close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
ОНИ ПРИБЛИЖАЛИ ПОБЕДУ
Вновь ночной прохладой веет ветерок,
Светится лампадой в доме огонёк.
Перед образами молит Бога мать,
Чтобы перестали люди воевать.
Кровь не проливали, берегли страну
И не забывали бывшую войну.
Г. Сгибнева
Война. Какое страшное слово. Война – это горе и страх. Война – это разруха и смерть.
Летят годы… Всё больше времени отделяет нас от Великой Победы. Всё меньше остаётся
людей, которые одержали эту Победу. И тем дороже для нас воспоминания тех, кто её
приближал.
Сейчас нет такого человека, который бы не осознавал: победа в войне – это и победа
тружеников советского тыла. Объединенные единой волей, единым порывом рабочие и
крестьяне, мужчины и женщины, коммунисты и комсомольцы, взрослые и дети оказались
способными совершить подвиг, равного которому ещё не знала история. Тяжелое
положение складывалось в сельском хозяйстве. Исконные житницы страны оказались в
руках противника. Деревня отдала фронту значительную часть своего населения.
В деревнях оставались старики, женщины и дети. Между тем фронт требовал
продовольствия, а промышленность – сырья. Вся тяжесть решения этих проблем была
возложена на крестьянство, а значит в большинстве своем, на женщин и детей.
Передо мной пожилая, но всё ещё статная и красивая женщина – Терлецкая Любовь
Николаевна. Рассказ о своем детстве баба Люба постоянно прерывает словами «да, разве
это жизнь была», «да. Много сил положено», «как такое забудешь».
Я всматриваюсь в её лицо: оно спокойно, даже несколько сурово, только в глазах блестят
подступившие во время рассказа слёзы. Наверное, с такой же уверенностью совершались
военные подвиги. Солдаты шли на верную смерть. Женщины работали в тылу. Но как,
глядя на степенную женщину, представить себе девчушку, три года войны
проработавшую в колхозе? Не укладывается в голове, что вместо того, чтобы учиться,
читать книги, бегать на речку купаться десятилетняя Люба боронила, сеяла, полола,
ездила за сеном – всеми своими детскими силами помогала приблизить Победу. Да,
представить трудно, но это было.
Летом 1941 года отец любы был на военных сборах. Мама работала в поле. Люба и ещё
четверо ребят были дома, каждый занимался своим делом. А после обеда домой пришла
мама, заплаканная и какая – то потерянная. Тихо, сдерживая слёзы, сказала: «началась
война. Бригадир приехал на поле… Сказал».
За сутки деревня осталась без мужчин. Одних забрали на фронт прямо со сборов, другие
ушли воевать, что называется «от сохи».
Ребят с десяти лет «призывали» на работу в колхоз. Непомнящих Любе десять лет
исполнилось в 1942 году. С этого времени и начинается её трудовой стаж.
Работали круглый год: весной боронили и сеяли, летом заготавливали сено, осенью –
убирали хлеб, зимой ездили за кормом, работали на «Левитоне».
«На клевитоне зимой было особенно трудно: кругом пыль, да ещё и мороз, кажется, что
пыль к тебе примерзает. Зерно холодное, колючее, а домой хоть чуточку взять надо. Вот и
натолкаешь по горсточке в штаны, под кофту… Весь поисколешься, но домой принесешь.
Немного зернышек дома есть – уже радость».
Ещё зимой ребята ездили за кормом на поля. Каждый день на санях, запряженных
лошадью, отправлялись на Фадеево, километрах в пяти от Афанасьева, за сеном. Одеты
плохо: всё сделано из самотканого льна: и штаны, и чулки. На ногах старенькие,
подшитые бычьей шкурой валенки. А на улице мороз. « Мама мне валенки бычьей
шкурой подошьет, я вместо стелек и носков туда соломы натолкаю. Пока до Фадеева
доедешь, ноги замерзнут так, что даже пальцы начинает колоть. До места приедешь,
костер разожжешь, чтобы погреться. А ума – то нет, вот и подставишь ноги к самому
огню… домой приедешь – валенки опять без подошвы. Мама каждый вечера меня ругала
и плакала» где ж я на тебя шкуры – то наберу! А то ведь ноги совсем поотморозишь.»
Особенно трудно зимой было с едой. Летом хоть разной зелени в достатке. Зимой же
зелени нет. Вот и приходилось на поле из-под снега доставать замороженную картошку.
Она – то и была основным блюдом на деревенском столе. «Мы ведь даже на Пасху
разговлялись! Конечно, не так как сейчас. Наберешь вот так картошки, а там уже не
картошка, а считай, что крахмал один. Вот её растолчешь, так чтобы комочков не было –
получается мука. Берешь эту муку, зальешь водой, сделаешь булочки и в русскую печку.
Казалось, ничего вкуснее этих шанишек и нет! Да, вот такая Пасха!»
Весна – самая ответственная пора. «Весенний день – год кормит» - говорится в русской
пословице. Поэтому и работали в это время все. Работали, не жалея сил, «вытягивая
жилы». Ребят ставили боронить. Тяжелая это работа, требующая больших физических
затрат, мужской силы, а тут, девчонки. «Запнешься, упадешь, тянет тебя волоком по
пашне, а ты, и подняться не можешь». Но были в этой тяжелой работе и плюсы. Можно
было набрать картошки. Мороженой, полугнилой, почти высохшей, но все же картошки.
На пояс привязывали мешок, если попадалась картошка, её поднимали и клали в эту
самодельную сумку. «Пройдешь поле в один конец, высыплешь картошку на обочину». И
так несколько раз. Вечером домой можно было принести почти пол мешка картошки, а
значит, мама и сестры были сыты.
А ещё весной варили суп из крапивы. Крапива весной молодая, мягкая, пахучая. Молодые
побеги рвали, обдавали кипятком и варили в чугуне щи. У кого была корова, «забеливали»
обратом. Ведь цельное молоко пили очень редко - все сдавали на фронт. Так, если семья
держала овец, нужно было с каждой сдать шестнадцать килограммов шерсти. Если корову
- триста литров молока или восемь килограммов топленого масла.
Нужно рассказать и самый страшный случай, произошедший с Непомнящих Любой.
Дело было летом. Люба с ребятами работала на сложка - это приспособление для
обмолота зерна. Одни подавали снизу снопы, другие отгребали уже обмолоченное зерно.
Люба стояла на столе, ей нужно было резать снопы и заталкивать их в барабан. Снизу
один за другим подали два снопа. Девочка не успевала. Обрезала сноп, отправила его в
барабан, а второй зацепился и туда же за первым. «Что делать? Если два снопа, к тому же
один необрезанный, попадут в барабан – сложка встанет, а значит, встанет вся работа.
«Вот я за вторым снопом и кинулась, только получилось не я его, а он меня потащил. Так
бы меня в барабан и закрутило, если бы не парень, Витька Малышев, он меня за ноги да за
юбку вытащил. Об этом даже в газете писали, правда, я статью не видела, да и не знаю в
какой».
Самым напряженным временем было лето. И хоть жалел «полномочный» Марченко
девчонок, да ничего не поделаешь, все равно отправлял на работу. Не кричал, не ругался,
только говорил «кто же кроме нас фронту поможет…»
И эти совсем ещё дети шли и работали: пололи, косили, убирали сено, вязали снопы.
Отдыхали только тогда, когда шел дождь.
Утром всем, кто работал в поле, на завтрак давали по кусочку хлеба или по сухарю. Во
время обеда по два сухаря и суп –болтушку: варили крапиву или капустные листья и
забалтывали мукой... «Мы с Нюркой Макович на стане не ели. И у неё, и у меня народу
дома много. Семьи – то большие: нас с мамой шестеро и у них так же. Вот утром сухарик
припрячешь, в обед –два. На лошадей и домой Дома уже суп наварен, вот эти сухарики в
эту болтушку покрошишь – и все сыты».
Поражает объем работы, которую выполняли эти девчонки. За один день каждая должна
была связать триста снопов. Тому, кто выполнял норму, давали блюдечко муки. Связал
меньше – муки не дадут. После вечером женщины шли домой, управляться по хозяйству,
к маленьким детям, а ребята оставались на ночь. А ночью тоже работы всем хватало. «Я
однажды так двое суток не спала. А тут дождь. Я домой. На крышу залезла, думаю:
посплю. Только уснула, меня мама давай будить: дождь перестал, надо молотить. А я
маленькая, спать хочу, не могу проснуться, плачу. Мама плачет, уговаривает бригадира: «
Пусть хоть часок поспит, ведь маленькая – устала!» А Иван Татарников, бригадиром был,
говорит: «Что ж ты говоришь, ведь трудодни не проставят тогда». Ну, я, делать нечего,
встала, на работу пошла».
Вот так день за днем, неделя, за неделей, месяц за месяцем прошли годы войны. Кто мог,
бегали в лес: собирали грибы, ягоды, потом меняли их в городе или оставляли на зиму.
Зимой в свободное время вязали на фронт варежки и носки. Каждый, как мог, помогал
фронту.
«Про Победу узнали в обед. На поле Малышев Витька прискакал, он зачем то в деревню
ездил. «Собирайтесь, - говорит,- пойдем, в деревне сейчас митинг будет». Мы в телегу,
приехали, к сельсовету, там народу набралось. Все стоят, плачут, счастливые. А Вале
Гавриловой в этот день похоронка пришла. Третья. На сына младшего. Муж и старший
сын ещё в середине войны погибли.
Вот она жизнь. Рядом счастье и горе. Слёзы радости и горькие слезы печали и скорби.
Война закончилась, наступило время послевоенной разрухи…
Любовь Николаевна награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной
войне 1941- 1945гг». Вручили ей и ещё четверым ребятам эту медаль шестого ноября.
«Нам медаль пятерым вручали: трём парням и двум девчонкам, мне и Нюре Макович.
Собралось народу много. Нас поздравили, вручили медали и премии. Нам с Нюрой дали в
премию по куску хозяйственного мыла и по отрезу на платье. Как сейчас помню этот
ситчик, такой реденький желтенький… Мама мне из него за ночь платье сшила. Так что,
на седьмое у меня уже новое платье было. Мы с мамой потом это платье вдвоем носили.
Ей надо куда-нибудь выйти, она его одевает, я дома жду, когда она придет. Она придет,
платье снимет, я одену и на вечерку! Из тех, кто тогда медали получил, нас только двое с
Аннушкой осталось, остальные умерли. Да и из тех, кто работал с нами, осталось только
четыре человека: я, Нюра Макович, Настя Долгих да Мария Лыска».
Больше баба Люба ничего не стала рассказывать, расплакалась. А я все-таки еще
дополню.
Терлецкая Любовь Николаевна – ветеран Великой отечественной войны. Награждена
памятными медалями и медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне
1941-1945гг», имеет огромное количество грамот и всевозможных благодарностей. После
войны работала в леспромхозе на подсочка, потом с 1952 по 1982 год дояркой на ферме. А
вот трудовой стаж для расчета пенсии посчитали только с 1952 года, потому что, когда в
Афанасьеве сгорел сельсовет, вместе с ним сгорели и документы, подтверждающие, что
она вовремя войны работала в колхозе. О том, что Любовь Николаевна награждена
медалью, пришло подтверждение из архива. А вот о том, что она работала во время
войны, никакие документы не подтверждают. Так неужели медаль дали просто так?! Но
это уже день сегодняшний.
Война – это суровая трагедия. За ней скрываются боль, страх и потери. Сколько людей
отдали жизнь на поле боя, сражаясь за Родину, сколько трудностей перенесли те, кто
работал в тылу. Все они, несомненно, герои! И сколько бы ни прошло лет: семьдесят,
семьдесят пять, сто мы всегда будем помнить тех, кто приближал Победу!
МОУ «Афанасьевская СОШ» Агурьянова Александра ,7 класс.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа