close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Черкасов Виктор Владимирович. Вклад Р. Дарендорфа в учение о современных социальных конфликтах

код для вставки
АННОТАЦИЯ
выпускной квалификационной работы
Тема: «Вклад Р. Дарендорфа в учение о современных социальных
конфликтах»
Работа включает 71 стр., 60 ист.
Ключевые слова: социальные отношения, конфликт, социальный
конфликт, анализ структурных социальных конфликтов, трактовка конфликтов
современного общества
Актуальность. Социальный конфликт является одной из сущностных
характеристик современного общества. Сейчас, когда социальные отношения не
только в Европе, но и во всем мире сопряжены с эскалацией насилия, а
политический конфликт между Россией и блоком НАТО приобрел особую
остроту, взгляды Р. Дарендорфа должны быть актуализированы.
Объект исследования – учение Р.Дарендорфа о социальных конфликтах.
Предмет исследования – анализ содержания теории социальных
конфликтов в трудах Р. Дарендорфа и оценка влияния разработанной им
конфликтной
модели
индустриального
общества
на
современную
конфликтологию.
Цель исследования: комплексная научная характеристика учения Р.
Дарендорфа о социальных конфликтах и оценка его вклада в современную
социальную конфликтологию.
Задачи исследования:
1. Рассмотреть развитие подходов к трактовке сущности конфликта в
философской мысли и социологической теории;
2. Дать характеристику основным концепциям социального конфликта;
3. Провести анализ трактовки Р. Дарендорфом сущности социальных
конфликтов;
4. Рассмотреть основные элементы теории социального конфликта Р.
Дарендорфа;
5. Дать комплексный анализ конфликтной модели индустриального
общества в трудах Р. Дарендорфа;
6. Произвести оценку влияния взглядов Р. Дарендорфа на развитие
современной социальной конфликтологии.
По результатм социологического исследования было установлено, что,
что эффективным способом борьбы с конфликтами, по мнению Дарендрфа,
является их регулирование. К числу инструментов для осуществления
регулирования конфликта Дарендорф относил переговоры, посредничество,
арбитраж и обязательный арбитраж.
Заслугой Р. Дарендорфа является последовательное отстаивание
конструктивного
использования
положительной
энергии
конфликта,
предложение авторской методики достижения данной цели. Большое значение
имеет трактовка конфликта как социального явления, жизненно необходимого
для утверждения свободы, отстаивания демократии.
Содержание
Введение ................................................................................................................... 6
Глава I. Теоретические основы социальной конфликтологии ........................... 9
1.1 Понятие «конфликт» в философской мысли и социологической теории 9
1.2 Основные концепции социального конфликта......................................... 14
1.3 Взгляд Р. Дарендорфа на сущность социальных конфликтов ................ 21
Глава II. Теория социального конфликта Р. Дарендорфа ................................. 36
2.1 Основные элементы теории социального конфликта Р. Дарендорфа .... 36
2.2 Конфликтная модель индустриального общества в трудах Р.
Дарендорфа ......................................................................................................... 42
2.3 Влияние взглядов Р. Дарендорфа на развитие современной социальной
конфликтологии ................................................................................................. 58
Заключение ............................................................................................................ 63
Библиографический список ................................................................................. 67
Введение
Актуальность темы исследования. Социальный конфликт является
одной
из
сущностных
характеристик
современного
общества.
Взаимодействие множества социальных структур и индивидов порождает
столкновение интересов, запускающее механизм противоборства, которое,
завершаясь, порождает новый этап противостояния. При этом конфликты
могут приобретать различную форму – от здоровой конкуренции и
продуктивного делового соперничества до кровавых революционных
потрясений, и перманентных конфликтов национального или религиозного
характера. От того, насколько тщательно и обоснованно осуществлен
научный анализ социальных конфликтов, зависит будущее общества.
Социальные конфликты находятся в фокусе внимания большого
количества наук – психологии, социологии, политологии, религиоведения.
Однако комплексный подход к изучению сущности социального конфликта
возможно осуществить лишь в рамках социологии. Особенную ценность
имеет анализ структурных социальных конфликтов, существование которых
является одной из характеристик общественного развития. Большое
внимание изучению структурных социальных конфликтов уделял англогерманский социолог, политолог и общественный деятель Ральф Дарендорф
(1929-2009),
труды
которого
повлияли
на
трактовку
конфликтов
современного общества. Сейчас, когда социальные отношения не только в
Европе, но и во всем мире сопряжены с эскалацией насилия, а политический
конфликт между Россией и блоком НАТО приобрел особую остроту, взгляды
Р. Дарендорфа должны быть актуализированы.
Объектом настоящего исследования выступает учение Р. Дарендорфа
о социальных конфликтах.
Предметом данного исследования является анализ содержания теории
социальных конфликтов в трудах Р. Дарендорфа и оценка влияния
разработанной им конфликтной модели индустриального общества на
современную конфликтологию.
Степень изученности работы. Взгляды Р. Дарендорфа на сущность
социальных конфликтов давались как в общих работах по конфликтологии
(В.А. Семенов, А.Я. Анцупов и А.И. Шипилов, А.В. Дмитриев и др.), так и в
специальных работах, посвященных либо социальным конфликтам (С.А.
Батуренко, А.С. Доронин, А.В. Садкова), либо творчеству Р. Дарендорфа в
целом (Т.Р. Миняжев, К.Т. Биканин), либо интерпретации социальных
конфликтов в трудах Р. Дарендорфа (А.Г. Гвоздицин, И.П. Шевель и В.С.
Казаков, А.И. Кольба, В.Н. Ставский и др.).
Целью
настоящей
работы
является
комплексная
научная
характеристика учения Р. Дарендорфа о социальных конфликтах и оценка его
вклада в современную социальную конфликтологию.
Достижение данной цели предопределило постановку и решение
следующих задач:
1. Рассмотреть развитие подходов к трактовке сущности конфликта в
философской мысли и социологической теории;
2. Дать характеристику основным концепциям социального конфликта;
3. Провести анализ трактовки Р. Дарендорфом сущности социальных
конфликтов;
4. Рассмотреть основные элементы теории социального конфликта Р.
Дарендорфа;
5. Дать комплексный анализ конфликтной модели индустриального общества в
трудах Р. Дарендорфа;
6. Произвести оценку влияния взглядов Р. Дарендорфа на развитие современной
социальной конфликтологии.
Методологическая основа исследования. В настоящей работе нашли
применение такие общенаучные методы исследования, как анализ, синтез,
комплексный анализ, сравнение, классификация, конкретизация и др.
Теоретическая
основа
исследования.
В
основу
настоящего
исследования положены труды Р. Дарендорфа, переведенные на русский
язык:
книга
«Современный социальный
конфликт. Очерк политики
свободы», статья «Элементы теории социального конфликта» и сборник
статей «Тропы из Утопии». Кроме того, анализу подлежали и работы
авторов, рассматривавших труды Дарендорфа и дававших их научный
анализ. В первую очередь следует отметить работы Т.Р. Миняжева, А.И.
Кольбы, В.А. Семенова, И.П. Шевеля и В.С. Казакова.
Структура работы. Настоящая работа состоит из введения, двух глав
основной
части,
объединяющих
библиографического списка.
6
параграфов,
заключения
и
Глава I. Теоретические основы социальной конфликтологии
1.1 Понятие «конфликт» в философской мысли и социологической теории
Изучение
конфликта
началось
еще
в
эпоху
Древнего
мира.
Древнекитайские мыслители отмечали, что борьба противоположностей
является непременным условием развития природы и общества, которое
обусловлено взаимоотношением положительной (янь) и отрицательной (инь)
составляющих бытия. В ряде древнегреческих философских концепций
(созданных Анаксимандром, Сократом, Платоном, Эпикуром) противоречия
объявлялись необходимой предпосылкой создания новых предметов и
понятий. Так, Анаксимандр, живший в 610-547 гг. до н.э., полагал, что
первоосновой
мира
является
так
называемый
«апейрон»
-
единое
материальное начало, из которого затем выделяются противоположности [29,
с. 57] Гераклит (VI-V вв. до н.э.) представлял развитие мира как
диалектическую картину борьбы конфликтующих противоположностей: «все
происходит через борьбу и по необходимости» [55, с. 10].
Существенное место в античной мысли уделялось разработке такого
социально-политического явления, как война. Повод к тому подавали
непрерывно
боровшиеся
друг
с
другом
за
господство
полисы.
Складывавшиеся точки зрения были крайне разноречивы: так, если Гераклит
полагал, что война – это отец и царь всего сущего, то Платон (428-348 гг. до
н.э.) расценивал ее как величайшее зло [43, с. 35]. С Платоном были
солидарны основатель исторической науки Геродот (490-425 гг. до н.э.) и
философ Эпикур (341-270 гг. до н.э.). Впрочем, древнеримский философ и
политический деятель Цицерон (106-43 гг. до н.э.) отстаивал концепцию
«справедливой и благочестивой войны», которая ведется с благородными
целями изгнания из страны захватчиков и поработителей, ради всеобщего
блага [59, с. 8].
Тема войны как социального конфликта сохраняла свою актуальность и
в средневековье. Наиболее выдающийся представитель схоластики Фома
Аквинский (1224-1274) считал, что справедливая война должна быть как бы
«санкционирована» государственной властью, которая в данном случае берет
на себя грех, совершаемый убивающими друг друга людьми [55, с. 88].
Флорентийский философ и политический деятель рубежа XV-XVI вв.
Н. Макиавелли детально изучил роль конфликтов различного уровня в
истории древнеримской цивилизации, сделав акцент на их положительной
роли. Мы впервые видим трактовку конфликта как явления, имманентно
сопутствующего человеческому бытию в силу того, что люди по своей
природе порочны и греховны. Механизм конфликта, по мнению Макиавелли,
запускается
знатью,
которая
желает
удержать
захваченную
ею
государственную власть в своих руках. Чтобы свести к минимуму
деструктивный потенциал конфликта и максимально полно использовать
положительный,
необходимо
научиться
регулировать
конфликт.
Регулирование же конфликтов – это прерогатива государственной власти,
умело дирижирующей обществом с помощью кнута и пряника. Методика
управления конфликтом подробно описана Макиавелли в его главной работе
«Государь» [8, с. 12].
В противоположность Макиавелли, религиозный мыслитель Эразм
Роттердамский (1469-1536) полагал, что войны начинают дурные правители,
движимые низменными инстинктами, в первую очередь корыстолюбием.
Кроме того, такие монархи намеренно ослабляют общество путем раскола,
чтобы в дальнейшем играть на противоречиях: «Они ощущают и видят свое
могущество, лишь разрушая согласие в народе, а когда это согласие
нарушено, они втягивают и вовлекают народ в войну, чтобы еще свободнее и
легче грабить и истязать несчастных людей» [55, с. 69].
Голландский мыслитель Гуго Гроций (1583-1645), желая снизить
негативные последствия войн, разработал концепцию заключения вечного
мира путем создания союза европейских стран. Здесь мы впервые видим
методику урегулирования конфликтов международного уровня.
Английский философ Фрэнсис Бэкон (1561-1626) предпринял попытку
теоретического анализа сущности социального конфликта. Он полагал, что
главной
причиной
конфликта
является
обнищание
народа,
а
его
катализаторами – произвол правителей, их ошибки, а также своеобразная
«информационная война», заключающаяся в распространении домыслов,
слухов, сочинении пасквилей.
Английский
мыслитель
XVII
в.
Т.
Гоббс
представлял
догосударственную жизнь общества как «войну всех против всех»,
основанную на животных инстинктах людей, стремившихся к полной и
безоговорочной победе над своими противниками, захвату собственности и
удержанию ее в своих руках.
В раннее Новое время большое распространение получила концепция
общественного договора, который позволял ликвидировать негативные
последствия конфликтогенных процессов в обществе. Т. Гоббс, Дж. Локк, Г.
Гроций, Б. Спиноза полагали, что общественный союз в силах преодолеть
низменные инстинкты людей и позволить социуму выжить.
Научная интерпретация конфликта как многоаспектного социального
явления была впервые дана в труде известного шотландского экономиста и
философа А. Смита «Исследование о природе и причинах богатства
народов», увидевшем свет в 1776 г. Смит полагал, что истоки конфликта
лежат
в
классовой
стратификации
общества,
которая
порождает
соперничество между имущими и неимущими. По мнению Смита, это
соперничество не носит негативной окраски, ибо оно является движущей
силой развития социума, выступая, таким образом, в роли «определенного
блага человечества» [3, с. 138].
Великий немецкий философ Иммануил Кант (1724-1804) полагал, что
«состояние мира между людьми, живущими по соседству, не есть
естественное состояние… последнее, наоборот, есть состояние войны, то
есть если и не беспрерывные враждебные действия, то постоянная угроза.
Следовательно, состояние мира должно быть установлено» [22, с. 399].
Другой представитель немецкой классической философии Г.В.Ф.
Гегель считал конфликт неизбежным явлением действительности, а войны –
значимым фактором мирового прогресса, предохраняющим мир от гниения, а
отдельные государства – от возникновения внутренних беспорядков.
Ключевой причиной конфликта служит материальное и социальное
расслоение общества – с одной стороны становятся накопившие богатства
«сильные мира сего», а с другой стороны – люди, не имеющие ничего, кроме
рабочих рук. Предотвращать конфликты между первыми и вторыми
призвано сильное государство, выступающее от имени всех членов общества.
Наконец, известный прусский военный теоретик Карл Клаузевиц (17801831) предложил следующую формулу: «Война есть продолжение политики
другими
средствами»,
диалектической
тем
взаимосвязи
самым
между
провозгласив
политическими
существование
и
военными
конфликтами [24, с. 8].
Таким образом, к моменту возникновения науки социологии в рамках
философского знания был накоплен существенный опыт теоретического
осмысления понятия «конфликт». Главным достижением было осознание
существенного положительного потенциала конфликта, позволившее уйти от
одностороннего понимания социальных конфликтов как исключительно
негативных явлений, которые необходимо искоренять. Это дало возможность
уже в конце XIX в. дать первое социологическое определение конфликта.
Так, Георг Зиммель, чьи взгляды будут подробно рассмотрены ниже,
понимал конфликт как «одну из форм общественного взаимодействия,
выполняющую стабилизирующие и интегрирующие функции». Его труды
положили начало социологии конфликта и конфликтологии [55, с. 8].
Современная западная социология конфликта зиждется на трудах не только
Зиммеля, но и Г. Спенсера, К. Маркса, Т. Парсонса. Ниже будет показано,
какое место работы этих ученых оказали на формирование взглядов Р.
Дарендорфа – социолога, давшего целостную интерпретацию сущности
конфликтов XX в.
В целом в современной социологии конфликт понимается как ситуация
столкновения интересов людей по различным поводам.
Существует
ряд
классификаций
социальных
конфликтов,
базирующихся на различных основаниях.
В зависимости от сферы, в которой возникают противоречия,
конфликты делятся на идеологические, экономические, культурные и т.п.
В зависимости от участников противоречий выделяют следующие
конфликты:
1) личностный – происходит внутри сознания конкретного человека;
2) межличностный – происходит между двумя и более людьми;
3) межгрупповой – происходит между двумя и более социальными
группами;
4) конфликт принадлежности – происходит в том случае, если индивид
входит одновременно в две и более противоборствующие социальные
группы;
5) конфликт с внешней средой – происходит в случае конфронтации
человека (группы людей) с его (их) социальным окружением.
Таким образом, в ходе развития мировой философской и (с середины
XIX в.) социологической мысли был сделан важный вывод о диалектической
сущности конфликта и его важном значении в развитии общества, в рамках
которого он обладает существенным положительным потенциалом. Это тезис
стал отправным для развития зарубежной социологической конфликтологии
XX в., оказав существенное воздействие на формирование концепции
социального конфликта в трудах Р. Дарендорфа.
1.2 Основные концепции социального конфликта
В рамках социологии доминирующими подходами к объяснению
сущности конфликта стали такие подходы, как функциональный и
конфликтный.
Первым,
кто
обратил
внимание
на
функциональную
сторону
конфликта, был один из основоположников социологического позитивизма
Г. Спенсер. Органицизм Спенсера предопределил его попытку вписать
конфликт
в
механизм
человеческих
взаимоотношений.
Сложное,
противоречивое развитие общества, характеризующееся столкновением
отдельных социальных групп, обусловливает существенную роль конфликта
как одного из ключевых этапов развития отношений между людьми и их
группами. Снятие конфликта за счет победы наиболее сильных и
приспособленных участников общественных отношений осуществляется в
соответствии с принцами вульгарной спенсеровской интерпретации идей Ч.
Дарвина. В работе «Основы социологии» Спенсер провозглашал конфликт
всеобщим и универсальным феноменом социальной сферы.
Последователи Спенсера (Т. Парсонс, Р. Мертон) придерживались
различных
взглядов
на
функции
социального
конфликта.
Для
основоположника структурного функционализма Т. Парсонса конфликт
являлся своего рода болезнью общества – деструктивным и разрушительным
явлением, крайне негативно отражавшимся на жизни социума. Р. Мертон,
напротив, исходил из того, что конфликты являются неотъемлемой частью
жизни общества в силу его сложности и асимметричности [11, с. 46].
Основоположниками конфликтной модели развития общества являлись
К. Маркс, Г. Зиммель и М. Вебер.
По
К.
Марксу,
бесклассовое
общество
после
перехода
от
присваивающего хозяйства к производящему, трех великих общественных
разделений труда, возникновения и интенсификации обменных процессов,
обогащающих одних и разоряющих других, раскалывается на классы. Классы
по отношению друг к другу носят ярко выраженный антагонистический
характер. Перманентный конфликт между ними порождает государство как
машину для угнетения одним классом другого.
Марксизм абсолютизировал роль конфликтов в жизни общества.
Логика развития общества у Маркса и Энгельса обусловлена изменениями
базиса и классовой борьбой. Эволюция производительных сил влияет на
производственные
отношения,
заставляет
их
перестраиваться.
Эта
перестройка происходит в результате социальной революции, часто
принимающей
вид
вооруженной
борьбы
между
антагонистическими
классами, интересы которых по мере углубления противоречий между
производительными силами и производственными отношениями расходятся
все больше и больше. Изменившийся базис, в котором производственные
отношения приведены в соответствие с производительными силами, активно
влияет на надстройку, которая также трансформируется. Так на смену одной
общественно-экономической формации приходит другая. Классовая борьба –
это движущая сила история, революции – ее локомотивы.
Г. Зиммель считается основателем науки конфликтологии [2, с. 247].
Конфликт, по его мнению, является главной сущностной чертой социума, то
распадающегося на отдельные элементы, то вновь объединяющегося. Из всех
видов социальных взаимодействий ключевым является борьба. Лишь
конфликт способен поставить точки над «i» в споре о том, какой путь
развития должно избрать и какие формы должна принять общественная
жизнь. Зиммель так охарактеризовал роль конфликта в жизни общества:
«Конфликт… предназначен для решения любого дуализма: это способ
достижения своеобразного единства, даже если оно достигается ценой
уничтожения одной из сторон, участвующих в конфликте. Здесь мы можем
провести некоторую параллель с тем, что, как известно, наиболее сильный
симптом болезни – это попытка организма избавиться от нарушений и
повреждений,
вызываемых
конфликтами
его
частей».
Г.
Зиммель
провозглашал неизбежность конфликтов, отмечал их предопределенность
самой природой людей – созданий агрессивных, жадных, враждебных друг
по отношению к другу. Переход от дикости через варварство к цивилизации
характеризуется камуфлированием конфликтогенных инстинктов с помощью
определенных
стандартов
поведения
и
постулирования
групповых
общественных ценностей. В то же время конфликт разгорается и по линии
противоречия между групповыми ценностями, с одной стороны, и
обусловленными желаниями конкретных людей формами социализации
отдельных индивидов – с другой стороны. Этот конфликт Зиммель именует
социологической трагедией. Наконец, конфликт происходит и внутри самого
человека,
вынужденного
сознательно
подчинять
свои
устремления
общественным ожиданиям.
Французский политолог М. Дюверже в своей работе «Введение в
политику» пришел к выводу, что жизнь любого общества заключается в
сосуществовании конфликта, интеграции и эволюции и что полное
устранение конфликта из жизни социума невозможно. Особое внимание
Дюверже уделял политическим конфликтам, которые он подразделял на
горизонтальные
(между
социальными
группами
или
политическими
институтами, располагающимися на одном уровне) и вертикальные (между
субъектами и объектами власти). Кроме того, Дюверже выделял открытые
конфликты, присущие демократическим системам, и скрытые, свойственные
системам недемократическим [6, с. 112].
Наконец, немецкий социолог М. Вебер представлял общество в
качестве арены борьбы нескольких статусных групп, каждой из которых
были присущи своя экономическая заинтересованность и политические цели.
При этом данные группы могут носить как экономический, так и
политический,
социальный
или
религиозный
характер.
К
числу
экономических групп могут быть отнесены буржуазия и рабочие, к числу
политических – земельная аристократия и бюрократия, конкурировавшие
друг с другом за место под солнцем в современной Веберу Германии, к числу
религиозных – боровшиеся друг с другом начиная с XVI в. католики и
протестанты. Полностью устранить причины, порождающие конфликты
между этими группами, невозможно, поэтому надежда на искоренение
конфликтов иллюзорна. Вместе с тем жизнь человечества, по мнению М.
Вебера, не представляет собой перманентную смену одними конфликтами
других, ибо в человеческих взаимоотношениях всегда присутствует
необходимая основа для достижения консенсуса.
Современные теории конфликта стали создаваться на рубеже 50-х – 60х гг. XX в. Основываясь на трудах К. Маркса, М. Вебера и Г. Зиммеля, они
существенно расходятся с принципами структурного функционализма. По
мнению
С.А.
Батуренко,
«отталкиваясь
от
критики
структурного
функционализма Т. Парсонса, его специфики исследования проблемы
социального порядка, теоретики конфликта фактически не акцентировали
необходимость предположений о том, что обмен нормами и ценностями
является обязательным условием социального порядка» [6, с. 111-112].
Напротив, во главу угла ставится убежденность в том, что конфликты
интересов перманентно присущи любому обществу, а необходимый
социальный порядок достигается за счет доминирования носителей власти,
которые диктуют свою волю политически безвластным, принимая, либо не
принимая во внимание их желания и интересы. Устойчивость социального
порядка, следовательно, весьма условна и определяется результатами
борьбы, которая, изменяя баланс сил, влечет за собой трансформацию
общества. К числу наиболее известных представителей данного направления
относятся Л. Козер, А. Гоулднер, Д. Локвуд, Р. Дарендорф и Д. Рекс. Им
свойственно повышенное внимание к конфликту ценностей и интересов в
обществе, роли власти и принуждения в удовлетворении этих интересов.
Современная теория социального конфликта неразрывно связана с
именем
одного
американского
из
основоположников
социолога
Льюиса
социологии
Альфреда
Козера.
конфликта
–
Представитель
позитивного функционализма, он основывался на идеях Зиммеля. Взгляды
Козера в известной степени примиряют и объединяют конфликтный и
функциональный варианты интерпретации социального конфликта [21, с. 6].
Природа
конфликта,
как
полагал
Л.
Козер,
определяется
идеологическими противоречиями: «Конфликт – это столкновение интересов
и
ценностей
противоборствующих
сторон,
ведущее
к
социальной
напряженности и конфронтации». Вместе с тем предмет притязаний, как
правило, лежит не в идеологической плоскости и связан с доходами,
властными ресурсами и т.п.
По мнению ученого, конфликты, возникающие в обществе, носят не
деструктивный, а, напротив, конструктивный характер. Своевременно
разрешая споры и столкновения интересов, они способствуют сохранению
стабильности общества. Конфликтам присуща положительная роль в
разрешении,
сглаживании
социальных
противоречий,
и
задача
исследователей – использовать этот потенциал грамотно. В своей работе
«Функции социального конфликта» ученый отмечал, что «…в различных
социальных условиях социальные конфликты выполняют позитивные
функции. Конечно, не любой и не все социальные конфликты выполняют
позитивные функции, но социолог должен выявить те социальные контексты
и социальные условия, в которых социальный конфликт помогает скорее
выздоровлению, чем загниванию общества или его составляющих» [25, с.
188]. Конфликты позволяют ликвидировать социальную рознь, снять
периодически
возникающую
социальную
напряженность.
В
этом
заключается их позитивная функциональная сущность. Конфликт является
сущностной
характеристикой,
неотъемлемой
чертой
человеческих
взаимоотношений.
Как и Вебер, Козер полагал существование конфликтов неизбежным.
Мир есть не что иное, как одна из возможных форм конфликта, возникающих
в ходе его развития.
Д.
Рекс
теоретической
(1925-2011)
модели
предпринял
конфликта
попытку
(теории
создания
«социального
«чистой»
порядка»).
Отталкиваясь от представлений Т. Парсонса о социальной системе, Рекс
существенно модифицирует ее в соответствии со своими представлениями.
Прежде всего он обратил внимание на то, что социум не является полностью
интегрированным: он состоит из отдельных групп, каждая из которых
преследует собственные интересы. Это обстоятельство и запускает механизм
конфликтогенеза. Кроме того, Рекс исходит из того, что любая социальная
система вынуждена функционировать в условиях нехватки ресурсов и,
следовательно, должна заботиться об их грамотном распределении и
перераспределении. Процессы распределения и перераспределения, связывая
между собой различные социальные группы, в конечном счете способствуют
их интеграции. Таким образом, интеграция приобретает распределительный
характер, что «приводит к пониманию недостаточности ценностного
единства» [6, с. 115]. Конечный же социальный порядок выступает в качестве
«результата отстаивания отдельной группой обладаемой ею власти с целью
установления и сохранения контроля над распределением ресурсов» [6, с.
115]. Система ценностей принимает участие в установлении порядка лишь
постольку, поскольку она способствует внутренней интеграции социальных
групп. Главным же фактором социальной трансформации является доступ к
власти. Стабильность власти зависит от баланса силы. В свою очередь,
стабильность власти, основанная на балансе силы, позволяет сохранить
социальную систему, чье существование неизменно сопряжено с огромным
количеством
конфликтных
ситуаций.
Социальный
порядок
есть
определенный баланс между двумя или более относительно автономными
классами, каждый из которых обладает собственной нормативной системой.
Вследствие неравномерного распределения власти один из этих классов
является правящим. Он доминирует над остальными классами, которые,
будучи несогласными с ним, противостоят ему. Эти конфликтные отношения
содействуют прогрессивной трансформации социума, причем социальный
порядок в рамках данной трансформации предстает как временное,
преходящее явление.
Американский социолог К. Боулдинг (1910-1993) в своих трудах
(«Конфликт и защита: общая теория» и др.) предпринял попытку истолковать
конфликт как некую всеобщую категорию и тем самым создать общую
теорию конфликта. Боулдинг считал конфликт ключевым понятием,
необходимым для трактовки не только социальных и политических
процессов, но и для характеристики явлений живой природы. Сущность
социальных, биологических, химических и прочих конфликтов при этом
всегда неизменна, и в своем развитии они проходят идентичные этапы.
Социальные конфликты проистекают из стремления человека к насилию, к
борьбе с другими людьми. Чтобы общество не перешло в стадию
саморазрушения,
конфликты
необходимо
сдерживать.
Боулдингом
разработаны две модели конфликта – статическая и динамическая. Первая
строится на принципе конкуренции (экономическая подоплека теории
Боулдинга достаточна сильна), вторая – на идеях бихевиоризма, в
соответствии с которыми поведение участников конфликта представляется
как реакция на внешние стимулы, а социальный конфликт приобретает
характер совокупности «реактивных процессов» [23, с. 100].
Английский социолог Д. Локвуд (1929-2014) в работах «Некоторые
замечания о социальной системе» и «Социальная интеграция и системная
интеграция» расширил трактовку социальных конфликтов, данную Т.
Парсонсом,
отталкиваясь
от
того,
что
«…настоящий
конфликт
материального интереса и распределения силы существует и… что
нормативный порядок будет фактически «работать» так, чтобы скрыть
существующий конфликт» [6, с. 117]. Попытка Локвуда преодолеть
односторонность подхода Парсонса привела его к попытке разграничить
социальную интеграцию и системную интеграцию, которые, по его мнению,
не являются тождественными. Под социальной интеграцией он понимал
формирование принципов непосредственного социального взаимодействия
между субъектами, а под системной – «характер взаимоотношений,
устанавливающихся между частями самой социальной системы» [47, с. 375].
При этом в рамках системной интеграции социальные отношения далеко не
всегда носят упорядоченный характер.
Рекс и Локвуд считаются основоположниками неомарксистской теории
конфликта. Они позиционировали себя в качестве идеологов борьбы
английских рабочих и «белых воротничков» против капиталистов. Локвуд, в
частности, уделил особое внимание служащим-клеркам, занимающим
промежуточное положение между рабочими и социопрофессиональной
группой менеджеров. По мнению Локвуда, социальное положение клерков в
середине XX в. резко ухудшилось, что и спровоцировало их на начало
борьбы против своих хозяев.
Таким образом, в развитии западной социальной конфликтологии
можно выделить три этапа. Первый этап, совпадающий со 2-й половиной
XIX в., представлен классовой интерпретацией К. Маркса и социалдарвинистским подходом Г. Спенсера. Второй этап, заключающий в себе 1-ю
половину XX в., связан с разработкой функциональной теории конфликта Г.
Зиммеля, а также его структурно-функциональной трактовкой Т. Парсонсом.
Наконец, 2-я половина XX в. дала целый спектр подходов – позитивный
функционализм Л. Козера, «чистую» теорию конфликта Д. Рекса, общую
теорию конфликта Д. Боулдинга и, наконец, учение Р. Дарендорфа о
сущности конфликта в современном ему индустриальном обществе.
1.3 Взгляд Р. Дарендорфа на сущность социальных конфликтов
Взгляды немецкого социолога Р. Дарендорфа (1929-2009) во многом
созвучны со взглядами Г. Зиммеля и Л. Козера. Внимательно изучив труды
К. Маркса и М. Вебера, Дарендорф разработал целостное учение о
конфликте, учитывающее те изменения, которые произошли в мировом
социуме в течение XX в. Взгляд Р. Дарендорфа на сущность социальных
конфликтов предопределил трактовку им социальной стратификации и
социального порядка.
Свой основной методологический подход к изучению феномена
конфликта ученый охарактеризовал следующим образом: «Намерение
социологической теории конфликта состоит в том, чтобы преодолеть
господствующую произвольную природу необъясненных исторических
событий, выводя эти события из структурных элементов, другими словами,
объясняя определенный процесс его предвидимыми связями. Конечно, важно
описать конфликт между рабочими и хозяевами как таковой, но гораздо
важнее открыть, что такой конфликт основан на определенных социальных
структурах, и, следовательно, будет существовать всегда, пока эти структуры
существуют. Так, задачей социологии является выведение конфликта из
особых социальных структур, а не объяснение конфликта психологическими
переменными (агрессивность), или историческими описаниями (ввоз негров в
США), или случаем» [44, с. 48-49].
Таким образом, Дарендорф декларировал отказ от позитивистской
методологии изучения социальных конфликтов, облеченной в форму
структурно-функционального анализа. Он настаивал на том, что социальные
системы должны изучаться в соответствии с динамикой их перманентного
изменения.
Любой
социум является
конфликтным в силу своей
изменчивости. Конфликт является горном, в котором рождается все новое:
«Именно в конфликте находится творческое ядро всяких сообществ и
возможность свободы, а также вызов рациональному овладению и контроль
над социальными проблемами» [55, с. 10].
Характеристику конфликта как основы жизни социума Дарендорф
начал с переосмысления трудов К. Маркса и М. Вебера, интерпретировав их
в соответствии с поставленными им задачами и сделав вывод о том, что
работы этих классиков социологической мысли соответствуют теории
конфликта. Осуществляя дальнейший анализ, Дарендорф пришел к выводу,
что марксистский подход к истолкованию природы социальных конфликтов
во 2-й половине XX в. в чистом виде неприменим. Поэтому классовый
конфликт им рассматривался как частный случай группового конфликта, а
групповой конфликт – как разновидность конфликта вообще.
При этом классы выделялись Дарендорфом в соответствии с
принципом не отношения к производству и собственности, а отношения к
распределению
и
производству.
Сущность
социальных
конфликтов
коренится во властных отношениях, господстве одних и подчинении других.
Общество зиждется на нормированном поведении, однако эти нормы не
могут являться результатом простой договоренности. Нормированность
поведения предполагает существование критериальной системы оценивания
– а, следовательно, и наличие определенных структур и субъектов, от
которых зависит выбор этих критериев и которые обладают властью,
необходимой для навязывания результатов этого выбора всем участникам
общественных отношений. Отталкиваясь от этих рассуждений, Дарендорф
указывает: «Общество — значит господство, а господство — значит
неравенство» [16, с. 41]. Все общества состоят из властвующих и
подвластных.
Аналогичное
деление
присуще
всем
политическим
и
социальным структурам.
Основная
причина
конфликта
связана
с
неравенством
людей.
Неравенство может быть качественным (политическим), которое подлежит
устранению, и количественным (экономическим), устранить которое не
представляется возможным. При ликвидации качественного неравенства
количественное начинает восприниматься менее болезненно. С течением
времени политическое неравенство все более и более вытесняется
экономическим. Это привело к трансформации конфликта в условиях
индустриального общества, о которой речь пойдет ниже.
Именно создаваемое государством неравенство порождает конфликты,
которые служат средством социального прогресса, преобразуя общество и
продвигая его вперед. По этому поводу Дарендорф замечал: «Общественный
договор пишется заново с помощью социальных конфликтов. Во всяком
случае, они поставляют нам необходимые тексты и силы преобразования. С
течением времени, однако, и сами эти конфликты изменяются, так же, как
общественный договор… Возможно, классовые конфликты были всегда, но
не всегда они являлись доминирующей формой дискуссии и вряд ли вечно
будут оставаться таковой в будущем» [16, с. 44]. Конфликтам Дарендорф дал
следующее
определение:
«структурно-произведенные
отношения
противоположности норм и ожиданий, институтов и групп» [16, с. 45].
Сущность конфликтов коренится в политической сфере: борьбе за властные
ресурсы, влияние, престиж.
Непосредственной же причиной социального конфликта является
разнонаправленность интересов участников общественных отношений,
каждый из которых стремится к доминированию. В этом и заключается
сущность конфликта. Дарендорф полагал, что «картина социального мира…
представляет собой поле битвы: множество групп, борющихся друг с другом,
возникающих, исчезающих, создающих и разрушающих альянсы» [16, с. 50].
Природа социальных конфликтов является по сути своей биологической.
Природа и характер конфликта определяются характером несовпадающих
интересов, степенью их несовпадения, особенностями рефлексии участников
конфликта по этому поводу. Люди по своей природе склонны к иерархизации
социального доминирования, которая порождает социальную структуру
общества. Пытаясь ее осмыслить, Дарендорф пришел к выводу, что
общество,
выстраиваемое
на
основе
власти,
представляет
собой
«императивно координированную систему». Здесь очевидно использование в
качестве отправной точки понятие «властной системы», введенное в науку
М. Вебером. Выделенные Дарендорфом «императивно координированные
ассоциации» представляли собой, по его мнению, организации, в которых
существует «господство», которое, собственно, и порождает условия,
способствующие возникновению конфликта.
Поскольку это «господство» присуще любой организации, вопрос о
распределении политических ресурсов весьма важен для всех обществ во все
времена. Дарендорф не соглашался с Т. Парсонсом, что власть и господство
выступают в жизни общества в роли «функционально необходимых условий»
и
полагал,
что
власть
необходима
для
поддержания
целостности,
оптимальной сочетаемости социальных ценностей и норм. Разработанному
Парсонсом консенсусному подходу к анализу общества Дарендорф
противопоставил собственный подход – конфликтный. По его мнению, для
взвешенной трактовки социальных феноменов «необходима как равновесная,
так и конфликтная модель общества; и может быть, в философском анализе у
человеческого
общества
всегда
два
лица,
наделенные
одинаковой
реальностью: одно лицо – стабильности, гармонии и консенсуса, а другое –
изменения, конфликта и принуждения» [17, с. 358]. При этом особый акцент
Дарендорф делал не на интегративной, а на дезинтегративной стороне
власти, связанной с борьбой за власть, за распределение политических
ресурсов, которая и порождает столкновение интересов и совокупность
корреспондирующих ему ролевых ожиданий. Борьба за это распределение
между отдельными социальными группами на основе отстаивания своих
интересов и запускает механизм образования конфликта. Те, кто находятся в
настоящий момент у власти, стремятся к сохранению существующего
положения; те же, кто властными полномочиями не обладают, стремятся к их
перераспределению в свою пользу. Это объективная данность, которая
вместе с парсоновскими функциональными пререквизитами и обусловливает
существование общества.
Основываясь на этих соображениях, Дарендорф сделал особый акцент
на неизбежности конфликтов в жизни общества. Борьба за власть
качественно улучшает и обновляет общество, способствует социальному
прогрессу. Открытое общество К. Поппера, в представлении Дарендорфа,
является по сути своей конфликтным.
Конфликты являются неоднородным, многоаспектным феноменом.
Исходя
из
субъектов,
вовлеченных
в
конфликт,
источников
их
возникновения, масштаба и последствий Дарендорф разработал типологию
конфликтов.
В соответствии с источником возникновения конфликты делятся на: 1)
конфликты идентификации, 2) конфликты ценностей, 3) конфликты
интересов.
По социальным последствиям ученый различал следующие виды
конфликтов:
1)
безуспешные
и
успешные,
2)
конструктивные
(созидательные) и деструктивные (разрушительные).
По масштабу конфликты были разделены Дарендорфом на: 1)
глобальные, 2) мегаконфликты, 3) макроконфликты, 4) микроконфликты.
Другим вариантом классификации по данному основанию было деление
конфликтов на межгосударственные, региональные и локальные.
По форме борьбы Дарендорф различал немирные и мирные конфликты.
В зависимости от отношения субъектов конфликтов к конфликтной
ситуации конфликты делились на латентные, ложные, случайные и
подлинные.
В зависимости от обстоятельств генезиса конфликты были разделены
Дарендорфом на экзогенные и эндогенные.
Наконец, специфика тактики, используемой во время противостояния и
его разрешения, обусловила разделение конфликтов на конфликт-дебаты,
конфликт-игру и конфликт-сражение.
В противовес классикам марксизма, Дарендорф полагал, что конфликт
(«революционный
взрыв»)
происходит
не
тогда, когда
бедственное
положение угнетенных слоев населения достигает своей крайней точки («те,
кто терпит самую сильную нужду, становятся скорее апатичными, чем
активными, и беспросветный гнет порождает великое безмолвие при всех
тираниях» [16, с. 14]), а в момент создания предпосылок для грядущих
изменений, т.е. тогда, когда угнетенное население начинает чувствовать
слабость власти либо когда предпринимаются робкие шаги, ведущие к
реформам.
Классовая борьба, в XIX в. являвшаяся основой социальных процессов,
в XX в. в значительной мере уступает место консенсусу между трудом и
капиталом. В этом заключается интегративная функция конфликта.
Многочисленные соглашения между предпринимателями и рабочими,
касавшиеся продолжительности рабочего дня, социального и пенсионного
обеспечения,
урегулирования
возможных
конфликтов
и
споров,
способствовали институционализации взаимоотношений между обеими
сторонами, которая сделала невозможными прежние «классовые бои».
Конфликтные ситуации между классами возникают не потому, что одни
обладают собственностью на средства производства, а другие являются
обездоленными, а потому, что одни имеют доступ к власти, а другие – нет.
Дарендорф по этому поводу писал: «Классы – это категории людей,
занимающих одинаковое положение в структурах господства. Обычно они
либо стоят у руля, либо нет, и потому находятся между собой в конфликтных
отношениях»
[16,
с.
149].
Обладающие
властью
или
влиянием
заинтересованы в сохранении status quo ante bellum; те же, кто оттеснен от
власти, стремится в перераспределении властных полномочий в их пользу.
Хорошей иллюстрацией подобной борьбы может служить фраза из памфлета
«Что такое третье сословие?», написанной одним из известных деятелей
Великой Французской революции аббатом Э.-Ж. Сиейесом: «Что такое
третье сословие? Всё. Что оно собой представляет в политическом
отношении? Ничего. Что оно желает получить? Кое-что» [13, с. 80].
Объективные
интересы,
возникающие
по
поводу
перераспределения
политических ресурсов и властных полномочий, приводят к формированию
потенциальных
конфликтных
групп,
которые
Дарендорф
именовал
«квазигруппами», которые при возникновении определенной совокупности
условий могут приобрести статус конфликтных. Эта же совокупность
условий обусловливает характер этих групп, их комбинации, а также во
многом предопределяет результаты конфликта, который может смениться и
«социальным согласием».
Взгляды Р. Дарендорфа на сущность и смысл социальных конфликтов
нашли наиболее концентрированное выражение в его труде «Тропы из
Утопии». Этот сборник статей был составлен Р. Дарендорфом в 1967 г. и
впервые увидел свет в Мюнхене. Произведения, которые в него вошли, были
созданы в разное время и имели различное происхождение: так, статья «Путь
к эмпирической науке» объединила отрывки из рукописи «Элементы
социологии», созданной в 1962 г., статья «О возможности социологии как
эмпирической
науки»
прочитанного
в 1957
представляет
г. во
собой
переработку
Франкфуртском институте
доклада,
социальных
исследований, статья «Социальная наука и ценностные суждения» - это
рукопись доклада, представленного в 1957 г. для получения должности
доцента в Университете Саарской области. Статья «Тропы из Утопии»,
давшая
название
сборнику,
представляет
собой
рукопись
доклада,
прочитанного в Калифорнийском университете, которая первоначально была
опубликована в 1958 г.
Изначально Р. Дарендорф предполагал «представить этот сборник
статей как некое введение в теорию социологии или, конкретнее, как
промежуточный итог его [т.е. самого Дарендорфа] социологических работ».
Однако на выходе получился сборник «отчасти полемичных, отчасти
конструктивных
служивших
отстаивает
статей…
поводом
свое
к
видение
зачастую
сильно
продолжительным
общества
–
возбуждавших
дискуссиям».
внутренне
коллег
и
Дарендорф
противоречивого,
пронизанного конфликтами, непрерывно развивающегося – в противовес
умозрительным, спекулятивным теориям, утопическими по своей сути.
Абстрактное теоретизирование Дарендорф пытается вытеснить с помощью
тезиса о том, что социология должна развиваться как эмпирическая наука,
подчиненная решению конкретных насущных задач. Заметна острая критика
Дарендорфом структурного функционализма Т. Парсонса; менее ярко
выражено стремление противостоять марксистской трактовке развития
социума.
Проблематика, затрагиваемая в сборнике, весьма широка – автор
касается
статуса
социологической
социологической
трактовки
науки,
ее
взаимоположения
понятийного
индивида
и
аппарата,
общества,
недостатков структурного функционализма и марксизма, социальной
стратификации. Методологический аппарат, используемый Р. Дарендорфом,
во многом является авторским и нацелен на осознание проблем «в
обезоруживающей простоте». К. Зигрист писал по поводу статьи «Амба,
американцы и коммунисты»: «Так как одиночество Дарендорфа в отношении
определений
может
привести
к
возникновению
путаницы,
оно
не
способствует, по моему мнению, аккумуляции теоретического знания». В то
же время при изучении частных проблем ученый активно пользуется
методологическим инструментарием других ученых (так, при анализе
взаимодействия общества и индивида – категорией референтной группы,
введенной в научный оборот Р.К. Мертоном).
Работа, давшая название сборнику, является центральной статьей его
четвертой части, в которую вошли статьи Дарендорфа, написанные в рамках
«дискуссии по функционализму».
Он отталкивается от тезиса о том, что все утопии представляют собой
общества,
в
которых
отсутствуют
изменения,
где
господствуют
стабильность, бесконфликтность, непротиворечивость. Однако этот внешний
консенсус не может быть достигнут демократическим путем: диктатура
пролетариата рано или поздно перестает быть диктатурой пролетариата, но
не перестает быть диктатурой. Возможность нарушения общепринятых
правил, часто используемая в качестве литературного приема авторами
утопических произведений, немыслима на практике: в распоряжении лидеров
большое количество санкций, позволяющих расправиться с отступниками.
Все изменения в утопиях прогнозируемы и распланированы. Сами
утопические общества находятся как бы в пространственно-временном
вакууме, они изолированы от окружающей действительности. Подобный
«утопический» характер присущ, по мнению Дарендорфа, значительной
части социологических теорий. Ученый утверждает, что «новейшие
теоретические подходы фактически предполагают утопический образ
общества,
когда
к
социальным
структурам
прилагаются
категории,
характерные для неподвижных обществ» [17, с. 339], что не позволяет
развиваться социологии и, разумеется, нуждается в замене.
Всеобщий или относительно всеобщий консенсус не позволяет
появиться в системе конфликтам, тем более конфликтам серьезным и
систематическим.
Какие-либо
нефункциональные
процессы
также
отсутствуют. Размеренный институционализм большинства социологических
теорий,
основанный
на
воспроизводящихся
схемах
распределения
социальных ролей и разделения труда, придает им фактически утопический
характер. Даже введение в обиход понятия подвижного равновесия позволяет
обосновать лишь поддержание системы в положении гомеостаза. Ярким
примером подобного «утопического» подхода к интерпретации социальных
явлений служит, по мнению Дарендорфа, структурный функционализм Т.
Парсонса. Из тупика утопичности нельзя выйти с помощью формирования
теорий «среднего уровня», т.е. не столь всеобъемлющих, как структурный
функционализм. Выходом из ситуации может служить лишь обращение к
эмпирического материалу, переживание его, удивление им, беспокойство по
поводу его. Бесконечно твердить общие места методологии бессмысленно,
нужно ориентироваться на конкретные насущные проблемы. Умозрительное
же моделирование научного дискурса не приближает к решению вопросов, а,
напротив, отдаляет от него.
В пятой части сборника «Тропы из Утопии» дается конструктивный
анализ причин неравенства между людьми и раскрываются различные
аспекты
неравенства.
Неравенство
обусловливает
возникновение
столкновений и конфликтов, которые, в свою очередь, запускают механизм
социальных
изменений.
неравенства
–
господства.
Дарендорф
проблематику
выделял
классовой
два
структуры
основных
и
аспекта
проблематику
Статья
«Амба,
универсальности
американцы
господства»
и
коммунисты.
посвящена
К
предпосылкам
тезису
об
социальных
конфликтов. Характеризуя взгляд на господство как на универсальную
категорию, Дарендорф рассматривает исторически сложившиеся подходы, в
рамках которых категории господства противопоставляются категории
социального (общинного) организма, товарищества и рыночного строя. В
качестве примеров, иллюстрирующих данные подходы, он избирает
африканское племя амба, коммунистов и американцев.
В
племени
амба
власть
принадлежит
старейшинам
деревень.
Отсутствие самоуправления в масштабах всего племени обусловлено
брачными обычаями – в жены берут девушек не из своей деревни, а из
соседних, что приводит к специфическим взаимоотношениям между
деревнями (как дружественным, так и враждебным), препятствующим
политической централизации. Необходимое единство достигается в основном
за счет общей культуры.
Американская система власти основана на влиянии экономических
лидеров, а также амбициях военных и политиков. Властное влияние основано
в первую очередь на амбициях. Аморфная структура господства приводит к
административной
децентрализации,
которая
производит
внешнее
впечатление того, что общество управляется само по себе, без властного
вмешательства руководства.
В коммунистической теории необходимость существования власти в
обществе, перешагнувшем порог, отделяющий капитализм от коммунизма,
отрицается. Власть есть насилие одного класса над другим; в бесклассовом
обществе, где управление производством находится в руках ассоциации
индивидов, политическая власть утрачивает свой характер, и ему на смену
приходит свободная ассоциация. С другой стороны, Маркс отмечал
возможность существования «чистой администрации», чуждой каких-либо
материальных устремлений и представлявшей собой рафинированную до
предела бюрократическую машину. Поскольку дальнейших изменений не
предвидится, подобный подход являет собой сознательно освобожденную от
потенциальных конфликтов метафизическую утопию.
Дарендорф приходит к выводу, что «отсутствие правителей» не
означает «отсутствие господства» как такового.
Статья «Современное положение теории социальной стратификации»
посвящена объяснению неравенства распределения. Дарендорф указывает на
то, что существуют различные типы неравенства – индивидуальные и
социальные. В свою очередь, социальный тип неравенства делится на
видовой (неравенство между мужем и женой) и ранговый (неравенство
между мастером и подмастерьем, между священником и мирянином).
Ранговое неравенство по своей природе может быть транзитивным
(обусловленным зависимостью либо местом в социальной иерархии) либо
интразитивным (неравенство между врачом и крестьянином, находящихся в
различных системах социальных координат). Причины расслоения Маркс
усматривал в распределении собственности, Парсонс – в оценивании
дифференцированных позиций, Дэвис и Мур – в различиях функциональных
значений позиций, Тумин и Ронг – в господстве и т.п. Сам Дарендорф
полагал, что «расслоение есть результат неодинакового распределения
позиций по отношению к господствующим ценностям, то есть к санкциям,
которые грозят структурными отклонениями» [17, с. 466].
В прочих статьях пятой части Дарендорф касается различных аспектов
неравенства. Так, в работе «О происхождении неравенства между людьми»
он выделяет четыре формы неравенства: естественное разнообразие,
естественная неравноценность, социальная дифференциация, социальная
стратификация [17, с. 485].
Дарендорфом сформулированы следующие тезисы:
1) смысл социальных конфликтов заключается в поддержании
изменений как в обществе в целом, так и в его частях;
2)осознание
последствий
социальных
конфликтов
может
быть
достигнуто с помощью их соотнесения не с конкретными изменениями
социальной системы, а с историческим развитием человеческого сообщества;
3)конфликт жизненно необходим в качестве одного из основных
факторов социальных изменений. Отсутствие, подавление или мнимое
разрешение конфликтов влечет за собой замедление прогрессивных
изменений социума либо их искажение;
4)признание
и
институционализация
социальных
конфликтов
обеспечивает положительную динамику общественного развития;
5)конфликты являются жизненным элементом социума;
6)конфликты
представляют
собой
структурно
обусловленные
отношения противоречия между нормами и ожиданиями, социальными
институтами и социальными группами;
7)конфликты не должны носить насильственный характер;
8)конфликты могут принимать скрытую либо явную, мирную либо
немирную, сглаженную либо обостренную форму;
9)развитие
любого
общества
влечет
за
собой
возникновение
антагонистических отношений, которые не могут быть устранены волевым
решением;
10)противоречия между различными социальными ролями, слабое
сочетание различных социальных норм, неустранимые противоречия
конфессионального и культурного характера, социальное расслоение и
политическое неравенство порождают конфликтную модель социума;
11)конфликты
не
влекут
за
собой
социальные
изменения
автоматически, а являются лишь одним из порождающих эти изменения
факторов. Их влияние может быть выявлено лишь в рамках исторического
развития социума;
12) в условиях неопределенности бытия конфликт обеспечивает
надежду на улучшение жизни;
13) конфликты и противоречия обусловливают смысл человеческой
жизни;
14) соответствие социальных ролей нормам и фактическим ожиданиям
позволяет дать оценку наличному состоянию социальной стабильности;
15) проблемы, связанные с социальным поведением, могут быть
охарактеризованы как конфликт социальных ожиданий и предписываемых
социальных ролей.
Каждый конфликт, по мнению Р. Дарендорфа, независимо от
количества участников представляет собой отношение двух биполярных
элементов,
сталкивающихся
по
поводу
борьбы
за
политическое
доминирование. Даже если в ходе развертывания конфликта появляется
большое количество его независимых участников, логика противостояния
предопределяет их деление на две коалиции. В случае нарушения
биполярности
она
спустя
определенное
время
автоматически
восстанавливается. Разнообразные комбинации двух критериев – «диапазона
социального единства, внутри которого существует конфликт», и рангов
элементов, задействованных в конфликте, - в совокупности образуют 15
видов конфликтов [18, с. 141-142].
Реальное, а не теоретическое, описание социального конфликта по
сути своей сводится к описанию порождающих его социальных условий.
Ролевые ожидания участников конфликта являются разнонаправленными в
силу того, что одни из них стремятся сохранить существующее положение,
другие же – изменить его. По мнению В.А. Семенова, «в таком случае
поведение
«действующего
лица»,
занимающего
определенную
роль,
основывается на его личностных характеристиках, что возвращает нас к
либеральной
идее
обоснования
социального
порядка
на
основе
индивидуального выбора, ставя под сомнение саму возможность каких-либо
теоретических построений, поскольку в этом случае каждое действие
оказывается
уникальным,
характер» [45, с. 50].
и
взаимодействие
приобретает
случайный
Таким образом, в представлении Р. Дарендорфа конфликт вызывается
не экономическими причинами, а отношениями власти и подчинения,
борьбой людей за властные ресурсы. Конфликты невозможно ликвидировать
полностью, ибо они позволяют обществу двигаться вперед, развиваться.
Бесконфликтное общество есть недостижимая утопия, стремление к которой
нанесет социуму непоправимый ущерб. Людям необходимо научиться
использовать положительный потенциал конфликтов в своих интересах,
поэтому конфликты не нужно подавлять, но необходимо научиться
управлять ими.
Глава II. Теория социального конфликта Р. Дарендорфа
2.1 Основные элементы теории социального конфликта Р. Дарендорфа
Социальным конфликтом, по мнению Р. Дарендорфа, является любое
отношение
между
субъектами
общественных
отношений,
которое
характеризуется объективными (латентными) либо объективными (явными)
противоположностями [16, с. 10]. Основное внимание ученый уделял
структурным конфликтам – одному из виду социальных конфликтов. Он
полагал, что конфликт в своем развитии проходит три стадии, связанные с
оформлением конфликтных групп.
Первая стадия представляет собой исходное состояние структуры
(«выявленный каузальный фон определенного конфликта» [18, с. 142]).
«Каузальный фон» в данном контексте представляет собой начальное,
исходное состояние социальной структуры. На этом этапе создаются
предпосылки социального конфликта, выражающиеся в начале оформления
будущих конфликтных групп, которые пока еще представляют собой
неоформившиеся общности, так называемые квазигруппы. Члены квазигрупп
уже обнаруживают совпадение своих позиций, однако их организационное и
целевое единство в рамках первой стадии отсутствует, а конфликтные
интересы носят латентный характер.
Вторая
стадия
(осознанием)
связана
латентных
квазигруппами
статуса
с
непосредственной
интересов,
фактических
кристаллизацией
приобретением
конфликтных
конфликтными
групп.
Конфликт
стремится вырваться наружу, перейти к непосредственной «артикуляции».
Как правило, эта стадия не является продолжительной. Ролевая структура
здесь переходит в ролевое поведение, и эти два понятия оказываются тесно
связанными, переплетенными друг с другом.
Для
кристаллизации
необходимо
достижение
совокупности
определенных условий – так называемых «условий организации». По этому
поводу Дарендорф писал: «Чтобы конфликты проявились, должны быть
выполнены
определенные
материальные),
коммуникация)
технические
социальные
и
политические
(личные,
идеологические,
(систематическое
рекрутирование,
(свобода
условия.
коалиций)
Если
отсутствуют некоторые или все из этих условий, конфликты остаются
латентными, пороговыми, не переставая существовать» [18, с. 143].
Третья стадия представляет собой собственно сформировавшийся
конфликт. Он связан со столкновением между обладающими идентичностью
сторонами
или
элементами:
нациями,
политическими
партиями,
социальными группировками. В том случае, если таковая идентичность
отсутствует либо проявляется слабо, конфликт может быть охарактеризован
как неполный.
Провести четкую границу между перечисленными выше стадиями
конфликта не всегда возможно. Конфликт может развиваться как плавно, так
и галопирующими темпами, быстро проходя первые две стадии и достигая
фазы акме.
Элементы социального конфликта, как полагал Дарендорф, коренятся в
самой структуре обществ, обусловленной отношениями господства и
подчинения. Перманентное существование политической, религиозной,
идеологической,
культурной
оппозиции
предопределяет
перерастание
существующих противоречий по мере их обострения в конфликты той или
иной степени остроты. Формы, которые может принять социальный
конфликт,
обусловлены
конкретно-историческими
обстоятельствами:
«Конфликты между правительством и оппозицией выглядели в Венгрии в
1956 г. иначе, чем в Великобритании; отношения между Германией и
Францией в 1960 г. иначе, чем в 1940-м; отношение немецкого общества к
национальным и религиозным меньшинствам было в 1960 г. другим, нежели
в 1940-м» [18, с. 143].
Дарендорф полагал, что ключевыми характеристиками социальных
конфликтов, которые предопределяют их форму, являются интенсивность и
насильственность. Степень насильственности зависит от выбора средств, с
помощью которых стороны конфликта намерены отстаивать свои интересы.
Характер
средств
позволяет
градуировать
шкалу
насильственности
конфликта. На одном полюсе находятся война, гражданская война и
вооруженная борьба в целом, на другом полюсе – беседа, переговоры,
дискуссии.
Поле
между
этими
полюсами
заполняют
забастовки,
конкуренция, угрозы, демарши, ноты протеста, ультиматумы, драки и т.п.
Степень интенсивности конфликтов определяется их значением для
участников. Чем большую значимость имеет исход конфликта для
противоборствующих сторон, тем степень интенсивности выше. Дарендорф
иллюстрирует этот тезис следующим примером: какие бы жаркие дебаты ни
разыгрывались по поводу выбора председателя футбольного клуба, этот
конфликт не может сравниться по степени интенсивности с конфликтами
политической или экономической природы, от исхода которых зависит не
только благосостояние людей, но и само их физическое существование.
В свою очередь, в качестве факторов, детерминирующих ту или иную
степень насильственности и интенсивности конфликтов, выступают условия
организации конфликтных групп, социальная мобильность, социальный
плюрализм, а также регулирование конфликтов.
Условия организации конфликтных групп (или так называемого
манифестирования
конфликтов)
Дарендорфом
трактуются
весьма
своеобразно. По его мнению, осуществление полной манифестации есть шаг
в сторону ослабления конфликта (т.е. условия для нее есть, но сама
возможность организации отсутствует ввиду наложения правительственного
запрета). Именно официально непризнанные конфликтные группы обладают
наибольшей деструктивной силой: их деятельность носит импульсивный,
взрывной характер, априори не может протекать в легальных рамках и по
этой причине является непредсказуемой. Революция, как правило, является
результатом деятельности запрещенных конфликтных групп. Такой же
характер носят и партизанские войны, и индустриальные конфликты,
имевшие
место
быть
до
начала
легализации
профсоюзов.
Начало
манифестирования конфликта означает первый шаг в сторону его
регулирования, которое позволит предотвратить дальнейшее углубление
противоречий и эскалацию противостояния.
Социальная мобильность выступает в качестве фактора, ослабляющего
конфликтогенный потенциал общества. Чем выше мобильность – тем слабее
почва для возникновения конфликтов. Возможность сменить обстановку
(эмигрировать), занять другую социальную нишу способна погасить
конфликт в самом его начале. Если такая возможность отсутствует и человек
вынужден находиться в дискомфортных условиях существования – конфликт
неизбежен. В том же случае, если сглаживание каких-либо различий,
вызывающих
конфликты,
объективно
затруднено
или
невозможно
(невозможно изменить возраст, национальность, очень сложно – сменить
религиозную
принадлежность),
конфликт
приобретает
практически
перманентный характер. Однозначная самоидентификация человека с
конкретной социальной позицией порождает его устойчивую привязанность
к определенным интересам, что, в свою очередь, приводит к интенсификации
конфликта.
Социальный плюрализм, в трактовке Дарендорфа, предстает как
«напластование или разделение социальных структурных областей» [18, с.
144].
Большое
количество
существующих
в
каждом
обществе
институциональных порядков, пересекаясь тем или иным образом, дает на
выходе весьма сложную комбинацию. Она отражается и на характере
конфликтов: некоторые конфликтные ситуации, накладываясь друг на друга,
приобретают многоуровневую структуру, причем эти уровни смещаются
друг относительно друга, какие-то из них сохраняют взаимосвязь, какие-то –
начинают автономное существование.
Если
в
обществе
существует
плюрализм, то появляется возможность для развития конфликтов в рамках
нескольких автономных областей, что способствует их сглаживанию и
угасанию. В случае критического напластования конфликты приобретают
сложный, затяжной характер, и конструктивное их разрешение становится
крайне затрудненным. Такой же эффект оказывает и доминирование какойлибо группы во всех сферах общественной жизни – стремясь максимально
полно удовлетворить свои интересы, она усугубляет и затягивает конфликт.
Существует три основных способа регулирования конфликта: 1)
подавление, 2) отмена
(с
помощью
ликвидации
противоречия),
3)
регулирование.
Наиболее предпочтительным способом борьбы с конфликтами, по
мнению Дарендорфа, является их регулирование. Силовой способ борьбы
(подавление) не только аморален, но и неэффективен. Он стремится гасить
конфликт, загоняя его причину вовнутрь, что не может быть названо
рациональным решением (ибо новое обострение неизбежно произойдет рано
или поздно, причем в гораздо более злокачественной форме, чем прежде), и
одновременно порождает новые конфликты в других сферах. Иллюзорны и
попытки так называемой «отмены» конфликтов путем полной ликвидации
противоречий. Диалектика развития социума такова, что в нем периодически
возникают очаги напряженности, которая, разрешаясь со временем,
способствует движению вперед. Поэтому планы построить бесклассовое
общество, лишенное внутренних противоречий, априори обречены на
провал.
Альтернативой прекращению конфликтов Дарендорф считал их
регулирование. Оно становится возможным благодаря достигнутой в XX в.
институционализации конфликтов, способствующей стабилизации системы
власти. Поскольку конфликты порождаются не экономическими причинами,
а доступом к власти либо его отсутствием, «решение этих конфликтов внутри
существующих институциональных рамок (институциональной системы)
каким-то образом может быть найдено» [6, с. 115]. Благодаря грамотной
политике регулирования конфликты в значительной степени утрачивают
насильственную окраску и за счет своей творческой силы превращаются в
конструктивный элемент социальной политики. Ключевым принципом
регулирования
конфликтов
выступает
признание
их
неизбежности,
оправданности и целесообразности всеми участниками общественных
отношений. Далее следует легализация конфликтов путем их манифестации
(провозглашения их неотъемлемой частью жизни социума, вывод из тени).
Вслед за отказом от устранения причин, порождающих конфликты, идет
выработка правил и норм поведения, которые должны позволить ослабить
негативное
воздействие
конфликтов
на
общество:
«…
участники
соглашаются на известные «правила игры», в соответствии с которыми они
желают разрешат свои конфликты… «Правила игры», типовые соглашения,
конституции, уставы и т.п. могут быть эффективны только в случае, если они
с самого начала не отдают предпочтения одному из участников в ущерб
другому,
ограничиваются
формальными
аспектами
конфликта
и
предполагают обязательное канализирование всех противоположностей» [18,
с. 146]. К числу инструментов, позволяющих осуществить урегулирование
конфликта, Дарендорф относил переговоры, посредничество, арбитраж и
обязательный арбитраж – процедуры, нашедшие широкое применение в
рамках
урегулирования
международных
споров
и
закрепленные
в
международном публичном праве.
Переговоры предполагают учреждение некоторого органа, который
способен содействовать регулярным встречам конфликтующих сторон с
целью обсуждения возможных путей, средств и методов урегулирования
конфликта.
Посредничество предусматривает вмешательство в конфликт третьей
стороны,
которая
стремится
привести
конфликтующие
стороны
к
добровольному соглашению, завершающему конфликт.
Арбитраж представляет собой обращение конфликтующих сторон к
помощи третьей стороны, не участвовавшей в конфликте. При этом решения
арбитра могут носить как обязательный, так и рекомендательный характер.
Подвести итог обзора элементов теории социального конфликта Р.
Дарендорфа лучше всего словами самого ученого: «…конфликты не
исчезают путем их регулирования. Там, где существует общество,
существуют также конфликты. Однако формы регулирования воздействуют
на насильственность конфликтов. Регулируемый конфликт является в
известной степени смягченным: хотя он продолжается и может быть
чрезвычайно интенсивным, он протекает в формах, совместимых с
непрерывно изменяющейся социальной структурой. Возможно, конфликт
является отцом всех вещей, т.е. движущей силой изменений, но конфликт не
должен быть войной и не должен быть гражданской войной. Пожалуй, в
рациональном обуздании социальных конфликтов заключается одна из
центральных задач политики» [18, с. 146-147].
2.2 Конфликтная модель индустриального общества в трудах Р.
Дарендорфа
Отталкиваясь от тезиса Т. Парсонса о том, что непосредственный опыт
не позволяет создать адекватную картину социальной реальности, Дарендорф
пришел к выводу, что не существует какой-либо одной теории, которая
позволила бы объяснить всю совокупность социальных явлений. Одним из
способов интерпретации многообразной жизни социума, не претендующим,
впрочем, на всеохватность, являлась, по его мнению, конфликтная модель, в
рамках которой делался акцент на балансе дисфункций и насилия, с одной
стороны, и функции, и согласия, с другой стороны.
По мнению Р. Дарендорфа, «диалектика власти и сопротивления и есть
движущая сила истории» [351, с. 93]. Он полагал, что «современный
социальный конфликт связан с всеобщими гражданскими правами в мире все
более разнообразных и богатых шансов выбора. Конфликт этот основан на
социальной принадлежности, разрешается на политической арене и имеет
множество обликов, сформированных конкретными культурными условиями
и историческими ситуациями» [16, с. 143-144]. В основу конфликтной
модели индустриального общества Р. Дарендорфа легли кризисные
процессы, присущие современному ему буржуазному обществу, что было
особенно заметно на примере ФРГ, перешедшей в конце 1950-х гг. от
«экономического чуда» к замедленным темпам экономического роста.
Протестуя против самоуспокоения, шедшего от тех политических деятелей и
экономистов, которые идеализировали «удобное движение под гору» и
акцентировали внимание на задаче превращения ФРГ в «нивелированное
общество». По мнению Дарендорфа, эта идиллическая картина – «картина
гармонии, интеграции, разумной и правильной действительности» [17, с. 158]
– была в корне неверной. Выступал он и против односторонне трактуемого
технического прогресса, который может привести к непредсказуемым
последствиям.
Дарендорф
полагал,
что
множество
действовавших
в
рамках
общественной жизни сил может быть однозначно интегрировано лишь с
помощью конфликта. Конфликт при этом имеет статус «основополагающего
элемента всего бытия» [16, с. 57]. Общество рождается не потому, что люди
заключают какой-либо договор, а потому, что между ними начинается
борьба,
которая
и
создает
систему
социальных
связей.
Процесс
общественного развития приобретает вид триады «принуждение – конфликт
– изменение», причем главным звеном этой триады является именно
конфликт. Общества отличаются друг от друга «…не по тому, что в одних
обществах конфликты есть, а в других их нет. Общества различаются по силе
и интенсивности конфликтов» [16, с. 60]. Само создание общества
происходит «не посредством консенсуса, а с помощью принуждения, не
через всеобщее согласие, а путем контроля одних над другими» [17, с. 357].
Конфликт превращает скопление людей в социум и выступает по отношению
к нему в качестве «плодотворного и творческого начала» [15, с. 70]. Именно
принуждение формирует социокультурный облик общества: от него зависит
то, какие «…значимые ценности в каждый конкретный момент являются
господствующими, а не всеобщими, утверждаемыми насилием, а не
общепринятыми» [17, с. 357]. Принуждение неизменно выступает в качестве
основы социального конфликта – точно так же, как и конфликт, в свою
очередь, служит необходимым элементом жизни социума. Дарендорф резко
критиковал концепции, в которых конфликтогенные устремления участников
социальных отношений трактовались как проявления индивидуальнопатологических черт, обусловленных расстройством психики. Конфликт –
это не исключение из правил жизни общества, а главное из этих правил.
Целостная
модель
современного
социального
конфликта
была
разработана Р. Дарендорфом в работе «Современный социальный конфликт.
Очерк политики свободы», которая впервые увидела свет в 1988 г. Вскоре, в
1989-1990
гг., она была подвергнута существенной переработке и
расширению с учетом тех изменений, которые произошли в Восточной
Европе («бархатные революции»).
Главной целью работы является раскрытие сущности современного
социального
конфликта
обеспечением,
в
как
котором
«анахронизма
ценности
между
правами
и
их
гражданского
общества
и
их
экономическое наполнение зачастую расходятся между собой» [27]. При
этом в качестве первоочередных задач очерка Дарендорфом были
поставлены выявление основы конфликтов в современном обществе и
прослеживание их исторической эволюции.
Главная социальная проблематика, затрагиваемая в работе, связана с
«конфликтной
парадигмой»
либерального
общества.
Дарендорф
рассматривает вопросы взаимоотношений «среднего класса» с маргинальным
меньшинством, проблему заключения нового общественного договора,
закрепляющего либеральные ценности, борьбу либеральных устремлений
благополучного «класса большинства» с радикальным фундаментализмом
аутсайдеров,
задачу
создания
обновленного
гражданского
общества.
Методология, используемая в работе, в первую очередь обусловлена
диалектическим подходом к трактовке социальных конфликтов, отличным от
их классовой интерпретации. Кроме того, Дарендорфом была задействована
и неопозитивистская методология, которую он активно пропагандировал.
В
работе
«Современный
социальный
конфликт»
Дарендорф
анализирует механизм социальных революций, который, по его мнению,
запускается в результате случайной искры надежды или раздражения,
влекущих за собой взрыв. Этот взрыв дает выход энергии конфликта,
накопленной за десятилетия и века неуклонно обострявшейся конфронтации.
Однако революция, дарующая людям лишь иллюзию свободы, как правило,
заканчивается всеобщей несвободой. Отталкиваясь от данного тезиса,
Дарендорф
дает
развернутую
критику
марксизма.
Революции,
«запрограммированные» в учении Маркса, на самом деле – плод случайного
стечения обстоятельств, подобный буре или землетрясению. Вместе с тем обе
части теории Маркса – социально-политическая и социально-экономическая
– содержат в себе ключ к осознанию сущности современного социального
конфликта. Дарендорф вступает в полемику с К. Марксом и его
последователями в первую очередь по поводу «историцизма» марксизма, под
которым он вслед за К. Поппером понимал догматизацию аналитических
понятий, подмену ими действительности. Каждая историческая эпоха
сопряжена
с
противостоянием
двух
классов,
один
из
которых
(господствующий) возникает сразу, а другой (угнетаемый) складывается
постепенно. По мере набора сил последним противостояние обостряется;
«затем следует решительный бой, и революционный переворот завершает
эпоху. Прежний правящий класс отправляется на свалку истории; прежний
угнетенный класс занимает его место как новый правящий» [16, с. 31]. В
свою очередь, классовое противостояние направляется определенными
социальными силами. Господствующие классы стоят на страже сложившихся
в обществе «производственных отношений», в то время как классы
угнетенные, «со своей стороны, черпают силы в новых «производительных
силах». К ним относится все то, что имеет будущее и стимулирует
преобразования: новые технологии, новые организационные формы, новые
правила игры и новые коноводы этой игры» [16, с. 32]. Разрешение
непрерывно обостряющегося конфликта между несоответствующими друг
другу производительными силами и общественными отношениями и
выливается в социальную революцию.
По мнению Дарендорфа, концепция Маркса прекрасна, но утопична.
Понятие «производительные силы» является совершенно бессмысленным, а
утверждение о том, что политические силы могут действовать от имени этих
«производительных сил», представляет собой ни на чем не основанную
догму. Революция происходит не тогда, когда условия жизни угнетенных
масс достигли точки пессимума (ибо в этом случае эксплуатируемые
находятся в состоянии смирения и апатии), а, как указывал Дарендорф, в тот
момент,
когда
проскакивает
искра
надежды
или
недовольства.
Взаимоотношение экономической и политической сфер носит, как полагал
Дарендорф, гораздо более сложный характер. Он предлагал рассматривать
данное взаимоотношение как проблему взаимовлияния гражданских прав,
создаваемых в политической сфере, с возможностью экономического
обеспечения этих прав. Они далеко не всегда тождественны: «партия прав»
борется с «партией обеспечения». Таким образом, жизнь современного
социума
оказывается
сопряженной
с
различными
комбинациями
взаимодействия политики и экономики. При этом политика не подчиняется
экономической сфере, а сохраняет обособленность и независимость.
Казуальная взаимообусловленность явлений, присущая традиционному
обществу, в XX в. уступает место торжеству либеральных идей. В качестве
ключевой ценности общества выступает свобода, основывающаяся на
демократии, рыночной экономике и гражданском обществе. Особое
внимание Р. Дарендорф уделял гражданскому обществу, которое позволяет
обеспечить сохранность свободы: «Без структур гражданского общества
свобода остается тростинкой на ветру» [16, с. 52]. Завершается книга
патетическим призванием к молодежи 1990-х гг.: «Ради Бога, делайте чтонибудь! Делайте что-то, что имеет значение, поскольку доставляет
удовольствие вам и важно для других. В нашем несовершенном мире дел
хватает. Делать что-то означает и делать что-то в свободной ассоциации с
другими. Это приводит нас в пестрый мир добровольных объединений и
организаций, а затем и к автономным институтам. Следовательно – к
гражданскому обществу. Оно – питательная среда для жизни, наполненной
смыслом и значением, для осуществленной свободы» [16, с. 270].
Мыслитель поддерживает концепцию общественного договора, однако
в его трактовке она существенно отличается от гоббсовского или
руссоистского подходов. По мнению Дарендорфа, в силу перманентности
социальных конфликтов каждое поколение вынуждено заключать новый
общественный договор, в условиях которого фиксируются результаты
очередных этапов социальных завоеваний. В эпоху Нового времени
предметом социальной трансформации являлись гражданские права, а
основным инструментом их приобретения – классовая борьба, источником
же конфликтов служили существовавшие социальные структуры, которые
постепенно теряли свой традиционный характер. Постепенно гражданские
права переходили из юридической плоскости (ликвидация форм личной
зависимости, сословной принадлежности и т.п.) в политическую, а затем и в
социальную. Соответственно этому в условиях распространения свободы
классовые конфликты теряли свою былую остроту, смягчаясь как по форме,
так и в отношении методов. Трансформация социальной структуры прошла в
своем развитии два этапа: сначала расслоение утратило кастовый (сословный
характер), затем возникло общество, свободное от каких-либо ограничений
гражданских прав. В европейских государствах и США стал активно
формироваться средний класс, существование которого обеспечивало
обществу надлежащую стабильность. Вместе с тем средний класс тяготеет к
укреплению собственных границ, защищающих его от посягательств со
стороны
чужаков,
размывания
за
счет
проникновения
чуждых,
нежелательных элементов. За счет этого формируется категория «класса
меньшинства», в который попадают все те, кто не удостоился зачисления в
«средний класс». Это почти исключительно маргиналы – люмпены,
безработные и прочие парии. Подобная сегрегация способствует замене
либерализма на фундаментализм, который, по мнению Дарендорфа,
«означает, что принадлежность к определенной группе придает человеку
ауру избранности [16, с. 206]. Меньшинству в такой ситуации остается лишь
вступить на путь сепаратистских устремлений либо начать борьбу за
распространение всей полноты гражданских прав и на них, подобно тому,
как это делали плебеи в Древнем Риме. Рассуждая о столкновении
либерализма с фундаментализмом, Дарендорф демонстрирует устойчивую
приверженность либерализму: «Партия либералов по-прежнему является
наилучшим инструментом для будущего прогресса – если бы только у нее
были сильное руководство и правильная программа» [16, с. 231]. В
результате заключения нового общественного договора, к которому
стремятся либералы, будет создано развитое гражданское общество,
обеспеченное сильной конституцией.
В постиндустриальную эпоху, сопряженную с безработицей, труд
превращается из обременительной обязанности даже не в право, а в роскошь.
За несколько лет до написания «Современного социального конфликта»
появились «яппи», превратившие свой трудоголизм в предмет гордости и
средство возвышения над окружающими. В то же время, происходит отрыв
гражданских прав от профессионального статуса человека.
В возникновении современного социального конфликта, как полагал
Дарендорф, низший класс не принимает никакого участия – его уделом
является апатия, летаргический сон. Классические классовые конфликты,
связанные с организованным противостоянием рабочих и буржуазии,
неумолимо уходят в прошлое. Это обусловлено тотальным доминированием
«класса большинства» во всех сферах жизни общества и размытостью,
неупорядоченностью «класса меньшинства». На смену «классовым войнам»
приходит индивидуализированный социальный конфликт, вследствие чего
происходит «деклассация» социальных конфликтов. Акции протеста,
предпринимаемые время от времени, носят случайный характер и не
превращают
отношения
между
большинством
и
меньшинством
в
перманентные классовые бои. Образующиеся протестные группировки
имеют сегментированный вид и не имеют шансов перерасти в классовые
партии. Меняется и сама сущность противостояния: «Индивидуальная
мобильность заступает на место классовой борьбы» [16, с. 62]. По мнению
Дарендорфа, в качестве поводов для социальных конфликтов в современном
ему обществе выступали гражданский статус людей (обусловленный уже не
юридическим неравенством прав, а различными возможностями для их
реализации, вытекающими из социального, экономического и политического
неравенства субъектов) и их жизненные шансы. Низший класс вследствие
доминирования идеологии индивидуализма слишком разобщен, чтобы
создать собственную партию, и, в отличие от пролетариата XIX – начала XX
в., неспособен на ведение коллективной формы борьбы. Дарендорф приходит
к выводу, что современный социальный конфликт может принимать форму
не только революции или классовой борьбы, но и возникающей вследствие
«корпоративистского извращения демократической классовой борьбы» [45, с.
59] аномии – потери нравственных ориентиров в результате конфликта
между общественными ценностями и личностными качествами, влекущего за
собой массовую утрату доверия к социальным нормам и возникновение
привычного беззакония. Более предпочтительной формой разрешения
конфликта выступают личная социальная мобильность – прямое следствие
господства индивидуализма и создания «открытого общества». Личная
социальная мобильность способствует приобретению жизненных шансов.
Расширение гражданского статуса смягчает социальное неравенство и
обеспечивает человека жизненными шансами. Разработанная им «концепция
жизненных шансов» способствовала некоторой корректировке более ранних
представлений ученого о сущности социальных конфликтов и их роли в
жизни общества. Так, свои взгляды на конфликт, нашедшие выражение в
работе «Класс и классовый конфликт в индустриальном обществе»,
Дарендорф впоследствии характеризовал как «весьма формальный и мало
что говорящий о субстанции конфликта или о направлении изменения» [17,
с. 61]. «Концепция жизненных шансов» позволяла переосмыслить сущность
социальных конфликтов, которые, как полагал Дарендорф, чаще всего
связаны с завоеванием или отстаиванием жизненных шансов.
«Жизненные шансы» Дарендорф представлял в виде возможностей для
индивидуального
структурами,
развития,
порождаемых
своеобразными
различными
«матрицами»
социальными
человеческого
поведения,
позволяющими выстроить их индивидуальную для каждого траекторию в
соответствии с заданными «правилами игры».
Жизненные шансы тесно связаны с опциями и лигатурами. Так
называемая «функция опций и лигатур», как полагал Дарендорф, появляется
в обществе эпохи модерна. В ее рамках опции представляют собой
отдельные «специфические комбинации прав и их обеспечения», а
литературы – «глубинные культурные связи, позволяющие людям найти свой
путь в мире опций» [16, с. 34-35], своеобразную систему координат, которая
позволяет придать смысл опциям. Жизненные шансы имеют двойную
функцию: с одной стороны, они выражают решаемую опциями задачу связи
прав с их обеспечением, с другой стороны – систему сложившихся в
реальном обществе опций и лигатур.
Таким образом, работа «Современный социальный конфликт. Очерки
политики свободы» представляет собой интересный вариант либеральной
теории конфликта. В его рамках представлена трактовка политических
событий XX в. и осуществлен ряд прогнозов на будущее.
Базовой
«Современный
категорией,
социальный
используемой
конфликт»,
Р.
Дарендорфом
является,
в
работе
разумеется,
сам
социальный конфликт, рассматриваемый в максимально широком контексте,
учитывающем исторический процесс, события мировой политики, а также
интерпретацию конфликта в рамках диалектического материализма К.
Маркса. По мнению Дарендорфа, современный социальный конфликт между
классом большинства и низшим классом не идет ни в какое сравнение с
организованным конфликтом между буржуазией и рабочим классом.
В работе «Современный социальный конфликт. Очерки политики
свободы» Дарендорф активно оперирует терминами «опции» и «лигатуры»,
введенными им в оборот еще в 1979 г. в книге «Жизненные шансы». Под
«опциями» он в 1979 г.
понимал «данные в социальных структурах
возможности выбора, альтернативы деятельности». В работе «Современный
социальный конфликт» Дарендорф отказался от этого определения, которое
он счел чересчур общим, и предложил считать опциями «отдельные
специфические комбинации прав и их обеспечения». «Лигатурами» он
называл «глубинные культурные связи, позволяющие людям найти свой путь
в мире опций». Собственное определение Дарендорф дает и аномии, под
которой он понимал «социальное состояние, при котором нарушение норм не
влечет за собой наказания».
Как отмечалось выше, Дарендорф указывал, что со временем
количественное (экономическое) неравенство между людьми становится
менее значимым, чем качественное (политическое). В своей работе «Класс и
классовый конфликт в индустриальном обществе» ученый предложил новое
видение класса, основанное не на собственности на средства производства, а
на власти. Как отмечают И.П. Шевель и В.С. Казаков, «в тот момент, когда
жизненные шансы оказались несвязанными с правами или перестали
обуславливаться ими (точнее, неравенством прав), а лишь связанными с их
обеспечением, конфликт принял новую форму» [58, с. 42]. Конфликт
проходит по линии обладания/необладания властью. В 1943 г. Д. Андерсоном
и П. Дэвидсоном был введен новый термин для обозначения этой формы
борьбы – «демократическая классовая борьба». Позже французский
политолог Р. Арон стал именовать эту форму борьбы «здоровым
соперничеством». По мнению Дарендорфа, конфликт сохраняется, однако
приобретает
цивилизованную
(«институционализированную»)
форму.
Современное общество не стремится к уничтожению различий между
людьми, ибо эти различия не приобретают деструктивного характера, а
протекают в рамках, строго определенных правовыми рамками и стоящими
на их защите политическими институтами. Л. Козер называл такие
конфликты
полностью
институционализированными
или
высокоинституционализированными [25, с. 187].
По
мнению
Дарендорфа,
индустриальное
общество,
характеризующееся жесткой конкуренцией и обострением социальной
борьбы, хотя и облеченной в цивилизованные рамки, не следует пытаться
изменить, опираясь на иллюзорные идеалы гуманизма и равенства.
Непрерывная череда конфликтов, грамотно разрешаемых и вместе с тем
провоцирующих новые конфликты, ведет общество по пути прогресса,
придает человеческой жизни направление и осмысленность. При этом
конфликты между представителями различных
социальных
структур
(классов) носят исключительно конструктивный характер и способствуют
оздоровлению общественных отношений и безболезненному следованию
общества по пути прогресса. Следуя мыслям О. Конта и Л. Дюги о
солидаризме в отношениях между предпринимателями и рабочими,
Дарендорф настаивал на том, что источники негативных конфликтов,
грозящих благополучному развитию социума, лежат в отношениях между
самими рабочими, которые должны стремиться ликвидировать «кризис
общества труда» с помощью здоровой конкуренции: «индивидуальная
мобильность заступает на место классовой борьбы» [16, с. 213].
По мнению ученого, западное общество XX в. перестало являться
ареной классовой борьбы [16, с. 210]. Буржуазия и пролетариат утратили
монолитность и однородность, превратившись в значительной степени в
абстракцию. Бывший класс рабочих оказался распылен на множество слабо
связанных
друг
с
другом
групп,
кардинально
различающихся
по
квалификации, социальному статусу и интересам. Бывший класс буржуазии,
в свою очередь, распался на собственников и управляющих (менеджеров).
Кроме того, возникновение и упрочение среднего класса образовало
своеобразную прослойку между прежними верхами и низами, за счет
которой
произошло
так
называемое
«наращивание»
классов,
ранее
являвшихся
антагонистическими.
Представители
бюрократии
присоединились к буржуазии, а «белые воротнички» и элита рабочих
пополняли
ряды
пролетариата,
тем
самым
существенно
усложнив
социальную структуру общества и трансформировав пронизывающие ее
связи.
Далее
активизации
Дарендорф
социальной
характеризовалось
акцентировал
внимание
мобильности.
Если
определенной
на
значительной
общество
статичностью
XIX
статусов,
в.
их
детерминированностью происхождением человека, то в XX в. за счет запуска
«социальных лифтов» замкнутость и обособленность, ранее присущая
классам, исчезла. Это также отразилось на сущности конфликтов, которые
стали
менее
интенсивными
и
ожесточенными,
уступая
место
индивидуальной конкуренции. Наконец, на развитие конфликтов повлияло
развитие эгалитаризма в западном обществе. Поэтапное оформление
гражданских прав, сглаживающее процесс классовой дифференциации,
одновременно переводит ее из правовой плоскости в экономическую.
Гражданское равенство субъектов в значительной степени предопределяет
равенство их стартовых возможностей, а фора, которой изначально обладают
одни участники общественных отношений, вполне может компенсироваться
за счет таланта и усердия других участников общественных отношений.
По
мнению
Дарендорфа,
современные
социальные
конфликты
способны содействовать активизации процессов и расширения, и улучшения
обеспечения прав и свобод граждан и тем самым благоприятно отразиться на
их социальном статусе. В силу этого особую значимость приобретает вопрос
гражданства:
«Без
настоящего
гражданского
равенства
современные
демократии не заработают. Это не просто равенство перед законом.
Гражданские и политические права должны поддерживаться определенными
социальными нормами, такими, например, как равные для всех стартовые
возможности» [15, с. 74].
Конфликтная модель индустриального общества способна объяснить
все проблемы, сопряженные с развитием социума. Лишь два феномена
представляют собой исключение – национализм и фундаментализм. Их
возникновение обусловлено развитием в обществе аномии – совокупности
социальных девиаций различной направленности. Средства борьбы с
обычными конфликтами к ним неприменимы. Поэтому надлежит либо
прибегнуть к прямому насилию, либо создать мировое гражданское
общество. Решить вторую задачу может помочь старый социальный
конфликт, обусловленный политическим неравенством людей. Ликвидируя
его, можно создать гражданское общество в мировом масштабе.
Путем разработки концепции современного социального конфликта
Дарендорф создавал концепцию социальной структуры индустриального
общества. Ее, помимо класса большинства, образует ряд аномичных
социальных групп – низший класс, люмпен-пролетариат, национальные
меньшинства (иммигранты) и молодежь.
Низший класс в значительной степени изолирован от остального
общества. Его замкнутость и отсутствие каналов связи с внешним миром в
значительной
степени
предопределяют
невозможность
вырваться
из
замкнутого круга обездоленности и нищеты. Политические и экономические
меры, направленные на борьбу с ним, бессильны. Кроме того, по отношению
к правящему классу большинства низший класс выступает как гетто для
неугодных или просто выбывших из борьбы, и поэтому власть имущие не
заинтересованы в его ликвидации.
Люмпен-пролетариат есть продукт разложения низшего класса. Его
представители неспособны к размеренному созидательному труду, крайне
неустойчивы в убеждениях и склонны к участию в разного рода
деструктивных протестных акциях. В силу своей беспринципности они
охотно принимают подачки и «подряжаются за деньги на участие в любых
авантюрах и драках независимо от того, кто их оплачивает» [58, с. 44].
Национальные меньшинства, как правило, ущемлены в гражданских
правах и, чтобы выжить, образуют относительно монолитные компактные
группы. Даже достижение определенного уровня благосостояния не
позволяет представителям национальных меньшинств полностью избавиться
от статуса аутсайдеров. Этому способствует и национально-культурная
политика, проводимая большинством: лишь в редких случаях она базируется
на принципах интернационализма и мультикультурности. Таким образом
поощряется стремление национальных меньшинств занять собственную
нишу, под которой весьма часто понимается национальное государство. Это
приводит к запуску сепаратистских процессов, которыми с конца XX в.
оказалась охваченной Европа.
Молодежь, как правило, независимо от уровня благосостояния склонна
к демонстрации контркультурных ценностных установок и выстроенной на
их основе линии поведения. Фронда по отношению к официальным нормам,
диктуемым правящим большинством, является своего рода эпатажем.
Дарендорф выделил две модели поведения молодежи: 1) нацеленность на
достижение максимальных успехов в деловой жизни и получение прибыли
(молодые люди, следующие этой цели, образуют особую субкультуру
«яппи»), 2) протест против бюрократического формализованного общества,
выливающийся в поиск альтернативных систем ценностей и создание
сообществ
неформалов.
несовершеннолетние
Особой
правонарушители,
группой
молодежи
ответственность
являются
за
поведение
которых в значительной степени возлагается на общество.
Таким образом, по мнению Дарендорфа, конфликты в индустриальном
обществе приобретают форму аномии: «Конфликты проявляют себя не
только в боевых порядках революционной войны или в демократической
классовой борьбе, но и в аномии» [16, с. 213]. Особая опасность аномии
заключается
в
том,
что
поведение аномичных
групп
(маргиналов,
молодежных неформальных группировок и т.п.) является непредсказуемым,
и выработать адекватную стратегию и тактику борьбы с ними крайне сложно.
Уничтожить их также нельзя. Несколько снизить вредоносные последствия
«аномичных» конфликтов индустриальной эпохи можно лишь с помощью
методов и средств культурной политики [42, с. 6].
Попытки осуществить переход к свободному обществу чреваты
опасностью замены старой элиты новой номенклатурой, в то время как
какие-либо
позитивные
экономические
последствия
этого
перехода
неочевидны в силу того, что демократия не может автоматически
содействовать повышению уровня благосостояния всех членов общества.
Поэтому
экономические
и
политические
преобразования
следует
осуществлять одновременно. При этом политическая модернизация должна
стремиться к установлению политической демократии, рыночной экономики
и гражданского общества. В этой триаде ключевое место принадлежит
гражданскому обществу. Немаловажное значение имеет и социальное
государства, на переходе к которому настаивал Дарендорф в своей работе
«Фрагменты нового либерализма».
Термину «демократия» Дарендорф предпочитал термин «конституция
свободы». Ее образуют правила, в соответствии с которыми следует
разрешать конфликты между сталкивающимися друг с другом социальными
группами, методы осуществления управляемыми эффективного контроля над
властной верхушкой (так называемый «демократический минимум») и,
наконец, центры принятия решений. «Конституция свободы» должна
строиться с учетом культурно-исторического контекста, в которой ей
предстоит действовать. Особую опасность для нее представляет соединение
корпоративизма с бюрократией, следствием чего являются сделки и
соглашения,
препятствующие
здоровому
протеканию
конфликтов
и
загоняющие противоречия внутрь общества.
Дарендорф обращал существенное внимание на феномен «бархатных
революций» в Восточной Европе. Главной их целью было свержение
партийной номенклатуры, обладавшей монополией на власть. Оно, по
мнению
организаторов
революций,
должно
было
способствовать
«европеизации» политической жизни восточноевропейских государств.
Однако отсутствие необходимого опыта привело к тому, что итогом
«бархатных революций» стало не вхождение Польши, Венгрии, Болгарии и
других
стран
«советского
блока»
в
Европу,
а
почти
полная
деинституционализация всех форм активности в них, повлекшая за собой
аномию.
Дарендорф полагал, что «путь к свободе» предполагает осуществление
трех мероприятий, которые, будучи не связанными между собой и не образуя
систему, в одинаковой степени важны. Во-первых, необходимо создать
надежную структуру прав, для чего надлежит решить вопрос об
общественном договоре и принять конституцию, которая бы сумела дать
гарантию
сохранения
гражданского
за
статуса.
субъектами
общественных
Во-вторых,
необходимо
отношений
их
содействовать
экономическому росту, в том числе и гражданско-правовыми средствами,
направленными на оптимизацию положения контрагентов сделок, защиту
здоровой конкуренции и т.п. Наконец, нужно создать гражданское общество,
что особенно сложно в обстановке непрекращающегося конфликта между
новым и старым.
Таким образом, конфликтная модель современного общества в
представлении Р. Дарендорфа основывается на следующих постулатах:
1) любое общество перманентно пребывает в состоянии изменения»;
2) любое общество включает в себя элементы несогласия, которые
порождают конфликты;
3) любой элемент общества потенциально способен содействовать его
трансформации и интеграции;
4) любое общество основано на господстве одних его членов над другими,
которое порождает сопротивление подвластных властвующим.
2.3 Влияние взглядов Р. Дарендорфа на развитие современной социальной
конфликтологии
В современной социологии и социальной конфликтологии сложился
взгляд на Р. Дарендорфа как на «представителя диалектической теории
конфликта в духе диалектического подхода Маркса» [45, с. 50]. Такой подход
основан
на
мысли
Дарендорфа
о
том,
что
в
современном
постиндустриальном обществе конфликт утрачивает экономический характер
и приобретает чисто политическую природу, перемещаясь в сферу
отношений господства и подчинения, и становится напрямую увязанным с
перераспределением власти. Преимущественное внимание Дарендорф уделял
структурным конфликтам, которые представляют собой лишь один из видов
социальных конфликтов.
А.И. Кольба полагает, что «несомненным достижением, прорывом для
конфликтологии стало то, что Дарендорфу удалось вписать проблематику
социальной конфликтности в широкий круг явлений и процессов,
находящихся в центре внимания общественных наук: проблемы социального
неравенства, распределение ресурсов, права и свободы человека, демократия
и демократизация, гражданское общество и многое другое. Более того,
выбрав конфликт в качестве центрального объекта анализа, Дарендорф как
бы стянул к нему множество других социальных проблем, на которые
«динамическая теория» позволила взглянуть по-новому. Иногда сознательно
заостряя
существующие
научные
противоречия,
выводя
«конфликтологические максимы», ставшие затем классикой, ее автор…
стремился всемерно расширить познавательный горизонт молодой еще
науки» [28, с. 39-40]. А.И. Кольба приходит к выводу, что «это позволило
укрепить
две
основы
современной
конфликтологии
–
ее
междисциплинарность, способность исследовать проблемы, разбросанные
доселе между различными направлениями науки как единое целое, и ее
парадигмальность,
способность
«переформатировать
научное
создавать новое прочтение социальной реальности» [28, с. 40].
знание,
По мнению В.А. Семенова, Дарендорф, провозглашая «политику
свободы политикой жизни с конфликтом», в своих трудах фактически
«возвращает нас к либеральной идее обоснования социального порядка на
основе индивидуального выбора, ставя под сомнение саму возможность
каких-либо теоретических построений, поскольку в этом случае каждое
действие является уникальным, и взаимодействие приобретает случайный
характер» [45, с. 50].
Важную роль играет мысль Дарендорфа о том, что констатация
конфликтного характера социальных отношений не нуждается в осознании
сути противоречия. Это в первую очередь относится к характеристике
латентных конфликтов – на первой фазе развития конфликта квазигруппы,
еще не превратившись в конфликтные группы, уже могут образовывать
группы интересов, преследующие конкретные осознанные цели.
Кроме
того,
весьма
значимым
является
сформулированный
Дарендорфом тезис о том, что ожесточенное открытое противостояние не
является ключевым признаком конфликта.
Концепции Дарендорфа присущ более сниженный по сравнению со
структурно-функциональным подходом Т. Парсонса уровень абстракции.
Характеристика общественных процессов у него носит описательный
характер, и это вкупе со всем вышеперечисленным «дает основание
рассматривать теоретические построения Р. Дарендорфа, несмотря на все
критические декларации, продолжением в духе парсонианской системы,
анализирующей отдельные стороны социальной практики в большем
приближении к эмпирическому материалу» [45, с. 50].
Сборник «Тропы из Утопии» являет собой пример успешной подачи
разноплановых и вместе с тем концептуально единых произведений,
охватывающих широкий спектр вопросов, решение которых в середине XX в.
имело не только академическую, но и практическую значимость. Красной
нитью через все статьи проходит борьба автора за обретение социологией
статуса
эмпирической
науки,
изучающей
общество,
непрерывно
изменяющееся
благодаря
созидательному
потенциалу
внутренних
конфликтов.
Сборник внес большой вклад в развитие как конфликтологии, так и
современной теории социальной стратификации. Дарендорфу удалось четко
обозначить содержание и структуру современных социальных конфликтов.
По его мнению, их сущность обусловлена развитием властных отношений, а
главной причиной служит неустранимое неравенство между людьми.
Конфликт начинается с неявного столкновения интересов, после чего
проходит в своем развитии такие стадии, как формирование конфликтных
квазигрупп, их окончательное организационное оформление вследствие
выяснения
предмета
конфликта
и,
наконец,
собственно
конфликт.
Последствия конфликта в основном положительны: он способствует
общественному прогрессу, ликвидации отживших свое социальных структур
и отношений. Поэтому конфликты нужно не ликвидировать, а регулировать,
стремясь максимально полно использовать их конструктивный потенциал.
Изучение конфликтов необходимо и в целях характеристики социальных
явлений: протестные движения в современном обществе, рост числа
экстремистов и традиционалистов, распространение ксенофобии имеют,
безусловно, конфликтную подоплеку, и их рассмотрение на основе
методологии, предложенной Дарендорфом, возможно, позволит преодолеть
их.
Конфликтная модель общества по Р. Дарендорфу представляет собой
достаточно четко выраженное деление на правящий «класс большинства» и
маргинальный «класс меньшинства». В 1960-90-е гг., в период торжества
идей либерализма, это стратирование представлялось оптимальным. В
настоящее время, хотя вследствие мощных волн иммиграции социальная
картина западного общества дрейфует в сторону от модели Дарендорфа,
полностью отказываться от нее не следует: возможно, натиску Востока на
Запад удастся придать цивилизованную форму.
В работе Р. Дарендорфа «Современный социальный конфликт. Очерки
политики свободы» дана классическая «либеральная» концепция конфликта.
Для конца 1980-х и даже для 1990-х гг. она была весьма актуальна, ибо
позволяла
осуществить
интерпретацию
конфликтных
явлений
в
постиндустриальном обществе, в котором не действовали законы классовой
борьбы, сформулированные в свое время К. Марксом. Слабым ее местом
было откровенное пренебрежение автора теоретическими построениями,
отсутствие концептуального осмысления рассматриваемых явлений. Сам
Дарендорф признавал это, отмечая в предисловии: «Для чистой теории я,
правда, уже слишком стар, однако здесь вновь поднята тематика моей книги
о классах» [16, с. 149]. Кроме того, переоценка либеральных ценностей в
2000-е годы подвергает данную концепцию аргументированной критике. В
первую очередь это относится к российской действительности: предложенная
Дарендорфом
модель
взаимоотношений
между
господствующим
большинством и оставшимся на периферии жизни меньшинством в нашей
стране нежизнеспособна в силу отсутствия доминирующего «среднего
класса». В то же время тезис Дарендорфа относительно аномичности
меньшинства, если применять его к российской действительности, остается
жизнеспособным: современная ситуация весьма далека от «классовых боев»
и в обозримом будущем не обещает измениться. Однако в западных
государствах, несмотря на устойчивое положение «правящего большинства»,
история
социальных
доиндустриальных
и
конфликтов
в
индустриальных
их
«традиционной»
обществ
форме,
для
вопреки
предсказаниям Ф. Фукуямы, не закончилась: протестные движения,
нарастающие в отдельных государствах (особенно во Франции) с середины
2000-х гг., а также комплекс проблем, вызванных мощными волнами
иммиграции, не позволяют говорить о том, что сущность современных
социальных конфликтов связана с аномией и структурной безработицей,
сопровождающими переход
к информационному обществу, как
это
постулировал Дарендорф. Напротив, в механизме запуска процессов
конфликтогенеза возрастает роль религиозного и этнического факторов.
Следовательно, вектор трансформации сущности современных социальных
конфликтов неумолимо отклоняется в сторону от того пути, который
предсказал ему без малого 30 лет назад Р. Дарендорф.
Давая обобщенную оценку вклада Р. Дарендорфа в учение о
социальных конфликтах, следует также заметить, что многие факторы,
влияющие на развитие конфликтной модели современного общества, не
могли быть им учтены. Послевоенная жизнь Европы, зиждевшаяся на
торжестве идей индустриализма и либерализма, и реализованная концепция
«общества всеобщего благоденствия» давали материал для интерпретации
конфликта как чисто политического явления, ретушируя его экономические
факторы. Однако, чем ближе конец невозобновляемых природных ресурсов,
тем острее ощущается экономическая подоплека конфликтных процессов, по
отношению к которой политика приобретает характер надстроечного
явления. Поэтому критика Маркса Дарендорфом неизбежно рано или поздно
подвергнется инверсии. Кроме того, на склоне лет Ральф Дарендорф уже мог
ощутить
влияние
иных
конфликтогенных
факторов,
являвшихся
порождением глобализации и миграционных волн – ксенофобия, религиозная
нетерпимость, полифакторный экстремизм. Теоретически осмыслить эти
явления он уже не успел. Однако значительного вклада Р. Дарендорфа в
современную социальную конфликтологию это не умаляет. Какими бы
причинами ни вызывались конфликты, они неизменно несут в себе
определенный положительный заряд и должны быть грамотно регулируемы в
соответствии с рекомендациями и методиками, разработанными Ральфом
Дарендорфом.
Заключение
В ходе развития мировой философской и (с середины XIX в.)
социологической мысли был сделан важный вывод о диалектической
сущности конфликта и его важном значении в развитии общества, в рамках
которого он обладает существенным положительным потенциалом. Это тезис
стал отправным для развития зарубежной социологической конфликтологии
XX в., оказав существенное воздействие на формирование концепции
социального конфликта в трудах Р. Дарендорфа.
В развитии западной социальной конфликтологии можно выделить три
этапа. Первый этап, совпадающий со 2-й половиной XIX в., представлен
классовой интерпретацией К. Маркса и социал-дарвинистским подходом Г.
Спенсера. Второй этап, заключающий в себе 1-ю половину XX в., связан с
разработкой функциональной теории конфликта Г. Зиммеля, а также его
структурно-функциональной
трактовкой
Т.
Парсонсом.
Наконец,
2-я
половина XX в. дала целый спектр подходов – позитивный функционализм
Л. Козера, «чистую» теорию конфликта Д. Рекса, общую теорию конфликта
Д. Боулдинга и, наконец, учение Р. Дарендорфа о сущности конфликта в
современном ему индустриальном обществе.
В
представлении
Р.
Дарендорфа
конфликт
вызывается
не
экономическими причинами, а отношениями власти и подчинения, борьбой
людей за властные ресурсы. Конфликты невозможно ликвидировать
полностью, ибо они позволяют обществу двигаться вперед, развиваться.
Бесконфликтное общество есть недостижимая утопия, стремление к которой
нанесет социуму непоправимый ущерб. Людям необходимо научиться
использовать положительный потенциал конфликтов в своих интересах,
поэтому конфликты не нужно подавлять, но необходимо научиться
управлять ими.
Основное внимание ученый уделял структурным конфликтам – одному
из виду социальных конфликтов. Он полагал, что конфликт в своем развитии
проходит три стадии, связанные с оформлением конфликтных групп: 1)
исходное состояние («каузальный фон»), 2) оформление конфликтных групп,
3) сформировавшийся конфликт. Ключевыми характеристиками социальных
конфликтов, которые предопределяют их форму, являются интенсивность и
насильственность. в качестве факторов, детерминирующих ту или иную
степень насильственности и интенсивности конфликтов, выступают условия
организации конфликтных групп, социальная мобильность, социальный
плюрализм, а также регулирование конфликтов.
Существует три основных способа регулирования конфликта: 1)
подавление, 2) отмена
(с
помощью
ликвидации
противоречия),
3)
регулирование.
Наиболее предпочтительным способом борьбы с конфликтами, по
мнению Дарендорфа, является их регулирование. К числу инструментов,
позволяющих осуществить урегулирование конфликта, Дарендорф относил
переговоры, посредничество, арбитраж и обязательный арбитраж.
Конфликтная модель индустриального общества в представлении Р.
Дарендорфа имеет политические корни и заключается в противостоянии
правящего большинства и отторгнутого от власти неорганизованного и
деструктивного меньшинства. Поскольку классовое противостояние в данной
ситуации невозможно, конфликт приобретает форму аномии – асоциального
поведения членов конфликтных групп, неспособных на организованную
борьбу за свои интересы.
Ценность взглядов Р. Дарендорфа для современной конфликтологии
заключается в том, что он выявил функциональный контекст феномена
конфликта,
представив
его
как
неотъемлемый
элемент
развития
гражданского общества, демократии, свободы, общества в целом. Он
убедительно доказал неотвратимость конфликта как социального явления,
аргументированно
подвел
своих
читателей
к
выводу
о
том,
что
бесконфликтное общество утопично и вместо прогресса обречено на
стагнацию. Дарендорфом выработана схема использования внутренней
энергии конфликта в целях позитивного развития общества путем
управления конфликтной ситуацией.
Вместе с тем либеральная по своей сути теория конфликта Р.
Дарендорфа уже не во всем соответствует сегодняшним реалиям. Особенно
это заметно на постсоветском пространстве, где либеральные идеи свободной
конкуренции и политического плюрализма еще в 90-е гг. XX в. потерпели
крах. В европейских государствах конфликты все чаще вызываются не
сугубо политическими факторами, а привнесенными извне явлениями –
прежде всего массовой иммиграцией.
Кроме того, с сугубо методологической точки зрения концепция Р.
Дарендорфа небесспорна и неидеальна. Хотя ее нельзя назвать описательной,
понятийный
аппарат
сопоставлении
с
разработан
концепциями
относительно
главных
слабо,
оппонентов
особенно
в
Дарендорфа
–
структурных функционалистов.
Однако заслуг Р. Дарендорфа перед современной конфиктологией
сказанное
выше
не
умаляет.
Его
концепция
конфликтной
модели
индустриального общества, с необходимыми поправками, часть которых
успел сделать сам автор, проецируется на постиндустриальное общество, а
общая оценка роли конфликта в общественных отношениях в ближайшее
время вряд ли будет подвергнута ревизии.
Либеральная трактовка управляемого конфликта, данная Дарендорфом
в его трудах, обрела особую актуальность в конце 1980-х гг., после начала
«бархатных революций» в Восточной Европе. Посткоммунистическое
пространство мыслитель рассматривал как поле формирования жизненных
шансов людей, а свою концепцию конфликта – как средство для разрешения
многочисленных
межэтнического
конфликтов
характера.
При
политического,
этом
экономического
демократические
и
институты,
позволяющие манифестировать и канализировать конфликты, Дарендорф
считал
непреходящими
ценностями
надвигавшейся глобализации.
и
отстаивал
их
перед
лицом
Вклад
Р.
Дарендорфа
в
развитие
современной
социальной
конфликтологии трудно переоценить. Главной его заслугой является
последовательное
отстаивание
конструктивного
использования
положительной энергии конфликта, предложение авторской методики
достижения данной цели. Большое значение имеет трактовка конфликта как
социального явления, жизненно необходимого для утверждения свободы,
отстаивания демократии. Наконец, существенную значимость сохраняет и
анализ трактовки конфликта как сугубо политического явления, хотя в
современном
обществе
на
конфликтогенез
оказывает
воздействие
совокупность других факторов, существование которых Дарендорфом не
могло быть учтено.
1.
Библиографический список
Алейников А.В., Пинкевич А.Г. Информационная парадигма
анализа социальных конфликтов // Научно-техническая информация. Серия:
Организация и методика информационной работы. – 2017. – № 3. – С. 1-8.
2.
Александров А.А. Конфликт как социальное явление // Известия
Российского государственного педагогического университета им. А.И.
Герцена. Серия: Социология. – 2009. – № 113. – С. 246-250.
3.
Антипов Г.А. О «невидимой руке» Адама Смита и формировании
научной картины социального мира //Эпистемология и философия науки. –
2017. – Т. 51. – № 1. – С. 138-152.
4.
Антонова О.Г. Концепции социального конфликта в социологии
// Конфликты в современном мире: международное, государственное и
межличностное
измерение:
Материалы
V
Международной
научной
конференции. – М.: Перо, 2016. – С. 69-72.
5.
Анцупов А.Я., Шипилов А.И. Конфликтология: Учебник для
вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000. – 551 с.
6.
Батуренко С.А. Теория конфликта и проблема социального
порядка // Вестник Московского университета. Серия 18: Социология и
политология. – 2013. – № 3. – С. 111-120.
7.
Бедин Д.А., Гридчин А.А. Социальный конфликт: определение,
типы, причины и участники социальных конфликтов // Конфликты:
мноообразие,
пути
и
способы
преодоления.
–
Белгород:
Изд-во
Белгородского технологического института строительных материалов, 1993.
– С. 174-174.
8.
Беляева О.М. «Цель оправдывает средства», или наставления Н.
Макиавелли государю // История государства и права. – 2013. – № 7. – С. 812.
9.
Биканин К.Т. Теория господства, конфликта Р. Дарендорфа. –
Самара, 1997. – 110 с.
10.
Болд Р. Бедность и неравенство как источник социально-
политического
конфликта
//
Научный
журнал
Монгольского
государственного университета. – 2007. – № 281(40). – С. 154-166.
11.
Болд Р. О понятии конфликта // Научный журнал Монгольского
государственного университета. – 2006. – № 265(35). – С. 45-57.
12.
Гвоздицин А.Г. Современный социальный конфликт и его теория
по
Р.
Дарендорфу.
URL:
http://sbiblio.com/BIBLIO/archive/gvozdicin_social_konflict/ (дата обращения:
02.07.2018)
13.
Грибанов С.В. Социальные конфликты в гражданском обществе
// Вестник Волжской государственной академии. – 2006. – № 19. – С. 80-83.
14.
Дарендорф Р. Гражданская ответственность интеллектуалов:
против нового страха перед просвещением // Полис. – 1997. – № 6. – С. 5-14.
15.
Дарендорф Р. Дорога к свободе: демократизация и ее проблемы в
Восточной Европе // Вопросы философии. – 1990. – № 9. – С. 69-75.
16.
Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк
политики свободы. – М.: РОССПЭН, 2002. – 288 с.
17.
Дарендорф Р. Тропы из Утопии. – М.: Праксис, 2002. 536 с.
18.
Дарендорф Р. Элементы теории социального конфликта // Социс.
1994. – № 5. – С. 142-147.
19.
Доронин
А.С.
Управление
социальными
конфликтами
в
современных условиях // Социология власти. – 2009. – № 7. – С. 126-135.
20.
Еникеева А. Предупреждение и управление социальными
конфликтами // Экономика и социум. – 2016. – № 12-1(31). – С. 1063-1066.
21.
Жуйкова Т.Н. Социальный конфликт как предмет научного
исследования // Вестник Воронежского института МВД России. – 2007. – №
4. – С. 5-10.
22.
с.
Иммануил Кант. Трактаты и письма. – М.: «Наука», 1980. – 710
23.
Келасьев О.В. Социальный конфликт как целостное образование
// Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Психология.
Социология. Педагогика. – 2015. – № 3. – С. 93-101.
24.
Кильдюшов О.В. Война и социальный порядок: ultima ratio или
conditio humana? (Гоббс - Клаузевиц - Шмитт - Фуко) // Полития: Анализ.
Хроника. Прогноз (Журнал политической философии и социологии
политики). – 2016. – № 1 (80). – С. 6-32.
25.
Козер
Л.
Завершение
конфликта
//
Козер
Л.
Функции
социального конфликта. – М.: Идея-Пресс, Дом интеллектуальной книги,
2000. – С. 187-197.
26.
Козлов С.А. Социальный конфликт: грани исследования и
современная реальность // Научный вестник Московского государственного
технического университета гражданской авиации. Серия: Социология. –
2006. – № 101. – С. 193-196.
27.
Кольба А.И. «Современный социальный конфликт» полтора
десятилетия // Человек. Сообщество. Управление. – 2005. – №1. URL:
https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennyy-sotsialnyy-konflikt-poltoradesyatiletiya-spustya (дата обращения: 19.06.2018).
28.
Кольба А.И. После 2009: Современные тенденции управления
социальными
конфликтами
в
контексте
теории
Р.
Дарендорфа
//
Политическая экспертиза: Политэкс. – 2011. Т. 7. – № 1. – С. 39-53.
29.
Кудрин А.Н. To apeiron Анаксимандра // European Social Science
Journal. –2014. – № 4-1 (43). – С. 56-72.
30.
Масленников Д.В., Сидоров С.А. Социальный конфликт как
объект изучения социологической науки // Образование, экономика,
общество. – 2012. – № 3-4. – С. 69-80.
31.
Миняжев Т.Р. Памяти Ральфа Дарендорфа. «Не пытайтесь
упрощать мир, в котором вы живете…» // Социологическое обозрение. –
2009. Т. 8. – № 2. – С. 94-99.
32.
Нагайцев В.В. Основные элементы социального конфликта //
Социология в современном мире: наука, образование, творчество. – 2014. –
№ 6. – С. 156-160.
33.
Нагайцев
В.В.
Современные
технологии
управления
социальными конфликтами в обществе. – Барнаул: Изд-во Алтайского
государственного университета, 2008. – 178 с.
34.
Наумова Е.В. Социальный конфликт как элемент технологии
социального управления // Вестник НГУЭУ. – 2012. – № 4. – С. 197-206.
35.
Нечипоренко Л.А. Буржуазная «социология конфликта». – М.:
Политиздат, 1982. – 146 с.
36.
Петухов А.Ю. Концепция социального конфликта: социально-
энергетический подход // Вектор науки Тольяттинского государственного
университета. – 2015. – № 3-2(33-2). – С. 240-245.
37.
Попов Ф.С. Способы разрешения конфликтов // Социально-
психологические факторы устойчивого социально-экономического развития:
Материалы Всероссийской научной конференции. – Реутов: СВИВТ, 2010. –
С. 336-338.
38.
Рыжков
Д.Л.
Социальный
конфликт
и
общественное
противоречие // Исторические, философские, политические и юридические
науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. –
2012. – № 7-2. – С. 136-140.
39.
Рыжов О.А. Упраление социальным конфликтом (приглашение к
размышлению) // Вестник Московской государственной академии делового
администрирования. Серия: Философские, социальные и естественные науки.
– 2010. – № 5. – С. 62-69.
40.
Садкова А.В. Психологические и социально-психологические
детерминанты социальных конфликтов // Акмеология. – 2014. – № 3-4. – С.
153-154.
41.
Садкова А.В. Социальные конфликты: перспективы исследования
// Акмеология. – 2015. – № 2. – С. 190-194.
42.
Светлов В.А. Теория социальной аномии и единая теория
конфликта // Научный труды SWORLD. – 2014. Т. 16. – № 1. – С. 5-8.
43.
Светлов Р.В. Платон и Фукидид // Вестник Санкт-Петербургского
университета. Серия 17. Философия. Конфликтология. Культурология.
Религиоведение. – 2016. – № 2. – С. 34-41.
44.
Семенов В.А. «Диалектический метод» в конфликтологии Р.
Дарендорфа. URL: http://mognovse.ru/llb-v-a-semenov-dialekticheskij-metod-vkonfliktologii-r-daren.html (дата обращения: 29.04.2018)
45.
Семенов В.А. История зарубежной конфликтологии: учебник в 2
т. Т. 2. 2-е изд. – М., 2018. – 292 с.
46.
Соломатина Е.Н. Методы управления современным социальным
конфликтом // Актуальные вопросы общественных наук: социология,
политология, философия, история. – 2016. – № 6-7(57). – С. 37-45.
47.
Социологическая энциклопедия. – Т. I. – М., 2003. – 863 с.
48.
Ставский В.Н. Р. Дарендорф о национальных конфликтах //
Романовские чтения: сборник трудов Международной научной конференции.
– Могилев: Изд-во Могилевского государственного университета имени А.А.
Кулешова, 2005. – С. 390-392.
49.
Ставский В.Н., Бельский А.М. Жизненные шансы и современный
социальный конфликт в концепции Ральфа Дарендорфа // Вестник
Могилевского национального университета им. А.А. Кулешова. Серия Д:
Экономика. Социология. Право. – 2015. – № 2(46). – С. 55-61.
50.
Степанова В.А. Социальные конфликты по Ральфу Дарендорфу и
способы их разрешения // Экономика и социум. – 2014. – № 2-4(11). – С. 443445.
51.
Стоякина Е.Д. Конфликтологические взгляды Р. Дарендорфа и М.
Вебера // Экономика и социум. – 2015. – № 205(15). – С. 1201-1203.
52.
Тернер Дж. Диалектическая теория конфликта: Ральф Дарендорф
// Политическая конфликтология: работы российских и зарубежных авторов.
Хрестоматия / Нижегородский государственный университет им. Н.И.
Лобачевского; Московский государственный институт международных
отношений (университет). – М.; Нижний Новгород, 2002. – С. 5-17.
53.
Трофимова Е.А. От социального противоречия к социальному
конфликту // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. – 2011.
Т. 12. – № 2. – С. 207-214.
54.
Трофимова Е.А. От социального противоречия к социальному
конфликту: онтологические и гносеологические аспекты // Исторические,
философские, политические и юридические науки, культурология и
искусствоведение. Вопросы теории и практики. – 2011. – № 5-1. – С. 201-205.
55.
Трушников Д.Ю., Трушникова В.И. История конфликтологии.
Учебник. – Тюмень: ТюмГНГУ, 2009. – 200 с.
56.
Цой Л.Н. Исследования конфликтов: от парадигмы к предметной
области // NovaInfo.Ru. – 2013. – № 12. – С. 67-77.
57.
Шамилева
Р.К.
Модели
справедливости
в
современной
либеральной теории Запада. – М., 2004. – 159 с.
58.
Шевель И.П., Казаков В.С. Ральф Дарендорф о социальных
конфликтах // Вiсник Нацiонального технiчного унiверситу Украiни.
Киiвський полiтехнiчний iнститут. Серiя: Полiтологiя. Соцiологiя. Право. –
2010. – № 3(7). – С. 41-48.
59.
Шпалтаков В.П. Сократ и Цицерон о взаимодействии государства
и общества // Инновационная экономика и общество. – 2015. – № 4 (10). – С.
7-15. Марей А. Фома Аквинский и европейская традиция трактатов о
правлении // Социологическое обозрение. – 2016. – Т. 15. – № 2. – С. 87-95.
60.
Эразм Роттердамский. Философские произведения / Пер. и
коммент. Ю. М. Каган. – М.: Наука, 1986. – 704 с.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа