close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

...минимализма и её главные особенности в романе ли смит

код для вставкиСкачать
В.В. Переяшкин
ЭСТЕТИКА МИНИМАЛИЗМА И ЕЁ ГЛАВНЫЕ
ОСОБЕННОСТИ В РОМАНЕ ЛИ СМИТ
«РАЗЛОМ ЧЁРНОЙ ГОРЫ»
Минимализм как термин, обозначающий художественной стиль,
получил распространение в 80-е годы ХХ века. Первым писателемминималистом называют Раймонда Карвера, считавшего Чехова и Хемингуэя своими главными учителями.
Творчество Карвера начинается в 60-е годы, но заговорили о нём
сравнительно недавно в связи с его «экономичной» манерой письма.
Эту новую тенденцию восприняли как ответ на «максимализм» классики и литературы ХХ с характерным для неё философским либо
нравственно-этическим пафосом. В противовес «заумной» прозе высокого постмодерна минималисты вернулись к упрощённой манере воссоздания скучной повседневности и сниженному стилю. Следует отметить, что термин «минимализм» стал не единственным названием
этого литературного направления. Предлагаются различные варианты,
отражающие как социальную, так и эстетическую специфику этого
явления. Например: грязный реализм, поп-реализм, литература белого мусора, литература эпохи «хай тек», экстра реализм, постпост модернизм, «грит лит», «ТВ фикшн», «Кей март фикшн», и
даже такие определения, как «домохозяйский» реализм или предложенный Джоном Бартом «посталкогольный, минималистский гиперреализм голубых воротничков».
Атрибутивная часть большинства этих терминов предполагает
смешение высокой и популярной культуры, а слово «реализм» намекает на низшие слои американского общества. Следует отметить, что со
времён «разгребателей грязи» ни одно направление в американской
литературе не обращалось к теме «простого человека» так активно, как
минимализм. Однако всё это не означает абсолютной реставрации художественных принципов почти вековой давности. От своих предшественников минималисты отличаются тем, что, изображая жизнь небогатых людей Америки, стараются избегать идеологии, политических
догм, навязчивой назидательности и т.д.
К южным писателям-минималистам критики относят Дороти Аллисон, Ли Смит, Бобби Энн Мейсон, Джилл МакКоркл, Клайд Эдгертона, Гарри Круза, Ричарда Форда и др. Хотя каждый из этих авторов
обладает своеобразной творческой манерой, есть ряд качеств, которые
сближают их всех. Это, прежде всего, внимание к внешнему поведению персонажей, обилие бытовых диалогов, а также отсутствие авторского комментария и особой риторики, характерной для южной словесности. Действительно, на первый взгляд, эта проза воспринимается
как довольно скучное, изнуряющее чтиво. Но, постепенно вникая в
текст, начинаешь понимать многое, что ускользает от поверхностного
взгляда. Большое значение здесь приобретает так называемая «стилистика читателя», его способность разглядеть за неброским фасадом
простых вещей занимательный рисунок из идей, вкусов, настроений,
которые автор не выставляет напоказ, но ненавязчиво предлагает читателю увидеть самому. Поэтому, безусловно, прав Фред Хобсон, заметивший, что «минималистская литература требует не минималистского
читателя» [1, IX].
На наш взгляд, появление этой тенденции имеет культурносоциологическое объяснение. Такие понятия, как Гражданская война,
реконструкция, депрессия, порождавшие в южном искусстве драматические ситуации, давно уже стали достоянием истории. Трагизм фолкнеровских героев, живущих на изломе эпох, в современной благополучной Америке выглядел бы анахронизмом. С другой стороны, живой
пульс традиции, основанной на высокой художественности, не позволяет превратиться литературе в плоское бытописание. Отсюда и скрытое напряжение минималистской прозы, её намёки на вечные проблемы человеческого бытия.
Сегодня вопрос о судьбе минимализма в американской литературе
остаётся открытым. На исходе ХХ века критики заметили тенденцию
возвращения к сложной, философской, орнаментальной прозе модернизма (работы Ч. Фрейзера, Т. Моррисон, К. Маккарти и др). Несмотря
на это, минимализм по-прежнему занимает своё прочное место в системе литературных ценностей США. Наиболее известной современной
минималистской в южной литературе является уроженка Виргинии,
ныне проживающая в Северной Каролине Ли Смит. К началу ХХ1 века
писательница была автором 9 романов, четыре из которых – «Разлом
Чёрной горы», «История рассказанная вслух», «Сон Дьявола», «Последние девушки» считаются наиболее показательными в плане сочетания южной традиции с минимализмом. Чтобы наиболее чётко представить, как минималистская «теория» реализуется на практике, обратимся к роману писательницы «Разлом Чёрной горы» (1980), представляющий собой интересный синтез традиции и постмодерна.
К какому бы направлению ни относили работы Ли Смит (имя её
упоминается более 70 раз в различных разделах Справочника по южной литературе Дж. Флоры), главной темой её творчества является
далеко не минималистское стремление человека к самоидентификации. Исследование психологии женского характера в неоднозначных
жизненных ситуациях, настойчивый поиск своего места в жизни, изображение богатой культурными традициями жизни Аппалачей и противостояние разрушающим их силам – вот главные векторы идеологии
почти всех её произведений.
По существу, серьёзная разработка этой тематики начинается в
романе «Разлом Чёрной горы». Действие, охватывающее примерно два
десятилетия (50-70 годы), происходит в небольшом западновиргинском посёлке Блэкрок. С первых же страниц видно, что Юг Ли
Смит –это особый мир. Здесь нет ни фолкнеровских страстей, ни колдуэлловской нищеты, ни гротесковых фигур в стиле О’Коннор, Маккаллерс или Трумана Капоте. Жизнь городка протекает размеренно,
однообразные дни сливаются в нескончаемое, безмятежное сегодня. А
обильное использование настоящего неопределенного времени (Present Indefinite) усиливает эффект застывшего постоянства. Бытие городка замкнуто, люди живут собственными заботами и всё, что происходит в стране и мире, их не касается. Где-то далеко идёт война во
Вьетнаме, в ней участвуют и обитатели Блэкрока. Но говорится об
этом в спокойном тоне, словно речь идёт о заурядном туристическом
походе. «Оба брата Варней записались в спецподразделения и оправились во Вьетнам. Их мать в гостиной повесила большую карту той местности, где они находились, и маленькими булавками отмечала названия, которые упоминались в их нечастых письмах домой… Но эти
слова ничего не значили здесь, в Блэкроуке, и карта на стене со всеми
её извивающимися, как змеи, коричневыми реками выглядела странно
и непонятно [2, 89]. Не волнуют жителей и местные проблемы, а ведь
их было немало на Юге в 50-60 годы: в критическом состоянии была
экономика, остро стоял расовый вопрос. Но книга Ли Смит обо всём
этом молчит. А вот действие массовой культуры бросается в глаза на
каждом шагу: яркие телешоу, популярные сериалы, развлекательные
передачи вызывают массу эмоций, о них бесконечно говорят, их с нетерпением ждут. Всё это составляет фон, на котором мы видим историю семьи Спэнглер. Писательница не стремится дать сложные психологические портреты её членов, ограничиваясь лаконичными характеристиками. Грант, отец семейства, - неудачник, прикованный к коляске различными болезнями - результатом пьянства. Его жена, Лорин,
человек она малоинтересный: вся её деятельность ограничивается семейными заботами, болтовнёй с подружками и мелкими житейскими
радостями, вроде поездки в соседний город. Старший сын Джул,– чопорный скептик. Младший, Сайкс, – тоже фигура неприметная: мы
знаем, что он покинул родительский дом и служит в армии. Предметом
особого авторского внимания, является младшая дочь Спэнглеров –
Кристалл. Именно история её жизни с 12 до 32 лет составляет содержание романа. По своему социальному статусу Спэнглеры - представители среднего класса. В большинстве своём жители Блэкрока это
простые обыватели с различным материальным достатком. В целом,
характерного для минимализма социального дна в романе Ли Смит
нет. Но большинство сюжетных положений созданы в духе минимализма. Например, вся школьная жизнь Кристалл передаётся одной
фразой: «Кристалл ходит в школу, встречается с Роджером, хихикает с
Агнесс… вступает в «Общество юных методистов», помогает Лорин
выбрать новую мебель для прихожей и цвет краски для стен…» [2, 79].
Вот так – без психологии и эмоций! В книге доминирует описательность, и все незамысловатые действия первой главы складываются в
бесконечную рутину скучной повседневности. Афористично метко
Кристалл характеризует своего навязчивого друга Роджера Ликоумба:
«Абсолютно нечего с такими людьми делать, кроме как выходить замуж за них» [2, 82]. Иронический подтекст чувствуется в лаконичном
описании Пёрл Дескинс, в её портрете нет иных деталей, кроме «упругих сосков, которые словно две горки подпирают изнутри свитер» [2,
10]. Описание же её характера ограничивается двумя словами: «Она
была дика и загадочна» [2, 10].
В романе нет стержневого сюжетного действия, вокруг которого
складывалась бы мозаика художественных образов. Главы представляют собой импрессионистские зарисовки, расположенные хронологически. Перед читателем три возрастных периода жизни героини: детство, юность и зрелые годы. Первая часть романа заканчивается смертью отца. Кристалл заканчивает школу. В 16 лет она красива: светлая
кожа и длинные белокурые волосы придают ей особое очарование. Мы
видим, как героиня взрослеет, читает серьёзные книги, но жизнь её не
становится содержательней. Даже для всеведающего автора она остаётся загадкой: «Какая-то тайна окружает Кристалл: хорошая или плохая она девушка?..» [2, 87]. Действительно, чем больше мы узнаём героиню, тем загадочней представляется её натура.
Внезапный религиозный экстаз, похожий на «обращение», описанное в знаменитой книге У. Джеймса «Многообразие религиозного
опыта», не изменяет её образа жизни, вся «праведность», считает она,
важна не для этой, а для загробной жизни [2, 129].
Тема любви, украшающая любое произведение, стороной обходит
роман Ли Смит. Лирическое начало, способное оживить самое скучное
повествование, передаётся здесь весьма прозаически: «Кристалл ходит
на свидания с Роджером Ликоумбом и держит его за руку в кино. Они
разнимают руки, когда ладони начинают потеть. Она также ходит с
ним на танцы и прижимается к нему, когда играют её любимую мелодию… Она решила, что у них с Роджером Ли должна быть любовь» [2,
44]. Отношения с хулиганом Мэком Стилтером носят менее платонический характер, но так же поверхностны, как и «любовь» с Роджером.
Казалось бы встреча с экзотическим Джерольдом Кукафкой раскроет
нам загадочную натуру Кристалл, но и этого не происходит. Появление этого человека - знаковое событие в её жизни: с одной стороны,
это кульминация юношеского бунта против «предсказуемого будущего», каким оно видится её матери. С другой, – это начало драматического поиска глубинного «Я». Автор не сосредоточивается на событиях студенческой жизни своей героини, по всей видимости, она разделяет дух молодёжного нонконформизма 60 годов, великолепно переданного М. Антониони в фильме «Забриски Поинт» (1969). А вот новый друг – фигура особая, не похожая на её прежних безликих ухажёров: футболиста Роджера и музыканта Мэка. Кукафка – узнаваемый
социальный тип 60-х годов – смесь битника с хиппи. Этот образ (как и
всё это поколение) драматичен: бунтарь по природе, он бессилен чтолибо изменить в окружающей жизни; он амбициозен, но бесплоден как
художник. Автор не развивает тему взаимоотношений молодых людей
психологически. По всей видимости, именно внутренняя бунтарская
энергетика этого человека и привлекла к нему молодую южанку, искавшую в определённый период своей жизни необычных ощущений.
«Жан Вальжан из Отверженных – это мой стиль: огромная боль и
энергия…» - признаётся она своей подруге. Наивно-романтической
грустью дышит и первый литературный опыт Кристалл- сонет, в котором жизнь сравнивается с розой: сначала бутон, затем цветение и, наконец, осенний ветер уносит безжизненные лепестки [2, 134]. После
смерти Кукафки героиня возвращается домой, и её жизнь постепенно
входит в спокойное русло. Кристал увлечённо работает с детьми в местной школе. Кажется, женщина после долгих исканий находит своё
призвание, впереди у неё социально полезная жизнь и достойная старость. Но очередная встреча с Роджером, круто меняет положение дел.
Сейчас он богатый предприниматель и амбициозный политик. Быть
женой такого человека – мечта любой девушки. Более того, ради Кристал он готов порвать со своей женой, хотя знает, что это нанесёт ощутимый удар по его репутации. Кристал выходит за него замуж, но не в
погоне за славой и благосостоянием, а поддавшись некой смутной силе, внушающей, что Роджер – это роковая «неизбежность». «Роджер –
неизбежен. …Мысль о Роджере обволакивала её тело, словно нежный
лосьон, постепенно впитывающийся в кожу. Действительно, как приятно быть рядом человека, который всегда подскажет, что делать»
[2, 199-200].
Семейного счастья в духе американской мечты в жизни героини
не получилось. Метафизический элемент вторгается в судьбу внешне
благополучной четы. Неведомая душевная болезнь, сопровождаемая
готическими видениями, поражает героиню, вынуждает её вернуться в
родной дом на попечение родных и близких. И роман заканчивается
далеко не минималистски. «Кто знает, что может ещё случиться в этом
мире? … Кто знает, что там припрятано для нас в будущем? Нам это
неведомо… Кристалл могла бы завтра выскочить из этой кровати и
убежать, и получить научную степень… Сейчас ей тридцать два.
…Или ей оставаться здесь, дожидаясь атрофии и смерти… в то время
как за окном, сменяя друг друга, проходят времена года и холмы меняют свой цвет» [2, 226].
На этой метафизически-минорной ноте и завершается повествование. Всё, о чём говорилось выше - характеры героев, ситуации, события, - исчерпывает минималистский аспект романа, но не художественный мир произведения. Минимализм Смит достаточно красноречив. Из мелких незначительных деталей складываются живые характеры. Простота их жизни становится философской категорией, отражающей минимализм всей американской жизни, где всё спокойно и
определено, а безмятежное однообразие вызывает депрессию. Это
жизнь, в которой не осталось места фолкнеровской «любви, достоинству, жалости, состраданию и самопожертвованию». Другая особенность южного минимализма заключается в его «поливалентности», т.е.
в способности сочетаться с любыми художественными системами и
выразительными средствами, открывая перспективы взаимодействия
как с модернистскими, так и другими направлениями литературы. В
данном романе минимализм гармонично синтезируется с традиционными ценностями южного письма – такими, как а) южный хронотоп,
б) проблема
семьи
в
морально-исторической
парадигме,
в) религиозная тематика как неотъемлемая часть культурного контекста жизни и, наконец, г) готика, как выражение метафизического пространства художественного мира. Но всё это может стать предметом
анализа уже другой работы.
Библиографический список
1.
2.
Hobson, F. The Southern Writer in the Postmodern World [Text] / F. Hobson.
– Athens & London: The Univ. of Georgia Press, 1991. – 114 p.
Smith, Lee. Black Mountain Breakdown [Text] / Lee Smith. – NY: Ballantine
Books, 1980. – 226 p.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа