close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

- Портал электронных ресурсов Южного федерального

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
Косенчук Людмила Федоровна
ПЕРСОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ
В УСЛОВИЯХ СЕТЕВОЙ КУЛЬТУРЫ:
ФИЛОСОФСКО-АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
09.00.13 – философская антропология, философия культуры
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата философских наук
Ростов-на-Дону – 2014
Работа выполнена на кафедре философии Института управления
в экономических, экологических и социальных системах ФГАОУ ВО
«Южный федеральный университет»
Научный руководитель:
Лысак Ирина Витальевна,
доктор философских наук, профессор
Официальные оппоненты:
Скуднова Татьяна Дмитриевна,
доктор философских наук, доцент,
профессор кафедры социальной педагогики и психологии Таганрогского
института имени А.П. Чехова (филиала) Ростовского государственного экономического университета (РИНХ)
Руденко Андрей Михайлович,
доктор философских наук, доцент,
профессор кафедры «Философия, история и мировые религии» Института
сферы обслуживания и предпринимательства (филиала) Донского государственного технического университета
в г. Шахты
Ведущая организация:
ГБОУ ВПО «Ростовский государственный медицинский университет»
Защита состоится 24 декабря 2014 г. в 15.00 ч. на заседании
диссертационного совета Д 212.208.13 по философским наукам в
ФГАОУ ВО «Южный федеральный университет» по адресу: 344006,
г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 140, конференц-зал.
С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке им. Ю.А. Жданова ФГАОУ ВО «Южный федеральный университет» по адресу: 344103, г. Ростов-на-Дону, ул. Р. Зорге, 21 Ж и
на сайте: http://hub.sfedu.ru/diss/announcement/ac68bd4b-5931-4db9847a-7d40638586ba/
Автореферат разослан 24 ноября 2014 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
М.М. Шульман
2
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. На протяжении нескольких
десятилетий проблема персональной идентичности не утрачивает
своей актуальности. Превратившись из данности в проблему, идентичность стала предметом исследовательского интереса философов и
культурологов, социологов и политологов, психологов и психиатров.
Однако количественный рост публикаций по проблеме не привел к
качественному прорыву в ее изучении. Многоплановость трактовок
понятия «идентичность» свидетельствует о том, что процесс концептуализации данной категории далек от завершения, что до сих пор
остаются неосмысленными исходные антропологические допущения,
на основе которых происходит идентификация. Кроме того, сама
жизнь с присущей ей динамикой постоянно выявляет новые аспекты
становления персональной идентичности, требующие философского
осмысления.
Персональная идентичность как осознание личностью собственного единства и целостности в пространстве и во времени стала
предметом философской рефлексии позже, чем идентичность коллективная. В условиях традиционной культуры для индивида было значимым определение своей принадлежности к определенной социальной и культурной общности, осознание своего сходства с другими
людьми. Культивирование идей индивидуальности, уникальности,
непохожести, свойственное культуре модерна, практически лишило
человека так необходимой ему стабильной основы собственного существования. В условиях, когда быть личностью значит быть непохожим на других, идентификация по базовым критериям возраста,
пола, этничности стала уходить на второй план, а число «Других»,
«Чужих», по отношению к которым следует определиться индивиду,
возросло до бесконечности. Тождество в мире изменчивости, нестабильности, «текучести» практически невозможно, но отсутствие самотождественности есть свидетельство утраты личностной определенности. Выявление того, как возможна определенность личности в
условиях всеобщей неопределенности становится задачей философов
ХХ века, обращающихся к проблеме персональной идентичности.
Дальнейшие культурные трансформации, обозначаемые исследователями как «переход к культуре постмодерна» или «культуре
информационного общества», «виртуализация культуры», «становле3
ние сетевой культуры», также оказывают влияние на формирование
персональной идентичности. Однако в настоящее время это воздействие в должной мере не осмыслено. Следует отметить, что само понятие «сетевая культура», утвердившееся в англоязычной литературе,
робко пробивает себе дорогу в русскоязычном социальногуманитарном знании. Однако именно это понятие позволяет акцентировать внимание на том, что предпосылкой культурной глобализации и становления единого общемирового пространства современной
культуры стало развитие коммуникационных сетей, а сетевые принципы и сетевая логика, изначально присущие техническим системам,
проникают в повседневную жизнь все большего числа людей. Современная культура предстает как совокупность многообразных сетевых
структур, в которые оказывается включенным человек. Базовые
принципы сетевой культуры, такие как асинхронность, нелинейность,
семантический и аксиологический плюрализм, падение значения индивидуальности и возрастающая значимость принадлежности к социокультурной общности, в том числе и к виртуальной, влияют на
процессы идентификации и требуют философского осмысления.
Формирование персональной идентичности немыслимо вне оппозиции «Я – Другой», однако в условиях сетевой культуры «Другой» зачастую виртуален, а коммуникация в пространстве компьютерных сетей вытесняет реальное межличностное взаимодействие.
Возрастающая роль коммуникативных практик, необходимость быть
представленным в глобальной коммуникативной среде, в компьютерных социальных сетях оказывают влияние на процессы идентификации и персональную идентичность как таковую, и это влияние требует философского осмысления.
Для характеристики идентичности современного человека в научной литературе все чаще используются такие понятия, как «сетевая
идентичность», «виртуальная идентичность», «мобильная идентичность», «электронная идентичность». Однако обилие терминов и их
противоречивые трактовки затрудняют понимание специфики персональной идентичности в условиях происходящих социокультурных
трансформаций. Требует философского осмысления и влияние на
персональную идентичность компьютерных игр, в которые, по данным компании Newzoo (http://www.newzoo.com), изучающей конъюнктуру рынков видеоигр, к 2016 г. будет вовлечено порядка 2 мдрд
4
человек, что приведет к общей стоимости рынка более 100 млрд долларов в конце 2017 г.
Степень научной разработанности проблемы. Само понятие
«персональная идентичность» вошло в научный оборот лишь во второй половине XX в., однако истоки исследовательского интереса к
проблеме можно увидеть еще в Античности: в работах Платона, Аристотеля, Цицерона поднимается тема тождества и индивидуального
своеобразия. В эпоху Нового времени интерес к исследованию идентичности усиливается. К проблеме личностного тождества обращается Дж. Локк, высказавший предположение, что в основе единства
личности лежит сознание и память. Он предложил рассматривать тождество личности в двух аспектах: синхроническом, предполагающем осознание индивидом тех или иных идей как своих, и диахроническом, базирующемся на способности человека помнить о совершенных им в прошлом действиях. Идеи Дж. Локка получили дальнейшее развитие в трудах мыслителей Нового времени, в частности у
Г. Лейбница и Д. Юма.
Идея изначальной социальности идентичности была высказана и
получила развитие в трудах Г. Зиммеля, Дж. Мида, Ч. Кули. Сам термин «идентичность» данные авторы не использовали, оперируя понятием «Self» («самость»), однако выявленные ими механизмы формирования «самости», такие как самоприписывание к определенной социальной общности, самопротивопоставление другим общностям,
становление образа «обобщенного другого» применимы к характеристике процесса идентификации.
В широкий научный оборот понятие «идентичность» вошло благодаря работам американского психолога Э. Эриксона, рассматривавшего процесс становления «психосоциальной идентичности» в
ходе становления личности. По его мнению, идентичность предполагает, с одной стороны, ощущение тождества самому себе и осознание
непрерывности своего существования в пространстве и во времени, и,
с другой стороны, признание социальным окружением этого тождества и непрерывности.
Начиная с 1970-х гг. отмечается значительный рост числа работ,
посвященных изучению различных аспектов идентичности. Употребление этого термина превращается в своего рода интеллектуальную
моду, в научный оборот входят термины «социальная идентичность»,
«национальная идентичность», «этническая идентичность», «конфес5
сиональная идентичность», «религиозная идентичность», «гендерная
идентичность», «культурная идентичность» и т. п., процессы идентификации изучаются философами, политологами, социологами, религиоведами. Причем наблюдается очевидный перевес исследований,
посвященных коллективной идентичности.
Анализ работ, посвященных исследованию персональной идентичности, показывает, что она преимущественно рассматривается исследователями с онтологических и гносеологических (М.А. Шаткин,
В.Н. Брюшинкин, Е.О. Труфанова), психологических (А.Е. Жичкина,
А.А. Таганова),
социально-философских
(М.В. Заковоротная,
Е.Г. Трубина, Э.Р. Гатиатуллина, М.В. Сусоев) и социологических
(О.А. Симонова) позиций. Наиболее значимыми для понимания специфики персональной идентичности представляются исследования
Я. Ассмана, З. Баумана, Г. Брейкуэлл, М. Кастельса, П. Рикёра,
Ш. Тёркл, В. Хёсле. Из работ современных российских философов
следует особо выделить исследования Е.О. Труфановой, посвященные изучению различных аспектов идентификации человека в современном обществе, и труды представителя ростовской философской
школы М.В. Заковоротной, рассмотревшей изменение подходов к
идентичности в различные исторические эпохи, проследившей влияние культуры и социума на становление идентичности, изучившей
связь идентификации и процессов жизнедеятельности человека.
В последние десятилетия на стыке социологического и психологического подходов к изучению идентичности начал формироваться
антропологический подход, о важности развития которого писали такие известные российские философы, как П.С. Гуревич и
Э.А. Орлова. Философско-антропологический подход предполагает
изучение индивидуальной идентичности, для обозначения которой
используются термины «самоидентичность» (англ. «self-identity»),
«персональная идентичность», «личная идентичность», близкие по
смыслу. С позиций философско-антропологического подхода идентичность исследовали А.Ю. Шеманов, И.В. Лысак, О.А. Блинова,
И.В. Дуденкова, К.В. Веричева.
Большинство исследователей, изучающих персональную идентичность, сходятся во мнении, что определяющее влияние на ее формирование оказывает как культура в широком смысле слова, так и те
социокультурные общности или субкультуры, в которые включен
индивид. Однако влияние культурных трансформаций на персональ6
ную идентичность в современных условиях не нашло достаточного
отражения в научных исследованиях, в связи с чем возрастает актуальность изучения воздействия формирующейся сетевой культуры на
процессы идентификации. Следует отметить, что исследования сетевой культуры в настоящее время активно ведутся в странах Запада,
однако они практически не освещены в русскоязычной литературе.
Так, в университете Копенгагена действует Центр сетевой культуры
(Center for Network Culture), объединяющий исследователей различных научных специальностей, считающих, что сетевая культура является одной из определяющих характеристик современного мира. С
2004 г. в Нидерландах при Амстердамском университете прикладных
наук существует Институт сетевых культур (Institute of Network Cultures), возглавляемый Г. Ловинком, сотрудники которого ведут междисциплинарные исследования с целью всестороннего освещения
специфики формирующейся сетевой культуры в ее многообразных
проявлениях. Исследованию сетевой культуры посвящена монография итальянского ученого Т. Терранова. Понимание специфики сетевой культуры необходимо для выявления характерных особенностей
персональной идентичности в современных условиях.
Несмотря на то, что в целом влияние сетевой культуры на формирование персональной идентичности не исследовано, отдельные ее
проявления, влияющие на формирование идентичности, находятся в
настоящее время в центре внимания ученых. Так, в последние годы
активно исследуется воздействие компьютерных социальных сетей на
процессы идентификации (З.С. Завьялова, Е.В. Летов, О.В. Тихонов).
Опубликованы научные статьи, рассматривающие влияние на формирование идентичности сетевых дневников – блогов (И.В. Костерина,
М. Соколов). В ряде научных публикаций рассматривается воздействие
компьютерных
игр
на
формирование
идентичности
(Д.О. Кинашевский, О.Н. Новикова).
Для обозначения изменений, происходящих с персональной
идентичностью под влиянием информационно-коммуникационных
технологий, в научной литературе применяются понятия «сетевая
идентичность», «виртуальная идентичность», «мобильная идентичность», «электронная идентичность» и т. п. Исследователи пишут о
«доменах плавающих идентичностей» и «ускользающей идентификации». Однако данные термины не имеют устойчивого словоупотребления, внутренне противоречивы и требуют дальнейшей концептуа7
лизации. Следует также отметить, что во многих философских исследованиях (Л.В. Баева, И.Ю. Алексеева, В.А. Емелин, А.Ш. Тхостов)
преувеличивается негативное воздействие новейших технологий на
личность и на процессы идентификации, тогда как исследования психологов (А.Е. Войскунский) не подтверждают подобных выводов.
Таким образом, лишь отдельные аспекты воздействия на персональную идентичность явлений, присущих сетевой культуре, затрагиваются в современных философских исследованиях, что свидетельствует о необходимости более глубокого и всестороннего изучения заявленной темы.
Объектом диссертационного исследования является персональная идентичность.
Предметом исследования выступает персональная идентичность в условиях сетевой культуры.
Целью диссертационного исследования является выявление
специфики персональной идентичности в условиях сетевой культуры.
Реализация поставленной цели предполагает решение следующих задач:
 сопоставить основные подходы к исследованию идентичности и
обозначить специфику философско-антропологического подхода к
ее изучению;
 раскрыть базовые социокультурные механизмы и условия формирования персональной идентичности;
 выявить характерные черты сетевой культуры, включающей многообразные сетевые структуры и принципы, и определить их влияние на процессы идентификации;
 систематизировать имеющиеся в научной литературе концепции
виртуальной и сетевой идентичности и выработать авторский подход к ним;
 рассмотреть специфику процесса повествовательного конструирования идентичности в сетевом дневнике – блоге;
 изучить влияние компьютерных игр на персональную идентичность.
Теоретико-методологические основы исследования. Исследование персональной идентичности в условиях сетевой культуры
проводилось на основе информационно-семиотического подхода к
культуре, рассматривающего культуру как мир знаков позволяющих
людям накапливать и передавать социальную информацию, или как
8
мир социальной информации, накапливаемой и сохраняемой с помощью знаковых средств, созданных людьми. Исходными методологическими идеями исследования являются теория социального конструирования реальности П. Бергера и Т. Лукмана, с позиции которой
идентичность не дана человеку изначально, а является «социальным
конструктом», созидается им в системе социальных и культурных
норм, традиций, предписаний и запретов, трансформируется на протяжении жизненного пути в процессе интерпретации человеком своего места в социокультурной среде; теория культурного конструирования идентичности Я. Ассмана, согласно которой идентичность всегда представляет собой продукт конструирования, является результатом распредмечивания культуры, расшифровки продуцируемых ею
символов и смыслов; и концепция повествовательной идентичности
П. Рикёра, т. е. такой формы идентичности, к которой человек способен прийти посредством повествовательной деятельности. В качестве
базового подхода к сетевой культуре применены концепция
Т. Терранова, рассматривающая ее как современную глобальную
культуру, сформированную коммуникационными сетями и строящуюся на основе сетевых принципов; и ризоматический подход
Ж. Делёза и Ф. Гваттари, объясняющий специфику сетевых принципов.
Исследование персональной идентичности в условиях сетевой
культуры основывалось на применении таких философских принципов и общенаучных методов, как принцип объективности, всеобщей
связи, методов причинно-следственных связей, сравнительного анализа и синтеза, аналогии, научного обобщения. Теоретическую базу
диссертации составили работы отечественных и зарубежных специалистов в области философской антропологии, философии культуры,
культурологии, лингвистики, социологии и психологии.
Гипотеза исследования. Сетевая культура расширяет возможности идентификации и порой затрудняет процесс становления персональной идентичности, однако базовые механизмы ее формирования, к которым относятся нарративизация как повествовательное выстраивание субъектом своего образа и отрефлексированная интеракция как осмысленный индивидом процесс взаимообусловленного
влияния индивидов, групп и социокультурных общностей друг на
друга, остаются неизменными.
9
Научная новизна диссертационного исследования и личный
вклад автора в разработку проблемы заключаются в следующем:
 выявлена специфика онтологического, социологического, психологического и философско-антропологического подходов к идентичности, с позиции последнего идентичность рассмотрена как составляющая внутреннего мира человека;
 в качестве основных механизмов конструирования идентичности
выделены нарративизация как повествовательное выстраивание
субъектом своего образа и отрефлексированная интеракция как осмысленный индивидом процесс взаимообусловленного влияния
индивидов, групп и социокультурных общностей друг на друга;
 показано, что на формирование персональной идентичности оказывают существенное воздействие такие черты сетевой культуры как
темпоральная изменчивость, асинхронность, нелинейность, семантический и аксиологический плюрализм, доминирование публичности;
 доказано, что сетевая или виртуальная идентичность не может рассматриваться как самостоятельная сущность, как субъект поведения и деятельности, как альтернатива реальной персональной идентичности; это лишь один из аспектов персональной идентичности,
являющийся результатом самопрезентации личности в виртуальном
пространстве;
 обосновано, что в условиях сетевой культуры ведение блога, являющегося по сути автобиографическим нарративом, создает новые
возможности для повествовательного конструирования персональной идентичности;
 выяснено, что в большинстве случаев виртуальное пространство
компьютерных игр становится сферой экспериментирования на
уровне динамичного ролевого комплекса идентичности, ядро же
персональной идентичности геймера остается неизменным или
претерпевает минимальные изменения.
На защиту выносятся следующие основные положения:
1. С позиций философско-антропологического подхода персональная
идентичность – это осознание личностью собственного единства и
целостности в пространстве и во времени, ощущение преемственности целей, мотивов и смысложизненных установок в меняющихся условиях. В ней можно выделить индивидуальный и социокультурный уровни. Индивидуальный уровень персональной идентич10
ности включает совокупность уникальных, своеобразных качеств,
выделяющих личность из социального окружения. Социокультурный уровень предполагает идентификацию с нормами определенной социальной среды и символическим миром культуры. Как индивидуальный, так и социокультурный уровни являются продуктами культурного конструирования. Существенными свойствами
персональной идентичности являются проективность, процессуальность, динамичность и незавершенность.
2. Персональная идентичность включает устойчивое ядро, базирующееся на памяти, обеспечивающей тождественность личности во
времени, и на осознании целостности своего тела, которое, меняясь
в течение жизни, тем не менее, гарантирует обособленность человека в пространстве. Наряду с ядром персональной идентичности
существует динамичный ролевой комплекс, позволяющий личности адаптироваться к меняющейся социокультурной ситуации, оставаясь при этом самой собой и осознавая тождественность самой
себе. Усваивая одни идеи и отказываясь от других, принимая и разделяя новые установки, ценности, нормы, человек соотносит их с
определенными социальными условиями и окружением, что позволяет изменять их в зависимости от ситуации, не утрачивая при этом
ощущения собственной целостности.
3. Конструирование персональной идентичности может идти двумя
взаимосвязанными путями: через приписывание себе определенных
качеств, черт характера, личностных свойств или путем идентификации с той или иной социокультурной общностью. Основными
механизмами конструирования идентичности являются нарративизация, т. е. повествовательное выстраивание субъектом своего образа, превращение своей жизни в текст, в автобиографию; и отрефлексированная интеракция как процесс взаимообусловленного
влияния индивидов, групп и социокультурных общностей друг на
друга, осмысленный индивидом.
4. Существенное влияние на формирование персональной идентичности оказывает формирующаяся сетевая культура с ее темпоральной
изменчивостью, асинхронностью, нелинейностью, семантическим и
аксиологическим плюрализмом, ценностями публичности и групповой принадлежности, возрастающим значением онлайнкоммуникации и виртуализацией. Виртуализация социума и становление сетевой культуры, с одной стороны, усложняют, а с дру11
гой – обогащают процесс формирования персональной идентичности. Сетевая культура создает новые возможности для конструирования идентичности, расширяя число Других, с которыми взаимодействует человек, однако размытость смыслов и аксиологический
плюрализм лишают личность стабильной основы идентификации.
5. Сетевая или виртуальная идентичность не могут рассматриваться
как самостоятельные сущности, как субъекты поведения и деятельности, как альтернативы реальной персональной идентичности. Это
лишь один из аспектов идентичности, являющийся результатом самопрезентации личности в виртуальном пространстве. В настоящее
время, когда Интернет прочно вошел в повседневную жизнедеятельность значительного числа людей, происходит взаимопроникновение реальной и сетевой идентичности, позволяющее утверждать, что реальная идентичность включает элементы сетевой, а
сетевая идентичность в большинстве случаев соответствует реальной.
6. Ведение сетевого дневника (блога), получившее распространение в
последние годы, создает новые возможности для повествовательного конструирования индивидом своего образа, что является важнейшим механизмом формирования идентичности. Блог может рассматриваться как новый тип автобиографического нарратива, систематизирующий и увязывающий события индивидуальной жизни
в некую логично выстроенную историю, и как внешняя память человека, обусловливающая его постоянство во времени. В условиях
сетевой культуры с ее ориентацией на публичность блог позволяет
человеку заявить о себе, подтвердить свое существование и свою
подлинность.
7. На формирование персональной идентичности в условиях сетевой
культуры оказывают влияние массовые многопользовательские онлайн ролевые игры, предоставляющие возможность идентификации
пользователя с разными персонажами, способности, умения и навыки которых описываются набором численных характеристик,
возрастающих по мере прохождения игры. Это влияние тем больше, чем больше времени проводит человек за игрой. Существует
также определенная взаимосвязь между возрастом геймера и воздействием компьютерных игр на него: чем меньше возраст, тем
сильнее воздействие. В большинстве случаев, пространство игры
становится сферой экспериментирования на уровне динамичного
12
ролевого комплекса идентичности, ядро же персональной идентичности человека, увлеченного компьютерными играми, остается неизменным или претерпевает минимальные изменения. Основная
масса геймеров четко различают и разделяют игру и реальную
жизнь, собственную реальную личность и виртуальную личность,
действующую в игре.
Соответствие диссертации паспорту специальности. Диссертационное исследование на тему «Персональная идентичность в условиях сетевой культуры: философско-антропологический анализ»
соответствует п. 2.7. «Философия личности и проблема идентичности», п. 3.12. «Тенденции динамики культуры», п. 3.26. «Культура и
индивидуум» паспорта специальности 09.00.13 – философская антропология, философия культуры (философские науки).
Теоретическая и практическая значимость исследования.
Материалы и выводы диссертационного исследования способствуют
расширению знаний о персональной идентичности в целом, и ее специфике в условиях формирующейся сетевой культуры. Теоретические положения, обоснованные в диссертационном исследовании, позволяют переосмыслить воздействие формирующихся сетевых структур и принципов на персональную идентичность, способствуют более
глубокому осмыслению процессов идентификации личности в условиях изменяющейся социокультурной ситуации. Практическая значимость диссертации состоит в том, что материалы исследования могут быть использованы для дальнейшего изучения проблемы персональной идентичности, а также применяться при чтении лекционных
курсов по философской антропологии, философии культуры, культурологии, социальной философии.
Апробация работы. Результаты исследования докладывались и
обсуждались на заседаниях кафедры философии Института управления в экономических, экологических и социальных системах Южного
федерального университета; заседаниях отдела послевузовской подготовки и социальных, гуманитарных наук Северо-Кавказского научного центра высшей школы ЮФУ; научных конференциях «Неделя
науки» (Ростов-на-Дону, ЮФУ, 2011, 2012, 2013); IV и V научнопрактических конференциях преподавателей, аспирантов и студентов
«Наука и современность: проблемы, опыт, перспективы» (ЮжноСахалинск, 1999, 2001); региональной научно-практической конференции «Совершенствование форм и методов взаимодействия орга13
нов власти, общественных объединений, некоммерческих организаций, бизнеса и средств массовой информации» (Южно-Сахалинск,
2001); межвузовской научно-практической конференции «Философские чтения» (Южно-Сахалинск, 2004); IX научно-практической конференции преподавателей, аспирантов и студентов «Экономика, государство, общество на современном этапе: проблемы, опыт, перспективы) (Южно-Сахалинск, 27–29 апреля 2004); научнопрактической конференции «Роль православия в возрождении духовного самосознания населения Дальневосточного региона» (ЮжноСахалинск,
23 апреля
2004);
VIII международной
научнопрактической конференции «Формирование профессиональной культуры специалистов XXI века в техническом университете» (СанктПетербург, 2008); III российском культурологическом конгрессе с
международным участием «Креативность в пространстве традиции и
инновации»
(Санкт-Петербург,
27–29 октября
2010);
IV международной научно-практической конференции «Социальногуманитарное знание: поиск новых перспектив» (Пенза, 2010);
III международной научно-практической конференции «Человек.
Культура. Общество» (Пенза, 2011); XIII международной научной
конференции «Ильенковские чтения – 2011. Философия и культура»
(Казахстан. Астана, 12–13 мая 2011); международной научной конференции «Аристотелевские чтения. Античное наследие и современные
гуманитарные науки» (Ростов-на-Дону, 20–21 октября 2011),
XI всероссийской научной конференции молодых ученых, студентов
и аспирантов «Техническая кибернетика, радиоэлектроника и системы управления» (Таганрог, 2012); международной конференции
«Мультинаучные исследования как тренд развития современной науки» (Украина, Киев, 13 апреля 2013), международной конференции
«Наука и современность: вызовы глобализации» (Украина, Киев,
5 мая 2013) международной научной конференции «Философские
проблемы естествознания и технических наук» (Таганрог, 27–
28 февраля 2014).
Основные положения диссертации отражены в 16 научных публикациях автора, в том числе в 6 статьях (две из которых – в соавторстве), опубликованных в журналах, входящих в перечень ВАК РФ.
Общий объем опубликованных работ составляет 18,01 печ. л. (авторский вклад – 17,48 печ. л.).
14
Структура работы. Диссертационное исследование состоит из
введения, двух глав, в каждой из которых содержится по три параграфа, заключения и списка использованной литературы, включающего 276 источников, в том числе 44 – на иностранных языках. Общий объем работы составляет 166 страниц машинописного текста.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Введении раскрывается актуальность темы исследования,
характеризуется уровень разработанности проблемы, формулируются
цели и задачи исследования, теоретико-методологические основы
диссертационной работы, научная новизна, положения, выносимые
на защиту, теоретическая и практическая значимость результатов
диссертационного исследования, его апробация.
Первая глава «Методологические и концептуальные основы
исследования персональной идентичности в условиях сетевой
культуры» посвящена изложению теоретико-методологических и
концептуальных оснований изучения данного явления в философской
антропологии и философии культуры.
В параграфе 1.1. «Сущность идентичности и основные подходы к ее исследованию» анализируется этимология термина «идентичность» (лат. idem, англ. identity) и кратко рассматривается история
ее исследования. Автор показывает, что истоки проблемы идентичности можно увидеть уже в Античности: Платон, Аристотель, Цицерон
поднимали как проблему тождества, так и обращались к специфике
персоны, субъекта, самопознания, хотя эти понятия и не были должным образом концептуализированы. Особое значение проблематика,
связанная с тождественностью «Я», с самосознанием, приобретает в
эпоху Нового времени. Ее изучению уделяли внимание Р. Декарт,
Г. Лейбниц, Дж. Локк, Д. Юм, представители немецкой классической
философии. В диссертации анализируется подход к проблеме «личного тождества» (personal identity) английского философа Дж. Локка,
согласно которому оно базируется на способности человека помнить
о совершенных им в прошлом действиях. Тезис Дж. Локка о том, что
идентичность состоит в тождестве сознания, а не в тождестве какойлибо материальной или духовной субстанции, был востребован многими исследователями в дальнейшем. В работах социологов
(Г. Зиммеля, Дж. Мида, Ч. Кули) поднимается ряд значимых проблем,
связанных с тождеством Я, с ролью социального окружения в про15
цессе его становления. С начала ХХ в. термин «идентичность» все
чаще встречается в работах по психологии и психиатрии. Так, о «перцептивной идентичности» писал основатель психоанализа З. Фрейд,
немецкий психиатр и философ К. Ясперс в своей докторской диссертации «Общая психопатология», защищенной в 1913 г., описывал
идентичность как один из четырех формальных признаков сознания
Я. Самая известная концепция идентичности на стыке психоанализа и
психологии развития была разработана американским психологом
Э. Эриксоном, показавшим что «психосоциальная идентичность» начинает формироваться с первых дней жизни ребенка в контексте его
взаимодействия с окружающими1. Именно благодаря работам
Э. Эриксона понятие «идентичность» в 1970–1980-х гг. прочно вошло
в социально-гуманитарное знание. Автор показывает, что за последние несколько десятилетий свет увидели тысячи работ, посвященных
исследованию идентичности, однако количественный рост не привел
к росту качественному. Термин приобрел статус «модного», употребляемому к месту и не к месту, чему способствует его семантическая
двусмысленность, подробно проанализированная П. Рикёром. В настоящее время термин «идентичность» используется в следующих
основных значениях: тождественность с самим собой, постоянство во
времени, самореферентность, самобытность, «самость» как подлинность индивида, непрерывность жизненного опыта, психофизиологическая целостность, психологическая определенность, самоопределение, степень соответствия социальным категориям и т. п.
Диссертант предлагает различать онтологическую, социологическую, психологическую и антропологическую трактовки термина
«идентичность». В качестве категории онтологии понятие «идентичность» представляет характеристику бытия, заключающуюся в тождественности чего-либо самому себе. В логике понятие «идентичность» используется для обозначения отношения между реальными
или абстрактными предметами, которое позволяет говорить о них как
неотличимых друг от друга в какой-то совокупности характеристик.
В работах психиатров и психологов понятие «идентичность» рассматривается как ощущение тождества самому себе и непрерывности
своего существования во времени и пространстве. В социальных науках под идентичностью понимают осознание субъектом своей при1
Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М.: Флинта, 2006.
16
надлежности к тем или иным социальным группам и общностям. В
последние десятилетия получил распространение философскоантропологический подход, представители которого стремятся выявить сущностные характеристики персональной идентичности как
важнейшей составляющей внутреннего мира человека. С позиций
философской антропологии, «идентичность является производной
фундаментальной способностью человека к различению и отождествлению – в т. ч. и самого себя – в контексте его отношений с окружением. Она считается не глубинной внутренней целостной субстанцией, но внешним, культурно обусловленным, изменчивым конгломератом
возможных
репрезентаций
личности»1.
Философскоантропологический подход предполагает изучение персональной
идентичности, для обозначения которой используются также термины «самоидентичность» (англ. «self-identity»), «личная идентичность», «индивидуальная идентичность», близкие по смыслу.
В параграфе 1.2. «Механизмы и условия формирования персональной идентичности» исследуется проблема формирования
идентичности, суть которой состоит в том, является ли идентичность
неким устойчивым образованием, имеющим вполне конкретные и
четкие параметры, естественно предзаданные человеку, или ей присущи динамичность, процессуальность, обусловленные тем, что
идентичность являет собой результат социального или культурного
конструирования. Рассмотрев существующие в современной науке
базовые подходы к формированию идентичности, такие как эссенциализм, конструктивизм и конструктивный реализм, автор обосновывает необходимость применения к исследованию персональной
идентичности
конструктивистского
подхода,
разработанного
П. Бергером и Т. Лукманом, и получившего развитие в работах немецкого культуролога Я. Ассмана.
Под персональной идентичностью в работе понимается осознание единства и целостности личности в пространстве и во времени. В
структуре персональной идентичности автор выделяет индивидуальный и социокультурный уровни. Индивидуальный уровень включает
совокупность уникальных, своеобразных качеств, выделяющих лич1
Орлова Э.А. Концепции идентичности/идентификации в социально-научном
знании // Вопросы социальной теории: Научный альманах. 2010. Т. 4. Человек в
поисках идентичности / Под ред. Ю.М. Резника, М.В. Тлостановой. М.: Междисциплинарное общество социальной теории, 2010. С. 101.
17
ность из социального окружения. Социокультурный уровень предполагает идентификацию с нормами социальной среды и символическим миром культуры. Как индивидуальный, так и социокультурный
уровни персональной идентичности являются продуктами культурного конструирования, формируются в условиях определенной социокультурной среды, причем культура рассматривается в данном случае
с позиций информационно-семиотического подхода. Для того чтобы
у человека могла сложиться персональная идентичность, он должен
приобщиться к символическому смысловому миру культуры с ее
предписаниями и запретами, нормами и установлениями. Усваивая
«языки культуры», человек обретает и систему координат, и средство
для выражения своей особости. Источником становления идентичности выступает единое смысловое пространство культуры, система
значимых смыслов. Проводниками в мир смыслов, залогом их восприятия и являются знаки и символы.
В диссертации показано, что существенными свойствами персональной идентичности являются проективность, процессуальность,
динамичность и незавершенность. Идентичность требует постоянных
усилий по своему формированию, причем этот процесс продолжается
на протяжении всей жизни человека. Автор полагает, что в персональной идентичности можно выделить устойчивое ядро, базирующееся на автобиографической памяти, обеспечивающей тождественность личности во времени, и на осознании целостности своего тела,
которое, меняясь в течение жизни, тем не менее, гарантирует обособленность человека в пространстве. Наряду с ядром персональной
идентичности существует также динамичный ролевой комплекс, позволяющий личности адаптироваться к меняющимся жизненным ситуациям, оставаясь при этом самой собой и осознавая тождественность самой себе. Динамичный ролевой комплекс способствует сохранению личностного тождества в меняющихся социальных условиях: усваивая одни идеи и отказываясь от других, принимая и разделяя
новые установки, ценности, нормы, человек соотносит их с определенными социальными условиями и окружением, что позволяет изменять их в зависимости от ситуации, не утрачивая при этом ощущения собственной целостности.
По мнению диссертанта, конструирование персональной идентичности может идти двумя путями, часто взаимосвязанными: через
приписывание себе определенных качеств, черт характера, личност18
ных свойств или через идентификацию с той или иной социокультурной общностью. В первом случае индивид отвечает, прежде всего самому себе, на вопрос «Какой я?», во втором случае основным вопросом, который задает себе индивид, является вопрос «Кто я?», и идет
формирование идентичности через социальные роли. Основными механизмами конструирования идентичности, по мнению диссертанта,
являются нарративизация, т. е. повествовательное выстраивание
субъектом своего образа, превращение своей жизни в текст, в автобиографию; и отрефлексированная интеракция как процесс взаимообусловленного влияния индивидов, групп и социокультурных общностей друг на друга, осмысленный индивидом. Именно в ходе взаимодействия с другими людьми происходит осознание личностью
своеобразных черт и качеств, отличающих ее от других, а также приобщение к ценностям, которые человек начинает считать своими.
Таким образом, персональная идентичность не заложена в человеке изначально, она является результатом, с одной стороны, самоописания, с другой – самоопределения в рамках той или иной социокультурной среды.
Параграф 1.3. «Сетевые структуры как социокультурная
среда идентификации» посвящен влиянию на формирование персональной идентичности социокультурного окружения. Автор обосновывает, что в условиях нестабильности и размытости культурных оснований человеку все сложнее определиться с базовыми ориентирами
и значимыми Другими, создающими своеобразную «систему координат» для конструирования идентичности. Кратко проанализировав
сущность понятий «сеть», «сетевые структуры», «социальная сеть» и
основные подходы к их изучению, автор предлагает рассматривать их
специфику исходя из ризоматического подхода французских постструктуралистов Ж. Делёза и Ф. Гваттари, выделивших базовые сетевые принципы. Современный социум рассматривается в работе как
децентрализованный комплекс взаимосвязанных сетевых структур,
характеризующихся открытостью, спонтанностью и полицентричностью. В работе показано, что современные технологии (Интернет,
технологии мобильной связи и пр.), выстроенные по сетевому принципу, способствовали его распространенности в социуме, создав новые возможности для коммуникации и оказав влияние на структуру
социокультурных систем. Взаимодействие людей в современном обществе выстраивается по моделям, задаваемым сетевыми техноло19
гиями обработки и передачи информации. В сетевой среде проходит
и процесс формирования персональной идентичности.
В диссертации показано, что в последнее время в науку входит
понятие «сетевая культура» (network culture), не имеющее общепринятой дефиниции. Как правило, этот термин используется в двух значениях: для характеристики коммуникативной среды Интернета и для
обозначения культуры, базирующейся на сетевой логике. Автор
обосновывает, что понятие «сетевая культура» не тождественно Интернет-культуре или кибер-культуре, т. е. формам культуры, возникшим в Интернете. Оно применимо в целом к современному обществу,
повседневная культура которого все в большей степени представлена
в виде сетевых структур. Подобная трансформация обусловлена технологическими
инновациями
в
сфере
информационнокоммуникационных технологий, но вместе с тем выходит далеко за
их рамки. Автор диссертационного исследования исходит из понимания сетевой культуры, предложенного Т. Терранова, под которой она
понимает современную глобальную культуру, сформированную коммуникационными сетями и строящуюся на основе сетевых принципов. Отличительной особенностью сетевой культуры является то, что
сетевые принципы и сетевая логика, присущие компьютерным сетям
и во многом ими порожденные, начинают использоваться и в тех
сферах, где не применяются компьютеры. Современный мир оказывается во многом выстроенным информационно-коммуникационными сетями. Сетевую культуру рассматривают также как новый, формирующийся в условиях распространения глобальных сетей,
культурный тип, приходящий на смену культуре постмодерна. Для
сетевой культуры характерны «сжатие» пространства (Д. Харвей) и
«ускорение времени» (Э. Гидденс), нелинейность, семантический и
аксиологический плюрализм. Своеобразным символом сетевой культуры становится гипертекст. В такой культуре уменьшается значение
индивидуальности, так важной для культуры модерна, и усиливается
значение принадлежности к некой общности, наличие связи с другими субъектами. Элементом, «атомом» сетевой культуры становится
не индивид, а «сообщения», из которых складывается жизнь индивидов. Человек становится генератором сообщений (А.В. Назарчук).
Чтобы быть включенным в жизнь сетевого общества, он должен находиться на пересечении потоков сообщений и выстраивать сложные
коммуникативно-деятельностные конфигурации. В сетевой культуре
20
приватность утрачивает свою ценность, практически все аспекты
жизни, даже самые интимные, становятся публичными и выставляются напоказ. Все большую распространенность в формирующейся
сетевой культуре получают виртуальные сетевые сообщества, оказывающие существенное влияние на процессы идентификации.
Вторая глава «Влияние сетевой культуры на формирование
персональной идентичности» посвящена анализу наиболее авторитетных концепций трансформаций идентичности, происходящих под
воздействием изменений социокультурной среды, а также изучению
влияния на формирование персональной идентичности сетевых дневников и компьютерных игр.
В параграфе 2.1. «Концепции виртуальной или сетевой идентичности: критический анализ» рассматриваются основные подходы к трансформациям идентичности, распространенные в современной науке. Автор показывает, что развитие информационнокоммуникационных технологий, рост популярности Интернета в
1990-е гг. привели к появлению большого числа работ, авторы которых исследовали, а зачастую прогнозировали, какое влияние новые
технологии окажут на личность пользователя, в частности на его
идентичность. Ряд исследователей Интернета 1990-х – начала 2000х гг. (Ш. Тёркл, А. Бальзамо, М. Синнирелла) утверждали, что опыт
взаимодействия в Сети приведет к ослаблению, и в перспективе – к
полному распаду традиционных идентичностей тех, кто этот опыт
приобрел. В 1990-е гг. в научный оборот входят понятия «виртуальная личность» и «виртуальная идентичность» (англ. «virtual identity»,
«virtual personality», «virtual person», «virtual persona», «virtual character»), широко использующиеся и сейчас (В. Нестеров, Е. Горный).
Акцентируя внимание на таких свойствах Сети как анонимность,
множественность, гипертекстуальность, перечисленные авторы указывали, что в виртуальном пространстве человек создает альтернативные Я-образы, являющиеся масками и не имеющими почти ничего
общего с реальным «Я» пользователя. В качестве базовых свойств таких «виртуальных личностей» или «виртуальных идентичностей» исследователи называли бестелесность, редукцию личности к текстам
как ее семиотическим манифестациям, анонимность, свободу или
расширенные возможности идентификации, множественность, т. е.
способность создавать несколько виртуальных личностей. Считалось,
что свобода идентификации в сети затрудняет формирование персо21
нальной идентичности, приводит к формированию альтернативных
идентичностей, возникновению множественной, мультифакторной
идентичности.
В последние годы число работ, посвященных виртуальной или
сетевой идентичности как альтернативной уменьшилось, чему во
многом способствовали труды психологов, не выявивших экспериментально «расщепленных» и «множественных» личностей, с которыми подобные изменения действительно произошли под воздействием сетевых сообществ или коммуникации в Интернете. Так, исследование, проведенное в 2010 г. американскими и немецкими учеными
(М. Бэк, Дж. Стопфер, Р. Уилсон, С. Гослинг и др.) подтвердило выдвинутую ими гипотезу, согласно которой социальные сети выступают эффективным ресурсом для выражения реальной идентичности, ее
проецирования в виртуальной среде. Все большее число авторов
(М. Бэк, Р. Уилсон, М.М. Соколов, И.В. Костерина и др.) в последние
годы не приемлют саму идею построения альтернативной идентичности. Они акцентируют внимание на стремлении личности к подлинности и самоутверждению, как в реальной жизни, так и в пространстве компьютерных сетей.
Таким образом, диссертант обосновывает, что понятия «виртуальная идентичность» и «сетевая идентичность» вошли в научный
оборот около двадцати лет назад, однако их четкие дефиниции до сих
пор не выработаны. Как правило, эти термины используются как характеристика принадлежности к сообществу, основная деятельность
входящих в которое лиц связана с компьютерными технологиями; как
синоним многофакторной, динамичной, изменчивой идентичности;
как результат самопрезентации личности в социальных сетях, ее виртуальный образ, «двойник» или «проект»; как самостоятельный субъект, альтернативная идентичность, действующая в виртуальном мире
и обладающая отличными от реальной идентичности характеристиками. Диссертант приходит к выводу, что концепция «виртуальной»
или «сетевой» идентичности как альтернативной устарела. В настоящее время, когда Интернет прочно вошел в повседневную жизнедеятельность значительного числа людей, а сетевые структуры получили
широкое распространение в культуре, происходит взаимопроникновение реальной и сетевой идентичности, позволяющее утверждать,
что реальная идентичность включает элементы сетевой, а сетевая
идентичность соответствует реальной. Интернет как новая коммуни22
кативная среда становится сферой самопрезентации и самоутверждения индивида, расширяя возможности человека. Человек стремится
самоутвердиться посредством блога и общения в социальных сетях,
расширить свои социальные контакты, получить признание. Причем в
большинстве случаев виртуальная самопрезентация в Сети связана с
реальной идентичностью пользователя. В работе обосновано, что сетевая или виртуальная идентичность не могут рассматриваться как
самостоятельные сущности, как субъекты поведения и деятельности,
как альтернативы «реальной» персональной идентичности. Это лишь
один из аспектов идентичности, результат самопрезентации личности
в виртуальном пространстве.
В параграфе 2.2. «Ведение блога как способ повествовательного конструирования идентичности в условиях сетевой культуры» обосновано, что частный сетевой дневник – блог – может рассматриваться как новый тип автобиографического нарратива. Автор
показывает, что в блоге происходит повествовательное конструирование индивидом своего образа, что является важнейшим механизмом формирования идентичности. Блог создает новые возможности
для рефлексии, самоанализа и саморазвития. Ведя дневниковые записи, блоггер обращается к хранимым в автобиографической памяти
фрагментам прошлого для формирования устойчивого образа самого
себя, преодоления травматического опыта событий индивидуальной
жизни, решения психологических проблем. Автобиографический
нарратив увязывает все события индивидуальной жизни в единую
систему, в некую логично выстроенную историю, которую человек
рассказывает прежде всего самому себе.
В диссертации показано, что автобиографический нарратив создается с помощью языковых средств. Язык становится основным
средством моделирования субъективной реальности, в том числе и
автобиографического опыта человека. Его знаково-символические
средства позволяют человеку выстроить свою жизнь в виде развернутого повествования – текста и тем самым формируют персональную
идентичность. Автор показывает, что, в отличие от традиционного
дневника, автокоммуникативная практика сочетается в блоге с широкой адресацией, с изначальной установкой на публичность, присущей
сетевой культуре, и проанализированной в работах У. Эко, А. БенЗеева, А. Зализняк и др. Блог рассматривается как способ заявить о
себе в виртуальном пространстве, оставить в нем свой «след», и тем
23
самым, подтвердить свою подлинность. Текст становится в данном
случае свидетельством индивидуального бытия индивида, его уникальности. Блог представляет собой и своего рода «внешнюю память
человека», являясь хранилищем значимой информации о событиях
прошлого, которые таким образом надежно фиксируются. Собирая и
упорядочивая материал о собственной жизни, человек получает дополнительные возможности для реконструкции прошлого, необходимые для осознания самотождественности. Социальные сети и блогосфера предоставляют человеку возможности экспериментировать с
идентичностью, выражая различные аспекты своей личности, изменяя свой аскриптивный статус и факты биографии. Безусловно, итогом самопрезентации в виртуальном пространстве может стать построение совершенно нового образа, не свойственного человеку в реальной жизни. Однако такие «игры идентичностями» редки, в подавляющем большинстве случаев сетевой дневник является не средством
построения альтернативной идентичности, а средством создания максимально благоприятного Я-образа, который является своего рода экзистенциальным расширением личности.
Параграф 2.3. «Влияние компьютерных игр на персональную идентичность» начинается с анализа специфики игры в целом и
компьютерных игр, в частности. Опираясь на концепции Э. Финк,
Р. Кайуа и Й. Хёйзинга, автор предлагает понимать под игрой разновидность деятельности, предоставляющую индивиду возможность
самореализации и совершаемую с целью получения удовольствия от
самого процесса. В диссертации показано, что наибольшее воздействие на процессы идентификации оказывают массовые многопользовательские он-лайн ролевые игры (MMORPG – Massively multiplayer
online role-playing games), представляющие собой развлекательный
программный продукт, дающий возможность большому количеству
игроков взаимодействовать друг с другом и элементами виртуального
мира игры. Большая по сравнению с массовыми литературой и кинематографом вовлеченность в фэнтезийный сюжет таких игр, обусловленная интерактивностью как видовой характеристикой киберпространства, достигается посредством виртуализации «Я» пользователя,
открывающей возможности глубинного отождествления с любым
вымышленным персонажем.
В работе показано, что опасения ряда философов (Л.В. Баева,
В.А. Емелин, А.Ш. Тхостов, Г.Л. Тульчинский и др.), предрекающих
24
негативное воздействие компьютерных игр и интернет-технологий на
личность пользователя, на возникновение у него серьезных проблем с
идентификацией и даже превращение в некий особый подвид, обозначаемый как «e-homo sapiens», «кибернавт», «постчеловек», не подтверждаются данными исследований, проводимых психологами
(А.Е. Войскунский, М.Д. Гриффитс, А.Г. Макалатия и др.), согласно
которым полной идентификации личности геймера и его персонажа
не происходит. Как правило, игроки осознают, что игровой персонаж
им подконтролен и отличают свое повседневное поведение от поведения в игре.
В работе показано, что воздействие ролевых компьютерных игр
на процессы идентификации тем больше, чем больше времени проводит человек за игрой. Существует также определенная взаимосвязь
между возрастом геймера и воздействием компьютерных игр на него:
чем меньше возраст, тем сильнее воздействие. Подчеркивая, что проблема влияния компьютерных игр на персональную идентичность
требует дальнейшего, в том числе экспериментального изучения, автор отмечает, что в настоящее время негативное влияние компьютерных игр на личность геймера преувеличено. В большинстве случаев,
ядро персональной идентичности человека, увлеченного компьютерными играми, остается неизменным или претерпевает минимальные
изменения. Как правило, пространство игры становится сферой экспериментирования на уровне динамичного ролевого комплекса идентичности. В игре человек получает возможность перевоплощаться в
иные существа, «примерять» на себя различные роли. Идентифицируя себя с определенным персонажем, проживая его жизнь как свою,
становясь иным хотя бы в собственном воображении, человек привносит в свою реальную самость некоторую новизну. Игра становится
своеобразной экспериментальной площадкой, позволяющей человеку
активно влиять на события виртуального мира, действовать более
раскованно, свободно, вариативно, чем в реальной жизни. При этом
подавляющее большинство геймеров четко различают и разделяют
игру и реальную жизнь, собственную реальную личность и виртуальную личность, действующую в игре. Такая «игровая идентичность»
может складываться из набора желаемых представлений индивида о
себе, однако она же может быть не соотносима ни с идеальным, ни с
реальным Я, а иметь ту же природу, что и вживание актера в новый
для себя образ при четком осознании отдельности собственной лич25
ности от «играемого» персонажа. На сегодняшний день можно констатировать отсутствие объективных данных, подтверждающих, что
число лиц, испытывающих проблемы с идентификацией среди геймеров, превосходит таковое среди лиц, не увлеченных компьютерными
играми. Большинство геймеров рассматривают игры как способ проведения досуга, а не как средство решения личностных проблем, они
четко различают собственную идентичность и виртуального персонажа, которым управляют в игровом пространстве.
В «Заключении» подводятся итоги работы, делается краткий
вывод по диссертационному исследованию.
Основные положения диссертации отражены в следующих
публикациях автора:
В изданиях из перечня ВАК Минобрнауки РФ:
1. Бакулов В.Д., Косенчук Л.Ф. Методологические проблемы исследования взаимоотношения материального и идеального в социокультурных процессах и взаимосвязях // Гуманитарные и социально-экономические науки. 2008. № 5. – С. 50–55 (0,4/0,2 п.л.).
2. Косенчук Л.Ф. Формы идеального в культуре // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и
искусствоведение: Вопросы теории и практики. 2011. № 5. Ч. 4. –
С. 103–106 (0,5 п.л.).
3. Косенчук Л.Ф. Формы идеального в искусстве // European Social
Science Journal // 2013. № 6. – С. 34–42 (0,6 п.л.)
4. Косенчук Л.Ф. Концепции виртуальной или сетевой идентичности:
критический анализ // Современные проблемы науки и образования: Электронный научный журнал. 2014. № 5. URL: www.scienceeducation.ru/119-14630, 0,5 п.л.
5. Лысак И.В., Косенчук Л.Ф. Формирование персональной идентичности: механизмы и условия // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2014. № 10: в 3-х ч. Ч. III.
C. 125–127 (0,5/0,25 п.л.).
6. Косенчук Л.Ф. Сущность идентичности и основные подходы к ее
исследованию // Теория и практика общественного развития: Международный научный электронный журнал. 2014. № 16. URL:
http://teoria-practica.ru/rus/files/arhiv_zhurnala/2014/16/philosophy/kosenchuk.pdf, 0,4 п.л.
26
В других изданиях:
7. Косенчук Л.Ф. К проблеме кентавризма общественного сознания //
Философские чтения: Материалы межвузовской научнопрактической конференции. Вып. 4 / Под ред. С.С. Простякова.
Южно-Сахалинск: Изд-во СахГУ, 2004. – С. 31–33 (0,25 п.л.).
8. Косенчук Л.Ф. Непарадоксальна парадоксальнiсть кентавризму //
Соцiальна психологiя: Украïнський науковий журнал. 2004. № 1. –
С. 64–71 (0,5 п.л.)
9. Корнейчук Е.М., Косенчук Л.Ф. Гендерный аспект отношений в
современном информационном обществе // Гуманитарные и социально-экономические науки. Спецвыпуск. 2009. – С. 114–115
(0,16/0,08 п.л.).
10. Косенчук Л.Ф. Методологические проблемы гендерного аспекта
проблемы соотношения материального и идеального // Актуальные методологические проблемы научного знания. Вып. 1 / Под
ред. В.Д. Бакулова. Ростов-на-Дону: Изд-во ЮФУ, 2009. – С. 92–
108 (0,98 п.л.).
11. Косенчук Л.Ф. Ценности как формы идеального в современной
культуре российского общества // Социально-гуманитарное знание: поиск новых перспектив: Сб. статей IV Международной научно-практической конференции. Пенза: Приволжский Дом знания, 2010. – С. 144–146 (0,18 п.л.).
12. Косенчук Л.Ф. Влияние смыслообразов «мужественность» и «женственность» на духовную культуру современного российского
общества // Человек. Культура. Общество: Сб. статей
III Международной научно-практической конференции. Пенза:
Приволжский Дом знаний, 2011. – С. 60–62 (0,18 п.л.).
13. Косенчук Л.Ф. Опредмечивание-распредмечивание идеальных
форм в культурной деятельности человека // Философия и культура: Ильенковские чтения 2011: Материалы XIII Международной
научной конференции. Астана: Изд-во ЕНУ им. Л.Н. Гумилева,
2011. – С. 47–51 (0,31 п.л.).
14. Косенчук Л.Ф. Роль виртуальной реальности в духовной культуре
современного российского общества // Человек. Культура. Общество: Сб. статей III Международной научно-практической конференции / Под ред. В.П. Кошарного, Н.В. Розенберга. Пенза: Приволжский Дом знаний, 2011. С. 62–64 (0,2 п.л.).
27
15. Косенчук Л.Ф. Формы идеального в культуре. Таганрог: Изд-во
ТТИ ЮФУ, 2012. – 191 с. (12 п.л.).
16. Косенчук Л.Ф. Природа виртуальной реальности // Философские
проблемы естествознания и технических наук: Материалы международной научной конференции. Ростов-на-Дону–Таганрог: Издво ЮФУ, 2014. – С. 187–193 (0,35 п.л.).
Отпечатано в типографии Южного федерального университета
ГСП 17, Таганрог, 28, Энгельса, 1
Подписано к печати 20.10.2014. Формат 60х84 1/16. Бумага офсетная
Офсетная печать. Усл. п.л. – 1,4. Тираж 100 экз.
28
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа