close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
xxx
Все тихо
Только крики сторожей
Стук колотушек, сладостные вздохи
Порою нарушают тишину
Гостиницы
xxx
Кто дал тебе имя
Малышка из квартала Симмати?
Зачем так искусно
Губами ласкаешь коралл?
О бездна блаженства!
xxx
Ты отбросила полог
И ветреной ночью
Залучила к себе ночевать
И тогда на рукав мой с Небесной реки
Луна опустилась тихонько
xxx
О пара ночных мотыльков
В любовной истоме
Хаги в полном цвету
Вместе с одеждой
Ты сбросила стыд
xxx
Новая лодка плывет
Качаясь в сторону Нодэаки
Прохладный ветер дует вдоль реки
Влажная весна- говорит поцелуй
Влажной весной умру
xxx
Развязывает пояс
Снимает длинный шнур
Еще хранящий тонкий аромат
Вот зыбкий мост
Между двумя мирами
xxx
Отбросив кимоно
Уселась ты в ладью
От берега шестом я оттолкнулся
Уплыл к далеким
Островам Пяти Озер
xxx
Рассыпалось ожерелье
Слиняли кармин и сурьма
В укусах твой рот
А пышная некогда грудь
В царапинах от ногтей
xxx
Ты вскрикнула
Найдя рукою жезл
И снова тишина
Глубокая
Ни звука
xxx
Кто развязал роковые бои
Кто разбудил императорский гнев
Целую колени девчонки
От росы потемнели ее
Шелковые башмачки
xxx
Увы, не часто
Мы предавались
Безумным ласкам
С платья дорожного
Пыль отряхну
xxx
Мы слишком далеко
Зашли в поцелуях
Наряд твой расстегнут
О как непрочны
Супружеские узы
xxx
Она нежна
Не рань ее души
Поспешностью не принуждай к слиянью
Попробуй лаской
Милой угодить
xxx
Волнуется красавица-таю
Сумею ли ранг оплатить?
Не оттого ль удваивает стоны
Ветер ласкает губами
Темно-алую щель
xxx
Снова по бедрам
Взбегаю губами
Стан твой лаская
В трепете быстрых крыл
Ласточка промелькнет
xxx
Привлек несчастную
К себе вплотную
Увы, любовь служанки Недолговечная росинка
На острие листка бамбука
xxx
Среди акаций
Дожидался тебя
Вздрагивал при шорохе каждом
Падают вновь лепестки
Белых цветов
xxx
Вчера пополудни
Испили мы чашу блаженства
Зимнее солнце
Стоит одиноко
Над Фудзи
xxx
Влажная роза
Опять распустилась
В тумане
Счастье осталось
На кончике языка
xxx
Багровое небо
Набухло весенней грозой
Ласточки сделали круг
Так тяжелеет нефритовый ствол
В пальцах любимой
xxx
Ты что-то шепчешь
На ухо супругу
И нежно прижимаешься к нему
Зачем меня
Краснеть ты заставляешь?
xxx
Весенним днем
На берегу покатом
Нашли друг друга в камышах
Мерцающим веером
Тела отражались в воде
xxx
Ты отдаешь себя
Без колебанья
Стремглав ложишься
Как птица с ветки
Слетело платье
xxx
Нынче вплываю в тебя
На утлом челне
Не спеши рассмеяться
Под кимоно
Кацураки
xxx
Ищет гора
К кому хоть на миг
Прислониться
Чтобы коралл отразился
В зеленой воде
xxx
Бабочки
Словно живые цветы
Порхают над морем цветов
Выгнула тела для сбора росы
Красавица Кумано
xxx
В чашах золотилось вино
Столы из яшмы ломились от яств
Девы танцуют
В прозрачной парче
Как лунный дробящийся свет
xxx
За рощей бамбука
Ты вновь приставала ко мне
Забрезжил рассвет
Вспоминать напрасно, где и когда
Впервые вздрогнул коралл
xxx
Кяк сладко
Любви предаваться
На станции Исибэ е Оми
Забудь о деньгах
Девушка-дзеро
xxx
Трепещут бедра
Как уха-плясунья в Минакути
Одной рукой я ноги раздвигаю
Другой пытаюсь
Расстегнуть наряд
xxx
Оставив бани
Южного предместья
Со мною ты решила поселиться
но все мое богатство
Обрывок рисовой бумаги
xxx
Противимся
Желаниям моим
О подлая лисица!
Видно и мне предстоит
Взойти на вершину Асама
xxx
Всю ночь до рассвета
Вспоминал о тебе, любимая
Кто сорвал с тебя кэса
Чей отразился коралл
В зеленой воде?
xxx
Пусть одинокое
Расскажет изголовье
Что снов я суетных не вижу
В Девятивратном граде
Девы знают обо мне
xxx
Виски серебрятся
Ты с улыбкой меня обнимаешь
Молодые вина горчат
Лишь старое вино
Достойно Абурадзуцу
xxx
Тонкими пальцами
Переломил
Прошлогодний тростник
Дрогнул бамбук занавески
В полуночной мгле
xxx
Ты шепчешь
Сладкие слова
Любовным движениям в лад
Небрежно откинуты пряди со лба
Жемчужные серьги дрожат
xxx
Там в рощах
Нефритовых и золотых
Любовь превратилась в дым
Ты в сетях птицелова
Мне трижды являлась во сне
xxx
Думал - печаль
Оказалось - слеза
Окунулся - узнал
Отраженье коралла
В зеленой воде
xxx
Дождь Моросит
Шалит Намайда-бодзу
Танцуя с кувшином вина
Осень пришла в квартал Сонэдзаки
Снова томиться мне одному
xxx
Птицам
Встречи не суждены
Ничто не сравнится с тобой
Чиста и прозрачна
Нефритовых губ глубина
xxx
Нам выпало встретиться у реки
В долине Желтых Ключей
Яшмовой плетью
Чтоб мчаться быстрей
Всю ночь я тебя подгонял
xxx
На днях из Эдо
Прибыл хромой Ямабуси
Без жалости ты бросила его
Тысячу раз я тебя целовал
Как радость новой весны
xxx
Да, я три года
Давал себя обманывать лисице
На что похож нефритовый мой стеол?
О ужас! Темна Сидзими
Ракушек река
xxx
Ты рис обдирала
Весь день допоздна
Никак не ложилась спать
К ясной луне подымаю взор
Лаская усталый коралл
xxx
Девственный пояс
Другим был когда-то развязан
Туманно сплетаем в саду голоса
Только рука без труда найдет
Место радостных встреч
xxx
На крючках из нефрита
Занавески от ветра дрожат
Ты ко мне прижимаясь
Твердишь о грядущей разлуке
Как осенние пахнут цветы!
xxx
В яшмовой комнате
Зеркало чудится мне
О призраки-воспоминанья!
Озеро в дымке
Поник нефритовый ствол
xxx
Изнемогающая
В красном переднике
Размазываешь брови по лицу
Взойдет ли словно юный месяц
Нетерпеливый жезл?
xxx
Все сливается:
Волосы собраны в пучок
Перехвачены бумажным шнурком
Будто нищий с жемчужиной
Жадно играю с тобой
xxx
Надменна осанка твоих седоков
Развлеченьями полнятся ночи и дни
В обители Ста Наслаждений
А тот, кому улыбнулась она
Там, в Итами, станет томиться один
xxx
К Персиковому ручью
Девушкой ты наклонилась
Ласточки к дому спешат
Горные вишни цветут
Как распрямиться лозе?
xxx
Улетела
Последняя стая
Ворон сидит одиноко
На кого опустились в дороге
Твои перелетные руки?
xxx
Сто чарок
Жажду утолят едва ли
Сто женщин для мужчины не предел
Пояс развязался
Всплеск
xxx
В руках
Словно облачко
Ночью прическа твоя
Ты легче пушинки
На ложе
xxx
Забыть не могу
Как любили мы в Эдо
И первый твой поцелуй
Но чем упоитепьней страсть
Тем острее печаль
xxx
Ты пьяна
Возлежишь на ложе
Жемчуг на груди перебираешь
Не мыслишь дня без удовольствий
Тело твое словно кошка
xxx
Чуть колеблет
Твое отраженье во мгле
Испытанное весло
Жажду нырнуть
И тут же в небо взмыть
xxx
Трепещут бедра
Вздрагивает стан
Сумерки вкрадчиво
Входят друг в друга
Сердце вот-вот разорвется
xxx
Там среди голубеющих ив
Дрожит перекличка птиц
В пятнадцать лет ты узнала страсть
Хотела слиться со мной
Без обид, подозрений и ссор
xxx
Чуть колеблет
Твое отраженье во мгле
Испытанное весло
Жажду нырнуть
И тут же в небо взмыть
xxx
Трепещут бедра
Вздрагивает стан
Сумерки вкрадчиво
Входят друг в друга
Сердце вот-вот разорвется
xxx
Там среди голубеющих ив
Дрожит перекличка птиц
В пятнадцать лет ты узнала страсть
Хотела слиться со мной
Без обид, подозрений и ссор
xxx
На вершине холма
Возле берега Такасаю
Ты вьешься-течешь
Словно быстрый поток
Из рук ускользая моих
xxx
Пустынно вокруг
Монахи давно уже спят
Всем телом чувствую ночь
Но отчего хризантемы
Еще не раскрылись в саду?
xxx
Мохнатым шмелем
Жужжал над тобой
О дивный мой лотос
Восемь раз отразился коралл
В зеленой воде
xxx
Облачком станет признанье
В горах Кисаяма
Помнишь, в заливе Мицу
С тобой любви предавались
Так, что звенела сосна
xxx
Двумя руками
Ты прикрыла груди
И отвела в смущении глаза
Легко ли днем
Нам побороть стыдливость?
xxx
Когда-то меня возлюбила
Спужанка с острова Цукуси
С тех пор как остался один
Изголовьем мне служат
Одежды ее рукава
xxx
Ты предпочла меня
Торговцу маслом
Да вот надолго ли?
Где денег взять
Ума не приложу
xxx
Она еще так молода
Девчонкой одиннадцати лет
Рвала цветы у ворот
Мужским желаньям
Потакает вновь
xxx
Твой тонкий стан
Стройнее юной ивы
Нарядный пояс повязан высоко
Без ложного стыда
Заигрываю на глазах у всех
xxx
Тихая поступь
Распаляет в душе нетерпенье
Смешные уловки
Мне ли не знать
Как разгорается страсть
xxx
Дочь имиератора со свитой
У южной стены во дворцовом саду
Нижняя юбка из желтого шелка
Верхняя цвета зеленой травы
Долго стою, подкручивая усы
xxx
Над телом своим
Теряешь цоследнюю власть
Обуздать ли грозу
Если молнию
Хочет метнуть?
xxx
Роща бамбука
Пестрит от ненужных- одежд
Вздыхает земля от любви
Высоко над деревьями
Ранний месяц висит
xxx
В легких сандалиях
Ты прибежала ко мне
После ночного дождя
Калитка из веток
Протяжно скрипит и скрипит
xxx
Похоже, вдали
Встает мост над Сидзими
Вновь я волнуюсь
Именно здесь
Ветку ивы впервые сломал
xxx
Белая накидка
Поверх лилового платья
Словно полог обители Ста Наслаждений
Небесная сеть широка
Да только нельзя ускользнуть!
xxx
Неслышно входит
Девочка-служанка
И в мыслях не хотел
Тебя обидеть
Малышка Е
xxx
Дрожат полукружья
Зеленых век
Разливается ночь в облаках
То, что не высказал я
Сильнее того, что сказал
xxx
Хотелось бы
Поле засеять хамагури
Книгу отбросив
Коснулся нефритовых губ
Осень настала
xxx
Где источник
В котором бы удалось
Утолить жажду
Не отразившись кораллом
В зеленой воде
xxx
Монахи на вершине Асама
Подсматривали за нами
Не смыкают глаз
Над Заставой Встреч
Бессонные сторожа
xxx
Хотелось бы
Поле засеять хамагури
Книгу отбросив
Коснулся нефритовых губ
Осень настала
xxx
Где источник
В котором бы удалось
Утолить жажду
Не отразившись кораллом
В зеленой воде
xxx
Монахи на вершине Асама
Подсматривали за нами
Не смыкают глаз
Над Заставой Встреч
Бессонные сторожа
xxx
За занавеской
У входа в лавку
Позволила себя поцеловать
Маленькая трясогузка
Любви обучившая богов
Ты помнишь
Как в первый раз
Словами любви обменялись
Сколько прохожих из Тамба с тех пор
У тебя побывало, о-химэсама!
xxx
В четырнадцать лет
Зазывала гостей
Кто в Эдо не знает тебя
Ах, Окиягарикобоси!
Звезду с неба не хочешь?
xxx
Черепаховым гребнем
С годами становится тело
Душа твоя
Лишь фишка сугороку
О подлая забава!
xxx
С улыбкой
Развязала кимоно
Но просишь отвернуться
Большие чувства
Маленькая грудь
xxx
Светлее чем праздник
Ста Тысяч Фонарей
Твое обнаженное тело
Ночи единственный миг
Стоит ста золотых
xxx
День радости
Праздник любви в Сонэдзаки
Призывный звон
Веселых сямисэнов
Ну как тут устоять?
xxx
От ручья на закат
Я веду за собой
Девчонку по имени Хо
Ущербная луна
Стоит высоко
xxx
Кто сострадательный
Помолится за меня?
Теперь служанка ничтожная
Глупышка из Эдо
И та гнушается мной
xxx
Много было у меня в дороге
Приютов, гостиниц
Не лучше ли теперь
Мне одному
Спуститься в ад
xxx
Вход и выход
В те же самые ворота
Еще недавно с куклой ты возилась
Но есть иная, взрослая игра:
Игра с огнем
xxx
С медленной нежностью
Входит в тебя...............
xxx
В полночь тебя увлекаю
Всех превзошедшую блеском
Папоротник нежен и зелен
Поцелуй продлится во веки веков
На неустойчивой лодке
xxx
Проворная вся
От волос до стопы
Пьянеешь к вечерней заре
Рябь как зеленая чешуя
Дрожит над глубинами вод
xxx
Прелестные девы
Красотой отражая друг друга
Порхают среди орхидей
Терраса над берегом
Грустно пуста
xxx
Подле кровати
Искусно точеной
Ты нежно прижалась ко мне
Переступила наряд свой
Но отчего я дрожу?
xxx
О эта ножка
О тайные прелести тела
Весь я горю как в огне
Ночи бессонной улика
Полные неги уста
xxx
Промчались годы
Старость меня посетила
Но, припомнив
Квартал Сонэдзаки
Все забываю печали
--------------------------------------------------------------Рубоко Шо
Р 82 Эротические танки / Пер. со старояпон. Питера
Энгра.- М.: Панорама, 1991.- 64 с.
18ВМ 5-85220-104-9
Предлагаемое читателю издание представляет собой впервые
публикуемый на русском языке цикл любовной лирики крупнейшего японского средневекового поэта Рубоко Шо. Традиционные пятистишия - танки вводят читателя в глубоко чувственный, метафоричный мир поэта.
Издание адресуется широкому кругу читателей.
р 4703М6200-5М
ББК 34
088(02)-91
ISBN 5-85220-104-9
(C) МПО [МЕТТЭМ)
Рубоко Шо
ЗРОТИЧЕСКИЕ ТАНКИ
Перевод со старояпонского Питера Энгра
Совместное издание
МПО [МЕТТЭМ] и издательства [Панорама]
Редакторы С. Г. Дмитриев, О. М. Борушко
Художник Г. И. Максименков
Технические редакторы Е. Б. Зюкова, О. Ю. Кпимова
Корректор А. А. Березуева
Подп. в лечать 15.03.91. Формат 84 х 108/32. П. л. 2. Усл. п. л. 3,36.
Уч.-ищ. л. 1,5. Усл. кр.-отт. 3,78. Изд. М064600409. Тираж 300 000 экз.
Цена 2 р. ЗО к. Печать высокая, Бумага типографская. Заказ 0-3287. Типография издательства [Харьков- .
* КОММЕНТАРИИ *
Источник - Рубоко Шо. Эротические танки. - М.: Панорама, 1991
OCR: Тимофеев Алексей.
РУБОКО ШО (вторая половина X в.) - крупнейший представитель японской
поэзии раннего средневековья (эпоха Хэйан, сер. VII - кон. XII в.) первым
дал образцы эротической лирики в популярной форме танка (пятистишия).
Биографические сведения о нем полулегендарны. Известно лишь, что он
занимал высокую должность при дворе, но подвергся опале и умер вдалеке от
столицы, в монастыре на острове Цукуси (ныне Кю-сю). Поэзия Рубоко была
открыта только в конце XX века.
В сборник стихотворений поэта входит цикл из 99 танк "Ночи Комати, или
Время Цикад", который впервые публикуется на русском языке.
ОБОСНОВАНИЕ ТЕКСТА
В настоящей книге воспроизводится первое издание эротической лирики
РУБОКО ШО на русском языке.
Канонического состава произведений Рубоко еще не существует, а наиболее
стабильный вариант сложился стихийно в 80-х годах нынешнего столетия
благодаря усилиям мультимиллионера Ки-но Кавабаки, известного японского
библиофила и мецената. Три года назад Кавабаки внезапно скончался в притоне
Лиссабона при странных обстоятельствах, не успев составить завещания. Как бы
там ни было, именно он осуществил издание
единственного целиком сохранившегося цикла Рубоко Шо - "Ночи Комати,
или Время Цикад" ("Сэмигоро", Токио, 1985), состоящего из 99 танка.
Настоящий перевод, впервые знакомящий русского читателя с
произведениями Рубоко Шо, сделан по вышеупомянутому изданию Ки-но Кавабаки,
иллюстрированному гравюрами по его рисункам. Изданию предпослана обширная
критическая статья, вводящая читателя в атмосферу раннего японского
средневековья и раскрывающая основные тенденции творчества Рубоко Шо.
Поэзию Рубоко донесли до потомков отдельные листы пергамента *, где
танки иногда даны анонимно, иногда приписаны другим лицам.
Уже при первом издании не был бесспорным вопрос авторства Рубоко;
полностью нельзя считать его решенным и на сегодняшний день. Единственная
рукопись открывает простор догадкам издателей и литературоведов. Так,
Токунага Сигэхару предполагал, что Рубоко Шо мог выступать под именем
Мурасаки Си-кубу (автор любовного и нравоописательного романа
"Гэндзимо-ногатари"): налицо сходство синтаксических приемов и некоторых
особенностей орфографии.
Питером Энгром переведен основной корпус произведений Рубоко Шо. Среди
них несколько, как полагает переводчик, до сих пор вызывают сомнение.
Мы не сочли нужным следовать данному Кавабаки произвольному разделению
на тематические разделы или подциклы. Комментарий ставит целью пояснить
реалии (в тех случаях, когда это возможно), а также некоторые художественные
особенности.
Текст сверялся по фотокопии упомянутого выше издания, которую любезно
предоставила вдова покойного Ёко Кавабаки.
Пользуемся случаем, дабы выразить ей признательность за деятельную
помощь в работе над книгой.
* Это свидетельствует о высоком уважении средневековых переписчиков к
поэтическому тексту: пергаментом, более дорогим, чем бумага, пользовались
для записи важнейших текстов, которые боялись доверить менее прочному
материалу; всесильный Тайра-но Киемори, правитель провинции Сацумэ в 1179
году, даже распорядился для официальных документов использовать только
пергамент.
РУБОКО ШО
ЭРОТИЧЕСКИЕ ТАНКИ
Малышка из квартала Симмати.. - веселый средневековый квартал в центре
Осака. Расположенные здесь публичные дома были окружены стенами. Бедные
семьи продавали туда дочерей, по обычаю, сроком на пять лет. Девушки,
однако, часто оставались там дольше, потому что хозяева начисляли на них
всевозможные долги.
Хаги в полном цвету...- цитата из стихотворения китайского поэта Вэнь
Дэя (179- 157 гг. до н. э.).
...в сторону Нодзаки - селенье Нодзаки (ныне город) находится в
префектуре Осака, где в горном храме Нод-заки-Каннон находится статуя богини
с одиннадцатью ликами.
Новая лодка (синдзо) - молодая девушка или жена, а в веселом квартале девушка, которая только что была ученицей-кабуро, а теперь приучается к
самому ремеслу под надзором старшей гетеры.
Снимает длинный шнур - священный шнур - соломенная веревка ритуального
значения (симэнава), используется во время первой брачной ночи.
...островам Пяти Озер - по мнению некоторых японских комментаторов,
другое название для озера Тайху в китайской провинции Цзянсу.
Рассыпалось ожерелье... - описание телесной близости имеет в
значительной степени личный характер. На фоне подчеркнуто целомудренных в
показе женщины произведений того времени подобное изображение - довольно
смело для эпохи Хэйан.
Мы слишком далеко... - за откровенными рассуждениями этой танки
чувствуются размышления поэта о супружеских отношениях, не удовлетворяющих
его в современном обществе.
Она нежна - своеобразная танка, содержащая наставление относительно
любви. Эмоциональный и взволнованный тон дает основание предполагать, что
она создана на почве личных переживаний поэта.
...красавица-таю - в веселых домах девушкам присваивались ранги,
соответственно взималась плата. Красавица первого ранга (таю) принимала
только очень богатых гостей.
Нефритовый ствол - древнейший даосский символ мужского начала.
Под кимоно Кацураки. - Кацураки, бог горы Кацураки, был так безобразен,
что появлялся только по ночам. Танка написана по мотивам стихотворений поэта
Оэ-но Оки-кадзе. Последний прославился тем, что развил особый стиль "югэн" "тайная, скрытая в глубинах красота".
Чтобы коралл отразился/ В зеленой воде - сквозной образ Рубоко, имеет
иносказательный смысл. Он звучит постоянным рефреном в его творчестве и
достаточно откровенен даже для его системы образов.
На станции Исибэ в Оми... - станция Исибэ находилась между станциями
Кусацу и Минакути в провинции Оми.
Девушка-дзеро - продажная девушка. Название "дзе-ро" не носило
презрительного оттенка, хотя, по-видимому, поэт все-таки не воспевает, а
порицает нравы современных ему женщин.
Как уха-плясунья в Минакути... - "Минакути" - буквально означает "врата
воды", но Рубоко здесь шуточно переосмысливает наименование по созвучию "третий глоток". Станция Минакути славилась "ухой-плясуньей" из гольцов,
которых разводят и до сих пор на залитых водой рисовых полях.
Оставив бани/ Южного предместья... - банщицы составляли низший разряд
гетер, обычно занимались продажей любви.
Обрывок рисовой бумаги... - в старой Японии носовые платки (туалетная
бумага-ханагами) делались из рисовой бумаги.
О подлая лисица! - по японским поверьям, лисица и барсучиха могут
принимать образ прекрасной женщины.
...на вершину Асама... - у подножия горы Асама находится известный
синтоистский храм, где обитали жрецы, давшие обет безбрачия.
Кэса - часть монашеского одеяния, род длинного стихаря желтого цвета с
черными крапинками. Надевается на одно плечо, как перевязь. Поэт намекает на
то, что сам совершил коитус с лирической героиней-монашенкой.
В Девятивратном граде... - имеется в виду столица. Сначала словом
"девятивратный" называли императорский дворец, построенный по образцу
китайского и имевший девять ворот, символизирующих девять небесных сфер.
Позже слово "девятивратный" стало употребляться для обозначения столицы
вообще. Танка носит явно автобиографический характер.
Абурадзуцу - сосуд для растительного масла из ствола бамбука.
Распространенный эротический символ, связанный с климаксом.
Намайда-бодзу - бродячий певец в одежде монаха, распевающий шутовские
мотивы под аккомпанемент гонга. (Перевод слова "намайда" дан покойным проф.
Невским.)
Квартал Сонэдзаки - квартал любви, возникший в Осака в начале IX века.
Нефритовых губ глубина - нефритовые губы - древ-недаосский символ
женского начала. Рубоко демонстрирует глубокие знания даосских эзотерических
текстов.
Эдо - старое название Токио.
Ямабуси (заклинатель-гэндзя) - последователь буддийской секты Сюгендо,
возникшей в VIII веке. Гэндзя бродили по священным горам с целью получить
магические силы. Они врачевали при помощи заклинаний, т. к. считалось, что
болезнь - это одержимость злым духом. Ямабуси, своего рода шаманы,
изображаются в японском фольклоре как шарлатаны, на что и намекает Рубоко,
как бы говоря любимой: есть о чем жалеть!
Сидзими - небольшая речка, течет между Сонэдзаки и старым кварталом
любви Додзима. "Сидзими" в переводе означает "маленькая ракушка"; отсюда
игра смыслов, основанная на народной пословице: "Ракушкой моря не
вычерпать", по принципу энантиосемии, т. е. поэт говорит, что вычерпал этой
ракушкой море любви до дна.
В красном переднике... - служанки в харчевнях носили красные передники.
...размазываешь брови по лицу... - брови выбривались. Вместо них
замужние женщины высоко на лбу тушью наносили две полоски. Танка трактует
тему адюльтера.
Там, в Итами, станет томиться один... - игра слов, основанная в
оригинале на том, что название провинции Итами означает также "боль".
Тело твое словно кошка - кошки в ту древнюю пору были в Японии
необычайно редки и очень ценились. Их ввозили с материка. Известно, что роды
одной из любимых кошек императора Итидзе сопровождались молебствиями и
ритуальными обрядами.
...так, что звенела сосна... - паломники, шедшие в святилище Исэ,
вешали на священную сосну приношения - монеты.
Служанка с острова Цукуси - Цукуси - древнее название острова Кюсю или
его восточной части. На Цукуси бежали изгнанные из столицы. Можно только
догадываться, за что изгнали из Эдо служанку, о которой говорит Рубоко в
этой танке.
Нарядный пояс повязан высоко... - девушки из веселого квартала обычно
носили нарядный пояс, который указывал на род их занятий.
Обитель Ста Наслаждений - по буддийским верованиям - Западный Рай.
Небесная сеть широка... - в одной из философских книг Древнего Китая,
"Дао-дэ цзин", есть изречение: "Небесная сеть широка, редки ее сплетения, но
никто из нее не ускользнет". Оно стало японской пословицей, но здесь поэт
явно переосмысливает ее, дерзко сравнивая себя с Небом.
Хамагури - съедобные моллюски.
Монахи/ На вершине Асама/ Подсматривали за нами - одна из самых ярких,
художественно совершенных вещей Рубоко, о чем свидетельствует ее
популярность у японского народа на протяжении столетий.
Маленькая трясогузка / Любви обучившая богов - согласно японским мифам,
трясогузка научила любви бога Идзанзанаги и богиню Идзанами - божества
синтоистской религии. Поэт явно намекает на бисексуальность возлюбленной.
Тамба - название старинной провинции. Находилась вблизи Киото.
О-химэсама - старинный титул девушки из знатной семьи. Поэт грустит о
стремительном разрушении сословных перегородок в средневековой Японии,
опять-таки пагубно сказывающихся на нравах женщин даже из благородных
семейств.
Окиягарикобоси - игрушка вроде ваньки-встаньки, изображающая бога
счастья. Второе значение слова - служанка, зазывающая на перекрестке в
веселые дома.
Звезду с неба не хочешь? - непереводимая игра слов: "хоси" - хотеть и
"хоси" - звезда.
Сугороку - игра китайского происхождения. В сугоро-ку выбрасывают кости
с очками из особого футляра. Цель игры - вторгнуться в лагерь противника на
шашечной доске. Сходную цель метафорически приписывает Рубоко и лирической
героине данной танки.
Светлее, чем праздник /Ста Тысяч Фонарей - буддийский праздник. Фонарь
считался приношением Будде.
Ночи единственный миг/ Стоит ста золотых - здесь путем непереводимой
игры слов цитируется танка китайского поэта Су Дунпо (1036-1101), помещенная
в поэтической антологии "Госюисю" (1086): "И здесь, в стране Цу// В гавани
Нанива// Вездесущ Будды закон// Слышу пляшет он// Веселится...
С медленной... - неполная танка. Комментаторы высказывают на этот счет
различные предположения. Току-нага Сигэхару, например, думает, что это
авторское своеволие. Питер Энгр склоняется к тому, что концовка
просто-напросто утрачена.
Виктория Борэ, кандидат филологических наук
По материалам http://lib.ru/JAPAN/
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа