close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Утверждена постановлением Правительства Республики;pdf

код для вставкиСкачать
5559
УДК 519.876.2
СОГЛАСОВАНИЕ НОРМАТИВНОЙ
И ПОВЕДЕНЧЕСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКИХ
ТЕОРИЙ
В.В. Старогородцева
Отделение погранологии Международной академии информатизации
Россия, 125040, Москва, Ленинградский пр., 3/5
E-mail: [email protected]
Ключевые слова: экономическая теория благосостояния, теория ожидаемой полезности, теория рациональности, теория перспектив, поведенческая экономическая теория
Аннотация: В настоящее время, развитие современной экономической науки происходит под влиянием разнородных научных школ и направлений. Кроме того, многие исследователи сходятся в том, что на сегодня – экономика перестала представлять собой
единое здание с одинаковой для всех ученых программой и методологией исследования.
Статья посвящена рассмотрению подходов к вопросу согласования нормативной и поведенческой экономической теорий, который на сегодня остается одним из основных
спорных вопросов, который по-прежнему вызывает дискуссии в этой области.
1. Введение
В настоящее время развитие современной экономической науки происходит под
влиянием разнородных научных школ и направлений. Кроме того, многие
исследователи сходятся в том, что на сегодня экономика перестала представлять собой
единое здание с одинаковой для всех ученых программой и методологией
исследования.
Если в ХХ веке мы можем говорить о приоритете ортодоксального направления
исследований, основанного на разработке формальных моделей, которые не
предполагали привлечения дополнительных знаний, кроме как допущений о
следовании индивида своему личному интересу и максимизации функции полезности,
то в последние десятилетия ситуация коренным образом изменилась. Учитывая тот
факт, что реальность нашего существования нельзя поместить в жесткие рамки, все
большее обоснование получает необходимость привлечения в экономику данных
других наук, таких, например, как психология, неврология, ряд других отраслей и их
отдельных направлений.
Наиболее отчетливо данная тенденция проявилась в области теории рационального
выбора, где стал проводиться обширный эмпирический анализ процедур принятия
решений, выявление типичных способов поведения, целевых установок.
Одним из основных спорных вопросов, который по-прежнему вызывает дискуссии
в этой области, остается проблема согласования нормативной и поведенческой
экономических теорий. Главный вопрос касается исследования процесса принятия
решений субъектом в ситуациях риска и неопределенности, определения роли и
значения исходных предпосылок.
В обычной экономической теории благосостояния стандартным критерием оценки
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
5560
поведения выступает удовлетворение четко определенных индивидуальных
предпочтений. Исследовательская работа в рамках данной теории строится на
разработке формализованных моделей поведения индивида в различных ситуациях
выбора.
Сегодня все большее распространение получает процесс формирования нового
направления в исследовании экономических явлений – «поведенческой экономической
теории», сторонники которой (бихевиористы) сместили акцент изучения на
эмпирическую проверку данных теории принятия решений, выявление различного рода
аномалий, феноменов и парадоксов.
Отметим, что цель, которую преследуют сторонники поведенческой
экономической теории, выдвигая и обосновывая новые теоретические конструкции,
состоит не в том, чтобы поставить под сомнение данные существующих
экономических теорий, основная задача скорее состоит в том, чтобы повысить ее
объяснительную способность, улучшить предсказательные возможности традиционных
моделей и концепций.
2. Основные подходы к изучению теории принятия решений
с точки зрения эмпирической проверки полученных данных
Среди общественных и гуманитарных дисциплин (классификация наук по Р.
Бэкону) экономика исторически явилась первой наукой, где были применены
математические методы не для расчетов, а в качестве инструмента теории, «когда сама
аргументация, приводящая к тому или иному результату, является полностью
математической» [9].
В 1738 г. Д. Бернулли опубликовал статью «Опыт новой теории измерения жребия»
(русский перевод – [2]), в которой показал, что индивиды в ситуациях риска
руководствуются не математическим ожиданием выигрышей или доходов, а
полезностью богатства. В 1944 г. Дж. Нейман и О. Моргенштерн, отталкиваясь от
статьи Д. Бернулли, построили современную теорию экономического поведения
индивидов в условиях риска [4], важнейшим постулатом которой явилась аксиома о
способности индивидов сравнивать наборы благ, получаемые с определенными
вероятностями. По Нейману и Моргенштерну функция полезности богатства и дохода
может быть вогнутой (для рискофобов), выпуклой (для рискофилов) или линейной (т.е.
равна богатству при соответствующем выборе единицы и начала отсчета для
рисконейтралов).
Успехи в применении математических методов в экономике привели к
возникновению в 1960-х гг. так называемого «экономического империализма» –
экспансии экономической теории в смежные области обществознания. Результатом
вторжения стало появление ряда новых научных дисциплин – экономики права,
клиометрики [10] и др.
В частности, Г. Беккер экономику определял как науку, занимающуюся изучением
«распределения ограниченных средств для удовлетворения конкурирующих целей» и
утверждал, что экономический подход «уникален по своей мощи, потому что он
способен интегрировать множество разнообразных форм человеческого поведения» [1].
По Г. Беккеру «экономический подход предполагает максимизирующее поведение в
более явной форме и в более широком диапазоне, чем другие подходы, так что речь
может идти о максимизации функции полезности или богатства все равно кем – семьей,
фирмой, профсоюзом или правительственными учреждениями. Кроме того,
экономический подход предполагает существование рынков, с неодинаковой степенью
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
5561
эффективности координирующих действия разных участников – индивидуумов, фирм и
даже целых наций – таким образом, что их поведение становится
взаимосогласованным. Предполагается также, что предпочтения не изменяются
сколько-нибудь существенно с ходом времени и не слишком разнятся у богатых и
бедных или даже среди людей, принадлежащих к разным обществам и культурам» [там
же].
Экономическая теория преступлений и наказаний [11] по мнению Ю. Латова
постулирует принципиальный отказ от морально-этических оценок и идеологической
предвзятости [3]. Экономическая теория Г. Беккера неизбежно вынуждает в конечном
счете четко признать, что «всему на свете есть цена» – в том числе и человеческой
жизни. Подобный денежный ультрарационализм подвергается табуированию
практически во всех культурных традициях, светских и религиозных [там же]. К тому
же Ю. Латов отмечает расхождение между теоретическими рекомендациями
американских экономистов и практическими действиями американской же
администрации. Экономисты с 1960-х гг. настойчиво твердят о социальной полезности
организованной преступности и об эффективности по крайней мере частичной
легализации наркотиков. В действительности же «война» с латиноамериканскими
наркокартелями стала чуть ли не приоритетным направлением политики правительства
США [там же].
«Экономический империализм» породил кризис экономического подхода, выход из
которого был найден в парадигме ограниченной рациональности и переходе от модели
экономического человека к гибридному и от него – к институциональному человеку
[6].
В соответствии с теорией ограниченной рациональности невозможность или
нецелесообразность нахождения оптимального решения может быть обусловлена
следующими факторами. Во-первых, может отсутствовать полная информация,
необходимая для нахождения оптимального решения, а получение этой информации
потребует много времени и/или ресурсов. Во-вторых, когнитивные возможности
управляющего органа могут быть ограничены (он не может в требуемое время
проанализировать все возможные альтернативы и вынужден остановиться на первой
найденной альтернативе, которая приводит к устраивающему его значению критерия
эффективности). И, наконец, в-третьих, управляющий орган может, например, в силу
неполноты информации о критериях эффективности, ограничиться определенным
значением эффективности, достаточным с его точки зрения [5, С. 21-22].
В 1979 г., основываясь на эмпирических опытах и свидетельствах, психологи А.
Тверски и Д. Канеман предложили альтернативную теорию риска – теорию перспектив
[17], – в которой вместо функции полезности используется функция стоимости, а
вместо вероятностей исходов – весовая функция.
Функция стоимости определяется с точки зрения выигрышей и потерь и
характеризуется следующими свойствами: (1) является вогнутой в области выигрышей,
что отражает неприятие риска; (2) является выпуклой в области потерь, что отражает
предпочтение рискованного поведения; (3) функция резко изгибается в точке отсчета,
что отражает неприятие потерь [14].
Весовая функция (p) позволяет учесть известный из опытов факт, когда люди в
условиях риска переоценивают низкие значения вероятностей и недооценивают
высокие. Д. Канеман ошибки в оценке вероятностей объясняет доступностью, т.е.
легкостью, с которой определенное ментальное содержание приходит на ум [14].
В теории перспектив весовая функция имеет один или два параметра [12, 14, 15],
которые никак не связаны с психологическими характеристиками индивида. В работе
[8] предложена модель социально-информационного влияния, основанная на функции
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
5562
представления
(восприятия),
параметры
которой
отражают
психические
характеристики индивида: степень экстравертности, архетип, вид восприятия
информации.
В 2008 г. в одном из университетов Восточной Англии при поддержке Совета по
экономическим и социальным исследованиям Великобритании, был организован
крупный научный симпозиум [12]. На нем были озвучены различные предложения и
концепции, некоторые из которых, благодаря их публикациям, получили в дальнейшем
общественный резонанс. Некоторыми авторами докладов предложены подходы,
позволяющие объединить идеи и результаты нормативной и поведенческой теории.
Отметим, что в 1981 г. П.В. Симоновым [7] предложена символическая формула
учета влияния факторов на возникновение и характер эмоции (Em):
Em  W  (I n  I s ) ,
где: W – сила и качество актуальной потребности; (In – Is) – оценка возможности
удовлетворения данной потребности; In – информация о средствах, прогностически
необходимых для удовлетворения существующей потребности; Is – информация о
средствах, которыми субъект располагает в данный момент.
Результаты современных исследований отчетливо доказывают тот факт, что
эмоции являются результатом скрывающихся за ними потребностей, выступая тем
самым, в качестве индикаторов степени их удовлетворения. Некоторые исследователи
используют магнитно-резонансное оборудование для отслеживания процесса принятия
решений в условиях риска и последующего выбора, наблюдая за проявлением мозговой
активности.
В работе [18] с применением магнитно-резонансного оборудования сравнивались
мозговые корреляты субъективной полезности денежного дохода и его вероятности при
классической и двигательной лотереях.
Суть опыта заключалась в исследовании мозговых (неврологических) оснований
при принятии решений при выполнении следующего «классического задания»:
субъекты выбирали между лотереями, имеющими денежный доход и вероятностями,
детально обозначенными в цифровой и графической форме.
Были разработаны методы, которые давали возможность сравнения принятия
экономических решений в условиях риска и моделирующих двигательных задачах.
Авторы разработали простые двигательные задания, эквивалентные классическим
лотереям и попросили субъектов выбрать между этими «двигательными лотереями»,
как если бы они делали этот выбор между лотереями в экономических задачах.
Используя, функциональное магнитно-резонансное исследование, необходимо
было ответить на следующие вопросы. Какова мозговая коррелята вероятности при
решении двигательной лотереи? Как может мозговая коррелята определять процесс
потенциального дохода и вероятностную информацию в экономической и
двигательной задаче? Какие области мозга при этом задействованы?
Общий замысел заключался в проведении четырех сессий эксперимента
(участвовало 16 субъектов 23 лет – правшей, из которых 11 женщин).
На первой сессии – было выполнено контрольное задание, в котором субъекты
оценивали или величину прямоугольников или их количество. Цель – контрольное
сравнение между классической и двигательной лотереями с упором на физические
свойства раздражителей. Проходило с помощью магниторезонансной визуализации.
На второй сессии была осуществлена двигательная тренировка: единственная
сессия, в которой субъекты тренировались демонстрировать быструю реакцию на
задание. Цель – позволить субъектам попрактиковаться в быстроте реакций, а
экспериментаторам достоверно оценить двигательную деятельность каждого субъекта.
Проводилось в специально оборудованной комнате.
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
5563
Задание на быструю реакцию, заключалось в том, что субъекты тренировались
касаться прямоугольной цели, представленной на экранах их компьютеров, в течение
300 миллисекунд. Субъекты выигрывали, если успевали коснуться цели в указанное
время, и нет, если касались пространства рядом с прямоугольником, или превышали
заданное время.
Быстрота реакции, как показал опыт, зависела от быстроты двигательной системы
каждого из участников. А учитывая малое количество времени, попадание носило, по
большей части, случайный характер.
Третья сессия была сессией принятия решений, состоящая из выборов между
двигательными лотереями и выборов между классическими лотереями. Цель –
сравнить выбор и действия, предпринимаемые при классической форме принятия
решения в условиях риска (цифровое решение) и двигательной форме (графическое
решение). Проходило с помощью магниторезонансной визуализации.
Задача заключалась в выборе кнопки на индикаторе. Этот выбор происходил за
тоже время – 300 миллисекунд.
В конце эксперимента субъекты признались, что один из выборов, как при
классическом решении, так и при двигательном, был случаен.
В последней сессии – субъекты оценивали вероятность успеха в двигательном
задании, но не в специально оборудованной комнате, а находясь под наблюдением
магниторезонансного оборудования.
Результаты показали, что при выполнении классической лотереи субъекты
преувеличивали роль малых вероятностей и преуменьшали роль больших
вероятностей. В двигательной лотерее отмечался большой разброс значений весовой
функции, включая преуменьшение малых вероятностей и преувеличение больших.
Если говорить о том, какие отделы головного мозга были задействованы, то
оборудование выявило, что реакция на решение задач (определение субъективной
полезности денежного дохода) в обоих случаях возникает в медиальной предлобной
поверхности полушария большого мозга и задней поясной извилине поверхности
полушария большого мозга. При этом физическая активность, проявленная при
решении двигательной лотереи, не увеличивает активность процессов в этих частях
головного мозга.
В работе [15] усилия исследователей были сосредоточены на изучении тех
областей мозга, где кровь насыщается кислородом наиболее сильно, при
необходимости принятия решения в сложной ситуации. Тем самым ученые пытались
выяснить, есть ли какая-то неврологическая корреляция чувствительности к риску. В
данном исследовании внимание было сконцентрировано на изучении выбора между
двумя стимулами, ассоциируемыми с одинаково значимыми поощрениями, но в
различных вариациях.
В данном исследовании внимание было сконцентрировано на изучении выбора
между двумя стимулами, ассоциируемыми с одинаково значимыми поощрениями, но в
различных вариациях. Уверенность в получении 20 долларов в любом случае и риск с
вероятностью 50 % получить 40 долларов или не получить ничего.
В этой ситуации, исследовались неврологические оценки чувствительности к
риску, посредством использования различных опций.
Эксперимент заключался в том, чтобы субъекты (16 женщин в возрасте от 18 до 34
лет) выполняли задание на выработку инструментального и классического условного
рефлексов. Суть – в выборе между различными стимулами, показанными на мониторе
для получения денежной прибыли. За определенное время, необходимо было быстро
нажать на левую или правую кнопку, окрашенную в тот или иной цвет, которой
соответствовал определенный ценовой показатель.
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
5564
В этом задании исследовался процесс динамического принятия решения в условиях
риска. В каждом опыте, предлагался один или два «игровых автомата», различаемые по
цвету и абстрактному символу, представленные на левой или правой части экрана.
Субъект должен был выбрать один из двух автоматов, что запускало анимационный
автомат, и дальше шел текст о количестве выигранных денег.
Испытуемые были просканированы с помощью функциональной магнитнорезонансной томографии, пока они изучали и выполняли задания, где должны были
выбрать между различными стимулами для получения денежного вознаграждения.
Четыре стимула ассоциировались с фиксированной выплатой в 0, 0, 20 и 40
долларов, один стимул ассоциировался с риском в 50% возможного получения или 40
долларов, или 0 долларов (то есть ничего). Субъекты не были проинформированы об
этих выплатах, но должны были понять это по ходу выполнения упражнения.
Задания состояло из эксперимента, в котором субъекты выбирали один из двух
стимулов, с целью максимизации получения денежной выплаты и экспериментапринуждения, в котором только один стимул подходил и субъекты получали доход по
ассоциативной выплате.
В итоге была показана близкая связь между сигналами о насыщении крови
кислородом на функциональной магнитно-резонансной томографии и гипотетическим,
смоделированным предположением награды. Эти проявления четко демонстрировали
близкую психометрическую связь между изучаемыми ценностями и поведенческим
выбором. Что явно свидетельствует о необходимости более углубленного изучения
склонности к риску, так как именно эта склонность влияет на процесс принятия
решений.
3. Заключение
Таким образом, в процессе принятия решения человеком необходимо исследовать
множество различных факторов. Несмотря на то, что общепринятая экономическая
теория благосостояния довольно четко определяет теоретические понятия и аналитические методы, они могут дать в свою очередь целый ряд альтернативных общих интерпретаций. Пока экономисты признавали тот факт, что индивидуальные предпочтения
являются четко определенными, не было необходимости задаваться вопросами из области этики и политической философии. Экономисты предпочитали использовать общую теоретическую систему, в которой общепринятым критерием выступало удовлетворение предпочтений. Но как только предпочтения не могли быть четко определены,
эти различные нормативные утверждения приводили и к разным выводам.
Учитывая, что человек не может быть полностью рациональным, для согласования
нормативной и поведенческой экономических теорий необходимо привлечение специалистов из других областей, в частности психологов, нейрофизиологов и других. Именно в этом взаимодействии видится дальнейшее решение данного вопроса.
Список литературы
1.
2.
3.
4.
Беккер Г. С. Экономический анализ и человеческое поведение // THESIS, 1993. Вып. 1. С. 24-40.
Бернулли Д. Опыт новой теории измерения жребия // Вехи экономической мысли. Т. 1. Теория потребительского поведения и спроса. СПб.: Экономическая школа, 1993. С. 11-27.
Латов Ю.В. Экономическая теория преступлений и наказаний («экономические империалисты» в
гостях у криминологов) // Вопросы экономики. 1999. № 10. С. 60-75.
Нейман Дж. фон, Моргенштерн О. Теория игр и экономическое поведение. М.: Наука, 1970.
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
5565
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
Новиков Д.А. Методология управления. М.: Либроком, 2011. 128 с.
Нуреев Р.М. Эволюция институциональной теории и ее структура // Олейник А.Н. (ред.). Институциональная экономика: Учебник для магистров. М.: Инфра М, 2005. С. 26-75.
Симонов П. В. Эмоциональный мозг. М.: Наука, 1981. 215 с.
Шумов В.В. Моделирование информационного влияния и управления с использованием функции
представления / Информационные войны. 2013. № 3. С. 22-35.
Шумпетер Й. А. История экономического анализа в 3-х т. / Пер. с англ. СПб.: Экономическая школа,
2001. Т. 3. 1258 c.
Уильямсон С. История клиометрики в США // Экономическая история. Обозрение. Вып. 1. М., 1996.
С. 75-107.
Becker G. S. Crime and Punishment: An Economic Approach // Journal of Political Economy. 1968. No 76.
P. 169-217.
Ben McQuilling, Robert Sugden. Reconciling normative and behavioral economics: the problem to be
solved // Social Choice and Welfare. 2012. Vol. 38. No. 4. P. 3-25.
Goldstein W. M., Einhorn H. J. Expression theory and the preference reversal phenomena // Psychological
Review. 1987. Vol. 94. No. 2. P. 236-254.
Kahneman D. Maps of Bounded Rationality: A Perspective on Intuitive Judgment and Choice, Les Prix Nobel 2002. P. 449-489.
Niv Y., Edlund J. A., O’Doherty J. P. Neural prediction errors reveal a risk-sensitive reinforcement-learning
process in the human brain // The Journal of Neuroscience. 2012. Vol. 32. No. 2. P. 551-562.
Prelec D. The probability weighting function // Econometrica, 1998. Vol. 66, No. 3. P. 497-527.
Tversky A., Kahneman D. Prospect theory: An analysis of decision under risk // Econometrica, 1979. Vol.
47, No. 2. P. 263-291.
Wu S-W, Deldago M.R., Maloney L.T. The neural correlates of subjective utility of monetary outcome and
probability weight in economic and in motor decision under risk // The Journal of Neuroscience. 2011. Vol.
31, No. 24. P. 8822-8831.
XII ВСЕРОССИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ ПО ПРОБЛЕМАМ УПРАВЛЕНИЯ
ВСПУ-2014
Москва 16-19 июня 2014 г.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа