close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Я как раз попал на фронт в нашу часть с подкреплением, когда наше наступление
окончилось и мы приготовились к обороне. После Сталинграда немцы были откинуты от
Волги и нам, даже удалось освободить Харьков. Через какое-то время немцы его вновь
отбили. Мой первый бой прошёлся на один из последних ударов врага по нашим
позициям. На рассвете мы уже сидели в выкопанных нами ячейках.
- Ну что, пацан, - ко мне подошел какой-то незнакомый мне солдат, и сел на край моей
ячейки. – Страшно тебе?
- Никак нет, - серьезно ответил я. Мне было немного не по себе. Я думал, что здесь все
будет более серьезно и фамильярное отношение ко мне более старшего солдата меня
немного покоробило.
- Хватит тебе чиниться. Как звать то тебя?
-Костя. А вы давно уже воюете?
- Порядочно. Сам на фронт пошел?
-Конечно сам.
- Ну да. Молодец. Ну что, воюй, Костя.
С этими словами неизвестный солдат ушел, даже не назвав своего имени. Слева от меня
расположился мой друг, с которым мы подружились еще на вокзале.
- Вить, как ты там?
- Да нормально. Окопался?
- Да.
Слово за слово и мы с ним разговорились, как ни в чем не бывало. Как будто не было
войны и как будто там, в нескольких километрах от нас не было врага, который мог
прийти не сегодня так завтра. Честно говоря, мы даже об этом тогда не думали.
Скромный солдатский завтрак в первое мое фронтовое утро состоял из грубой каши
правда без грамма масла. Не успели подвезти. «Ну что ж, перетерпится.» - подумал я
про себя.
Где-то севернее от нас загремели бои. Мы не знали, что там сейчас происходит, но
понимали, что мимо нас это не пройдет. К моему другу подошел Старшина и с заботой в
голосе проговорил:
- Ну что, мальцы, держитесь тут покрепче. Скоро немец попрет.
- Откуда вы знаете?
- Хах, ну ты даешь! Ты сколько на фронте? Пару дней? А я с самого первого дня войны! Я
такое тут видел… Эх. – С этими словами он пошел дальше, так и не ответив на мой
вопрос.
Гул моторов подсказал нам, что враг все же пошел. На нас шли три танка при поддержке
пехоты. Один был сильно угловатым с длинным стволом. Я тогда не знал, что это за танк,
и принял его за Тигра, о котором уже много говорили тогда. Мы залегли. Мне не стыдно
сейчас признаться в этом, но мне было страшно, при том так, как никогда ранее. Даже
битва за Днепр не смогла затмить тот страх, который я ощутил в первом бою. Не буду
пересказывать все течение боя, но немцы добрались все же до наших окопов, оставив
два из трех танков на поле боя. Один удалось подбить бронебойщикам, а второй каким-то
немыслимым чудом остановился. У меня в руках была трехлинейка с примкнутым
штыком. Даже не скажу, попал я в кого нибудь тогда или нет.
И тут произошла вещь, которая меня окончательно перепугала, но однако не лишила
возмоности трезво мыслить. Наверно это одна из способностей человека к выживанию –
трезво мыслить в чрезвычайной ситуации. На меня пер немец. Это был типичный «Ганс»,
как можно выразиться. У него была светлая щетина, которую он не успел сбрить. Глаза
не были голубыми. Скорей серыми. Ярко выделялся менее привычный для славян его
квадратный подбородок и впалые щеки. Он держал винтовку в руках, не спеша стрелять в
меня, однако я тоже почему то не стрелял. Я поздно сообразил, что я почему то не в
ячейке и что меня скорей всего сейчас убьют. Он подошел поближе. Лицо его было
перекошено в страшной гримасе, то ли от страха, то ли от адреналина, выброшенного в
кровь. Из его рта я четко видел тонкую струйку слюны, которая капала ему на шинель.
Я часто спрашивал себя после, что ж он подумал. Когда увидел меня, и почему не
выстрелил, хотя мог. Наверно подумал, что с пацаном и так справится. Он сделал
движение винтовкой вперед, намереваясь заколоть меня, но я автоматическим
движением дернул винтовку на себя. Он явно не ожидал такого выпада от меня и, не
удержавшись, упал на землю. Тут я вспомнил, что у меня в руках ведь тоже винтовка
есть. Я ударил его в грудь штыком. Я не знал даже, с какой силой мне надо было
наносить этот удар, машинально вложил в него всю ту силу, что была у меня в руках.
Немца то я убил, винтовку вытащить не мог. Моей мальчишечьей силы хватило на то,
чтобы вогнать мушку винтовки меж ребер. Я наступил ему на спину и вырвал мосинку из
тела, лежащего у меня под ногами.
Увлекшись извлечением винтовки, я даже не заметил, что на меня идет уже второй
немец. Он сходу вмазал мне прикладом по лицу и уже занес руку, чтобы нанести еще
один удар, но подбежал мой вчерашний незнакомец и заколол нападающего штыком.
- Ну что, малый, встань и не дергайся. – на короткую долю секунды я опустил глаза вниз и
увидел свою собственную челюсть. Выбитую незадачливым арийцем. Еще одно
мгновение я я увидел летящий в мою сторону огроменный кулак. Солдат увесистым
ударом вправил мне челюсть на место, сбив меня с ног. Я огляделся и ринулся помогать
другим, крепко сжав зубы, потому что боялся, что моя челюсть снова окажется
перекошенной. Так мой первый бой и закончился. Своего друга я нашел с разорванным
от пули лицом. Я бы даже не узнал его, если бы не место, где я нашел его тело. Я сел
рядом и заплакал. Я не хотел плакать, но сдержать себя не мог. Он даже не успел
выстрелить. Этой атакой закончился крупный немецкий контрудар.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа