close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

- Портал электронных ресурсов Южного федерального

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
Шевченко Михаил Владимирович
ЦЕННОСТНЫЕ СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ДОМИНАНТЫ
РОССИЙСКОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ
09.00.13 – философская антропология, философия культуры
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата философских наук
Ростов-на-Дону - 2014
Работа выполнена в Северо-Кавказском научном центре высшей школы Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Южный федеральный университет»
Научный руководитель:
Заслуженный работник высшей школы РФ,
доктор философских наук, профессор
Несмеянов Евгений Ефимович
Официальные оппоненты:
Седова Наталья Николаевна,
Заслуженный деятель науки РФ,
доктор философских наук, доктор юридических наук,
профессор заведующий кафедрой философии,
биоэтики и права Волгоградского
государственного медицинского университета
Петкова Светлана Михайловна,
кандидат философских наук, доцент кафедры
«Социальные технологии» Ростовского
государственного университета путей сообщения
Ведущая организация
ФГБОУ ВПО «Ростовский государственный
строительный университет»
Защита состоится 28 января 2014 г. в 15 час. на заседании диссертационного
совета Д. 212.208.13 по философским наукам в ФГАОУ ВО «Южный федеральный
университет» по адресу: 334006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 140, конференц-зал.
С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке им.
Ю.А. Жданова ФГАОУ ВО «Южный федеральный университет» по адресу: 344103,
г. Ростов-на-Дону, ул. Зорге, 21ж.
Электронный вариант текста диссертации размещен 29 октября 2014 года на
официальном сайте Южного федерального университета по адресу:
http://hub.sfedu.ru/diss/announcement/17bbf8ff-fa11-49d1-a2b9-f473b6632967/
Автореферат разослан 28 декабря 2014 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
М.М. Шульман
2
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. Феномен благотворительности имеет социогенетическую обусловленность социально-исторического развития, индивидуального для различных культурно-исторических общностей, и характеризуется динамикой процессов, закрепляемых в формах общественного сознания. Современная
социокультурная ситуация в России сопровождается всплеском благотворительности, пронизывающей деятельность практически всех общественных организаций. На
постсоветском пространстве значительным явлением стал «третий сектор», деятельность которого направлена на формирование организационной основы гражданского общества. Значительно возросла социальная ориентированность и ответственность российского бизнеса, многие представители которого восстановили
утраченные формы российской традиции оказания благотворительной помощи.
Анализ накопленного в последние десятилетия в России как положительного, так и
сугубо негативного опыта ставит вопрос о необходимости изучения новых моделей
взаимодействия между социальными субъектами - государственными, коммерческими и некоммерческими - в плане выявления ценностной и идейно-смысловой
доминанты, синхронизирующей позитивную направленность и приоритеты воспомоществования. Актуальность настоящего исследования состоит в попытке рассмотрения благотворительности как элемента функциональной самоорганизации
социокультурного пространства современной России с экспликацией ценностной
синкретичной основы данного феномена, обеспечивающей когерентность и взаимосогласованность действий субъектов благотворения.
Степень научной разработанности проблемы. Исследование особенностей
российской системы помощи и поддержки нуждающихся на разных этапах ее истории впервые системно было проведено в 1818 году А. Стогом. Изучением ценностных и идейно-смысловых основ благотворительности в России отмечена вторая половина XIX века, когда организуются журналы, специально посвященные этой тематике, среди которых особенно выделяются «Современник», «Искра» и «Время».
Здесь сразу обозначили себя два противоположных взгляда, выраженных в статьях
Н. Мельгунова «Спор о благотворительности» и И.Аксакова «О благотворительности по русскому понятию» (1847 год). Тема эта находит отражение в романах Ф.М.
Достоевского, Н.Г. Чернышевского, Л.Н. Толстого и особенно в публицистических
работах Л.Н. Толстого «О переписи в Москве» и «Так что же нам делать?».
Многочисленные дискуссии в кругу российской интеллигенции были стимулированы научными исследованиями проблемы Мандевилем Б., Кантом И., Гегелем
Г., Шопенгауэром А., Ницше Ф., Смитом А., Гольбахом П.А.Д., Миллем Дж.,
Джеймсом У., Фаулером Т., Лафаргом П. и др. Переход от публицистики к научному исследованию проблемы в России на переломе XIX-XX веков был сделан в трудах Архангельского В.М., Бензина В.М., Бурышкина П.А., Герье В.И., Гогеля Е.В.,
Елагина Н.В., Кудрявцева А., Максимова Е.Д., Маргулиса М., Межова В.И., Папкова А.А., Рункевича С.Г., Селезнева И.Я., Соколовского М., Шумигорского Е.С., в
исследованиях Ведомства учреждений императрицы Марии Федоровны и Императорского Человеколюбивого общества, в речи, прочитанной В.О. Ключевским в
3
пользу пострадавших от неурожая в Поволжье, а также в ряде работ Н.А. Бердяева,
С.Н. Булгакова, С.Л. Франка, В.С. Соловьева, Н.О. Лосского и др.
Теоретические основы благотворительности с позиции современности исследовались в трудах Абросимова Б.А., Алексеевой О., Апресяна Р.Г., Бадя Л.Б., Бродского Д., Векслера А. Ф., Вербицкого А.М., Власова П.В., Гумилева Л.Н., Дорошевой И., Евпланова А., Зырянова П.Н., Ильинского В., Иконниковой С.Н., Клециной А.А., Линденмайера Л., Лотмана Ю.М., Матлаховой М.С., Молчанова В.Ф.,
Нещеретного П.М., Нувахова Б.Ш., Орловой А.В., Пирумовой Н.М., Свердлова
А.З., Соколова А.Р., Тульчинского Г.Л., Ульяновой Г.Н., Фирсова М.В., Фомина
Э.А., Хасбулатовой О.А., Чикадзе Е. З., Щапова Я.Н., Ярской В.Н.
В рамках сложившейся ростовской научной школы представляет интерес диссертация Нечипоровой Е.В. «Основные идеи и практики милосердноблаготворительной деятельности христианских церквей: компаративный анализ»1,
защищенная в 2010 году, в которой дано обстоятельное исследование благотворительной деятельности христианских церквей. Полнота и доказательность проведенного Е.В. Нечипоровой исследования позволили автору настоящей работы сосредоточить свое внимание на рассматриваемом явлении в целом, без детального анализа
его ценностно-религиозной составляющей.
В последние десятилетия образовался в связи с возникновением некоммерческих общественных организаций и бизнес-предпринимательства прочный интерес к
изучению различных аспектов благотворительности, отмеченных всплеском диссертационных исследований по этой теме. Среди них следует отметить диссертации
Балашова А.М., Васильевой В.Г., Вороновой Е.А., Воструховой В.Н., Жукова Г.В.,
Журавлева В.И., Захарова Е.П., Коробейникова Ю.В., Корочковой Л.Н., Костиной
Е.Ю., Куприной В.А., Лавриненко Л.Я., Матыциной Т.С., Наддака-Борцова С.М.,
Немовой В.В., Нуркова В.М., Папковой О.В., Петровой А.В., Рыловой Н.В., Сайтбагина А.Р., Степановой Е.Е., Татаренко О.В., Темниковой Л.Н., Хлякина О.С., Чепурова Ф.А., Шевцовой Г.И.
Работы всех авторов, касающиеся различных сторон благотворительности,
неминуемо обращены к ценностно-мотивационным и этическим аспектам этого явления. Практически все исследователи отмечают, что ценностные мотивы благотворительной деятельности носят синкретичный и амбивалентный характер, ориентированный
одновременно и на реализацию социальных ценностей, и на стремление реализовать приватные ценностные интересы: искупить греховность нажитого богатства; увековечить себя
в памяти потомков; маркировать социальный статус; продемонстрировать гражданскую активность для получения различных социальных преференций.
Между тем, системных работ, посвященных исследованию данного социокультурного феномена конкретно в ценностном измерении практически нет. Здесь
следует отметить диссертацию Наддака-Борцова С.М. «Ценностные аспекты благотворительной деятельности»2, в которой рассмотрены реальные побудительные
1
Нечипорова, Е.В. Основные идеи и практики милосердно-благотворительной деятельности христианских церквей:
компаративный анализ: автореф. дис….канд. филос. наук: 09.00.14/ Нечипорова Елена Васильевна. - Ростов-на-Дону,
2010. - 26 с.
2
Наддака-Борцов, С.М. Ценностные аспекты благотворительной деятельности: дис. … канд. социол.наук: 22.00.06/
Наддака-Борцов Станислав Михайлович. - Ростов-на-Дону, 2006. – 131 с.
4
причины и ценности благотворительности в современном российском обществе. В
продолжение этого подхода нам представилось необходимым эксплицировать особенности ценностного и идейно-смыслового содержания благотворительности, глубоко укорененного в российской ментальности, которое могло бы стать системообразующим фактором, стимулирующим самоорганизующиеся процессы в социокультурном пространстве современной России.
Объектом исследования является благотворительность как социально культурный феномен.
Предмет исследования - Ценностное и идейно-смысловое содержание российской благотворительности.
Гипотеза исследования. Важной особенностью российской благотворительности и ее главным источником на протяжении веков выступала православная культура. Поэтому наиболее укорененной является точка зрения о том, что благотворительность мотивирована высокой религиозностью в сочетании с душевной добротой. Это находит подтверждение в исконно российском, в отличие от западного,
нищелюбии, раздачи милостыни «Христа ради». Оставаясь в рамках этого понимания, мы сталкиваемся, прежде всего, с двумя коллизиями: 1) Можно ли приравнять
благотворительность и милостыню и в чем их различие? 2) Какова специфика благотворительности в советский период? Приведенные вопросы определили гипотезу
исследования, которая состоит в следующем. Благотворительность, рассмотренная
как особенное в категориальной цепочке «всеобщее – особенное – единичное», позволяет выявить ее сущностные особенности в сравнении с другими формами репрезентации милосердия и определить данный социокультурный феномен как деятельность, посредством которой происходит добровольное перераспределение ресурсов
частных лиц и негосударственных организаций в целях решения ряда общественных
проблем. Основная ценность данного явления находится в полном соответствии с
семантическим содержанием термина – оказание бескорыстной помощи нуждающимся. Ценностно-смысловое содержание благотворительности (в случае, если оно
соответствует обозначенному данным понятием явлению) совпадает с целерациональным в смысле направленности усилий на амортизацию социальных проблем,
возникающих в обществе, реализующих как компенсирующие, так и проективные
цели. Наряду с этой, в целом, идентичной в своей основе ценностью для различных
народов (здесь можно говорить только об особенностях традиционной окраски или
уровне развития самого явления) российская благотворительность в качестве идейно-смысловой доминанты несет в себе ценность патриотизма. Ценность патриотизма играет роль лакмусовой бумажки, позволяющей отличать благотворительность
от псевдоблаготворительности, в какие добропорядочные формы она бы внешним
образом ни облекалась. Ценность патриотизма может стать основным регулятором
в сбалансированном взаимодействии участников благотворительности, выводя ее на
уровень управляющего параметра в самоорганизации социокультурного пространства современной России.
Целью диссертационного исследования является выявление на основании
анализа разновременных социальных практик (от архаики до наших дней) доминирующих в российской ментальности ценностных оснований благотворительности и
5
определение социально-культурных условий, способствующих благотворительной
активности.
Реализация поставленной цели предполагает решение следующих задач,
определяющих основные этапы исследования:
1.Дать дефиницию благотворительности в категориальном статусе особенного
по отношению к различным формам репрезентации милосердия как всеобщего.
2. Исследовать социокультурную сущность явления.
3.Рассмотреть основные этапы, определяющие становление и развитие благотворительности в российской истории.
4.Выявить особенности ценностного измерения благотворительной деятельности.
5.Осуществить реконструкцию динамики структурных элементов благотворительной деятельности таких, как субъекты и объекты деятельности, через призму
их целей, используемых средств, ценностно-смысловой мотивации, позитивных и
негативных санкций на протяжении всех рассмотренных периодов российской
действительности в ракурсе «интереса эпохи».
6. Показать, что в светской сфере общекультурным основанием и социальной
обусловленностью российской благотворительности выступают ценности патриотизма и гражданского достоинства.
7. Охарактеризовать социокультурное поле современной российской благотворительности, эксплицировать позитивные и негативные моменты ее институционального развития.
8. Доказать, что ценность патриотизма, являясь формой национальнокультурной идентичности российского общества, играет роль доминирующего синкретичного основания во взаимосогласованном движении современных отечественных социальных практик благотворения в цепи «государство – бизнес - некоммерческий сектор».
Методология и методы исследования.
Благотворительность как социокультурный феномен входит в предмет исследований многих наук – истории, социологии, психологии, этнографии, юриспруденции, экономики, культурологии, религиоведения и др., в связи с чем диссертационное исследование базируется на общенаучной методологии, в основе которой
используется системный подход. Системный подход позволяет рассмотреть феномен благотворительности как систему взаимосвязанных структурных элементов,
обеспечивающих своим взаимодействием конкретность, целостность и специфику
рассматриваемого явления на каждом определенном историческом этапе. Структурно-функциональный метод использован для характеристики таких элементов структуры явления, как субъект, объект, уровни, формы, цели, ценности, мотивации,
средства.
Основополагающими в работе стали методы диалектики:
принцип взаимопревращения противоположностей всеобщего и единичного в
особенном – в определении сущности благотворительности при сопоставлении ее с
другими формами репрезентации милосердия и рядом родственных экономических
явлений;
6
принцип историзма – в исследовании генезиса, периодизации и специфики
этапов благотворительной деятельности в российской истории.
синергетическая методология определения управляющего параметра в поисках устойчивых и позитивных путей развития системы.
В работе использованы также компаративистский метод, метод понимающей
социологии, феноменологический подход.
Достоверность результатов исследования обеспечена применением методологических основ философского и культурно-антропологического анализа аксиологической проблематики, ценностно-нормативного подхода.
Эмпирическую основу изучения социокультурных, культурофилософских и
аксиологических аспектов темы «благотворительность» составили труды отечественных и зарубежных историков, философов, социологов и экономистов.
Исследование опирается также на анализ современного состояния дел в сфере
благотворительности, представленный в сети Интернет и средствах массовой информации в материалах: Министерства экономического развития России, Информационно-аналитического агентства Центр гуманитарных технологий, Национальной
банковской пресс-службы Ассоциации российских банков (АРБ), Российским филиалом британского фонда Charities Aid Foundation (CAF), Российским союзом промышленников и предпринимателей, Комиссией Общественной палаты по развитию благотворительности и волонтерства, Международного форума лидеров бизнеса (IBLF),
Центра корпоративной социальной ответственности, Агентства социальной информации, благотворительными фондами и некоммерческими общественными организациями.
Теоретическая значимость работы состоит в том, что ее результаты могут
быть использованы в дальнейшем изучении процессов становления и развития отечественной благотворительности в ценностном осмыслении и исследовании патриотизма как идейно-смысловой доминанты в социокультурных процессах современной России.
Практическая значимость работы состоит в том, что положения и выводы
диссертации найдут свое практическое применение в учебной, научноисследовательской и прогностической деятельности. Материалы исследования могут быть использованы при принятии управленческих решений на всероссийском и
региональных уровнях с целью выработки стратегического комплексного развития
благотворительной деятельности как координационного элемента функциональной
самоорганизации социокультурного пространства современной России.
Научная новизна диссертационного исследования:
1. Впервые феномен благотворительности рассмотрен как особенное, понимаемое как действительность всеобщего – милосердия. В качестве объективной основы восхождения в категориальной цепочке «всеобщее – особенное – единичное» исследуется предметная благотворительная деятельность людей, потребности этой деятельности. Уточнено содержание понятия «благотворительность» и определены
признаки и критерии отличия специфики благотворительности от других форм репрезентации милосердия.
2. Раскрыты социокультурные особенности российской благотворительности в
разновременных исторических срезах.
7
3. Дана характеристика ценностно-нормативных параметров благотворительной
деятельности с опорой на философский и культурно-антропологический анализ аксиологической проблематики.
4. Доказано, что идейно-смысловой доминантой российской благотворительности являются ценности патриотизма и гражданского достоинства.
5. Выявлены особенности российского патриотизма в историческом аспекте
благотворительной деятельности, установлен его прерывистый характер.
6. Определена ценность патриотизма как демаркационного фактора отличия благотворительности от псевдоблаготворительности. Дана критическая оценка псевдоблаготворительности как негативного явления.
7. Установлено, что ценность патриотизма является синкретичным основанием
во взаимосогласованном движении современных отечественных социальных практик благотворения в цепи «государство – бизнес – некоммерческий сектор».
Основные положения, выносимые на защиту:
1. Благотворительность как особенное, понимаемое как действительность всеобщего – милосердия, представляет собой целенаправленный вид деятельности по
добровольному перераспределению ресурсов частных лиц в целях решения общественных проблем; институт гражданского общества, направленный на «амортизацию» социальных проблем. В аксиологическом наполнении милосердие выступает
как «самоданность», как некое единство переживания, как первичная интенция чувствования, интуитивная «очевидность предпочтения». Здесь работает шелеровский
феноменологический подход, исходящий из глубинных априорных свойств человеческой духовности. Благотворительность как целенаправленная деятельность
нагружена субъективно подразумеваемым смыслом (М. Вебер) и очерчивает то социальное поле, в котором ценностно-смысловой (ценностно-рациональный) аспект
в общем и целом совпадает с целерациональным действием в контексте «интереса
эпохи».
2. Специфика благотворительности отлична по формам своего воплощения от
других форм репрезентации милосердия и родственных социально-экономических
процессов. Между тем, поле деятельности и объекты воспомоществования в ряде
случаев совпадают и перекрываются, что приводит к возникновению смешанного
взаимодополнительного типа, одной из сторон которого выступает частичная благотворительность.
3. Рассмотрение данного феномена в российской культурно-исторической
перспективе с выделением семи исторических периодов показывает, что деятельностные формы благотворительности с момента своего возникновения до наших
дней прошли этапы индивидуального самобытного развития со сменяющимися типами субъектов, объектов, целей, используемых средств, ценностно-смысловой мотивации. Выявлена амбивалентность явления, содержащего в себе предпосылки перерождения благотворительных намерений в псевдоблаготворительность, что отражено в негативистской критике выдающихся мыслителей прошлого, проводимой и
с моральных, и с прагматических позиций.
На протяжении всей российской истории благотворительность соответствовала таким надличностным ценностям, как патриотизм и гражданское достоинство.
Особенность российского национального патриотического самосознания основыва8
ется на идее защиты, а не захвата чужих земель, на толерантном отношении к этносам и народам. Патриотизмом как идеей защиты Отечества пронизана вся российская история во все времена. Истоки его мы находим у славян, затем у древнерусской народности, мощным источником которого стало религиозное самосознание,
отождествившее понятия «Вера» и «Отечество», с развитием российской государственности патриотизм становится формой социокультурной идентификации личности. Силы, заинтересованные в ослаблении России, ведут непрекращающуюся
столетиями борьбу с патриотизмом, что приводит к периодам частичной депатриотизации общества, влекущей за собой негативные трансформационные процессы в
стране. Ценность патриотизма в позиционировании себя в качестве идейносмысловой доминанты российской благотворительности играет роль демаркационного фактора отличия благотворительности от псевдоблаготворительности.
4. Современный период благотворительности характеризуется всплеском деятельности «третьего сектора» - некоммерческих общественных организаций, включенностью в эти процессы российского бизнеса, усилением социальной поддержки
населения со стороны государства. Однако эти субъекты помощи действуют не согласованно. Возрожденная российская благотворительность имеет тенденцию ухода
из-под влияния государства с усилением влияния на массовое сознание, в том числе,
и на политические процессы в обществе. При этом экономических регуляторов конкретно благотворительной деятельности в России за весь период ее истории практически выработано не было, явление соответствовало традиционному уровню. Это
ставит задачу регуляции уровне - восходящей динамики благотворительности в современных условиях с усилением ее экономико-прагматической составляющей (от
традиционного уровня к стратегическому и далее к социальному инвестированию,
одной из сторон которого выступает частичная благотворительность по обеспечению населения рабочими местами и удовлетворения нуждающихся путем «опосредования трудом»). Развитие традиционной ценностно-смысловой уникальности содержания благотворительности при этом сохраняет свое непреходящее значение.
5. Переход российских бизнес-сообществ от разрозненных, спонтанных, несистемных благотворительных проявлений к продуманной политике управляемого
воспомоществования требует учета многих обстоятельств, в ряду которых: стремление к обобщению опыта бизнес-благотворительности; анализ опыта работы зарубежных Международных фондов в изучении современных нестандартных форм социальной активности в рамках воспомоществования; выработка стратегии корпоративной социальной ответственности предприятиями в соответствии со стандартом
«социального соответствия» (SA 8000, ISO 26000), и стандартом «социальной отчетности» (GRI, АА 1000); активное сотрудничество с органами власти и администрациями краев, областей, крупных городов; принятие Стратегии социального развития каждого отдельного региона и проведение в жизнь политики поддержки
предприятий в сфере социальной ответственности со стороны органов местного самоуправления; проведение оценки социальной обстановки в регионе с целью реализации целей социальной ответственности; эффективное совмещение государственных, общественных, корпоративных и частных систем и механизмов воспомоществования; разработка приемов и способов препятствованию псевдоблаготворительности, преодолению
позорной
практики нищенствования трудоспособных,
9
отпору криминальным проникновениям, таким, например, как «отмывание» незаконно приобретенных денежных средств в благотворительных фондах.
6. Благотворительность через социальное партнерство «государство – бизнес
– некоммерческий сектор» может играть роль управляющего параметра в самоорганизации социокультурного пространства современной России при условии, что
цементирующей этот союз ценностью выступает патриотизм. Субъекты благотворительной деятельности современного периода российской истории наряду с государством должны в первую очередь выступать субъектами патриотизма. Свое патриотическое слово может сказать бизнес, частичная благотворительность которого проявится в инвестировании отечественного производителя, поддержки тружеников села, создании дополнительных рабочих мест и т.д.
7. Освещение культурных норм и ценностей, лежащих в основе российской
благотворительности, должно обеспечиваться средствами массовой информации,
выступающими в роли агентов мягкого контроля, вырабатывающими на основе патриотического идейно-смыслового содержании благотворительных деяний соответствующие стратегии PR кампаний, повышающих имидж и рейтинг бизнеса, корпоративной благотворительности, некоммерческих общественных организаций, способствующих консолидации усилий этих субъектов с местными и региональными
администрациями
Апробация основных положений исследования. Результаты исследования
применялись при чтении автором учебного курса «Культурология», «Философия»,
разработке учебно-методического комплекса по дисциплине «Культурология». По
материалам исследования опубликовано: 8 научных статей, 3 из которых в журналах, рекомендованных ВАК РФ. Результаты работы докладывались и обсуждались
на Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы распространения
наркотизма в России и актуальные проблемы антинаркотической работы» (Ростовна-Дону, 9-10 декабря 2010 года), на Всероссийских научных конференциях «Наука
XXI века – индустрии сервиса»: секция «Антропологический кризис в культуре XXXXI века» (Ростов-на-Дону, 2010, 2012, 2013), Международной научной конференции «Философские проблемы социального, политического, экономического развития: реалии современности» (Ростов-на-Дону, 14-15 февраля 2013 года).
Структура диссертации определена общей концепцией исследования. Работа
состоит из введения, трех глав, заключения и библиографического списка, включающего 280 работ, из которых 12 работ на английском языке. Общий объем диссертации составляет 245 страницы.
10
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Введении обосновывается актуальность диссертационного исследования,
раскрывается степень разработанности проблемы, определяются цель и задачи исследования, теоретико-методологические основы диссертационной работы, научная
новизна, формулируются положения, выносимые на защиту, теоретическая значимость результатов диссертационного исследования, его апробация. Все эти пункты в
развернутом виде изложены в первой части автореферата.
Первая глава «Социокультурные особенности российской благотворительности в разновременных исторических срезах (от архаики до 90-х годов XX
века)» состоит из двух параграфов.
Первый параграф «Социокультурная сущность благотворительности»
посвящен категориально-философскому осмыслению понятия. Показано, что в мотивах и ценностных ориентациях благотворительности есть много общего с такими
явлениями, как милосердие, милостыня, альтруизм, филантропия, меценатство, гуманитарная помощь, волонтерство и т.д. Автор исследует вопрос о том, являются ли
эти определения синонимами или каждое из них отражает снятие некоей всеобщей
основы в особенном? Диссертант приходит к выводу о том, что именно в неразведенности диалектического взаимоотношения всеобщего-особенного-единичного
и лежит корень интуитивности и некоторой спонтанности в попытках четкого
определения благотворительности. Автор в качестве всеобщего определяет милосердие, подчеркивая его «самоданность» в качестве некоего единства переживания, первичной интенции чувствования. Показано, что основным содержанием и
смыслом благотворительности является социокультурная деятельность, упорядочивающая социальные отношения в отдельных сферах общественной жизни, что позволяет рассматривать этот феномен с точки зрения организации, социальных норм и
предписаний, регулирующих поведение людей в рамках социального института, а
также выделить определенные функции, интегрирующие ее в общую социальную
систему. Институциональность благотворительности проводит резкую грань
между благотворительностью как социальным институтом и простыми формами
проявления милосердия, как, например, милостыня. Между тем, не до конца проясненным остается вопрос о так называемой «государственной благотворительности».
И государственная социальная работа, и деятельность негосударственных благотворительных организаций имеют одно и то же содержание, но различаются по основаниям этой деятельности. Само основание благотворительности связано с невозможностью полного и окончательного решения социальных проблем государством
или же с внедрением социальных инноваций, опережающих государственные социальные стандарты. Потому благотворительность как особенное представляет собой
целенаправленный вид деятельности по добровольному перераспределению ресурсов частных физических и юридических лиц в целях решения общественных
проблем; в своем развитии утверждает себя в качестве института гражданского общества, деятельность которого направлена на «амортизацию» социальных и духовно-нравственных проблем. Отталкиваясь от представленного определения благотворительности, рассмотрены и разведены исторически сложившиеся
формы репрезентации милосердия - милостыня, призрение, меценатство, волонтер11
ство и др. Также показано, что такие экономические явления, как спонсорство или
инвесторство, нельзя сводить к благотворительной деятельности, так они имеют
другие цели, содержание и смыслы. В то же время, в работе обосновывается мысль о
том, что право на жизнь получает представление о частичной благотворительности, что может выступать регулятивом социальной ответственности бизнеса.
Во втором параграфе главы «Истоки и мотивы благотворительности на
Руси» эксплицирована богатая родословная сменяющих друг друга этапов российской благотворительности, отличающихся спецификой черт и свойств в зависимости от воздействий исторических обстоятельств, экономических формаций и политических данностей. В работе сделана попытка периодизации российской благотворительности с последующим выявлением особенностей ее ценностных, целевых и
функциональных характеристик на разных этапах. В своем исследовании автор отдает предпочтение периодизации, предлагаемой М.В. Фирсовым, которая в большей
степени следует традициям русской дореволюционной историографии и где более
полно реализуется принцип совпадения исторического и логического. Каждый этап
связан с изменением парадигмы помощи и взаимопомощи, с изменением субъектов
помощи, институтов поддержки, идеологии помощи, с различными пандемическими процессами. В данном параграфе рассматриваются шесть из семи этапов (седьмой современный период исследуется в третьей главе диссертации):
Первый - догосударственный, архаический (до X века).
Второй - княжеско-церковный (X –XIII век).
Третий – русско-православный или московский (с XIV в. по вторую половину
XVII в.».
Четвертый– государственный (с конца XVII в. до реформы 1861 г.).
Пятый – время мощного всплеска социальных инициатив и общественных
формирований (1861-1917 гг.).
Шестой - идеологизированно-советский - период государственного обеспечения (c 1917г. по 1991г.).
Во второй главе диссертации автор исследует вопрос о ценностнонормативных параметрах благотворительной деятельности на основе вышеприведенного исторического массива.
В первом параграфе главы «Культурные ценности и социальные нормы:
точки пересечения и взаимодополнительность» отмечается, что понятие ценности исторически возникает позже понятия благотворительности, впервые на теоретическом уровне озвучивается И.Кантом, в своем развитии в трудах последующих
мыслителей приобретает самостоятельный категориальный статус в науке и становится основополагающим и системообразующим понятием в аксиологии. В диссертации последовательно рассматриваются концепции Г.Лотце и баденской школы
неокантианцев (Виндельбанд, Г. Риккерт). Подвергаются осмыслению позиции ученых по вопросу о взаимоотношении понятий «ценность» и «значимость», «отнесение к ценности» и «оценка». Отмечается, что учения Виндельбанда и Риккерта сыграли важную роль не только в становлении аксиологии и оформлении философии
культуры в специальную область философии, но и оказали огромное влияние на
развитие социологической науки, определив в ней, благодаря работам Макса Вебера, центральное место проблеме ценностей. Методология, используемая Вебером,
12
также отталкивается от разграничения понятий «отнесение к ценности» и «оценка»,
но в отличие от концепции неокантианцев, ценности рассматриваются не как нечто
надвременное и внеисторическое, а как установка в конкретной исторической эпохе
(«интерес эпохи»), то есть в качестве логического инструмента исследований. Отстаивая статус «понимающей» социологии, имеющей своим предметом «действие»,
связанное с субъективно подразумеваемым смыслом, ученый в качестве идеального
типа действия утверждает «целерациональное», находящееся в вершине иерархических ступеней выделенных им четырех типов действия: целерациональное, ценностно-рациональное, традиционное и аффективное. Проблемы ценности были поставлены в центр научных размышлений и поисков основателя антропологии Макса
Шелера. Ценности у Шелера - трансцендентные и внеэмпирические сущности.
Шелер переносит гуссерлевское учение об интенциональности на «эмоциональное
сознание» и онтологизирует ценности. Ученый в рамках предлагаемой им концепции стремится дать ответы на вызовы, поставленные Ф. Ницше. Исследование ресентимента, механизмов «переворота в ценностях» приводит Шелера к дополнению
теории ценностей негативной проблематикой.
Большим интересом к проблеме ценности ознаменован и весь прошлый век. В
России ценности духовной культуры осмысливались с двух противоположных позиций: с одной стороны, с ориентацией на западную культуру (А. Белый, Г. Шпет),
с другой стороны, в противопоставлении Западу (Н. Бердяев, С. Булгаков, В. Трубецкой, П. Флоренский и др.). Проблема эта получает развитие в советский (с 70-х
годов XX века) и в постсоветский период. Интерес представляет развитие подходов
к данной проблеме в западной социологической мысли: здесь основой, как правило, выступает понятие «ценностное действие» (М. Вебер) или «ценностная ориентация» для определения мотивации поведения личности. Диссертантом выявлена
следующая тенденция: рассмотрение западными социологами социального индивида как функционального и действующего в социуме приводит к растворению содержательно-кантовской наполненности понятия ценности определением норм,
целей, ценностей-средств, избирательной установки в качестве производного от человеческих интересов. Автор приходит к выводу об исторически сформировавшемся отличии ценностных приоритетов в западной и отечественной философской мысли. Западноевропейская философия ценности на первый план выдвигает субъективистскую аксиологию, во главу угла ставящую ценность именно личности, ее свободу, понимаемую отнюдь не в кантовском смысле следования долгу, а как автономность ее по отношению к чему-либо, в том числе, и к государству. Отечественная мысль отдает приоритет объективистской аксиологии, что особенно закрепляется в советской истории.
Представленные в параграфе разночтения по теме исследования поставили
перед диссертантом задачу формулирования собственной позиции в размышлениях
о природе ценностей. Суть проблемы, осмысленной Кантом, состоит в выделении
субъектно-объектного отношения. М.С. Каган акцентирует внимание именно на
этом обстоятельстве, подчеркивая неправомерность обнаружения ценностей в удовольствиях, получаемых человеком от контакта с окружающим миром, или же использования таких словообразований, как «материальные ценности», «экономические ценности», «утилитаристские ценности». Субъектно-объектное отношение есть
13
отнесение к ценности объекта со стороны субъекта, порождающее оценку, и дальнейшее рефлекторное движение к оцениванию самой оценки. Говорить о субъекте
этого отношения как об общественно-историческом Человеке означает рассматривать ценностное отношение как формировавшееся в историческом синкретическом
процессе антропо-социо-культурогенеза.
Материал, представленный в данном параграфе, очерчивает категориальное
поле аксиосферы, в рамках которого в следующем параграфе главы рассматриваются особенности ценностного измерения благотворительной деятельности в
ее российской конкретике. Прежде всего, подвергается ценностному осмыслению
выработанное в первом параграфе первой главы определение понятия, доказывается, что наиболее емко здесь работает веберовская теория «интереса эпохи» и его
классификация уровней действия. Рассматривается ценностно-рациональная составляющая характеристики явления: соотнесенность благотворительности с ценностями и имеющиеся оценки данного вида деятельности в трудах великих мыслителей. Далее, рассматриваются в динамике структурные элементы благотворительной
деятельности такие, как субъекты и объекты деятельности через призму их целей,
используемых средств, ценностно-смысловой мотивации, позитивных и негативных
санкций на протяжении всех рассмотренных в предыдущей главе периодов российской действительности в ракурсе «интереса эпохи».
Показано, что в архаический период форма субъективности изначально имела
не индивидуально-личностное, а групповое содержание, здесь можно говорить о
«Мы-субъекте» благотворительности. Главным моментом ценностно-смысловой
доминанты остается понимание себя коллективом, выделяющим себя из всех прочих
коллективов согласно формуле «Мы такие-то, а все прочие другие»3, что может
определяться как формирование протопатриотизма, проявляемого на этой стадии
развития в качестве социального этнического чувства, обеспечивающего сохранение рода. Отношение благотворительности в первый период имеет непосредственный субъект-субъектный характер.
Второй период, «княжеско-церковный», сразу указывает на основных субъектов благотворительный деятельности. Распад первобытного состояния общества
был вызван усложнением всей его социокультурной структуры с дифференциацией
сословий. Это имело прямым следствием кристаллизацию «Я-сознания», индивидуальной формы субъектности с характерными для нее формами ценностного сознания, что определяется как самоидентификация личности с формированием элементов многоуровневости идентичности. Введение христианства как объединяющего
фактора региональной, национальной и геополитической целостности Древней Руси
добавило к чисто антропологическим факторам прежнего периода социальнокультурные, в том числе, религиозные. Здесь выделяются два основных уровня
субъектности благотворительной деятельности. Начиная с Устава Владимира 996
года, именно благотворительность вменяется определенным сословиям видом социальной нормы, подкрепляемой действенностью великих древнерусских князей.
Первое звено цепочки отношения благотворительности – представитель богатого
сословия, обязанный десятую часть своих доходов жертвовать в соборную церковь.
3
Гумилев, Л. Этногенез и биосфера Земли / Л.Н. Гумилев. - М.: Айрис - Пресс, 2003. – 506 с. - С. 92.
14
Частные благотворители, в основном, великокняжеского и княжеского родов, помимо уставного предписания, являли собой яркие примеры доброхотства. Наряду с
ценностно-смысловым религиозным наполнением своих благотворительных деяний,
они становятся носителями таких смыслов, как сословная гордость и сословная солидарность, аккумулирующихся в ценности патриотизма и национального достоинства (в контексте известного высказывания Цицерона «выкупать пленных,
обогащать бедных, значит тоже служить государству»). Второе звено – духовенство,
в перечень обязанностей которого входило попечение монастырей, больниц, гостиниц, странноприимных домов и т.д. Отношение благотворительности в соответствии
с Уставом Владимира предопределяется цепочкой: субъект-субъект-объект.
Благотворение как нравственная обязанность любого христианина сохраняется и на последующих этапах российской истории, укрепляясь в позиции священного ритуала, традиции, нормы поведения. Но третий из рассмотренных периодов
отмечен уже государственной нормативно-правовой деятельностью по приданию различным формам милосердия государственной системности. Основным
субъектом благотворения выступает монарх, в контексте нашего исследования эта
форма репрезентации милосердия по своей сущности соответствует государственной практике призрения. Также субъектами благотворительности по-прежнему выступает имущее сословие и монастыри-вотчины.
Четвертый период характеризуется закреплением форм государственной социальной поддержки населения, развитием правовой формы ценностного отношения, что проявляется также в системе мер по урегулированию частных благотворительных пожертвований адресным характером предоставления помощи. Со времен
царствования Екатерины II закладываются основы для институционализации благотворительности, связанные с организацией благотворительных обществ с определённой структурой отношений.
Мощное развитие благотворительность приобретает на пятом историческом
отрезке, ознаменованном расширением общественных форм благотворительности и
корректировкой субъектной стороны этого феномена включением в него с развитием капитализма в России купцов и предпринимателей. Это была группа дарителей, жертвующих средства, не наследованные, а полученные посредством труда.
Ценностная мотивация таких пожертвований состояла в особенностях российской
инкультурации названного сословия, то есть людей, стремившихся создать обстоятельства для переустройства русской жизни на гуманистической основе. Известно,
что многие из них сочувствовали революционным настроениям в России, и хотя
легко вписывались в социальные нормы, диктуемые капиталистическими отношениями, в смысле духовных ценностей оставались приверженцами исконно российской сострадательной ментальности.
Пятый период характерен рефлексией о моральной ценности благотворительности, выразившейся в многочисленных дискуссиях, выплеснувшейся на страницы
книг, статей, многие их которых были написаны в карикатурной манере на славянофильскую романтизацию милостыни4.
4
М е ж ов, В. И. Благотворительность в России. Библиографический указатель книг и статей на русском языке, вышедших в России в период царствования Императора Александра II/ В.И. Межов. - СПб., 1883. - 396 с.
15
Реализация коммунистической позиции в шестой, советский период привела
к практически полному устранению институциализации благотворительности. Это
явилось следствием патерналистской сути социалистического государственного
устройства, система социального обеспечения в Советском Союзе должна была
охватывать все население. Между тем, хотя на официальном уровне благотворительность определялась как «феномен буржуазного общества», как «средство маскировки эксплуататорской природы буржуазии», в ценностном отношении она была вменена в долженствование советского человека и находилась в полном соответствии с «моральным кодексом строителя коммунизма». Благотворительность советского толка своей основной цели–ценностью имела патриотизм. Чувства и сознание
советского патриотизма превратилось в одну из определяющих доминант личности,
диктующую характер и направленность поступков.
Если рассматривать историю благотворительности на всех обозначенных выше этапах в рамках исследовательской схемы, предложенной В.Н. Воструховой5,
отметившей, что на современном этапе выделяются три уровня благотворительности, - традиционный, стратегический и социальное инвестирование, то можно сделать следующие выводы. На всех этапах российской истории проявляется традиционный уровень благотворительности. Традиционная благотворительность понимается как индивидуальная и бескорыстная деятельность, для которой значимым является безвозмездный характер деятельности. В отличие от нее, стратегическая благотворительность, как правило, «осуществляется от лица компании, подразумевает на
первом этапе внеэкономические выгоды, а впоследствии и определенный экономический эффект»6. К третьему уровню В.Н. Вострухова относит социальное инвестирование, подчеркивая, что каждый последующий уровень включает предыдущий
как составную часть. В первом параграфе первой главы диссертации было выявлено
различие между такими формами, как благотворительность и инвестирование, но
также подчеркивалось, что в реализации общественно-полезных замыслов, инвестирование может выступать как смешанный взаимодополнительный тип, одной из сторон которого выступает частичная благотворительность. О благотворительности
можно говорить в том случае, когда эти смешанные формы подчинены ценностной
мотивации, характерной для благотворительности. Востребованность в целерациональной благотворительной деятельности во всем объеме ее предназначения в современной российской действительности резко возрастает. Это ставит задачу в использовании российского богатого наследия, а также зарубежных практик в определении приемлемых для конструктивного решения имеющихся в стране проблем методов и моделей. И здесь представляется важным подчеркнуть, что традиционный
уровень благотворительности в российской истории опирается на такие ценности в
качестве общих значений для субъекта, которые можно охарактеризовать как
надличностные, в ряду которых нравственно-религиозные (2-5 периоды) или нравственно-коммунистические (6 период), но и те, и другие в своей основе содержат
ценность патриотизма, особенно ярко проявляемого в трагические моменты нашей
истории.
5
Вострухова, В.Н. Социокультурная регуляция благотворительной деятельности в современных российских бизнеспроцессах. дис…. канд. социол. наук: 22.00.06/ Вострухова Вера Николаевна. - М., 2006. – 181 с.
6
Там же, с.93.
16
Третья глава диссертации «Благотворительность как элемент функциональной самоорганизации социокультурного пространства современной России»
посвящена исследованию рассматриваемого феномена, в соответствии с принятой
в диссертации периодизацией, на седьмом этапе в истории явления.
В первом параграфе главы «Развитие институтов благотворительности
на постсоветском пространстве» проанализированы все срезы благотворительной активности на рассматриваемом этапе. Показано, что современный период благотворительность характеризуется становлением и все возрастающей активностью
«третьего сектора» - некоммерческих общественных организаций; включенностью в
эти процессы российского бизнеса; усилением социальной поддержки населения со
стороны государства. Однако эти субъекты помощи действуют не согласованно.
На постсоветском пространстве удалось сохранить и преумножить достижения в организации социальной работы и социальной сферы, получившие свое развитие и развертывание в СССР. Параллельно с этим активизировалась позиция российского крупного бизнеса, своим примером стимулирующего институционализацию благотворительности через создаваемые фонды. Как никакой другой сектор,
используют свои возможности для целей благотворительности российские банки.
Особо подчеркивается социальная активность в сфере благотворения российских
деятелей культуры.
Расширяется арсенал технологических новшеств в управлении благотворительностью. Между тем, в мировом рейтинге благотворительности Россия занимает
весьма незавидное место, - из 150 стран, представленных в данном рейтинге, Россия
в 2010 году занимала 138 место, в 2012 году – 127 место, в 2013 году поднялась на
123 место. В 2011 году в помощь своим малообеспеченным самые обеспеченные
американцы не пожалели 43 миллиардов долларов, в то время как суммарное значение благотворения крупнейших российских филантропов в 2011-2012 году составило 545 миллионов долларов7.Хорошо известна инициатива Giving Pledge, основанная в июне 2010 года Баффетом и Гейтсом, являющимися лидерами списка миллиардеров во всем мире, по передаче на благотворительность не менее 50% своего
состояния. Известно, что к февралю 2013 года 93 миллиардера присоединилась к
этой кампании, среди которых и Владимир Потанин.
Приоритетными направлениями благотворения в России являются образование,
на втором месте - поддержка социально уязвимых групп населения, на третьем –
здравоохранение, далее развитие НКО, культура и искусство, спорт и здоровый образ жизни, наука, духовное развитие и религия. Таким образом, в своей направленности благотворительность в России сохраняет соответствие традиционному уровню, что является непреходящим и основным статусом данного феномена. Но в то же
время встает задача перехода от традиционного к стратегическому уровню и социальному инвестированию. Роль благотворительности (в качестве варианта, частичной благотворительности) в экономическом развитии тех или иных отраслей в
стране недостаточна, что является одной из причин ее столь скромного положения в
мировом рейтинге.
7
Информационно-аналитическое агентство Центр гуманитарных технологий. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://gtmarket.ru/news/2013/11/12/6410 (дата обращения 14.12. 2012).
17
В параграфе эксплицируются негативные явления псевдоблаготворительности,
как порожденные в нашем собственном обиходе, так и привнесенные извне. Бурный
рост численности формирований в области воспомоществования, заманчивый статус независимости от властного управления, юридически не обеспеченные возможности контроля, наряду с людьми истинно честными и бескорыстными, втянули в
орбиту декларируемого добротворчества немало авантюристов и мошенников.
Весьма спорным в плане благотворения является и стратегический проект,
осуществляемый рядом некоммерческих общественных организаций при поддержке
западных, большей частью американских идеологов. В диссертации доказывается
неприемлемость по ряду аспектов «ценностей», не отвечающих ни российским традициям, ни действующим законоустановлениям. Проведенный анализ служит доказательству необходимости упорядочивания благотворительной деятельности в современной России, поскольку в силу известной обособленности от административного управления, слабости контроля и открытости доступа в ее среду, эта сфера
взаимодействия людей и общественных групп проницаема для неблаговидных целей и замыслов, обрастает растущими проявлениями псевдоблаготворительности.
Во втором параграфе главы «Благотворительность как управляющий параметр в самоорганизации социокультурного пространства современной России» говорится о том, что благотворительность в России выступает не только дополнительным духовным и экономическим ресурсом в решении социальных проблем, но и является действенным фактором политического и нравственного единения многонационального народа нашего государства. И в этом своем статусе она
может играть весьма важную роль в качестве необходимого звена в самоорганизационных процессах экономического и политического укрепления России в мире. В
таком синергетическом ракурсе рассмотрения места и роли благотворительности на
первый план выходят как раз ценностные и идейно-смысловые доминанты, выводящие данную деятельность в ранг управляющего параметра в позитивном направлении развития страны. Так что институты гражданского общества, если они в действительности хотят соответствовать своему названию, должны способствовать
укреплению прав отдельной личности в рамках сильного государства. В этом же
направлении должны активизироваться и благотворительные общества страны. И
объединяющим фактором этого процесса становится надэтнический ценностный
концепт этих направлений деятельности - традиционно заложенная в духовной ментальности многонационального российского народа ценность – любовь к отечеству,
следовательно, ценность патриотизма.
В Заключении подводятся общие итоги исследования, резюмируется подтверждение исходной гипотезы, выдвинутой диссертантом, о том, что российская
благотворительность в качестве идейно-смысловой доминанты несет в себе ценность патриотизма, осмысливаются перспективы дальнейшей работы.
18
Основное содержание диссертационного исследования отражено в следующих публикациях автора общим объемом 4,35 п.л.
Статьи в журналах, входящих в перечень ВАК:
1. Шевченко, М.В. Социально-управленческие аспекты практик российской благотворительности / М.В. Шевченко// Гуманитарные и социальноэкономические науки. - 2012. - № 6.- С. 103-108.- 0,6 п.л.
2. Шевченко, М.В. Особенности ценностного измерения российской благотворительности/ М.В. Шевченко// Научная мысль Кавказа. - 2014. - №2. - С. 37-47. –
0,8 п.л.
3. Шевченко, М.В. Благотворительность как самоуправляющий параметр в самоорганизации социокультурного пространства России / М.В. Шевченко// Казанская наука. - 2014. - №5. - С. 91-93. – 0,25 п.л.
4.
5.
6.
7.
8.
Другие научные статьи:
Шевченко, М.В. Становление благотворительности на Руси/ М.В. Шевченко//
Сборник научных трудов. - Вып. 9. - Ч.1. – Т.1. - Ростов-на-Дону: РТИСТ
ЮРГУЭС, 2010. - С. 255-264. – 0,5 п.л.
Шевченко, М.В. Благотворительная деятельность, нацеленная на здоровьесберегающую социализацию молодежи / М.В. Шевченко// Проблемы распространения наркотизма в России и актуальные проблемы антинаркотической работы: материалы Всерос.науч.-практ. конф., 9-10 дек. – Ростов – на –Дону: РИО
РТИСТ ЮРГУЭС, 2010. - С. 85-90. – 0,25 п.л.
Шевченко, М.В. Социокультурная регуляция благотворительной деятельности
/ М.В. Шевченко// Сборник научных трудов. - Вып. 11. - Ч.1. – Т.1. - Ростовна-Дону: РИО РТИСТ ФГБОУ ВПО «ЮРГУЭС», 2012. - С. 249-253. – 0,25 п.л.
Шевченко, М.В. Благотворительность: философская конкретизация понятия в
контексте диалектики единичного-особенного-всеобщего / М.В. Шевченко//
Философские проблемы социального, политического, экономического развития: реалии современности. – РИО РТИСТ ФГБОУ ВПО «ЮРГУЭС», 2013. –
С. 402-415. - 0,7 п.л.
Шевченко, М.В. Особенности благотворения в Древней Руси (архаический период) / М.В. Шевченко// Сборник научных трудов. - Вып. 12. - Ч.1. - Т.1. – Ростов-на-Дону: РИО Института сервиса и туризма ФГБОУ ВПО «ДГТУ», 2013.
- С. 233-242. – 0,6 п.л.
19
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа