close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Театрализованное представление по «Реквиему» Р. Рождественского и Д. Кабалевского
«Никто не забыт и ничто не забыто»
На занавесе эпиграф: «Посредине планеты
в громе туч грозовых
смотрят мертвые в небо,
веря в мудрость живых...»
Р. Рождественский
Звучат первые такты «Реквиема» Д. Кабалевского; под музыку читается «Вступление».
Помните! Через века,
через года — помните! О тех,
кто уже не придет никогда,— помните! Не плачьте!
В горле сдержите стоны, горькие стоны.
Памяти
павших
будьте
достойны!..
I чтец.
Вечная Слава
Героям! Вечная слава! Вечная слава! Вечная
слава
героям! Слава героям! Слава!! ...Но зачем она им,
эта слава,— мертвым? Для чего она им,
эта слава,— павшим? Все живое —
спасшим. Себя —
не спасшим. Для чего она им,
эта слава,— мертвым?..
Если молнии в тучах заплещутся жарко
и огромное небо от грома оглохнет,
если крикнут
все люди земного шара,—
ни один из погибших даже не вздрогнет.
Знаю: солнце
в пустые глазницы не брызнет! Знаю:
песня
тяжелых могил не откроет! Но от имени
сердца, от имени
жизни
повторяю:
Вечная
Слава
Героям!..
И бессмертные гимны,
прощальные гимны
над бессонной планетой
плывут величаво... Пусть
не все герои — те,
кто погибли,— павшим
Вечная слава! Вечная слава!
Вспомним всех поименно, горем
вспомним
своим... Это нужно —
не мертвым! Это надо —
живым! Вспомним
гордо и прямо погибших в борьбе... Есть
великое право: забывать о себе! Есть
высокое право: Пожелать и посметь!.. Стала
Вечною Славой
мгновенная смерть!
Текст о подвиге Александра Матросова читается в микрофон. Чтение сопровождается музыкой Д. Шостаковича «1905 год, 9 января.
Финал». На занавес проецируется портрет Матросова.
Александр лежал впереди сраженных товарищей так близко от дзота, что его обдавало пороховым дымом... Под
правой щекой таял колючий снег, и ледяной холодок проникал в сердце. И билось оно так сильно, словно вздрагивал
весь мир.
Он выждал момент, когда фашист отвел от него пулемет, вскочил, ...но не было у него уже ни одной гранаты и
опустел автоматный диск. Оставалась только неизмеримая душевная сила...
Стремительными прыжками побежал он вправо, потом резко свернул влево, подбежал к задымленной, черной,
изрыгающей огонь амбразуре и грудью своей закрыл ее.
Пулемет захлебнулся. Умолк. На миг стало так тихо, что было слышно, как шумят сосны да звенит в ушах только
что утихший грохот боя.
II чтец.
Разве погибнуть ты им завещала, Родина?
Жизнь
обещала, любовь
обещала, Родина. Разве для смерти
рождаются дети, Родина? Разве хотела ты
нашей смерти, Родина? Пламя
ударило в небо — ты помнишь, Родина?
Тихо сказала:
«Вставайте на помощь...»—
Родина. Славы
никто у тебя не выпрашивал, Родина
Просто был выбор у каждого: я или
Родина. Самое лучшее и дорогое —
Родина. Горе твое — Это наше
горе, Родина.
Правда твоя —
Это наша
правда, Родина. Слава твоя — Это наша
слава, Родина!
Текст о Пискаревском кладбище читается под музыку Л. Бетховена, Третья симфония, часть вторая (траурный марш). Проецируются
фотографии Пискаревского кладбища.
III ч т е ц. 9 мая 1960 года — в пятнадцатую годовщину победоносного окончания Великой Отечественной
войны — в Ленинграде, на Пискаревском кладбище состоялось торжественное открытие памятника героическим
защитникам Ленинграда, отдавшим жизнь за свободу и независимость Родины в суровые дни блокады 1941 —1944
годов. Этот памятник увековечивает бессмертный подвиг жителей Ленинграда и воинов Советской Армии, в
течение 900 дней мужественно защищавших от немецко-фашистских захватчиков город Ленина. 641 803
ленинградца, в том числе женщины и дети, погибли в этой суровой борьбе. Многие из них похоронены в братских
могилах Пискаревского кладбища.
IV чтец. Светильник с Вечным огнем, строгие холмы братских могил, простые каменные надгробья и аллеи
цветов расположены далее по направлению к центральной части Некрополя,
завершающегося монументом
«Мать-Родина».
На высоком гранитном постаменте — шестиметровая бронзовая фигура женщины с ветвью славы в простертых
руках, олицетворяющая Родину. Образ полон невысказанной боли и молчаливого преклонения перед мужеством,
стойкостью, героизмом сынов и дочерей своих. Вся фигура — воплощение гордой скорби.
V чтец.
Здесь лежат ленинградцы.
Здесь горожане —
мужчины, женщины, дети.
Рядом с ними солдаты-красноармейцы.
Всею жизнью своею
Они защищали тебя, Ленинград.
Их имен благородных
мы здесь перечислить не сможем,
Так их много под вечной охраной гранита,
Но знай, внимающий этим камням,
Никто не забыт и ничто не забыто.
VI чтец.
В город ломились враги, в броню и железо одеты,
Но с Армией вместе встали
Рабочие, школьники, учителя, ополченцы,
И все, как один, сказали они:
Скорее смерть испугается нас, чем мы смерти.
Не забыта голодная, лютая, темная
Зима сорок первого — сорок второго,
Ни свирепость обстрелов,
Ни ужас бомбежек в сорок третьем.
Вся земля городская пробита,
Ни одной вашей жизни, товарищи, не позабыто.
Под непрерывным огнем с неба, с земли и с воды
Подвиг свой ежедневный
Вы свершали достойно и просто,
И вместе с Отчизной своей
Вы все одержали победу.
Так пусть же пред жизнью бессмертною вашей
На этом печально-торжественном поле
Вечно склоняет знамена народ благодарный,
Родина-мать и город-герой Ленинград.
VII чтец.
Я не смогу. Я не умру...
Если умру —
стану травой.
Стану листвой.
Дымом костра.
Вешней землей.
Ранней звездой.
Стану волной, пенной волной!
Сердце свое вдаль унесу.
Стану росой, первой грозой,
смехом детей, эхом в лесу...
Будут в степях травы шуметь.
Будет стучать в берег волна...
Только б допеть! Только б успеть!
Только б испить чашу до дна!
Только б в ночи пела труба!
Только б в полях зрели хлеба!..
Дай мне ясной жизни, судьба!
Дай мне гордой смерти, судьба!
В микрофон: Зоя... (текст читает ученица, на груди у нее дощечка с надписью «партизанка»).
Как морозно!
Как светла дорога, утренняя, как твоя судьба!
Поскорей бы!
Нет, еще немного! Нет, еще не скоро...
От порога... по тропинке...
до того столба...
Надо ведь еще дойти дотуда,
Этот длинный путь еще прожить...
Может ведь еще случиться чудо...
Где-то я читала...
Может быть!.. Жить...
Потом не жить...
Что это значит? Видеть день...
Потом не видеть дня... Это как?
Зачем старуха плачет? Кто ее обидел?
Жаль меня? Почему ей жаль меня?
Не будет ни земли, ни боли... Слово «жить»...
Будет свет, и снег, и эти люди. Будет все, как есть.
Не может быть!
Если мимо виселицы прямо все идти к востоку —
там Москва. Если очень громко крикнуть:
«Мама!» Люди смотрят.
Есть еще слова...
— Граждане, не стойте, не смотрите!
(Я живая — голос мой звучит.)
Убивайте их, травите, жгите!
Я умру, но правда победит!..
На сцене — девушка-чтец в черном одеянии склонилась над памятником со звездой.
Ой, зачем ты, солнце красное,
все уходишь — не прощаешься?
Ой, зачем с войны безрадостной,
сын, не возвращаешься?
Из беды тебя я выручу,
прилечу орлицей быстрою.
Отзовись, моя кровиночка!
Маленький,
Единственный...
Белый свет не мил.
Изболелась я.
Возвратись, моя надежда!
Зернышко мое.
Зорюшка моя.
Горюшко мое —
где ж ты?
Не могу найти дороженьки,
чтоб заплакать над могилою...
Не хочу я ничегошеньки —
только сына милого.
За лесами моя ластынька!
За горами — за громадами...
Если выплаканы глазыньки,
сердцем плачут матери.
Белый свет не мил.
Изболелась я.
Возвратись, моя надежда!
Зернышко мое.
Зорюшка моя.
Горюшко мое —
где ж ты?
Солистка исполняет «Ариозо матери», музыка А. Новикова, стихи Г. Рублева.
Хоровая декламация.
Слушайте!
Это мы говорим.
Мертвые.
Мы.
Слушайте!
Это мы говорим.
Оттуда. Из тьмы.
Слушайте!
Распахните глаза.
Слушайте до конца.
Это мы говорим, мертвые.
Стучимся в ваши сердца...
Не пугайтесь!
Однажды мы вас потревожим во сне.
Над полями свои голоса пронесем в
тишине.
Мы забыли, как пахнут цветы,
Как шумят тополя.
Мы и землю забыли.
Какой она стала, земля?
Как там птицы?
Поют на земле без нас?
Как черешни?
Цветут на земле без нас?
Как светлеет река?
И летят облака над нами? Без нас?
Мы забыли траву. Мы забыли деревья давно.
Нам шагать по земле не дано.
Никогда не дано!
Никого
не разбудит
оркестра
печальная
медь... III голос. Только самое страшное,
даже страшнее,
чем смерть:
знать,
что птицы поют на земле без нас!
что черешни цветут на земле без нас!
что светлеет река.
И летят облака над нами. Без нас.
Продолжается жизнь. Все.
И опять начинается день.
Приближается время дождей.
Нарастающий ветер колышет
большие хлеба.
Это — ваша судьба.
Это — общая наша судьба...
Так же птицы поют на земле без нас.
И светлеет река.
И летят облака над нами
Без нас...
Идут со знаменем солдаты под музыку духового оркестра. Можно использовать кадры из фильма.
V чтец.
Плескалось багровое знамя,
горели багровые звезды,
слепая пурга накрывала багровый от крови
закат. И слышалась поступь дивизий,
великая поступь
дивизий, железная поступь
дивизий, точная поступь
солдат! Навстречу раскатам
ревущего грома мы в бой поднимались
светло и сурово. На наших знаменах
начертано слово: Победа!
Победа! Во имя Отчизны —
победа! Во имя живущих —
победа! Во имя грядущих —
победа! Войну
мы должны сокрушить!
И не было гордости выше,
и не было доблести выше — ведь, кроме
желания выжить, есть еще мужество
жить! Навстречу раскатам
ревущего грома мы
в бой поднимались светло и сурово.
На наших знаменах
начертано слово: Победа! Победа!
Девушка в белом — олицетворение Победы — читает стихи О. Берггольц «Встреча с победой».
— Здравствуй...
Сердцем, совестью, дыханьем, всею жизнью говорю тебе:
— Здравствуй, здравствуй.
Пробил час свиданья, светозарный час в людской судьбе. Я четыре года самой гордой — русской верой —
верила, любя, что дождусь — живою или мертвой,— все равно,— но я дождусь тебя. Вот я дождалась тебя —
живою...
— Здравствуй...
Что еще тебе сказать? Губы мне свело священным зноем, слезы опаляют мне глаза. Ты прекраснее, чем нам
мечталось, свет безмерный, слава, сила сил. Ты — как день, когда земля рождалась вся в заре, в сверкании светил.
...Счастье грозное твое изведав, зная тернии твоих путей,— я клянусь тебе, клянусь, Победа, за себя и всех своих
друзей,— я клянусь, что в жизни нашей новой мы не позабудем ничего: ни народной драгоценной крови, пролитой
за это торжество; ни твоих бессмертных ратных будней, ни суровых праздников твоих, ни твоих приказов не
забудем, но во всем достойны будем их. Я клянусь так жить и так трудиться, чтобы Родине цвести, цвести... Чтоб
вовек теперь ее границы никаким врагам не перейти... Пусть же твой огонь неугасимый в каждом сердце светит и
живет ради счастья Родины любимой, ради гордости твоей, Народ.
I чтец.
В нашем грядущем не будет
войны, не будет
страха
В нашем грядущем не будет
страданий, не будет
нищеты. Небо над нами будет ясным, огромным
и ясным. В нашем грядущем дети
отучатся плакать и будут
смеяться, звонко,
звонко смеяться.
И в сердце хранить славу
своих отцов.
Чтец
Мы —
рожденные песней победы — начинаем жить и мечтать!
Именем солнца,
именем Родины клятву даем. Именем жизни
клянемся павшим героям: то, что отцы не допели,— мы
допоем! То, что отцы не построили,— мы
построим! Торопитесь,
веселые весны! Мы погибшим на смену пришли. Не гордитесь,
далекие звезды,— ожидайте гостей с Земли! Именем солнца,
именем Родины клятву даем. Именем жизни
клянемся павшим героям: то, что отцы не допели,— мы
допоем! То, что отцы не построили,— мы
построим!
V ч т е ц.
Вечная Слава
Героям! Вечная слава! Вечная слава! Вечная
слава
героям! Слава героям! Слава!!
Пусть
не все герои — те, кто погибли,—
павшим
Вечная слава!.. Все живое —
спасшим, себя не спасшим —
Вечная слава! Вечная слава!
Слава! Слава! Слава!
Хор исполняет «Бухенвальдский набат», музыка В. Мурадели, стихи А. Соболева.
VI чтец. Помните!
Через века,
через года — помните!
О тех, кто уже не придет
никогда,— помните!
Не плачьте!
В горле сдержите
стоны, горькие стоны. Памяти
павших
будьте достойны! Вечно достойны!
Хлебом и песней, мечтой и стихами,
жизнью просторной, каждой
секундой, каждым
дыханьем будьте достойны! Люди! Покуда сердца
стучатся,— помните! Какою ценой
завоевано счастье,—
пожалуйста,
помните!
Песню свою
отправляя в полет,— помните! О тех,
кто уже никогда не споет,— помните!
Детям своим
расскажите о них, чтоб запомнили! Детям
детей расскажите о них, чтобы тоже запомнили!
Во все времена
бессмертной Земли помните!
К мерцающим звездам
ведя корабли — о погибших
помните! Встречайте
трепетную весну, люди Земли!
Убейте
войну, прокляните войну,
люди Земли!
Мечту пронесите через года и жизнью наполните!..
Но о тех, кто уже не придет
никогда, заклинаю,— помните!
Хор исполняет «Летите, голуби», музыка И. Дунаевского, стихи М. Матусовского.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа