close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Афера со сланцевым газом или в Польше пока дураков всех больше.
В.А.Лекомцев.
Поисковая система обнаружила около 1млн. 750 тыс. публикаций, посвященных теме
перспективы добычи сланцевого газа и около 255 тыс. публикаций, посвященной
перспективе добычи этим способом в Польше.
Для того, чтобы разобраться с этим вопросом попробуем проанализировать несколько
публикаций по этой теме размещенных в Интернете.
Информация к размышлению.
Сланцевый газ: «за» или «против»?
Украина, намереваясь приступить к добыче сланцевого газа (что взбудоражило некоторую
часть украинских политических сил, поспешивших выступить против сланцевых проектов
якобы из-за их «экологической опасности»), обязательно должна при этом учитывать опыт
других стран. В частности, опыт Польши, у которой, кстати, самая активная в Европе позиция
относительно разведки и разработки газосланцевых месторождений.
Польша, как и Украина, стремится снизить энергетическую зависимость от России. К тому же
у Польши и Украины имеются значительные запасы сланцевых углеводородов. Так, по
оценкам Государственного геологического института Польши (PiG), польские запасы
сланцевого газа составляют приблизительно 5,3 трлн. куб. метров. Учитывая средние объемы
потребления страной газа (около 14, 5 млрд. куб. м за год), таких запасов может хватить
более чем на 60 лет. При этом цена польского сланцевого газа для конечного потребителя
предусматривается на уровне от 200 до 321 долл. США за 1 тыс. куб. м, что позволяет
успешно конкурировать с российскими газовыми ценами как на рынке Польши, так и на
рынках балтийских стран.
Исходя из этого, Польша реализовывает ряд масштабных проектов в газосланцевой сфере,
привлекая к этому процессу иностранные компании (в первую очередь США и Канады) с их
технологиями. В частности, в таких мероприятиях в течение последних лет участвовали
американские компании «Exxon Mobil», «Chevron» и «Conoco Phillips», канадские «Talisman» и
«Nexen».
Исходя из опыта США, польские эксперты утверждают, что, кроме получения альтернативных
источников газа, реализация сланцевых проектов имеет и другие позитивы. В частности,
создаются новые рабочие места (от 120 до 190 тыс.) в добывающей, металлургической и
строительной отраслях, а также в энергетике, машиностроении, торговле и сфере услуг.
Кроме того, на сегодняшний день доходы тех районов Польши, на территории которых
ведутся геологоразведочные работы, уже выросли на 10–15 %, а уровень заработной платы
увеличился на 15–20 %.
Как и любое новое начинание, внедрение в Польше технологий добычи сланцевого газа
сопровождается некоторыми осложнениями. Например, предполагалось, что Польше будет
противодействовать Россия, некоторые польские представители бизнеса, заинтересованные
в поставках российского газа на польский
рынок.
Этим
и
объясняется
масштабная
информационная кампания в Европе и
Польше по дискредитации технологий
добычи сланцевого газа, которые, как
утверждается, «экологически опасны». И, как
следствие,
уже
запрещена
добыча
сланцевых углеводородов в ФРГ, Франции,
Болгарии и Румынии. Отдельные польские
политические силы также требуют запретить
эту добычу в своей стране.
По
данным
Агентства
внутренней
Схема добычи сланцевого газа.
безопасности
Польши,
эту
кампания
В 2005-2006 гг. американцы стали
организована российскими спецслужбами,
применять метод горизонтального
массово
подкупившие
представителей
бурения и разрывать перегородки между
политических,
информационных
и
пластами путем закачки в недра
экологических кругов Европейского Союза.
специальной жидкости (так называемый
Польские
агенты
безопасности
гидроразрыв пластов)
зафиксировали активизацию сотрудничества
http://portal-energo.ru/articles/details/id/590
между российской компанией «Роснефть» и
американской — «Exxon Mobil», в частности, относительно договоренностей о возможности
обмена концессиями в разных уголках мира, а также общей разработки залежей нефти и газа
в Арктике, Сибири и на шельфе Черного моря. Исходя из этого, сделали вывод, что Россия
может влиять на планы компании «Exxon Mobil», пытающейся реализовать свои
энергетические проекты в Европе, в т.ч. Польше.
Если говорить о существенных проблемах в добыче сланцевого газа, то это — высокая
стоимость геологоразведочных и добывающих работ на начальном этапе разработки
сланцевых месторождений, неполная разведка запасов сланцевого газа на польской
территории, отсутствие в Польше необходимых технологий.
Так, стоимость одной скважины для добычи сланцевого газа составляет, в среднем, до 10
млн. долл. США. Кроме того, реализация проектов добычи этого газа предполагает новую
трубопроводную инфраструктуру для подключения промыслов сланцевого газа к имеющейся
газотранспортной сети Польши. Согласно расчетам польских экспертов, чтобы добыча
сланцевого газа достигла уровня 6 млрд. куб. м за год, необходимо до 2025 года обеспечить
инвестиции на 11 млрд. долл. США. Для дальнейшего же наращивания объемов добычи до
уровня 6,5 млрд. куб. м в период до 2035 года необходимо ежегодно осваивать не менее 1,5
млрд. долл. США. Сегодня ни польское государство, ни отдельные польские компании таких
средств не имеют. Нужны иностранные инвестиции.
Дополнительные сложности возникают из-за несовершенства законодательной базы Польши
в отношении отрасли по добыче сланцевых углеводородов. Здесь имеются в виду постоянные
изменения природоохранных норм, сложность и длительность процедур получения лицензий
на разработку газосланцевых месторождений и ввоз в страну иностранного технологического
(бурового) оборудования, непрозрачность процедур проведения тендеров на заключение
договоров по разведке и промышленной разработке месторождений сланцевого газа,
ненадежность защиты геологоразведочной информации.
Поэтому возникают разного рода спекуляции вокруг газосланцевых вопросов, повышаются
риски польского рынка. В частности, довелось прекратить работу в Польше американской
компании «Exxon Mobil» по причине неудачного бурения во время геологоразведки на
потенциальных месторождениях сланцевого газа.
Польша, упорно отстаивая свои национальные интересы в энергетической сфере, постепенно
решает эти проблемы. Так, польское правительство считает, что добыча сланцевого газа —
приоритетное направление энергетической политики страны. В поддержку этих проектов в
2013 году из польского бюджета выделяется 500 млн. долл. США.
Одновременно польская сторона прибегает к активным мероприятиям в политикодипломатической сфере, пытаясь убедить европейских партнеров в целесообразности
газосланцевых проектов. В частности, польские депутаты Европейского парламента
инициировали систематическое проведение «круглых столов», где рассматриваются
проблемы сланцевого газа. К участию приглашаются европейские депутаты, представители
руководства европейских стран, бизнеса и научных заведений.
В 2012 году Государственный геологический институт Польши подготовил свой отчет о
разведке сланцевого газа в Поморском воеводстве страны. Как утверждают польские
эксперты, геологические поисковые работы фактически не причиняют вреда экологии региона.
В частности, уровень загрязнения воздуха в районе гидравлического расщепления, а также
концентрация метана в грунтовых водах не превышали норму.
Фактически эти исследования проводились на европейском континенте впервые, выводы
делались на основании полученных в процессе практической добычи сланцевого газа данных.
И доказано, что используемые технологии окружающей среде не угрожают. Были
опровергнуты и все утверждения об «экологической опасности» разработок месторождений
сланцевых углеводородов.
Стремясь окончательно снять с повестки дня экологический вопрос, Польша планирует
применить усовершенствованные американские технологии кластерного бурения скважин
сланцевого газа, уменьшающие площадь участков добывающих работ с 1–1,2 тыс. гектаров
до 50–400 гектаров. При этом сроки изъятия земель для проведения подготовительных работ
и бурения будут составлять не более шести месяцев, после чего рекультивированные участки
будут использоваться по своим предыдущим, т. е. основным целевым назначениям.
После таких исследований увеличился интерес к работам в отрасли добычи сланцевого газа в
Польше как иностранных, так и отдельных польских компаний. Например, активность
проявляют польские компании «Orlen», PGNiG и «Lotos», а также канадская «Encana».
В последнее время польский опыт изменил отношение к вопросам добычи сланцевого газа
также и правительства Румынии, которое ранее противилось реализации газосланцевых
проектов на румынской территории. Причины названы выше. К проведению
геологоразведочных работ румыны планируют привлечь американскую компанию «Chevron».
В целом, все эти факты улучшают перспективу газосланцевой энергетики Польши и ее
европейских соседей, что позволит существенно уменьшить их энергетическую зависимость
от России. При этом польская сторона демонстрирует свою заинтересованность в
расширении сотрудничества и с Украиной.
Так, в 2012 году Польский институт международных дел обнародовал доклад «Перспективы
добычи и эксплуатации сланцевого газа в Украине», в котором говорится о необходимости
усиления взаимодействия между Польшей и Украиной в разведке и разработке мощного
месторождения сланцевого газа в их приграничье. В виде, например, обмена
геологоразведочной информацией и технологиями. По оценкам польских экспертов,
сотрудничество ощутимо повысит конкурентоспособность Польши и Украины как
производителей сланцевого газа.
Таким образом, опыт Польши свидетельствует о беспочвенности заявлений
украинских противников сланцевого газа, фактически отстаивающих своей
активностью российские интересы, одновременно препятствуя Украине в достижении
такой важной для нее энергетической независимости.
Желание, которое невозможно реализовать, называется мечтой. Мечты, мечты, приятна ваша
сладость. А теперь попробуем проанализировать реальные достижения по добычи этого
сранцевого газа в Польше.
Польша начала добычу сланцевого газа
29 августа 2013 года
29 августа. FINMARKET.RU - Польша успешно начала добычу сланцевого газа, сообщили в
среду местные СМИ.
Компания Lane Energy Poland, подконтрольная ConocoPhilips, добывает около 8 тыс.
кубометров газа в сутки на тестовой скважине на севере страны, близ городка Лемборк.
Как заявил в интервью газете Rzeczpospolita заместитель министра экологии и главный геолог
Польши Петр Возняк, добыча ведется безостановочно с 21 июля, ее объемы являются
самыми крупными из тех, которых пока удавалось добиться в странах Европейского союза,
хотя о переходе к промышленной эксплуатации говорить пока рано.
"Это хорошие новости для Польши, а также для Европы", - считает П.Возняк.
Итак, 8 тыс. кубометров газа в сутки это примерно 3 млн. куб в год. При цене 400 долл. за
кубометр это примерно 1.2 млн. долл. дохода с одной скважины. Для того, чтобы окупить
затраты эта скважина должна давать газ 10-15 лет. Если скважина иссякнет через пять лет, а
она обязательно иссякнет, то себестоимость этого газа окажется где-то на уровне 800 -1000
долл за кубометр. Вот когда уровень цен на газ достигнет этих цифр, именно тогда добыча
такого газа будет оправдана. Для того, чтобы Польше обеспечить уровень добычи газа 6
млрд. куб в год необходимо иметь как минимум 2000 тыс. таких скважин. Себестоимость этого
проекта действительно пока можно оценить на уровне 20-25 млрд. долл, если повезет
открывать такие месторождения при каждом бурении.
По его словам, добыча ведется на глубине 3 тыс. метров и "не создает угрозы для
окружающей среды".
Когда специалистам геологам называется такая глубина залегания газа, и утверждается, что
это сланцевый газ они начинают дружно хихикать, так как знают, что это обычная глубина
залегания нефти и газа самых обычных газовых месторождений в этом регионе. На
территории Украины и Белоруссии после войны таких месторождений газа открыты тысячи.
Но ввиду не рентабельности их разработки все они законсервированы. Смысл использования
технологии добычи сланцевого газа – это его добыча с небольших глубин с использованием
горизонтального бурения. Тогда дополнительные затраты на закачку реагентов в скважину
компенсируются отсутствием необходимости бурения на большие глубины.
Мнения государств ЕС о безопасности добычи газа из сланцев, которая осуществляется по
технологии гидроразрыва пластов (ГРП), разделились. Франция и Болгария полностью
отказались от использования гидроразрывов. Польша же активно распределяет лицензии на
геологоразведку между местными и иностранными компаниями, которые с июня 2010 года
уже пробурили 48 поисковых скважин по всей стране.
На это уже было потрачено 500млн. долл.. бюджета Польщи, т.е. реальную стоимость
проекта можно смело умножать на 10.
В целом попытки экстрагировать сланцевый метан ведутся в пробном режиме уже в 12
европейских странах.
Сообщения о начавшей добыче сланцевого газа в Польше дали аналитикам повод
предсказать избавление Варшавы от "газовой зависимости" от России в ближайшем будущем,
передает BBC.
Или в очень отдаленном будущем, лет этак через 20-30. Если каждая рабочая скважина будет
давать газ хотя бы в течение 10 лет.
Как отмечают геологи, из всех европейских стран Польша, возможно, обладает наибольшими
запасами этого газа, однако некоторые международные энергетические компании уже
покинули страну после неудачных первых проб.
Так как реально оценили отрицательную рентабельность этого проекта.
"Сланцевый газ обладает огромным потенциалом, который может трансформировать
польскую энергетику и, следовательно, геополитическую ситуацию в мире", - пишет
Rzeczpospolita.
Потребление газа в Польше растет быстрыми темпами, приближаясь к 15 млрд кубических
метров в год.
А это уже 5000 скважин, и 50-100 млрд. долл.
До 70% потребления обеспечивают поставки топлива из России. По оценкам Краковского
университета экономики, в 2018 году спрос на газ в стране составит не менее 21 млрд
кубометров.
А это уже 7000 скважин, и 150 млрд. долл.
К 2020 году Польша намерена инвестировать в геологоразведку и освоение сланцевых
месторождений 12,5 млрд евро, передает польский телеканала Polsat.
По данным Польского геологического института, извлекаемые запасы сланцевого газа в
Польше составляют от 346 млрд до 768 млрд кубических метров, этого объема достаточно
для 35-65 лет потребления. Глубина их залегания достаточно велика - в среднем около 4 км
против примерно 1,5 км в США.
Европа на 1 млрд. лет старше Америки, поэтому глубина залегания пластов – это 4 км, а
следовательно стоимость бурения в 2 раза выше, чем в Америке. И следовательно, себестоимость
добычи газа раза в 2 больше. И остается только пожелать Польще счастливого пути в их
дальнейшей перспективе разработки газовых месторождений. А основную прибыль получат
газовые компании Америки и Канады за поставку бурового оборудования и оплату лицензий за
свою перспективную технологию добычи сланцевого газа. И вместо газа в Польше будет огромное
количество ржавого железа буровых установок. А вот во Франции и Германии в отличие от
Польше дураков уже нет. А на Украине они еще водятся. Как выясняется, в Польше пока
сланцевый газ не добывается. А объявленная добыча – это обычное месторождение глубокого
залегания, которое объявлено сланцевым, чтобы оправдать сделанные затраты.
Выводы по данной проблеме вполне очевидны, но всегда интересно ознакомиться с выводами
специалистов по данной проблеме.
Сланцевой революции пока не произошло
А. Д. Хайтун - профессор, доктор экономических наук,
Центр энергетической политики Института Европы РАН.
В конце года в Институте мировой экономики и международных отношений
РАН состоялся семинар «Революция сланцевого газа: риски и возможности для
России».
Бурное развитие
Первым докладом, во многом задавшим тональность дискуссии, стало
выступление заместителя директора Института энергетической стратегии
Алексей Громова. Он обратил внимание собравшихся на то, что, когда мы
говорим о нетрадиционном газе, мы должны понимать, что это не только
сланцевый газ, но газ и угольный метан из плотных источников. Он полагает,
что в США на ближайшие годы сланцевого газа будут добывать в два-три раза
меньше, чем обычного, запасы метана и традиционного газа гораздо
значительнее.
Для бурения сланцев с 1980 года для компаний, разрабатывающих
нетрадиционные источники, федеральным законом США был введен налоговый
кредит. Толчком для массового применения новых технологий стал недавний
финансовый кризис.
Если в 1992 году на месторождении Барнет была пробурена первая
горизонтальная скважина, то 2009 году – 1658 таких скважин. С 2005 года рост
добычи газа в США обеспечивается за счет наращивания добычи сланцевого
газа.
Причины столь быстрого развития в том, что добыча на имеющихся
месторождениях сокращалась, а цена газа и альтернативного топлива
возрастала. Кроме того, из-за особенностей залегания сланца его
геологоразведка дешевле и намного быстрее, чем для традиционных
месторождений. Газ залегает в небольших изолированных карманах, поэтому
для начала добычи не нужно владеть правом на большой участок земли.
В Европе ресурсы сланцевого газа оценивается в 15 трлн. куб. м. Крупнейшие
бассейны сланцевого газа – Польша, Северная Германия, южная часть
Северного моря, возможно, Украина. Лицензиями на геологические изыскания
и добычу сланцевого газа в Европе владеют Shell, Lane Energy, EurEnergy, BNK,
ExxonMobil, ConocoPhillips. OMV. Сейчас именно в Польше разведка ведется
наиболее интенсивно.
По оценке IHS CERA, к 2018 году мировая добыча сланцевого газа может
составить 180 млрд. куб. м в год. По оценке East European Gas Analysis,
ожидается, что к 2015 году объем добычи сланцевого газа в США составит
более 180 млрд. куб. м в год. Согласно базовому прогнозу МЭА, добыча
сланцевого газа в США к 2030 году не превысит 150 млрд. куб. м.
В Европе, по прогнозу МЭА, добыча нетрадиционного газа составит 15 млрд.
куб. м в год только к 2030 году. Самые оптимистичные из существующих
прогнозов не превышают 40 млрд. куб. м в год к 2030 году. Многие считают
такие прогнозы заниженными и полагают, например, что только Польша будет
добывать до 30–35 млрд. куб. м уже в 2015 году. По мнению докладчика, есть
перспективы добычи природного газа в Китае.
«За» и «против»
Интересен анализ факторов, влияющих на перспективы добычи сланцевого газа.
В США к положительным факторам относятся заинтересованность властей
(снижение зависимости от импорта ТЭР), значительные запасы сланцевого газа,
высокие показатели текущей добычи, накопленный опыт, высокий уровень
технологий. К отрицательным – снижение рентабельности добычи сланцевого
газа в условиях низких региональных цен, падение коэффициента извлечения
сланцевого газа при долгой эксплуатации месторождений, низкий уровень
доказанных запасов в общей структуре запасов, экологические риски.
В Европе к положительным факторам относятся заинтересованность властей
(снижение зависимости от импорта ТЭР) и значительные запасы сланцевого
газа. Среди отрицательных – юридические, налоговые, экологические
ограничения, слабая геологическая изученность запасов, высокая себестоимость
добычи, отсутствие собственных технологий добычи, отсутствие самой добычи
сланцевого газа.
В Китае имеются следующие положительные факторы – заинтересованность
властей (снижение зависимости от импорта ТЭР), значительные запасы
сланцевого газа. Среди отрицательных – слабая геологическая изученность
запасов, экологические ограничения (дефицит водных ресурсов), отсутствие
собственных технологий добычи.
Общий вывод из выступления Громова: на текущий момент сланцевый газ
является региональным фактором, оказывающим значительное влияние лишь на
рынок Северной Америки.
Превращению сланцевого газа в глобальный фактор препятствует значительное
количество ограничивающих факторов. Нельзя утверждать, что сланцевый газ
не повторит судьбу угольного метана со значительным падением прироста
добычи при длительной эксплуатации месторождений или судьбу биотоплива,
подавляющая часть мирового производства которого приходится на Америку, а
сейчас сокращается.
Революции сланцевого газа не произошло. Этот случай – наглядная
иллюстрация эволюции топливно-энергетического развития мировой
экономики, направленного на повышение диверсификации источников энергии.
Каковы запасы
В содержательном выступлении Светланы Мельниковой, эксперта Центра
изучения мировых энергетических рынков ИНЭИ РАН, главным было
раскрытие неопределенности в обосновании мировых запасов сланцевого газа.
Гипотетически предполагается, что запасов сланцевого газа в мире больше, чем
традиционного. Но точных данных нет: вот уже более 10 лет все источники
опираются на работу, написанную еще в 1997 году немецким специалистом по
экономике энергетики Гансом-Холегьром Рогнером. Сам Рогнер считает, что
все его данные сугубо гипотетические. Он полагал, что резервов сланцевого газа
в мире 456 трлн. куб. м, но сам автор называл свои цифры «спекулятивными».
Много лет эти данные не использовались, но вдруг началось их победное
шествие по миру. Их используют МЭА, отраслевые и фирменные эксперты.
Например, в 2009 году МЭО привело ту же цифру мировых резервов сланцевого
газа. Сообщается, что основные запасы СПГ содержатся в Азии и Северной
Америке, запасы Европы уступают на порядок. По данным МЭА со ссылкой на
Cedigaz, нетрадиционные запасы составляют лишь 4% от подтвержденных
мировых запасов газа.
Как полагает докладчик, эксперты хотели довести свои данные до мира, а мир,
особенно Европа, хотели услышать. Поэтому данных по запасам сланцевого
газа стало очень много, но выбрать из них достоверные крайне затруднительно.
Недостаточно надежны также и стоимостные показатели добычи сланцевого
газа,
Например, по Польше первые сообщения говорили о себестоимости до 350
долл. за 1 тыс. куб. м. Все же в проблеме запасов и стоимости сланцевого газа
слишком много пиара, и остается надеяться, что дальнейшие исследования
будут более научными.
В выступлении ведущего специалиста Института энергетики и финансов
Н.А.Иванова сопоставляются диаметральные позиции по сланцевому газу: или
это всерьез и надолго, запасы огромные, технологии развиваются, или это пиаригры политиков США, и пузырь скоро лопнет. Докладчик склонялся к мысли,
что это первый шаг к освоению нетрадиционных энергоресурсов по всему миру,
начало полной перестройки мирового рынка энергоресурсов. Он отдал должное
основателю индустрии сланцевого газа Джорджу Митчеллу. Тот бурил шельф
Barnett 18 лет – с 1981 по 1999 год, пока не получил коммерческий приток газа.
Компания Mitchell Energy&Development была приобретена в 2001 году
компанией Devon Energy Corporation за 3,5 млрд. долл.
В настоящее время добыча сланцевого газа в США дает до 10% совокупного
производства газа. Докладчик обратил внимание на технологическую
специфику разработки сланцевых месторождений: средний срок жизни газовых
скважин в США составляет 30–40 лет, но около 15% скважин, пробуренных в
2003 году, уже через пять лет исчерпали свой ресурс, лишь немногие сохранят
рентабельность после 15 лет. Жизненный цикл сланцевой скважины на Barnett
не превышает 8–12 лет. На площадке Haynesville средний показатель EUR – 48,7
млн. куб. м на скважину, тогда как ранее компании-операторы говорили о 180–
200 млн. куб. м.
Возникли и серьезные экологические проблемы. Отсутствуют необходимые
мощности для очистки всех объемов использованной воды. Даже очищенный
буровой раствор способен отравить грунтовые воды, тем более что из скважин
поднимается только треть использованной воды. Из сланцевых пластов будут
подняты на поверхность бензол, мышьяк и радиоактивные материалы. Впрочем,
экология рассматривается многими как аргумент в борьбе собственников земли
с арендаторами – буровыми компаниями за перераспределение рентных
доходов.
В своем чрезвычайно содержательном выступлении главный экономист по
России и СНГ, вице-президент ВР-Россия В.В.Дребенцов опирался на опыт его
компании по разработке месторождений нетрадиционного газа в США и
традиции работы ВР на мировом рынке.
Главный тезис – масштабы добычи газа – прямо корреспондирует с ростом
эффективности скважин. Ранее добывающие компании США имели высокую
себестоимость на сланцевой скважине, сейчас она снижается, поэтому число
буровых установок на традиционном газе сокращается, а на сланцевом растет.
Себестоимость добычи на новых скважинах США ниже 50 долл. за 1 тыс. куб.
м, то есть ниже добычи традиционного газа. С другой стороны – падение цен на
газ снижает капитализацию компаний-пионеров. Джордж Митчелл успел
выгодно продать свою компанию, другие, менее удачливые снизили
капитализацию.
Ситуация с конкуренцией
Конгломерат ВР – главный добытчик газа в Америке, соответственно,
докладчик располагал информацией по стоимостным параметрам торговли
газом. Себестоимость СПГ в США сейчас ниже мирового уровня, поэтому эта
страна начинает сейчас СПГ реэкспортировать. Большие объемы сжиженного
газа выйдут на мировой рынок, и тогда цены газа станут ниже ранее
прогнозируемых.
На рынке газа высока неопределенность. Это риск для тех, кто не хочет
адаптироваться, боится конкуренции. России надо уметь конкурировать на
рынке газа.
По моему мнению, сланцевая революция заключается в том, что газовый рынок
оформил себя как настоящий рынок с конкуренцией и свободной ценой, тогда
как ранее на этом поле имело место состязание монополий, а контрактные
показатели выступали как эрзац рыночных цен.
Сработала закономерность постиндустриального общества: в конечном счете
побеждают высокие технологии. Именно они востребовались для включения
сланцевого газа в топливный баланс США, для массовых танкерных перевозок
сжиженного газа.
Проявились общие принципы рыночной экономики: для образования
конкурентной цены достаточно появления на свободном рынке небольших
избытков продукта, как это стало со сланцевым газом в США и поставками СПГ
из Кувейта в Европу. В краткие сроки цены на газ стали соизмеряться в
глобальном масштабе и потому оптимизировались. Главный урок – на
свободном рынке в конечном счете выигрывают те, кто делает ставку на новые
технологии, а не на сохранение монопольного положения.
Между тем основная проблема «Газпрома» – это истощение газовых
месторождений и острая потребность в крупных инвестициях для освоения
новых площадей: газовые месторождения Западной Сибири выработаны более
чем наполовину, доля трудноизвлекаемых запасов достигла 60% и продолжает
расти.
Если придерживаться традиционной политики – осваивать месторождения в
Арктике и строить подводные трубопроводы, – инвестиционная емкость
энергетического сектора страны в следующее десятилетие может составить 400–
500 млрд. долл. Эти ресурсы требуются для поддержания достигнутого уровня
производства и экспорта.
Между тем серьезную конкуренцию трубному российскому газу составил СПГ.
В течение многих лет СПГ на мировых рынках стоил дороже трубопроводного
газа. На рубеже тысячелетий их цены сблизились. Главным фактором экономии
является увеличение грузоподъемности газовых танкеров, скорости из
погрузки-разгрузки и движения, уменьшения численности команд. В настоящее
время цены на все виды газа находятся примерно на одном уровне. Так, в 2002
году сжиженный газ импортировался в США по цене 3,41 долл. за миллион
БТЕ, а трубопроводный – 3,33 долл., в 2007 году – 7,07 и 6,95 долл.
соответственно. Выравнивание цен на сланцевый, сжиженный и
трубопроводный газ и есть продукт сланцевой революции.
Фактор высоких технологий
Сланцевый газ не панацея: у него слабая концентрация в продуктивных пластах,
для увеличения газоотдачи требуются густая сеть скважин, применение
технологии гидроразрыва. Эти технологии – научный продукт корпораций
США, и они только недавно проданы в Европу и Японию, хотя потенциальные
центры потребления СГ именно там.
В настоящее время переизбыток газа возрастает из-за роста добычи газа в США.
В конце 2009 года пройден рубеж добычи сланцевого газа – 100 млрд. куб. м, и
США выходят на первое место в мире по добыче природного газа.
Сланцевые газовые пласты были обнаружены в США еще в начале XIX века, но
они были нерентабельны по технологическим факторам.
Приведу пример преимуществ рыночных методов соединения технологии и
экономики. В самом конце ХХ века, когда была разработана технология
горизонтального бурения и гидравлического разрыва сланцевых пластов, а
мировые цены на газ вслед за ценой нефти непрерывно росли, небольшая
американская фирма Chesapeake Energy начала добычу газа из сланца. Вначале
добыча была убыточна, но в 2002 году фирма впервые объявила о получении
прибыли. В 2010 году руководство фирмы объявило о снижении себестоимости
добычи 1 тыс. куб. м до 99 долл. Для сравнения: чтобы добыча природного газа
на Штокмановском месторождении в Баренцевом море стала рентабельной,
нижняя граница мировой цены должна быть не менее 270 долл. за 1 тыс. куб. м.
Сейчас средняя себестоимость добычи СГ в пределах 120–140 долл. за 1 тыс.
куб. м, тогда как на Уренгойском месторождении – лишь 24 долл. Но доставка
по трубам на 2500–3500 км многократно увеличивает стоимость российского
газа.
Позиция монополиста
Мой прогноз развития событий таков: если цены на газ понизятся или
стабилизируются, рост затрат будет происходить в прежних темпах, а новые
технологии добычи СГ будут применены в Европе – «Газпром» в его нынешней
структуре и при неизменной стратегии может обанкротиться уже в 2011 году.
В своем выступлении представитель «Газпрома» А.И.Мастепанов выразил
несогласие с предыдущим докладчиком и изложил позицию компании по
отношению к сланцевой революции. Она такова: добыча газа из
нетрадиционных источников, в том числе сланцевого газа, в последнее время
привлекает все больше внимания со стороны широкой общественности, но не
является новостью для газовой отрасли. Рост интереса обусловлен в первую
очередь увеличением добычи сланцевого газа в США, что повлияло на начало
исследований возможностей по добыче данного ресурса в других регионах мира
– в частности, в Европе и Азии. Вместе с тем проекты по добыче сланцевого
газа характеризуются рядом специфических технологических и экономических
особенностей. К ним относятся большой объем эксплуатационного бурения,
резкое снижение дебитов уже в первые годы добычи, необходимость
постоянного перехода на новые площади разработки, существенные
экологические риски. Кроме того, стоимость добычи сланцевого газа в США
является высокой и значительно превышает стоимость добычи традиционного
газа в других регионах мира, в том числе из новых месторождений в России.
Данные факторы предопределяют роль сланцевого газа как местного,
локального источника ресурсов, компенсирующего снижение объемов добычи
(или отсутствие) традиционного газа на региональных рынках. В действие
вступят новые принципы ценообразования, которые окажут влияние на
экспортеров, в том числе и в первую очередь на Россию. При этом «Газпром»
располагает собственными технологиями добычи нетрадиционного газа и
применяет их при добыче угольного метана на Кузбассе. Впрочем, концерн
продолжит мониторинг развития отрасли сланцевого газа
В дополнение к своему докладу Дребенцов предположил исходя из специфики
нашей страны, что спрос на газ будет расти. Он согласился с автором этой
статьи, что создается мировой рынок газа и США могут стать экспортером СПГ
в Европу. Вопрос в себестоимости сланцевого газа: сейчас в пределах 140 долл.
за 1 тыс. куб. м, будет еще меньше, может быть, цена и стабилизируется, но
никак не на уровне 400 долл., что ныне планируют брать за газ из трубы.
Соединились частная инициатива, конкурентная разработка новых технологий,
налоговые льготы, а также трезвое знание реалий мирового энергетического
рынка. Напротив, эндогенная проблема российского ТЭКа – отсутствие
механизмов инновационного развития. Несмотря на всю риторику, российские
инновации не продвигаются на мировой рынок.
Об экологической проблеме сланцевого газа.
В начале XXI века технологии добычи сланцевого газа пиарились на каждом углу как
некая панацея, которая спасет всех рядовых американцев, а заодно весь колониальный
мир от кризисов и прочих неприятных вещей, связанных с добычей энергоресурсов.
Подобные заверения Обамы дали ему возможность победить на выборах. Ряд
американских добывающих компаний охотно вложились в добычу на территории США,
что привело в итоге к резкому удешевлению газовых энергоресурсов и развитию целой
"сланцевой" отрасли в экономике. Поначалу отрасль оказалась достаточно прибыльной одна дала десятки миллиардов долларов инвестиций в экономику и бюджет США,
повлияла на ряд политических процессов в стране и принизила роль газовых конкурентов
США в мире. Всего за десять лет доля сланцевого газа в США повысилась с 10 до 37% и
продолжает увеличиваться. Но эксперты рвут на себе волосы – дальнейшее развитие
добычи сланцевого газа в США – это путь в никуда. Стрингерское Бюро Международных
Расследований опубликовало (выше) большой и исчерпывающий материал о
проблематике сланцевой добычи. Сланцевый гидроразрыв - схема загрязнения грунта.
Сейчас американцы довольно активно продвигают свои "сланцевые технологии" в
Восточной Европе. Год назад пытались провернуть это и в Западной, но развитые страны
вроде Франции полностью отказались от добычи сланцевого газа по экологическим
соображениям. Причины такой активной экспансии американских добывающих компаний
вполне объяснимы. Сланцевый газ - это еще и инструмент политического влияния в
отдельных регионах. США предлагают мнимую энергетическую независимость Восточной
Европе через добычу сланцевого газа (Украина, Польша, Прибалтика), а взамен
получают контроль над регионом и новое пастбище для своих корпораций. И все было бы
не так страшно, если бы добыча сланцевого газа не наносила колоссальный вред
экологии, который даже оценить весьма затруднительно из-за его масштабности. Главной
экологической проблемой добычи сланцевого газа стала площадь загрязняемых
территорий. Поскольку залежи сланца в мире велики, то при определенном усердии и
серьезных затратах из них можно добывать приличное количество метана. Однако такая
добыча превращает обширные земли в непригодные для жизни. На десятки, а то и сотни
лет. Технология добычи достаточно примитивна - в недра закачиваются миллионы тонн
специального химического раствора, который разрушает пласты горючего сланца и
высвобождает большое количество метана, Проблема в том, весь газ вместе с
закачанными химикатами (до 70%), который не удается выкачать, начинает выходить на
поверхность из недр, просачиваясь через почву как через губку, загрязняя грунтовые
воды и плодородный слой. В итоге, всего за год-два такие территории превращаются в
пустыню. По меньшей мере в трех американских штатах существуют экологические
проблемы, приобретающие статус катастрофы. О масштабах загрязнения потомками
современных американцев еще будут написаны сотни и тысячи научных трудов, а пока в
местах добычи сланцевого газа наблюдаются следующие проблемы: концентрация
метана в почве и питьевой воде выросла в 6 раз, в десятках населенных пунктов вода из
крана горит голубым пламенем в прямом смысле слова, сотни отравлений в год,
чудовищный скачок онкологических заболеваний, фонтаны метана и этана из земли,
землетрясения амплитудой в 4 балла и т.д. Количество недовольных граждан заметно
выросло, начались протестные акции против использования химикатов, большинство
экологов и ученых бьют в тревожный колокол, а местные власти пытаются лишь
нивелировать шум вокруг этой темы, поскольку у них связаны руки. Правда, в штате
Пенсильвания в 2012 году был принят закон, по которому сланцевые добывающие
компании обязаны оглашать состав химических смесей, используемых в добыче газа.
Однако, предоставлять такие данные они обязаны только медицинским работникам,
которые, в свою очередь, не имеют права разглашать эту информацию. То есть, во время
лечения серьезных отравлений или патологий, связанных с проживанием в загрязненных
районах, пациенты не имеют права узнать о том, что стало причиной их болезней. Такой
вот демократический парадокс. Особенно стоит обратить внимание на поведение
федеральных властей США. Поскольку чрезвычайная вредность добычи сланца может
сравниться разве что с урановыми рудниками, а просто так остановить раскрученный
маховик невозможно из-за напора корпораций, правительство США прилагает большие
усилия для того, чтобы "замять" вспыхивающие скандалы и хотя бы часть добычи
перенести на другой континент. И это есть доказательство замкнутого круга, куда сам
себя засадил Обама вместе с главами добывающих компаний - они усиленно роют сами
себе сланцевую могилу, в надежде отсрочить свой печальный конец.
Комментарий: Я мало смыслю в экономике, и потому редко обращаю внимание на
экономические новости, но у меня есть и глаза, и уши, и я вижу: в последние недели
самые разные издания из числа солидных, с авторитетом, на всех континентах, небольшой, но емкий дайджест публикаций на FBIL (одна из вкладок выше), - вернулись к
теме «сланцев». При этом, тон и смысл публикаций, как ни странно единодушно
скептический. Поминания о давешних посулах м-ра Обамы насчет «отныне мы имеем
гарантии энергетической независимости на век вперед» аналитики, - очень, к слову
сказать, проамериканские, - поминают со скептицизмом. Словно о неудачном опыте
поиска лекарства от рака, поставленном на самом себе. Честно говоря, кое-что
впечатляет и профана. Например, оказывается, уже сейчас кое-где в Пенсильвании,
Луизиане и великом Одинокой Звезде, - Техасе, - налицо «эскизы» возможного лунного
пейзажа. Или, вернее, ядовитой, травящей воду помойки. Пока еще в зачатке, но лиха
беда начало. Я не специалист, но пишут об этом очень разные люди, в очень разных
изданиях, и сравнивая данные, к сути подойти можно. Есть такая технология:
гидроразрыв. В скважину закачивают какую-то жидкость, и она «ломает» породу, выделяя
газ. При этом, что за жидкость, наверняка не знает никто, но из просочившихся данных
можно сделать вполне однозначный вывод: «Туда входит более 90 разнообразных
химических веществ (…) до 596 наименований химикатов: ингибиторы коррозии,
загустители, кислоты, биоциды, ингибиторы для контроля сланца, гелеобразователи»,
причем все едкое, растворяющее, размягчающее – и предельно ядовитое. И вся эта
дрянь, будучи закачана в скважину, примерно на 70% уходит в почвы на много
километров вокруг, отравляя все, что только можно. А также и что нельзя. Вообще,
трогать эту тему сегодня в Штатах не очень поощряется. На уровне правительства. Но на
уровне штатов и, особенно, графств и люди, и экологи, и власти начинают всерьез бить
тревогу, - ибо есть основания. Вода реально становится не питьевой. И для скота тоже.
Хуже того, ее нельзя использовать и в технических целях. Метан и тяжелые металлы не
способствуют здоровью, и выводы медиков однозначны: странные, ранее не
встречавшиеся кожные хвори и патологии внутренних органов вызваны именно
отравлениями питьевой водой. Более того, уже известны случаи, когда обычная вода из
крана… горит. Или взрывается. При этом любые попытки прессы поднять вопрос
натыкаются, - нет, не на правительственный запрет, - но гораздо хуже: на
предупреждения юридических отделов компаний-«газовиков» насчет того, что любые
попытки опорочить «чистоту сланцев» будут восприняты как объявление войны и
наказаны огромными штрафами по суду. Судиться же с корпорациями типа Range
Resources люди боятся. Даже если все козыри у них на руках, предпочитая (такие случаи
уже были) подписывать мировую, брать компенсацию (не слишком даже большую) за
молчание и уезжать. Или, если отступных не хватает на переезд, так и жить, ожидая
своей судьбы. Больше того, когда в прошлом году в Пенсильвании таки приняли закон о
рассекречивании состава «адской смеси», юристы корпораций добились, чтобы в текст
документа был внесен пункт, воспрещающий медикам разглашать известные им данные
даже пострадавшим. И при всем этом, повторюсь, правительство предпочитает молчать.
Уходя от ответов на вопросы всеми средствами, вплоть до смешных. Ибо пресловутые
«сланцы» с какого-то момента стали для него этакой «священной коровой», панацеей от
угрозы энергетического кризиса, который якобы может подорвать позиции США на
мировой арене, а также «энергетического диктата» со стороны «нестабильных» стран
Залива и России. Энтузиасты такой программы, типа «VIP-эксперта» Дэниела Эргина из
Кембриджа аплодируют и подстегивают лошадку: дескать, «расширение экспорта
энергоносителей еще больше увеличит мировое влияние США», а «Рост добычи
сланцевых нефти и газа наряду с развитием альтернативных источников энергии сделает
страны западного мира практически самодостаточными в сфере энергетики». Но за
радужными заявлениями стоит очень некрасивая реальность, и уже даже такие монстры,
как Артур Берман и Джордж Кальвино, крупнейшие специалисты по эксплуатации
сланцевых месторождений, - совсем еще недавно великие энтузиасты «спасения во
сланцах», - начинают с тревогой говорить о том, что совсем не все так хорошо, обвиняя
политиков высшего уровня в преднамеренных искажениях реального положения дел и
грубых подтасовках. Это уже не фермеры, им рот просто так не заткнешь. Именно из их
публикаций сейчас понемногу выясняется, что политики, оседлав «сланцевую» тему и
построив на ней воздушные замки своих амбиций, попросту водят паству за нос, играя на
понятной только специалистам разнице между «ресурсами» (то, что есть вообще) и
«резервами» (то, что реально добыть без неприятных последствий). А в итоге нехитрой
игры с цифрами на ничего не понимающую публику, на данный момент получилось так,
что «сланцевые»-то проекты реализуются, да вот основная часть сырья вовсе не «под
рукой», а напротив, технически неподъемна. Ее не добудешь. А если добудешь, то
разоришься. А что можно добыть относительно легко, того хватит лет на 10-15, и всё. Так
какого же, простите, хрена? Технология известна уже полвека. Не раз признаная «не
вполне приемлемой». А в трактовке «зеленой» общественности даже «экологическим
терроризмом». И вдруг, - как бы ни с того, ни с сего, - стала «темой номер один» и
руководством к действию? А потому что вовсе не «ни с того, ни с сего». Просто в начале
века всемогущий Дик Чейни, «вице» при Буше и генеральный лоббист Halliburton, начал
проталкивать тему. И как только начал, лед тронулся: уже в 2005-м «конгресс США вывел
технологию гидроразрыва из-под надзора Агентства по охране окружающей среды, то
есть, из-под действия закона о безопасности питьевой воды», дав зеленый свет
отравлению земли ядовитыми химикатами. А отсюда прямая дорога к сланцам. А как
только сланцы начали давать прибыль, события приняли лавинобразный характер. Но.
Сейчас, судя по всему, наступает кризис. Даже не потому, что общество встрепенулось. В
этом смысле, юристы корпораций способны постоять за святое. Все круче: понемногу
выясняется, что бешеная поначалу прибыль понемногу сходит на нет. Перечислять
технические детали не рискну, но факт есть факт: по оценкам экспертов, причем не
общественников, а из тех же корпораций, «уровень добычи из скважины падает до 70 75%». Так что, например, - по мнению Дэвида Хьюза, одного из ведущих «газовых
экспертов» США, - «если для поддержания объемов нефтегазовым компаниям постоянно
приходится бурить новые скважины, не менее 7 тысяч, это обойдется примерно в 42
миллиарда долларов, на 25% больше стоимости всего сланцевого газа, добытого в
прошлом году. Так что риторика об энергетической независимости США при современном
технологическом состоянии - просто чушь собачья». Это, конечно, только первый
звоночек, но кому надо, имеют чуткие уши и отменную интуицию. Производители, еще
весной прошлого года вливавшие в «сланец» колоссальные суммы, в последнее время
начали осторожно, без лишнего шума сворачивать присутствие в «сланцевом
Клондайке». Первой встрепенулась Royal Dutch Shell, неожиданно для многих выставив
на продажу массу «вкусных» участков, включая знаменитый «Игл Форд», пояснив, что
«нет возможности выйти на запланированный объем добычи» и списав 2,1 миллиарда
долларов. Затем, только по данным открытых источников, сократили активы отрасли BP
(4,8 ярда), BG Group (1,3 ярда) и EnCana (1,7 ярдов), а BHP Billiton, страстно желавшая
прорваться на сланцевый рынок и сумевшая это сделать только в 2011-м, через год
грустно призналась, что «вложения не оправдали надежды и мы понесли тяжелые
убытки». Впрочем, если для мамонтов такого уровня подобные потери неприятны, но
приемлемы, фирмы, полностью сделавшие ставку на сланцы, - вроде оклахомской
Chesapeake Energy, возникшей в свое время как бы ниоткуда и взлетевшей очень высоко,
- пребывают в панике, влезая в долги ради перекрытия долгов, то есть, превращаются в
классические «пирамиды». А где долги, там и банки со своими «особыми» интересами.
Согласно данным расследования, проведенного в июле-сентябре экономическими
экспертами «Чикаго Трибюн», на сегодня «главными лоббистами сланцевой отрасли
выступают уже не промышленники, а банкиры, вложившие большие средства и не
желающие их терять. Им приходится тратить дополнительные суммы на рекламу
отрасли, которая перестает приносить прибыль, и при первом столкновении с
реальностью инвесторы, которых они сейчас привлекают, потерпят ущерб». Так вот
складываются дела на пресловутом «сланцевом рынке». В иное время, - что ж, - можно
было бы покачать головой: дескать, не в первый и не в последний раз. Проблема, однако,
в том, что сегодня свои экономические сложности США стремятся навязать всему миру,
обязанному, по их мнению, оплачивать их эксперименты. Притом, что эксперименты эти
заинтересованные круги и не намерены прекращать. «Действительно, - говорит Энтони
Пассмер, ничуть не политики, а один из ведущих экспертов той самой Chesapeake Energy,
- определенные проблемы есть. Нас беспокоит и ущерб, наносимый природе, и
финансовая составляющая вопроса. Но это вовсе не значит, что столь перспективное
направление должно быть закрыто. Есть самые разные опции, в частности, перенесение
добычи в отдаленные регионы мира, где сланцы обнаружены, а затраты на их разработку
меньше и экологические проблемы стоят не так остро. В частности, серьезный интерес
представляют Намибия и Украина, весьма заинтересованные в инвестициях. Убежден,
что при обнаружении точек соприкосновения, такие инвестиции они смогут получить».
Больше информации на http://voprosik.net/vred-dobychi-slancevogo-gaza-dlya-ekologii/ ©
ВОПРОСИК
Сланцевый газ в Америке и Китае.
По итогам июля (эти данные стали известны в конце сентября) добыча
природного газа в США увеличилась на 0,6%. То есть, как мы и предполагали, ни о
каком быстром спаде добычи речь пока не идёт. Но если в Штатах со «сланцем» всё
пока выглядит неплохо, может быть даже лучше ожиданий, то вот в остальных
странах мира успехи оказываются слабее прогнозов, и без того не особо
оптимистичных.
Ещё летом стало известно, что три крупные американские компании
сворачивают свои планы в Польше. Совсем недавно (подробней об этом — чуть
ниже) появились первые обобщения по Китаю.
При этом решение о начале добычи сланцевого газа в Польше было во многом
политическим. То есть даже завышенный ценник по себестоимости добычи не должен
был остановить процесс (компании просто получили бы дополнительные льготы).
Кроме того, газ собственной добычи действительно может быть дороже импорта. О
точных размерах такой «надбавки» говорить сложно, но теоретически для страны это
может быть выгодно. Ведь в таком случае она загружает собственное производство.
Но, как мы видим на примере Польши, (об Украине пока говорить рано, но там всё
примерно то же самое) даже со всеми этими оговорками добыча сланцевого газа ну
никаким образом не получается оправданной.
Скажу честно — после всех этих новостей я не обрадовался, а скорее
испугался. Мы уже неоднократно писали о «газовом» веке, и важную роль здесь
должен сыграть «сланец». Да — не сейчас, но в будущем, когда традиционные
запасы исчерпаются. И если «сланцевое чудо» так и останется американским
феноменом, то это может поставить под сомнение сам газовый век, а с ним и худобедно поступательное развитие человечества на ближайшие десятилетия.
Напомним «контрольные» цифры — доказанных запасов газа сейчас примерно
на 60 лет, предполагаемых — на 120, вместе с «нетрадиционным» — на 250. Но на 60
лет доказанных запасов — это при нынешнем уровне потребления. А оно будет
стремительно расти. С предполагаемыми запасами ситуация выглядит поспокойней,
но тоже гарантировать что-то трудно. Фактически российские восточные территории
остались чуть ли не единственными неразведанными регионами. Но и тут из-за
объективно высокой стоимости добычи (затраты на освоение месторождений и
последующая транспортировка к местам потребления) выход «чистой» энергии
окажется меньше формальных поставок газа на рынок.
А тут ещё подоспели новости о шельфовых месторождениях Средиземноморья
— по кипрскому блоку. Причём «возятся» с ним уже давно — казалось бы, должны
всё проверить, но вот новые переоценки запасов в сторону уменьшения. Поэтому —
без всякой иронии — если планировать в долгую, то надежды во многом были
связаны со сланцевым газом. То, что у других стран не получится повторить
американский успех быстро, — это было понятно с самого начала. Вопрос сейчас
стоит иначе — получится ли вообще?
Напомним, успех американской сланцевой добычи связан с удачным стечением
суммы факторов. Главные из них следующие. Первое — большое число буровых
установок на североамериканском континенте, второе — удачная геология
месторождений. И если воспроизвести первый фактор в других странах смогут (хотя
для этого понадобятся десятилетия), то с геологией ничего не изменишь. Поэтому
именно на это имеет смысл обращать внимание, анализируя новости о сланцевой
добыче по всему миру. Конечно, мы как сторонние наблюдатели не готовы и не
можем разбираться во всех нюансах геологии. Поэтому в первом приближении
приходится отталкиваться от двух показателей: начальный дебит (то есть
производительность) пробуренных на сланцевый газ скважин. А также большое
значение имеет глубина залегания сланцевых запасов.
И вот статистика по китайским сланцевым успехам: с 2009 по 2012 год
были пробурены 129 скважин. Из них — 23 скважины оказались с начальным
дебитом свыше 10 тыс. кубометров газа и 8 скважин — с дебитом свыше 100
тыс. кубометров.
Что нам могут сказать эти цифры? Дебиты на сланцевых скважинах падают
очень быстро. Поэтому для грубой оценки не то чтобы рентабельности добычи, а
скорее адекватности происходящего можно применить следующий приём. Посчитать
стоимость полученного за год газа и сравнить с типовой стоимостью бурения
скважины.
10 тыс. кубометров в сутки — это 3,65 млн кубометров газа в год. Даже при
азиатской цене на газ в 600 долларов за тысячу кубометров выручка составит около 2
млн долларов.
А каковы же затраты на бурение самих скважин? Таких данных по Китаю нет.
Но, к примеру, в США скважина глубиной 10 тыс. футов (примерно 3 км) стоит около 8
млн долларов. А в Польше такая же скважина стоит около 15 млн — из-за меньшей
развитости рынка услуг по бурению.
Но и это ещё не всё. Если в США сланцевые запасы залегают на глубинах 6,6–
13 тыс. футов, то в Китае — свыше 13 тыс. футов. Так что китайские скважины, только
из-за глубины, дешевле 10 млн стоить не могут, а возможно (учитывая данные по
затратам на бурение в Польше) — ближе к 20 млн.
И как и в Польше в Китае начали эксплуатироваться обычные месторождения
глубокого залегания. Китайцы потратили примерно 1 млрд. долларов на добычу
сранцевого газа по американским технологиям и быстро все поняли. И заключили
долгосрочный контракт с Россией на 400 млрд. долларов.
Соответственно, скважины с дебитом 10 тыс. окупить себя никак не смогут. Те,
что с дебитами выше 100 тыс.,— в них, возможно, есть какой-то смысл. Но таких
оказалось всего 8 из 129. Кстати, в Польше картина практически идентичная.
Дополнительная проблема в том, что китайский сланец находится слишком
глубоко. Это приводит не только к более дорогостоящему бурению. На таких
глубинах, как правило, находится только газ (более длинные углеводороды в этих
условиях уже разрушаются). А значит — китайские компании не смогут получить
выгоды за счёт сопутствующего получения газоконденсата (этана-пропана-бутана),
что во многом определяет рентабельность американской газовой добычи.
Да, возможно, удастся подобрать условия, и таким образом чуть улучшить
дебиты скважин. Но речь идёт о незначительных изменениях. Вот
для сравнения типичные американские начальные дебиты, где все технологии
отработаны. Тут тоже не густо — начальная производительность скважин составляет
от 50 до 300 тыс. кубометров в день, в зависимости от месторождения.
Относительный успех американской добычи связан с двумя факторами, которых в
Китае достичь, по определению, не удастся: меньшая глубина залегания (более
дешёвое бурение) и дополнительная добыча жидких углеводородов.
Интернационального сланцевого чуда не будет. Вопрос — сможет ли «сланец»
в мировом масштабе хоть как-то вытянуть на себе «газовый век». Сомнений и
опасений здесь становится всё больше и больше.
Польская нефтегазовая компания PGNiG объявила об открытии крупного газового
месторождения в Подкарпатье. Запасы природного газа оцениваются в несколько
миллиардов кубометров.
Газ, открытый на глубине 2016 м не содержит вредных примесей. По мнению
экспертов компании, эксплуатация скважин может начаться уже в первой половине 2015 года.
В первый год оно будет давать 100 тыс. кубометров газа в сутки.
Это второй успех компании в этом году - в начале января она сообщила об открытии в
Поморье другого крупного месторождения традиционного газа.
Что касается сланцевого газа, то здесь результаты гораздо скромнее. Пока ведется
его добыча в тестовом режиме. Начнется ли в этом году коммерческая добыча, сказать пока
трудно.
Сранцевый газ Украины.
Сенсационное заявление сделал министр обороны Луганской народной республики Игорь
Плотницкий. По его словам, гражданская война на юго-востоке Украины ведется за
контроль над залежами сланцевого газа.
По словам Игоря Плотницкого, украинская власть видит в разработках сланцевого газа
едва ли не единственный способ снизить зависимость страны от поставок голубого
топлива из России, сообщает «Lenta.ru». Основные залежи сланцевого газа сосредоточены
в районе, где вооруженное противостояние носит наиболее ожесточенный характер —
между Луганском, Славянском и Краматорском.
Разработкой сланцевого газа в Днепровско-Донецкой впадине занимается ООО «Еврогаз
Украина», часть долей которого принадлежит зарегистрированной в Австрии компании
«Euro Gas GmbH». Владельцем австрийской компании является английская корпорация
«Mc Callan Oil & Gas (UK) Ltd», которая, в свою очередь, принадлежит уже американской
«Euro Gas».
Примечательна личность украинского совладельца компании «Еврогаз Украина»:
бизнесмен Иван Аврамов занимает 107-е место в рейтинге 200 самых богатых людей
Украины с состоянием в 103 миллиона долларов. Аврамов является почетным консулом
Болгарии в Луганской, Запорожской и Донецкой областях, а также не менее почетным
землякомизбранного в воскресенье президента Украины Петра Порошенко — оба
родились в Болградском районе Одесской области.
Компания «Burisma Holdings» — еще один крупный игрок на украинском газовом рынке.
Как уже писал «Ридус», в середине мая в совет директоров компании вошел младший сын
вице-президента США Хантер Байден. В связи с назначением, моментально вызвавшим
множество вопросов, представителю Госдепартамента США Джен Псаки пришлось дать
на брифинге специальный комментарий, чтобы обозначить позицию официальных
властей США.
«Он частное лицо», — заявила тогда Псаки, добавив, что у Госдепартамента США нет
обеспокоенности в связи с тем, что приход Байдена в украинскую компанию будет
неверно воспринят на фоне происходящего в этой стране. Действительно, какая может
возникать «обеспокоенность», если за интересы Вашингтона сегодня гибнут украинские, а
не американские граждане.
Вслед за главой ЦРУ 21-22 апреля Киев посетил вице-президент США Джозеф Байден. Выступая
в Верховной раде, Байден заявил, что Вашингтон поддерживает украинские власти перед лицом
«унизительных угроз», явно имея в виду Россию. Ответ на вопрос, что нужно Соединённым
Штатам на востоке Украины, прост: города, которые отчаянно пытается подчинить себе хунта,
находятся в Днепровско-Донецком бассейне с огромными запасами сланцевого газа. Эти участки
уже застолбила компания Royal Dutch Shell. «В данном случае режим, пришедший к власти после
государственного переворота в Киеве, применяет военные действия против собственных жителей
из экономических соображений. Они твёрдо намерены извлекать выгоду из контрактов,
подписанных предыдущим правительством», - утверждает эксперт-международник из США
Небойша Малич.
Сын зачастившего в Киев вице-президента США Роберт Хантер Байден (Robert Hunter Biden)
недавно вошел в Совет директоров крупнейшего частного производителя газа на Украине Burisma
Holdings, зарегистрированного на Кипре и обладающего разрешением разработки месторождений
Днепровско-Донецкого бассейна. В апреле место в руководстве этой компании получил и Девон
Арчер – друг семьи государственного секретаря США, деливший в университетские годы с
пасынком Керри комнату в общежитии, а во время президентской гонки в США в 2004 году
ставший старшим советником Джона Керри.
Первые лица США и их ближайшие родственники имеют большой шкурный интерес во всех
странах, куда вторгаются американские оккупационные силы ещё со времён войн против
Югославии и Ирака. Например, у предшественницы Керри на посту госсекретаря Мадлен Олбрайт
- бизнес в «независимом Косове», предшественник Байдена на посту вице-президента Ричард
Чейни и его семья, а также еще один экс-госсекретарь США Кондолиза Райс через «Холлибертон»
и «Шеврон» присосались к энергетическим ресурсам Ирака. Такие же интересы появляются и у
тех, кто обслуживает интересы американцев в Восточной Европе. Например, в Совет директоров
Burisma Holdings входят экс-министр экологии Украины Николай Злочевский и бывший президент
Польши Александр Квасьневский.
Одно из потенциальных месторождений сланцевого газа, право на разработку которых дано
Burisma Holdings, - Юзовская площадка сланцев. Кроме Славянска и части соседнего Краматорска
с населением 160 тысяч человек в состав участка, переданного Shell, входят города Красный Луч и
Святогорск, расположенные в Донецкой области, а также Балаклея и Изюм соседней Харьковской
области. Причём контракт на добычу сланцевого газа составлен так, что украинские власти
обязаны насильно отнимать имущество законных владельцев, если Shell заявит, что на
принадлежащих им землях собирается производить бурение. В качестве местности, где будут
буриться первые газовые скважины, определены окрестности Славянска…
Места концентрации украинской армии, поддерживаемой зондеркомандами «Правого сектора»,
частными карательными батальонами олигарха-фашиста Игоря Коломойского и наёмниками
американских и польских ЧВК прямо указывают на одну из главных причин карательной акции обслуживание киевским режимом бизнес-интересов властной элиты США и Польши. Именно
вокруг Славянска и Краматорска происходят наиболее ожесточённые столкновения карателей с
населением Донбасса, а Изюм является главной базой украинских войск, участвующих в
карательной операции.
На Украине не будут добывать сланцевый газ. Просто делают вид, что хотят добывать. А для этого
стараются выселить население с требуемых территорий. Может когда-нибудь начнут бурение
точно так же как в Польше и Китае, поставят оборудование, объявят это собственностью США,
введут войска для его защиты, а потом объявят, что добыча газа не рентабельна. А война местного
населения будет продолжаться на всей территории Украины.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа