ф.М.
Достоевского «Преступление и наказание» и романе Ч. Диккенса «Тайна
Эдвина Друда» отмечается тот факт, что оба писателя имели тяготение к
описанию механизма преступления и психологии преступника25. Английские
исследователи (Э.Уилсон, Фангер, Лари) отмечают влияние Диккенса на
Достоевского и пишут о том, что Достоевский заимствовал именно у Диккенса
«навязчивую идею» о совершении убийства, овладевающую его героями.
Критики считают, что Достоевский, несомненно, ориентировался на творчество
Диккенса, изображая внутренний мир преступника, и по-новому коснулся
проблемы изучения психологии преступника. Объектом подробного
исследования в романах и русского, и английского писателя, основанных на
преступлении, а чаще всего именно на убийстве, становится история моральной
деградации человека. Достоевский и Диккенс имеют точки соприкосновения,
выражавшиеся во внимании, которое они уделяли духовным кризисам
человеческой души, переломным моментам в сознании героев. Это
реализовалось в романах писателей в конструировании сюжетной интриги,
основанной на злодеянии.
В первом пункте второго параграфа третьей главы «Образ преступника у
Достоевского и Диккенса» дается подробная характеристика Свидригайлова,
Джаспера и Раскольникова. Делаются выводы о сложности образа
Свидригайлова, глубине и неоднозначности его характера, а также о том, что
Свидригайлов ближе к тому типу традиционного преступника, который мы
находим на страницах романа Диккенса.
Во втором пункте второго параграфа третьей главы «Раскольников и
Джаспер. Два типа преступника» проводится сопоставление образов двух
убийц, которое выявляет значительное отличие, говорящее о разнице в
подходах к вопросу «преступления и преступника» у Достоевского и Диккенса.
25
см. Прокурова Н.С. «Нравственно-психологические аспекты проблемы преступления и
наказания в русской литературе второй половины ХIХ в», Потанина Н.Л. «Большие
надежды» Ч. Диккенса: Проблема преступности // Художественное произведение в
литературном процессе (на материале литературы Англии): межвуз. сб. науч. тр. М. : МГПИ,
1985.-С. 98-111.
16
Достоевский впервые в мировой романистике ставит преступника,
совершившего отвратительный и противный человеческой природе поступок,
выше совершенного им убийства. Раскольников как нетрадиционный тип
преступника совершает преступление, руководствуясь нетрадиционным
мотивом преступления. Важно подчеркнуть, что в романе Достоевского «в
центре осмысления не преступник как отдельное лицо, а проверка склонности к
разрушению основ нравственности человечеством, проверка возможности
такого разрушения»26. Герой Диккенса традиционно изображен с более
цельным характером. Однако и Джаспер испытывает мучительное чувство
раздвоения личности, противоестественное для здоровой человеческой души.
В третьем пункте второго параграфа третьей главы «Свидригайлов и
Джаспер. Изображение героев-злодеев в романах «Преступление и
наказание» и «Тайна Эдвина Друда» в центре внимания находится сцена,
повествующая о выяснении отношений между Джоном Джаспером и Розой
Буттон в XIV главе романа Диккенса, и сцена объяснения между
Свидригайловым и Авдотьей Романовной в V главе шестой части романа
Достоевского. Эти эпизоды имеют много общего и представляют собой особый
интерес для сопоставления, так как иллюстрируют традиционный мотив
преступления, совершенного Джаспером и Свидригайловым, – неразделенную
любовь.
В Четвертом пункте второго параграфа третьей главы «Образ сыщика у
Достоевского и у Диккенса» сосредоточено внимание на образах сыщиков у
Достоевского и Диккенса. Встречи Раскольникова и Порфирия Петровича
отличаются от встреч классического преступника и классического следователя.
Они играют в игру, между ними психологический поединок, дружба-ненависть,
не укладывающаяся в рамки традиционного романа с криминальным сюжетом.
Это является новаторством в построении сюжета на основе детектива. Роман
Диккенса не был закончен, что привело к появлению множества трактовок
отсутствующей части романа, в которой главная роль была отведена сыщику
мистеру Дэчери, с чьим образом связана одна из основных загадок романа. С
опорой на работы исследователей творчества Диккенса (Уилсон Энгус, Уолтерс
Дж. Каминг, Д. Форстер, Ричард Проктор, М.А. Чегодаева, Р. Бейкер)
анализируются многочисленные попытки воссоздать сюжетный замысел
незаконченного романа Диккенса и определить, кто мог скрываться под маской
мистера Дэчери.
В четвертой главе «Особенности построения сюжета в романах
Достоевского и Диккенса» рассматривается роль мотива преступления в
формировании сюжетной интриги. На основании сопоставления построения
26
Целкова, Л.Н. Сопоставление романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» и
романа Ч. Диккенса «Тайна Эдвина Друда». Материалы конференции МГУ, «Поспеловские
чтения» / Л. Н. Целкова. – М., 2004 г.
17
сюжета у Диккенса и Достоевского делается вывод о новаторском подходе
русского писателя к переосмыслению детективного жанра. Таким образом,
говоря об особенностях романов Достоевского и Диккенса как о романах с
криминальным сюжетом, построенном на мотиве преступления, мы можем
сделать несколько выводов. Достоевский преодолел условности и форму
детективного жанра, создал совершенно иное «единое и цельное
художественное произведение», вывел из разнородных элементов новую
форму. В романе у Достоевского преступник осмысливается не как отдельное
лицо, совершившее конкретное преступление, которое требует разгадки, а как
человек, имеющий склонность к разрушению начал нравственности, как
человек, «предавший себя». И мотив такого преступления - непохожего на
«классический» - становится основой совсем другого жанра, нежели
традиционный детективный роман. Вопрос о сюжетообразующей роли мотива
преступления в романе «Преступление и наказание» может быть освещен
следующим образом: у Достоевского мотив преступления является идейно
образующим, тогда как у Диккенса - безусловно, сюжетообразующим.
В заключении диссертации подводятся итоги исследования.
Утверждается, что творчество такого крупного английского писателя, как
Диккенс, оказало значительное влияние на Достоевского, который был его
страстным поклонником. Не вызывает сомнений так же и то, что Достоевский,
хорошо знавший и любивший многие романы Диккенса, использовал его
открытия в своем художественном мире. Сходство тем, образов, мотивов,
сюжетные переклички в произведениях Достоевского и Диккенса можно
объяснить не только «прямым отзвуком впечатлений увлеченного читателя и
почитателя произведений Диккенса»27 и «совпадением творческих поисков
двух писателей»28, но и типологическими схождениями, обусловленными
«подготовленной почвой для подражания» 29. Роман Ч. Диккенса «Тайна
Эдвина Друда» отразил стремление английского писателя построить четкий
сюжет, в котором каждая подробность продумана и находится на своем месте.
Он держится на композиции, на тонком и точном стратегическом расчете.
Диккенс построил здесь все на интриге.
В романе Достоевского «Преступление и наказание» преступление можно
рассматривать на многих содержательно-формальных уровнях: тематическом,
идейном, мотивном и психологическом. Роман «Преступление и наказание»
27
Катарский, И.М. Диккенс в России. Середина XIX века/ И. М. Катарский. – М.: Наука,
1966. – 428 с. С.358.
28
Криницын, А.Б. «Творчество Ф. М. Достоевского: связи с западноевропейскими
литературами» /А.Б. Криницын //Сравнительное литературоведение Россия и Запад. Под ред.
В. Б. Катаева, Л. В. Чернец. – М., «Высшая школа», 2008. – С. 195-233. С. 205.
29
Чернец, Л.В. О тематике компаративистских исследований. Сравнительное
литературоведение Россия и Запад. Под ред. В. Б. Катаева, Л. В. Чернец, – М.: «Высшая
школа», 2008. С. 7-17. С.10.
18
стал первым и единственным произведением Достоевского, в котором мотив
преступления является идейно-композиционном центром. Роман Диккенса
«Тайна Эдвина Друда» стал последним произведением английского писателя и
первым его романом, полностью построенным с опорой на совершенное
преступление. В этом романе Диккенс дошел до высшего уровня литературного
мастерства, целиком основывая построение сюжета на традиции. Достоевский
написал свой роман «с другого конца» - с раскрытия убийства, что позволило
ему изменить традиционную жанровую форму: он выступил как новатор,
изменив конструкцию сюжета, характеры и идейно-философский ракурс
традиционной жанровой формы. Таким образом, можно сделать вывод о том,
что у Диккенса мотив преступления является сюжетообразующим и играет
главную роль в создании сюжетной интриги. Ему отводиться центральное
место. У Достоевского же этот мотив подчинен главной идее романа, поэтому
его можно назвать идейно-образующим. Иными словами, для Диккенса мотив
преступления – основа темы, а для Достоевского этот мотив переходит на
уровень проблематики.
Основные положения диссертации отражены в следующих
публикациях:
1.
Сафонова С.Ю. Образ следователя как новый тип сыщика в
романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» // Известия
Волгоградского государственного педагогического университета. – 2012. –
№ 6 (70). – С. 102–105 (0,5 п.л.).
2.
Сафонова С.Ю. Ф.М. Достоевский и О. Бальзак: диалог
мировоззрений // Вестник Челябинского государственного университета.
Филология. Искусствоведение. Вып. 66. – 2012. – № 17 (271). – С. 113–116
(0,5 п.л.).
3.
Сафонова С.Ю. Особенности построения сюжета в романе Ф.М.
Достоевского «Преступление и наказание» и романе Ч. Диккенса «Тайна
Эдвина Друда» // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2012.
– № 4 (65). – С. 87–90 (0,4п.л.).
4.
Сафонова С.Ю. Детектив как форма художественного
мышления (на примере романов Ф.М. Достоевского «Преступление и
наказание» и Ч. Диккенса «Тайна Эдвина Друда» // Вектор науки
Тольяттинского государственного университета. – 2013. – № 1 (23).– C. 239242 (0,5 п.л.).
5.
Сафонова С.Ю. Криминальный сюжет как путь к «тайне» человека
(«Преступление и наказание» Ф. М. Достоевского и «Тайна Эдвина Друда» Ч.
Диккенса) // Сравнительное и общее литературоведение: Сборник статей
молодых ученых. – М.: МАКС Пресс, 2013. – Выпуск. 4. – С. 58-66 (0,4 п.л.).
19
6.
Сафонова С.Ю. Порфирий Петрович – тип нового следователя в
романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» // Вопросы языка и
литературы в современных исследованиях: Материалы международной научнопрактической конференции «Славянская культура: истоки, традиции,
взаимодействие. XII Кирилло-Мефодиевские чтения». – Москва, Ярославль:
Ремдер, 2011. – С. 606–611 (0,2 п.л.).
7.
Сафонова С.Ю. Отражение художественного мира О. Бальзака в
творчестве ФМ. Достоевского // Славянская культура: истоки, традиции,
взаимодействие: Материалы Форума молодых ученых международной научно практической конференции «XI Кирилло-Мефодиевские чтения». – М.: ИКАР,
2011. – С. 529–535 (0,4 п.л.).
8.
Сафонова С.Ю. Достоевский в диалоге с Диккенсом.
«Преступление и наказание» и «Тайна Эдвина Друда»: сопоставление
сюжетной интриги // Ф.М. Достоевский в диалоге культур: Материалы
международной конференции. – Коломна: Коломенский государственный
педагогический институт, 2009. – С. 137–139 (0,4 п.л.).
9.
Сафонова С.Ю. Новый тип следователя в романе Ф.М.
Достоевского «Преступление и наказание»// Материалы Международного
молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2011» – Режим доступа:
http://lomonosov-msu.ru/archive/Lomonosov_2011/structure_28_1308.htm. 2011. –
С. 163–165 (0,25 п.л).
20
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа