close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Российская академия естественных наук
Тамбовское региональное отделение
Общественное объединение исследователей
региональной истории и культуры
«Тамбовский центр краеведения»
ВЕСТНИК
ТАМБОВСКОГО ЦЕНТРА
КРАЕВЕДЕНИЯ
№ 27
(ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ЗАПИСКИ № 5)
Тамбов
2014
УДК 930.8: 946. 01/08
ББК А556.4: А518.2:ТО1
Вестник Тамбовского центра краеведения: науч.-информ. изд. /
Тамб. центр краеведения; науч. ред. Г.П. Пирожков. Тамбов, 2014. №
27. 94 с. (Провинциальные записки № 5).
Автор проекта и научный редактор:
Г.П. Пирожков – доктор культурологии, профессор (Тамбов).
Редакционная коллегия:
С.Е. Бирюков – доктор культурологии (Халле-Виттенберг, Германия);
С.В. Ерохин – доктор философских наук (Москва);
В.Б. Звагельский – кандидат филологических наук, доцент,
Почетный краевед Украины (Сумы, Украина);
В.А. Касап – кандидат педагогических наук, доцент (Минск, Беларусь);
В.Ф. Пеньков – доктор политических наук, профессор (Тамбов);
А.А. Слезин – доктор исторических наук, профессор (Тамбов);
В.М. Тютюнник – доктор технических наук, профессор (Тамбов).
Издание отражает содержание и результаты работы общественного объединения исследователей региональной истории и культуры «Тамбовский
центр краеведения» при Тамбовском региональном отделении Российской
академии естественных наук, оно посвящено более детальному рассмотрению
культуролого-краеведческих проблем.
© Тамбовский центр краеведения, 2014
© Г.П. Пирожков (научное редактирование), 2014
2
Russian Academy of Natural Sciences
Tambov Regional Department
Public Association of Regional History
and Culture Researchers
«Tambov Ethnographic Centre»
BULLETIN OF
TAMBOV ETHNOGRAPHIC
CENTRE
№ 27
(PROVINCIAL NOTES No5)
Tambov
2014
3
В НОМЕРЕ:
О РОССИИ С ЛЮБОВЬЮ
Воробьѐва С.В. Стихи
Татарский вал. В гостях у Лысых Гор.
Референдум. Дорога к храму
10
НАШИ ИССЛЕДОВАНИЯ
Елисеев В.В.
Тамбовчане на первой ВСХВ
12
От редакции:
На ВДНХ нашли гигантское полотно тамбовского художника
15
Слезин А.А. Молодѐжь Тамбовской области на страже правопорядка
(конец 1950-х – начало 1960-х гг.)
16
КРАЕВЕДЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
Красников В.В., Пирожков Г.П., Пирожкова И.Г.
Проектная работа как эффективный метод обучения студентов
24
Зырянова Н.Б., Королева Л.Ю.,
Красников В.В., Пирожков Г.П., Пирожкова И.Г.
Деловая игра как технология обучения
31
КРАЕВЕДЕНИЕ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Зырянова Н.Б., Пирожков Г.П.
Уровни краеведческого знания: краеография и краеология
35
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ В ЖУРНАЛЕ
Двухжилова И.В.
Лев Владимирович Вышеславцев (1830 – 1892)
39
Елисеев В.В. Николай Александрович Коль (1891 – 1938).
Трагедия русского моряка
41
Валентина Дмитриевна Филатова (1937 – 2014)
Ваши книги в памяти и в сердце (В. Андреев, В. Дзидзан, Г. Ломакина,
К. Мартьянова, Л. Богословская, Л. Третьякова, М. Белых)
Книги о любимом крае (Г.П. Пирожков)
48
4
Тамбов, Кирсанов, Козлов: старые фото…
ВЕТЕР ВРЕМЕНИ
50
ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ
Трусова Н.Н. Тамбовский край – Крым:
из истории культурных связей
52
РЕЦЕНЗИИ
Бирюков С.Е. Стимул к поиску
Степанов Е.В. Жанры и строфы современной русской поэзии.
Версификационная практика поэтов XX и XXI веков. В 3 т.
М.: Вест-консалтинг, 2013.
Степанов Е.В.
«Сейчас многие говорят об упадке интереса к поэзии…»
Лауреаты из Тамбова (С.Н. Пенина)
Финалист престижного конкурса (Соб. инф.)
60
62
ВНИМАНИЕ, КОНКУРС!
63
63
ДОКУМЕНТАРИУМ
Их архива Тамбовского центра краеведения
Протокол заседания редактората № 11 от 21 ноября 2009 года
64
ПЕРЕПЕЧАТАНО ИЗ…
книги В.П. Середы «“Гордо неси своѐ горькое бремя”. И.М. Потапов»
(Тамбов, 2014. 512 с.).
Общество любителей художеств
71
ПИСЬМА В РЕДАКЦИЮ
«Издание становится импозантным…»
(В.Б. Звагельский, Украина)
Калейдоскоп историй для каждого тамбовца
(И.М. Мякенина, Тамбов)
78
78
ЛИТЕРАТУРНЫЙ КРАЙ
Пирожков Г.П. Моя первая присяга.
Чтобы стать русским «рыцарем», я ел землю
80
5
CONTENTS:
ABOUT RUSSIA WITH LOVE
Vorobyova S.V. Poems
The Tatarsky earthen rampart. Visiting the Lyisye Gorye.
Referendum. A way to the church
10
OUR RESEARCH
Eliseev V.V.
Tambov citizens at the first All-Union Agricultural Exhibition
12
From the editorial board:
The Tambov artist’s huge canvas was found at the
All-Union Agricultural Exhibition
15
Slezin A.A. The youth of the Tambov region in the law enforcement
process (the late 1950-s– the early 1960-s)
16
ETHNOGRAPHIC EDUCATION
Krasnikov V.V., Pirozhkov G.P., Pirozhkova I.G.
Project work as an effective way of teaching students
24
Zyiryanova N.B., Korolyova L.Yu.,
Krasnikov V.V., Pirozhkov G.P., Pirozhkova I.G.
Business game as an educational technology
31
ETHNOGRAPHY: THEORY AND PRACTICE
Zyiryanova N.B., Pirozhkov G.P.
Ethnographic education levels: regional geography and regional studies
35
ENCYCLOPAEDIA IN THE JOURNAL
Dvuhzhilova I.V.
Lev Vladimirovich Vyisheslavtsev (1830 – 1892)
39
Eliseev V.V. Nickolay Alexandrovich Kohl (1891 – 1938).
A Russian sailor’s tragedy
41
Valentina Dmitrievna Philatova (1937 – 2014)
Your books are in our heads and hearts (V. Andreev, V. Dzidzan,
G. Lomakina, K. Martianova, L. Bogoslovskaya, L. Tretyakova, M. Belyih)
Books about a beloved region (G.P. Pirozhkov)
48
6
SPIRIT OF THE TIME
Tambov, Kirsanov, Kozlov:
old photos…
50
TO BE CONTINUED
Trusova N.N. Tambov region – the Crimea:
from the history of cultural connections
52
REVIEWS
Biryukov S.E. Incentive to search
Stepanov E.V. Genres and verses of the modern Russian poetry.
XX and XXI century poets’ versificational practice.
3 volumes. М.: West-consulting, 2013.
Stepanov E.V.
«Loss of interest in poetry is being talked much about today…»
Laureates from Tambov (S.N. Penina)
The prestigious contest finalist (Own inf.)
60
62
ATTENTION, CONTEST!
63
63
DOCUMENTARIUM
From the archives of Tambov Ethnographic Centre
Minutes of the editorial board meeting No. 11 of November 21, 2009
64
REPRINTED FROM…
V.P. Sereda’s book «“Carry your heavy burden proudly”. I.M. Potapov»
(Tambov, 2014. 512 p.).
Arts amateurs society
71
LETTERS TO THE EDITORIAL BOARD
«The edition is becoming impressive…»
(V.B. Zvagelsky, Ukraine)
78
Kaleidoscope of stories for every Tambov resident
(I.M. Myakenina, Tambov)
78
LITERARY REGION
Pirozhkov G.P. My first oath.
I ate earth to become a Russian “knight”
80
7
НАШИ РЕДАКТОРЫ И АВТОРЫ
Белых Михаил Петрович – член ТЦК, член Союза журналистов РФ,
главный редактор газеты «Мичуринская правда» (г. Мичуринск)
Бирюков Сергей Евгеньевич – член ТЦК, член Союза журналистов РФ,
член Союза российских писателей, президент Академии Зауми, доктор культурологии, профессор Института славистики университета им. Мартина Лютера (г. Галле, Федеративная Республика Германия)
Воробьѐва Светлана Викторовна – кандидат юридических наук, доцент
кафедры конституционного права Институт права Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина
Двухжилова Ирина Владимировна – член ТЦК, кандидат исторических
наук, доцент Тамбовского государственного технического университета, кафедра «История и философия»
Елисеев Виктор Владимирович – член ТЦК, историк-краевед, член
Союза журналистов РФ, лауреат областной премии им. И.А. Бунина (посѐлок
Добринка, Липецкая область)
Ерохин Семѐн Владимирович – искусствовед, доктор философских наук,
член-корреспондент Российской академии художественной критики, член
Ассоциации искусствоведов, ведущий научный сотрудник Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова (г. Москва)
Звагельский Виктор Борисович – кандидат филологических наук, доцент, заведующий НИЦ исторического краеведения, заведующий кафедрой
языковой подготовки иностранных граждан Сумского государственного университета, главный редактор журнала «Сумская старина», лауреат премии им.
А.М. Лазаревского, Почѐтный краевед Украины (г. Сумы, Украина)
Зырянова Наталья Борисовна – студентка Тамбовского филиала Московского государственного университета культуры и искусств, кафедра «Документоведение и архивоведение»
Касап Вера Александровна – кандидат педагогических наук, доцент, заведующая кафедрой теории и истории информационно-документных коммуникаций Учреждения высшего образования «Белорусский государственный
университет культуры и искусств», кандидат педагогических наук (г. Минск,
Республика Беларусь)
Королѐва Людмила Юрьевна – переводчик ТЦК, кандидат филологических наук, доцент Тамбовского государственного технического университета,
кафедра «Международная профессиональная и научная коммуникация»
Красников Виктор Викторович – член ТЦК, кандидат исторических наук, кандидат юридических наук, доцент Тамбовского государственного технического университета, кафедра «История и философия»
Мякенина Ирина Михайлова – студентка Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина, отделение массовых коммуникаций
8
Пенина Светлана Николаевна – кандидат педагогических наук, доцент
Тамбовского филиала Московского государственного университета культуры
и искусств, кафедра менеджмента
Пеньков Владимир Фѐдорович – член ТЦК, член Союза журналистов
РФ, доктор политических наук, профессор, заместитель председателя Общественной палаты Тамбовской области, председатель Тамбовского отделения
Российской ассоциации политической науки, профессор Тамбовского государственного технического университета, кафедра «Связи с общественностью»
Пирожков Геннадий Петрович – директор ТЦК, член Союза журналистов РФ, академик РАЕН, доктор культурологии, профессор Тамбовского
государственного технического университета, кафедра «Связи с общественностью», профессор Тамбовского филиала Московского государственного
университета культуры и искусств, кафедра «Документоведение и архивоведение»
Пирожкова Ирина Геннадиевна – член ТЦК, кандидат исторических наук, кандидат юридических наук, доцент Тамбовского государственного технического университета, кафедра «История и философия»
Середа Владимир Павлович – журналист, общественный деятель, писатель-краевед (г. Тамбов)
Слезин Анатолий Анатольевич – член ТЦК, академик РАЕН, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой «История и философия»
Тамбовского государственного технического университета
Степанов Евгений Викторович – президент Союза писателей ХХI в.,
член Президиума МГО СП России, Союза писателей Москвы, Пен-Клуба,
Правления Союза литераторов России, генеральный директор холдинга
«Вест-Консалтинг». Кандидат филологических наук. Докторант РГГУ. Поэт,
прозаик, литературный критик, издатель, культуролог, экономист. Почѐтный
гражданин штата Кентукки (США). Лауреат Отметины имени Отца русского
футуризма Д.Д. Бурлюка и международного фестиваля FEED BACK (Румыния).
Трусова Наталья Николаевна – главный библиограф отдела краеведческой библиографии Тамбовской областной универсальной научной библиотеки им. А.С. Пушкина
Тютюнник Вячеслав Михайлович – член ТЦК, академик РАЕН, председатель Тамбовского регионального отделения РАЕН, доктор технических
наук, профессор, директор Тамбовского филиала Московского государственного университета культуры и искусств, профессор Тамбовского государственного технического университета, президент Международного Информационного Нобелевского Центра (МИНЦ)
*
*
*
9
О РОССИИ С ЛЮБОВЬЮ
С.В. Воробьѐва
О нашем прошлом и настоящем, о политике и истории родного края размышляет кандидат юридических наук, доцент Тамбовского
государственного университета им. Г.Р. Державина. Поэтесса раскрывает отношение к жизни через призму лирического
настроения, апеллирует к духовным потребностям человека в
понимании самого себя и своей жизни, в самовыражении и в
единении с другими людьми. Возможно, переживания и рассуждения автора станут близкими и понятными многим,
позволят соотнести прочитанное с жизненным опытом самого читателя.
Татарский вал
Край поля Дикого… поднялся оберег…
Полит был кровью, потом и слезами!
И все молились перед образами,
Чтобы он смог предотвратить набег…
Он защищал родимые места,
Он защищал покой родных и близких,
И поклонился каждый ему низко,
И каждый его малой долей стал…
В гостях у Лысых Гор
А я вчера была в гостях у леса,
В гостях у солнца и цветных лугов!
Там ароматной пелены завеса
От разнотравья подоль берегов!
Вы угадайте, где трава по пояс?
Где речка-погремушка весела,
И где большого колокола голос
Волнует души жителей села?
Смешались там эпохи и столетья:
Татарский вал и современный мост,
Чудесный храм ждет на крестины деток,
И как немой укор стоит погост.
Узнали?! Да, конечно, это Горы…
Не лысые, а в зелени веков…
И не ведите бесполезных споров –
Места из сказки… И храни их Бог!
10
Референдум
А вот и референдум состоялся!
И получил народ того, чего боялся!
Ни даже Вишняков, ни Чуров даже,
Нам правды никогда о выборах не скажут.
Политики, не стыдно ль вам… скажите?
Вы от ответа и людей бежите,
Не помните наказов и проблем,
Вы далеки от актуальных тем!
На политический Олимп вы устремились,
В греховности своей вы усомнились,
И не хотите ль, уважаемые, внятно
Дать нам ответ, ведь людям не понятно…
Откуда роскошь у избранников народа,
Зачем на фото вдруг заморская природа?
И ваши дети Кембридж посещают,
А наши старики нищают и нищают…
Ваш фарс нам виден, ни к чему лукавить,
Нет сил вас чтить, обожествлять и славить.
Но коль терпенья чаша разольется,
И сила, и отвага у людей найдется!
Дорога к храму
Дорога к храму… как ты тяжела…
Пройти, не оступившись, невозможно…
И, кажется, что жизнь моя мала –
Дойти… но я шагаю осторожно…
Бреду путем преодоления, утрат,
Путем терзаний, страха и сомнений,
То роскошь окружает, то разврат,
То бездарь на пути, то странный гений…
Дорога к храму… я еѐ пройду…
Иначе нет душе покоя в бренном теле.
То ли на радость, то ли на беду
Мой путь так труден, но шагаю… еле-еле…
*
*
*
11
НАШИ ИССЛЕДОВАНИЯ
В.В. Елисеев
ТАМБОВЧАНЕ НА ПЕРВОЙ ВСХВ
21 августа 1938 г. Верховный Совет СССР принял закон о Всесоюзной
сельскохозяйственной выставке (ВСХВ), в котором намечалось «отобразить
великие достижения социалистического сельского хозяйства в СССР… во
всѐм многообразии мощь и богатство
сельского хозяйства республик, краѐв и
областей Советского Союза…». 1 августа 1939 г. тогдашний председатель
правительства – СНК В.М. Молотов
торжественно перерезал красную ленточку, открыв Первую ВСХВ в Москве.
На ней были представлены все регионы
Советского Союза. На территории в 136
га было построено около 250 больших и
малых зданий. Здесь разместились 32
ВСХВ 1939 г. Главный вход
специализированных отраслевых павильона: «Зерно», «Хлопок», «Животноводство», «Свѐкла», «Механизация» и др.
Двадцать крупнейших сооружений выставки представляли союзные республики, края, области. Около 20 га занимали посевы и насаждения, представлявшие всѐ сельское хозяйство СССР. В животноводческом городке были
показаны коровы, кони, овцы, свиньи, куры, даже кролики...
Тамбовская область была представлена в павильоне, где своими достижениями наряду с ней, гордились воронежцы и куряне. Красную ленточку этого
павильона трѐх областей перерезал председатель известнейшнего колхоза
имени Ильича Добринского района Воронежской области (ныне Липецкая
область) Г.К. Краснов. Григорий Корнеевич – уроженец волостного села Новочеркутино (тож Салтыки) Усманского уезда. Тамбовчане в павильоне показали свои достижения в зерновом хозяйстве, садоводстве, огородничестве и
животноводстве. У центрального стенда павильона был установлен бюст И.В.
Мичурина. В то время по всей стране испытывались и внедрялись его сорта.
Только на Тамбовщине было внедрено в производство 15 новых сортов.
В павильоне рассказывалось об одном из «лучших» луководческих хозяйств СССР – колхозе «Парижская коммуна» Бессоновского района (чуть
позже район отошѐл к Пензенской области). Здесь культуру лука колхоз «вынес с огородов на поля», перешѐл к безгрядковой культуре лука и обеспечил
механизацию ухода за ним. Резко была улучшена агротехника, поднялась
урожайность. В колхозе стали получать стандартный лук-севок, площади под
12
луком в колхозе с десятков гектаров увеличились до сотен, резко возросли
урожаи и валовые сборы лука. Велась борьба с вредителями и белезнями. В
«Парижской коммуне» ручная работа была заменена механической и конной.
Так, сеялка сократила в 50 раз затрату человеческого труда.
В павильоне был представлен и колхоз
«КИМ» (Коммунистический Интернационал Молодѐжи), в котором также выращивали лук. Там,
где был применѐн рядовой сев, получили по 85
центнеров лука с одного гектара, а на площади,
где сев производился вручную, – по 73 центнера
с гектара. При этом норма высева при рядовом
севе – сеялкой – была 50 кг, а при разбросном –
вручную – 65-75 кг на один гектар. Интересно,
что одновременно с вынесением культуры лука в
поле, в этом колхозе был разработан и введѐн
севооборот с луком со следующим чередованием: 1) пар, 2) озимые, 3) лук, 4) пропашные (картофель), 5) яровые. Это избавляло лук от головни. Вместо весенней перепашки в «КИМе» применялась культивация почвы, которая повышала
урожайность лука на двадцать четыре процента.
Значок ВСХВ 1954 г.
Были на Тамбовщине и свои стахановцы по
выращиванию этой культуры. Так, звено Бурылиной из колхоза «Политотделец» с одного гектара получило по 384 центнера. Сказалось то, что на каждый гектар почвы было внесено десять тонн навоза, шесть центнеров золы,
2,3 центнера суперфосфата, 170 килограммов калийной соли и 1,5 центнера
селитры. А прополку и рыхление почвы проводили четыре раза. В павильоне
был представлен и колхоз имени В.И. Ленина Кирсановского района, где
имелось 2267,8 га земельных угодий. Здесь средняя урожайность по зерновым культурам достигала 15,18 центнера с одного гектара. Большой доход
колхозу приносило животноводство. Здесь насчитывалось 488 голов крупного
рогатого скота. Это была так называемая красная тамбовская порода. Интересно и то, что 83,1% всего крупного рогатого скота было записано в племенную книгу. Средний годовой удой на одну фуражную корову в колхозе за
1937 г. и 1938 г. составил 4063 кг, а средний суточный привес телят до шести
месячного возраста в среднем за тот же период составил 788 граммов.
В павильоне был представлен и колхоз имени В.И. Ленина Кирсановского
района, где имелось 2267,8 га земельных угодий. Средняя урожайность по
зерновым культурам достигала 15,18 центнера с одного гектара. Большой
доход колхозу приносило животноводство. Здесь насчитывалось 488 голов
крупного рогатого скота. Это была так называемая красная тамбовская порода. Интересно и то, что 83,1% всего крупного рогатого скота было записано в
племенную книгу. Средний годовой удой на одну фуражную корову в колхо13
зе за 1937 г. и 1938 г. составил 4063 кг, а средний суточный привес телят до
шести месячного возраста в среднем за тот же период составил 788 граммов.
Тамбовщина в то время славилась и своим племенным коневодством. Славу ей принѐс государственный конный завод № 26, где от каждых ста кобыл
было выращено в 1937 г. по 84 жеребѐнка, а в 1938 – по 88. В 1937 г. сохранность молодняка составила 98,7%, а в 1938 г. – 98,8%.
На всю Тамбовщину и за еѐ пределами был известен совхоз имени Калинина Мичуринского района. Он был создан в 1920 г. и специализировался в
животноводстве. Только в 1938 г. эта отрасль сельского хозяйства принесла
совхозу доход в 995027 руб., в то время как весь доход составил 2925367 руб.
Специализировались здесь и на растениеводстве. Урожайность в 1937 г. и
1938 г. достигла 16,23 центнера с гектара. Труженики гордились своими успехами. В совхозе насчитывалось 150 коров и 137 телят. Состав стада – метисы симментальской, швицкой, красной тамбовской и улучшенной местной
породы. Средний годовой удой на одну фуражную корову в 1938 г. составил
3725 литров. Из рекордисток за триста дней лактации по 7820 литров дала
«Вакханка», по 6185 литров – «Венеция». Самая молодая из коров – «Ласточка», второго отѐла, за триста дней лактации дала 6798 литров. Суточный привес телят в совхозе до шестимесячного возраста в 1938 г. составлял 800
грамм.
Другой отраслью животноводства, на которой специализировался совхоз,
было свиноводство. Здесь насчитывалось 845 свиней, из которых сто маток. В
1937 г. выход мяса на одну матку составил 1561 кг, а в 1938 г. – 1746 кг. В
1937 г. на одну матку было выращено 15,3 поросят, а через год – 19,9.
Ещѐ в 1925 г. совхоз посетил будущий глава правительства и министр
иностранных дел СССР В.М. Молотов, оставивший в книге посетителей
сельхозпредприятия запись: «Племхоз производит после краткого ознакомления хорошее впечатление. Главное, заметно внимание к постановке хозяйства
и правильному установлению отношений с окрестным крестьянством. Надо
идти по этому пути дальше. В частности, надо наладить передачу электроэнергии в ближайшие к племхозу деревни. Постараюсь этому помочь».
Совхоз наладил добрые отношения с крестьянами. Только в 1938 г. было
проведено сельхозработ в переводе на мягкую пахоту 1400 га, было отремонтировано сельхозмашин на 40500 руб., продано 68 телят, 12 семей пчѐл, 545
поросят. С совхозной электростанции подавалась электроэнергия в колхоз «1
мая». В совхозе были построены радиоузел, медицинские учреждения и даже
были организованы сеансы звукового кино. Всеми этими благами пользовались многие жители близлежащих к совхозу колхозных селений.
Такими трудовыми успехами и результатами удивляли передовые хозяйства Тамбовской области посетителей Первой Всесоюзной сельскохозяйственной выставки.
14
От редакции
НА ВДНХ НАШЛИ ГИГАНТСКОЕ ПОЛОТНО
ТАМБОВСКОГО ХУДОЖНИКА
На ВДНХ нашли уникальную картину Александра Михайловича Герасимова (1881, г. Козлов, Тамбовская губ. – 1963, Москва) – народного художника СССР (1943), архитектора, действительного члена АХ СССР (1947), доктора искусствоведения (1951). На ней изображѐн второй Всесоюзный съезд
колхозников и ударников труда 1935 г. Именно на этом съезде крестьяне и
рабочие просили правительство организовать Всесоюзную сельскохозяйственную выставку. Картина маслом на холсте размером 6,75 на 11 метров создана в 1953 г. Считалось, что полотно утрачено.
Картину обнаружили во время противоаварийных работ в цокольном этаже павильона № 1. Специальная комиссия оценила состояние сохранности
найденного шедевра: состояние живописи признано аварийным, а холста
удовлетворительным. Полотно передано на реставрацию.
http://onlinetambov.ru/culture/?ELEMENT_ID=885446
15
А.А. Слезин
МОЛОДЁЖЬ ТАМБОВСКОЙ ОБЛАСТИ
НА СТРАЖЕ ПРАВОПОРЯДКА
(конец 1950-х – начало 1960-х гг.)
Ещѐ в 1932 г. СНК РСФСР узаконил создание из граждан, в свободное
время пожелавших оказывать помощь милиции, Бригад содействия милиции
(Бригадмил). В них принимались лица с 18 лет, имеющие рекомендацию комсомольской или другой общественной организации. Руководство бригадами
возлагалось на районные и городские управления и отделы милиции. На общих собраниях коллективов избирались бригадиры. Бригадмильцы совместно
с работниками милиции несли постовую службу, дежурили в отделениях милиции, участвовали в обеспечении порядка во время массовых мероприятий,
участвовали в проверках соблюдения правил советской торговли.
Во второй половине 1950-х гг. движению бригадмильцев был дан новый
импульс. С одной стороны, это было связано с приданием приоритетной роли
общественности в обеспечении общественного порядка и безопасности в
стране: период развернутого строительства коммунизма однозначно ассоциировался в партийных документах с формированием социалистического самосознания, всемерным развитием творческой активности и самодеятельности
масс. С другой стороны, несмотря на планы быстрого движения к коммунизму, конкретные результаты в борьбе с преступностью не могли радовать государственные органы. На рост молодѐжной преступности власти с помощью
комсомола решили откликнуться активным привлечением молодежи к охране
общественного порядка. Если в 1955 г. в ней в Тамбовской области принимали участие 1680 человек, то в 1956 г. – 20570. Если в 1956 г. в области было 4
тыс. бригадмильцев, то в 1957 г. – около 6 тыс. [25].
Молодые поэты С. Гребенников и Н. Добронравов вместе с композитором
К. Акимовым написали тогда «Песню комсомольского патруля», где напрямую связывали боевые достижения комсомола с деятельностью по борьбе с
хулиганством: «Вновь нам комсомол дал заданье, / Зорче, зорче, патруль гляди! /Хулиганам и прочей дряни / Навсегда прегради пути [35, с. 2.].
Активная группа в помощь милиции была создана десятиклассниками г.
Тамбова. Заметную роль в ней играл Олег Осадчий, дважды награждавшийся
почетными грамотами милиции. На счету Олега было несколько задержанных хулиганов, карманных воров, спекулянтов. Однажды во время дежурства
в городском саду он обратил внимание на пьяного молодого человека, у которого из-под рукава торчала рукоятка финского ножа. Олег не побоялся разоружить хулигана [37].
Активную роль в борьбе с хулиганством играла местная печать. Областная молодежная газета «Комсомольское знамя» регулярно печатала материа16
лы, пропагандирующие деятельность добровольных помощников милиции,
призывающие обуздать конкретных нарушителей правопорядка.
Принимались серьѐзные меры к очищению движения от случайных людей. Секретарь Центрального райкома ВЛКСМ Тамбова Пьяных признавал,
что на районном совещании бригадмильцев выяснилось: «Некоторые шли,
чтобы получить удостоверение и бесплатно посещать зрелищные мероприятия» [27]. Доходило до случаев ареста на 10-15 суток самих бригадмильцев
[27]. К сожалению, нередко бригадмильцам приходилось задерживать студентов Тамбовского пединститута, особенно студентов факультета физического воспитания. [34]. Пытаясь улучшить ситуацию в Центральном районе
Тамбова избрали совет БДМ, провели перегистрацию бригадмильцев [27].
В Мичуринске в 1957 г. было проведено много массовых рейдов. Но в
1958 г. горком ВЛКСМ решил, что они не оправдывают себя. Был составлен
график дежурства различных комсомольских организаций по городу. Работа
стала проводиться по принципу комсомольского патрулирования. Выделялось по 20-30 человек от организации. Иногда проводились более крупные
рейды, в которых участвовало по 300-400 человек. Город тогда был разделѐн
на зоны. За каждой закреплялась определѐнная организация [29].
12 февраля 1958 г. в преддверии выборов в Верховный Совет СССР (16
марта 1958 г.) был утвержден план совестных мероприятий УВД и обкома
ВЛКСМ по обеспечению общественного порядка и общественной безопасности в период подготовки и проведения выборов. Он, в частности, предусматривал круглосуточное дежурство силами работников УВД и комсомольского
актива, членов бригад содействия милиции, комсомольских инициативных
групп, партийно-советской общественности накануне и в день выборов. Разрабатывались срочные меры к увеличению бригад содействия милиции в городах и сѐлах области за счѐт комсомольцев, передовой части молодежи. На
каждом агитпункте и избирательном участке создавались группы из числа
комсомольских активистов и членов бригад содействия милиции, на которых
возлагались обязанности по обеспечению общественного порядка, противопожарной безопасности и сохранности имущества на агитпункте.
Аналогичные группы создавались на крупных предприятиях. В ночное и
вечернее время с помощью комсомольцев усиливалась постовая и патрульная
службы. Не реже раза в декаду проводились специальные комсомольскомолодѐжные рейды по поддержанию общественного порядка [26].
К лету 1958 г. в области свыше 10 тысяч человек участвовало в комсомольских инициативных группах [1]. Органами милиции совместно с городскими и районными комитетами комсомола было проведено свыше 100 рейдов, выявлено свыше 1 тыс. нарушителей общественного порядка. За активное участие в поддержании общественного порядка было награждено грамотами и ценными подарками свыше 600 бригадмильцев-комсомольцев [2].
К 20 мая 1959 г. в Тамбовской области была создана 661 добровольная
дружина с общим количеством 14362 человека. Наиболее активно в охране
17
общественного порядка участвовали дружинники Моршанска и Мичуринска.
В Пичаевском районе штабом дружин выпускалась газета «Капкан» [3].
В 1959 г. на рабочих и колхозных собраниях в области было обсуждено
около 1 тыс. человек, совершивших те или иные проступки, многие из них
были взяты на поруки для дальнейшего перевоспитания [8]. За второе полугодие 1959 г. дружинниками было доставлено в штабы народных дружин
свыше 2 тыс. правонарушителей, тем самым был предотвращѐн целый ряд
уголовных преступлений [5]. В начале 1960 г. в области действовало 767 добровольных дружин, в которых насчитывалось 17 тыс. дружинников. Наибольшее количество дружин было создано в городах Мичуринске, Моршанске, Котовске, Ленинском районе Тамбова, в Инжавинском, Мордовском,
Ржаксинском и Уваровском районах [13]. В народные дружины вступило более 8 тыс. комсомольцев области. Из числа-дружинников-комсомольцев были
созданы группы по борьбе с карманными ворами [9].
В Мичуринске было создано 32 народные дружины. Особой активностью
отличались студенты-дружинники (по характеристике председателя городского штаба «самый энергичный и подвижный народ»). С их помощью в первую очередь был наведѐн порядок в местах отдыха горожан. В городской
штаб Мичуринска часто обращались мичуринцы, ищущие у дружинников
помощи в поддержании порядка в общественных местах. Учитывая специфику железнодорожного транспорта, городской штаб организовал самостоятельные узловые штабы народных дружин, организовал дежурство в пригородных поездах [14]. Городской штаб народных дружин Мичуринска издавал
сатирическую газету «Дружинник» и фотогазету, где высмеивались нарушители порядка. В.И. Руденко так описывал дежурства дружинников в Мичуринске: «Во главе с командиром дружины все дружинники чисто и опрятно
одетыми являются в городской штаб на развод. Получив инструктаж и объекты наблюдения и патрулирования, дружинники одевают красные повязки
«Дружинник» и попарно или втроем расходятся по улицам и общественным
местам города. Всех мелких нарушителей общественного порядка дружинники на месте нарушения профилактируют, а отдельных ярых хулиганов или
дебоширов приводят в штаб. В штабе во главе с командиром остаѐтся ещѐ 2-3
дружинника, как правило, более подготовленных, энергичных и умеющих
внушать, профилактировать и воспитывать этих нарушителей. После основательной беседы, если нарушитель понял свой поступок, извинился перед
дружиной, его из штаба отпускают домой, а если он в нетрезвом состоянии,
то его на дежурной машине с дружинниками отправляют домой и передают
семье» [21]. Все задержанные и доставленные в штаб регистрировались в
специальном журнале, письмо с описанием его поступка направлялось по
месту работы и жительства для обсуждения в коллективе. Например, 17 января 1960 г. в рейде в Мичуринске участвовало 150 дружинников и 30 милиционеров. За четыре часа рейда в штаб было доставлено 64 нарушителя об18
щественного порядка. Со всеми были проведены беседы, двоих пришлось
привлечь к ответственности за мелкое хулиганство [22].
Неслучайны положительные отзывы о работе мичуринских дружинников.
Один из них опубликовал в 1960 г. журнал «Советская юстиция»: «Ещѐ не так
давно жители Мичуринска справедливо жаловались по адресу работников
милиции о слабой борьбе с нарушителями общественного порядка. Не так
обстоит дело теперь. Люди с красными повязками стали зоркими стражами
спокойствия. Главное их преимущество в том, что они не только своевременно умеют призвать к порядку любого нарушителя, но, не останавливаясь на
этом, успешно работают над его перевоспитанием и исправлением» [36, с. 9.].
В работе народной дружины Арженской суконной фабрики (г. Рассказово)
участвовало 29 комсомольцев (больше 50%). Были созданы общефабричный
штаб, 4 цеховых отряда в наиболее крупных цехах и 2 оперативные группы.
Организовывались выступления дружинников перед демонстрацией кинофильмов, на собраниях. Был проведѐн специальный вечер о моральном облике советской молодѐжи. Выпускалась сатирическая стенгазета. Еѐ материалы
нередко играли важнейшую роль в исправлении хулиганов. Например, задержанный дружинниками помощник мастера ткацкого цеха С. в пьяном виде
устроил скандал с битьем посуды. Когда он увидел карикатуру на себя в
стенной газете, то со слезами на глазах просил снять еѐ, в дальнейшем хулиганских поступков не допускал. Задержанный дружинниками К. просил дать
ему 15 суток, но только не помещать в стенгазету [24].
В Моршанске девушкой-дружинницей был задержан пьяный председатель
артели, его изображение было помещено в сатирической газете. Потом он
долго просил снять газету: «Лучше бы меня 10 раз на бюро разобрали» [15].
По инициативе дружины тамбовского завода «Комсомолец» на обсуждение общих собраний часто ставились вопросы о неправильном поведении
некоторых рабочих. Если в 1958 г. с этого завода было привлечено к ответственности за мелкое хулиганство 57 человек, то в 1959 г. только 19. Обкомом
КПСС этот факт увязывал с хорошей работой заводских дружинников [17.]. В
пример ставилась также работа народных дружин в совхозе «Краснозвезденский» Мучкапского района, в колхозе «Родина» Избердеевского района [17].
В то же время Тамбовский обком КПСС признавал: «Часть дружин создано
формально, на бумаге и поэтому не ведут активной работы» [18].
Тормозом в работе дружины стали случаи мести дружинникам. В Моршанске, например, один из дебоширов металлическим предметом тяжело ранил дружинника, мешавшего ему демонстрировать свою «удаль». А так как
его и после этого не изолировали, избил ещѐ одного дружинника [15].
Некоторые партийные, комсомольские и профсоюзные организации проявили определѐнную активность при формировании дружин, но постепенно
самоустранились от их деятельности. Исполком областного Совета депутатов
трудящихся в августе 1959 г. специально рассматривал вопрос «О состоянии
19
охраны общественного порядка в городе Кирсанове и Кирсановском районе»,
однако ситуация не была исправлена в лучшую сторону и в 1960 г. [18].
Между тем, на пленуме обкома КПСС в январе 1960 г. подчеркивалось:
«Добровольные народные дружины – не случайное, кратковременное явление
в жизни нашего общества, а одна из зарождающихся ныне форм коммунистического самоуправления трудящихся, которая всѐ время будет развиваться»
[19]. Перед народными дружинами ставились задачи своими силами обеспечивать общественный порядок на улицах, в парках, садах, клубах, общежитиях и в других общественных местах, предупреждать случаи хулиганства и
пьянства, брать под жѐсткий контроль неустойчивых в моральном отношении
лиц. Интересно, что статистика показывает: после начала работы народных
дружин число задержанных нарушителей увеличилось, но до суда доходило
значительно меньше дел [23].
Большая роль в воспитании отводилась также товарищеским и сельским
общественным судам, общим собраниям трудящихся по бригадам, сменам,
цехам предприятий, бригадам коммунистического труда, собраниям колхозников, рабочих и служащих совхозов.
Комсомольцы колхоза им. Ленина Пичаевского района на собрании решили покончить с самогоноварением в родном селе. Ими было выявлено 3 семьи, которые систематически занимались самогоноварением. 11 самогонщиков выявили и передали товарищеским судам комсомольцы Мучкапского
района. Во многих колхозах и совхозах были созданы специальные комсомольские специализированные группы по борьбе с самогоноварением [10].
Документы сохранили немало фактов успешной работы товарищеских судов. Так, товарищеский суд колхоза им. Сталина Тамбовского района взял на
поруки молодых пастухов, укравших в колхозе несколько мешков цемента.
Студенты Тамбовского вагонного техникума взяли на поруки студента М.
Впоследствии ни молодые пастухи, ни студент антиобщественных поступков
не совершали, отличались примерным поведением [20]. В июне 1959 г. молодая птичница из колхоза «Красный боевик», не умея обращаться с огнестрельным оружием, случайным выстрелом убила человека. Наверное, в
предшествующий исторический период еѐ и в терроризме могли обвинить. В
1959 г. еѐ отдали на поруки комсомольской организации. Впоследствии она
являлась лучшей птичницей, пользовалась уважением земляков [4].
В российских сѐлах с их общинными традициями мнение односельчан играло особую роль. Неслучайно зафиксировано немало фактов, когда нарушители просили передать их дела в народные суды, «лишь бы не позориться на
суде товарищеском» [6]. Самый оптимистичный случай с взятием на поруки
относится к истории Старо-Юрьевского района. Там «перевоспитавшийся»
бывший хулиган пригласил на свою свадьбу и задерживавших его народных
дружинников, и наиболее гневно выступавших на товарищеском суде [7].
Нередко представители общественности проявляли на товарищеских судах отменную принципиальность, требуя строгости наказаний для тех, кто
20
совершил преступления. Неприязнь вызывали у общественных судей не желавшие раскаяться, ведущие себя лицемерно и вызывающе. Вместе с тем,
приходится признать, что нередко общественность шла на поводу у отпетых
мошенников, которые и «взятие на поруки» пытались использовать только
для своей выгоды. Избежав заключения, они продолжали совершать антиобщественные поступки, а нередко и уголовные преступления.
Первостепенной считали в комсомоле задачу предупреждения правонарушений, устранения условий, прямо или косвенно способствующих их
свершению. В клубах, красных уголках стало проводиться больше интересных диспутов, вечеров, встреч, кинофестивалей. Комсомольцы Тамбовского
педучилища часто выступали перед населением с докладами «Роль семьи в
воспитании детей», «О культуре поведения», «О моральном облике советского молодого человека» [11]. Специфической формой охраны общественного
порядка стали выпускаемые комсомольскими организациями сатирические
газеты. Особой популярностью пользовалась свето-звуковая газета «Кипяток» – орган Тамбовского горкома ВЛКСМ [12].
Комитеты ВЛКСМ оказывали посильную помощь молодым людям, вышедшим из-за заключения, трудоустраивали их, старались создать им необходимые условия, вели с ними воспитательную работу, придавали гласности
случаи равнодушия по отношению к недавно освобождѐнным.
В начале 1960-х гг. интересной формой работы с пионерами и школьниками стали создаваемые в школьных комсомольских организациях, пионерских дружинах, при внешкольных учреждениях, детских комнатах милиции и
домоуправлениях отряды юных друзей милиции (ЮДМ). Традиционными
стали встречи с работниками прокуратуры, суда, органов милиции. На пионерские сборы, костры и линейки приглашали ветеранов органов охраны общественного порядка. Как в школах, так и во внешкольных учреждениях, в
комнатах при домоуправлениях члены отрядов ЮДМ оформляли уголки, выставки, посвящѐнные милиции. С помощью шефов из органов охраны общественного порядка ЮДМ организовывали спортивные и туристские секции,
стрелковые, санитарные кружки, объединения по изучению законодательства,
фотографии, автомотодела, средств связи и сигнализации, служебного собаководства и т. п. Совместно с сотрудниками милиции ЮДМ проводили рейды
и патрулирование в местах отдыха пионеров и школьников, активно участвовали в работе детских комнат милиции, оборудовали игротеки, выпускали
фотомонтажи и стенгазеты на темы, связанные с охраной порядка.
Деятельность ЮДМ была направлена на привитие юношеству таких качеств как честность, скромность, смелость, нетерпимость ко всякого рода
нарушениям общественного порядка и этических норм поведения.
Обком КПСС призывал при проведении агитационно-пропагандистской
работы «подымать в народе чувство нетерпимости ко всякого рода нарушителям закона, создавая обстановку их всеобщего осуждения» [16]. В тоже время
в печатных изданиях, если и публиковались статьи на правовые темы, то, как
21
правило, отличались сухостью. В газетах очень редко освещалась деятельность товарищеских судов, общественных обвинителей и защитников.
Далеко не везде на местах добросовестно отнеслись к созданию добровольных народных дружин. В Гавриловском районе 1 января 1961 г. численность ДНД составляла 430 человек, а через год – только 364. Во многих населѐнных пунктах добровольные дружины не были созданы [31]. Не росли ряды
дружинников в Ламском районе, причем местный райком ВЛКСМ в этом направлении бездействовал. Обком комсомола именно с этим связывал рост
количества хулиганских проявлений [30].
Отношение к бригадмильцам, ДНД и ЮДМ в обществе сложилось явно
неоднозначное. Во всяком случае имела место и крайняя неприязнь тех граждан, которые объединяли деятельность общественных помощников милиции
с злоупотреблениями силовых ведомств. Так, в 1956 г. в Тамбовской области
распространялась самиздатовская газета «издательства Главфилон» «Собакиш-брехиш». Она откровенно противопоставляла себя комсомольской сатирической газете «Кипяток» («Но от него имеется отличье, / Которое огромно, велико. / Во-первых, нет того величья, / Не задираем нос так высоко»).
Резко критиковались конкретные комсомольские руководители и сотрудники
правоохранительных органов («Вы не увидите там мусора-фашиста, / Который лупит пацана сапогом»). Карикатуры едко высмеивали злоупотребления милиционеров. И уж совсем нелицеприятным выходил в газете стихотворный портрет бригадмильца: «Жандарм душой. / Сырьем тюрьмы кормилец, / Шпион большой. / Таков есть бригадмилец» [28].
Нередко сами комсомольцы стеснялись своей помощи милиции. Так, секретарь колхоза им. Коминтерна посчитал неудобным проводить рейд по самогонщикам и в качестве довода заявил: «Неудобно, мол, все соседи, знакомые; нам бы для этого прислать группу из Моршанска или Тамбова» [32].
Архивные документы подтверждают справедливость утверждения современного исследователя: «…Размытость правовых формулировок и повсеместное отсутствие внешней атрибутики своего статуса позволяло дружинникам успешно использовать своѐ положение, не только не являясь примером
для других граждан, но и становясь негативным образцом использования своего должностного положения» [33, с. 23].
Тем не менее, не будем поддаваться моде и только негативно оценивать
опыт молодых помощников милиции. Непредвзятый анализ опыта привлечения к обеспечению правопорядка общественных организаций делает актуальным использование его и в современной практике. Важно только использовать его не механически, не забывая, что попытки заменить органы милиции
общественными формированиями провалились.
Источники, литература
1. Государственный архив социально-политической истории Тамбовской области (ГАСПИТО). Ф.П-1045. Оп.1. Д.11143. Л.61.
2. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11143. Л.62.
22
3. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11435. Л.52.
4. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л. 137-138.
5. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.100.
6. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.131.
7. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.132.
8. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.15.
9. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.162.
10. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.163.
11. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.164.
12. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.164-165.
13. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.18.
14. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.18-19,43-45.
15. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.182.
16. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.187.
17. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.19.
18. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.20.
19. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.21.
20. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.31-33.
21. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.45-47.
22. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.48.
23. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.52.
24. ГАСПИТО. Ф.П-1045. Оп.1. Д.11456. Л.88-93.
25. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1136. Л.31.
26. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1384. Л.1-4.
27. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1136. Л.52.
28. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1314. Л.10.
29. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1377. Л.72.
30. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1511. Л.34.
31. ГАСПИТО. Ф.П-1184. Оп.1. Д.1507. Л.32.
32. ГАСПИТО. Ф.П-8625. Оп.1. Д.8. Л.18.
33. Рыбалка О.В. ДНД – воспитатель «нового советского человека» (на
примере народных дружин Новгорода и области) // Современные научные
исследования: электрон. науч. журнал. 2012. №7. URL: http://www.sni-vak.ru
34. Самойлов А., Спивак И. «А это какой вид спорта?»// Комсомольское знамя (Тамбов). 1956. 17 окт.
35. Смена. 1961. №9.
36. Советская юстиция. 1960. №6.
37. Ульянов В. Бригадмилец Олег Осадчий // Комсомольское знамя
(Тамбов).1956. 17 окт.
*
*
*
23
КРАЕВЕДЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
В.В. Красников, Г.П. Пирожков, И.Г. Пирожкова
ПРОЕКТНАЯ РАБОТА
КАК ЭФФЕКТИВНЫЙ МЕТОД ОБУЧЕНИЯ СТУДЕНТОВ
Аннотация. Рассматривая проектную работу как результативный способ
развития творчества студентов и эффективный метод обучения, авторы определяют содержание понятия «проектная работа», характеризуют роль студенческих научных объединений в использовании проектной методики. При
этом научно-исследовательская работа студентов представляется как средство достижения профессионально-значимой и социально-личностной цели. В
статье показан опыт применения метода учебных проектов и результаты выполнения некоторых авторских проектов, определены требования к проведению проектной работы.
Ключевые слова и фразы: метод учебных проектов как системный компонент учебного процесса; понятие «проектная работа студента»; студенческий научный кружок; общественно значимый продукт проектной работы; научные публикации студентов; Архив устной истории Тамбовского
центра краеведения.
Использование проектной методики при подготовке специалистов, актуально: работа над проектом предполагает творческий подход каждого студента к выполнению любого проектного задания. При этом реализация проекта
используется как средство достижения поставленных коллективом обучающихся совместно с педагогами научно-образовательных и воспитательных
задач. Проектная работа служит развитию личности субъекта учения, но
очень важен и другой момент: получение интеллектуального социально значимого продукта.
Именно этими двумя задачами и определяются основные параметры ее
содержания, организации, функционирования. Именно это убеждает многих
педагогов, авторов и коллег по работе над научно-педагогическими проектами общественного объединения исследователей региональной истории и
культуры «Тамбовский центр краеведения» (ТЦК) использовать проектную
методику [3; 25; 26; 27; 29; 30; 32; 33].
Мы считаем, что проектирование чем-то похоже на учебнопроизводственный эксперимент: оно связывает две стороны процесса познания – является методом обучения и средством практического применения
усвоенных знаний и умений. Убеждѐнность в эффективности проектных методик сделала авторов давними сторонниками их активного использования.
24
Опыт преподавания в тамбовских вузах положен в основу статьи, цель которой осмысление ряда сюжетов научно-педагогической практики и выработка рекомендаций по развитию творческой деятельности студентов и повышению роли научного знания в их профессиональном и личностном развитии.
Метод проектов – это «система обучения, в которой знания и умения учащиеся приобретают в процессе планирования и выполнения постепенно усложняющихся практических заданий – проектов» [17]. Основоположник метода Д. Дьюи основным считал обучение «посредством делания» [6].
В России еще в начале ХХ в. педагоги во главе с С.Т. Шацким пытались
внедрять образовательные американские методики. Однако эксперименты
оказались недостаточно продуманными. При советской власти метод проектов применялся в школах [9]. Но в 1931 г. ЦК ВКП(б) осудил его. Метод не
использовался до конца 1980 годов, когда эта проблема стала обсуждаться
педагогами, в том числе и в связи с публикацией книги Дж.К. Джонса, который представил полную картину современного проектного анализа [5].
Мы рассматриваем метод учебных проектов как системный компонент
учебно-воспитательного процесса, позволяющий выстраивать его на принципах педагогики сотрудничества. Во-первых, проектная работа в большей степени групповая: каждый участник – студент, магистрант, аспирант, преподаватель – обязательно вступает в деловые отношения. Во-вторых, проект,
осуществляемый группой, бывает, как правило, более смелым по замыслу, в
нем ярче обозначены не только образовательно-воспитательные, научные, но
и социальные цели.
Сущность понятия «проектная работа студента» связана с научными категориями «проект», «творчество», имеющими разноплановый характер с точки
зрения разных отраслей научного знания. Оно находит отражение на стыке,
прежде всего, педагогики и психологии: обучение проектной деятельности
предполагает учет ее психологического содержания и основных закономерностей педагогического процесса, который, заметим, более нацелен на освоение специальных знаний. Поэтому применение метода предполагает соблюдать важное условие – желание обучающихся участвовать в проекте, в чѐм
необходимо уверить их, так как инициатором, как правило, чаще выступает
преподаватель. Пробудив интерес к проблеме проекта, надо убедить участников серьѐзно взяться за работу, подчѐркивая, что успех будет зависеть от активности каждого. Считаем, что начало погружения в проект (формулирование проблемы) уже есть начальный этап творчества.
В условиях практицизма обучающихся бывает сложно найти желающих
взяться за проект со всей ответственностью, поэтому важен подбор коллектива единомышленников. Только после этого можно надеяться, что работа в
проекте станет той формой сотрудничества, когда действия участников будут
обусловлены «активностью общения, обсуждения, выработки коллективного
решения» [3, с. 19]. Таким образом, важным этапом проектной работы является организационное оформление проектной группы. Авторы являются сто25
ронниками такого объединения, как студенческий научный кружок. Из кружковцев формируются проблемные коллективы. Например, сегодня под руководством одного из авторов на базе студенческих научных культурологокраеведческих кружков в Тамбовском государственном техническом университете (ТГТУ) и Тамбовском филиале Московского государственного университета культуры и искусств (ТФ МГУКИ) над конкретными проектами
работает несколько проблемных групп. Студенты ТГТУ приняли участие в
международной конференции [2]. Некоторые первокурсники, изучавшие
дисциплину «Основы теории коммуникации», обратили внимание на проблему «Слово в коммуникации»; для них преподавателем был опубликован
доклад «Россия – общество логомахов? Что стало со Словом…» [23]. Студенты определили темы исследований, вскоре появились публикации [15]. Проектной работой кружковцев – первокурсников ТФ МГУКИ – стала тема «Быт
тамбовских жителей (ХIХ – начало ХХ вв.)», старшекурсники изучают вопросы краеведческого образования [34]. Были и другие публикации [8; 31;
36]. Другие авторы руководят проблемными группами в рамках образовательных проектов ТЦК; их члены – студенты – также публикуют работы [4;
7; 11; 12; 13].
Укажем, что проектная методика используется в преподавании как на
первом, так и на последующих курсах обучения, то есть занятия над проектами продолжаются. В связи с этим важно, чтобы ежегодно усиливалась направленность студентов на освоение профессиональными компетенциями.
Принципиальным сюжетом проекта становится презентация результатов,
реализуемых в виде разных интеллектуальных продуктов. И в этом каждый
студент, представляя собственные наработки, должен «вписаться» в результат всей группы. При этом важно, чтобы все были убеждены, что проектный
результат зависит от каждого из них. В опубликованных ранее материалах
авторы приводили примеры на этот счет [11; 14; 18; 19; 20; 21; 22; 24; 35].
Интересной проектной работой являются практикумы, постановка которых связана с изучаемой дисциплиной и будущей специальностью. Так, студентам по специальности «Документоведение и документационное обеспечение управления» при изучении дисциплины «Архивоведение» предлагался
практикум «Судьба моей семьи в истории России». Позже этот же практикум
выполняли студенты других специальностей, стали использовать преподаватели других учебных заведений. В результате проекта ТЦК был создан Архив
устной истории [1; 28].
Авторский опыт убеждает, что особую значимость в проектной работе
приобретает содержательная сторона того или иного проектного задания. Известно, что в стране совсем недавно произошел демонтаж советской идеологии, началось копирование западных форм жизни, которые в большинстве
случаев, приводят к негативному отношению многих молодых людей к обществу и государству, происходит подмена культурных ценностей, традиционных для России.
26
Специалисты утверждают, что негативную лепту в эти процессы вносит и
система образования, которая держит курс на личностно ориентированную
педагогику, когда акцент сделан на формирование у обучающихся личностной зрелости при недостаточном внимании к воспитанию социальных качеств: личностно ориентированный подход «не является научно и практически безупречным, поскольку переносит акцент с «со» (событие, сотрудничество, содействие, сотворчество, соучастие и т. п) на «само» (самореализация,
самооценка, самостоятельность, самоуправление)» [10, с. 12], при этом теряются цели образования как социального института, воспитывающего граждан
страны.
Сегодня российское общество нуждается в социально-личностной ориентации образовательной системы [16]. Поэтому важно перенесение в фокус
внимания участников проекта необходимость работать на принципах сотрудничества, содействия, сотворчества, соучастия…
Таким образом, использование метода проектов обязывает преподавателя
соблюдать ряд требований. Необходимо определение интересной и важной в
творческом плане темы, связанной как с изучением основной преподаваемой
дисциплины, так и с будущей специальностью (профессией), что требует интегрированного знания и исследовательского поиска для еѐ решения; существенны самостоятельная деятельность студентов и теоретико-практическая и
познавательная значимость предполагаемых результатов.
При использовании проектной работы как метода обучения следует учитывать интересы обучающегося.
Важна и проверка (в том числе, текущая) результатов проектной работы;
контроль необходим и студенту и педагогу, как для оценки, так и соответственно для самооценки.
Создание общественно значимого продукта как результата осуществления
проекта позволяют утверждать: проектная работа – это со-творческая деятельность, а проектная методика способствует осознанию студентами важности изучения учебных дисциплин и роли научного знания в профессиональном и социально-личностном развитии.
Источники, литература
1. Архив Тамбовского центра краеведения. Ф. 3 (Архив устной истории).
2. Ауад Лина, Курилова Н.В., Пирожков Г.П. Роль культурологокраеведческих учебных дисциплин в профессиональном образовании (на
примере тамбовских вузов) // Формирование профессионала в условиях региона: новые подходы: материалы ХIII междунар. науч. конф. преподавателей, аспирантов и студентов. Тамбов, 22-23 октября. Тамбов; М.; СПб.; Баку;
Вена; Гамбург: Изд-во МИНЦ, 2013. С. 43-47.
3. Белкина Е.П. Об использовании проектной работы при обучении
иностранному зыку студентов магистратуры // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2012. № 5 (16). С. 19-21.
27
4. Двухжилова И.В., Красников В.В., Мамоян Р.А., Пирожков Г.П.
Культурологизация образования: традиционные родино(крае)ведческие средства и новые технологии // Kluczowe aspekty naukowej działalności – 2014:
мateriały X Międzynarodowej naukowi-praktycznej konferencji. Vol. 8: Filozofia.
Politołogija. Przemyśl: “Nauka I studia”, 2014. С. 26-30.
5. Джонс Дж.К. Методы проектирования. 2-е изд., доп. / пер. с англ. М.:
Изд-во «Мир», 1986. 326 с.
6. Дьюи Дж. Общество и его проблемы / пер. с англ. Мюрберг И.И., Толстова А.Б., Косиловой Е.Н. М.: Идея-Пресс. 2002. 160 с.
7. Зырянова Н.Б., Ишин А.В., Красников В.В., Пирожков Г.П., Пирожкова И.Г., Сенкевич А.В. Научно-образовательная деятельность Тамбовского
центра
краеведения
//
Пути
модернизации
научноисследовательской и образовательной деятельности в сфере культуры и искусства: материалы 4 междунар. науч.-практ. конф. Краснодар, 5 апреля 2014
г. Краснодар, 2014. С. 169-174.
8. Зырянова Н.Б., Пирожков Г.П. Уровни краеведческого знания:
краеография и краеология // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. М., 2014. № 5 (64). Ч. 1. С. 318-320.
9. Каганов Е.Г. Метод проектов в трудовой школе. Л.: «БрокгаузЕфрон», 1926. 17 с.
10. Качественные и количественные методы психологических и
педагогических исследований: учеб. для студентов учреждений высшего профессионального образования / В.И. Загвязинский, А.Ф. Закирова, Р.
Атаханов и др.; под ред. В.И. Загвязинского. М.: «Академия», 2013. 240 с.
11. Красников В.В., Мамоян Р.А., Зырянова Н.Б., Пирожков Г.П.
Культуротворческая воспитывающая школа: практикумы для студентов. в
режиме ретродиалога культур // Strategiczne pytania światowej nauki – 2014:
мateriały X Międzynarodowej naukowi-praktycznej konferencji. Vol. 14: Pedagogiczne nauki. Przemysl: “Nauka I studia”, 2014. С. 92-96.
12. Красников В.В., Мамоян Р.А., Пирожков Г.П. Использование краеведческих сведений в рекламе // Naukowa myśl informacyjnej powieki – 2014:
materiały X Międzynarodowej naukowi-praktycznej konferencji. Vol. 3.
Ekonomiczne nauki. Przemyśl: “Nauka I studia”, 2014. С. 71-73.
13. Красников В.В., Мамоян Р.А., Пирожков Г.П. Правила использования краеведческой информации в рекламе // Вестник Тамбовского центра
краеведения. Тамбов. 2014. № 26. С. 27 -29. [Электронный ресурс] URL:
http://tfmguki.ru/?page_id=6183 (Дата обращения: 22.07.2014).
14. Красников В.В., Мамоян Р.А., Пирожков Г.П. Преподаватель – студенты: культуротворческий диалог в проектной работе // Альманах современной науки и образования. Тамбов: Грамота. 2014. № 4 (83). С. 91-94.
15. Лютикова М.В. «Тѐмное дело» с элегантной иронией [рец.: Седых
В.Б. Тѐмное дело: ироническая проза. Тамбов: Принт-Сервис, 2012. 160 с.] //
28
Вестник Тамбовского центра краеведения. Тамбов; М.; СПб.; Баку; Вена;
Гамбург: Изд-во МИНЦ, 2013. № 24. С. 90-91.
16. Малярчук Н.Н., Семенова Н.В. Понятия социально-личностного
подхода: «личностная зрелость» и «социальная зрелость» // Исторические,
философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2014. № 4. Ч. 1. С.
129-132.
17. Педагогический
словарь
[Электронный
ресурс]
URL:
http://slovo.yaxy.ru/87.html (Дата обращения: 20.09.2013).
18. Пирожков Г.П. Проектирование как средство обучения // Оралдың
ғылым жаршысы. Уральск (Казахстан), 2013. № 23 (71). С. 19-23.
19. Пирожков Г.П. Проектная работа как метод обучения // Альманах современной науки и образования. Тамбов: Грамота. 2014. № 1 (80). С. 83-86.
20. Пирожков Г.П. Реализация культурологического проекта в вузе //
Вестник Тамбовского центра краеведения. Тамбов, 2013. № 25. С. 34 37. [Электронный ресурс] URL: http://tfmguki.ru/?page_id=6183 (Дата обращения: 22.07.2014).
21. Пирожков Г.П. Роль культуролого-краеведения в основании культуротворческой воспитывающей школы // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы
теории и практики. Тамбов: Грамота, 2014. № 2. Ч. 2. С. 153-156.
22. Пирожков Г.П. Роль проектной работы в развитии культурологической компетенции студентов // European Social Science Journal (международный научный журнал) 2014. № 3. Т. 1. С. 137-141.
23. Пирожков Г.П. Россия – общество логомахов? Что стало со Словом…
// Бюллетень кафедры «Связи с общественностью» (ТГТУ). Тамбов, 2012. №
3. С. 27-33.
24. Пирожков Г.П. Составление краеведческого каталога как изучение
края (из педагогического опыта) // Альманах современной науки и образования. Тамбов: Грамота. 2013. № 3. С. 131-134.
25. Пирожков Г.П., Вахрушева Д.Ю., Ишин А.В. О методике проведения семинарских занятий студентами // Актуальные проблемы современного
научного знания: материалы 1 междунар. науч.-практ. конф. Пятигорск, 2008.
С. 66-68.
26. Пирожков Г.П., Вахрушева Д.Ю., Попова Е.А. и др. Проведение семинарских занятий студентами (о результатах эксперимента по курсу «Архивоведение» // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 7 Всерос. межвуз. науч. конф. Тамбов, 5 марта 2008 г. Тамбов;
М.; СПб.; Баку; Вена: Изд-во МИНЦ, 2008. С. 62-63.
27. Пирожков Г.П., Заяц О.А., Щукина Е.С. Семейный документальный
ресурс: состав и содержание (по материалам краеведческого практикума) //
Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 6
29
Всерос. межвуз. науч. конф. Тамбов, 11-12 апреля 2003 г. Тамбов; М.; СПб.;
Баку; Вена: Изд-во МИНЦ, 2006. С. 65-68.
28. Пирожков Г.П., Ишин А.В. Тамбовский центр краеведения в социокультурном пространстве региона-68. Тамбов, 2009. 152 с.
29. Пирожков Г.П., Ишин А.В., Клейменова О.Н. и др. Проведение студентами экспериментальных семинаров по «Архивоведению» (апробация
обучающей технологии) // Формирование специалиста в условиях региона:
новые подходы: материалы 9 Всерос. межвуз. науч. конф., Тамбов, 18 ноября
2009 г.: в 2 ч. Тамбов; М.; СПб.; Баку; Вена: Изд-во МИНЦ, 2009. Ч. 2. С. 237241.
30. Пирожков Г.П., Казанцева Е.В., Коновалова Т.С. и др. Деловые игры на занятиях по «Документоведению» и «Архивоведению» // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 6 Всерос.
межвуз. науч. конф. Тамбов, 11-12 апреля 2006 г. Тамбов; М.; СПб.; Баку;
Вена: Изд-во МИНЦ, 2006. С. 88-92.
31. Пирожков Г.П., Копаева Л.В. Культурные универсалии в творчестве
В.В. Будакова // Вестник Тамбовского центра краеведения. Тамбов,
2013.
№
25.
С.
52-53.
[Электронный
ресурс]
URL:
http://tfmguki.ru/?page_id=6183 (Дата обращения: 22.07.2014).
32. Пирожков Г.П., Красников В.В., Пирожкова И.Г. Новая технология
проведения документоведческого краеведческого практикума // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 3 Всерос.
межвуз. науч. конф. Тамбов, 11-12 апреля 2003 г. Тамбов; М.: Изд-во МИНЦ,
2003. С. 81-83.
33. Пирожков Г.П., Пуповская Ю.А., Пучкова Н.С. Краеведческое образование как компонента культурологической компетенции специалиста //
Материали за 9-а Междунар. практ. конф. «Новината за напреднали наука» –
2013. Т. 17: Педагогически науки. София: «Бял ГРАД-БГ», 2013. С. 53-54.
34. Пирожков Г.П., Пуповская Ю.А., Пучкова Н.С. Краеведческое образование как компонента культурологической компетенции специалиста //
Efektivni nastroje modernich ved – 2013 (27 dubna – 05 kvetna 2013 roku): materialy IХ mezinarodni vedecko-prakticka conference. Dil 20: Pedagogika. Praha:
Publishing House «Education and Science» s.r.o., 2013. S. 63-65.
35. Пирожков Г.П., Сенкевич А.В. Творческое единство преподавателя и
студента в проектной работе // Настоящи изследвания и развитие – 2014: материали за X-а международна научна практична конференция (17-25 януари
2014 г.). Т. 13: Педагогически науки. София: «Бял ГРАД-БГ». 2014. С. 86-88.
36. Пирожков Г.П., Сенкевич А.В., Сурина И.Г. Культурологокраеведение в развитии компетенций будущих документоведов и архивоведов // Вестник Тамбовского центра краеведения. Тамбов, 2013. № 25.
С. 40-42. [Электронный ресурс] URL: http://tfmguki.ru/?page_id=6183 (Дата
обращения: 22.07.2014).
30
Н.Б. Зырянова, Л.Ю. Королева,
В.В. Красников, Г.П. Пирожков, И.Г. Пирожкова
ДЕЛОВАЯ ИГРА КАК ТЕХНОЛОГИЯ ОБУЧЕНИЯ
Аннотация. В статье показан опыт применения игровых технологий при
изучении ряда вузовских дисциплин. Авторы раскрывают некоторые содержательные аспекты деловой игры, характеризуют ее роль в учебновоспитательном процессе, выводят ряд правил, соблюдение которых способствует повышению эффективности представленной обучающей технологии.
Ключевые слова и фразы: игровые технологии, учебная деловая игра, эффективность деловой игры, стимулы к участию в игре
Оптимизация учебно-воспитательного процесса в вузе сегодня невозможна без воздействия активных форм обучения на формирование общекультурных и профессиональных компетенций студента. Авторы уже обращались к
осмыслению опыта использования в учебно-воспитательном процессе в вузе
игровых технологий [1]; анализ позволяет сделать вывод о том, что игровое
обучение является эффективным средством активизации образовательного
процесса. В этой статье ставится задача проследить общие вопросы проведения деловых игр, так как описание деталей игрового процесса во многом зависит от усвоенных студентами знаний до преподаваемой дисциплины (по
какой специальности или направлению они учатся; на каком курсе; какова их
общекультурная и профессиональная подготовка и др.).
В основу статьи положен опыт использования игровой технологии в преподавании дисциплин «Отечественная история», «Культурология», «Историческое краеведение», «Документоведение», «Архивоведение», ряда спецкурсов [2; 3; 4; 5; 6]. Мы утверждаем: деловая игра – это дидактический и социально важный аспект, способствующий развитию у студентов умений вместе
мыслить и работать в коллективе, это действенная форма обучения студентов,
способ творческого познания ими конкретных явлений, который характеризуется созданием в учебном процессе проблемных моделей этих явлений и
имитации их функционирования на основе игровой деятельности. Заметим,
что деловая игра благоприятно влияет не только на развитие познавательной
деятельности, но и способствует вырабатыванию навыков самостоятельного
учебного труда. Ценность игры – в умении общими усилиями добиваться
лучшего результата.
Позитив деловой игры в том, что наличие в ней игрового элемента позволяет студентам одновременно пребывать в двух сферах – условной и действительной: каждый вовлечен в основную сферу (ее задачи, проблемы, специфику и др.) и одновременно живет условиями игры в конкретном ролевом исполнении. У преподавателя же есть возможность активизировать мотивацию
31
студентов, повысить степень вовлеченности их в учебный процесс, усилить
эмоциональность восприятия материала курса. С другой стороны, в деловой
игре существует относительная свобода поведения участников: каждое решение студент принимает самостоятельно, он может создавать разнообразные
ситуации, не предусмотренные сценарием. Другими словами, каждый игрок
имеет право действовать творчески, однако при этом ему необходимо учитывать ответные действия другого игрока, или игровые ситуации, которые возникают в ходе игры независимо от практических действий. Вот почему эффективность игры зависит от учета таких моментов, как наличие событий,
интересующих участников игры; возможность создавать в ходе игры новые
интересные ситуации; наличие проблемности (возникновение неожиданных
вариантов, поиск выхода из затруднения т. п.).
В содержательном плане деловая игра включает в себя три основных звена: 1) подготовку игры; 2) ее проведение; 3) анализ результатов. Содержание
каждого этапа в решающей степени зависит от мастерства преподавателя. В
связи с чем укажем, что большое значение в деловых играх имеют стимулы к
участию в игре. Они находятся вне самой игры, они скрыты в стимуле к обучению и в факторе разнообразия ситуаций в игре; студенты имеют возможность «достроить» игру, придать своеобразие игровому процессу. Поэтому
принципиально важны выбор темы игры, состав группы, организационные
условия и возможность творчески проявить себя.
Разработка игры требует много сил, времени. В ходе ее подготовки следует: уточнить содержательные моменты; определить методические приемы;
наметить учебно-воспитательные задачи. Важно также с учетом интереса
студентов провести распределение ролей, определить домашние задания,
провести групповые и индивидуальные консультации. Необходимо раскрыть
цели, общую структуру игры, имитируемую ситуацию. На заключительном
этапе важно чтобы преподаватель и студенты – организаторы игры оценили
вклад каждого участника. При этом каждый студент может высказать мнение
о сценарии, ходе игры и оценках. Все конструктивные предложения становятся основой для совершенствования игровой практики.
Психологи утверждают, что «каждому педагогу, решившему освоить игровые методы обучения, необходимо прежде овладеть совокупностью психотехнических приемов, известных под названием "предстартовой разминки".
Цель разминки – быстро (в течение 10-15 мин.) избавить отдельных студентов и группу от свойственных им стереотипов», от психологической зажатости [7, с. 166]. Однако перечня (хотя бы примерного) приемов-упражнений
этой разминки, которых «обычно бывает достаточно», не предлагают. Полагаем, что это организационно-психологическое построение излишне: проведение перед игрой каких-то мер, на наш взгляд, отвлекающих от игры («настраивающих на игру» – почему?), методически вредно – достаточно и того,
что само ожидание игры, самостоятельная подготовка каждого студента к
ней, ответственная обстановка консультаций уже психологически настраива32
ют участников на деловой лад. Конечно, советами психологов могут воспользоваться методически подготовленные, а главное, психологически образованные преподаватели, которых, к сожалению, сегодня единицы. Важнее помнить, что игра должна соответствовать требованиям, предъявляемым к любому методу обучения, – научности, актуальности, доступности и др.
Деловая игра рассматривается нами и как значимая составляющая самостоятельной работы студентов. Для этого важно усиливать некоторые элементы на подготовительном этапе игры, акцентировать внимание студентов
на ряд ее сюжетных линий. Схема этого варианта игры такова.
Студенты получают для самостоятельного изучения базовую тему учебного курса, например, «Устные источники краеведения» (курс «Историческое
краеведение»). Указывается основная и дополнительная литература, над которой студенты работают один-два месяца. Между ними распределяются роли (учителя, музейного работника, фольклориста, архивиста, библиотекаря и
др.), определяется состав жюри, намечается время проведения игры, проводятся консультации. Студенты, получившие роли, выполняют домашние задания – готовят доклады по темам в формате «полученных профессий», а
также ряд вопросов с готовыми ответами. После заслушивания пятиминутных докладов и обмена вопросами, перед участниками игры ставится проблемный вопрос, например, «В чем положительные научные характеристики
устных источников и в чем их слабость как источников краеведения?», и каждая «роль» (их могут играть также малые группы студентов) решает проблему в соответствии со своей «профессией». Грамотно сделать это возможно
лишь при опоре на теоретический материал, логику рассуждений, правильное
мышление и творческий подход. Этот вариант деловой игры эффективно «работает» и на занятиях со студентами-заочниками.
Однако мы считаем, что увлекаться деловыми играми не следует. В учебном курсе целесообразно располагать одной-двумя играми [см. 8, с. 35-36].
Таким образом, применение деловых игр в учебном процессе позволяет
сочетать теоретические положения с откровенным обсуждением событий,
волнующих студентов, формировать у них творческое мышление и самостоятельный подход к решению проблем. Тем не менее, при всех своих достоинствах игра не может заменить другие активные формы занятий в вузе.
Литература
1. Красников В.В., Пирожкова И.Г., Пирожков Г.П. Игра как технология обучения // Альманах современной науки и образования. Тамбов: Грамота. 2014. № 4 (83). С. 125-127.
2. Букина С.В. Ролевые игры (студенты о занятиях по историческому
краеведению) // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 4 Всерос. межвуз. науч. конф. (Тамбов, 12-13 апр. 2004 г.).
Тамбов; М.; СПб.; Баку; Вена: Изд-во МИНЦ, 2004. С. 24-27.
3. Пирожков Г.П. Краеведческое экскурсоведение: план спецкурса //
Вестник Тамбовского центра краеведения. Тамбов, 2007. № 10. С. 61.
33
4. Пирожков Г.П., Казанцева Е.В., Коновалова Т.С., Гончарик В.Д.,
Ульянова М.А. Деловые игры на занятиях по «Документоведению» и «Архивоведению» // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 6 Всерос. межвуз. науч. конф. (Тамбов, 11-12 апр. 2006 г.).
Тамбов; М.; СПб.; Баку; Вена: Изд-во МИНЦ, 2004. С. 88-92.
5. Пирожков Г.П., Королева Л.Ю. A game as a technique used for teaching
ethnography and involving students into the ethnographic work = Игра как технология обучения краеведению и вовлечения студентов в краеведческую работу
// Вестник Тамбовского центра краеведения. Тамбов, 2007. № 10. С. 56-57.
6. Пирожков Г.П., Красников В.В., Пирожкова И.Г. Новая технология
проведения документоведческого краеведческого практикума // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы 3 Всерос.
межвуз. науч. конф. (Тамбов, 11-12 апр. 2003 г.). Тамбов; М.: Изд-во МИНЦ,
2003. С. 81-83.
7. Косырев В.Н., Каверин С.Б. Психологическое обеспечение вхождения
в деловую игру на практических и семинарских занятиях // Проблемы подготовки режиссеров самодеятельных театральных коллективов: тезисы к межвузовской республиканской научно-практической конференции 13-15 июня
1990 года. Тамбов, 1990. 203 с.
8. Пирожков Г.П. Архивоведение: учеб.-метод. пособие. 2-е изд., испр. и
доп. Тамбов: Изд-во МИНЦ, 2002. 58 с.
*
*
*
34
КРАЕВЕДЕНИЕ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Н.Б. Зырянова, Г.П. Пирожков
УРОВНИ КРАЕВЕДЧЕСКОГО ЗНАНИЯ:
КРАЕОГРАФИЯ И КРАЕОЛОГИЯ
Аннотация. В статье впервые предложено вычленение из краеведения
краеографии
и
краеологии,
что
способствует
его
понятийнотерминологической внятности и четче отражает содержание краеведческих
дисциплин.
Ключевые слова и фразы: культурология; история; краеведение; уровни
краеведческого знания; культурологическая компетенция
Сведениями о территории своего проживания люди пользовались издавна.
В XVIII в. в России зародилось научное краеведение, если иметь в виду конкретное знание – факт, событие местной жизни, а главное – научные методы,
которыми сведения (знание) были добыты. Работа отдельных краезнатцев,
попытки государства заботиться о предметах старины, памятниках прошлого
способствовали накоплению научных сведений о разных местностях империи, использованию их в хозяйственной, политической и культурной жизни.
Становление краезнания, накопление родиноведческой информации с помощью анкет, археологических раскопок, собирания этнографических коллекций, памятников истории, ремесла и культуры, описаний конкретных территорий, важных событий в жизни отдельных народов во время путешествий и
научных экспедиций привели к формированию целого направления в научной
деятельности – краеографии. Этому способствовали развитие книгопечатания, появление периодических изданий, в том числе в провинции, деятельность ряда известных российских просветителей и государственных деятелей
(Е.Р. Дашковой, Н.И. Новикова, Г.Р. Державина и др.), расширение образования и культуры. В 1789 г. в Архангельске было основано «Общество для исторических исследований» – первое в России объединение краезнатцевкраеографов [3].
XIX в. открыл качественно новый период в изучении истории и культуры
России: документы о еѐ отдельных частях накапливались в архивах, библиотеках, музеях, частных коллекциях, углублялось их изучение и использование
многими науками, возрастала востребованность научных сведений о конкретных территориях экономико-хозяйственной, политико-культурной, военной практикой, государственным строительством. Постепенно происходили
существенные изменения в структуре знания о разных местностях, к концу
века они превратились в самостоятельную область знаний, достаточно чѐтко
определились объекты и методы их изучения, продолжался процесс создания
35
понятийно-терминологического аппарата, методик, началось становление
научной дисциплины – краеологии.
Движение научной мысли от краеографического знания (сведений, полученных с помощью описания отдельных событий, процессов культурной
жизни и историко-географических объектов) к обобщениям, выводам, выявлению тенденций и закономерностей развития на основе аналитикосинтетической обработки краеографической информации, определению основных положений теории и методологии краеологии как самостоятельной
отрасли разноаспектных знаний, научной дисциплины, в короткий срок (последнее двадцатилетие XIX – начало ХХ в.) взаимополезно соединилось с
деятельностью
общественно-государственного
движения
краеведовисследователей, в котором было заинтересовано государство, потому повсеместного и уже вооружѐнного (в отличие от краезнатцев XVIII в.) научным
теоретико-методологическим инструментарием.
Расширяющиеся краеведческие исследования, активное использование
краеведами новых подходов и методов смежных наук, усложнение документно-источниковой базы исследований превращали краеведение не только в
важную отрасль народнохозяйственной и гуманитарной деятельности, но и в
комплексную науку. В 1920 гг. изучением края занималось не только местное
население на основе инициативы, но также ряд государственных учреждений
(архивы, библиотеки, музеи, научные учреждения и учебные заведения).
«Краеведение» – понятие «ѐмкое», оно не может быть сведено только к
одной науке или отрасли человеческой деятельности. Это комплекс разнообразных знаний о крае (в границах любого масштаба), то есть содержание
краеведения чрезвычайно многообразно; это и государственная и общественная деятельность по изучению отдельных территорий.
Сегодня каждому краеведу-исследователю вроде бы ясно, что изучать и
как изучать. Но возникают вопросы: чем же отличается краеведческое исследование от изучения общих процессов и закономерностей на территориально
ограниченном материале, где происходит граница между краеведением и общей теорией, другими словами, каковы взаимоотношения краеведения и
«большой» науки?
Если найти четкую границу между краеведением и «большой» наукой
вряд ли возможно [4, с. 15-16], тогда отличаются ли чем-то друг от друга кандидатская диссертация, монография, студенческий реферат и школьное сочинение, написанные на материалах одного края? Да, уровнем научности. Почему же тогда в одном ряду – краеведческом находятся очень разновеликие
по научности работы?
Для уяснения вопроса введѐм понятие «уровни краеведческого знания»,
дав характеристику макро- и микрокраеведческим исследованиям. Макроисследования – это уровень обобщающих теорий, типологизация, методология,
выявление тенденций и закономерностей. Сверхзадача краеведовисследователей – больший вклад в социальный процесс, разработка программ
36
человеческих действий (например, в области охраны памятников природы,
истории и культуры, природопользовании и т. д.). Массовые же исследования
(описания конкретной территории, тяготеющей к какому-то топониму) являются комплексными краеографическими (а не историческими, не географическими…). Например, статью «История улицы Лермонтовской (бывшая Теплая) Тамбова» точнее было бы представить под названием «Краеография
улицы Лермонтовской…» [см. 5]. Задача краеведов этого уровня (их подавляющее большинство) – подниматься до некоего «среднего уровня», рассматривая выводы своих работ в широком контексте.
Традиционно считается, что присутствие в терминах, обозначающих научную дисциплину, греческого «grapho» (пишу) определяет еѐ как описательную науку, отличную от тех наук, которые обозначены через греческое
«logos» (учение), и потому являющихся теоретическими. Русским переводом
греческого «logos» практически является «ведение» («краеология» = «краеведение»). Поэтому на основе теоретического познания краеведческого дела и
обучения краеведению возможно выделение в нѐм «краеологии» как теоретической части (теоретико-научного отдела). Большая же часть исследований
края, в основе которых лежит разноаспектный, комплексный подход, с чаще
встречающимся на практике «любительским», реже научным (профессиональным) описанием объектов краеведения, отражает термин «краеография».
Краеография – область краеведения, широкое, массовое изучение, прежде
всего местным населением конкретной территории, тяготеющей к тому или
иному административному, экономическому, политическому или культурному центру, населѐнному пункту; является средством массовой коммуникации.
Краеография – научно-практическая деятельность, имеющая важное прикладное значение. Она опирается на фундаментальные (краеологические)
исследования, задача которых – решение крупных (макрокраеведческих) теоретических проблем.
Вычленение краеографии и краеологии [2, с. 30] чѐтче отражает, прежде
всего, содержание и задачи краеведческих дисциплин, способствует понятийно-терминологической внятности краеведения. Это не может трактоваться
как следствие неопределѐнности задач, объектов краеведения, используемых
в нѐм научных методов, а является всего лишь отражением постоянно и прогрессивно меняющегося уровня краеведческих исследований. Такое состояние не уникально, нечто подобное происходило и совершается в других науках и практиках. Например, в 1931 г. А.Г. Фомин предложил заменить термин
«книговедение» термином «библиология» (ныне он используется) [1, с. 56].
Сегодня теоретики и практики приняли термины «музеология» (= «музееведение»), «этнология» (= «этнография») и др.
Таким образом, под краеведением понимается: а) комплексная наука о
крае как части страны, изучающая его в историческом, современном и прогнозируемом планах; близким по значению к «краеведению» выступает термин «краеология» как теоретическая часть краеведения; б) комплекс взаимо37
связанных, родственных научных дисциплин и специальных учебных курсов,
изучающих: край как часть страны во всѐм его многообразии (история, география, культура и др.); документно-источниковую базу (краеведческие аспекты источниковедения, архивоведения, музееведения, библиотековедения,
библиографоведения, памятниковедения, книговедения и др.); краеведческое
дело в историческом, современном и прогнозируемом планах; области научно-практической деятельности (исследовательски-изыскательская, экскурсионно-туристическая, памятникоохранительная и др.). Занятия краеведов на
микроуровне чаще направлены на познание отдельных фактов, событий, явлений, сопряжены с изучением локальных процессов, когда акцент делается
на использование конкретных методов их исследования (опрос, наблюдение,
эксперимент и др.).
Краеведение – не просто система знаний. Это ещѐ и определѐнный способ
мышления, видения местных, региональных и общероссийских проблем, метод изучения общего через частное. Поэтому краеведческие исследования –
краеографические и краеологические – имеют важный социокультурный
смысл, способствуют активному формированию у студентов культурологоисторико-краеведческих компетенций. Они и прямой инструмент регионализации социально-институциональной системы, в которой регионы перестают
быть в политической системе только объектами центральной власти, а выступают еѐ (системы) полноправными субъектами.
Литература
1. Книговедение: энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1982. 664 с.
2. Пирожков Г.П. Краеведение: терминологический словарь. Тамбов, М.;
СПб.; Баку; Вена: Изд-во МИНЦ «Нобелистика», 2006. 80 с.
3. Пирожков Г.П. Краеведение: учебник для вузов культуры и искусств.
Тамбов; М.; СПб.; Баку; Вена: Изд-во МИНЦ «Нобелистика», 2006. 272 с.
4. Пирожков Г.П. Краеведение: учебное пособие. В 2 ч. Тамбов: Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, 1996. Ч. 1: Введение
в краеведение. История краеведения. 104 с.
5. Пирожков Г.П. Краеография и краеология: к вопросу об уровнях краеведческого знания // Откуда есть пошла земля тамбовская: сборник краеведческих материалов. Тамбов: Российская академия естественных наук, Тамбовское отделение, Тамбовский центр краеведения, 2002. Вып. 7. С. 28-31.
*
*
*
38
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ В ЖУРНАЛЕ
И.В. Двухжилова
ЛЕВ ВЛАДИМИРОВИЧ ВЫШЕСЛАВЦЕВ
(1830 – 1892)
Л.В. Вышеславцев играл довольно заметную роль в общественной жизни
если не всей Тамбовской губернии середины – второй половины XIX в., то
Тамбовского уезда точно. Однако внимание учѐных это имя стало привлекать
лишь недавно, в связи с актуализацией исследований земской проблематики.
Происходил Лев Владимирович из старинного боярского рода, о чѐм имелась запись в родословной книге тамбовского дворянства [4, с. 112]. Окончил
филологический факультет Московского университета. Как и его брат, Алексей, был участником Крымской войны. Вышел в отставку в чине поручика,
«чтобы служить семейству и престарелому отцу в ведении сельского хозяйства» [5, с. 17]. Многие отставные военные были привлечены в качестве мировых посредников для утверждения уставных грамот и разбора конфликтов
между крестьянами и помещиками в ходе реализации крестьянской реформы
1861 г. В их числе был и Л.В. Вышеславцев [6, с. 3]. Деятельность его в этой
должности была отмечена благодарностью жителей мирового участка.
С самого начала земской деятельности Л.В. Вышеславцев стал гласным
Тамбовского уездного земского собрания, от которого затем был избран в
губернские гласные.
В первые два трѐхлетия происходило становление земств, определялся
круг интересов в рамках полномочий, очерченных Положением 1864 г. Только с 1871 г. установился более или менее стабильный персональный состав
губернских гласных, и началась конструктивная работа [2]. С 1868 г. в числе
губернских гласных оказались, помимо Вышеславцева, и такие известные
тамбовские дворяне как Б.Н. Чичерин, М.С. Андреевский, Л.А. Воейков, которые выступили в 1871 г. с предложением о введении подоходного налога
(оно было отвергнуто собранием) [1, с. 369].
Вопрос земских раскладок оставался актуальным во все годы существования земства, так как именно на их основе формировался бюджет этих учреждений.
Существовавший тогда порядок обложения почти не затрагивал ту часть
населения, которая реально получала прибыль. Вышеславцев считал, что «задача реформы состоит в том, чтобы освободить от обложения все виды труда,
особенно физический, как наименее доходный, освободить личность и заменить еѐ имуществом, т.е. найти вещественное основание для обложений»
[Там же]. В своих идеях он предполагал отменить деление сословий на податные и неподатные, предоставить земству право раскладки государствен39
ных налогов, приняв за основу общую систему доходности для всех налогов,
и, таким образом, найти новые источники для земского обложения.
В сентябре 1873 г. на экстренном заседании губернского земского собрания Лев Владимирович Вышеславцев был избран председателем управы и
утверждѐн в этой должности губернатором. Позже эта процедура повторялась
неоднократно.
Вышеславцев руководил губернской управой вплоть до своей смерти в
1892 г., то есть 20 лет. Его авторитет был значительным.
Проработавший много лет с ним в губернском земстве Б.Н. Чичерин так
характеризовал Вышеславцева: «… человек вполне честный и порядочный,
умеренного либерального направления, при этом хороший хозяин, способный
к труду, но довольно молчаливый, сдержанный и недалѐкого ума» [7, с. 1718].
Видимо, хозяйственность, а также личные качества других членов управы
и позволили Вышеславцеву организовать еѐ работу таким образом, что с 1874
г. численный и персональный состав губернской управы стал более или менее
постоянным вплоть до принятия нового земского «Положения» в 1891 г. [3, с.
90].
Смерть Л.В. Вышеславцева символически завершила эпоху, которую Б.Б.
Веселовский в целом охарактеризовал так: «Земство не обнаруживало сколько-нибудь заметной деятельности, но удерживалось и от реакционных эксцессов» [1, с. 374], имея в виду спокойную политическую ситуацию в земской
среде Тамбовской губернии.
Источники, литература
1. Веселовский Б.Б. История земства за сорок лет. СПб.: Изд-во О.Н.
Поповой, 1911. Т. IV. VIII, 696, 104, XXIX, [3] с.
2. Двухжилова И.В. Председатели тамбовской губернской земской
управы (1866-1892 гг.) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2009. № 2 (3). C. 28-30.
3. Двухжилова И.В. Социальный состав тамбовского земства (18651890 гг.). Тамбов, 2003. 140 с.
4. Кротова Т.А. Вышеславцев Лев Владимирович // Тамбовская энциклопедия. Тамбов, 2004. С. 112.
5. Кученкова В.А. Тамбовские городские некрополи. Тамбов: Пролетар. светоч, 2001. 76 с.
6. Памятная книжка Тамбовской губернии на 1864 г. Тамбов: Типография губернского правления, б. г. 213 с.
7. Чичерин Б.Н. Воспоминания Бориса Николаевича Чичерина. Земство и Московская дума. Тамбов: ООО «Юлис», 2007. 384 с.
40
В.В. Елисеев
НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ КОЛЬ
(1891 – 1938)
Трагедия русского моряка
Где-то в просторах чернозѐмной России раскинулось некогда крупное и
зажиточное селение Богородицкое, носившее второе название – Барятино –
по княжескому роду (ныне Добринский район Липецкой области). Здесь 20
апреля 1891 г. в семье московского личного почѐтного гражданина А.Л. Коля
родился мальчик. Нарекли его Николаем. Александру Леонидовичу было 28
лет, трудился в селе агрономом, был высокообразованным человеком. Позднее, в советское время он служил в ветеринарной инспекции Смольнинского
райсовета Ленинграда делопроизводителем. Всю жизнь он «со школьной
скамьи служил по найму непрерывно...» и к 1935 г. его трудовой стаж составил 53 года. Мать будущего моряка, Мария Харитоновна Коль, урожденная
Егорова, была дочерью помощника лекаря, происходила из крестьянской семьи, родилась в 1870 г. Она не имела законченного среднего образования и в
тридцатые годы ХХ в. работала медсестрой в клинике имени Свердлова в
Ленинграде. В семье Колей была ещѐ дочь Ольга, которая родилась в 1895 г.
В тридцатые годы О.А. Коль-Чернова трудилась машинистскойстенографистской в строительной конторе. Еѐ муж Николай Георгиевич Чернов работал инженером.
В Богородицком Коля Коль получил прекрасное домашнее образование. В
начале ХХ в. семья перебралась в столицу. 13 августа 1904 г. Николай поступил в шестую Санкт-Петербургскую гимназию, которую окончил успешно в
1909 г. В том же году он – студент Санкт-Петербургского императорского
университета. Но юношу, родившегося далеко от морей и жившего недалеко
от Балтики, влекло море. Он принимает решение оставить столичный университет и поступить в Московский корпус гардемаринов. В мае 1912 г. он получил аттестат, где отмечалось, что «Учебно-воспитательный совет Морского
корпуса свидетельствует, что гардемарин Николай Коль при выпуске из корпуса заслужил следующие баллы. Из числа 115 гардемаринов состоит по списку старшинства 59».
По окончании морского корпуса Коля направляют на Черноморский флот.
Он начинает службу на подводной лодке «Евстафий». Здесь он прослужил
месяц. С ноября 1912 г. его переводят на Балтику. В качестве вахтенного начальника он служит на подводной лодке «Андрей Первозванный». На этой
субмарине Коль служит до февраля 1914 г., затем он – вахтенный начальник
на подлодке «Бакан» в Северном море. Здесь его и застало известие о Первой
мировой войне.
Основным противником русских моряков был кайзеровский флот. Николай Александрович рвѐтся на Балтику. Как офицера, имеющего уже солидный
41
опыт службы на субмаринах, его в августе 1914 г. переводят на подводную
лодку «Полтава». Он служит вахтенным начальником, штурманом. Ему немало пришлось приложить усилий по обучению личного состава, прокладывать маршруты родной подлодки. В 1915 г. мичман Коль оканчивает штурманский офицерский класс, а через год – подводные офицерские классы. Ему
присваивают звание лейтенанта. В октябре 1916 г. последовало новое назначение – он штурман подлодки «Кугуар». Впоследствии будут субмарины
«Тигр», «Единорог» и «Тур».
Февральскую революцию он встретил в Ревеле (Таллин). Здесь его от дивизиона подводных лодок избирают в местный совет солдатских и рабочих
депутатов. Он назначается комиссаром 6-го района Ревельской народной милиции. Эту должность он исполнял до апреля 1917 г., потом назначается старпомом на «Единорог»,
где служит до сентября 1917 г. Затем
последовал перевод на подлодку
«Тур», на которой он служит старшим помощником до декабря 1917 г.
Здесь его застало известие о большевицком перевороте. Так закончилась
его служба на субмаринах под Андреевским флагом.
Принял участие лейтенант Коль и
в знаменитом Ледовом походе, который начался 17 февраля 1918 г. 236
кораблей Балтийского флота в этот
день вышли из Ревеля и направились
в Гельсингфорс (Хельсинки). Русские моряки и офицеры не желали
сдавать Балтийский флот, созданный
Петром Великим, финнам и немцам,
высадившимся в Финляндии. Поход проходил в тяжѐлых климатических условиях. И хотя Коль в это время находился в отпуске, узнав о наступлении
немцев на Ревель, поспешил сюда. Его назначают начальником первой группы эвакуируемых в Гельсингфорс подводных лодок. Этот Ледовый поход он
выполнил с успехом, перевѐл при помощи ледокола «Волынец» три подлодки
в Гельсингфорс, но здесь лейтенант Коль заболел и был уволен в отпуск по
болезни.
30 марта 1918 г. Николай Александрович начал службу в Красной армии.
В начале апреля 1918 г. он был зачислен для поручений в штабе Балтийского
флота. Служба в штабе была недолгой. Его как опытного моряка-подводника
направили на флот. Он назначается командиром субмарины «Тур», на кото42
рой совершил рейд к ревельским берегам. За этот поход Коль был занесѐн
персонально на почѐтную доску отличившихся командиров подлодок, а эстонское правительство внесло его в список лиц, подлежащих уничтожению
«в первую голову».
В марте 1919 г. его назначают начальником 2-го дивизиона подводных лодок Балтийского моря, а с декабря 1919 г. он – начальник оперативного отдела штаба Балтийского флота. В середине декабря 1920 г. Николая Александровича назначают командиром крейсера «Богатырь».
Ещѐ в 1920 г. последовал первый его арест чекистами. Моряка-офицера
арестовали «по подозрению в спекуляции». Но вскоре освободили. Новый
арест последовал в марте 1921 г. В Кронштадте произошло восстание моряков Балтийского флота. После его подавления некий Сладков проводил
«фильтрацию» бывших офицеров. На допросах, по словам самого Коля, «пытались уличить меня в том, что в то время (Кроншдатского восстания) я был в
Кронштадте! Явная небылица...». Чекисты вскоре убедились, что Коль никакого отношения к мятежным матросам не имел, и его освободили. В апреле
1921 г. последовало новое назначение – командиром крейсера «Светлана»
(позднее «Профинтерн»). С марта 1922 г. он вновь командует 2-м дивизионом
подводных лодок. Сохранилась аттестация за 1922 г. на начальника 2-го дивизиона подлодок Балтийского флота Коля: «Умный, способный, самостоятельный и энергичный человек, с большим характером и инициативой. Умеет
хорошо разбираться в людях и обстановке. Лично плавал, выработал из себя
хорошего специалиста – штурмана-подводника. Командуя в 1918 году подводной лодкой «Тур», совершил смелый разведывательный поход на ревельский рейд, за что занесѐн на почѐтную доску. Безусловно способен занять и
более высокий пост. В политическом отношении против Советской власти
ничего не замечалось».
Октябрь 1922 г. Николая Александровича переводят на Каспий. Его назначают начальником штаба Каспийской флотилии, а затем помощником начальника морских сил Каспийского моря по строевой части. Служба на Каспии продолжалась чуть меньше года. Красному флоту нужны были грамотные командиры. И Николай Александрович становится слушателем ВоенноМорской академии. Учился он недолго, ибо сразу же выделялся среди «курсантов» блестящими знаниями, опытом, стратегическим мышлением. Командование академии рекомендовало Коля на преподавательскую работу в знаменитое военно-морское училище имени Фрунзе. Здесь с августа 1924 г. он и
стал преподавать будущим адмиралам советского флота. Среди его учеников
был будущий нарком ВМФ СССР Н.Г. Кузнецов, В.Ф. Трибуц, будущий командующий Днепровской флотилией, уроженец города Данкова В.В. Григорьев и десятки других советских флотоводцев и офицеров-моряков.
Сохранилась аттестация на Коля, датируемая 1929-1930 гг.: «Военноморская тактика и военно-морская игра. Прекрасный преподаватель, очень
энергичный, живой, умеет хорошо подойти к слушателям, организовать их
43
работу, пользуется среди них авторитетом. Военно-морскую игру ведѐт чрезвычайно оживлѐнно, интересно и увлекает слушателей. Вполне дисциплинирован, характера очень самостоятельного, с большой инициативой, энергичен. К слушателям достаточно требователен и дисциплину поддерживает хорошо. Здоровье хорошее. Общая политподготовка хорошая, но недостаточная
для преподавателя оперативного цикла. В общественной работе активность
средняя».
Заключение начальника военно-морского училища имени Фрунзе, бывшего полярника, вице-адмирала Н.Н. Матусевича от 20 мая 1930 г. гласило:
«Должности соответствует. Необходима дальнейшая работа по овладению
марксистского метода в преподавании тактики».
Казалось бы сейчас очень смешно звучит последняя фраза характеристики
«...марксистского метода в преподавании...», но сталинизм уже «гулял» по
стране, массово в головы населения вдалбливались марксизм, ленинизм, сталинизм. Николай Александрович был боевым офицером, тактиком, преподавателем. Он был далѐк от политики, ибо на Российском флоте в каюткомпаниях строжайше запрещалось вести беседы на политические темы. Хотя, встречались исключения. Тот же лейтенант П.П. Шмидт, руководивший
восстанием на мятежном «Очакове».
Тучи сгущались над Николаем Александровичем. Его арестовывают в третий раз. Холопское начальство училища 1 октября 1930 г. поспешно исключает его из штата преподавателей. Чекисты «копали» недолго. Ещѐ до первого допроса его обвинили в том, что он «состоял в контрреволюционной организации, занимался шпионажем, продавал секретные сведения, переходил
границы СССР, имел связь с белоэмиграцией, посещал нелегальные квартиры, вредил по службе».
По словам самого Коля, это «...было как в сказке... Ничего конкретного не
предъявили, а 10 лет дали...».
Время массовых репрессий ещѐ не пришло. Оно наступит чуть позже. Николай Александрович пишет протесты, которые, в конце концов, были услышаны. Один из таких документов получил начальник Морских Сил РККА
В.М. Орлов. К чести Владимира Митрофановича (сам он будет расстрелян в
1938 г.), который был на четыре года младше Коля, дело было пересмотрено.
К этому времени Николай Александрович уже отсидел в тюрьме 1,5 года. Его
освободили, восстановили в правах, но при этом заявили, что «...этот арест
тоже не считается...». По словам Коля, «принимая во внимание разоблачения
этого года, я убедился, что этот последний арест был явно вредительским
актом...».
С 19 января 1932 г. Коль вновь работает в училище – первоначально как
вольнонаѐмный преподаватель, в 1933-1934 гг. – на должности штатного преподавателя. Приказом наркома обороны К.Е. Ворошилова от 16 марта 1936 г.
ему присваивается звание капитан 2-го ранга, затем «за особо выдающуюся
работу по подготовке кадров» объявляется благодарность.
44
Но тучи над головой Николая Александровича вновь начали сгущаться. 29
августа 1937 г. Николаю Александровичу был вручен приказ об увольнении в
запас. Причина была указана одна: «по служебному несоответствию». 5 сентября на имя начальника училища Коль писал: «...С такой статьей я никак ни
согласиться не могу, потому что она не соответствует действительности. Если
Наркому Обороны я был представлен к демобилизации по этой именно (эта
фраза Колем в письме подчѐркнута – Авт.) статье, то это – обманут Нарком
Обороны. Если это только повод, а я политически считаюсь негодным для
службы, то прошу не отказать доложить Наморси (Народный комиссар по
морским силам – Авт.) о том, что я утверждаю и гарантирую и ручаюсь собственной головой и жизнью своей семьи (семья согласна), что это политическое недоверие ни на чѐм не основано (эта фраза тоже подчѐркнута Колем –
Авт.). Никогда никаких преступлений не совершал и в будущем не сделаю
против Советской власти, ибо она для меня родная власть. Живу я в Советской стране, имея глубокие корни и никакой другой жизни не желаю...». Николаю Александровичу приходилось писать, что «...Всегда говорил и сейчас
подтверждаю, что любую просьбу, не говоря о приказании партии и правительства выполню и буду выполнять наравне с ответственными партработниками (хотя я беспартийный). Нет такого дела, которое я не сделал бы для партии и правительства. Жизнь отдать, с удовольствием готов в любой момент. Я
не вру и не врал. Меня укорить во лжи нельзя...». И вновь Коль замечает, что
«...Я был несколько раз арестован и до сих пор не знаю за что? До сего момента считаю эти аресты вредительством...».
6 сентября 1937 г. Николай Александрович был вынужден обратиться к
начальнику Морских Сил. В своѐм «рапорте» он писал, что «...последние 14
лет я работаю старшим преподавателем тактики ВМКУ имени Фрунзе».
С июля по декабрь 1937 г. Коля откомандировали приказом заместителя
начальника Морских Сил на Балтийский флот флагманским руководителем
ВМУЗОВ. 4 сентября его неожиданно вызвали из штаба Балтийского флота в
родное училище, где ему объявили, что он «демобилизуется в аттестационном порядке и по несоответствию занимаемой должности».
Интересно отметить, что командующий Балтийским флотом флагман 2-го
ранга Исаков обещал дать Колю «...характеристику отнюдь не соответствующую демобилизации», а начальник училища комдив Буриченков, по словам
Николая Александровича, «...не понимает в моѐм деле ничего и готов, если
Вы (т. е. начальник Морских Сил – Авт.) это потребуете, дать мне полную
характеристику, на основании которой я не был бы демобилизован...».
По словам Коля, его демобилизовали по-видимому, за то, что он неоднократно арестовывался. Николай Александрович много раз обращался в ЦИК,
в НКВД с просьбой «пересмотреть аресты», но «...ответа до сего времени не
имею...». Во время «Кронштадтского мятежа» его арестовали, как утверждали
в ЧК «по недоразумению...». В 1930 г. свой арест Коль считает «...явно вреди45
тельским актом...». По мнению Николая Александровича, «кто-то, рассмотрев
моѐ личное дело, снова принял во внимание эти аресты...».
В «рапорте» звучит наглядно протест против насилия «власти предержащей», «отчаянный крик» человека, которого нагло и бессовестно травили:
«Никакого преступления я не совершал! Если будет доказано хотя какоенибудь, даже маленькое, моѐ участие в преступлении, я готов нести высшую
меру, как подлец, как предатель, как последний негодяй. Я хочу об этом кричать криком. Услышьте же, наконец, человека...» (последние два предложения выделены – Авт.).
В «рапорте» Николай Александрович задаѐт риторический вопрос: «За что
же страдают мои дети? В чѐм же они виноваты, если даже их отец ни в чѐм не
виноват».
Все просьбы Коля, чтобы к нему отнеслись «...как к живому человеку, переживающему глубокое горе и страдания от совершенно незаслуженного и
несправедливого унижения...» властью не были услышаны. Все попытки Николая Александровича реабилитировать себя в глазах командования: «...Моих
преступлений не существует в природе. Я никогда ничего не сломал, не испортил, не украл, у меня не было аварий и от меня никакого убытка...», тоже
потерпели фиаско. Сталинская репрессивная машина, чиновничий бюрократический аппарат, взращѐнный Сталиным, был глух к страданиям «честного
гражданина», который писал: «...ради своей родины... жизнь не ценю и не
дорожу ей...».
Для русского офицера, каким являлся Коль, такой позор было трудно перенести, ему даже было стыдно, что его «...в чѐм-то подозревают...». Конечно,
ждать какой-либо благодарности бывший офицер царского флота от властей
не мог. 28 сентября 1937 г. он получил из Реввоенсовета Морских Сил уведомление на свое заявление, поданное начальнику Морских Сил РККА. На
нѐм была резолюция: «В жалобе отказать, увольнение произведено правильно». На этот раз Колю не мог помочь даже В.М. Орлов, над которым также
навис «меч» расправы. Затравленный Коль ждал самого страшного. И оно
случилось: 23 октября 1937 г. капитана 2-го ранга Коля арестовали.
Обвинение с первого взгляда было смехотворным и «шито белыми нитками». Его обвиняли в участии в офицерской монархической фашистской организации, которая якобы существовала на Балтийском флоте. Допрашивали
его дважды. 26 октября на следствии он заявил: «...Я арестован 23 октября и
несмотря на то, что уже дважды допрашивали за это время, я пытался отрицать своѐ участие в монархической организации бывшего офицерства во флоте. Я не был уверен, что следствие может доказать мою виновность. Сейчас я
убедился, что Вы располагаете вескими материалами, вскрывающими проведенную мною подрывную работу против соввласти».
Эти показания датируются 26 октябрѐм, но протоколов двух предыдущих
допросов и «веских» материалов, на которые имеется ссылка в этих показаниях, в следственном деле нет. Далее в протоколе допроса записано «призна46
ние» Коля в контрреволюционной деятельности, как участника «монархического заговора», в который он был «завербован» в 1919 г. бывшим офицером
царского флота Хвощинским и являлся его участником. На допросе 3 ноября
Николай Александрович вновь подтвердил свои прежние показания, что он
находился в составе действующей на Балтийском флоте монархической организации и показал, что эта организация была связана с «заграничным монархическим центром» РОВС, чего в предыдущем показании не было. В новую
организацию он был якобы завербован в 1933 г.
Сейчас трудно сказать, почему он клеветал на себя. Возможно, не выдержал пыток, боялся за семью – она тоже могла быть арестована.
В предъявленном в январе 1938 г. Николаю Александровичу обвинительном заключении записано, что он обвиняется в том, что, будучи врагом Советской власти, как участник монархической организации вѐл контрреволюционную работу, направленную на насильственное свержение Советской власти, и по заданию руководителей этой организации проводил подрывную и
вредительскую работу. Кроме того, его обвиняли в том, что он вовлѐк в организацию новых лиц, вѐл подрывную вредительскую работу по срыву подготовки советских
командиров для флота, готовился для диверсионных актов на подводных лодках Балтфлота,
чтобы обеспечить переход их на сторону противника.
Постановлением НКВД и Прокуратуры
СССР от 12 января 1938 г. Николай Александрович Коль был приговорѐн к расстрелу. Расстреляли Николая Александровича 18 января 1938 г.
Мать Коля в 1940 г. обратилась к властям:
«Товарищу начальнику Главного управления
лагерями. Вас умоляет престарелая, исстрадавшая, изболевшая душою мать за сына. Спрашивать: где он? Мы на то право не имеем, а ответьте хоть одним словом – жив ли он? Он такой прямолинейный, правдивый,
кристальной дисциплины и честный работник». Но не получила ответа Мария
Харитоновна, которой в это время было 70 лет.
Так прервалась на земле жизнь талантливого моряка и педагога.
Правда восторжествовала лишь 19 сентября 1957 г. Военный трибунал
Московского военного округа в составе полковников юстиции Титова, Русакова и Грозина рассмотрели дело Н.А. Коля. Внимательно были изучены протоколы допросов, были опрошены свидетели по этому делу. Установлено, что
многие показания свидетелей сфальсифицированы. На основании этого военный трибунал принял постановление о реабилитации Н.А. Коля.
47
ВАЛЕНТИНА ДМИТРИЕВНА ФИЛАТОВА
(1937 – 2014)
Ваши книги в памяти и в сердце
Этой весной завершился земной путь бескорыстной труженицы исторической науки и краеведения Валентины Дмитриевны Филатовой (25 ноября
1937 – 28 марта 2014), автора ряда книг, в которых восстанавливается наша
корневая память, воскрешаются многие важные для нас имена наших замечательных предков.
Валентина Дмитриевна Филатова (ур.
Анохина) родилась в селе Хоботово, в детстве напиталась рассказами своего дедушки
Родиона Ивановича об истории села и истории России. Рано сделала профессиональный
выбор, в 1960 г. окончила истфак Тамбовского государственного педагогического института, где училась у замечательных педагогов
К.Ф. Максимовой, Ю.В. Иванова, Г.А. Протасова и его сына Л.Г. Протасова. Несколько
лет В.Д. Филатова проработала учителем
истории и географии, позже директором
средней школы в селе Лысые Горы, со
школьниками собрала материал по истории
села, который спустя годы был ею передан
одному из еѐ учеников С.К. Кочукову, сумевшему завершить поиск своего учителя
выпуском трѐхтомного труда.
По слабости здоровья Валентина Дмитриевна много лет находилась на
пенсии, но ни у кого не могло сложиться впечатление, что она пребывает в
праздности. Нет, каждый день еѐ жизни был посвящѐн работе с документами,
с источниками, ряд которых она использовала впервые. Доказательством непрерывности и успешности еѐ деятельно прожитых лет является целая библиотека созданных ею книг по истории родной земли: «Останутся в памяти
России» (вып.1-4), вышедшие в 1998-2011 гг., «У самого края Дикого поля»
(2010), «Степей тамбовских властелин...» (2011), «Жертвенники Отечества.
Ратный подвиг и гражданская доблесть тамбовчан в грозные дни наполеоновского нашествия» (2012), «Тамбовскими дорогами» (2013). В этот ряд входят
любовно ею собранные и изданные хрестоматии, отражающие отзывы энциклопедиста А.Т. Болотова, поэта и губернатора Г.Р. Державина, путешественников ХVIII-ХIХ вв. о Тамбовском крае (2003-2007). А ещѐ она любила публиковать свои статьи в тамбовских газетах, к сожалению, не все они позже
вошли в еѐ книги.
48
В.Д. Филатова счастливо продолжила и приумножила традиции козловского и мичуринского краеведения, заложенные Д.Н. Горбачѐвым, В.К. Дрокиным, С.Г. Архиповым, И.С. Никулиным. Еѐ труды были справедливо отмечены Рахманиновской литературной премией.
В. Андреев, В. Дзидзан, Г. Ломакина,
К. Мартьянова, Л. Богословская, Л. Третьякова, М. Белых
«Мичуринская правда». 2014. 26 июля
Книги о любимом крае
В хронике дел Тамбовского центра краеведения регулярно читаем: «В дар
прислала свою новую книгу Валентина Дмитриевна Филатова…». Еѐ имя
известно не только краеведам, но и широкому кругу любителей истории и
культуры. Регулярно выходят книги Филатовой, краеведческие статьи, очерки, эссе именитого мичуринского краеведа-исследователя давно публикуются
в прессе. Она лауреат литературной премии им. И.Г. Рахманинова и журналистской премии им. В. Карандеева. Каждая новая работа В.Д. Филатовой –
прикосновение к забытым страницам отечественной истории и национальной
культуры.
Валентина Дмитриевна вспоминает, что ещѐ сызмальства любила слушать
старожилов. Их рассказы завораживали, заставляя гордиться делами предков.
В школьные годы интерес к краеведению настолько укрепился, что она решила стать историком. Учѐба в Тамбовском пединституте дала не только глубокие знания, но и помогла в становлении краеведа: ещѐ в студенчестве определилась магистральная тема краеведческого поиска – участие земляков в
Отечественной войне 1812 г. и в восстании декабристов. Об этих исторических событиях, об истории и культуре края написаны книги «Останутся в
памяти России» (четыре выпуска), «Тамбовская губерния в дневниках и воспоминаниях. ХVIII-начало ХIХ в.» (М., 2003), «А.Т. Болотов о Тамбовском
крае» (М., 2005), «Тамбов державинский» (М., 2007), «У самого края Дикого
поля. ХVII в.» (Тамбов, 2010), «Степей тамбовских властелин...» (Мичуринск,
2011), «Жертвенники Отечества» (Мичуринск, 2012). Эти книги на видном
месте в моѐм рабочем кабинете – они не раз просмотрены и прочитаны…
Труды написаны ярко и образно, так может писать лишь любящий родную
землю человек.
Г.П. Пирожков
«Мичуринская правда». 2012. 8 декабря
http://news.rambler.ru/26180256/
*
*
*
49
ВЕТЕР ВРЕМЕНИ
ТАМБОВ, КИРСАНОВ, КОЗЛОВ:
старые фото…
Фотографии – важный историко-краеведческий источник. Они рассказывают, уточняют, учат. Фото удивляют. Фотоснимки не обманывают…
No Comment!
No Comment!
No Comment!
50
No Comment!
___________________
Тамбов. Парк культуры и отдыха. Детский городок
(находился между зданиями Тамбовского государственного педагогического
института и Тамбовской областной картинной галереи на ул. Советской).
*
*
*
51
ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ
В предыдущем номере «Вестника Тамбовского центра краеведения» опубликована статья Заслуженного работника культуры РФ Л.П. Перегудовой
«Тамбовский край и Украина». Сегодня на эту же тему размышляет главный
библиограф отдела краеведческой библиографии Тамбовской областной универсальной научной библиотеки имени А.С. Пушкина Н.Н. Трусова.
ТАМБОВСКИЙ КРАЙ – КРЫМ:
из истории культурных связей
В 1804 г. вышли указы Александра I о разрешении тамбовским духоборам
переселиться в Таврическую губернию (состоявшую тогда из трѐх уездов,
расположенных на материке, и пяти – на полуострове Крым) на земли в долине реки Молочные Воды (ныне Мелитопольский район Запорожской области). В случае переселения духоборы, во-первых, получали полную свободу вероисповедования, во-вторых, освобождались от податей сроком на 5 лет,
в-третьих, на каждую мужскую душу давалось по 15 десятин земли. В Таврической губернии переселенцы дали некоторым сѐлам названия, напоминавшие им о прежних местах: Горелое, Тамбовка, Троицкое.
Императорские указы о переселении распространялись только на государственных крестьян. Судьбу крепостных крестьян-духоборов решали помещики. Выкупиться и уехать удалось немногим духоборам: обычно помещики
отдавали их вне очереди в рекруты.
С просьбой о переселении к властям обращались также удельные и ясачные крестьяне Моршанского и Спасского уездов Тамбовской губернии. Семьи тех, кто получил разрешение на переселение, обосновались в Мелитопольском уезде Таврической губернии, основав слободу Спасскую (сегодня
это село Спасское Мелитопольского района Запорожской области). Вероятно,
и сегодня в Мелитопольском районе, а может быть, и в Крыму проживают
потомки тех переселенцев.
Плеяда учѐных, медиков, артистов, художников, писателей, музыкантов,
спортсменов, талантливых военачальников, видных хозяйственных и общественно-политических деятелей украшает историю культуры и просвещения
Тамбовской области. Жизнь и деятельность многих из них связана не только с
Украиной, но и с Крымом.
26 февраля 2013 г. исполнилось 100 лет со дня рождения Фѐдора Дмитриевича Измайлова (1913–1987), военачальника, контр-адмирала (1959). Он
родился в селе Уварово (сегодня город Уварово) в семье железнодорожного
рабочего. Окончил 7-летнюю школу, школу фабрично-заводского ученичества в Тамбове, Высшее Военно-морское училище им. М.В. Фрунзе (1937, Ленинград). Ф.Д. Измайлов – участник Великой Отечественной войны, войны с
Японией. До войны служил на лидере эскадронных миноносцев «Баку» на
52
Северном флоте, после неѐ – на Тихоокеанском, с 1952 г. – на Черноморском
флотах. Командир линкора «Новороссийск» (1952–1954). Окончил академию
Генерального штаба. Командовал Одесской
военно-морской базой 1-го формирования.
В 1960 г. Фѐдор Дмитриевич Измайлов был
назначен на должность заместителя начальника Севастопольского высшего военноморского инженерного училища, которое
являлось основным центром подготовки
офицерских инженерных кадров для океанского атомного флота. Фѐдор Дмитриевич
много сделал для совершенствования организационной структуры, планирования
учебного процесса, привития личному составу необходимой строевой выучки
и подтянутости. В училище он прослужил до назначения его в 1962 г. на
должность заместителя командующего Черноморским флотом по тылу.
граждѐн многими орденами и медалями. Кавалер орденов Красного Знамени
(дважды), Отечественной войны I степени (дважды), Отечественной войны II
степени, Красной звезды (дважды), похоронен с воинскими почестями на
ном из кладбищ Севастополя.
Поэт, прозаик, драматург, академик АН СССР (1943) Сергей Николаевич
Сергеев-Ценский родился 30 сентября 1875 г. в селе Бабино (сегодня с.
ображенское Рассказовского района) в семье земского учителя. В 1880 г. семья переехала в Тамбов. В
1890 г. будущий писатель окончил уездное училище,
поступил в приготовительный класс Екатерининго учительского института, начал писать стихи. В
1892 г. в газете «Тамбовские губернские ведомости»
был опубликован его первый прозаический опыт –
«Кочетовская плотина». С этого времени он
вил к своей фамилии псевдоним Ценский, взятый от
названия реки Цны, на берегах которой прошло его
детство. В 1895 г. окончил Глуховский учительский
институт (сегодня Глуховский национальный
гический университет имени Александра Довженко, Сумская область). Был
учителем до 1904 г. В 1904–1905 гг. С.Н. Сергеев-Ценский участвовал в русско-японской войне. После увольнения в 1905 г. он поселился в Алуште, где в
1906 г. купил участок земли на склоне горы Хурда-Тарлы (Орлиной горе).
Этот дом, построенный литератором по собственному проекту, давал приют
многим деятелям культуры.
Сергей Николаевич признавался в особом отношении к Алуште: «Вторая
родина моя / Алушты край уединѐнный... / Полвека здесь я, в ширь влюблѐнный, / Читаю книгу бытия».
53
Для большинства читателей С.Н. Сергеев-Ценский, прежде всего, – автор
знаменитой эпопеи «Севастопольская страда», посвящѐнной событиям Крымской войны 1853–1856 гг., за которую писатель был удостоен Сталинской
премии первой степени в 1941 г. По воспоминаниям участников Великой
Отечественной войны, для «чтения вслух» на фронте чаще всего рекомендовались две книги: «Севастопольские рассказы» Л.Н. Толстого и «Севастопольская страда» С.Н. Сергеева-Ценского. Он пробовал свои силы во многих
литературных жанрах, оставил после себя огромное творческое наследие.
Переживший две революции, Гражданскую и Великую Отечественную войны, страшный голод в Крыму 1921 г., С.Н. Сергеев-Ценский как художник
прошѐл нелѐгкий путь от категорического неприятия и осуждения перемен,
вызванных в жизни России Октябрьским переворотом, к воспеванию героевсовременников в поздней публицистике (сборник «Настоящие люди», 1943) и
романе
«Брусиловский
прорыв». А в 1943 г. получил степень доктора филологических наук за произведения о русских классиках.
С.Н. Сергеев-Ценский
скончался в 1958 г. Похоронен в Алуште на территории своей усадьбы. В
1962 г. здесь был открыт
Литературномемориальный музей. Над
могилой установлен памятник писателю. В 1966 г. установлен памятник С.Н.
Сергееву-Ценскому в центре Алушты. Воздвигнут памятник ему и в Тамбове.
Именем выдающегося русского писателя названы улицы в Алуште, Симферополе, Севастополе и Тамбове... И не один год общественность Алушты,
отдавая дань памяти и уважения С.Н. Сергееву-Ценскому, патриоту и Тамбовского края, и своей второй родины, Крыма, проводит совместные мероприятия с Российским фондом культуры, с Музеем-усадьбой С. В. Рахманинова «Ивановка» (Тамбовская область).
Участник Великой Отечественной войны, один из видных хозяйственнополитических деятелей Тамбовской области советского периода, 1-й секретарь областного комитета КПСС Василий Ильич Чѐрный, жизнь и деятельность которого была связана с нашим краем без малого 20 лет, – уроженец
деревни Актачи (сегодня деревня Фурмановка, Бахчисарайский район,
Крым). Он родился 19 августа 1913 г. Его судьба – это путь в жизнь многих
из того поколения: небогатая крестьянская семья, раннее сиротство, найм в
батраки, работа пастухом, садовником. Друзья отца помогли получить агрономическое образование в Карасубазарском плодоовощном техникуме, по54
ступить на работу по специальности в Бахчисарае. Отслужив в армии, В.И.
Чѐрный вернулся на малую родину. Яркие организаторские способности, талант агитатора, умение находить общий язык с людьми – всѐ это помогло на
общественно-партийной работе. Незадолго до
Великой Отечественной войны В.И. Чѐрный
работал 2-м секретарѐм Бахчисарайского райкома ВКП(б). «Я воевала вместе с вашим
Чѐрным!..» – в 1960–1980-х гг. эти слова,
произносившиеся с необыкновенной теплотой, слышал от главного врача одного из
крымских санаториев каждый отдыхающий,
приезжавший из Тамбовской области. Во
время оккупации Крыма (1941–1942) В.И.
Чѐрный возглавлял партизанский отряд, который действовал в районе Бахчисарая. Был
ранен, потерял родных и близких... Уже в
1944 г. В.И. Чѐрный встал во главе Куйбышевского района Крымской области. С этого
времени он вошѐл в число молодых перспективных партийно-хозяйственных работников. За 15 лет он вырос с должности
заведующего сельскохозяйственным отделом Крымского обкома ВКП(б)
(1945–1947) до инспектора ЦК КПСС по РСФСР (1960–1961). В 1961 г. В.И.
Чѐрный был избран председателем Тамбовского областного исполнительного
комитета Совета депутатов трудящихся. И лишь уйдя в 1978 г. на заслуженный отдых с должности 1-го секретаря Тамбовского обкома КПСС (1966–
1978), Василий Ильич почти на 20 лет расстался с Тамбовской областью. Он
уехал в Симферополь, где возглавлял секцию ветеранов партизанского движения Крымского
областного комитета ветеранов
Великой Отечественной войны. В
Тамбов он вернулся в 1996 г.,
совсем незадолго до кончины. В
2001 г. В.И. Чѐрному было присвоено звание «Почѐтный гражданин города Тамбова» (посмертно). На доме в Тамбове, где
он проживал с семьѐй, установлена мемориальная доска. Память
о славном сыне Крыма осталась в его делах. И жители, и исследователи истории Тамбовской области до сих пор расценивают период руководства В.И.
Чѐрного как период роста промышленного и аграрного секторов экономики,
как период усиления внимания к социальному сектору, период благоустрой55
ства городов и сѐл края. Именно при В.И. Чѐрном завязались и окрепли международные и межреспубликанские связи в разных сферах жизни. В 1974 г.
Тамбов впервые посетила делегация из Толны (Венгрия), а в 1977 г. был
писан договор о сотрудничестве с Хмельницкой областью (Украинская ССР).
С Тамбовским краем связаны имена многих видных религиозных деятелей. Факты биографии и деятельности архиепископа Тамбовского и Мичуринского Луки (в миру Валентина Фѐдоровича Войно-Ясенецкого) также помогают установить связь между Тамбовской областью и Крымом. 70 лет назад, в феврале 1944 г., архиепископ Тамбовский и Мичуринский Лука, хирург, доктор
медицинских наук, профессор, лауреат Сталинской премии I степени, прибыл в Тамбов.
Он родился в 1877 г. в Керчи, в семье провизора, отличавшегося глубокой религиозностью. Основы религиозного самосознания,
заложенные в детстве, привели В.Ф ВойноЯсенецкого в 1921 г. к решению стать священником. В 1923 г., будучи уже зрелым
человеком, доктором с немалым опытом работы, он был назначен епископом. Вскоре
его арестовали. Архиепископ Лука стал
жертвой политических репрессий и провѐл в
ссылке в общей сложности 11 лет (реабилитирован в 2000 г.). Прибыв в Тамбовскую
епархию уже в сане архиепископа, он застал полное запустение в делах. Из
110 приходов, действовавших ранее, осталось только две церкви (в Тамбове и
Мичуринске). Именно при архиепископе Луке началось возрождение Тамбовской епархии: храмы ремонтировались, обеспечивались предметами богослужения, строго велись службы, действовал созданный им архиерейский
хор. Под руководством архиепископа Луки за несколько месяцев 1944 г. для
нужд фронта было перечислено более 250 тыс. руб. на строительство танковой колонны имени Дмитрия Донского и авиаэскадрильи имени Александра
Невского. Управляя Тамбовской епархией до 1946 г., он в то же время работал хирургом в эвакогоспиталях города, главным хирургом-консультантом,
продолжал вести большую научно-исследовательскую работу. Высокая учѐность гениального хирурга удивительным образом сочеталась в нѐм с высокой верой православного архиерея.
Указом Патриарха архиепископ Лука в 1946 г. переведѐн в Симферополь,
на Крымскую кафедру. Во время Великой Отечественной войны в Крыму
шли жестокие бои. Поэтому, приехав в Симферополь в мае 1946 г., архиепископ Лука в полной мере ощутил тяжесть разрухи первых послевоенных лет.
Он ревностно приступил к служению на новом месте. Много работы по упорядочению епархиальных дел легло на плечи уже семидесятилетнего старца:
56
церкви разрушены, народ в нищете, священников не хватает, власти используют любые возможности, чтобы закрыть тот или иной храм. Но, несмотря на
преклонный возраст, на болезни, которые одолевали его, архиепископ Лука
употребил много сил и энергии по наведению порядка в епархии. Архиепископ Лука скончался в Симферополе 11 июня 1961 г. в день Всех святых, в
земле Российской просиявших. Его, занимавшего Крымскую кафедру в течение 15 лет, похоронили на маленьком церковном кладбище при Всехсвятском
храме Симферополя, куда ежедневно в течение 35-лет приезжали и приходили родственники и православные странники, больные, ищущие исцеления.
Украинская Православная Церковь причислила архиепископа Луку к лику
святых 22 ноября 1995 г. В 1996 г. состоялось обретение святых останков архиепископа Луки, которые в настоящее время
почивают в Свято-Троицком кафедральном соборе Симферополя. В августе 2000
г. он канонизирован и Русской Православной Церковью в сонме новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания.
В Тамбове в июне 1992 г. в ознаменование 30-летия кончины архиепископа
Луки на доме, в котором он жил, открыта
мемориальная доска. В 1993 г. Святейший
Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II освятил 2-ую городскую больницу,
которой было присвоено имя архиепископа Луки в память о том, что он служил хирургом в больницах города во время
Великой Отечественной войны. В 1994 г. на территории больницы установлен памятник архиепископу Луке, очень почитаемому горожанами, многие из
которых получили исцеление от рук святителя. В 2011 г. на задании Музейновыставочного центра Тамбовской области (Тамбов), где в 1944–1945 гг. располагался эвакогоспиталь №5355, открыта мемориальная доска, посвящѐнная
жизни и деятельности архиепископа Луки в Тамбове.
Почитается память архиепископа Луки, русского хирурга и духовного писателя, архиепископа Русской Православной Церкви, и в Крыму. Памятник
архиепископу Луке находится при храме на территории военного санатория,
расположенного в Саках. В Симферополе архиепископу Луке установлено
несколько памятников: в сквере, носящем его имя, перед Представительством
президента; на территории 386-го военного госпиталя Военно-медицинского
клинического центра Крымского региона; в Симферопольском военном госпитале, которому присвоено его имя. Приезжие из Тамбовской области считают своим долгом посетить эти места и Свято-Троицкий кафедральный собор Симферополя и поклониться праху архиепископа Луки.
57
Выпускники тамбовских высших учебных заведений работали в разных
уголках СССР. Можно встретить фамилии тамбовцев и среди сотрудников
находившегося в ведении Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук
им. В.И. Ленина Никитского ботанического сада (посѐлок Никита, Ялтинский
горсовет, Крым). Например, учѐный-биолог Владимир Карпович Смыков,
родившийся в 1924 г. в селе Глазок (Мичуринский район), – выпускник Мичуринского плодоовощного института им. И.В. Мичурина (1948), работал в
Никитском ботаническом саду, комплексном научно-исследовательском учреждении, заместителем директора по науке.
Историк, археолог, кандидат исторических наук, доцент Лариса Ивановна
Чуистова родилась в 1911 г. в Ялте. В 1927 г. еѐ семья переехала в Москву.
Среднее и высшее образование Л.И. Чуистова получила в Москве. Преподавая в школе, окончила аспирантуру Московского областного педагогического
института, специализируясь по истории Древней Греции. В 1948–1962 гг.
жила в Керчи, работала в Керченском историко-археологическом музее. В
Тамбов Лариса Ивановна приехала в 1962 г. Преподавала на историческом
факультете Тамбовского государственного педагогического института (сегодня Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина) историю
древнего мира и археологию. Выпускникам многих поколений запомнились
археологические практики в Крыму под руководством Л.И. Чуистовой.
Уместно вспомнить и ещѐ об одном человеке: Жане Августовиче Миллере
(Янисе Шепте), революционном деятеле советского периода. Эта личность
насколько яркая, настолько же и мрачная. Он родился в 1880 г. в Курляндской губернии (ныне Латвия). Отец, зажиточный крестьянин, имел возможность дать сыну образование, но он во всех учебных заведениях за нарушения дисциплины подвергался взысканиям вплоть до исключения. В
1905 г. стал членом РСДРП. Во время революции
1905–1907 гг. находился на военно-боевой работе
партии. В 1907–1917 гг. Ж.А. Миллер эмигрировал в США, где, являясь членом Социалистической партии Америки, принимал участие в организации профсоюзов. В апреле 1917 г. вернулся в
Петроград, сразу был направлен в Крым для проведения партийной работы. Являясь активным
губернским партийным организатором, председателем Евпаторийского комитета РСДРП(б), в ноябре 1917 г. избран членом бюро Таврического
губернского комитета партии, затем – председателем Симферопольского революционного комитета. В марте 1918 г. на Всетаврическом съезде Советов Ж.А. Миллер был избран председателем Центрального исполнительного комитета Советской Социалистической Республики Таврида. ЦИК и СНК Таврической ССР, исполняя декреты советской
58
власти, приступили к конфискации крупных земельных угодий и национализации промышленности. В марте–апреле 1918 г. Таврическая ССР отправила
центральным областям Советской России свыше 5 млн. пудов провизии. Ж.А.
Миллер – один из инициаторов и активных организаторов массового красного террора в Крыму зимой 1917–1918 гг. После оккупации Крыма в апреле
1918 г. немецкими войсками и падения Таврической ССР он был направлен в
Тамбовскую губернию, где в августе 1918 г. избран председателем
ского комитета РКП(б). Активный участник укрепления советской власти в
губернии, Миллер был сторонником самых жѐстких мер по отношению к
классовым врагам. В ноябре 1918 г. был отозван в Москву. В дальнейшем в
жизни Миллера было многое: Туркестан, Афганистан, Индия, 11 месяцев
тюрьмы в Калькутте, США, Чикаго, выполнение секретных нелегальных поручений компартии США, возвращение в 1931 г. в СССР, работа переводчиком на заводе в Коломне, выход на заслуженный отдых, вскоре – арест и 10
лет исправительно-трудовых лагерей, где Миллер и скончался.
Отношения Тамбовской области с Крымом имеют крепкие экономические
и культурные основы: продукция крымских земледельческих хозяйств постоянно присутствовала на полках магазинов Тамбовской области, делегации
деятелей культуры и науки обменивались визитами, развивался туризм. Тамбовский завод «Ревтруд» был не единственным предприятием области,
имевшим в Крыму здравницы. База отдыха «Кореиз», располагавшаяся на
территории посѐлка Кореиз (Ялтинский горсовет) ежегодно принимала по
несколько сотен отдыхающих с завода. Туристический поток в крымском
направлении обеспечивался не только «организованными» отдыхающими.
Самолѐты из Тамбова (три раза в неделю!) вылетали всегда заполненными,
места выкупались за две-три недели. Летом-осенью на трассах, ведущих к
Крыму, было много автомобилей с тамбовскими номерами. Земляков можно
было встретить и в лагере автотуристов посѐлка Планерский (Коктебель), и в
Саках, и в Андреевке, и в Каче. А регулярные группы детей из Тамбовской
области ездили в знаменитый «Артек» совсем недавно...
У жителей Крыма и Тамбовской области общее не только прошлое счастливое, но и прошлое трагическое. Мы, жители и Тамбовской области, и Крыма, прошли через испытания войнами и революциями, а значит – голодом,
сиротством и утратами близких... Впереди у нас – будущее. И каким оно будет – зависит от многого, в том числе и от степени доверия, полноты дружеских чувств и степени организованности в деловых отношениях.
*
*
*
59
РЕЦЕНЗИИ
Исполнилось 50 лет поэту, прозаику, журналисту, издателю, культуртрегеру Евгению Викторовичу Степанову. Он – москвич по рождению, в 17
лет приехал в Тамбов, поступил на иняз Тамбовского пединститута, окончил
французско-немецкое отделение, затем работал в одной из сельских школ
Рассказовского района, одновременно сотрудничал с районной газетой «Трудовая новь». Во время учѐбы в институте и работы в школе – активный участник литературной студии «Слово» / «АЗ» С.Е. Бирюкова. Вернувшись в Москву, Евгений трудится в журналах
«Огонѐк», «Столица», газете «Семья» и ряде
других изданий. Некоторое время работает и
учится во Франции, Швейцарии, США. Затем
снова в Москве, возглавляет газеты и журналы.
Наконец открывает собственное издательство
«Вест-консалтинг», в котором выпускает современную поэзию, прозу, литературную критику. Организует и издаѐт несколько литературных журналов и газет: «Футурум-арт», «Дети Ра», «Зарубежные записки», «Другие», «Крещатик», «Поэтоград», «Литературные
известия»... Сам активно занимается исследованиями современной поэзии.
Оканчивает аспирантуру в МГУ и защищает диссертацию. Его фундаментальный труд «Жанры и строфы современной русской поэзии. Версификационная практика поэтов XX и XXI веков» получил престижную премию имени
Дельвига (2013), учреждѐнную «Литературной газетой». Это издание представляет учитель Е.В. Степанова – член ТЦК, поэт, доктор культурологии
из университета им. Мартина Лютера (г. Галле, ФРГ) С.Е. Бирюков.
СТИМУЛ К ПОИСКУ
Степанов Е.В. Жанры и строфы современной русской поэзии.
Версификационная практика поэтов XX и XXI веков. В 3 т.
М.: Вест-консалтинг, 2013.
Работа такого рода, которую выпустил в свет Евгений Степанов, ценна,
прежде всего, тем, что она стимулирует на поиск. В истории новейшей русской поэзии, например, такими стимулирующими проектами уже были «Поэтический словарь» А.П. Квятковского, «Русский стих» М.Л. Гаспарова, «Литература формальных ограничений» Т.Б. Бонч-Осмоловской, а также антологии верлибра, палиндромической поэзии... Ну и автор этих строк тоже не остался в стороне с «Зевгмой» и «Року укором». Работа Е.В. Степанова показывает, что поиск может быть продолжен и расширен. Поэзия постоянно ветвится. Но чтобы она ветвилась ещѐ интенсивнее, почву надо профессионально обрабатывать. Именно этим занят поэт-исследователь Евгений Степанов,
60
который не только собирает и описывает коллекцию
форм, но и сам постоянно добавляет собственные примеры. Это своего рода поэтическая селекция, направленная на улучшение вида!
Могут сказать, что по ряду форм, представленных в
трѐхтомнике Степанова, существуют исследования, выходили антологии. Это так. Но время идѐт, накапливаются новые тексты. Кроме того, сам Евгений Степанов в
своих журналах «Дети Ра», «Футурум-арт», «Другие»
стимулировал обращение авторов к формам, которые в
результате составили предмет его исследований. Вообще же надо бы поставить за правило, хотя бы раз в пять лет пересматривать современное поэтическое хозяйство в специальных исследованиях. А то ведь, если судить по основным журналам, у нас сплошной ямб, уложенный в кирпичики четверостиший!
Работа Е. Степанова показывает, что это далеко не так. Оказывается, мы
живѐм в эпоху необыкновенного разнообразия стиховых вообще и поэтических форм в частности. Однострок, дистих, терцет, катрен, пятистишие,
восьмистишие, танкетки... Пристрастие разных авторов к минималистским
формам не случайно, век нанотехнологий требует компрессии мыслечувств.
И очень интересно, что это происходит на поле вроде бы вполне традиционных форм. Мне уже приходилось писать о том, что довольно часто и в историческом и во внеисторическом авангарде происходит актуализация и переакцентуация как раз традиционных форм. Например,
это происходило с такой идущей из глубины веков
формой как палиндромия. Весь ХХ в. в России эта
форма, то выныривая на поверхность, то снова прячась,
была каким-то фантомом русской поэзии. К сегодняшнему дню палиндромическое волнение стало спокойнее, оно введено в русло, в том числе исследованиями
А.В. Бубнова. И, тем не менее, палиндромический раздел в исследовании Е.В. Степанова чрезвычайно важен,
поскольку показывает, как поэтическое начало взаимодействует с непоэтическим и задаѐт параметры новых
поисков в практике и в описании практики.
То же можно сказать о разделе одностроков, здесь Степанов даѐт интересную формулировку «однострочной поэзии». Это такое произведение, которое
имеет «в своей основе метафору, образ или другой троп» и «обладает авторской интонацией». В принципе это определение можно распространить на
поэтические произведения вообще. Но в случае одностроков особенно важно
отграничить однострочные хохмы от поэтических высказываний. Думается,
что над этим ещѐ предстоит нам всем потрудиться...
61
Но вот такая форма как сонет. Не только суровый Дант не презирал сонета, но и последний графоман... Е. Степанов находит новый подход к современной сонетной форме. Он показывает на конкретных примерах, что это
отнюдь не застывшая форма, что с ней можно работать очень нестандартно.
Мне кажется вообще очень плодотворным обращение исследователя к таким формам, которые как бы подразумевают некую стандартность. Например, Степанов убедительно показывает, как трансформируются под пером
или клавиатурой ищущих авторов частушка, эпиграмма, пародия. В разделе
эпиграмм приведено множество интереснейших текстов. Например, совершенно великолепны и выдержаны в традиции эпиграммы Фѐдора Мальцева.
Их хочется постоянно цитировать. Скажем вот такая эпиграмма, обращенная
к Ольге Ермолаевой: «Она изменится едва ли, / Еѐ пристрастия видны. / И
тридцать лет в одном журнале, / Как Сталин у руля страны».
В то же время в этом разделе есть тексты, которые скорее можно отнести
к «посвящениям» (например, интересные тексты Юрия Беликова).
Е. Степанов обращается и к различным поэтическим формам, которые
появились в недавнее время. Ряд из них имеет конкретное авторство, например, листовертни Дмитрия Авалиани или лингвогобелены Вилли Мельникова. Любопытен раздел цифровой поэзии, в том числе актуализацией поиска такого мегаавтора как Александр Кондратов. Забавно, что определение «цифровая поэзия» на
сегодня имеет, по крайней мере, два значения. «Цифровая», то есть с использованием цифр и «цифровая» в
смысле «дигитальная» (на Западе есть ряд работ, посвящѐнных как раз дигитальной поэзии).
Я хочу сказать, что эта работа интересна ещѐ тем,
что она находится на острие современных поисков. Здесь ещѐ нет устойчивости, многое довольно зыбко, находится в становлении. И то, что ведѐтся поиск на такой колеблющейся почве, может быть только плюсом изыскателю.
Е.В. Степанов
– Сейчас многие говорят об упадке интереса к поэзии. Но никакого
упадка на самом деле нет. Поэзия востребована. Антология «Жанры и
строфы современной русской поэзии» в магазине «Москва» стоит 1450
рублей, и еѐ берут. Она стала бестселлером. В этой антологии продемонстрированы многие жанры поэзии... И заумь, и палиндром, и эпиграмма, и
пародия, и неподцензурная частушка... Это всѐ наша русская поэзия.
*
*
*
62
ВНИМАНИЕ, КОНКУРС!
ЛАУРЕАТЫ ИЗ ТАМБОВА
Студенты Тамбовского филиала МГУКИ член ТЦК Анна Кузнецова, Михаил Потапов и Анастасия Андреева стали лауреатами (дипломы и памятные
подарки) Всероссийского фестиваля-конкурса художественной самодеятельности среди образовательных учреждений «Созвучие Сердец – 2014» «Москва, Международная академия развития образования, председатель судейской
коллегии Г.В. Гладков –заслуженный деятель искусств, член Союза композиторов и Союза кинематографистов России), приуроченного к проведению
Года культуры (видеопрезентации: «Что такое… переезд» (А. Кузнецова) и
«Славянская культура глазами молодѐжи» (А. Андреева, М. Потапов).
С.Н. Пенина, доцент
ФИНАЛИСТ ПРЕСТИЖНОГО КОНКУРСА
Преподаватель кафедры «Связи с общественностью» Тамбовского государственного технического университета – официального партнѐра ТЦК –
Ю.О. Макаревич стала финалистом Международного конкурса (премия в области развития общественных связей) «PROBA-IPRA Golden World Awards
2014» в номинации «Лучшая работа по теории PR» за учебное пособие «Основы управления репутацией в социальных сетях» (Тамбов, 2014).
Соб. инф.
*
*
*
63
ДОКУМЕНТАРИУМ
Архив ТЦК существует с 1997 г. В нѐм хранятся документы центра, общественных организаций, объединений и союзов, ряд коллекций. Документы
рассказывают об известных людях и событиях.
Представляем один из документов.
ПРОТОКОЛ ЗАСЕДАНИЯ РЕДАКТОРАТА № 11
от 21 ноября 2009 года
Председатель: Ишин
Алексей Викторович –
заместитель директора
Тамбовского
центра
краеведения,
кандидат
филологических
наук,
доцент кафедры журналистики,
начальник
пресс-центра Тамбовского
государственного
университета им. Г.Р.
Державина.
Секретарь: Зорина Вера Павловна – доцент, учѐный секретарь Тамбовского центра краеведения.
Присутствовали: Ильинская Елена Станиславовна – переводчик Тамбовского центра краеведения, кандидат филологических наук, доцент Тамбовского филиала Московского государственного университета культуры и
искусств; Королѐва Людмила Юрьевна – кандидат филологических наук,
доцент Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина; Пирожков Геннадий Петрович – директор Тамбовского центра краеведения,
академик РАЕН, доктор культурологии, профессор Тамбовского государственного технического университета, заведующий кафедрой гуманитарных
дисциплин Тамбовского филиала Московского государственного университета культуры и искусств; Слезин Анатолий Анатольевич – член редактората
Тамбовского центра краеведения, член-корреспондент РАЕН, членкорреспондент РАЕ, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории и философии Тамбовского государственного технического
университета; Тютюнник Вячеслав Михайлович – член редактората Тамбовского центра краеведения, член правления РАЕН, председатель Тамбовского
регионального отделения РАЕН, доктор технических наук, профессор, директор Тамбовского филиала Московского государственного университета культуры и искусств.
64
ПОВЕСТКА ДНЯ:
О научной культуролого-краеведческой школе «Проблемы истории и
культуры Тамбовского края» Г.П. Пирожкова на базе Тамбовского центра краеведения.
СЛУШАЛИ: директора общественного объединения исследователей региональной истории и культуры «Тамбовский центр краеведения» при региональном отделении РАЕН Г.П. Пирожкова.
Пирожков Г.П.: Работа по формированию творческой научной школы ведѐтся с первых лет деятельности ТЦК. И только в январе 2006 г. состоялось
решение президиума Тамбовского областного отделения по нобелистике Российской академии естественных наук (протокол № 17) в котором констатировалось: «На основании решения редактората «Тамбовского центра краеведения» (ТЦК) при Тамбовском областном отделении по нобелистике РАЕН
(ТООН РАЕН), договор № 07/00 от 27.12.2000, президиум ТООН РАЕН рассмотрел вопрос о деятельности сложившейся на базе ТЦК научной школы по
проблемам истории и культуры Тамбовского края. В результате обсуждения
доклада по этой проблеме члена-корреспондента РАЕН, профессора Г.П. Пирожкова, приняты следующие решения: 1. Считать завершенным становление
научной школы «Проблемы истории и культуры Тамбовского края». 2. Признать основателем и руководителем научной школы «Проблемы истории и
культуры Тамбовского края» члена-корреспондента РАЕН, кандидата исторических наук, профессора Тамбовского филиала ФГОУ ВПО МГУКИ Пирожкова Геннадия Петровича. 3. Рекомендовать профессору Пирожкову Г.П.
подготовить обзорную статью об основных результатах деятельности возглавляемой им научной школы для публикации в журнале «Вестник РАЕН»
(Архив ТЦК. Ф.4. Оп.1. Д.1).
После этого редакторат ТЦК продолжил работу по организационнодокументационному оформлению сложившейся на базе центра краеведения
научной школы «Проблемы истории и культуры Тамбовского края».
В истории отечественного науковедения известно несколько разновидностей научных школ. Школа ТЦК по широте исследуемой предметной области
– широкопрофильная (региональные историко-культурные исследования); по
уровню локализации – локальная (проблемы соотнесения федерального и
регионального компонентов); код творческой школы – 240001 (теория и история культуры). Большинство исследователей, объединенных центром, владеют способом теоретического мышления и экспериментального исследования. Ученые имеют гуманистическое мировоззрение, им присущи высоконравственные ценностные ориентации, они верны лучшим традициям российской науки. Отношения в школе строятся по типу «основатель – последователь».
Членами центра краеведения защищено семь кандидатских диссертаций,
издано более двадцати монографий, десяти учебных пособий с грифами университетов, УМО, Министерства культуры. Эксперты центра являются авто65
рами более двухсот статей, другой научной продукции. Г.П. Пирожковым
впервые в России созданы терминологический словарь «Краеведение» и
учебник «Краеведение» с грифом Министерства образования и науки. В журнале «Вопросы истории» (М., 2007. № 1. С. 171-172) опубликована рецензия
А.А. Слезина на монографии Г.П. Пирожкова и его учебник «Краеведение».
Заместитель директора ТЦК, кандидат филологических наук, доцент А.В.
Ишин и эксперт ТЦК, кандидат исторических наук и кандидат юридических
наук, доцент Тамбовского государственного технического университета И.Г.
Пирожкова стали лауреатами Всероссийского конкурса на лучшую научную
книгу 2008 г., проводимого Фондом развития отечественного образования. На
конкурс были представлены две монографии: Ишин А.В. Литературная судьба Тамбовского Пролеткульта: монография. – Тамбов, 2008 (издана ТЦК) и
Пирожкова И.Г. История строительного законодательства Российской империи: научная монография. – М., 2008 (грант РГНФ, издательский проект №
07-03-16023д). Фонд рекомендовал книги «для использования в учебном процессе и переиздания для широкой научной общественности в России и за рубежом».
При ТЦК созданы архив и библиотека краеведческой литературы. Ведѐтся
работа по организационному и методико-технологическому обеспечению их
функционирования. Центр краеведения проводит большую научноисследовательскую, издательскую, просветительско-воспитательную и благотворительную деятельность.
Редакторат ТЦК неоднократно выражал благодарность научным и образовательным учреждениям, известным российским учѐным за участие в экспертизе ценности и рецензировании работ научной школы краеведческого центра.
ВЫСТУПИЛИ:
Ишин А.В.: Деятельность научной школы Г.П. Пирожкова давно известна
и поддерживается научным сообществом. Факт признания отмечен в ряде
российских публикаций, о научной школе неоднократно сообщалось в культуролого-краеведческой литературе. Некоторые итоги еѐ работы подведены в
монографии Г.П. Пирожкова и А.В. Ишина «Тамбовский центр краеведения в
социокультурном пространстве региона-68» (Тамбов, 2009), в ряде публикаций в столичных журналах («Вопросы культурологии», «Информационные
ресурсы России» и др.), в материалах ряда международных и всероссийских
конференций. Достаточно сказать, что в кратком «Списке литературы о Тамбовском центре краеведения» монографии «Тамбовский центр краеведения в
социокультурном пространстве региона-68» содержится 116 публикаций.
Информация о деятельности научной школы содержится в словаресправочнике «Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина»
(2-изд., испр. и доп. Тамбов, 2004), в энциклопедических изданиях РАЕН и
РАЕ, в книгах «Кто есть кто в Тамбове и Тамбовской области» (Тамбов, 2008;
2009) и др. Международный журнал социальных и гуманитарных наук (На66
циональная академия наук Беларуси, Национальная академия наук Украины,
Российская академия наук) «Личность. Культура. Общество») опубликовал
(Т.IХ. Вып.1 (34). М., 2007. 440 с.) состав общественного совета г. Тамбова,
из десяти членов которого шестеро активно сотрудничают с ТЦК; председатель совета – В.М. Тютюнник, учѐный секретарь – Г.П. Пирожков. Материалы о научной школе ТЦК опубликованы на русском, английском и немецком
языках.
Высшим достижением учѐных и педагогов ТЦК явилась публикация
учебника Г.П. Пирожкова «Краеведение» (Тамбов; М.; СПб.; Баку; Вена:
«Нобелистика», 2006. 272 с.), рекомендованного Министерством образования
и науки РФ. На его презентации, где присутствовали преподаватели и студенты тамбовских вузов, краеведы, журналисты, библиотечные работники, высокую оценку деятельности автора учебника как ученого и педагога дали известные в Тамбове учѐные и организаторы науки. Г.П. Пирожков является
научным редактором продолжающихся изданий центра: научноинформационного «Вестника ТЦК» (№№ 1-17), историко-краеведческого
бюллетеня «Тамбовские хроники» (№№ 1-10), сборника статей «Откуда есть
пошла земля тамбовская» (№№ 1-9), «Трудов Тамбовского центра краеведения» (Вып. 1; Вып. 2), в которых публикуются исследователи. Имея высокие
оценки публикационной активности, они печатаются и в других изданиях,
принимают конструктивное участие в различных – от университетских до
международных – конференциях, инициативно организуют конкурсы, семинары, мастер-классы. Признанием достижений ТЦК и научной школы стало
избрание Г.П. Пирожкова в 2009 г. действительным членом (академиком)
РАЕН.
Зорина В.П.: Доктор культурологии Г.П. Пирожков является не только основателем и руководителем научной культуролого-краеведческой школы
«Проблемы истории и культуры Тамбовского края», но и основателем нового
научного направления – краеведческое образование как составляющая культурологической подготовки специалиста. Научная школа Г.П. Пирожкова выполняет важные задачи: развивает теоретические и практические направления
краеведческого образования; работает над повышением культурологического
уровня подготовки студентов; выполняет прикладные исследования в области
региональной культурологии и краеведения. Основные формы работы – написание монографий, учебно-методической и справочной литературы, публикации в научных журналах, доклады на разноуровневых научных и научнопрактических конференциях, проблемные группы, аспирантско-студенческие
научные кружки и другие культуролого-краеведческие объединения. За 30 лет
активной научно-образовательной деятельности Г.П. Пирожкова трудно даже
подсчитать всех, кто прошѐл через его краеведческую школу; одних соавторов
в его более 430 научных и учебно-методических работах (из них более 250
научных, объѐм публикаций свыше 370 п.л.) более шестидесяти. К тому же,
мало у кого из тамбовских культурологов-краеведов такой высокий уровень
67
цитируемости. Практически все исследования, развиваемые в рамках научной
школы, являются междисциплинарными.
Положительную оценку работе Тамбовского центра краеведения и его научной школы в последние годы дали такие научные и образовательные центры, как Российский институт культурологии РАН (директор – доктор искусствоведения К.Э. Разлогов); Институт государственного управления и информационной деятельности Государственной академии руководящих кадров
культуры и искусств (Киев, Украина) (доктор исторических наук, профессор
М.С. Слободяник); научная культурологическая школа Краснодарского государственного университета культуры и искусств (ректор университета, зав.
кафедрой культурологии – доктор философских наук, профессор И.И. Горлова); Тамбовское региональное отделение РАЕН; Международный Информационный Нобелевский Центр доктора технических наук, профессора В.М.
Тютюнника; кафедра документоведения и информатики Краснодарского государственного университета культуры и искусств (зав. кафедрой – доктор
педагогических наук, профессор Н.Б. Зиновьева); кафедра истории и философии Тамбовского государственного технического университета (зав. кафедрой – доктор исторических наук, профессор А.А. Слезин); кафедра мировой и
отечественной культуры Пензенского государственного педагогического
университета (зав. кафедрой – доктор философских наук, профессор Н.М.
Инюшкин); журналы ВАК Украины «Бiблiотекознавство. Документознавство.
Iнформологiя» и «Сумська старовина»; журнал ВАК России «Культурная
жизнь Юга России» (Краснодар) и др., а также известные учѐные: заместитель директора Института культурологии Министерства культуры РФ и РАН
по научной работе, главный научный сотрудник Института философии РАН,
главный редактор международного журнала социальных и гуманитарных наук «Личность. Культура. Общество», доктор философских наук, профессор
Ю.М. Резник; Заслуженный деятель науки РФ, зав. кафедрой теории и истории культуры Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств, доктор философских наук, профессор С.Н. Иконникова; Заслуженный деятель науки РФ, директор Ростовского филиала СанктПетербургского университета культуры и искусств, доктор педагогических
наук, профессор В.Я. Суртаев; проректор по учебной работе, зав. кафедрой
социально-гуманитарных дисциплин Академии маркетинга и социальноинформационных технологий, доктор культурологии, профессор Н.Н. Павелко (Краснодар); член Союза российских писателей, доктор культурологии
С.Е. Бирюков (Германия), декан библиотечно-информационного факультета
Белгородского государственного института культуры, Заслуженный работник
культуры РФ, кандидат педагогических наук, доцент В.Н. Шадрина; доктор
исторических наук, профессор И.Я. Биск (Иваново); доктор исторических
наук, профессор С.Н. Полторак (Санкт-Петербург); доктор культурологии,
профессор Н.И. Стопченко (Ростов-на-Дону); зав. кафедрой социальнокультурной деятельности Тамбовского государственного университета им.
68
Г.Р. Державина, доктор культурологии, профессор Е.И. Григорьева; доктор
педагогических наук, профессор А.Н. Дулатова, доктор педагогических наук,
профессор И.И. Михлина, доктор философских наук, профессор В.И. Лях
(Краснодар); доктор педагогических наук, профессор З.А. Сафиуллина (Казань); доктор социологических наук, профессор Н.Н. Макарцева, доктор филологических наук, профессор И.М. Попова, доктор культурологии, профессор Т.Г. Бортникова, доктор филологических наук, профессор В.Г. Руделѐв
(Тамбов); доктор физико-математических наук, профессор Таганрогского
государственного радиотехнического университета В.П. Рыжов; член Союза
писателей СССР, Заслуженный работник культуры РФ, Почѐтный профессор
Воронежского государственного педагогического университета, членкорреспондент Международной Славянской Академии наук, образования,
культуры и искусства (Москва), Петровской Академии наук и искусств
(Санкт-Петербург), Международной Кирилло-Мефодиевской Академии славянского просвещения (Москва) В.В. Будаков (Воронеж), кандидат педагогических наук, зав. кафедрой информатики и информационных технологий Белгородского государственного института культуры и искусств Л.К. Сагитова и
др.
За последнее время деятельность научных сотрудников ТЦК значительно
активизировалась.
Тютюнник В.М.: Как уже отмечалось, в январе 2006 г. состоялось решение президиума ТООН РАЕН, в котором констатировалось, что на базе ТЦК
завершено становление научной школы «Проблемы истории и культуры Тамбовского края» Г.П. Пирожкова. С того времени сделано немало. Краеведы –
одни из немногих специалистов, которые изучают человека, осознавшего
свое место в мировом пространстве. Здесь география тесно переплетается с
историей, персоналией и информатикой. Ведь краеведы путешествуют по
информационному полю прошлого.
Тамбовский центр краеведения – уникальное общественное объединение,
функционирующее под эгидой Тамбовского регионального отделения РАЕН.
Это союз энтузиастов, исследователей родного края, его истории и культуры,
привлекающий в свои ряды большое количество талантливой молодежи, это
научное объединение, которому скоро исполнится 15 лет. За это время создана краеведческая библиотека и собственный архив. Деятельность ТЦК чрезвычайно важна хотя бы потому, что любой исторический факт (событие) обладает уникальной особенностью – двуликостью, т. е. одновременным наличием объективной и субъективной сторон. Объективность проявляется в том,
что этот факт (событие) реально имел место, а субъективность – что этот факт
или событие описываются человеком, а его мнение, видение, понимание реальности всегда субъективно. В такой ситуации чрезвычайно важно, чтобы
краеведческие факты (события) были описаны специалистами, причѐм как
можно ближе по времени к их свершению. Именно поэтому мне представляются очень ценными краеведческие труды сотрудников ТЦК.
69
Остается пожелать коллективу исследователей успешного развития, а молодѐжи – активного подключения к научной деятельности краеведческого
центра, результаты которой всегда представляют собой конкретный вклад в
изучение истории и культуры Тамбовского края.
ПОСТАНОВИЛИ:
В результате обсуждения доклада приняты следующие решения:
1. Положительно оценить деятельность научной культурологокраеведческой школы «Проблемы истории и культуры Тамбовского края»
Г.П. Пирожкова.
2. Признать основными следующие направления научной школы: 1. Теоретико-методологические основы краеведческого образования и его роль в
культурологической подготовке специалиста. 2. Модель культурологокраеведческого обучения в различных образовательных учреждениях. 3. Прикладные исследования по региональной культурологии и краеведению.
Голосовали:
«За» – единогласно.
Заместитель директора
Тамбовского центра краеведения,
кандидат филологических наук, доцент
А.В. Ишин
Учѐный секретарь
Тамбовского центра краеведения,
доцент
В.П. Зорина
*
*
*
70
ПЕРЕПЕЧАТАНО ИЗ…
книги В.П. Середы «“Гордо неси своѐ горькое бремя”. И.М. Потапов»
(Тамбов, 2014. 512 с.).
Событием в краеведческой жизни стал выход книги тамбовского краеведа
В.П. Середы о выдающемся общественном деятеле Тамбова И.М. Потапове.
Потапов Иван Михайлович
(1877, Смоленская губ. – 1948,
Тамбов) – врач, общественный
деятель. Из дворян. В начале ХХ в.
четырежды избирался гласным
Тамбовской городской думы. В
1911 – 1917 гг. городской голова
Тамбова.
Предлагаем читателям отрывок
из новой книги.
ОБЩЕСТВО ЛЮБИТЕЛЕЙ ХУДОЖЕСТВ
Графические листы И.М. Потапова отличает наблюдательность в передаче увиденного. Все они выполнены с натуры и дают возможность почувствовать атмосферу сложного периода в истории нашей страны начала ХХ
века. Сейчас эти работы для нас являются подлинными документами
ушедшей эпохи…
Т.В. Сутормина, искусствовед [1]
Гласный городской думы, член управы, городской голова Потапов, желая
видеть культурным ставший ему родным Тамбов, всячески содействовал созданию многочисленных добровольных обществ, объединявших увлечѐнных
людей. Совместно с другом, отставным полковником, художником Николаем
Михайловичем Шевченко, И.М. Потапов создал «Общество любителей художеств», занятия которого проводились в их собственных домах на Набережной и Тѐплой улицах.
Сохранилось «Дело об образовании в гор. Тамбове "Общества любителей
художеств"» [2].
Устав Тамбовского общества любителей художеств издан типографским
способом в 1907 году. Его предваряет резолюция губернатора Н.П. Муратова: «Означенное в настоящем уставе, "Тамбовское Общество любителей художеств", согласно постановления Тамбовского губернского по делам об обществах Присутствия от 22 декабря 1906 года внесено в реестр обществ и
союзов по Тамбовской губернии под 5. Тамбов, февраля 5 дня 1907 г.».
71
Целью своей деятельности любители художеств определили: «а) служить
сближению местных деятелей в области художества и б) содействовать развитию и распространению художеств в Тамбове». Сфера деятельности Общества охватывала рисование, живопись, ваяние, архитектуру, художественную
фотографию и прикладные искусства. Уставом предусматривались художественные занятия и беседы членов Общества, устройство студий и мастерских, организация экскурсий с художественной целью, устройство художественных вечеров, учреждение библиотеки и читальни, посредничество в выписке разных художественных изданий, книг и журналов для своих членов,
издание книг, альбомов и брошюр по искусству, выставки картин, публичные
лекции и чтения по искусству, открытие бесплатных рисовальных классов и
т. д. Отдельным пунктом Уставом планировалось устройство в Тамбове картинной галереи и художественного музея.
Следует признать Устав очень демократическим и по нашим временам:
почѐтные, действительные члены и члены-соревнователи имели равные права, высшим органом было общее собрание, а председатель имел преимущества только тогда, когда голосующие «за» и «против» делились поровну. Среди
учредителей Общества были люди известные в то время, а некоторые и в нынешнее, художники и любители живописи: М.А. Антонов, А.И. Ардабьев,
Г.А. Вердсвский, Л.А. Воротынцсв, С.Е. Громов, В.С. Кулешов, Л.Ф.
Лсйнгард, А.Н. Мендлин, П.П. Мошков, П.Д. Мягков, С.А. Победоносцев,
С.Т. Соколов, Л.И. Толстякова. В.В. Ульянов. П.Ф. Федоровский, И.П. Фреймам, В.И. Фреймам, И.М. Хохлов, Ф.О. Чеботарович, П.П. Шафранов, Н.Н.
Щелочилин [3]. Несомненно, что душой этого сообщества были Иван Михайлович Потапов и Николай Михайлович Шевченко.
Николай Михайлович Шевченко, военный по профессии, имел также художественное образование (прошѐл курс Петербургской Академии художеств вольным слушателем). Зимой 1911-1912 года полковник Шевченко
подал заявление о вступлении в Московское общество любителей художеств
– крупнейшее общероссийское объединение художников, членами которого
являлись В.Д. Поленов, В.Е. Маковский и др., был принят туда, принимал
участие в проходивших в Москве выставках картин [4].
Интересные сведения о жизни Н.М. Шевченко приводит в книге «Неизвестный Тамбов» В.А Кучснкова: «Деятельность тамбовских общественных
организаций объединяла многих людей, разных по сословному положению и
взглядам. Среди них были архитекторы, врачи, педагоги, художники и тамбовские меценаты. Один из них, М.В. Асеев, предоставил часть своей усадьбы для строительства дома-студии местному художнику Николаю Михайловичу Шевченко. Он был построен в 1910 году по собственному проекту художника не без помощи близких ему по духу друзей Диамандиди и Фреймана; на первом этаже размещались жилые помещения, на втором – просторная
студия. Оригинальный небольшой дом, выполненный в стиле модерн, приветливый и гостеприимный, стал подлинным художественным центром горо72
да. Бывал в этом доме и один из ведущих художников "Мира искусства" М.В.
Добужинский, посещавший в течение 1890-1915 годов усадьбу матери в селе
Семѐновка. Знакомство с провинциальным городом привело Добужинского к
созданию иллюстраций к "Тамбовской казначейше" (1913)... В память о
встречах с художником Тамбова Добужинский подарил ему одну из своих
графических работ. Как и многие интеллигенты Тамбова, став "лишенцем"
после революции, Шевченко потерял право на дом и свою студию, где было
написано немало лучших его работ. Со временем дом был передан кардиологическому санаторию, а потом незаметно исчез из усадьбы...» [5].
В другой своей книге, «Тамбовские городские некрополи», Валентина
Андреевна описывает исторические события, послужившие сюжетом одной
из картин И.М. Шевченко: «С такой же настойчивостью общество разрушало
в 20-х годах некрополь Казанского монастыря, уничтожая надгробия на могилах горожан, служивших верой и правдой своему Отечеству. Единственный
голос, прозвучавший в защиту Казанского некрополя, принадлежал тамбовскому краеведу Петру Николаевичу Черменскому, но он не был услышан
строителями новой эпохи. Случайно процесс уничтожения надгробий оказался сюжетом картины Н.М. Шевченко "Уборка Тамбовского монастыря", исполненной художником по заказу Дома Красной Армии, располагавшегося в
то время в архиерейском доме. Па полотне в 2,5 метра было зафиксировано
уничтожение Казанского некрополя. Сначала могилы сравняли с землѐй,
позже перекопали вдоль и поперѐк для прокладки коммуникаций, покрыли
асфальтом и преобразовали кладбище в школьный двор. От памятников Казанского некрополя остались лишь две плиты, некогда лежавшие на могилах
Чичериных...» [6].
Время и общество оказались такими же безжалостными и к могиле самого
Н.М. Шевченко. Два десятка лет тому назад она была найдена на Петропавловском кладбище и восстановлена стараниями режиссѐра и краеведа Александра Николаевича Смирнова. В доме его отца, Николая Терентьевича
Смирнова, художник доживал последние годы своей жизни. Портрет Саши
Смирнова в детстве работы Н.М. Шевченко хранится в Тамбовской картинной галерее. В книге «Жизнь и театр», вышедшей после смерти еѐ автора,
А.Н. Смирнов отзывается о Шевченко как о «скромнейшем и талантливейшем художнике», которого современники называли «певцом Тамбова» и
«тамбовским Крамским» [7]. В настоящее время могила художника и его сестѐр пришла в запустение и может быть утрачена навсегда.
Признанному живописцу и графику, Николаю Михайловичу Шевченко
заказывали оформление адресов для особо торжественных случаев. В связи с
назначением епископа Тамбовского и Шацкого Иннокентия экзархом Грузии
и его отбытием на «новое место для жизни и новый пост для более широкой
и многоплодной деятельности» от имени духовно-учебных заведений Тамбовской епархии ему был поднесѐн адрес, который удостоился подробного
описания в «Тамбовских епархиальных ведомостях»:
73
«Адрес украшен виньетками с художественными рисунками г. Шевченко,
изображающими здания духовно-учебных заведений г. Тамбова (духовной
семинарии, Епархиального женского училища, Серафимовского училища), а
также вид храмов в ограде Казанского монастыря с архиерейским домом. Не
забыл художник украсить адрес произведениями земли Тамбовской: полевыми травками и хлебными злаками, среди которых и над которыми изображены реющие в воздухе вестники весны и радости о Воскресшем Господе. Тоны
красок мягкие, ласкающие взор человека.
Протоиерей Панормов» [8].
В.А. Кученкова пишет ещѐ об одном художественном адресе, который
был изготовлен Н.М. Шевченко к 25-летию Тамбовской губернской учѐной
архивной комиссии для еѐ покровителя – российского императора:
«Адрес вручен Николаю Второму вместе с изданными трудами Архивной комиссии и историческим очерком о еѐ легальности за 1884-1909 годы.
Эти адреса выставлялись для всеобщего обозрения в витрине магазина Дедова на Гимназической улице» [9].
Государственный архив Тамбовской области сохранил «Дело Губернского по делам об обществах присутствия Общества любителей художеств» и, в
частности, отчѐт за 1907 год, согласно которому на выборах правления Общества и ревизионной комиссии председателем правления был избран И.М.
Потапов.
Правление «приняло меры к устройству частных собраний в квартире
М.П. Чиликина, для чего понадобилось обзаведение лампами для освещения
при рисовании. В этом помещении произошло только одно частное собрание
12 мая, на котором заслушан доклад А.В. Пустовойтова "Коллекция Вышеславцевых и их деятельность в искусстве". Последующих собраний в доме
И.М. Потапова, пожертвовавшего Обществу 11 подставок для рисования на
частных собраниях, с 29 сентября по 13 декабря было 10, причѐм посвящены
они были рисованию с живой и мѐртвой натуры. Число посетителей частных
собраний колебалось от 5 до 14» [10].
Как пишет В.И. Михайлов, директор Тамбовской картинной галереи, «в
течение первого года существования тамбовское общество приняло в свои
ряды около восьмидесяти новых членов, включая интересующуюся искусством учащуюся молодѐжь. Па квартире врача и общественного деятеля И. Потапова под руководством художника Н.М. Шевченко начались занятия художественной студии» [11].
Иван Михайлович не был пассивным наблюдателем во время занятий, которые проводил Н.М. Шевченко. Он не стеснялся учиться. Т.В. Сутормина,
старший научный сотрудник Тамбовской областной картинной галереи, пишет о рисунках Потапова:
«В рисунке "Окраина деревни" автору практически с профессиональным
мастерством удалось передать панораму местности, с белыми хатками на высоком косогоре, крытыми соломой, убегающей вниз дорогой, уютными пали74
садниками на втором плане и мельницей вдали. В этом рисунке раскрываются
потенциальные возможности И.М. Потапова как художника, что проявляется
в умении автора лѐгкими штрихами передать перспективу и пространство
конкретного места.
Ряд рисунков художника посвящѐн Тамбову – городу, с которым он был
связан судьбой. Это – "Вокзал в Тамбове", "На перроне", "Водокачка". Интересна по композиции работа "Вокзал в Тамбове", с уходящими вдаль рельсами, дымящимся паровозом, с транспарантом на перроне "Построим царство
коммунизма". Рисунок привлекает своей достоверностью, тщательностью
прорисовки деталей архитектурных строений на втором плане и здания вокзала. Интересны по своему решению и два других рисунка с изображением
перрона вокзала под навесом и водокачки, без которой в то время невозможна была отправка поезда» [12].
В свою деятельность Общество вовлекало не только художников города
Тамбова. Козловский живописец Сергей Иванович Криволуцкий, воспитавший таких художников, как С.С. Варсонофьев, И.Я. Копров и др., был приглашѐн в члены жюри по отбору произведений на первую художественную
выставку Общества.
Выставка открылась в середине октября 1907 года в помещении городского Коннозаводского собрания. В местной типографии был отпечатан каталог.
В отчѐте о выставке говорилось: «Всего поступило по решению жюри 140
экспонатов, каковые были застрахованы правлением от огня в сумме 10000
рублей. В течение двух недель выставку посетило 1101 чел., из них 650 учащихся за плату 148 руб. 25 коп. и продано каталогов на 23 руб. 90 коп. По
назначенным гг. экспонентами ценам было продано 10 картин за 260 рублей и
на аукционе в последний день выставки 10 картин за 93 руб. 55 коп. Здесь же
надлежит добавить, что, кроме доходов от членских взносов и выставки, в
пользу Общества было сделано пожертвование председателем правления
И.М. Потаповым, выразившееся в уплате гербового сбора при утверждении
Устава Общества, в изготовлении 11 подставок для рисования на частных
собраниях и предоставлении с 29 сентября помещения для частных собраний,
о чѐм было доложено общим собранием, постановившем выразить благодарность И.М. Потапову» [13].
Подобные выставки начали устраиваться в Тамбове ежегодно, последняя
из них состоялась в 1915 году.
Начиная с 1910 года на выставках, по приглашению правления Общества,
экспонировали свои работы многие известные русские мастера изобразительного искусства: живописцы В.Д. Поленов, А.М. Васнецов, К.А. Коровин, А.Е.
Архипов, С.Ю. Жуковский, Л.В. Туржанский, А.С. Степанов, гравѐр В.В. Матэ.
Среди многих благородных дел общества была поддержка молодых начинающих художников. О таких встречах и занятиях очень тепло вспоминали
ставшие известными тамбовские художники Алексей Иванович Лѐвшин,
75
Алексей Николаевич Нестеров и др. Об этом писал и старейший охотник
Тамбова, краевед Николай Александрович Громаков [14]. В книге В.И. Михайлова «Художники Тамбовского края» этот период описывается так: «И.П.
Фрейман, отличившийся в конкурсе на памятник Лермонтову, работал в конце XIX - начале XX веков в основном как пейзажист. Его многочисленные
картины и этюды изображают ближайшие окрестности Тамбова, чаше всего
заросшие камышами и раскидистыми ивами берега тихой Цны. Особенно
привлекала художника передача пасмурных, преддождевых состояний погоды. Такова его небольшая картина "У Эльдорадо" (1900, ТОКГ). Активное
участие на предреволюционных выставках в Тамбове принимали также художники М.А. Антонов, П.Д. Мягков, П.П. Мошков. Наряду с этими опытными сложившимися живописцами выставляли произведения только начинающие свой путь в искусстве молодые художники В.Г. Белоцветов, А.Н.
Нестеров и другие. Для каждого из них подобное участие являлось первой
серьѐзной проверкой собственных сил. В годы начавшейся империалистической войны деятельность местного общества любителей художеств приходит
в упадок. В конце 1916 года оно окончательно прекратило своѐ существование» [15].
Нельзя не согласиться с автором в том, что Первая мировая война внесла
свои коррективы в культурную жизнь края. Но, может быть, есть смысл добавить, что «Общество любителей художеств» прекратило свою деятельность
потому, что его организатор и вдохновитель, Иван Михайлович Потапов, в
этот период оказался на войне. Любители художеств собирались, кстати, и
в 1917 году, а потом Пролеткульт вытеснил все сообщества, хоть в какой-то
степени не разделявшие идеи социалистического реализма.
P.S.
«К выставке картин в Тамбове. Нужно ли говорить какими художественными впечатлениями беднее всего провинциальная жизнь? Любитель хорошего рисунка, картины, не только лишѐн возможности наблюдать те
новые и глубоко интересные течения в живописи, которые так широко проявляются в многочисленных столичных выставках, ещѐ задолго до "настоящей" весны – ему здесь просто не на что смотреть; пусть даже в разных
углах уезда хранятся собрания картин ценной кисти, они составляют достояние частных лиц и для общества почти не существуют; пока не удалось
кому-нибудь выполнить сложный труд объединения их на время для обозрения всех, кого только интересует этот вид искусства.
Поэтому с чувством живейшего интереса отправились мы на выставку
картин, уже пятую по счѐту, организованную существующим в Тамбове
обществом любителей художеств: меньше всего можно сказать, что разочарование караулило там каждого, кому придѐт счастливая мысль посмотреть еѐ.
76
Мы нашли там собрание более 250 полотен, правда, за небольшим исключением, среднего размера, умело распределѐнных на экранах, но, главное, интересных, содержательных и разнообразных по сюжету. Столичный дилетант, конечно, напрасно искал бы здесь так называемый "гвоздь" – "сильную" картину, около которой все остальные только бы группировались, – без
этого "гвоздя" нередко обходятся теперь и большие выставки, и та, про
которую мы говорим, в этом отношении должна быть названа "ровной"
что, однако, нисколько не ослабляет еѐ несомненного интереса: этот ровный характер ея только подчѐркивает общий уровень достоинства всех работ, так как рядом с полотнами художников-академиков с именами (как
Маковский, Радимов), из Петербурга и Москвы, мы видим картины художников, работающих в провинции, картины местных тамбовских художников
и любителей. И всѐ-таки картин слабых, далеко отстающих от других, на
выставке почти нет. И перечислять всѐ, остановившее на себе наше внимание, было бы, пожалуй, повторением доброй половины каталога.
Любитель» [16]
Источники, литература
1. Сутормина Т.В. Рисунки И.М. Потапова. Рукопись.
2. ГАТО. Ф. 25. Оп. 1. Д. 30.
3. Устав Тамбовского общества любителей художеств. Тамбов, 1907.
4. Туманова А.С. Общественные организации города Тамбова на рубеже
XIX – X X веков. Тамбов, 1999. С. 69.
5. Кученкова В.А. Неизвестный Тамбов. Тамбов, 1993. С. 195.
6. Кученкова В.А. Тамбовские городские некрополи. Тамбов, 2001. С.
10.
7. Смирнов А.Н. Театр и вся жизнь. Тамбов, 2005. С. 194.
8. Тамбовские епархиальные ведомости. 1910. 16 января.
9. Кученкова В.А. Асеевы: династия предпринимателей. Тамбов, 2007.
С. 39.
10. ГАТО. Ф. 25. Оп. 1. Д. 94. Л. 13.
11. Михайлов В.И. Художники Тамбовского края. Л., 1973. С. 32.
12. Сутормина Т.В. Рисунки И.М. Потапова. Рукопись.
13. ГАТО. Ф. 25. Оп. 1. Д. 94. Л. 13-14.
14. Громаков Н.А. Страницы истории охоты в Тамбовском крае. Тамбов,
1998; его же. Шевченко Николай Михайлович. Рукопись.
15. Михайлов В.И. Художники Тамбовского края. Л., 1973. С. 36.
16. Тамбовский край. 1912. 30 марта.
*
*
*
77
ПИСЬМА В РЕДАКЦИЮ
«ИЗДАНИЕ СТАНОВИТСЯ ИМПОЗАНТНЫМ…»
День добрый, уважаемый Геннадий Петрович! С удовольствием прочѐл
последний выпуск Вашего «Вестника…». Замечательно. Особенно хороши
материалы с фото. Издание становится импозантным…
В.Б. Звагельский,
Почѐтный краевед Украины,
кандидат филологических наук, доцент,
заведующий кафедрой Сумского государственного университета,
главный редактор журнала «Сумская старина»
(из Перечня изданий ВАК Украины)
КАЛЕЙДОСКОП ИСТОРИЙ ДЛЯ КАЖДОГО ТАМБОВЦА
Впервые мы сталкиваемся с краеведением в школе, и мало кто из нас относится к этой дисциплине с большим интересом. Вероятно потому, что в
школьных учебниках по краеведению даются только общие сведения, в то
время как история родного края куда богаче, чем нам кажется в 9-м классе.
Сегодня я прочла несколько вещей, которые никак нельзя отнести к категории «общие сведения», так как они затрагивают более глобальные и в то же
время локальные вопросы. Материалы, опубликованные в одном из свежих
номеров «Вестника Тамбовского центра краеведения» (№ 26), хотя и носят
характер научных работ, без сомнения, будут интересны любому человеку,
далѐкому от науки, но неравнодушному к занимательным историям.
Сугубо краеведческие материалы затрагивают большинство тем, касающихся каждого из нас. Казалось бы, заголовок «Бытописание в культурологокраеведении» (Г.П. Пирожков) говорит нам только о том, что предстоящее
чтение окунет нас в пучину тяжело усваиваемых научных сведений. Вместо
этого мы «попадаем» в яркий, насыщенный текст, изобилующий литературными и жизненными примерами. Ведь каждый из нас хотя бы раз слышал
(если не произносил сам) слова вирюхляи, лабуда, карюзлики и др., мало задумываясь о том, что они означают и откуда вообще взялись. В то время как
мы живѐм в одной из наиболее богатых на диалектизмы области, и уже одна
их этимология – это целая история края!
Номер представляет собой своеобразный калейдоскоп самых разнообразных, эксклюзивных, авторских материалов, каждый из которых – исследование, проблема, мнение компетентного человека: от извечных взаимоотношений ума и горя («Человек культуры: от ума горе…», Г.П. Пирожков) до ди78
намичных остроумных бесед с известными людьми города («Редактор как
пассионарий. Валерий Борисович Седых», А.В. Ишин).
Особое место в номере занимают биографические материалы («Полный
Георгиевский кавалер из Пушкино. Семѐн Андреевич Аленичев (1883-1947)»,
В.В. Елисеев; «Пропагандист народной музыки Юрий Николаевич Голицын
(1823 – 1872)», В.В. Елисеев; «Забытый герой войны. Пѐтр Васильевич Чижиков (1921 – ?)», С.Н. Витютин и др.), отражающие не просто особенности
жизненного пути персоналий, а учитывающие при этом местный колорит. Так
перед нами проносятся удивительные жизни, оставшиеся в истории страны и
при этом связанные с нашей областью.
Около двух десятков научных, журналистских, художественных текстов
составляют номер «Вестника…». Большинство из них посвящены «кадрам»
из истории того или иного примечательного места («Добринка – станция
хлебная, а Европе – кукиш…», В.В. Елисеев), истории жизни или целого поколения («Есаул Григорий Скворцов и его потомки. История древнего рода,
Или 400 лет на защите Отечества», А.Б. Крылов, С.К. Кочуков), истории и
еѐ связи с литературой («Найден точный прообраз села Кистенѐвки в романе
А.С. Пушкина “Дубровский”», М.П. Белых).
Но, как известно, ограничивать историю мира, страны, области днѐм вчерашним, значит охватывать неполный еѐ промежуток, изучать вполсилы, не
смотреть вперѐд. Поэтому некоторые материалы номера посвящены персоналиям нынешнего дня («Лучший инженер учится в ТГТУ», С.А. Колмаков).
Каждый, кто хотя бы немного, даже поверхностно, интересуется историей
своего края, найдѐт в этом номере журнала много интересного. Достаточно
«пробежать» пару строк из любого, заинтересовавшего вас материала, и вы
прочтѐте его за несколько минут. И не только потому, что знать историю правильно и нужно, а уже потому, что читать эти вещи просто интересно, к тому
же изложены они доходчиво и привлекательно как для научного сотрудника,
так и для девятиклассника.
Приятного чтения, земляки!
И.М. МЯКЕНИНА,
студентка отделения массовых коммуникаций
Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина
*
*
*
79
ЛИТЕРАТУРНЫЙ КРАЙ
Г.П. Пирожков
МОЯ ПЕРВАЯ ПРИСЯГА.
ЧТОБЫ СТАТЬ РУССКИМ «РЫЦАРЕМ», Я ЕЛ ЗЕМЛЮ
Мой отец, вернувшись с военной службы в родное село Каменку в 1947 г.,
под руководством своего родителя – старшего бухгалтера местной МТС –
преуспел в освоении бухгалтерского дела. Вскоре, приобретя опыт самостоятельной работы, он был направлен на должность бухгалтера в одну из созданных лесозащитных станций (ЛЗС) (в стране их насчитывалось 570), располагавшуюся в селе Граждановке – тогда центре одноимѐнного района (в
1944 г. часть территории Кирсановского района была передана вновь образованному Граждановскому району, просуществовавшему до 1959 г.) Тамбовской области.
Nota bene [Обратите внимание]
Село Граждановка, получившее это название при советской власти, в
документах ревизской сказки 1782 г. значилось по Кирсановскому уезду
под названием «село Покровское, Малый Ломовис тож». Оно было заселено однодворцами, которых насчитывалось: мужского пола – 110, женского пола – 112 человек. Вот некоторые фамилии жителей села: Аким
Иевлев, Ларион Казначеев, Казьма Богданов, Фатей Иевлев, Андрей Шатилов, Денис Воропаев, Артем Михин... В епархиальных сведениях 1911 г.
нынешняя Граждановка упоминается под названием «Дворянщино, Покровское тож». Тогда в селе было зарегистрировано 306 крестьянских
дворов: мужчин 1042, женщин – 1041; крестьяне имели земельный надел
от 1 до 3 десятин на каждую мужскую душу.
В молодости мне очень хотелось побывать в этом селе, посмотреть на окрестности, обследовать достопримечательности. К сожалению, ничем интересным оно мне не запомнилось. Обычное русское село, на которое похожи
очень многие населенные пункты Чернозѐмного края. Именно – «чернозѐмного», той осенью «чѐрной» земли – грязи – было неописуемо много, чему
удивлялись даже местные жители. Такой и запомнилась мне Граждановка –
место работы отца над «Сталинским планом преобразования природы».
А priori [Без проверки]
«Сталинский план преобразования природы» – это… Дело в том, что
Тамбовский край (или его значительная часть) расположен в зоне, где
плодороднейшие почвы. Однако испокон веков здесь нередко случались
засухи: горячие юго-восточные ветры проносились по полям, губя выса80
женные урожаи. Результат: очереди за хлебом… Причиной этих бед было
отсутствие лесов. И русский человек первым придумал защитить степь лесом ещѐ в 1767 г., имя его – Андрей Тимофеевич Болотов (1738 – 1833),
чрезвычайно разносторонний человек – агроном, писатель, философ, ботаник и лесовод, один из основателей агрономии и помологии (сортоведения) в России. Через двадцать лет вышел первый царский указ о разведении защитных лесов в степях. Позже русскими учѐными-агрономами В.В.
Докучаевым, П.А. Костычевым и В.Р. Вильямсом был разработан цельный
комплекс мероприятий – травопольная система земледелия.
…В 1946 г. разразилась страшная засуха (Украина, Северный Кавказ,
Черноземье, Поволжье, юг Западной Сибири, Казахстан), повлекшая за
собой голод, умерло много людей, переживших тяжелейшую в истории
человечества войну. Чтобы обезопасить себя от подобных катаклизмов в
будущем Совет Министров СССР и ЦК ВКП(б) приняли 20 октября 1948
г. постановление «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения
травопольных севооборотов, строительства прудов и водоѐмов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах
Европейской части СССР», известное как «Сталинский план преобразования природы». Это была первая в истории человечества крупнейшая экологическая программа воздействия на климат огромной территории, призванная навсегда оградить плодородные сельскохозяйственные земли от
губительных суховеев, пыльных бурь, дефицита влаги и почвенной эрозии.
Важным мероприятием было возведение системы государственных
защитных лесных полос. За 15 лет, на которые был рассчитан план, было
высажено около 2 млн. гектаров лесозащитных полос, общая протяженность которых превышала 5300 км, а их направление рассчитывалось так,
чтобы преградить путь юго-восточным суховеям. Каждая (из восьми) зона
защитных лесов состояла от 1 до 6 параллельных узких полос деревьев,
шириной от 30 до 60 метров и расположенных в 300 метрах друг от друга.
Первая лесная зона, 100 метров в ширину и длиной в 900 километров, расположена от Саратова до Астрахани по обоим берегам реки Волги. Вторая, 600-километровая лесная зона, Пенза – Каменск, состоит из 3 параллельных лесополос шириной 60 метров на расстоянии 300 м друг от друга.
Третья зона, Камышин – Волгоград, имеет 170 км в длину, расположена на
водоразделе Волги и Иловли, аналогична по строению пензенскокаменской. Четвертая зона протяженностью в 580 км, от Чапаевска (недалеко от Самары), до Владимировки-на-Волге, состоит из 4 параллельных
лесополос 60 метров в ширину и 300 метров между полосами...
Активно проводились и другие мероприятия. К 1952 г. система была в
основном создана и начала работать. Жизнь подтвердила, что лесозащитные полосы способствовали преодолению вредного влияния суховеев на
урожай, улучшению водного режима почвы путѐм задержания снега и
81
уменьшения испарения, предотвращению эрозии почв и росту оврагов,
защите железных и автомобильных дорог от снежных и песчаных заносов.
В местах применения лесных полос улучшилось состояние почвы, повышалась насыщенность еѐ кислородом, увеличивалось количество гумуса,
становилась многообразней флора (появились места для лучшего развития
редких видов растений). Лесные полосы привлекали птиц (в деревьях
можно укрыться, построить гнѐзда, найти много насекомых) и диких животных (появилась возможность для их сезонной миграции). И как следствие – выросла урожайность полей…
Но темп работ к 1952 г. замедлился, в 1956 г. программа была свѐрнута, хотя первоначально была рассчитана до 1965 г. Только когда опять
случилась беда (1967 г.), было решено возобновить некоторые мероприятия. Кстати, меньше всего от засухи и суховеев 1960 гг. пострадали районы, где система продолжала по инерции функционировать. В 1992 г. была предпринята попытка возобновить работы, но опять программа не была
выполнена.
Сегодня звенья разрабатывавшегося в СССР плана активно реализуются в США, Китае, странах Африки и Западной Европы. Только называют
это не планом преобразования природы, а созданием зеленых экологических каркасов. Им отводят значимую роль в связи с предрекаемыми последствиями глобального потепления. У нас же в стране процесс скорее
обратный. Пора задуматься, если вспомнить очень горячее лето 2010 г.,
принесшее стране страшное природное бедствие – жару, засуху, пожары…
«Сталинский план преобразования природы» охватывал и территорию
нашего края. Согласно приказам Министерства сельского хозяйства СССР
от 20 января 1949 г. и 17 марта 1950 г. в ведении Тамбовского областного
управления сельского хозяйства помимо Граждановской, о которой уже
упоминалось, были Ситовская, Моршанская, Тамбовская ЛЗС, Отъясская
лугомелиоративная станция, о работе которых хранятся документы в Государственном архиве Тамбовской области (ГАТО. Ф. Р-2875 объединенный. 118 ед. хр. 1949-1953 гг.).
В Черноземье были известны Елецкая, Паниковская и другие ЛЗС.
В 1953 г. ЛЗС были реорганизованы в МТС. На базе одной из лесозащитных станций в Тамбовском районе были организованы специальные
курсы трактористов, затем школа механизации. В 1969 г. созданное здесь
училище одним из первых в области перешло на 3-х годичный срок обучения и стало именоваться Тамбовским средним сельским профессионально-техническим училищем № 10. В 1991 г. за высокие показатели в
учебно-воспитательной работе училище получило статус Профессионального лицея.
В Граждановке отец планировал работать недолго, поэтому не решался
взять сюда с собой жену и сына. Я и мама жили у дедушки и бабушки. Вскоре
82
отца назначили на должность главного бухгалтера Избердеевской МТС, в
село Петровское – центр Избердеевского района. Так наша семья оказалась на
новом месте жительства.
И здесь, как и в Каменке, моѐ дошкольное детство оказалось связанным с
таким государственным учреждением как МТС. Я часами наблюдал за работой слесарей и токарей в ремонтной мастерской, смотрел как в «горячем»
цехе работают кузнецы или просто лазал по разной технике – на площадке
стояли всякие сельхозмашины, автомобили и тракторы – от «фордзона» до
мощного гусеничного С-80 (Сталинец-80).
Nota bene [Обратите внимание]
Ныне селo Петровское является административным центром Петровского района (образован в 1959 г. путѐм присоединения упраздненного
Шехманского района к Избердеевскому). Расположено при железнодорожной станции Избердей на расстоянии 110 километров от областного
центра, в нѐм проживает 6128 чел. В материалах ревизской сказки 1763 г.
поселение значилось как новопоселѐнная слобода, принадлежавшая генерал-адъютанту графу Александру Борисовичу Бутурлину. Граф был известным человеком своего времени. Императрица Елизавета Петровна
пожаловала ему земли, где он и основал несколько слобод. Одна из них
была названа Петровское, видимо, в честь сына. В слободе было 4 двора, в
которых проживало 11 чел. По ревизии 1782 г., Петровское уже принадлежало майору Семѐну Саввичу Муравьѐву, числилось деревней, так как в
нѐм не было церковного прихода (кирпичная церковь была возведена
только перед Первой мировой войной). В 1843 г. здесь была открыта первая школа, в 1868 г. близ Петровского появилась железнодорожная станция Избердей, которую так назвали по соседнему крупному селу Большой
Избердей.
Именитый тамбовский краевед, член Тамбовского центра краеведения,
мой старший товарищ И.Ф. Гульшин из села Яблоновец Петровского района в своих статьях неоднократно указывает, что С.Н. Терпигорев (1841 –
1895) в очерке «Семирамидины сады» писал: не доезжая 2-3-х вѐрст до станции
Муравьѐво, была большая барская усадьба, до отмены крепостного права огромный
барский дом почти всѐ время был заколочен, хозяин жил в Москве. Управляющего
имением хорошо знали все окрестные помещики, так как во владении была хорошая охота. «Протекает какая-то маленькая речка с множеством ручьѐв, заливчиков,
берега низкие, затопленные и по всем этим низинам такая масса дупелей и бекасов,
что весной, осенью и в середине июля все мы, соседи, обязательно уж там побываем каждый год. И утро, и вечер идѐт стрельба, а дичь и не думает убавляться», – писал об этих местах Терпигорев. «Станция Муравьѐво, – указывает И.Ф. Гульшин, –
ныне станция Избердей. Небольшой речкой могла быть Дубовка или верховья
Большого Самовца, или какая-то речушка в районе деревни Васильевки. Все они,
особенно две последние, протекают по низине, и ныне изобилующей болотами.
83
Следовательно, имение Терпигоревых тоже находилось недалеко от станции Муравьѐво, к западу от станции: управляющий барским имением, вспоминает Терпигорев, направляясь за барином в “наш город” (уездный город Липецк), проезжал
мимо дома Терпигоревых».
В 1936 г. в селе был построен деревянный элеватор. Недалеко от него и
стоял наш дом. Так что каждый уголок территории элеватора был изучен
мной и моими сельскими друзьями, несмотря на то, что элеватор охранялся.
Часто мы, в прямом смысле слова, въезжали туда, прицепившись к одному из
железнодорожных вагонов – маленький паровоз то и дело толкал небольшие
сцепки грузовых вагонов: пустые туда, на территорию элеватора, и обратно с
зерном, на станцию.
Каких только занятий мы не придумывали для себя! Благодаря проведѐнному в селе дошкольному детству я узнал много того, чего в городе не было.
Память выдаѐт лишь яркие примеры знакомства с жизнью, еѐ отдельные сюжеты, которые ярко-ярко запомнились потому, что, видимо, как-то потрясли,
вздыбили детское воображение. Вот, например, такой случай.
Мой отец, как и многие его сверстники, в послевоенное время увлекались
охотой, интересовались оружием. Наш сосед, довольно пожилой человек с
военным прошлым, не одобрявший занятие охотой, тем не менее, однажды
по-соседски похвалился, что у него есть уникальная для охотника вещь –
трѐхстволка. Что говорить обо мне, если отец-то никогда не видел такого
оружия – ружьѐ с тремя стволами тогда было большой редкостью. Сосед пригласил нас к себе в палисадник, направился в дом и вскоре вышел действительно с трѐхствольным ружьѐм – два верхних ствола гладкие, а нижний –
нарезной. Таким образом, размышляю я сегодня, будучи одновременно и надѐжным дробовиком, и одноствольным штуцером с точным боем, трѐхстволка весила только немногим больше этих ружей, взятых порознь. Как выяснилось тогда в разговоре, суть которого я старался распознать, уникальное ружьѐ было германским военным трофеем фронтовика. Рассказывая о ружье,
сосед лихо вскинул его, взвѐл курки и нажал на спуск, как бы стреляя в пролетавшую над нами стаю птиц. И…
О, ужас! Грохнули сразу три ствола. Ружьѐ оказалось в боевом состоянии
– было заряжено. Когда звон в ушах стал стихать, и я пришѐл в себя, то заметил, что отец отпрыгнул от стрелка на несколько метров. Лѐжа на соседней
грядке (как меня туда вынесло?), я увидел ещѐ и не шевелящуюся жену соседа, которая до этого спокойно копала что-то перед домом. И только стрелок,
не говоря ни слова, твѐрдо стоял на том же месте, застыв как памятник. На
выстрел-грохот прибежала мама. Все мы склонились над соседкой, которая
постепенно выходила из обморока, случившегося от испуга. Там же, на месте
произошедшего, мать, на чѐм свет стоит отругала мужчин и навсегда запретила мне брать в руки оружие…
84
Punctum puncti [с лат. букв. Самое важное]
Идея комбинированного трѐхствольного ружья появилась в Германии в
1868 г. в Мюнхене и сразу пришлась по вкусу немецким охотникам. Действительно, тройник, или трехстволка, вполне заменяет и охотничью
двухстволку и винтовку (карабин). (Делают и четырѐхстволки, но, как утверждают специалисты, их значение невелико: они удобны только для
особых целей). Сегодня в Германии и Австрии производители охотничьего оружия выпускают именно трѐхстволки, при этом делают их сами, не
передоверяя это дело испанским, итальянским либо японским оружейникам, как это, в общем-то, имеет место с дробовиками. Тройники делают в
Швеции, Бельгии, России. Есть системы тройников (например, Франка) с
отъѐмным нижним стволом. В таком тройнике можно иметь несколько
пулевых взаимно заменяемых стволов разного калибра; можно также превращать его, вынув совсем пулевой ствол, в лѐгонькую двухстволку. Учѐный и путешественник С.С. Туров в послевоенное время в своей книге
«Очерки охотника-натуралиста» писал, что на охоте в Сибири, например,
трѐхствольное ружьѐ просто незаменимо: «Пройдѐшь сотню шагов, можно
и на медведя наткнуться. Хорошая трѐхстволка здесь необходима» (М.:
Изд-во Моск. об-ва испытателей природы, 1949). Сегодня известно, что
охотничье ружьѐ-трѐхстволка, например, «ЗАУЭР», в кругу реальных
охотников является оружием очень престижным.
Дома у нас было двухствольное ружьѐ – «тулка». Вместе с отцом я занимался набиванием зарядов в пустые гильзы, подавал для заряда дробь, точно
отсчитывая количество дробинок в заряд. Дробь была разных номеров, то
есть размеров: вот это № 11 – «бекасинник» – мелкая дробь для охоты на
дичь, диаметр еѐ не превышал 1,5 мм, а это крупнее – на зайца, а это… Порох
отец «отвешивал» сам специальной очень маленькой раздвигающейся кружечкой. Эту работу он мне не доверял. Зато подавать пыжи – это было моей
заботой. Иногда отец брал меня на охоту. Вместе с директором МТС, заядлым охотником, мы ночью на его ГАЗ-67, «газике»-«блохе-воине», или, как
его ещѐ называли, ХБВ (хочу быть «Виллисом»), прошедшем, по утверждениям старших, «от Бреста до Берлина», гоняли по полям, слепя зайцев ярким
светом фар. Раздавались выстрелы, и я, спрыгнув с машины – это было легко
сделать, так как кузов был открыт – крыши не было, как и дверей, только вырезы для них, бежал к ещѐ тѐплой добыче-жертве, хватал еѐ за уши и обязательно на вытянутых руках тащил в машину. Одним словом, «служил» охотничьей собачкой, выполняя посильную для меня работу охотника, к тому же
ещѐ и согревался, так как такая охота велась поздней осенью, земля уже была
припорошена, а кое-где лежал снег, и почему-то всегда был ветер. В машине,
считай на улице, было очень холодно.
Тогда мне и в голову не приходило, что охота – это убийство вооружѐнным человеком беспомощного животного без всякой на то необходимости.
85
Это было осознано значительно позже. Сегодня же, когда читаешь о том, как
вооружѐнные до зубов современным оружием на технике вплоть до вертолѐтов чиновники и бизнесмены «охотятся» на беззащитных животных, то возмущению нет предела. «Ах, вам нужен адреналин? Хорошо, получайте: берите рогатину и… на медведя. Вот это будет охота! Как говорится, и тебе охота
и ему охота». Может быть, тогда гламурных охотников-выпендрѐжников станет поменьше…
Участвовал я и в «тихом» убийстве животных. Моими уличными друзьями оказались многочисленные дети жившего через несколько домов от нас
инвалида, который занимался выделкой шкур мелких животных. Весь его
большой дом – он был значительно массивней нашего – был увешан результатом дела его скорняцких рук. Не знаю, кто снабжал его заячьими и кроличьими шкурами, а вот поставку шкурок сусликов осуществляла ватага его
детей – в основном моих ровесников – во главе с Санькой, старшим ребѐнком
в семье, который уже ходил в школу, а летом помогал отцу, становясь «бригадиром» добытчиков «ценного» меха. В Санькиной бригаде часто оказывался и я. Каждый еѐ член рано утром с небольшим ведѐрком или бидончиком, в
который заранее складывалась еда на весь день – хлеб, яйца, луковицы, когда
было – и кусочек сала, отправлялись далеко за пределы села, где начиналась
охота на грызунов. Их губил мех: окраска спины разнообразная, часто на
спине тѐмная рябь, продольные тѐмные полоски, светлые пестрины или мелкие пятнышки, по бокам туловища светлые полосы… В то время говорили,
что сусликов развелось слишком много, они как серьѐзные вредители зерновых культур буквально опустошают поля, так как питаются зерном, к тому же
являются природными носителями возбудителей ряда болезней (чума, бруцеллѐз и др.). А посему сусликов никто не жалел. Так что работы соседускорняку хватало, шкурки он сдавал в потребкооперацию на пошив шуб. Это
был его заработок.
Вот и гонялись мы по лугостепным участкам земли тамбовскопетровской, по оврагам да низинам, поднося Саньке из ближайшего, а часто и
не очень близкого озерца или пруда, а то и болота, воду в своих ведѐркахбидончиках. Бригадир, разглядев стоящих «столбиком» «часовых» и услышав
характерные свистящие звуки, которые издают суслики при опасности, определял место расположения их колонии (день грызуны преимущественно проводят в норах), и начинал шустро выливать принесѐнную нами воду в основную нору, предварительно расставив ребятишек у дополнительных выходов
из неѐ для того, чтобы их закрыть. И умело хватал за шею вылезающего из
норы грызуна. Одного, другого, третьего… Свисти-посвистывай, а мимо
Санькиных рук не проскользнѐшь.
Ох, и набегаешься за день, сколько воды перетаскаешь! К вечеру охота завершалась, и ватага с полными ѐмкостями будущих шкурок возвращалась
домой.
86
Только недавно узнал, что до сих пор крупные виды сусликов имеют некоторое значение в пушном промысле. Они также являются объектами специальной спортивной охоты – варминтинга.
О tempora, о mores! [О времена, о нравы!]
Варминтинг (варминт – характерный для востока США диалектный
вариант слова англ. vermin – «вредное животное») – разновидность спортивной охоты, высокоточная стрельба на дальних дистанциях по грызунам. Для варминтинга используется нарезное оружие специальных образцов, с утяжелѐнным стволом, снабжѐнное мощной оптикой десятикратного и более увеличения. Стрельба производится с упора (со штатива или
подставки).
В наших развлечениях и играх, конечно же, преобладали занятия, связанные с войной. «Немцами» были поочерѐдно, так как добровольно никто на
роли врагов не соглашался. И не потому, что пойманного «фашиста» довольно сильно могли «отмолотить», конечно же, играючи, но всѐ-таки – до болятки. Просто тогда быть немцем было плохо, все очень хотели подражать победителям. Вот тут-то и пригодились мне дедушкины награды: как же так (?) –
с медалью «За боевые заслуги» на груди я буду «немцем»? Только командиром «наших», хотя, честно говоря, тоже не получалось: для командира был
слишком мал. Однако подходила очередь (в этом случае медали я оставлял
дома) и приходилось терпеть «тычки в боки» и пинки – «немца» всегда ловили и вели на расправу, а то и «сажали в концлагерь» – привязывали, например, верѐвкой к огромному тракторному колесу, а сами победители убегали
купаться к небольшому озерку. Отбывать наказание за «военные преступления» приходилось часами. Хорошо, если находился сердобольный прохожий,
отвязывал… Получалось, что «немец» сбежал. Тогда доставалось и караульному, который ушѐл домой перекусить, и сбежавшему «пленному», которого
«советские бойцы» после загорания-купания вновь ловили. И тут уж пинки
были увесистее.
В связи с частыми военными играми диссонансом звучали рассказы мамы
о том, что в годы войны и после еѐ окончания в городе, где она жила – Городище Пензенской области, было много пленных немцев, к которым местное
население относилось не злобливо, особенно после 1945 г. Уж больно они
были худые, бледные, больные. Когда немцев выводили мостить городские
улицы или строить здания, рассказывала мать, многие женщины передавали
им еду. Меня это очень удивляло. Более того, мама была знакома с некоторыми из пленных и пыталась больше говорить с ними, так как преподавала в
школе немецкий язык. Воспоминания мамы я не принимал, потому что не мог
тогда понять суть услышанных историй.
Каждодневным развлечением у нас тогда было летом катание на велосипедах, а зимой – на коньках, лыжи интересовали детей меньше: в округе не
87
было оврагов и горок, а лыжные прогулки вокруг села почему-то не привлекали. Что мы только не выделывали с нашими «друзьями» – велосипедом и
«снегурками». Особым шиком для нас, дошкольников, было проехать на велосипеде или на коньках, зацепившись специально изготовленным крючком
за борт проезжающей вдоль села машины. Старшие пацаны делали это очень
легко. У нас же, «совсем мелких», получалось лишь изредка, хотя разбитые
послевоенные «полуторки» (ГАЗ-АА – грузовой автомобиль Нижегородского, позже Горьковского автозавода, грузоподъѐмностью 1,5 т) и «Захары» (так
шофѐры называли знаменитый ЗИС-5, «трѐхтонку» – советский грузовик,
второй по массовости после «полуторки», один из основных транспортных
автомобилей армии во время войны) буквально «ползали» по дороге, особенно зимой. Вообще-то набросить крюк на задний борт машины (в современном
понимании заднего бампера у этих машин не было, они были у автобусов,
которые по селу не проезжали) было просто, сложнее было отцепиться. Но в
этом помогало то, что впереди был железнодорожный переезд, и шофѐры
обязательно сбрасывали скорость. В общем-то, развлечение на грани хулиганства, за которое частенько перепадало, как говорится, «на орехи».
С катанием на коньках связана одна хорошо запомнившаяся история. Однажды придя домой после долгой конькобежной прогулки, я выпил большую
кружку холодной воды, что стало причиной сильного воспаления лѐгких. Это
было моѐ первое серьѐзное заболевание, поэтому родители почти не отходили
от меня. Через несколько дней, когда, по мнению навещавшего меня врача,
обозначилось выздоровление, ко мне подсел отец. Представь, сказал он, что
человек проскакал на лошади в зимнюю стужу двадцать вѐрст, лошадь устала, она вся «в мыле», хочет пить. Наездник даст ей только тѐплое питьѐ, от
холодной воды животное сразу же заболеет. Но можно напоить лошадь и не
очень тѐплой водой, продолжал отец, если ей предстоит продолжить путь.
Тогда болезни-беды не будет. Отцовское «подумай почему?» я помню до сих
пор. Эту историю я рассказывал и своим дочерям во время совместных походов на каток в Тамбовский городской сад или на стадион «Спартак».
Были и другие детские приключения, например, связанные со стрельбой
из рогатки. Или с натягиванием тагана на голову («я типа король»), который
затем было нельзя снять (до сих пор не понимаю, почему?) и его приходилось
распиливать. А пролезание сквозь забор, когда четверо друзей по двое с каждой стороны «растягивают» железные прутья, чтобы сначала пролезла голова,
а затем ещѐ раз «растягивают», чтобы пропустить туловище. Был случай, когда как раз в моѐ пролезание «затем ещѐ раз» не получилось – друзьятоварищи обессилили… Так и сидел в заборе – голова в одну сторону, всѐ
остальное – в другую, пока на выручку не прибежал отец... А перебежки по
ещѐ не застывшему гудрону, который после рабочей смены оставляли строители! И вот однажды все пробежали, а я, что называется, в прямом смысле
слова влип в этот самый гудрон посередине большущего чана. Пацаны побежали за моим отцом, а я его ждать не собирался – миром бы эта история всѐ
88
равно не закончилась, поэтому выкарабкивался из ловушки сам; выбрался, но
без одного ботинка. Всѐ равно от подоспевшего отца «получил своѐ». Теперь
«за гудрон», как, впрочем, и «за забор»… Наверное, поэтому я ни за какие
коврижки не соглашался, как многие сверстники, гудрон жевать. Было тогда
и такое занятие.
Но вот землю пришлось есть. Было дело. А начиналось оно как «игра в
рыцарей». И явно под влиянием знаменитого фильма советского режиссѐра
С.М. Эйзенштейна «Александр Невский» (1938), в котором было экранизировано Ледовое побоище («Ледовая битва», битва на Чудском озере 5 апреля
1242 г. между новгородцами и владимирцами под предводительством Александра Невского и войском Тевтонского ордена и ордена Меченосцев). Поэтому что обозначает «наступать свиньѐй» я узнал задолго до учебника по
истории.
Verbatim [Слово в слово]
Рыцарь – средневековый дворянский почѐтный титул в Европе. Рыцарство как военное и землевладельческое сословие возникло у франков в
связи с переходом в VIII в. от народного пешего войска к конному войску.
Подвергшись воздействию церкви и поэзии, оно выработало нравственный и эстетический идеал воина. Усиление государственной власти, перевес пехоты над конницей, изобретение огнестрельного оружия и создание
постоянного войска к концу средних веков превратили феодальное рыцарство в политическое сословие нетитулованной знати. Рыцарские традиции
складывались веками. Основу кодекса чести составляли верность долгу,
отвага, презрение к опасности, благородное отношение к даме, внимание к
нуждающимся. Скупость подлежала осуждению, предательство не прощалось. Но с течением времени многие рыцари забыли данную ими при посвящении клятву. Проживая в своих неприступных замках, они нападали
на мирных жителей, грабили, убивали, занимались разбоем на дорогах. В
XV в. рыцарство теряет значение основной военной силы – противостоять
огнестрельному оружию, закованному в железо коннику, вооруженному
холодным оружием, было весьма не просто. Новые условия ведения войн
привели к исчезновению рыцарства с исторической арены. Но влияние
рыцарской эпохи – верность долгу, служение отечеству, отвага и мужество – нашло отражение в кодексе офицерской чести последующих времѐн.
Мы тогда этого не знали. Для нас рыцарями были те, кто защищает родную землю от врага, конечно же – от немцев, которые нападают «свиньѐй».
Каждый «вооружился» обоюдоострым мечом, изготовленным из дощечки, с
эфесом – навершием, рукояткой и гардой (металлическая дужка, прикрепленная к рукоятке холодного оружия и служащая для предохранения кисти руки
от удара противника). Отец активно помогал мне, пытавшемуся выточить
такое «оружие». Вскоре оно у меня было на поясе. Командирами (как же без
89
них!) стали те, у кого мечи были длиннее, то есть опять старшие друзья.
Главным действом стало посвящение в рыцари. Присягали, как говорится,
«на родной земле»: каждому из нас предстояло съесть довольно заметный
кусок земли с картофельного огорода рядом с лужайкой, на которой расположились будущие рыцари.
Это была моя первая военная присяга.
Земля оказалась безвкусной, жевать и глотать еѐ было очень неприятно и
боязно. Но никто не отказался. Так ватага сельских ребятишек, человек десять, превратилась в рыцарскую дружину. Тут же «немцами» были объявлены мальчишки, жившие в районе железнодорожного вокзала станции Избердей. И начались наступления-отступления…
Всѐ-таки хорошо, что наше оружие было деревянным и лѐгким: в «сражениях» отделывались лишь синяками на теле, в основном на плечах да руках, и
шишками на голове. Правда, однажды комок земли, шваркнутый «противником», угодил мне в глаз. Дома все были в шоке от вида прибежавшего с поля
боя воина: лицо в грязи и слезах, с плачем и закрытым глазом. На следующий
день отец повѐз меня на поезде в Мичуринск к офтальмологу. Слава Богу, что
обошлось без опасных последствий. Уже вечером на том же поезде «Мичуринск – Грязи» мы вернулись домой к большой радости мамы, особенно опасавшейся за моѐ зрение.
Осмысливая сегодня запавшие в память сюжеты дошкольного детства,
часто разрозненные и нечѐткие, в общем-то представляю суть обстановки в
уличных молодѐжных компаниях, в которых вращались дети в первой половине 1950 гг. Да, это были уже не голодные и холодные первые послевоенные
годы, мы были сыты, обуты и одеты. Но всѐ-таки нам не хватало внимания
родителей, целыми днями занятых работой и домашними делами. И если мои
родители проявляли всяческую заботу о единственном сыне (например, зиму
1953-1954 гг. я был вверен заботам няни – молодой девушки, приглашѐнной
родителями жить у нас из многодетной и очень бедной крестьянской семьи
дальних родственников отца; меня устраивали в детский сад и пр.), за мной
был постоянный родительский контроль, то большинству детей, я бы сказал,
не доставало организованного процесса воспитания. Всю основную информацию мы получали в дворовых командах, где верховодили старшие пацаны,
которые устанавливали «правила игры», хвалили и карали за их соблюдение
и нарушение, были фактически главными воспитателями младших. Мы восторгались их смелостью, часто доходившей до хулиганской дерзости, боялись, так как они были старше среднего возраста уличной оравы и потому
были сильнее всех. В их поведении привлекало что-то окутанное романтикой,
хотя, как я сегодня понимаю, часто с криминальным оттенком. Хотя в общемто всѐ было просто: в силу возраста, а скорее из-за неблагоприятной обстановки в их семьях и ряда других причин они могли позволить себе многое
(например, курить, сквернословить, грубить старшим, цинично отзываться о
90
женщинах и т. п.), что мы, дошкольники, позволить себе, а многое и понятьто, просто не могли. Тоже в силу ряда причин, например, возраста.
Положительным я бы назвал царивший в то время в уличных компаниях
патриотический дух, стремление подражать героям войны. Хорошо помню, с
каким почтением разглядывали мальчишки боевые медали моего деда и отца.
Очень уважительно мы относились к инвалидам войны. Не считалось зазорным помогать старшим в домашней работе. Например, причина выхода из
самой интересной игры – «надо помочь матери», другими словами, что-то
сделать по дому, – считалась для сельских мальчишек очень убедительной.
Не испытывали дети и каких-то религиозных эмоций. Никто плохо не отзывался об учѐбе в школе и учителях, хотя наши заводилы явно не были успешными учениками.
Однако высокой культуры поведения и нравственных начал – что такое
хорошо, а что такое плохо – на улице было не получить. От старших в ватаге:
как поступить в том или ином случае, какое слово сказать в той или иной ситуации, как сложить пальцы в кулак, чтобы удар был сильнее, как стащить у
отца папироски… От них, наших заводил, – подзатыльники, бывало и в нос,
если что не так. Хотя представления о чести, первенстве коллективистских
начал, важности защиты слабого постепенно складывались, хотя и в несколько искажѐнном варианте. На улице я впервые услышал и понял смысл, например, слов «ябеда» и «стукач»: за доносительство старшие жѐстко наказывали.
Недалеко от нашего дома жил на пару-тройку лет старше меня мальчик,
который после болезни стал инвалидом – не мог ходить и передвигался на
простенькой инвалидной коляске. Он учился дома, учительница постоянно
навещала его. Мы были с ним дружны. Он много знал, был хорошим рассказчиком, в отличие от меня бегло читал, а, главное, занимался фотографией. С
ним было интересно. Как внимательно и заботливо относились к нему сверстники! Мы возили его очень часто с собой, по возможности включая в свои
игры, и никто ни разу не обидел друга-инвалида.
Что касается полового воспитания, то всѐ было отдано «подворотне». Насмешек и тем более издевательств на половой основе не было, но всѐ, что
узнавал дошкольник и школьник об отношениях мужчины и женщины, он
получал от старших, как правило, в цинично-скабрезной форме. Именно так
взрослые пацаны приоткрывали нам завесу тайн в интимных сферах.
Плохо было, как позже стали говорить, с интернациональным воспитанием. Немцев и почему-то ещѐ румын, как их союзников в войне, просто не терпели, хотя никто ни одного немца или румына и в глаза-то не видел. Значительно позже я узнал, что среди моих знакомых был рождѐнный русской
женщиной от немца. Он рассказывал, что всю жизнь боялся, что его тайну
узнают, а мать простил только после того, как узнал, что она была изнасилована, находясь на оккупированной территории. «От всего этого я чуть не
свихнулся», – говорил он, когда ему было уже более тридцати лет. Страшно
91
представить состояние таких детей в послевоенное время (теперь-то я знаю,
что их было много). Война прочно вбила в наше сознание: немец – заклятый
враг. Даже в 1975 г., когда я впервые оказался на немецкой земле, в Германской Демократической Республике, где-то в глубинах моего сознания нет-нет
да и проскакивала похожая на это мысль, а перед глазами начинали мелькать
фотографии из семейного архива: мой дед в военной форме в Берлине веснойлетом 1945 г.
И ещѐ. В старом исконно русском селе не любили евреев. На территории
Избердеевской МТС в большом бараке, который служил общежитием для
приезжающих из колхозов механизаторов, жила молодая, но уже многодетная
еврейская семья, эвакуированная в село ещѐ в войну. Глава семьи был сапожник, тѐтя Сара – домохозяйка, которая постоянно уже много лет всем рассказывала историю о том, как они с детьми бежали от немцев. Хотя сегодня понимаю, что большинство детей появилось у них уже после войны. Так вот, их
дети всех возрастов были на улице самыми обижаемыми, особенно старшими
в ватаге. Им в первую очередь доставались оскорбления и подзатыльники,
над ними часто зло подшучивали, их родители, особенно мать, были в центре
циничных шуток, некоторые из которых врезались мне в память, но описать
их по этическим причинам я не смею. Иным было отношение к еврейской
семье моих родителей, отец всегда ценил еврея-сапожника за его золотые
руки, только ему доверял ремонтировать нашу обувь, мама постоянно выручала их деньгами в долг, по праздникам носила детям разные подарки, а когда
их младший, мой сверстник, Арончик, приходил к нам, она всегда вкусно
кормила нас. Но так поступали и вели себя по отношению к бедной еврейской
семье далеко не все.
Сдерживающим средством от повторения того, чему учила улица, был отцовский офицерский ремень, с которым отец пришѐл с армейской службы, –
кожаный, широкий и очень прочный. Доставалось мне очень редко, но ремень
как символ отцовской власти и родительского влияния всегда незримо присутствовал. Я храню этот ремень до сих пор, правда, однажды порезал сильно, когда правил на нѐм опасную бритву – дрогнула рука, пришлось залатать… Иногда и сегодня одеваю его на хозяйственные работы во дворе своего
дома.
Большим событием в нашей семье было рождение сестры – дорогого мне
человека. Как не помнить те дни! 8 марта 1955 г. мои родители были приглашены в гости к главному инженеру МТС, с семьѐй которого они дружили. В
таких случаях было принято на вечеринку брать и детей, которых угощали в
другой от взрослых комнате за «детским столом», а потом мы играли в разные игры. В разгар вечера, когда взрослые уже танцевали, вдруг начался переполох: маме стало плохо. Конечно, я ничего не понимал. Быстро у дома
появилась запряжѐнная в повозку-санки лошадь, маму усадили на сиденье
позади кучера, рядом сел отец, который поддерживал и укрывал еѐ тулупом
от сыпавшего сверху мокрого снега, я же стоял на полозьях санок сзади,
92
крепко вцепившись в спинку сиденья. Возчик (дежурный конюх МТС) быстро домчал нас до больницы, маму увели в палату, а мы с отцом долго сидели
в коридоре. Я очень устал и хотел спать, но ожидание чего-то необычного,
видимо, передавалось и мне: я не канючил, не плакал, прямо-таки мужественно боролся со сном, хотя временами, как мне потом рассказывали, засыпал
на диванчике. Неожиданно отец, растолкав меня, радостно сообщил: «у тебя
теперь есть сестра Оля». Не помню моей реакции на эти слова (слова-то хорошо помню!) – я был спросонья. Хотя мне и до того было известно, что у
меня скоро будет брат или сестра. Мы тут же засобирались домой…
В домашнем архиве сохранилась фотография, на которой изображѐн я с
завѐрнутым в пелѐнки и одеяльце ребѐнком. Снимок сделан летом 1955 г.
мальчиком-инвалидом, моим другом. Я сижу на брѐвнышке, в руках малюсенькая сестра. Так всѐ лето, когда маме было необходимо быть в школе, я с
«кульком», как называли мою ношу товарищи, и пробегал в ватаге. Когда мы
ходили к небольшому озерку-болоту, я укладывал «кулѐк» под кустик в тень
и прыгал в воду, но чаще сидел, обнявшись с сестрой, и поглядывал на резвящуюся в воде ребятню. Если игры проходили на лугу, то здесь приходилось
отказываться от забав. Чаще же при работе «нянькой» я играл в тихие игры с
другом-инвалидом. В одну из таких встреч с ним он и сфотографировал меня
с сестрой.
1 сентября 1955 г. я стал первоклассником. Школа не пугала и не радовала
меня: хорошо помню, что я воспринимал своѐ новое положение как что-то
необходимое – пришло время, закончилась беззаботная детская жизнь, началась учѐба, как мне говорили родители, «это твоя работа». Тем более, что в
школе я бывал очень часто в качестве сына учительницы, знал многих учителей и даже старшеклассников; часто приходилось прибегать к матери во время еѐ уроков по своим «пацанским» делам – то нос разобьют старшие ребятишки с соседней улицы, то в кровь обдерусь, упав с велосипеда, то надо куда-то уйти далеко от дома с друзьями, на что требовалось родительское разрешение, то вдруг неимоверно заболит зуб… Хотя больница была недалеко
от дома, зубной врач хорошо знала моих родителей, так что я без всякой записи к «тѐте Вале» в кресло… А она смочит чем-то ватку и на зуб пинцетом
положит, ещѐ и успокоит. Глянь, и зуб успокоился. И пошли опять мальчишеские заботы и детские игры…
В Петровскую (или Избердеевскую) среднюю школу я ходил недолго, через месяц-полтора я расстался с ней, когда отец был назначен главным бухгалтером Кирсановской МТС, и наша семья переехала с запада области на
восток – в город Кирсанов, центр одноимѐнного района.
Но это, как говорится, совсем другая история.
*
*
*
93
Научное издание
ВЕСТНИК ТАМБОВСКОГО ЦЕНТРА КРАЕВЕДЕНИЯ № 27
(Провинциальные записки № 5)
Научно-информационное издание Тамбовского центра краеведения
при Тамбовском региональном отделении
Российской академии естественных наук
Автор проекта и научный редактор Геннадий Петрович Пирожков
Переводчик Людмила Юрьевна Королѐва
_______________________________________
Сдано в набор 7.11.2014. Подписано в печать 14.11.2014.
Формат 60х84/16. Гарнитура TimesNewRoman.
Объем 5,38 п.л. Бумага офсетная. Тираж 150 экз.
Цена договорная.
_______________________________________
94
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа