close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

российский опыт государственно

код для вставкиСкачать
Политология и социология
государственной власти, во всех политко-публичных
образованиях в мире, без исключения. На этом фоне
происходит активное «строительство» «глобального
гражданского общества». После его завершения государство как политико-правовое явление будет заменено иной формой общественного самоуправления.
сценарии их взаимоотношений и боевых столкновений между собой и государством. Надо сказать, что
все эти прогнозы неизбежно приводят к краху цивилизации» [13].
Таким образом, необходимо констатировать,
что гражданское общество – суть общество буржуазное. Фактически данные термины по-разному обозначают одно и то же политико-правовое явление.
Отсюда следует его ценностная система, имеющая
в качестве основных структурных элементов «частный интерес», частную собственность, свободный
рынок. Для отнесения того или иного социальнополитического явления к сфере гражданского общества необходимо определить степень его корреляции
с «частным интересом». Для более полного понимания и отнесения социально-политических явлений
к институтам гражданского общества необходимо
ввести понятие «личный интерес». Государство, в
его классическом понимании, и гражданское общество – явления абсолютно противоположные и взаимоисключающие, а именно, сильная государственная
власть не позволяет развиваться гражданскому обществу, а гражданское общество, всеми силами и средствами стремится к тотальному ослаблению, вплоть
до полного упразднения государственной власти как
системы ограничений. Можно констатировать, что в
настоящее время государство как политико-правовое
явление находится в полном упадке, о чем свидетельствует фактическое отсутствие суверенности
Библиографический список
1. Передерий С.В. Политология для студентов вузов.
Ростов-на-Дону: Феникс, 2007.
2. Гаджиев К.С. Политология. М.: Логос, 2005.
3. Корельский В.М., Перевалов В.Д. Теория государства и
права. М.: Норма, 1997.
4. Общая теория государства и права. Академический
курс в двух томах; под ред. М.Н. Марченко. М., 1998.
Т. 1.
5. Гегель Г.В. Сочинения. М., 1934. Т. 7.
6. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3.
7. Kelsen Н. General Theory of Law and State. N. Y., 1961.
8. Дюги Л. Конституционное право. Общая теория государства. М., 1908.
9. Общая теория государства и права. Академический
курс. М., 1998.
10. Кркунов Н.М. Русское государственное право. СПб.,
1904. Т. 1.
11. Общая теория государства и права. Академический
курс. М., 1998.
12. Хардт М., Негри А. Империя. М.: ПРАКСИС, 2004.
13. Рольф Уэселер. Война как услуга. М., 2007.
А.Н. Сыроваткин
(Пятигорск, Россия)
РОССИЙСКИЙ ОПЫТ ГОСУДАРСТВЕННО-КОНФЕССИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Опыт российских государственно-конфессиональных отношений невозможно рассматривать
в отрыве от мирового опыта, так как исторический
процесс немыслим без экономических, политических
и культурных контактов и заимствований, несущих
серьезные социальные трансформации. Отечественный опыт представляет собой череду таких трансформаций, но в то же время сохраняет некие архетипы, задающие основы политической, социальноэкономической и экзистенциональной традиции, наличие которой позволяет утверждать о существовании особой «русской» («российской») цивилизации
[1: 420], на формирование духовных основ которой
оказали значительное влияние Византия и Запад.
Переняв у Византии православное христианство, Русь заимствовала и типичный для Византии
принцип «симфонии» Священства и царства. «Симфония» рассматривалась как благо для государства,
понимаемого как единый церковно-общественнополитический организм.
Однако в чистой форме классической византийской симфонии не существовало ни в Византии,
ни в других православных странах. На практике она
подвергалась нарушениям и искажениям. Со стороны
государственной власти не один раз церковь оказывалась объектом «цезарепапистских» [2] притязаний.
Христианские императоры Византии были прямыми
преемниками римских принцепсов, которые имели
титул: pontifex maximus – верховный первосвященник и пользовались этим время от времени, посягая
на свободу церкви для достижения политических целей.
Перенося византийскую «симфонию» на российскую государственность, Н.В. Синицына [3] характеризует ее как принцип взаимоотношения церкви и государства на уровне иерархов при решении
стоящих перед Россией задач. Решение задач через
совместную деятельность государства и церкви требовало максимального напряжения не только государственных структур, но и всего общества, на основе этого Н.В. Синицына делает вывод, что «традиционную форму священства и царства дополнял третий
элемент – земля, земское начало» [4] , особенно в период царствования Ивана Грозного и предстоятельства митрополита Макария, когда в России началась
эпоха царства, и зарождались Земские Соборы, взаимодействующие с Освященным Собором [5].
Элементы теократии использовал и Петр I при
91
Теодицея №1, 2010
В 1929 г. было принято постановление ВЦИК
и СПК РСФСР «О религиозных объединениях» [6],
оно носило явно антирелигиозный и антицерковный
характер. В нем приводился перечень неприемлемых
для церкви и верующих запретов в области социальной и внутриобщинной жизни, указывающий на то,
что основной целью принятия постановления было
окончательное вытеснение религии из всех сфер не
только государственной, но и общественной жизни.
Первые уступки государства в отношении
религиозных объединений были сделаны только в
годы Великой Отечественной войны. Началом нового курса стал 1943 год. И.В. Сталин и органы власти
не только изменили свое отношение к религии, но и
перешли к возрождению церковной жизни под строгим государственным контролем.
В 1943 г. был проведен Собор русских епископов, доставленных из лагерей, на котором был избран
Патриарх МОСКОВСКИЙ И ВСЕЯ РУСИ.
В 1944 г. началась массовая передача церкви
реквизированных ранее культовых зданий и ценностей.
Однако власть взамен на некоторые послабления стала использовать Православную церковь для
достижения внешнеполитических целей. Так, например, Москва использовала Православную церковь
сначала в борьбе против Ватикана, занявшего после
войны враждебную позицию по отношению к СССР,
а затем – во время «холодной войны».
Следует отметить, что некоторые послабления в отношении религии носили временный, конъюнктурный характер, поэтому лояльное отношение
к Церкви в годы Великой Отечественной войны и в
послевоенный период сменилось в конце 50-х годов
новым «хрущевским» натиском на религию.
В эти годы Русская православная церковь лишилась половины ранее возвращенных ей храмов,
монастырей, духовных семинарий. Была отменена
регистрация значительной части религиозных общин
и конфессий.
Некоторая стабилизация отношений государства с конфессиями происходила в 70-х годах, чему
способствовало принятие в июле 1975 г. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР «О внесении
изменений и дополнений в постановление ВЦИК и
СНК РСФСР от 08.04.1929 г. «О религиозных объединениях».
Принятый указ фактически давал право получения юридического лица, предоставляя религиозным организациям право приобретения транспорта и
зданий, а также производства и продажи церковной
утвари.
Существенные изменения в государственноконфессиональных отношениях стали возможны
только во второй половине 80-х годов, после смены
политического курса новым руководством страны.
Первым шагом к изменению и обновлению
курса в отношении религий стала встреча в 1988 г.
М.С. Горбачева с Патриархом Московским и всея
Руси Пименом и членами Священного Синода, которая явилась поворотным пунктом в развитии
государственно-конфессиональных отношений в
стране.
С 1988 г. зарегистрировано значительное уве-
проведении своих реформ. Он стремился сделать
церковь «Более полезной» для строительства нового
европеизированного государства. После проведения
церковной реформы, в основу которой легла модель
государственно-конфессиональных отношений стран
протестантской Европы, церковь лишилась канонической самостоятельности и превратилась в часть
чиновничье-бюракратического аппарата государства.
Официальным главой доминирующей религиозной
общины становился монарх, а права других религиозных общин были ограничены.
Принцип «симфонии» или модель «государственной церкви» эффективны в условиях конфессиональной монополии, но после присоединения
обширных территорий конфессиональная структура
стала размываться и в результате эволюционировала
в четырехступенчатую иерархическую структуру.
На первой ступени в иерархической структуре находилась Православная церковь, занимавшая исключительное положение в общественнополитической системе Российского государства,
служившая идеологической опорой его внутренней и
внешней политики. Монарх мог исповедовать только
православную веру, являясь «верховным защитником» и «блюстителем правоверия».
На второй ступени находились «признанные
терпимые» исповедания – католики, протестанты,
иудеи, мусульмане и буддисты. Они имели право
свободно отправлять культ, обучать своих последователей, приобретать имущество и недвижимость.
Католическое и лютеранское духовенство содержалось за счет государства, мусульманские, иудейские
и буддийские священнослужители обеспечивались за
счет верующих.
На третьей ступени располагались «терпимые
непризнанные» – старообрядцы и сектанты, отошедшие от Православной церкви. Их религиозная практика официально не признавалась, но на бытовом
уровне «терпелась».
Низшее положение в иерархической структуре
занимали «непризнанные нетерпимые» – изуверские
секты (скопцы и хлысты) и культы, враждебные государству, все они преследовались по закону.
Следует отметить также, что переход в другое
исповедание (кроме православия), законом не допускался, иными словами, российское законодательство не признавало свободы вероисповедания как
таковой.
Ситуация изменилась только в 1905 г. после
принятия Правительственного акта «Об укреплении
начал веротерпимости», утвержденного Николаем II,
в котором признавалось право перехода из одной конфессии в другую.
Период с 1905 по 1917 г. является временем
отделения церкви от государства, что привело к разрушению религиозной опоры власти.
Особенностью вероисповедной политики государства в советский период была ее тесная связь с
доктринальными идеями научного коммунизма, выступавшими идеологической основой государства.
Вышедший в 1918 г. декрет Совета Народных
Комисаров РСФСР «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» стал на долгие годы базой
для развития вероисповедной политики государства.
92
Политология и социология
Религиозные организации впервые за долгие
годы получили возможность приобретения в полном
объеме правоспособности юридического лица.
Принятие этих законов, несмотря на их недостатки и проблемы, существенно изменило механизм
реализации конституционного права граждан на свободу совести.
Во-первых, впервые за российскую историю
право граждан на свободу совести подтверждено законом.
Во-вторых, установлен демократический порядок реализации гражданами и религиозными объединениями указанного права.
В-третьих, юридически закреплено равноправное положение конфессий между собой и с иными участниками правовых отношений.
В-четвертых, созданы нормальные правовые
условия для деятельности конфессий.
В-пятых, государственно-конфессиональные
отношения стали существенным фактором в жизни
государства и общества.
личение роста количества регистрируемых религиозных организаций и числа культовых зданий.
Однако сохранялись запреты на социальную,
благотворительную, миссионерскую деятельность
религиозных организаций, а также на организованное обучение религии детей и взрослых.
Возрастание религиозного фактора в сфере
политической деятельности связано с начавшимся процессом создания политических партий и
общественно-политических движений конфессиональной направленности, это предопределило активизацию деятельности органов государственной
власти по пересмотру вероисповедальной политики
и законодательства о свободе совести и религиозных
объединениях.
В июне 1990 г. был одобрен в первом чтении
проект Закона СССР «О свободе совести и религиозных организациях».
В составе Верховного Совета РСФСР был образован Комитет по свободе совести, вероисповеданиям и благотворительности. На созданный орган была
возложена задача разрушения существующей в республике системы государственно-конфессиональных
отношений и снятия всякого ограничения в деятельности религиозных организаций.
1 октября 1990 г. Верховный Совет СССР принял Закон СССР «О свободе совести и религиозных
организациях». Вслед за этим 25 октября 1990 г. Верховный Совет РСФСР принял Закон «О свободе вероисповеданий».
Таким образом, с октября 1990 г. в стране
стали действовать сразу два закона, регулирующие
государственно-конфессиональные отношения.
Оба принятых закона впервые в истории
государственно-конфессиональных отношений законодательно провозглашали и закрепляли нормы,
обеспечивающие свободу совести и свободу религиозных действий.
Библиографический список
1. Цыпин В., прот. Церковное право: 2-е изд. М.: Изд-во
МФТИ, 1996.
2. Синицына Н.В. Симфония священства и царства //
Исторический вестник. 2000. № 5-6 (9-10). № 7 (11).
3. Солоневич И.Л. Народная монархия. М.: Эксмо: Алгоритм, 2003; Иоан (Снычев), митр. Русь соборная. Очерки русской государственности. СПб.: Царское дело,
1995.
4. Платонов О. Русская цивилизация. М.: Роман-газета,
1995; Российская цивилизация: учеб. пособие для вузов; под общ. ред. М.П. Мчедлова. М.: Академический
проект, 2003.
5. СУ РСФСР. – 1929. – № 35. – Ст. 353.
6. СУ РСФСР. – 1975. – № 27. – Ст. 572.
93
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа