close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

"Образование страны".

код для вставкиСкачать
5 (8), август 2014
Накануне 1 сентября мне как эксперту позвонили из одного информагентства с просьбой прокомментировать готовность школ Донбасса
к новому учебному году. Находясь
в Киеве, трудно сходу ответить на
такой вопрос. И я позвонил своим
коллегам в Донецк (в Луганск дозвониться невозможно – связь не
работает). Привожу фрагменты двух
телефонных разговоров. Директор
донецкой школы: «Прости, сейчас
не могу говорить. Нас бомбят, мы в
бомбоубежище…». Заведующая районо: «Мы в принципе готовы, но в
трети школ от взрывов выбиты стёкла в окнах. И порой просто опасно
идти по улице…»
И я вспомнил блокадный Ленинград: «Граждане! Будьте осторожны,
эта сторона улицы наиболее опасна
при артобстреле». Увидел петербуржцев, киевлян, харьковчан во время
Отечественной в очереди к колонке
или проруби за водой. Сегодня (поменяйте местами цифры 41 – в году
14-м, 2014!) в блокадном Луганске
проблемы с водой и светом… Проблемы с жизнью детей и учителей,
которые их спасают (именно их новый министр собирается отстранять
от работы за «сепаратистские» настроения?)
Блокадная школа независимой
Украины...
Люди страны, проложите к своим
детям Дорогу жизни!
Издание Всеукраинского общественного движения
«Украинский выбор»
и Украинского педагогического клуба
http://vybor.ua
>>>>>>>>>>>>>>>
06
02
14
ВОЙНА И ШКОЛА
ВОЙНА СТРАШНА НЕ НАСТОЯЩИМ.
ОНА СТРАШНА БУДУЩИМ
Эта война – позорное пятно на истории нашей еще существующей страны. Она, как сифилис, стала результатом политического блуда и бездуховной погони за деньгами любой ценой
БОЙЦЫ «КУЛЬТУРНОГО» ФРОНТА
…политические авантюристы в Киеве сеют семена ненависти, которые могут взойти, если конфликт на Востоке страны удастся решить мирным путем
ДОСТОИНСТВО УЧИТЕЛЯ И УЧЕНИКА
…распущенный ребенок, который пользуется свободой, как
раб, вырвавшийся из клетки, часто не имеет представления о
том, что у него на самом деле может быть свое достоинство
БОЙЦЫ
«КУЛЬТУРНОГО»
ФРОНТА
Пока Украина всецело поглощена
трагическими событиями на Донбассе, политические авантюристы в
Киеве сеют семена ненависти, которые могут взойти, если конфликт
на Востоке страны удастся решить
мирным путем. Трудно иначе назвать
то, что творят сейчас радикалы на
культурной и языковой ниве.
Сначала вице-премьер Александр
Сыч, представляющий партию «Свобода», говорил о введении лицензирования, а также квот в отношении
книг российского производства. Мол,
они составляют 80% всей печатной продукции на рынке и не дают
развиваться украинской книге. При
этом он почему-то забыл сказать о
том, что к концу 2014 года истекает
срок льготного налогообложения
для украинских книгоиздателей, но
правительство пока не делает ничего,
чтобы его продлить.
Зато запрет на российские книги
нанесет свой удар по украинским
читателям.
Затем Госагентство по вопросам
кино поручило Экспертной комиссии
по вопросам распространения и демонстрации фильмов ввести дополнительные проверки российских кинолент. Две из них — «Поддубный» и
«Белая гвардия» — уже запрещены к
показу в Украине. Последний фильм,
снятый по ставшему классикой произведению Михаила Булгакова, едва
ли не открыто признали украинофоб-
ским. Подобного рода решения могут
принимать разве что люди, ненавидевшие читать в школе.
Все мы прекрасно помним, как
велась борьба с принятием закона о
языковой политике два года назад и
к чему привела попытка его отмены
в феврале 2014-го. Однако радикалов не останавливает даже то, какую
страшную цену платит сейчас Украина за такие действия определенных
политических сил.
В настоящее время эти записные
патриоты пытаются на законодательном уровне ввести ограничения
относительно художественной продукции по языковому принципу. И
если раньше они делали вид, что борются с недостаточно проукраинской
государственной политикой в сфере
культуры, то теперь открыто наносят удар по носителям конкретного
языка — русского. До предложения
запретить русский язык и литературу
остался один шаг?
Понятно, что радикально настроенные политические силы, боясь
остаться не у дел, накануне возможных досрочных парламентских
выборов пытаются напомнить о себе
избирателям. Но платить, не только
в материальном, но и в духовном
смысле, за инициативы властей всегда приходится простому народу. «Победа» над киевлянином Булгаковым
легко далась чиновникам, но дорого
обойдется украинцам.
ВИКТОР
МЕДВЕДЧУК
СЛОВО ОБ УЧИТЕЛЕ
ОТ ПЕРЕСТАНОВКИ
ПАРТ КАЧЕСТВО
ОБРАЗОВАНИЯ НЕ
МЕНЯЕТСЯ
К началу нового учебного года в
сфере образования готовится очередная реформа. Трудно сосчитать,
какая по счету. Но, несмотря на все
реформаторские усилия профильного
министерства, качество образования
современных украинских школьников
и студентов год от года только снижается.
Выдающийся педагог Антон Семенович Макаренко еще в 20-е годы
прошлого столетия очень точно
подметил, что трудно ждать заметных
профессиональных успехов от педагога, который ведет нищенский образ
жизни. И это были не просто слова.
Для своих сотрудников — преподавателей колонии им. Дзержинского
— он потребовал увеличить зарплату
вдвое и даже втрое выше средней в
отрасли. Конечно, советский учитель
не был уж очень богатым человеком,
но все же он получал достойную зарплату. Об учителях всегда говорили с
уважением, почтением.
Сегодня профессия учителя и
преподавателя перестала быть престижной. Педагоги, которые должны
воспитывать наших детей, «сеять разумное, доброе, вечное», прививать
любовь к знаниям, влачат практически нищенское существование:
43% преподавателей вузов получают
меньше 3 000 гривен, у школьных
учителей зарплата ниже в разы.
Низкий уровень зарплат отбивает
охоту у молодых учителей — творческих, энергичных, ярких, перспективных — идти в школы, особенно на
периферии. Кроме того, стремление
учеников или студентов к знаниям не
в последнюю очередь зависит от их
уважения к учителю или преподавателю. Поэтому задача государства —
поднять статус учителя, вернуть ему
былой авторитет и уважение общества.
Есть и еще одна не менее важная
проблема — стимул для получения
качественного образования. Материальный и общественный успех
украинского гражданина слабо коррелируется с его образованностью и
уровнем интеллекта. В наше время
залогом трудоустройства являются не
полученные знания, опыт, профессиональные и личностные качества, а
родственные связи или знакомства.
Поэтому студенты зачастую поступают в вузы только для получения «корочки». Вот и получается, что наша
страна по количеству вузов — один
из мировых лидеров, однако подавляющее большинство этих учреждений образования занимаются отнюдь
не образованием, а штамповкой
дипломов.
От реального уровня знаний и
способностей должны напрямую зависеть карьера, общественные перспективы личности – только в этом
случае можно переломить негативную тенденцию постоянной деградации системы образования. Но это
уже масштаб не отдельной отрасли, а
всего нашего социально-экономического уклада. Новый подход к образованию не может быть ограничен
стенами школы и вуза. Он должен
основываться на целостном видении
перспектив развития страны, в которой качество знаний и профессионализм граждан будут лежать в основе
её будущих успехов и достижений.
>>>>>>>>>>>>>
2
5 (8), август 2014
Валерий Митрохин
ДВА ПУТИ
РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМ
Как известно, есть два способа
решения проблем – мужской и женский. Собираются мужчины и возмущаются: «Куда смотрит наше правительство?! Что там они себе думают?!
Надо послать телеграмму!..» Собираются женщины: «Девочки, есть проблема. Катя, ты вот это попробуй сделать, а ты, Маша, вот это…» Проблема
называется «кризис», что в переводе
с греческого означает «решение, поворотный пункт». Куда пришло время
повернуться? К ребёнку, которому
нужен неторопливый душевный разговор, а не «план мероприятий по
воспитательной работе». К учителю,
профессиональное мнение которого
о содержании программ, учебниках,
условиях работы система так и не
научилась слышать. К директору, который вместо реализации лидерских
и управленческих функций должен
доказывать всяческим проверяющим,
что он не верблюд и не занимается
махинациями, а просто ищет способы
школу отремонтировать. К методисту,
который не на словах, а на деле должен получить возможность и ресурс
быть связующим звеном между наукой и практикой. К родителю, которого школа должна пригласить быть
партнёром, а не «Вас вызывают…».
Не совершится поворот – кризисная петля будет затягиваться дальше.
Написал «не совершится» и подумал, а кто должен его совершить, не
ждём ли мы, что он сам по себе, по
Сергей Ветров
чьему-то указанию совершится? Да, я
должен выполнять свою педагогическую миссию, а государство обязано
создать мне нормальные условия, а
общество должно обеспечить уважительное отношение к моему очень
непростому труду. А если не создаёт?
А если не обеспечивает? И кто виноват? И что делать? Кризис… Но всегда
будет звучать вопрос: «А дети причём?!» Может, действительно нужно
в меру своих возможностей: «Катя,
ты вот это попробуй сделать, а ты,
Маша…»
И ещё. В европейской культуре
есть два основных греха. Первый
– предать (как защитить детей от
формализованной, не одухотворенной, феодальной по сути системы
образования; как не предать эти доверчивые детские глаза?). И второй
грех – даже не попробовать! Ты даже
не попробовал что-то изменить, не
согласиться, отстоять свою позицию.
Важно помнить, как мы уже говорили, что проблемы никогда не даются
нам без способа и ресурса их решить. Надо только найти этот способ.
Надо хотя бы попробовать. Ибо нет
невозможного. Есть просто трудное.
Преодолевая трудное, мы обретаем
индивидуальность. А только это и
нужно ребёнку – значимый взрослый
рядом. А что нужно мне, взрослому,
педагогу? Ребёнок, который может
мною гордиться. Сколько таких в
моём классе?
Апостолы называли Иисуса учителем!
Быть может, учитель – и есть то самое СЛОВО, которое было в начале!
Во всяком случае, в начале – каждого
из нас оно было.
Учителем называют тех, кто начертал буквы в нашей первой тетрадке и
научил их произносить и писать. Мы
с ним складывали слоги и слова… И
еще долго, если не всю жизнь, глядя
на алфавит, мы слышим голос, интонации человека давшего нам эти
знания и умения.
Учитель – самое дорогое на свете
после родителей существо. Имя его
мы помним, наравне с именами родных, близких, дорогих людей.
Для многих из нас учитель был
первой любовью. Потому что не
ответить на его любовь было невозможно. Эту святое чувство мы храним
в памяти с благодарностью и молитвой.
Учитель – это великий труженик. И
когда мы что-то создаем значительное, мы знаем точно: не было бы у
нас такого учителя, мы бы вряд ли
смогли добиться таких достижений.
Это он, учитель, первым разглядел
сквозь чернильные кляксы на наших
пальцах золотые руки будущих мастеров своего дела, услышал в ком-то из
нас Моцарта и Чайковского, увидел
Ахматову и Цветаеву, угадал Микеланджело и Шекспира, предсказал
Эйнштейна и Репина…
Научил нас честно трудиться, говорить и выслушивать правду, какой бы
горькой она ни была.
Это он, выпуская нас в большую
самостоятельную жизнь, благословил
>
на добрые дела.
Сегодня учитель – самая тяжелая
и неблагодарная из самых благородных профессий. Общество и власть,
родители и дети, к сожалению, далеко не всегда воздают должное его
каждодневному тихому подвигу. Государство мало беспокоится об этих
своих гражданах, плохо защищает их.
И не потому, что в массе своей люди,
управляющие страной, – бывшие
троечники. Многие великие личности
тоже посредственно учились в школе, были непослушными детьми…
Хочется напомнить некоторым
нашим лидерам: как раз в первую
очередь именно вам, плохо успевающим, учителя постоянно уделяли
повышенное внимание в классе.
Ходили в неурочный час по домам,
беседовали с вашими родителями,
всеми силами пытались подтянуть
вас до необходимого уровня, прикрепляли к вам отличников и хорошистов, всеми силами помогали
вам переходить из класса в класс,
сдавать экзамены и получать аттестат
зрелости. Они старались сделать вас
людьми. И многое им удалось, о чем
вы знаете лучше кого бы то ни было.
Так станьте же вы и в самом деле такими, какими они хотели вас видеть
и сделали для этого все возможное и
невозможное!
Пусть нынешний праздник напомнит вам о школе и подвижнических
усилиях ваших учителей. И вы, наконец, отринув свои проблемы, позаботитесь о тех, кто сегодня заботится
о будущем нашей многострадальной
родины не меньше вашего.
3
ВОЙНА И ШКОЛА
Тема первого урока избрана из-за «общественно-политической ситуации», а также в связи «с событиями последнего времени, оккупацией
Кремлем Крыма, террором российских боевиков на Востоке страны», сообщили в Министерстве образования и науки.
«Цель первого урока — формирование у детей понимания ценности единства Украины как национальной идеи развития демократического,
свободного и богатого государства, пояснили в министерств.
На уроке учеников ознакомят с главными историческими событиями в рамках становления украинской государственности. «Ученики должны осознать себя украинцами, воспитывать в себе готовность служить Украине трудом, став на защиту интересов страны», — заявили чиновники.
В начале урока МОН рекомендует объявить минуту молчания, чтобы почтить память Героев Небесной сотни, а также всех воинов, которые погибли в борьбе за свободу и целостность страны.
Министерство образования рекомендовало расторгать трудовые отношения с учителями, симпатизирущими ДНР и ЛНР…
ЧЕЛОВЕК СВОБОДНЫЙ
Чтобы вырасти свободным, ребенок с детства должен видеть рядом с
собой свободных людей, и, в первую
очередь, – свободного учителя. Поскольку внутренняя свобода не прямо
зависит от общества, всего лишь один
учитель может сильно повлиять на
талант свободы, скрытый в каждом
ребенке, как это бывает и с музыкальными, спортивными, художественными талантами.
Воспитание свободного человека
посильно каждому из нас, каждому
отдельному учителю. Вот то поле,
где один – воин, где один может все.
Потому что дети тянутся к свободным
людям. Доверяют им, восхищаются
ими, благодарны им. Что бы ни происходило в школе, внутренне свободный
учитель может быть в победителях.
Свободный учитель принимает
ребенка равным себе человеком. И
этим он создает вокруг себя атмосферу, в которой только и может вырасти
свободный человек. Быть может, он
дает ребенку глоток свободы – и тем
спасает его, научает его ценить свободу, показывает, что жить свободным
человеком возможно.
Учителю гораздо легче сделать
первый шаг к воспитанию свободного,
легче проявить свой талант к свободе,
если он работает в свободной школе.
В свободной школе – свободные
дети и свободные учителя.
Таких школ не столь уж много на
свете, но все же они есть, и значит,
этот идеал осуществим.
Главное, в свободной школе не то,
что детям предоставляют делать все,
что они хотят, не освобождение от
дисциплины, а учительский свободный дух, самостоятельность, уважение к учителю. В мире много очень
строгих школ с традиционными порядками, и все же именно эти элитные
школы дают наиболее ценных людей.
Потому же они есть, и значит, этот
идеал осуществим, что в них свободные, талантливые, честные учителя,
преданные своему делу, – и потому в
школе поддерживается дух справедливости. Однако в таких авторитарных
школах далеко не все дети вырастают
свободными. У некоторых, слабейших,
талант свободы заглушается, школа
ломает их.
Подлинно свободная школа та, в
которую дети идут с радостью, где
свобода царит на каждом уроке.
Именно в такой школе дети обретают смысл жизни. Они научаются
думать свободно, держаться свободно,
жить свободно и ценить свободу –
свою и каждого человека.
Свобода – это и цель, и дорога.
Для учителя важно вступить на эту
дорогу и идти по ней, не слишком
уклоняясь. Дорога к свободе очень
трудна, ее без ошибок не пройдешь,
но будем придерживаться цели.
Первый вопрос воспитателя сво-
«Так что же нужно школе, чтобы
она стала школой? Школе прежде
всего нужно успокоение или хотя бы
перемирие. Уже не одно десятилетие ее ломают и корежат. Учитель до
крайности устал от ведомственных
лженоваторств. Надо вывести из
школы и, главное, из класса неограниченный контингент всевозможных инспекторов, проверяющих и комиссий,
надо хотя бы на год, ну на полгода запретить всякие проверки – плановые,
внеплановые, тематические и особенно комиссии-набеги, назначаемые в
школы, где директор проявил строптивость. Что бы ни случилось за время
перемирия, вред будет в тысячу раз
меньше того, который наносят нашествия на школу и на класс. Надо хоть
на время запретить бюрократические
игры: обязательные открытые уроки,
а заодно и всякие районные смотры и
конкурсы, на которые школа обязана
выставить команды. Надо дать учителю хоть малую возможность вздохнуть и одуматься, прийти в себя.
Но все это нашествие на школу, вооруженное вопросниками и инструкциями, предпринимается вовсе не
потому, что всюду сидят злыдни-бюрократы. Вы никогда не задумывались,
читатель, отчего так: нигде толкового
работника не найдешь, а в организации комиссий и проверок такая
бурная деятельность, такой энтузиазм?
Ведь люди буквально не жалеют себя,
ночи над справками сидят, из сил выбиваются. С ног падают, по школам
бегая. Что за парадокс?
С ног на голову поставленная управленческая доктрина держится на том
ее свойстве, что чем больше провалов
в работе, тем сильнее она, доктрина,
укрепляется. Что бы ни случилось,
причина всегда видится в одном: в
слабости контроля, усиливают его –
провалы становятся катастрофичнее.
Постепенно дух работников падает до
нижайшей точки.
Между тем смена доктрины возможна. Но мир, который держится
на доктрине доверия, невозможен,
и никаких перемен не будет, пока не
переменятся критерии работы школы. Сейчас критериев два, и трудно
сказать, какой из них хуже.
Первый из двух дурных критериев
отрицательный: чего не должно быть.
Не должно быть, известно всем, ЧП
и всего, что под это понятие сегодня
подходит. Каждый директор знает,
что пока у него в школе не будет ЧП,
его не снимут, даже если он ничего не
будет делать. И наоборот, каждое ЧП
неминуемое вызывает лавину наказаний. Правило «как бы чего не вышло»
буквально внедряется в души людей.
Второй из двух дурных критериев – вроде бы положительный: что
должно быть в школе. Но этого толком
не знает никто, и потому действует
неписаный ассортимент, который
жестко подчиняется моде, как будто в
каждый район раз в квартал поступает
некая педагогическая «Бурда», и по
этой «бурде» перекраивают школу. В
одном городе обязательным требованием к школе еще недавно было
наличие конспектов какой-то книги
об уроке – заведующему гороно она
понравилась; в другом городе школа
считалась плохой, если у нее нет наружного озеленения. Аппарат постоянно занимается внедрением очередной новой моды. В результате школа
считается хорошей лишь в том случае,
если она чутко реагирует на все начальственные изобретения. И куда ей
деться, бедной?
Попробуем установить, какая школа
хорошая, а какая плохая? Есть ли единый критерий? Есть. Несовершенный,
как и все на свете, но обладающий
тем преимуществом, что он позволяет избавиться от мелочной опеки.
Этот критерий – отношение к школе
учеников, учителей и родителей, измеренное более или менее простыми
социологическими методами. Школа,
которую предпочитают ученики, учителя и родители, будет, как правило,
лучше другой, менее предпочитаемой,
и по знаниям, которые она дает, и по
воспитанности детей.
Если оценка школы будет зависеть
от мнения людей о ней, многое переменится само собой.
…Школе нужен мир, школе нужно
доверие, школе нужен единственный
критерий, и школе нужны, наконец,
цели. Американский педагог Джон
Гудлэд, который написал впечатляющую книгу «Место, именуемое школой», обнаружил, что в американских
школах педагоги очень смутно представляют себе цели работы. Он предложил крайне простую систему целей.
У школы, говорит Гудлэд, четыре цели:
академическая, социальная, профессиональная и персональная. Каждая из
них довольно детально разработана,
но важно другое: здесь уловлены две
основные пары дополняющих друг
друга целей: академическая, общая
для всех база и по возможности разная для всех профессиональная подготовка; социальное, то есть общее – и
личное. Выделение целей персонального развития в равноправный разряд позволяет, мне кажется, решить
многие проблемы. Каждый педсовет
может поставить перед собой эти
четыре вопроса: дает ли школа академические знания и умения? Готовит ли
она выпускника к жизни в обществе?
Помогает ли ему определиться в мире
профессий и стать хорошим работником? Достаточно ли она заботится о
его индивидуальном развитии?»
ЧТО НУ ЖНО ШКОЛЕ
«А я ребенка потом отведу на могилу к прадеду и расскажу ей, за что он погиб и против чего воевал в Великую Отечественную войну. И расскажу, что была такая война и нужно знать, кто Герои в этой пока еще стране. Только мы сами можем противостоять зомбированию наших детей
и внуков фашистской пропагандой».
«Вы обратились ко мне с вопросом финансово-экономического обеспечения, — произнося эти слова, Кличко тяжело вздохнул, — Этот вопрос очень сложный. Прошу вас обратиться к директорам школ и благотворителям находить деньги, потому что… времени очень мало, я не
уверен, что на 100 процентов до первого сентября мы сможем найти финансирование», — нашел решение глава горадминистрации. (В группе
журналистов тут же кто-то прошептал: «Сентябрь. Достать портфель и плакать»).
Женщина плачет и спрашивает: «За что?! За что мы так страдаем?!» Другая женщина по имени Наталья заявляет, что на Украине она больше не
видит будущего для своих детей и постарается больше не возвращаться туда. Пусть свидомые посмотрят эти кадры и увидят донецких детишек, которые в ужасе убегают из Украины – государства, бомбящего их родные дома.
«Военная фаза, очевидно, подходит к своему завершению, и наши дети в скором времени будут слушать своих педагогов не в бомбоубежищах, а в светлых, теплых аудиториях, оснащенных новейшим техническим оборудованием и сетью Интернет» — сказал министр образования
и науки ДНР.
бодных: не угнетаю ли я детей? Если я
принуждаю их к чему-то – ради чего?
Я думаю, что ради их пользы, но не
убиваю ли я детский талант свободы?
Передо мной класс, я нуждаюсь в
определенном порядке, чтобы вести
занятия, но не ломаю ли я ребенка,
стараясь подчинить его общей дисциплине?
Возможно, не каждый учитель найдет ответ на каждый вопрос, но важно,
чтобы эти вопросы были заданы себе.
Свобода умирает там, где появляется страх. Пусть к воспитанию свободных – возможно, полное избавление
от страха. Учитель не боится детей, но
и дети не боятся учителя – и свобода
сама собой приходит в класс.
Освобождение от страха – первый
шаг на пути к свободе в школе.
Осталось добавить, что человек
свободный всегда красив. Воспитать
духовно красивых, гордых людей – это
ли не мечта учителя?
>
Симон Соловейчик
5 (8), август 2014
5
ВОЙНА СТРАШНА
5 (8), август 2014
НЕ
НАСТОЯЩИМ
ОНА СТРАШНА БУДУЩИМ.
>
Елена Маркосян
Когда все воевавшие вернутся домой, они принесут с собой дух войны,
ее реальность и бесчеловечность.
Лица убитых, осознание реальности
собственноручного убийства людей,
возможно, стариков, женщин и детей, будут долгие годы жить в глазах, в
памяти, в снах. Каждый день отдаления
этой войны в историю будет обнажать
ее бессмысленность и преступность. Сидящие в кабинетах надеются отмолить
вину, возвести церкви и памятники, рассчитаться деньгами с искалеченными и
осиротевшими. Похоронившие близких
и потратившие гроши компенсационных выплат на памятники и молебны
захотят суда и возмездия виновным.
Война на долгие годы поставит печать
преступления на всех и каждом, кто
стрелял, помогал финансировать эту войну и просто допускал ее возможность
в «благих» целях. Эта война – позорное
пятно на истории нашей еще существующей страны. Она, как сифилис, стала
результатом политического блуда и
бездуховной погони за деньгами любой
ценой. Лечение будет долгим и трудным, а для многих убийственным.
Страна потеряет целое поколение
новых патриотов украинской Украи-
ны, которые, так и не разобравшись в
том, кто же стрелял в них на Майдане,
поспешили на войну против инакомыслящих и иначе видящих будущее
общей страны. Одних привезут домой
в гробах, других не смогут собрать даже
по кусочкам, третьих – в инвалидных
колясках, а многие, осознав весь ужас
произошедшего, возненавидят то, ради
чего пошли воевать.
Сегодня уже все понимают, что в
этой войне победителей не будет и
она не закончится приостановлением
военных действий. Колонны протестующих против мобилизации поднимут
лозунги требований о статусах, пенсиях
и памятниках. Дети этой войны еще скажут свое слово, и я не уверена, что они
смогут наделить понятие «патриотизм»
смыслом созидания, а не убийства своих соотечественников.
Какое страшное у Украины стало
лицо. Каким хмурым кажется ее будущее. Но в одном у меня сомнений
нет – война, порожденная жадностью,
завистью и ненавистью, будет мучить
нас до тех пор, пока мы не скажем о
ней всю правду. Сначала самим себе, а
потом и друг другу.
МЕЖДУмифами
о РЕАЛЬНОСТИ
И ЦЕНЗУРОЙ НА ПРАВДУ
Л
П
юди власти – странная и непонятная обществу каста.
Малочисленная, замкнутая и далекая.
Живет в придуманном мире, пользуется реальными полномочиями по
отношению к тем, за чей счет существует, и не способна ни слышать
общество, ни понимать его, ни вести
с ним диалог. Может только вещать,
командовать и утверждать свою
точку зрения.
той касте мешают все. Страна,
разумные люди, объективные
СМИ, книги, поэты и певцы, народ
как таковой со своей правдой и
справедливостью. Для них у касты
есть штампы, мерки и эпитеты. Нет
разумных доводов, аргументов,
человеческих слов. Каста все готова
запрещать в надежде заполнить собой все пространство, навязать свою
волю и свою «правду». Когда это не
получается, она включает другие
механизмы подавления свободомыслия. Варварские и беспредельно
глупые.
то происходит не когда-то и
где-то далеко, а здесь и сейчас,
в 21-м веке, в Украине. На это тратятся силы и деньги. Но хотелось бы посмотреть на результат. А он обратный
тому, на который каста рассчитывает.
Запрет на российские телеканалы
увеличил их аудиторию в Украине
в разы, но при этом сократил число
тех, кто смотрит украинские телеканалы. Это – факты, с которыми
можно не считаться, но стоит ли?
Э
Э
6
Б
оследний истерический демарш секретаря СНБО, оформившийся в список сайтов, которые предлагается запретить, лишь
подтвердил уверенность многих в
неадекватности власти и некоторых
ее представителей. Ну может ли
здоровый и умный человек сегодня возомнить себя всемогущим в
сфере информации? Это не по силам
никому. Информация не подчиняется
законам, написанным людьми. Она
существует как часть живой природы и всегда находит свою дорогу к
людям.
а месте «запрещенных» сайтов всегда появляется их в
разы большее количество. Люди все
быстрее и легче находят друг друга,
собеседников, единомышленников,
читателей и распространителей
информации. Не знаю, каким интеллектом обладают люди, уверенные
в том, что в сфере информации на
этом этапе развития человека, человечества и технологий можно что-то
запретить. Запрет доступа не наносит
никакого урона самой информации.
Она не исчезает (как рукописи, которые не горят). Ее все равно находят
все, кто в ней нуждается.
е хочу называть новоявленных
украинских цензоров глупцами.
Они просто живут в другой реальности и не понимают элементарного
– для того, чтобы их убеждения, идеи,
пропаганда и ложь могли формировать лояльное к ним отношение
общества, нужно обеспечить большинству этого общества тот же образ
жизни, уровень достатка, что и себе.
Если этого нет, то несоответствие
реальностей не позволит закрепиться
мифам и тем более реализоваться им
в стройной, системной иэффективной
деятельности каждого человека.
Н
Н
орьба с инакомыслием проигрывается властью именно
потому, что какой бы могущественной ни казалась власть, она всегда на
поверку оказывается слабой, если ее
«картинка мира» не соответствует той
реальности, в которой живет общество.
огда «нежелательных» книг,
фильмов, сайтов, газет становится слишком много, это означает лишь
одно – у большого числа людей есть
спрос на иную (чем у власти) позицию, точку зрения, на иное видение
происходящего, а иногда попросту
на то, на что установлены запреты.
Наша природа такая. Наш мир таков.
Их законы сильнее революций и неподвластны капризам империй, не
говоря уже о чиновниках, чье присутствие на политическом Олимпе
было и будет временным.
сякий раз история возвращает
нас к урокам тотальной цензуры
и запретов, напоминая людям – знайте свое место, помните о границах
своих возможностей, не ищите виновных среди тех, кто говорит, потому
что всегда «молчаливому» большинству их голос тем слышнее, чем
сильнее вы закрываете им рот.
еприятие инакомыслия в
Украине стало таким явным,
циничным и абсолютным, что впору
поговорить о доверии. Появление
1% правды даже в круто интерпретированной информации прививает
стойкое недоверие к источникам.
Например, постоянно навязываемая нашими СМИ информация об
агрессии России довольно долго
поддерживала этот миф в восприятии обывателя. Но как только в тех
же СМИ появилась информация о
том, что сотни служащих украинской
армии покинули боевые позиции и
ушли в Россию, миф рухнул мгновенно и окончательно, потому что никому невозможно объяснить логику
произошедшего. Если Россия напала
на Украину, значит, бойцы, которые
ушли туда – предатели, сдавшиеся в
плен. Если же Россия не нападала,
значит, произошло что-то другое,
предательства не было, и вся эта война имеет совершенно иные причины и смыслы, далекие или противоположные декларируемым.
сли бы я не помнила времен
самиздата, то, наверное, отчаялась бы, наблюдая глупость решений
и идиотизм восприятия реальности
теми, кто сегодня предлагает отключать каналы, закрывать сайты, запрещать фильмы и книги. Но я помню.
В советское время мы все читали
лимитированные журналы и самиздат. Более того, их читали с таким
К
В
Н
Е
вниманием и погружением в тексты и
смыслы, какие официальным источникам информации даже не снились.
стория распада СССР очень
многому меня научила. Ложь,
двойные стандарты, одна на всех
идеология и цензура сыграли в этом
огромную роль, потому что запретить можно многое, но невозможно
остановить мысль. То, что думают
люди закрыто для цензуры природой
самого человека. Только на какомто очень небольшом промежутке
времени он готов довольствоваться
«удобной» для себя интерпретацией реальности, понимая, что самому себе можно обосновать все, что
угодно. Но как только общедоступная
информация перестает давать ответы
на неудобные вопросы – она провоцирует человека на их поиск. И прежде всего в «запретных» источниках.
оиск истины всегда дискомфортен. Самые правильные
решения всегда очевидны и не
устраивают нас. И только наша готовность принять этот мир таким каков
он есть с его законами и логикой,
дает человеку ключи к пониманию,
диалогу, партнерству и развитию. Наверное, именно поэтому я уже очень
давно не боюсь цензуры и запретов. Возможностей, к которым они
ведут очень много и все они богаты
главным – потенциалом доверия и
уважения, которое плавно и неизбежно уходит от цензоров к тем, кто
позволяет себе быть свободным и в
мыслях, и в действиях.
И
П
>>>>>
7
8
5 (8), август 2014
ЛИКБЕЗ ПО ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
Сталкиваюсь с НЕзнанием основ по праву и истории, и отсюда - с нелепыми по неведению
умоизъявлениями и, что страшнее, - умозаключениями.
Предлагаю ввести СОВРЕМЕННЫЙ ЛИКБЕЗ.
«Вероятно, у народа, как у отдельного
человека, есть периоды духовного и
соответственно трудового и боевого
подъёма, когда «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью», и периоды упадка
духа, разложения и деморализации,
когда хочется упасть мордой в грязь и
не шевелиться. Куда уж нам, убогим? Нам
бы как-нибудь…
Вот в такие моменты и происходят реакционные революции. Они переводят
жизнь народа на более низкую орбиту.
Промышленный, образованный, высокоразвитый, самостоятельный народ
превращается в народ второсортный.
Потому что народ, не имеющий собственной промышленности, обречён
на то, чтобы быть батраком и бедняком
в кругу народов. И – что интересно – в
какой-то исторический момент народ
этого может ЗАХОТЕТЬ.
Есть какой-то духовный СПИД – полное
отсутствие иммунитета от заграницы. В
состоянии упадка духа народ, целый
народ, поверил и верит в несообразное:
что Запад – его друг. Что он хочет ему,
слабому и бестолковому, бескорыстно
помочь. То есть Запад не обобрать его
желает, не воспользоваться, а напротив
– развить и обогатить. То есть что ему,
украинскому народу, бесплатно и бескорыстно невесть почему дадут некие
блага – вроде как родители детям. Помогут встать на ноги, протянут дружескую
руку.
Это не просто далеко от реальности
– это противоположно реальности. В
международных отношениях, как и в
бизнесе, вообще нет понятия дружбы:
там каждый за себя. А уж Западные страны – тем более.
Мне кажется, в коллективном бессознательном и русского, и украинского
народа живёт обломовская мечта о
друге-немце, эдаком коллективном
Штольце, который придёт и бескорыстно
займётся ТВОИМИ делами. Будет разгребать и разруливать, может, денег ссудит
без отдачи… А ты будешь сидеть и ждать,
когда твои дела магическим образом
наладятся. Бацилла этой болезни духа
в скрытом виде всегда сидела в народном организме, но в моменты слабости
и духовного упадка болезнь приобретает клиническую форму. И очень разрушительную. Как сегодня.
Народ так хочет? Надо уважать выбор
народа? Народ всегда прав?..»
Существует две разновидности
государственного устройства: простая
(унитарное государство) и сложная
(федеративное государство).
Унитарное государство представляет собой единое, слитное государство, не имеющее в своем составе
государственных образований. Ему
присущи следующие черты:
1)
единый центр государственной власти, т. е. единая,
общая для всей страны система
высших и центральных органов
власти (парламент, правительство, верховный суд);
2)
3)
4)
5)
одна система законодательства;
единое гражданство;
единая судебная система;
одноканальная система налогов, т. е. все налоги собираются по стране и аккумулируются
в центре;
6)
административно-территориальные единицы не
обладают политической самостоятельностью, но наделяются
достаточно широкой компетенцией в экономической, социальной,
культурной сферах. Как правило,
административно-территориальные единицы имеют одинаковый
правовой статус (одноименные),
занимают равное положение по
отношению к государству в целом
(так называемые симметричные
унитарные государства). Если же
на территории унитарного государства имеются регионы, обладающие национальными, культурными, историческими особенностями,
то создается политическая или
административная автономия
(асимметричные унитарные государства). Права у таких автономий несколько шире, чем у обычных
административно-территориальных единиц, но границы этой самостоятельности устанавливаются
высшими органами власти страны.
В последнее время в унитарных
государствах появилась новая форма
— регионализм, когда автономные
образования обладают полномочиями самоуправления, в том числе
правом принимать свое законодательство. Например, в Испании,
помимо областей, выделенных по
национальному признаку (Страна Басков и Каталония), существует территориальная автономия, т. е. области,
которым была предоставлена автономия, наделены правом издавать
собственные законодательные акты.
Аналогичное положение занимают
некоторые области в Италии. Согласно Конституции Италии субъекты
областной автономии вправе принимать законы по вопросам градостроительства, сельского хозяйства
и жилищного хозяйства, а всего по
18 позициям. Однако эти самостоятельные части не обладают государственным суверенитетом. Считается,
что регионалистское государство —
своеобразная промежуточная форма
между унитарным и федеративным
государствами.
Унитарные государства могут быть
централизованными и децентрализованными. В первых, как правило,
отсутствует местное самоуправление,
а во главе местных органов стоят
назначенные из центра чиновники. В
децентрализованных унитарных государствах местные органы власти избираются населением и пользуются
значительной самостоятельностью.
Форма унитарного государства
дает возможность более полной концентрации ресурсов в руках центра и
может способствовать более быстрому росту страны, ее развитию. В то
же время она удобна для бюрократических структур и ее предпочитают
авторитарные режимы.
Федерация — сложное государственное устройство, для которого
характерно наличие в составе государства других государственных образований. В строго научном смысле
федерацией является союз государств, основанный на договоре или
конституции. Государственные образования, входящие в федерацию,
носят название субъектов. По числу
субъектов федеративные государства
отличаются друг от друга, например,
в США — 50 субъектов (штатов), в
Швейцарии — 23 кантона, в России
— 83 субъекта, в Индии — 25 штатов
и т. д. Всего в мире более 20 федеративных государств, есть многонациональные — Россия и малонациональные — Германия, Австрия и
др. К федеративным относятся также
Малайзия, Нигерия, Танзания, Канада,
Мексика, Аргентина, Австралия и др.
Федерации характеризуются следующими чертами:
1)
определенная политическая и
юридическая самостоятельность субъектов, например, субъекты могут иметь свои конституции (США, Мексика, Германия);
двухуровневая система органов государственной власти:
наряду с федеральными органами
имеются органы власти субъектов
федерации;
2)
3)
две системы законодательства — общефедеральная и
субъектов;
4)
в двухпалатном парламенте
одна из палат представляет
интересы субъектов;
5)
наличие двойного гражданства
(не во всех федерациях: в Австрии, Австралии, Канаде его нет);
6)
7)
двухканальная система налогов;
разграничение предметов ведения федерации и ее субъектов.
Данный вопрос особенно важен для
федеративного государства. Существует четыре способа размежевания компетенции:
1) устанавливается исключительная компетенция федерации,
а остальные вопросы относятся к
ведению субъектов;
2) определяется исключительная
компетенция субъектов, а остальные вопросы отнесены к ведению
федерации (в настоящее время
этот способ не применяется);
3) устанавливаются две компетенции — федеративная и субъектов, а неперечисленные вопросы
относятся к ведению либо федерации, либо субъектов;
4) указываются три сферы компетенции: кроме исключительной
федеративной и исключительной
субъектов федерации есть еще
сфера конкурирующих интересов
(совместного ведения).
Оценка способов размежевания
компетенции связана с конкретными условиями той или иной страны.
При повышении самостоятельности субъектов предпочтительнее первый способ. Второй способ
направлен на повышение централизации федерации. При третьем
способе, если преследуется цель
усилить федерацию, остаточные
полномочия передаются федеральным органам, если субъектам
удается отстоять свою самостоятельность, то остаточные полномочия передаются субъектам.
Четвертый способ используется
по-разному, но его недостаток
состоит в множестве юридических сложностей по определению, а
главное — реализации предметов
ведения совместной сферы.
В связи с этим в новейшем конституционном законодательстве федераций дается перечень двух сфер —
федеральной и конкурирующей, а остальные вопросы
отнесены к исключительной компетенции субъектов.
Этот способ использован в Конституции РФ 1993 г.
В целом же взаимодействие между федерацией и
ее субъектами происходит противоречиво: идет как
усиление центральной власти, так и ее ослабление.
Развитие современного федерализма свидетельствует о том, что преобладает тенденция к интеграции
федерального центра и субъектов при определенных
гарантиях прав субъектов. В то же время наблюдаются
серьезные всплески сепаратизма, которые имеют место в государствах разного уровня развития — Австралии, Канаде, Индии, Бельгии, Нигерии, России.
Важно отметить, что входящие в федерацию субъекты не обладают суверенитетом, т. е. полным верховенством на своей территории, независимостью в
международных отношениях, лишены права выходить
из федерации (права сецессии). В настоящее время ни
одно государство мира не закрепляет права сецессии
за субъектами федерации. Попытки сецессии заканчивались по-разному. Так, в войне 1861–1865 гг. в США
силой оружия были возвращены 11 южных штатов,
заявивших о создании своей конфедерации. А Верховный суд США установил, что союз США нерасторжим.
В Мексике два штата в 1938 г. пытались осуществить
право сецессии, но безрезультатно. Вооруженным
путем было пресечено стремление нескольких штатов
выйти из состава Нигерии в 60-х годах XX в. Но были
и успешные сецессии. Например, в 1965 г. из состава
Малайзии вышел штат Сингапур и образовал городгосударство, которое успешно развивается.
Вооруженным путем было реализовано право сецессии штатом Бангладеш, который вышел из состава
Пакистана и образовал самостоятельное государство
в 1973 г. Считается, что право сецессии осуществили в
1991 г. прибалтийские республики.
Теоретически закрепление в конституциях права
сецессии является демократическим, особенно если
речь идет о праве наций на самоопределение в федерациях, построенных по национальному или национально-территориальному признакам. Но это право
не может быть абсолютным и безграничным, поскольку надо уважать права других субъектов, интересы
государства как целостного образования, в том числе
экономические, культурные и иные связи, сложившиеся в обществе.
Отсутствие у субъектов федерации полного верховенства на своей территории основано на том, что
федеральное законодательство распространяет свою
силу на всю территорию государства. Более того, в
конституциях США, России, Канады, Мексики и др.
закреплен приоритет федеральных законов в случаях
противоречия между федеральными актами и законодательством субъектов федерации.
Субъекты лишены права самостоятельно выступать
на мировой политической арене. Этого права не признает за ними и международное право. В США, Канаде, Австралии факт несуверенности штатов подтвержден решениями верховных судов этих государств. В
конституциях названных государств ничего не говорится о суверенитете субъектов федерации.
На развитие федеративных отношений большое
влияние оказывает ряд чрезвычайных средств политического и правового характера, которыми обладает
федеральный центр. Так, он вправе вводить войска на
территорию субъекта для защиты от внутренних беспорядков, устанавливать чрезвычайное положение,
когда возможна приостановка полномочий власти на
местах, в том числе право отрешать от должности глав
Людмила Морозова
субъектов и распускать их парламенты.
Россия по государственному устройству — централизованная федерация. Это обусловлено следующими конституционными установлениями:
1) единство правового пространства (ч. 2 ст. 4);
2) единство экономического пространства (ч. 1
ст. 8);
3) единство системы государственной власти (ч.
3 ст. 5);
4) единство системы исполнительной власти в
пределах федерального ведения и полномочий Центра по предметам совместного ведения с субъектами Федерации (ч. 2 ст. 77).
Централизация проявляется также в полномочиях
федерального Центра вмешиваться в чрезвычайных
ситуациях в дела субъектов, а также в учреждении
федеральных округов и назначении Президентом РФ
полномочных представителей в этих округах.
Как известно, федерация многолика. Существуют
две концепции теоретического обоснования федерализма как формы организации управления страной: дуалистический и кооперативный федерализм.
Концепция дуалистического федерализма базируется
на принципе жесткого разграничения предметов
ведения между федерацией и ее субъектами. Каждый
из них имеет строго фиксированную компетенцию и
не вмешивается в дела другого, т. е. самостоятельно
реализует свой статус. Кооперативный федерализм
основан на принципе взаимного дополнения и взаимовыгодного сотрудничества федерации и субъектов,
солидарной ответственности в сфере совместного
ведения. Кооперативный федерализм более предпочтителен в современных условиях, так как позволяет
снимать политические конфликты.
Кроме того, различают национальную и территориальную федерации.
Федерации, основанные на национальном признаке, считаются непрочными. Об этом свидетельствует
опыт СССР, Чехословакии, Югославии. Преувеличение
роли национального фактора в построении федерации способно не сплотить, а, напротив, разделить
население, подорвать государственную общность. Не
случайно в африканской Нигерии при создании федерации штаты были образованы с таким расчетом,
чтобы растворить племена по 30 штатам и чтобы ни в
одном из них не доминировало ни одно племя.
Территориальный подход способствует укреплению государственности, стимулирует процессы
интеграции. Это доказано, в частности, на опыте США,
где были отвергнуты идеи создания негритянской автономии на юге США (так называемый Черный пояс).
Территориальный фактор позволяет учесть многие
условия, в том числе экономические, исторические,
географические и др. В некоторых случаях территориальный подход должен быть дополнен национальнокультурной автономией, т. е. правом национальных
меньшинств на пользование родным языком, обучение на этом языке, развитие своих национальных
обычаев, традиций, культурных учреждений и т. д.
>>>>>>
9
«ПОМИЛОВАТЬ
НЕЛЬЗЯ
КАЗНИТЬ»
Самое слабое звено украинской
государственности – образование. Не
экономика или правовая система, не
обороноспособность или энергоресурсы, а именно образование. Но не
система образования, хотя она, конечно, нуждается в коренной перестройке, а вся сфера образования,
образовательная политика государства, понимание важности прорыва
именно на образовательном поле.
Традиционно образование мыслилось
и осуществлялось как работа по обучению детей, профессиональной подготовке и периодическому повышению квалификации работающих. Так
было вчера, во вчерашней стабильной жизни. С конца двадцатого века
жизнь начинает резко ускоряться, она
становится нестабильной, быстроменяющейся, многовекторной. Она становится принципиально иной. А иная
жизнь строится на ином фундаменте.
И прежде всего – на иных образовательных принципах.
Беда Украины (как и многих других современных государств), что её
кормчие проигнорировали эти изменения и стали строить (будем считать,
что стали) Украину на устаревших гуманитарных и мировоззренческих
сваях… В итоге – катастрофически
низкий уровень профессиональной
подготовки практически во всех сферах экономики, эклектическое некачественное среднее образование,
сворачивание научных исследований,
общее падение культуры в обществе.
В украинском социуме царят иллюзорно-патриотические
настроения,
непонимание логики и тенденций
мировых общественно-политических
процессов, примитивные представления об устройстве государства и роли
граждан в общественной жизни. Мы
даже не знаем содержания главного
регулятора нашей жизни – Конститу-
ции. Мы нарушили её главную статью,
пятую, гласящую, что высшая власть в
стране принадлежит народу. Мы добровольно и давно отдали эту власть
только политикам и олигархам. Мы не
научились управлять своей страной.
Запоздалые майдановские попытки
оказались пародией на народовластие. Мы оказались необразованной
страной. И теперь нас можно брать
голыми руками. Хоть внешним врагам, хоть внутренним. Я обостряю ситуацию, чтобы достучаться до современников. Хотя, что уж тут обострять…
Война закончится. Она не нужна
никому: ни Украине, ни России, ни
Европе. Это дурная война, ибо в ней
гибнет наше самое ценное – украинские люди. У гражданских войн не
бывает победителей – все будут проигравшими. Но жизнь рано или поздно возьмёт своё. И тогда дети пойдут
в школы. А взрослые откроют книги.
И если этой стране дано возродиться, то это будет образованная страна.
Потому чтобы выжить, надо правильно поставить запятую в предложении
«Казнить нельзя помиловать». А такое
дано только грамотным людям.
Одна из проблем, над которой я и
мои коллеги по Украинскому педагогическому клубу работаем, – это
принципы построения новой, иной,
системы образования. Общественное движение «Украинский выбор»
оказалось той площадкой, где наши
поиски были поддержаны. Два года
развивается здесь наш проект «Образование страны», в рамках которого
разработана идеология современного
образования. Десятки экспертов из
Украины, России, европейских стран
принимали участие в этом поиске.
Мы знаем, какой должна быть образованная страна. Вопрос в том, хочет ли этого страна?
>>>>>>>
10
СЕРГЕЙ ВЕТРОВ
О НАДЕЖДЕ НА ЗАКОН
ОБ ОБРАЗОВАНИИ
ПРИ ОТСУТСТВИ
ГОСУДАРСТВЕННОЙ
ЛОГИКИ
Верховная Рада Украины приняла
давно ожидаемый закон «О высшем
образовании». Считаю, что нужно
внимательно отнестись к этому событию, которое даже на фоне гражданской войны является значимым.
Говорю так, потому что знаю историю
и предысторию вопроса, знаю позицию одного из активных сторонников
принятия этого закона председателя
Комитета по вопросам науки и образования Верховной Рады Лилии
Гриневич, вижу большой потенциал
данного документа для обновления
страны. В том числе для реализации
принципа народовластия.
Вначале о сути закона и его некоторых основных нововведениях.
1. На Украине будет создан отдельный коллегиальный орган – Национальное агентство по обеспечению
качества высшего образования. «Нацагентство будет проводить лицензионную экспертизу, но не будет иметь
права выдавать лицензию как документ от имени государства, поскольку
это может делать только центральный
орган власти, которым является Минобразования. Мы должны отойти от
дискредитированной схемы, когда все
решения принимают не авторитетные
представители профессиональных сообществ, а чиновники министерства.
В результате моральной нечистоплотности отдельных должностных лиц
развилась коррупция в системе лицензирования и аккредитации, присуждении научных степеней и ученых
званий. Важная задача этого закона
– сломать эту систему. В нашей схеме
чиновники будут вынуждены брать
на себя ответственность за решение.
Нацагентство будет обосновывать и
формулировать эти решения. Туда делегируют представителей академических сообществ, студенчества и работодателей». (Здесь и далее цитаты из
выступлений Лилии Гриневич).
2. Существенно будут усилены антиплагиатные нормы и ответственность
за них. «Нацагентство будет аккредитовать каждый специализированный
ученый совет. То есть он должен дока-
зать, что способен объективно присуждать степень. Во-вторых, любое
увеличение возможностей влечет за
собой увеличение ответственности.
Мы предусмотрели увеличение ответственности каждого члена диссертационного совета за решение,
которое он принял. Например, если
в работе, на основе которой присуждена степень, обнаружен плагиат, то
тогда глава этого диссертационного
совета, а также те члены, которые
дали положительное заключение
по этой работе, будут лишены права в течение двух лет участвовать в
работе специализированных ученых
советов. Их фамилии обнародуются,
и это будет серьезным пресечением.
Мы впервые вводим понятие академического плагиата. Должно быть
соответствующее «антиплагиатное»
программное обеспечение».
3. Принят новый механизм выборов ректоров высших учебных
заведений: состав выборной конференции – все преподаватели (85%)
и студенты (не более 15%, эта квота
увеличена по сравнению с нынешней). Запланировано, что выборы будут проходить в один тур по системе
«переходного голоса». Интересующиеся смогут познакомиться с такой
системой в Интернете. Отметим, что
по системе «переходного голоса»
проходят выборы в Ирландии и Великобритании.
4. Для ректоров, деканов и заведующих кафедрами прописано ограничение пребывания в должности – не
более двух сроков. Эта демократическая норма – палка о двух концах. А
если талантливый руководитель полезен организации на более длительный срок? А если руководитель начинает работать «против коллектива»
уже в первый год своего правления?
Может быть лучше иметь работающую модель отзыва не оправдавшего
надежды?
5. Все высшие учебные заведения получат право окончательного
присуждения ученых степеней (а не
дожидаться утверждения в, прямо
скажем, коррупционной Высшей аттестационной комиссии; в Нацагентстве
остается вопрос аккредитации спецсоветов и рассмотрение апелляций на
их решение).
6. Государственные вузы смогут
размещать собственные поступления
от своей образовательной, научной
и учебно-производственной деятельности на счетах учреждений государственных банков, что делает их автономными.
7. Уменьшено количество часов
учебной нагрузки преподавателей на
одну ставку с 900 часов до 600 часов.
Уменьшена нагрузка на студентов –
количество часов в одном кредите изменено с 36 до 30. При этом остаётся
открытым вопрос о размерах самой
ставки преподавателей. При нынешних зарплатах ассистенты и доценты
всё равно будут подрабатывать на
жизнь на двух, а то и трёх работах. И
что тогда говорить о качестве образования?
8. В течение определенного в законопроекте переходного периода из
системы высшего образования будет
изъят уровень младшего специалиста
и введена степень младшего бакалавра как сокращенный цикл подготовки
бакалавров. «Сейчас на рынке труда
не хватает начального звена менеджеров в различных сферах. Часто
младший специалист не остается на
рынке труда, а сразу идет учиться на
бакалавра. Поскольку мы делаем закон и хотим быть узнаваемыми для
мира, то должны признать, что младший специалист на самом деле не является высшим образованием. Мы его
относим к сфере профессионального
образования. Вместо этого вводится
младший бакалавр как короткий цикл
высшего образования. Многие заведения I–II уровня аккредитации нарастили преподавательский потенциал,
который позволяет готовить специалистов такого уровня. Т. е. заведения,
которые хотят остаться в системе высшего образования, смогут это сделать,
если аккредитуют соответствующие
программы. По нашим подсчетам,
ориентировочно 200 высших учебных
заведений I–II уровня аккредитации
могут оказаться в системе профессионального образования. Представьте
себе, насколько увеличивается потенциал системы профессионального образования!»
9. Законом также отменяется степень кандидата наук, зато вводятся
такие степени высшего образования:
младший бакалавр, бакалавр, магистр,
доктор философии, доктор наук. При
этом степень доктора философии
присуждается специализированной
высшим советом учебного заведения
или научного учреждения в случае
успешного выполнения соответствующей научной программы и публичной
защиты диссертации. Также для получения степени доктора наук необходимо защитить диссертацию.
10. «Языковой вопрос встал сейчас
особенно остро. Будут ли учебные
заведения иметь возможность преподавать не на государственном языке? Во-первых, – продолжает Лилия
Гриневич, – мы принимаем принцип,
что основным языком преподавания является государственный язык.
Человек, который получает высшее
образование, должен им владеть. Вовторых, мы должны учесть региональ-
ные особенности Украины. В законе
предусмотрен пункт, что вуз может
осуществлять преподавание отдельных предметов на русском и других
языках. В-третьих, мы предполагаем
возможность преподавания для обеспечения академической мобильности, для обеспечения приглашения
преподавателей из других стран для
преподавания на других европейских
языках, включая английский язык. Английский у нас выделен как отдельный
язык, и это моя поправка. Таким путем
пошла Грузия. Когда преподавание
ведется и на государственном, и на
английском, то это повышает качество
высшего образования, ценность и
конкурентоспособность таких специалистов на международном рынке труда. Рано или поздно Украине придется
интегрироваться в этот рынок труда».
В этом пункте в целом прогрессивный
закон резко ухудшает перспективы
развития сферы высшего образования, ориентируя студентов, прежде
всего, на западные стандарты, отсекая
огромный пласт российской науки и
культуры. Культуры в первую очередь!
А именно нравственность и духовность нашей молодёжи в мире искажённых ценностей вызывает огромное опасение. Без всего лучшего, что
дала миру родственная нам русская
культура и наука, полноценного специалиста и человека вряд ли удастся
вырастить. Закон, который ограничивает свободу выбора источников информации, не давая развития одному
из главных языков мира, русскому,
основы которого (в отличие от неродного нам английского) знают все украинцы, не делает закон полноценно
современным. Но мир становится всё
более открытым – и в этом надежда.
11. По-прежнему остаётся установка на развитие системы независимого внешнего оценивания, у истоков
которой в нашей стране как раз стояла Лилия Гриневич. Предполагается
внедрение её и в сферу высшего образования. Когда лет десять тому назад мы с Лилией Михайловной, тогда
директором Центра тестовых технологий Международного фонда «Возрождение», часто обсуждали вопросы
внешнего оценивания, она подчёркивала, что тесты, которые сейчас проходят выпускники школ, не решают
полностью задачу объективного оценивания уровня абитуриентов. Они
должны развиваться в сторону учёта
индивидуальных творческих способностей детей, в них больше должно
быть «открытых» вопросов, где может
проявиться особенность подростка.
Прошло более десяти лет, а система
тестирования продолжает развиваться в основном в формальную сторону,
породив, по словам той же Гриневич,
«целую индустрию репетиторства». С
одной стороны, вроде бы решена проблема коррупции при поступлении в
вузы, с другой – деньги родителей потекли в другую сторону… Но это даже
не главная беда. Система ориентирует школьников на заучивание фактов
(порой не очень важных для развития
ребёнка – почитайте вопросы, ответы
на которые должны знать выпускники школ!), а учителей и репетиторов – на натаскивание. И надежд
на коренное изменение этого процесса, даже в рамках закона, учитывая общую тенденцию с образованием, мало.
Пока не беру на себя ответственность за глубокую оценку нового
закона – это нам ещё предстоит
сделать. Однако, подчёркивая несомненную его прогрессивность,
предоставление
академической
свободы преподавателям и университетам (пусть пока лишь на
бумаге – жизнь покажет, насколько это удастся сделать в реальной
жизни), конкретные механизмы
повышения качества образовательной и научной деятельности,
внедрение более прозрачных механизмов управления учебными
заведениями, мы должны понимать, что сфера образования жёстко встроена в тело общества и каркас государства. И от того, будет ли
у общества и государства запрос на
качественное и современное образование, будет зависеть эффективность применения законодательных норм. Пока такой запрос
не сформирован, и в приоритетных
задачах Украины тема образования
звучит слабо. Новый закон, несомненно, должен ускорить решение
этой задачи. Если он заработает.
При этом коренных изменений
требуют остальные части образовательной сферы – средняя школа,
дошкольной воспитание, образование взрослых.
Приведу ещё одну цитату из выступления председателя Комитета
Верховной Рады: «Государственные
средства, выделенные на обучение, пойдут тому заведению, куда
поступил выпускник. В том числе
и частному высшему учебному заведению. Основной идеей системы грантов является конкуренция
между университетами за абитуриентов. А конкурировать учебные заведения должны высоким
качеством образования. Новизна
закона в том, что учебное заведение может осуществлять подготовку специалистов по специальности
без государственной аккредитации
и выдавать собственный диплом,
который заносится в Единую базу.
Однако государство не гарантирует качества образования по этому
документу. У нас сегодня вроде
все учебные заведения аккредитованы, и они выдают дипломы
гособразца». Хочется верить, что
таким образом будет приостановлен процесс уничтожения частного
образования в стране, который мы
видим на протяжении последних
пятнадцати лет, а конкуренция потянет образовательный воз из трясины.
Эта идея – уравнивания не только на бумаге, но и в реальной
жизни всех учебных заведений, и
государственных и частных, прошедших процедуру государственной аккредитации – обсуждалась
на самой заре становления системы образования Украины. В 1992
году я как ректор негосударственного Донецкого открытого университета работал в группе по разработке положений и документов по
формированию системы высшего
образования Украины. Возглавлял
группу заместитель министра образования Украины по вопросам
науки и высшей школы Валерий Петрович Гондюл. Гондюл настаивал на
распределении государственного финансирования не по принципу формы
собственности, а по результатам и качеству подготовки специалистов. Мы
обсуждали также идею оплаты труда
преподавателя не от того, на каком
месте он работает, а в зависимости
от его профессионального уровня.
В этом смысле доктор наук, который
работает в системе дошкольного образования, должен получать такую
же зарплату, как и вузовский доктор.
Дошкольный период является важнейшим в формировании личности
и раскрытии задатков ребёнка, что
давно уже поняли в той же Финляндии и всячески стимулируют интерес
специалистов высшей квалификации
к этой сфере. У нас же дошкольная система является бедной родственницей
у опять же бедного общего образования, то есть не престижной в квадрате. И где финское образование, и где
украинское?
Двадцать три года педагоги и учёные страны пытаются достучаться до
государства и общества, обращая внимание на запредельно бюрократическую систему управления в образовании, крайне низкое финансирование
гуманитарной сферы и безразличие
государства к низкому социальному
статусу людей, которые должны (не
только по личному принципу служения ребёнку, но и по требованию
государства) это самое государство
удерживать в бурном потоке мировых
проблем, готовя для страны людей
нравственных и обученных.
Новый закон о высшем образовании выглядит более демократичным
по сравнению с предыдущими. Станет
ли это дополнительным импульсом к
развитию общественных институтов
в стране, подвигнет ли он к намеченному в стратегических документах
Украины переходу от государственной
к общественно-государственной (в
документах – «государственно-общественной») системе управления образованием, и далее – к реализации
конституционного принципа народовластия, покажет время.
В некоторых продвинутых начальных школах, не говоря уже о вузах,
изучают законы логики. Согласно логическим законам, чтобы получить
целое, надо складывать, а не вычитать. Чтобы сохранить целостность
страны, надо искать компромиссы и
договариваться, а не бомбить школы
и университеты. Жизнь показывает,
что у наших власть предержащих с
логикой очень плохо. Или это не их
логика. Но вряд ли здесь виновата система образования…
5 (8), август 2014
11
>>>>>>
ЦЕНТРАЛИЗОВАННАЯ СТРУКТУРА К ИЗМЕНЕНИЯМ СЛЕПА
…Развитие невозможно в замкнутой, закрытой, изолированной от
внешнего мира системе, а в современном образовании – тем более. Я
думаю, что образовательная политика
– это всегда напряженное изменение
норм и правил жизни школы (в широком смысле) на фоне общественных
реформ. Можно закрыть глаза и уши,
запретить внутри страны интернет
или мобильную связь, но от этого мир
меняться не перестанет. Мы просто на
какое-то время перестанем об этом
узнавать, хотя со временем знания все
равно просочатся.
Перемены неизбежны. Но мало
этого. В последние 50 лет время радикальных изменений в технологиях,
экономике, политике, этике уже меньше образовательного цикла.
Если раньше средства связи, способы передвижения, распространения
информации, изготовления товаров
менялись в течение жизни не одного
поколения, то теперь все это и многое
другое происходит за время учебы
ребенка в школе не один раз.
Даже не буду приводить примеры,
настолько это очевидно.
Но тут возникает драматическая
проблема для школы, для всей системы образования.
Если не замечать происходящие перемены, то легко теряется сам статус
«института образования». То есть дети
по-прежнему ходят в школы и университеты, но поскольку эти школы
и университеты никакой связи с реально меняющимся миром не имеют,
то дети постигают жизненно важные
вещи в других местах. И от других людей, а не от тех, кому граждане через
неповоротливое государство платят
зарплату.
Теряется мотивация, учителя и преподаватели сильно деградируют, по
существу становятся маргиналами,
отбирая время у детей и деньги у ро-
дителей и не давая взамен жизненно
важных способностей или навыков.
Для тех граждан, которые представляют власть и само государство,
это обстоятельство, конечно, обидное: что ж это творится? Они, понимаешь, ночей не спят, о народе думают,
а граждане видят, что дети к жизни
совсем не подготовлены.
Альтернативная образовательная
политика состоит в том, чтобы тщательно, скрупулезно, очень-очень
внимательно изучать и анализировать перемены, в том числе и у себя
дома. Это первое условие, но не самое трудное.
А вот дальше – почти невозможное. Менять правила и нормы в системе одновременно и взвешенно (т.е.
подробно обсудив и с гражданами, и
с исполнителями) и стремительно (т.е.
пока не наступил новый цикл перемен).
Есть одна категория людей (мне известная, по крайней мере), которая
уже давно доказала, что такое возможно – это дизайнеры и их последователи-модницы. И за изменениями
следят, и правила меняют, и в жизнь
воплощают.
Но если вернуться к образованию,
то здесь есть одно существенное затруднение или условие – как хотите
назовите.
Я уже лет тридцать участвую и изучаю инновации, и за все это время
укрепился в убеждении, что жестко
централизованная структура к изменениям слепа и глуха. И наоборот –
если кто-то хочет сохранить жесткую
централизацию, то он будет минимизировать проникновение инноваций
и вообще изменений.
Потому что перемены проникают в
сознание людей не централизованно,
особенно сегодня. Практически каждый учитель или директор в состоянии узнать, что нового происходит в
ИЗ ПИСЬМА В РЕДАКЦИЮ
Читаю вашу газету. К моему большому сожалению, мне практически
нечего добавить... Всё было сказано, а
Вами еще раньше изложено. Так что
под каждым словом готова подписаться. Вот на чем бы хотелось сделать
акцент, так на налоговых льготах, как
и было Вами справедливо подмечено. Это сразу бы привлекло и помощь
предприятий (ведь уже давно исчезли
«шефские» отношения), и многих состоятельных родителей. Многие готовы помочь, и не клянчили бы мы
у государства... И снова напомню ту
мысль, что высказывала еще два года
назад: у нас нет СИСТЕМЫ образования. Как там у классика? «Плывет
армада, волны рассекая... Туман рассеялся… Куда ж теперь нам плыть?»
У нас нет национальной идеи, то есть
мы не знаем, ЧТО должны вырастить
и воспитать в конечном итоге, как же
знать педагогам КАК учить и воспитывать? Нет стратегии, откуда же взяться
тактике...
И еще одна старая мысль, но хочется достучаться: управление должно быть профессиональным. То есть
у управленца в сфере образования
должен быть соответствующий диплом. Управление по наитию, конечно, хорошо, но процент гениев ре-
12
кордно низок. Если учителя в школе
после ВУЗа учат элементарным вещам
(как правильно заполнять журнал), то
управленческий аппарат-это, в лучшем случае, работа в резерве или месячные курсы. ФЗУ какое-то, ей Богу...
И еще одна крамольная мысль: мы
равняемся на Болонскую систему (которую сами европейцы, к слову, осуждают). Получается классическое «Мы
все учились понемногу...». Смотрим
на Запад. А ведь есть замечательный
пример – Молодые Тигры Востока. Я,
конечно, молчу о Южной Корее, где
на сферу образования тратится умопомрачительный процент бюджета.
Но почему ж не вспомнить любимого и затасканного классика? «Чужому
навчайтесь, свого не цурайтесь». А мы
от своего замечательного отреклись,
а чужому научаться не хотим. Мы готовим ребенка к жизни и упорно отказываем ему в праве жить сейчас и
здесь, а не когда-то и где-то. Получается, школа дает не то, что от нее ожидает социум. Медвежья услуга какаято получается...
Это не моё, но сегодня набрела на
эти мысли в «Учительской газете».
Недавно одна заслуженная учительница сказала: «Я с грустью вспоминаю
то время, когда пели “Интернацио-
стране и мире, и изменить свою деятельность по своему усмотрению.
Вот! Вот здесь собака и зарыта.
Узнать-то он в состоянии, а вот изменить – нужно разрешение.
Потому что образование управляется по принципу силовой структуры.
Т.е. основным механизмом управления образованием является контроль.
Жесткий централизованный контроль.
Способ управления – проверка.
Как бы она ни называлась, хоть мониторинг.
…Может ли развиваться огромная
система, в которой мелочно регламентируется, проверяется и требует
отчета каждый шаг?
Это видно на примере возни с
учебниками. Очевидно, что бумажный учебник перестал быть основным
источником знаний для школьника.
Но институционально, в законе и всех
нормативных актах затвержена норма закупок бумажных учебников. И
теперь даже перейти на другой, сетевой, облачный или иной формат – невыгодно!
И от этого уже страдают сами издатели – им невыгодно финансировать
такие инновационные разработки.
Этот фарс и цирк возможен только
потому, что управление образованием централизованно.
Можно себе представить, чтобы зимой и летом вся страна носила шубы и
валенки, или, наоборот, летом и зимой
все граждане ходили исключительно
в плавках, а дамы – «топлесс»? Возможно, если формой одежды управляет не сам гражданин в соответствии
со своим вкусом и потребностями, а
изолированное от погодных условий
ведомство, для которого отчетность
важнее здравого смысла…
(цитата из статьи «Школа без
границ» газеты «Вести образования»)
нал”, хотя всегда терпеть не могла все
эти собрания. Но тогда я себя чувствовала УЧИТЕЛЕМ, нужной ученикам,
родителям, обществу. А сейчас я превратилась в “гончую”. Не успеваю заполнять отчеты, многочисленные бумаги, составлять программы. С меня
и моих учеников требуют участия во
всевозможных, нужных и ненужных,
платных и бесплатных, конкурсах. Домой приползаю уставшая, нет ни сил,
ни времени на семью и подготовку к
следующему рабочему дню».
Сегодня учитель в школе чувствует
себя бесправным: с одной стороны,
все туже натягивает вожжи начальство, процентомания, бесконечные
проверки и контроль, с другой стороны, дети, севшие учителю на шею. Дошло до того, что нельзя поставить заслуженную двойку, нельзя остановить
зарвавшегося хулигана и удалить его
с урока вдруг процент качества упадет? Как дальше работать, как учить
детей?!
У нас складывается впечатление,
что реформы проводят люди, очень
далеко стоящие от школы. А хотелось
бы, чтобы преобразования проводились не во вред, а на пользу школе,
учителям и детям…
Светлана Бабенко, директор
Александр Адамский
ПРОПОЗИЦІЇ ЕКСПЕРТНЫХ
ГРУП КОАЛІЦІЇ НЕУРЯДОВИХ
ОРГАНІЗАЦІЙ
«ЗА ОСВІТНЮ РЕФОРМУ»
В подготовке этих предложений принимали участие, в том числе, члены Украинского
педагогического клуба
ЗВЕРНЕННЯ ДО ОСВІТЯН УКРАЇНИ
Експертна група Коаліції неурядових організацій «За
освітню реформу» звертається до учасників серпневої
Колегії Міністерства освіти і науки України, регіональних
педагогічних конференцій і всіх небайдужих освітян з
пропозицією долучитися до загальнонаціональної
дискусії з питань реформування української освіти та
створення «Дорожньої карти освітніх реформ» як результату суспільного діалогу.
Ухвалення нового Закону України
«Про вищу освіту» та активна робота
над проектом нового базового закону про освіту засвідчує усвідомлення
владою та громадськістю необхідності
негайних, швидких і рішучих дій з реформування освітнього сектору.
Основні проблеми української
освіти загальновідомі:
критичне зниження рівня знань
учнів,
невдоволеність
громадян і роботодавців якістю освіти,
злиденність
вчителя
і
школи,
деградація
матеріально-технічної
бази та старіння вчителів, побори і корупція, бюрократизм, авторитаризм і неефективність системи
управління, що спричиняє наростаючу кризу довіри в трикутнику «держава – суспільство (батьки) – школа».
Українська освіта потребує НЕГАЙНИХ змін. Міністерство освіти
і науки України зобов’язане розпочати та ініціювати рішучі дії у
таких сферах:
Управління та фінансування
Активізувати роботу щодо прийняття нового базового закону про освіту.
Забезпечити відповідність освітнього
законодавства
та
управлінської
діяльності нормам Конституції та
законів України. Зокрема:
-
Заборонити
оперативне
управління ЗНЗ органами влади через
нормативно-правові та відомчі акти
поза правовими рамками, визначеними законами України та регулювання
діяльності освітніх закладів листами,
розпорядженнями,
методичними
рекомендаціями, телефонограмами
тощо
-
Скоротити планові та заборонити позапланові перевірки ЗНЗ державними органами, чітко регламентувати підстави та процедури таких
перевірок, скоротити обсяги звітної та
облікової документації ЗНЗ
-
Привести
діяльність
Державної
інспекції
навчальних
закладів у відповідність до Конституції
та законів України. Регламентувати
права та повноваження ДІНЗ у новому законі про освіту
-
Поетапно ліквідувати районні
управління освіти (починаючи з районних управлінь міст) як надлишкову
ланку управління, перетворити їх в
сервісні центри освіти.
-
Запровадити
інституційнофінансову автономію ЗНЗ та нормативно забезпечити посилення участі
громад і батьків в управлінні школою
-
Забезпечити
умови
для
реалізації ЗНЗ статусу окремої
юридичної особи, відкриття казначейських рахунків, права відкривати
власні рахунки в комерційних банках
для управління шкільними фондами
-
Запустити
Єдину
інформаційно-комп’ютерну систему
управління освітою
-
Запровадити
систему
професійного шкільного менеджменту, перехід до призначення директорів
ЗНЗ на конкурсній основі
-
Забезпечити рівні права та
умови діяльності ЗНЗ різних типів і
форм власності, рівні права суб’єктів
навчально-виховного процесу незалежно від форм і місця здобуття
загальної середньої освіти
-
Розробити і запровадити нову
систему фінансування освіти за принципом «гроші йдуть за учнем» незалежно від форми здобуття загальної
середньої освіти, типу навчального
закладу та форми його власності, стимулювати державно-приватне партнерство в освіті
Вчитель і його професійний розвиток
-
Змінити модель оплати праці
вчителів: відмова від погодинної і
перехід до оплати повного робочого
дня вчителя
-
Забезпечити виконання норм
закону щодо розміру середньої зарплати вчителя на рівні, не меншому від
середньої зарплати в промисловості,
або встановити величину середньої
річної заробітної плати вчителів в
обсязі річного ВВП на душу населення
-
Демонополізувати
систему
післядипломної педагогічної освіти,
стимулювати конкуренцію між надавачами послуг післядипломної
педагогічної освіти через ваучери, надання вчителям можливості вибору
форми і місця ППО
-
Реформа системи педагогічної
освіти: від запровадження ранньої
професійної орієнтації на етапі
профільної школи до масштабних змін
у програмах підготовки педагогічних
кадрів, оптимізація мережі закладів
вищої педагогічної освіти
Структура освіти
-
Перехід на 12-річну систему
середньої освіти з профільною старшою школою
-
Чітке
розмежування
ЗНЗ
кожного ступеня, запровадження
зовнішньої незалежної процедури
оцінювання рівня навчальних досягнень після кожного ступеня ЗСО
-
Прийняття
концепції
профільної освіти та програми переходу до неї після широкого експертного та громадського обговорення
-
Радикальне
реформування
професійно-технічної освіти, враховуючи концепцію профільної освіти,
повна переорієнтація ПТО на потреби
ринку праці, піднесення її соціального
статусу
Зміст та якість освіти
-
Запровадити
систему
постійного оновлення курикулуму
(змісту) середньої освіти.
-
Запровадити єдину систему освітньої статистики і параметрів
вимірювання якості освіти, відповідних
загальноприйнятим міжнародним показниками якості освіти.
-
Забезпечити на рівні закону
обов’язкову участь українських ЗНЗ
у міжнародних вимірюваннях якості
освіти (PISA, TIMMS, PIRLS)
-
Створити на базі кращих
ЗНЗ ресурсні центри для поширення
інноваційниx педагогічних ідей і практик
-
Інформатизувати всі процеси
в ЗСО – систему управління, розвиток
контенту, навчально-виховний процес, бібліотечне обслуговування учнів
тощо
Попередні спроби реформування
освітньої системи за окремими винятками (запровадження ЗНО) не спрацьовували, бо спрямовувалися на
«ремонт» окремих її ланок, або були
простою імітацією змін. Наше завдання - не «лікувати» наявну систему,
а запровадити програму системних
реформ, яка перетворить українську
освіту на одну з центральних ланок в
економіці знань. Фінансування освіти
має перейти з витратної моделі на
інвестиційну. Освіта має перетворитися на систему, складові якої здатні
на саморегуляцію відповідно до
викликів, що постійно змінюються.
Держава і суспільство
мають
переорієнтуватися на модель школи,
яка готує і виховує свідомих громадян,
здатних на самостійне опанування
новими знаннями і навичками впродовж життя, на критичне мислення і
самостійний вибір.
Коаліція
українських
неурядових організацій разом з українським
експертним
співтовариством
і
міжнародними
експертами
за
підтримки українських і міжнародних
донорів у лютому 2014 р. розпочала
розробку «Дорожньої карти освітніх
реформ», у якій передбачається
чітко окреслити мету і завдання реформи, засоби її досягнення і
реалізації завдань, показники успіху,
проаналізувати ризики і виклики, запропонувати варіанти відповідей на
них.
У
цьому
зверненні
викладено
лише
найзагальніші
та
найнагальніші напрямки дій і заходи,
які треба реалізувати якнайшвидше.
Усвідомлюємо, що запропоновані
вище тези не є вичерпним планом
дій і не пропонують універсальних
рецептів. Ми пропонуємо це як
підставу для загальноонаціональної
дискусії. У кожного з вас є можливість
стати співавтором освітніх реформ.
Запрошуємо висловити своє
ставлення, запропонувати власні
маршрути розвитку української
школи для «Дорожньої карти
освітніх реформ» на порталі громадських
експертів
«Освітня
політика»: www.education-ua.org.
5 (8), август 2014
13
Дмитрий Зыкин
МАНИПУЛЯЦИИ НЕЗАВИСИМЫМ
ЧЕЛОВЕКОМ
Манипуляцию сознанием часто называют программированием разума.
Нередко в ход идут и более резкие
слова, такие как «оболванивание»,
«дебилизация» и тому подобное. А
что же на самом деле представляет
собой манипуляция? На этот вопрос
не так то просто дать краткий, ясный
и вместе с тем исчерпывающий ответ.
Проиллюстрировать манипуляцию на
конкретных примерах несложно, гораздо труднее построить четкое определение. Где заканчивается убеждение и начинается манипуляция? И
возможна ли манипуляция во благо?
Для ответа на эти вопросы, все-таки
придется начать именно с примера.
Вот родители желают приучить своего ребенка мыть руки перед едой.
Как донести до детей информацию о
том, что несоблюдение правил гигиены может быть опасно для здоровья?
Ребенок еще слишком мал, чтобы понимать, что такое микробы и чем могут навредить. В этом случае взрослые
нередко говорят, что мол, к грязнулям
приходит Баба Яга, (Кощей Бессмертный) и уволакивает в далекие края, а
потому надо «всем хорошим мальчикам и девочкам держать руки в чистоте».
Несомненно, здесь имеет место
манипуляция сознанием. Причем во
благо. Ребенок делает выбор без понимания, испугавшись несуществующих персонажей. И это отличительный признак промывки мозгов.
Родители к тому же пошли на прямую
ложь, но это второстепенный момент.
Манипуляция не сводится ко лжи, хотя
в манипулятивных техниках ложь присутствует всегда в той или иной форме. Действие без понимания - вот
ключевой момент, с которого начинается любая манипуляция. Убеждение,
напротив, основано на предоставлении человеку полной и достоверной
информации. Личность, в этом случае,
делает свой выбор предельно осознанно, прекрасно понимая, о чем
идет речь.
Отметим, что манипулятор, вкладывает в чужие головы то, чему сам
заведомо не верит. Не верили ведь
родители в Бабу Ягу, ворующую грязнуль.
Старый принцип: «выигрывает не
тот, кто хорошо играет, а тот, кто устанавливает правила», предстает здесь
во всей красе. А ведь все начиналось
именно с непонимания и незнания.
Думаю, приведенных примеров достаточно, чтобы дать, наконец, строгое определение.
Итак, манипуляция сознанием процесс внушения заведомо ложной
информации,
предопределяющей
дальнейшие поступки человека.
А как быть в том случае, если некто подвергнувшийся «программированию мозга», поверил в истинность
ложной информации, внушенной ему
манипулятором, и дальше начал сам
распространять внушенные идеи?
Можно ли назвать его манипулятором? На этом моменте необходимо
остановиться подробнее.
Выше говорилось, что манипулятор
знает о том, что информация, которая идет от него, ложна. А повторяет
чужую ложь от чистого сердца. Он, в
данном случае, не генератор идей, а
ретранслятор и марионетка. Назовем
это явление вторичной манипуляцией.
Все мы, еще со школьной скамьи
знаем, что значительное число живых
организмов прекрасно обходятся без
развитого головного мозга. Они питаются, размножаются, уклоняются от
врагов, совершают сложнейшие действия и для этого им разум не обязателен. Посмотрите на муравьев. Сколь
высока их социальная организация!
Они ведут войны, заботятся о потомстве, в муравейнике царит строгий
порядок, даже существует разделение
труда. И все это в отсутствии интеллекта.
Посмотрите теперь на человеческое общество. Не случайно известный социолог Александр Зиновьев называл такое общество человейником.
Задачи, которые решает большинство
людей, принципиально не отличаются
от задач, которые стоят перед муравьями. Утром мы просыпаемся и уже
заранее знаем, что пойдем на работу,
знаем, сколько времени на ней пробудем, знаем, что потом отправимся
в продуктовый магазин, и купим там,
скорее всего именно то, что покупали
вчера. Наше поведение стандартно, а
потому предсказуемо и легко управляемо. Чем меньше мы думаем, чем
больше живем по заведенному шаблону, тем более мы уязвимы. Знайте,
стандартные модели поведения хорошо изучены теми, кто занимается программированием разума.
Безусловно, после выполнения
ежедневной рутины, все равно у нас
остается довольно много времени,
которое мы можем потратить по сво-
ему усмотрению. А манипулятор ставит цель сделать так, чтобы и в свободное время мы жили по шаблонам.
Мечта манипулятора - человек, не
анализирующий информацию, которая ему предлагается, и действующий
в соответствии с готовыми штампами. Сократить до минимума процесс
обдумывания, сделать так, чтобы мы
принимали решения, по сути, рефлекторно - вот главная проблема для
манипуляторов. И, к сожалению, они
значительно продвинулись в ее решении.
История ребенка по имени Альберт
вошла в учебники психологии. Над
маленьким мальчиком, которому не
было еще и года, провели следующий
эксперимент. Ему показывали прирученную белую крысу, и одновременно за его спиной раздавался громкий
удар в гонг. После нескольких повторений, ребенок начинал плакать, когда ему только показывали животное.
Спустя пять дней экспериментаторыизуверы (Уотсон и Рейнер) показали
Альберту предметы, напоминающие
крысу, и оказалось, что страх ребенка
распространился и на них. Дошло до
того, что малыш стал бояться пальто
из котикового меха, хотя изначально
ручная крыса не вызывала у него никаких отрицательных эмоций.
На эту тему есть прекрасный роман-антиутопия Хаксли «О дивный
новый мир». Автор описывает жизнь
общества разделенного на касты: альфы, беты, гаммы, дельты и эпсилоны.
Детей будущего выращивают в «пробирках-бутылях», и уже с первых секунд зародыши разных каст получают
различный уход и питание. Представителей каст бьют током, искусственно формируя условные рефлексы,
таким образом, чтобы максимально
приспособить их к выполнению разных социальных ролей.
Конечно, книга Хаксли - это сатира,
гротеск, но оглядитесь по сторонам,
а так ли уж наша современная жизнь
отличается от фантастического романа? Как нас воспитывают с раннего
детства? Как и чему нас учат в школе?
Что считается у нас моральным, а что
подвергается осмеянию и порицанию? И кто все это определяет? Чтобы
привить ребенку отвращение к чему
бы то ни было, его необязательно бить
током. У современных манипуляторов
есть более гуманные средства. Что-
бы заставить уже взрослых покупать
одежду определенного фасона достаточно объявить этот фасон модным.
Но кто это объявляет? Так называемые «элитные кутюрье» решают, что
будут носить женщины в новом сезоне. Что молодые ребята будут пить,
решает заказчик рекламы пива. Что
они будут петь, решает музыкальный
продюсер. А как проголосуют их папы
с мамами, определит политический
пиарщик. И так далее. Ну, разумеется, каждый будет свято уверен в том,
что принял решение самостоятельно,
без всякого принуждения. И рука потянулась к пиву вовсе не потому, что
тысячу раз с экрана телевизора сказали, что «это пиво для самых продвинутых».
И проголосовал за незнакомого
человека, даже не прочитав его программы, вовсе не потому, что хорошо
потрудилась высокооплачиваемая команда политических консультантов.
А вот ещё один эксперимент. Женщинам дали на пробу масло и маргарин. И попросили определить, где,
что. Так вот, почти все домашние хозяйки, прекрасно знавшие вкус как
масла, так и маргарина, допустили
ошибку. Весь фокус состоял в том,
что масло специально сделали белого цвета, а маргарин желтого. То есть
люди пошли на поводу стереотипа:
желтым должно быть масло, а белым
- маргарин. И этот стереотип оказался сильнее органов осязания. Надо ли
говорить, что вскоре в продаже появился желтый маргарин, и его стали
раскупать значительно лучше маргарина традиционного белого цвета.
Эти и многие другие эксперименты
показали, что, исследуя мотивы человеческого поведения, не стоит слишком уж уповать на объективную реальность, которая якобы всегда имеет
первостепенное значение. Если решение принимает не разум, а подсознание, то и неудивительно, что человек
оказывается неспособным правильно
объяснить, чего же он хочет, и почему
он этого хочет. То есть человек далеко не так рационален и разумен, как
казалось.
Те, кто знает особенности человеческого подсознания, получает значительную власть. Манипуляторы правят
нашим миром уже сейчас. Людей лишили собственной воли. То, что пророчил Хаксли, сбылось при его жизни.
О каком тогда осознанном выборе во
время голосования, то есть при демократии, можно вести речь?
ДОСТОИНСТВО
УЧИТЕЛЯ И
УЧЕНИКА
Когда наша школа началась, все
гости говорили: «У вас, конечно, дети
свободные, но распущенные». Первая
реакция несвободного существа на
свободу не может быть другой (мы,
собственно, и видим это за окном).
Когда сняты внешне барьеры, человек
вырывается на свободу и крушит все,
не понимая, что теперь барьеры должен ставить себе он сам.
При настоящей свободе нельзя
обойтись без того, чтобы у человека
не сформировалось уважение к самому себе. Мы привыкли говорить: научись уважать других, а потом требуй
уважения к себе. Мне кажется, что
формула другая: уважай себя и через
это, понимая, что другой человек тоже
уважает себя, не унижай его. Вот это я
и вкладываю в понятие достоинства.
Достоинство – это уважение себя,
это неприятие всего, что унижает человека, в ком бы то ни было – в себе
или в других. Я долго не пользовался этим словом, а потом начал пронимать, что распущенный ребенок,
который пользуется свободой, как
раб, вырвавшийся из клетки, часто
не имеет представления о том, что у
него на самом деле может быть свое
достоинство. Он так много слышит о
достоинстве других (часто это просто
болтовня) и так мало – о том, что у
него самого оно может быть. Что оно
должно быть! Так часто его унижают, а
он не всегда подозревает об этом. Он
привык, что каждый взрослый может
сделать ему замечание только потому,
что он ребенок. И он не думает, а мы
не помогаем понять, что он изначально равен взрослому, что в него так же
вложили душу.
В школе его унижают тем, что сообщают родителям о его неуспехах, его
промахи обсуждают при всех, его постоянно сравнивают с другими. Но он
не думает, что это унижает его достоинство. Его учат, что так и положено
ученику. Постепенно растет убеждение, что при этих взрослых, при таких
порядках надо вести себя так, как они
хотят, и ждать, когда удастся вырваться
на свободу, когда никто не будет видеть и можно позволить себе все. Мы
понимаем, что каждый из наших ребят – отнюдь не потомок английского
лорда, который живет так же, как прожили его отец, дед и прадед, – в уважении к собственному достоинству,
когда в семейной картинной галерее
видишь своего прадеда, героя Ватерлоо. Наши ребята живут в то время,
когда произошел обрыв традиционно-семейных, родовых связей. Кто же
тогда поможет им сохранить и развить
свое достоинство? Наверное, школа.
Только школа!
Сразу вопрос: а кто будет воспитывать достоинство? Кто будет создавать в школе такой уклад, или такие
условия, когда можно воспитывать
человека с достоинством? При всем
моем уважении к коллегам-учителям
я понимаю, что и о своем достоинстве раздумывать им часто недосуг. У
каждого очень большой опыт унижения достоинства. Не раз приходилось
прятать свою совесть и достоинство
в карман. Теперь у нас этого в школе, пожалуй, нет – приучились. Но
несколько лет назад я наблюдал, как
родители входили в мой кабинет не
прямо, а сгибаясь.
Они заранее знают, что им откажут, что человек в кабинете почемуто выше их. Почему – они понятия не
имеют. Потому, наверное, что у него
должность, стол. И они входят, согнувшись, заранее свое достоинство
спрятав. И сегодня, входя в новые или
старые кабинеты с новыми начальниками, мы так же вынуждены прятать
свое достоинство. Мы не распрямили
еще плечи.
Кто же, какие учителя помогут ребенку развивать, сохранять свое достоинство? Поэтому стоит задача
понимать, развивать чувство собственного достоинства и в учителях.
Говорят: надо создать закон о достоинстве учителя, государство должно защищать достоинство учителя. Но
это, с моей точки зрения, нелепость.
Во-первых, непонятно, как государство защитит достоинство учителя,
никогда не слышал, чтобы государство защитило достоинство учителя,
или инженера, или врача, или писателя (мы пока видели обратное). Я не
убежден, что это можно сделать принуждением.
Запретить ученикам унижать наше
достоинство – вещь бессмысленная.
Признавать достоинство других людей вне зависимости от их статуса,
возраста, класса или успеваемости
модно, только имея внутреннее достоинство. Поэтому наш школьный
Закон о защите чести и достоинства
не разделяет достоинство учителя и
достоинство ученика. Подлость, хамство, воровство, оскорбление словом
одинаково неприемлемы как для учителя, так и для ученика.
И другие наши законы: закон о правах и обязанностях личности в школе,
и школьная Конституция, и любые,
даже самые частные – закон о борьбе
с вандализмом, например, – одинаково обязательны для учителей и учеников. Все то, что закон провозглашает в
отношении личности, он не разделяет
по сословиям.
Дело учителя – поддерживать достоинство ученика, дело ученика –
поддерживать достоинство учителя.
Не потому, что это учитель и ученик, а
потому, что мы люди. Тринадцать лет
назад я попросил ребят в одном классе написать, могут ли они вспомнить
случай, когда в школе унижали их достоинство. Наша школа более или менее благополучная, и я думал, что будут какие-то отписки – не о чем будет
писать. Оказалось, что и в этом классе,
и в других, где провели потом такой
опрос, было огромное количество
случаев унижения: «Старшеклассники
толкают меня в коридоре», «Почему
старшеклассники в буфете не занимают очередь, а лезут через голову?».
Тогда я прозвал старшеклассников, и
мы решили провести общее собрание. Попытались как-то классифицировать записочки ребят, неподписанные, конечно.
Мы вместе раскладывали их стопками в кабинете на ковре и вместе
удивлялись тому, что так чувствительны наши ребята (мы не знали этого), и
тому, что унижений так много. Когда
собралась вся школа, из разных концов зала стали читать эти записочки,
все были поражены. Возникла идея:
давайте придумаем закон, обязательный для всех, пусть в нашей школе достоинство защищается.
Было много разных вариантов на
сборе и в классах. Закон был принят,
он стал первым законом нашего сообщества. Он живет и сейчас. Есть Суд
Чести, а до этого был Совет Справедливых. Но это – лишь условия. Дух уважения к человеку, помощи друг другу
культивируется в нашей школе, хотя
не скажу, что он окончательно восторжествовал.
Меня не утешают восторги учеников и родителей, которые приходят к
нам из других школ и говорят: «У вас
другие ребята». Другие. Пусть часть
наших ребят не поступит в институты,
пусть мы недоучим чему-нибудь из
молекулярной генетики или у учеников будут ошибки в сочинениях (чего
очень не хочется), главное все же,
чтобы они могли протянуть руку другому. Чтобы они, сознавая свой интеллект свои возможности, могли понять
другого человека, даже и не с таким
высоким интеллектом, и не с такими
способностями. Чтобы у них никогда
не было высокомерия по отношению
друг к другу. Чтобы у ребят, слабых в
чем-то, не было чувства ущербности,
униженности перед теми, кто много
знает, кто не боится выйти на сцену
в школьном театре. Чтобы у них не
было злобы на ребят, которые в чемто успешнее. Это – в сто раз важнее.
Что работает на дух школы? Я могу
сказать коллеге: пусть ребята участвуют в создании правил школьной жизни – без этого духа школы не бывает.
Посоветую: делай так, чтобы предметы вертелись не вокруг основы науки,
а вокруг человека. Хочешь создать
дух школы – отмени контроль и руководство, замени его управлением
процессами, а не людьми.
Но есть нечто такое, что не позволяет перевести ответ на этот вопрос
в конкретные действия. Раз в год мы
проводим семинар для коллег-директоров «Управление инновационными процессами в школе». Пока
Александр Тубельский
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
14
5 (8), август 2014
15
Есть страна, в которую могут войти не все взрослые – страна Детства. Вход туда открыт
только тем, кто не забыл язык детства, кто обладает верящим терпением, кто относится к
детям как равным. Пусть маленьким, но равным. И тогда, общаясь с такими взрослыми,
с такими учителями, дети раскрываются и пишут вот такие искренние и честные слова
«У взрослых жизнь однообразна: проснулись, пошли на работу и работают, чтобы заработать
деньги, а деньги для еды, одежды, а еда, чтобы кушать и жить, и
все в жизни для чего-то нужно.
У детей не так, дети все делают
просто, чтобы быть радостными
и радоваться жизни, у них каждая минута не проходит даром,
и каждый день что-то новое.
У взрослых – 5 дней в неделю
одно и то же, а еще 2 – опять
одно и то же, они не замечают в
жизни радостных событий. Они
пессимисты, а мы оптимисты.
Каждая для нас штука чем-то
полезна и интересна, а если нет
ничего полезного, то у нас есть
отличная фантазия, например,
резинку использовать как пулялку, и многое другое. (Маша)
Вкус лета для меня – это прохладный ветерок, когда можно
сидеть на крыльце и есть мороженое. Погрузиться в мир звуков.
Слышу – лягушка квакает, листья
деревьев шуршат, и так медленно
погружаюсь в сон. Но сквозь
сон слышу вкус лета. Рабочие
переговариваются, оса жужжит,
проехал грузовик… (Тимур)
ЗАДАЧА ДНЯ –
ОБРАЗОВАНИЕ
СТРАНЫ
Над выпуском
работали:
Сергей Ветров, педагог, эксперт,
автор идеи, редактор газеты
Елена Маркосян, журналист,
публицист, эксперт
О.Г., дизайнер-верстальщик
Лето для меня – теплый песок,
ласкающий ноги, волны прохладной морской воды. Навязчивое жужжание насекомых.
Переплетающиеся ароматы
цветов, влажный запах дерева
утром. Веселый ветер приключений, ледяной бабушкин компот. Грозы новых ощущений и
дождь дружеских приветствий.
Но лето бывает и другое – обещанно-неисполненные поступки, дружеские измены и конец
«Вина из одуванчиков». (Саша)
Школа – это ужасное убежище
злых уроков и ужасных контрольных. Уроки длятся беско-
нечность, а перемены – 1 секунду. И эти пытки продолжаются
каждый день, кроме выходных,
а в следующем году мы будем
учиться еще и в субботу! А контрольные, они еще хуже, каждую неделю нас, учеников, ими
пугают. Надо писать примеры и
разные сложные слова. А после
школы институт, надо ходить
на пары и сдавать сессии и экзамены. Как же меня задолбала
эта учеба! (Кирилл Ш.)
Я смотрю в окно и вижу небо,
я смотрю на солнце, вижу свет.
Смотрю на Варю и вижу поэта,
смотрю на Сашу, вижу модель. Я
смотрю на Мишу – технолог, на
Леху – танцор. Смотрю на учителя и вижу ангела, почему-то без
крыльев. Я смотрю на рассвет и
вижу надежду. (Саша)
Пять признаков, по которым
можно узнать рыцаря в толпе.
Он в серебряных доспехах. У
него очень красивое имя, например, Лоэнгрин. Он обязательно должен быть на коне. Он
смелый, храбрый и очень отважный. Прискачет и спасет любую
даму. (Лиза)
Вкус лета – это когда светит
яркое СОЛНЦЕ, оно дает тебе
витамин D и яркое воспоминание о лете. МОРЕ – это большие
глубины, которые хочется покорять снова и снова. Однажды я нырнул на глубину пять
метров и достал оттуда песок
– это был песок счастья, потому
что я к этому долго стремился.
Вот ГОРЫ – большие камни или
даже глыбы, которые положили
давным-давно. Люди покоряют
их годами или даже всю жизнь.
По ним интересно ходить, это
когда через тебя плывет небо, а
ты в нем стоишь и закрываешь
глаза. (Тимофей)
Пусть взрослые помнят, как это, когда через тебя плывёт небо. Мирное небо.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа