close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
ОБЗОР
АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН
ЗА НОЯБРЬ-ДЕКАБРЬ 2014 ГОДА
Обзор подготовлен в соответствии с планом работы Верховного Суда
Республики Башкортостан на второе полугодие 2014 года с целью
совершенствования практики рассмотрения уголовных дел судами
республики.
Анализ изученных определений (постановлений), вынесенных
судебной коллегией в ноябре-декабре 2014 года, показал, что районными
(городскими) судами допускаются ошибки, как в применении и толковании
норм материального права, так и процессуальные нарушения.
В данном обзоре приведены примеры апелляционной практики
Верховного Суда Республики Башкортостан для изучения судьями
республики, принятия к сведению и для использования в работе при
рассмотрении уголовных дел.
I. ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ НОРМ УГОЛОВНОГО ЗАКОНА
1. Обратная сила уголовного закона
1.1.
При приведении приговора в соответствие с действующим
законодательством в случае, если в материалах уголовного дела
отсутствуют достоверные данные о массе сухого остатка
наркотического
средства
или
психотропного
вещества,
включенных в список I, осужденные по ст. 228 УК РФ подлежат
освобождению от наказания в порядке п. 13 ст. 397 УПК РФ в
соответствии со ст. 10 УК РФ.
По постановлению Калининского районного суда г. Уфы РБ от 20 июня 2014
года отказано в удовлетворении ходатайства Г., осужденного по приговору
Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа Югры от 20.10.2011 года по ч. 2 ст. 228 УК РФ, о приведении приговора в
соответствии с действующим уголовным законодательством.
Суд апелляционной инстанции отменил судебное решение в связи с тем,
что судом не принято во внимание требование ст. 10 УК РФ и Постановление
Правительства РФ от 10 октября 2012 года № 1002, согласно которому
количество наркотического средства определяется массой сухого остатка
после высушивания до постоянной массы при температуре +70…+110
градусов Цельсия.
Приговором Сургутского городского суда Ханты-Мансийского
автономного округа - Югры от 20 октября 2011 г. Г. был признан виновным в
совершении одного преступления, выразившимся в незаконном
приобретении и хранении наркотического средства – дезоморфина.
Из приобщенного к материалу копии приговора следует, что Г.
приобрел один медицинский шприц с жидкостью бурого цвета, которая
согласно экспертному исследованию №747 от 10.09.2011г. и заключению
судебно-химической экспертизы №871 от 14.09.2011 г., содержит в своем
составе наркотическое средство – дезоморфин, обшей массой 3.349 грамма.
Суд первой инстанции истребовал с Сургутского городского суда
Ханты-Мансийского автономного округа – Югры копии
экспертного
исследования и заключения судебно-химической экспертизы, из которых
следует, что представленная на экспертизу жидкость объемом 3.2 мл, массой
в представленном виде 3,152 грамм содержит в своем составе наркотическое
средство – дезоморфин.
Таким образом, особо крупный размер наркотического вещества –
дезоморфина, был определен судом исходя из веса всей жидкости, в которую
входило это вещество – 3.349 гр., то есть без выделения сухого остатка после
высушивания до постоянной массы при температуре +70 ... +110 градусов
Цельсия, как этого требует действующее законодательство.
В настоящее время определить размер изъятого у Г. 10 сентября 2011
года в ходе личного досмотра наркотического средства (дезоморфина) путем
выделения сухого остатка этого вещества после его высушивания, не
представляется возможным, так как согласно приговору, вещественное
доказательство – наркотическое средство дезоморфин - подлежит
уничтожению после вступления приговора в законную силу. Приговор
вступил в силу 07 декабря 2011 года.
При отсутствии же достоверных данных о точной массе сухого остатка
дезоморфина оснований полагать, что Г. совершил незаконное приобретение
и хранение наркотического средства – дезоморфина, как это вменено ему в
вину, не имеется.
По указанным мотивам суд апелляционной инстанции отменил
постановление суда, ходатайство осужденного о приведении приговора в
соответствие с действующим уголовным законодательством удовлетворил,
Г. был освобожден от назначенного приговором Сургутского городского
суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 20.10.2011 года
наказания по ч. 2 ст. 228 УК РФ.
Дело № 22-12481/2014
2
1.2.
Уголовный закон, ухудшающий положение лица, совершившего
преступление, в том числе лица, отбывающего наказание,
обратной силы не имеет; в таком случае подлежит применению
закон, действовавший на момент совершения преступления.
По постановлению Калининского районного суда г. Уфы РБ от 8 августа
2014 года прекращено производство по ходатайству Р. об условно-досрочном
освобождении, так как, по мнению суда, осужденный не отбыл три четверти
назначенного наказания согласно пункту «г» части 3 статьи 79 УК РФ (в
редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ).
Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда о
преждевременности заявленного ходатайства об УДО и отменил судебное
решение в связи с неправильным применением уголовного закона.
Из предоставленных материалов следовало, что Р. был осужден по
приговору от 20 июня 2012 года за совершение 8.12.2011г. преступления,
предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, отнесенной ч. 4 ст. 15 УК РФ к
категории тяжких преступлений.
В соответствии со ст. 10 УК РФ уголовный закон, ухудшающий
положение лица, совершившего преступление, в том числе лица,
отбывающего наказание, обратной силы не имеет; а подлежит применению
закон, действовавший на момент совершения преступления.
Таким образом, при рассмотрении ходатайства осужденного Р. суд
должен был применить положения п. «б» ч. 3 ст. 79 УК РФ, действовавшие
на момент совершения Р. преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК
РФ, т.е. 8 декабря 2011 года, где требовалось отбытие осужденным не менее
половины срока наказания, назначенного судом.
Учитывая, что на момент обращения осужденного в суд половина срока
назначенного наказания им была отбыта, вывод суда о преждевременности
заявленного ходатайства являлся необоснованным.
При наличии таких данных ходатайство осужденного было направлено
в суд на новое судебное разбирательство.
№ 22-11365/2014
2. Вопросы квалификации преступления
2.1.
По смыслу закона, если ущерб, причиненный в результате кражи,
не превышает необходимого размера, либо ущерб не наступил по
обстоятельствам, не зависящим от виновного, содеянное может
квалифицироваться как покушение на кражу с причинением
3
значительного ущерба гражданину при условии, что умысел
виновного был направлен на кражу имущества в значительном
размере.
По приговору Салаватского городского суда РБ от 30 июля 2014 года Л.
осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ к 9 месяцам исправительных работ
с удержанием 10 % заработной платы в доход государства.
Суд апелляционной инстанции по представлению государственного
обвинителя изменил приговор в связи с неправильным применением судом
норм уголовного закона при квалификации совершенного преступления.
Органами предварительного расследования Л. было предъявлено
обвинение по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,
Суд первой инстанции исключил из обвинения квалифицирующий
признак причинение значительного ущерба, мотивируя своё решение тем,
что указанный признак может быть вменен виновному в том случае, если
значительный ущерб гражданину причинен реально. Здесь же преступление
не было доведено до конца по независящим от Л. обстоятельствам, поэтому
осужденный не мог распорядиться похищенным имуществом, и,
соответственно, реальный ущерб от его действий не наступил.
Суд апелляционной инстанции нашел вывод суда о переквалификации
действий Л. с ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158
УК РФ необоснованным.
По смыслу закона, если ущерб, причиненный в результате кражи, не
превышает необходимого размера, либо ущерб не наступил по
обстоятельствам, не зависящим от виновного, содеянное может
квалифицироваться как покушение на кражу с причинением значительного
ущерба гражданину при условии, что умысел виновного был направлен на
кражу имущества в значительном размере.
Между тем, из показаний осужденного Л. следовало, что он занимался
скупкой садовых домиков на слом с целью дальнейшей продажи
строительных материалов, следовательно, он знал о стоимости 3 бетонных
плит перекрытия, которые пытался похитить. Кроме того, согласно
материалам уголовного дела, Л. заранее спланировал преступление,
договорился с покупателем плит, использовал необходимые инструменты
для демонтажа крыши садового домика, нанял транспортное средство для
перемещения указанных плит. Таким образом, доказательствами,
исследованными в судебном заседании, установлено, что умысел Лазарева
был направлен именно на кражу с причинением значительного ущерба
потерпевшей.
При наличии таких данных суд апелляционной инстанции
переквалифицировал действия Л. с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ на ч. 3 ст.
30, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и назначил осужденному наказание с учетом
требований ст. 6, 60 УК РФ.
Дело № 22-10675/2014
4
3. Вопросы назначения наказания
3.1.
Назначение дополнительного наказания.
3.1.1. Суд не вправе без применения положений ст.47 УК РФ назначить
по ч.1 ст. 264 УК РФ одновременно с основным наказанием –
ограничением свободы, дополнительное наказание в виде лишения
права управления транспортным средством.
По приговору Аургазинского районного суда РБ от 15 сентября 2014 года Х.
осужден по ч.1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на 1 год с лишением
права управлять транспортным средством сроком на 1 год 6 месяцев.
Санкция ч.1 ст.264 УК РФ не предусматривает возможности назначения
одновременно с основным наказанием – ограничением свободы,
дополнительного наказания в виде лишения права управления
транспортным средством.
Поскольку судом при назначении Х. дополнительного наказания не
были применены положения ст.47 УК РФ, суд апелляционной инстанции
приговор изменил, исключив из приговора указание о назначении Х.
дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортным
средством сроком на 1 год 6 месяцев.
Дело № 22-10533/2014
3.2.
Отмена условного осуждения
3.2.1. По смыслу ч. 3 ст. 74 УК РФ во взаимосвязи с ч. 5, 6 ст. 190 УИК
РФ суд не вправе вынести решение об отмене условного
осуждения, если после последнего предупреждения УИИ об отмене
условного осуждения лицо не допускало нарушений общественного
порядка, неисполнения возложенных на него судом обязанностей
либо не скрывалось от контроля.
По постановлению Калининского районного суда г. Уфы РБ от 1
октября 2013 года в отношении Г. отменено условное осуждение по
приговору Калининского районного суда г. Уфы от 18.10.2011 г..
Удовлетворяя представление уголовно-исполнительной инспекции, суд
указал, что Г. от отбывания наказания злостно уклоняется, письменно
предупреждался об отмене условного осуждения и исполнения назначенного
судом наказания, систематически не исполнял возложенные на него судом
обязанности – не являлся на регистрацию в УИИ.
5
Суд апелляционной инстанции отменил решение суда на том
основании, что за допущенные нарушения условий отбывания условного
наказания осужденный был уже привлечен к такому виду ответственности
как предупреждение.
В соответствии с ч. 1 ст. 190 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, при
уклонении условно осужденного от исполнения возложенных на него судом
обязанностей либо при нарушении им общественного порядка, за которое он
привлекался к административной ответственности, уголовно-исполнительная
инспекция предупреждает его в письменной форме о возможности отмены
условного осуждения.
Таким образом, письменное предупреждение о возможности отмены
условного осуждения является одной из форм ответственности осужденного
за уклонение либо неисполнение возложенных на него судом обязанностей и
исключает применение к осужденному за одни и те же нарушения другие
формы ответственности, в т.ч. отмену условного осуждения.
Из материала видно, что Г. был поставлен на учет в филиале по
Калининскому району ФКУ УИИ ГУФСИН России по РБ 3 ноября 2011 года
и 9 ноября 2011 года ознакомлен с порядком и условиями отбывания
наказания, ему были разъяснены последствия их нарушения, о чем взята
подписка.
В феврале 2013 года, 12 августа и 26 августа 2013 года осужденный Г. не
являлся на регистрацию, за что 4 марта 2013 года, 14 августа 2013 года и 28
августа 2013 года ему было вынесено письменное предупреждение об отмене
условного осуждения и исполнении назначенного судом наказания в
соответствие со ст. 190 УИК РФ.
Суд первой инстанции не принял во внимание, что доказательств
неисполнения Г. возложенных на него судом обязанностей после
письменного предупреждения 28 августа 2013 года уголовноисполнительной инспекцией не представлено.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к
выводу о необоснованности представления уголовно-исполнительной
инспекции и отказал в его удовлетворении.
Дело №22-10501/2014
II. ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ НОРМ
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА
4. Общие положения
6
4.1.
Вопросы обеспечения права обвиняемого на защиту
4.1.1. По смыслу ч. 7 ст. 49 УПК РФ адвокат не вправе действовать
вопреки воле доверителя (подзащитного).
Судебная коллегия отменила приговор Стерлитамакского городского суда
РБ от 4 августа 2014 года в отношении Е., осужденного по ч. 2 ст.318 УК РФ
в связи с нарушением его права на защиту.
Как видно из протокола судебного заседания, во время допроса
осужденный Е. утверждал, что он хотел ударить Я., попал по потерпевшему
Ж. случайно, в момент потасовки; намерений бить сотрудника полиции у
него не было; он пытался освободиться от Я. В последнем слове Е. также
просил учесть, что специально удар потерпевшему он не наносил.
Как следует из материалов уголовного дела, защиту интересов
подсудимого Е. в суде первой инстанции осуществлял адвокат А.Э.И. в
порядке ч. 2 ст. 50 УПК РФ.
Согласно ст. 49 УПК РФ, адвокат не вправе отказаться от принятой на
себя защиты обвиняемого, при этом, по смыслу закона, позиция адвоката не
должна быть противоречащей позиции подзащитного.
Данные требования уголовно-процессуального закона по настоящему
делу были нарушены.
Так, защитник А.Э.И., выступая в прениях сторон, просила назначить
осужденному минимальное наказание за данное преступление, что
противоречило позиции и интересам Е., фактически не признавшего вину в
применении насилия, опасного для здоровья в отношении представителя
власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.
Таким образом, адвокат А.Э.И. не выполнил своих обязанностей по
защите Е., чем лишила осуждённого права на защиту, гарантированного
Конституцией Российской Федерации и УПК РФ.
По указанным мотивам судебная коллегия отменила приговор суда и
направила уголовное дело на новое судебное разбирательство.
Дело № 22-11291/2014
4.2.
Обстоятельства, исключающие участие в уголовном
судопроизводстве
4.2.1. По смыслу закона высказанная в процессуальном решении до
завершения рассмотрения уголовного дела позиция судьи
7
относительно наличия или отсутствия события преступления и о
виновности лица в его совершении, является препятствием для
разрешения уголовного дела по существу этим судьей.
Судебная коллегия отменила приговор Дюртюлинского районного суда РБ от
26 мая 2014 года в отношении Г., М. и Г. по основанию, предусмотренному
п.2 ч.2 ст. 389.17 УПК РФ – вынесение судом решения незаконным составом
суда.
Согласно ч. 2 ст. 61 и ст. 63 УПК РФ судья не может участвовать в
производстве по уголовному делу, если имеются обстоятельства, дающие
основание полагать, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в
исходе данного дела.
Исходя из положений ч. 1 ст. 120 Конституции Российской Федерации о
праве каждого гражданина на рассмотрение его дела справедливым и
беспристрастным судом, Конституционный Суд Российской Федерации в
Определении от 01.03.2012 № 426-О-О признал, что высказанная судьей в
процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела
позиция относительно наличия или отсутствия события преступления,
обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого,
достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала
бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и
постановлении приговора или иного итогового решения.
В силу приведенной правовой позиции судья в таких случаях не должен
участвовать в дальнейшем рассмотрении уголовного дела, с тем, чтобы не
ставить под сомнение законность и обоснованность решения, которое будет
принято по этому делу, в конечном счете.
Между тем, данные положения при производстве по данному
уголовному делу судом не были соблюдены.
Из материалов уголовного дела усматривается, что судьей Х.,
постановившим приговор, ранее было вынесено вступившее в законную силу
постановление о продлении срока содержания под стражей в отношении
одного из обвиняемых Г. Мотивируя свое решение, суд указал, что вина Г. в
совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается
показаниями свидетелей М., Н., Х., показаниями подозреваемого М.,
заключениями судебных экспертиз.
Таким образом, при решении вопроса о продлении меры пресечения суд
разрешил вопрос о виновности Г., а также дал оценку показаниям свидетелей,
а также показаниям обвиняемого М., данным им на досудебном производстве,
которые в последующем были исследованы и оценены судьей при
8
постановлении приговора и явились доказательством вины как Г., так и М. в
совершении инкриминируемых им преступлений, а также третьего
обвиняемого Г.
Вынесение постановлений с таким содержанием, в силу
вышеназванных положений закона и позиции Конституционного суда РФ,
исключало участие судьи Х. при рассмотрении настоящего уголовного дела.
Между тем, данный судья принял уголовное дело к своему производству,
рассмотрел его по существу и вынес в отношении указанных лиц
обвинительный
приговор,
чем
нарушил
требования
уголовнопроцессуального законодательства.
При указанных обстоятельствах судебная коллегия отменила приговор
суда с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство.
Дело № 22-11406/2014
4.3.
Особый порядок судебного разбирательства
4.3.1. Положения главы 40 УПК РФ не применяются в отношении
подозреваемых или обвиняемых, не достигших к моменту
совершения преступления возраста восемнадцати лет.
По приговору Сибайского городского суда РБ от 26 августа 2014 года Ц.,
25.03.1996 г. р. осужден за совершение пяти преступлений, предусмотренных
ч.1 ст. 166 УК РФ, и четырех преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 158 УК
РФ (преступления совершены 10 января, 23 марта, 2 и 7 апреля 2014 года).
Уголовное дело рассмотрено в особом порядке предусмотренном
главой 40 УПК РФ.
Согласно разъяснению Пленума Верховного Суда РФ закон не
предусматривает применение особого порядка принятия судебного решения
в отношении несовершеннолетнего обвиняемого, поскольку производство по
уголовному делу в отношении лица, совершившего преступление в
несовершеннолетнем возрасте, осуществляется в общем порядке с
изъятиями, предусмотренными главой 50 УПК РФ. Указанное положение
распространяется на лиц, достигших совершеннолетия ко времени судебного
разбирательства1.
См.: п. 15 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 (в ред. от
02.04.2013) «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего
особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних».
1
9
Поскольку суд первой инстанции не выполнил указанные требование
закона, приговор суда был отменен, уголовное дело направлено на новое
судебное разбирательство в тот же суд в другом составе.
Дело № 22-10896/2014
5. Производство по рассмотрению и разрешению вопросов,
связанных с исполнением приговора.
5.1.
С учетом положений части 4 статьи 399 УПК РФ о том, что
осужденный может осуществлять свои права с помощью адвоката,
вопросы,
связанные
с
исполнением
приговора,
могут
рассматриваться судом по ходатайству адвоката.
Суд
апелляционной
инстанции
отменил
постановление
Стерлитамакского городского суда РБ от
8 сентября 2014 года о
возвращении ходатайства адвоката Я.С.Н. об условно-досрочном
освобождении от отбывания наказания осужденного Б. на основании
следующего.
Из материала следовало, что адвокат Я.С.Н. обратился в суд с
ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания
осуждённого Б, приобщив к ходатайству ордер, подтверждающий его
полномочия на представление интересов Б, копию приговора от 13.06.2013
года об осуждении Б., копию апелляционного определения от 25.12.2013 года
и характеризующие материалы на осужденного.
Суд возвратил ходатайство адвокату, мотивируя решение тем, что с
ходатайством об условно-досрочном освобождении в соответствии с ч.1 ст.
175 УИК РФ должен обращаться сам осужденный.
Согласно ч. 1 ст. 175 УИК РФ осужденный, к которому может быть
применено условно-досрочное освобождение, а также его адвокат (законный
представитель) вправе обратиться в суд с ходатайством об условнодосрочном освобождении от отбывания наказания.
По смыслу п. 2 ч. 1 ст. 399 УПК РФ вопрос об условно-досрочном
освобождении рассматривается судом по ходатайству осуждённого, который
в силу ч. 4 ст.399 УПК РФ может осуществлять свои права с помощью
адвоката.
При таких обстоятельствах вывод судьи о том, что ходатайство адвоката
Я.С.Н. об условно-досрочном освобождении осуждённого Б. не может быть
принято и подлежит возврату, не основано на законе.
10
По указанной мотиву обжалуемое решение судьи было отменено, а
материал вместе с ходатайством защитника направлен в тот же суд на новое
рассмотрение со стадии подготовки к судебному заседанию.
Дело № 22-10201/2014
5.2.
Вывод суда о том, что осужденный для своего исправления не
нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания,
должен быть основан на всестороннем учете данных о его
поведении за весь период отбывания наказания, а не только за
время,
непосредственно
предшествующее
рассмотрению
ходатайства или представления.
По постановлению Октябрьского районного суда г.Уфы РБ от 25 сентября
2014 года удовлетворено ходатайство осужденного П. об условно-досрочном
освобождении.
Суд апелляционной инстанции по представлению прокурора отменил
судебное решение по следующему основанию.
В соответствии со ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее лишение свободы,
подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано,
что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании
назначенного судом наказания.
Для этого суду следует оценить поведение осужденного в течение всего
периода отбытия наказания, его отношение к труду, данные,
характеризующие личность осужденного, его отношение к содеянному.
Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении
ходатайства П. не в полной мере учел положения вышеизложенных норм и
фактически оценил поведение осужденного только за 2014 год, положив в
основу принятия решения характеризующие данные, изложенные в
единственной характеристике, имеющейся в материалах уголовного дела за
2014 год. При этом из данной характеристики не видно, как осужденный
характеризовался в период времени с 2009-2013 годы (положительно либо
отрицательно). Судом не были истребованы, а также исследованы
характеристики и иные данные об осужденном в период его нахождения в
местах лишения свободы с 2009-2013 годы, оценка данному периоду
отбывания осужденным наказания судом в решении не дана. Неучет судом
данных обстоятельств мог повлиять на вывод суда по
ходатайству
осужденного П. об условно-досрочном освобождении. Соответственно,
доводы апелляционного представления прокурора о неполном учете его
поведения за весь период отбывания наказания являются обоснованными.
11
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не смог
признать постановление суда законным и обоснованным, в связи, с чем оно
было отменено, а материал направлен на новое судебное разбирательство.
Дело № 22-11686/2014
6. Производство
о
применении
медицинского характера.
6.1.
принудительных
мер
Лицу, в отношении которого ведется производство о применении
принудительной меры медицинского характера, должно быть
предоставлено
право
лично
участвовать
в
судебном
разбирательстве, если его психическое состояние позволяет ему
участвовать в судебном заседании.
По постановлению Татышлинского районного суда РБ от 26 июня 2014 года
З. освобожден от уголовной ответственности за совершение общественноопасного деяния, запрещенного уголовным законом, предусмотренного ч. 1
ст. 105 УК РФ с применением принудительных мер медицинского характера
в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре
специализированного типа.
Судебная коллегия отменила постановление суда по следующему
основанию.
Согласно ст. 437 УПК РФ лицу, в отношении которого ведется
производство о применении принудительной меры медицинского характера,
должно быть предоставлено право лично осуществлять принадлежащие ему
и предусмотренные ст. 46 и 47 УПК РФ процессуальные права.
В соответствии со ст. 441 УПК РФ рассмотрение уголовного дела
производится в общем порядке. Лицу, в отношении которого ведется
производство о применении принудительной меры медицинского характера,
должно быть предоставлено право лично участвовать в судебном
разбирательстве, если его психическое состояние позволяет ему участвовать
в судебном заседании. При этом учитываются заключение экспертов,
участвующих в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и при
необходимости медицинское заключение психиатрического стационара.
По смыслу закона не обеспечение судом лицу, в отношении которого
ведется или велось производство о применении принудительной меры
медицинского характера, права лично участвовать в судебном заседании,
если его психическое состояние позволяло ему участвовать в судебном
заседании и осуществлять свои процессуальные права, является нарушением
12
требований ч.1 ст. 437 и ч. 1 ст. 441 УПК РФ, влекущим отмену
состоявшегося судебного решения.
Суд в нарушение указанных требований закона, рассматривая 26 июня
2014 года уголовное дело по существу, не обеспечил личное участие З. и не
выяснил возможность либо невозможность его участия в судебном заседании
по состоянию здоровья. В материале уголовного дела также отсутствовали
какие-либо документы, которые бы свидетельствовали о надлежащем
извещении З. о дате, времени и месте рассмотрения дела.
При указанных обстоятельствах, судебная коллегия отменила
постановление суда и направила материалы дела в суд на новое
рассмотрение.
Дело № 22-10800/2014
Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Республики Башкортостан
13
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа