close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Мурашев Евгений Владимирович. Правовые основы регулирования межэтнических конфликтов в Российской Федерации

код для вставки
4
АННОТАЦИЯ
Выпускная квалификационная работа представлена введением, двумя главами, 5 параграфами, заключением, списком литературы и приложением. Объем работы – 87 страниц без приложения. В тексте выпускной квалификационной работы содержится 99 источников литературы.
Ключевые слова: этнос, нация, народность, этническая общность, этнические группы, этнический конфликт, управление конфликтом, прогнозирование
конфликта, предупреждение конфликта, урегулирование конфликта.
Краткая характеристика работы:
Выпускная квалификационная работа посвящена изучению правовых основ
регулирования межэтнических конфликтов в Российской Федерации. Межэтнические конфликты по своему происхождению, содержанию и формам проявления, а
также вызывающим их причинам и факторам являются наиболее сложными феноменами из числа существующих в современной социальной действительности.
Их общий смысл можно представить в виде противодействия, присутствующего
между национальными движениями, политическими партиями, с одной стороны,
и местными (или центральными) государственными органами власти – с другой.
Последние оценивают сложившуюся ситуацию либо как конфронтацию между
этническими общностями, либо как противопоставление этнической общности,
находящейся в положении меньшинства, государственным институтам, выражающим культурно-языковые, социально-экономические или политические интересы доминирующего этнического большинства населения страны.
Межэтнические конфликты стали негативной приметой нашего времени, а
обыденность, с которой общество воспринимает информацию о столкновениях на
почве межэтнических отношений, делает ситуацию еще более тревожной. Поэтому возникла необходимость в изучении правовых основ регулирования межэтнических конфликтов в государственных, правоохранительных и правоприменительных органах.
5
Целью данной работы является изучение правовых основ регулирования межэтнических конфликтов в Российской Федерации.
Для достижения цели поставлены следующие задачи исследования:
1. рассмотрение сущности понятия «межэтнический конфликт»;
2. выявление причин, типологий, динамики и специфики этнических конфликтов;
3. анализ проблем правового регулирования межэтнических конфликтов в
современной России;
4. изучение специфики правового регулирования межэтнических конфликтов.
Для решения поставленных задач использовался комплекс взаимодополняющих методов теоретического и эмпирического исследования: анализ социологической, конфликтологической, психологической, юридической и демографической
литературы в аспекте изучаемой проблемы; диагностика, направленная на изучение специфики правового регулирования межэтнических конфликтов.
Методологической базой работы также являлись общенаучные методы (анализ, синтез, индукция, дедукция, абстракция, обобщение и др.), выступающие в
качестве инструментов познания, решения научных задач и достижения цели проводимого исследования.
Теоретическая и практическая значимость работы заключается в попытке
углубления теоретической базы, которая может быть использована на практике в
деятельности организаций для регулирования межэтнических конфликтов.
Апробация работы происходила в виде публикаций статей в сборниках научно-исследовательских
работ
преподавателей
и
студентов
учебно-научно-
практического Центра разрешения конфликтов в рамках недели науки социального факультета.
Во введении обосновывается актуальность выбранной темы, формулируются
цель и задачи исследования, указывается объект и предмет, методы и методологическая база исследования, теоретическая и практическая значимость, научная
новизна.
6
В первой главе рассматриваются сущность понятия «межэтнический конфликт», история возникновения межэтнических конфликтов, причины, типологии, динамика и специфика данного вида конфликтов.
Во второй главе проанализированы проблемы и специфика правового регулирования межэтнических конфликтов.
В заключении представлены результаты выполненной работы, сформулированы основные выводы исследования, обозначены перспективы применения полученных результатов и проблемы, требующие дальнейшего изучения.
7
СОДЕРЖАНИЕ
Введение……………………………………………………………..…………........... 8
Глава 1. Общая характеристика межэтнических конфликтов………………..12
1.1. Сущность понятия «межэтнический конфликт»…………………....…………12
1.2. Причины и специфика межэтнических конфликтов………………………… 22
1.3. Динамика и классификации межэтнических конфликтов……………............ 30
Глава 2. Особенности правового регулирования
межэтнических конфликтов……………………………………………………… 54
2.1. Проблемы правового регулирования межэтнических конфликтов
в современной России.................................................................................................. 54
2.2. Специфика правового регулирования межэтнических конфликтов................63
Заключение…………………………………………………………….……………. 76
Литература……………………………………………………………..……………. 79
8
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность исследования. Современное человечество представляет собой довольно сложную этническую систему, включающую в себя несколько тысяч различного рода этнических общностей (наций, народностей, племен, этнических групп и т. п.). Во всем мире сейчас проживает около 5000 народов, причем
более 90 % из них находятся в составе многонациональных государств. Все населяющие планету этнические общности входят в состав более 200 государств. Исключительное многообразие их культур составляет главное богатство человеческой цивилизации.
Россия – это страна этнически более однородная по сравнению с СССР, где
русские составляли 51 % населения. Сегодня она также остается поликультурным
государством. 17 % российских граждан не являются русскими. Среди них есть
народы численностью более 1 млн. человек (татары, чуваши, башкиры, мордва,
большие диаспорные группы украинцев, белорусов) и те, которые насчитывают
всего несколько сотен человек (орочи, энцы и др.). Во многих республиках в составе Российской Федерации «коренное население» составляет меньшинство.
Только в 5 республиках его численность превышает 50 % (Чувашия, Тува, Коми,
Чечня, Северная Осетия). Причем доля нерусского населения из года в год растет.
Межэтнические конфликты стали печальной приметой нашего времени, а
обыденность, с которой общество воспринимает информацию о столкновениях на
почве межэтнических отношений, делает ситуацию еще более тревожной.
Мировое сообщество перешло в третье тысячелетие своей жизни, имея множество нерешенных вопросов. Одним из самых болезненных является национально-этнический вопрос. Как показывает практика, он возникает не только в развивающихся странах (государства Африки, Азии, Латинской Америки), но и в цивилизованной Европе, Северной Америке, а также в бывших социалистических государствах, которые, как считают ученые, трудно отнести как к первой, так и ко
второй группе. Каждый день в мировых сводках новостей можно встретить множество примеров межэтнических конфликтов. В глобальном масштабе национально-этническая проблема становится на современном этапе реальной угрозой
9
международной безопасности в целом и национальной безопасности Российской
Федерации в частности.
Межэтнические конфликты по своему происхождению, содержанию и формам проявления, а также вызывающим их причинам и факторам являются наиболее сложными феноменами из числа всех существующих в современной социальной действительности. Их общий смысл можно представить в виде противодействия, присутствующего между национальными движениями, политическими партиями, с одной стороны, и местными (или центральными) государственными органами власти – с другой. Последние оценивают сложившуюся ситуацию либо
как конфронтацию между этническими общностями, либо как противопоставление этнической общности, находящейся в положении меньшинства, государственным
институтам,
выражающим
культурно-языковые,
социально-
экономические или политические интересы доминирующего этнического большинства населения страны.
При объективном анализе и осмыслении сущности и содержания межэтнических конфликтов необходимо учитывать социально-экономические, политические, социокультурные и социально-психологические ценности, существующие в
конкретном обществе. Это явление нельзя отрывать от понятий «борьба за
власть», «политические отношения». Любой человек, так или иначе, стремится к
власти над другими людьми, поскольку чувствует в себе определенные внутренние силы для этого, очень часто испытывает и превосходство над ними.
Люди всегда играют (или выполняют) в обществе какие-то конкретные социальные роли, каждая из которых может быть неравнозначной ролям других людей. По этой причине каждый индивид или властвует, или подчиняется. Без отношений господства и подчинения не может существовать ни одно государство,
так как эти отношения необходимы при решении проблем в экономической, политической, культурной, национальной, образовательной и других областях жизни и деятельности. По этой причине межэтнический конфликт – это тоже борьба
за власть конкретной этнической общности.
10
Во многих странах мира уже многие десятилетия существуют службы, нацеленные на урегулирование межэтнических конфликтов. Например, в США, начиная с 50-х годов прошлого столетия, анализ межэтнических конфликтов был организован в рамках функционирования Службы общинных отношений. В нашей
стране конфликтологические аналитические центры и исследовательские группы
возникли только на рубеже 90-х годов ХХ века, и предметом практических усилий работавших там специалистов стали, прежде всего, межэтнические конфликты.
Актуальность проблемы и обусловила выбор темы выпускной квалификационной работы «Правовые основы регулирования межэтнических конфликтов в
Российской Федерации».
Цель квалификационного исследования – изучить правовые основы регулирования межэтнических конфликтов в Российской Федерации.
Объект исследования – межэтнические конфликты.
Предмет исследования – правовые основы регулирования межэтнических
конфликтов в Российской Федерации.
Гипотеза исследования. Регулирование межэтнических конфликтов будет
успешным, если:
 оно начато на ранних этапах, когда только появляются первые признаки
конфликтного взаимодействия;
 использовать такие правовые основы для регулирования межэтнических
конфликтов, как общие принципы и нормы международного права, нормы международного гуманитарного права и другие.
Задачи исследования:
1. рассмотреть сущность понятия «межэтнический конфликт»;
2. выявить причины, классификации, динамику и специфику межэтнических
конфликтов;
3. проанализировать проблемы правового регулирования межэтнических
конфликтов в современной России;
4. изучить специфику правового регулирования межэтнических конфликтов.
11
Методы и методологическая база исследования:
Для решения поставленных задач использовался комплекс взаимодополняющих методов теоретического и эмпирического исследования: анализ социологической, конфликтологической, психологической, юридической и демографической
литературы в аспекте изучаемой проблемы; диагностика, направленная на изучение специфики правового регулирования межэтнических конфликтов. Методологической базой работы являются общие научные методы (анализ, синтез, индукция, дедукция, абстракция, обобщение и др.), выступающие в качестве инструментов познания, решения научных задач и достижения цели проводимого исследования.
Научная новизна исследования:
 изучены проблемы правового регулирования межэтнических конфликтов в
современной России,
 выделены правовые основы регулирования межэтнических конфликтов,
 описаны основные способы правового регулирования межэтнических конфликтов в современной России.
Теоретическая и практическая значимость работы заключается в попытке
углубления теоретической базы, которая может быть использована на практике в
деятельности организаций для регулирования межэтнических конфликтов.
Эмпирической базой исследования являются материалы правотворческой и
правоприменительной практики.
Апробация исследования. Результаты исследования были представлены посредством публикаций в сборниках научно-исследовательских работ преподавателей и студентов учебно-научно-практического Центра разрешения конфликтов
в рамках недели науки на социальном факультете.
Выпускная квалификационная работа представлена введением, двумя главами, 5 параграфами, заключением, списком литературы. Объем работы – 86 страниц без приложения. В тексте выпускной квалификационной работы содержится
99 источников литературы.
12
ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
МЕЖЭТНИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ
1.1. Сущность понятия «межэтнический конфликт»
Межгрупповые отношения состоят из неразрывной связи конфликтов и сотрудничества, но главные проблемы для любого общества вносятся многочисленными конфликтами. Среди межгрупповых конфликтов обычно выделяют:
 политические конфликты, когда борьба идет за власть, доминирование,
влияние, авторитет;
 социально-экономические (или социальные в узком смысле слова) – «между трудом и капиталом», например между профсоюзами и работодателями;
 межэтнические – по поводу прав и интересов этнических общностей [32,
с.32].
В современном мире нет единого подхода к интерпретации межэтнических
конфликтов. В политическом аспекте понятие «межэтнический конфликт» обозначает затяжную борьбу между этногруппами, в которую вовлечено государство.
В социологическом и психологическом плане межэтнический конфликт является
формой межгруппового конфликта, когда группы с противоречивыми интересами
поляризуются по этническому признаку. В юридическом смысле межэтнический
конфликт как бы распадается на множество более конкретных конфликтов, непосредственными сторонами которых выступают разные юридические и физические
лица – депутатские фракции, партии, госорганы, должностные лица, хозяйственные структуры, всевозможные общественные объединения, отдельные граждане и
семьи. Этнические общины действуют как своего рода лобби – группы интересов
и давления.
Большинство исследователей сходится на том, что межэтнический конфликт
является частным случаем социального конфликта, обладая при этом специфическими особенностями. К ним можно отнести характер субъектов (конфликтующие группы сформированы по этническому основанию) и эмоциональноиррациональный характер протекания конфликта [32, с.33].
13
Существует множество определений межэтнического конфликта. Так, например, российский этнолог В.А. Тишков характеризует его как любую форму
«гражданского, политического или вооруженного противоборства, в котором стороны, или одна из сторон мобилизуются, действуют или страдают по признаку
этнических различий» [84, с.33].
Социолог Л.М. Дробижева подчеркивает функциональную основу межэтнического конфликта, заложенную не в этничности, а в социальных проблемах, возникающих между группами, консолидированными на этнической основе [26,
с.55].
Историк и этноэколог А.Н. Ямсков определяет межэтнический конфликт как
динамически меняющуюся социально-политическую ситуацию, порожденную
неприятием ранее сложившегося статус-кво существенной частью представителей
одной (или нескольких) местных этнических групп и проявляющуюся в виде хотя
бы одного из следующих действий членов данной группы:
а) начавшейся этноизбирательной эмиграции из региона;
б) создания политических организаций, декларирующих необходимость изменений существующего положения в интересах указанной этнической группы;
в) спонтанных акций протеста против ущемления своих интересов со стороны представителей другой местной этнической группы» [99, с.270].
Социолог и антрополог З.В. Сикевич в определении межэтнического конфликта смещает акценты с поведенческой составляющей на анализ пересечения
этнического и политического пространств: «Под межэтническим конфликтом мы
понимаем социальную ситуацию, обусловленную несовпадением интересов и целей отдельных этнических групп в рамках единого этнического пространства или
этнической группы, с одной стороны, и государства, с другой, на пересечении этнического и политического пространства, выражающегося в стремлении этнической группы (групп) изменить этнические неравенства или политическое пространство в его территориальном измерении» [72, с.155].
В последнем случае в определении жестко увязаны субъекты конфликта и
глубинные цели их политической активности, какими бы декларациями они не
14
прикрывались, и в каких бы формах не проявлялся сам этнический конфликт [72,
с.156].
Таким образом, межэтнические конфликты представляют собой конфронтацию между двумя или несколькими этносами (или между их отдельными представителями, между конкретными субэтническими элементами), характеризующуюся состоянием взаимных претензий и имеющую тенденцию к нарастанию
противостояния вплоть до вооруженных столкновений, открытых войн. Эти конфликты возникают, как правило, в многонациональных государствах и имеют
форму противостояния «группа-группа», «группа-государство».
Предметом межэтнических конфликтов могут быть как территории, из-за
преимущественного проживания на которых возникает спор между разными этническими группами, так и различные элементы правового статуса представителей той или иной национальности, их имущественные и неимущественные права.
В частности, речь может идти о гражданских правах, праве собственности, административных, культурных правах и др. Обычно они довольно тесно переплетены,
а гражданская и административная дискриминация порой автоматически порождает дискриминацию в области имущественных и социально-культурных прав
[19, с.38].
Наиболее общими субъектами межэтнического конфликта являются различные национальные общины, проживающие на территории, находящейся под суверенитетом одного государства. Это, однако, не совпадает с понятием юридических сторон конфликта [52, с.55].
Механизмы межэтнического конфликта во многом связаны с актуализацией
чувств, «подогревающих» межгрупповое противостояние этнических «мы»- и
«они»-групп. Потенциал для этого существует почти во всех регионах со смешанным населением. Он получает энергию от существующих в глубине сознания людей давних и недавних, вполне реальных или отчасти надуманных исторических
обид. В объективном плане толчком для этого обычно служат резкие социальнополитические либо экономические перемены.
15
Межэтнические конфликты по своему происхождению, содержанию и формам проявления, а также причинам и факторам, их вызывающим, являются наиболее сложными феноменами современной социальной действительности. Их
общий смысл можно представить в виде конфронтации между национальными
движениями, политическими партиями, с одной стороны, и местными (или центральными) государственными органами власти – с другой. Последние оценивают
сложившуюся ситуацию:
 либо как конфронтацию между этническими общностями (субэтническими, этноконфессиональными, экстерриториальными, этносословными и т.п. группами);
 либо как конфронтацию этнической общности, находящейся в положении
меньшинства населения страны, с государственными институтами, выражающими культурно-языковые, социально-экономические или политические интересы
доминирующего этнического большинства [49, с.68].
Объективный анализ и осмысление сущности и содержания межэтнических
конфликтов невозможны:
 во-первых, без учета социально-экономических, политических, социокультурных и социально-психологических ценностей, существующих в конкретном
обществе,
 во-вторых, вне понятий «борьба за власть», «политические отношения»
[32, с.39].
Межэтнические конфликты выступают, с одной стороны, следствием проявления негативных стереотипов взаимного восприятия контактирующих (соперничающих) народов, с другой – порождением конфликтных ситуаций, возникающих
как результат предъявления представителями в чем-либо ущемленных этнических
групп определенных требований, а именно:
 гражданского равноправия (от прав гражданства до равноправного социального статуса и экономического положения);
 права на культуру (от символического использования родного языка на дорожных указателях и вывесках до языковой политики, признающей использова-
16
ние языка этнического меньшинства в суде, в государственных учреждениях, в
школьном и университетском образовании);
 институционализированных политических прав (от символических элементов автономии местных органов власти и символического представительства в
государственных органах управления до полномасштабного конфедерализма);
 права на осуществление определенных изменений, включая изменения
границ, создание новых государств, или присоединения к другому государству
[52, с.25].
Межэтнические конфликты сопровождаются определенной динамично меняющейся социально-политической ситуацией, которая порождается неприятием
ранее сложившегося положения существенной частью представителей одной (нескольких) местных этнических групп.
Межэтнические конфликты отличаются чередованием насилия и сосуществования сторон. Насилие в конфликте означает намеренное применение
оружия для причинения физического, имущественного и морального ущерба противнику. Сосуществование возникает вследствие затяжного конфликта, в ходе которого противники вынуждены признать невозможность достижения победы одной стороной. Сосуществование означает переходный период от насильственной
борьбы к миру и наоборот.
Межэтнические
конфликты
отличаются
кровопролитностью
и
дли-
тельностью. Во второй половине XX века местные и региональные межэтнические конфликты стали преобладающей формой насилия, более кровопролитной, чем межгосударственные войны. Межэтнические конфликты являются более
длительными и с большим трудом урегулируются посредничеством, нежели межгосударственные войны. Межэтнические конфликты порождают страх, исключающий добровольное сотрудничество и реализацию правовых норм в политическом пространстве.
Местные межэтнические конфликты имеют тенденцию к распространению и
вовлечению региональных и международных сил. В межэтнический конфликт
втягиваются пограничные государства, о чем свидетельствует конфронтация Ин-
17
дии и Пакистана, конфликты в бывшей Югославии и на постсоветском пространстве. Затяжной палестино-израильский конфликт инициировал арабо-израильские
войны. Очень часто гуманитарная помощь, оказываемая людям, пострадавшим от
этих конфликтов, превращается в ресурсы для усиления борьбы. Подобные политические проблемы очень трудно разрешить.
В современном мире практически не существует этнически гомогенных государств. К таким можно условно отнести только 12 стран (9 % всех государств
мира) [52, с.22]. Таким образом, людям разных национальностей так или иначе
приходится сосуществовать на одной территории, и мирная жизнь не всегда складывается.
В ситуациях нестабильности, неопределенности люди выбирают те сферы
взаимодействия, которые не зависят от происходящих перемен и сохраняются даже в условиях, когда все прочие связи – деловые, партийные, государственные,
культурные и другие – разрушаются. На микроуровне их роль принимают на себя
дружеские, неформальные отношения, на макроуровне – чувства этнической (а
также конфессиональной) общности. Данный механизм выполняет целительную
функцию по отношению к людям, подвергающимся его воздействию. Однако он
содержит в себе и негативный потенциал неприязни ко всем, в данную группу не
входящим, «чтобы объединиться, нужно размежеваться». Размежеванию часто
сопутствует отчуждение от всех, кто не принадлежит к данной «избранной» общности.
Доминирующим дестабилизирующим фактором зачастую служит даже не
какая-либо провокация или иной сколько-нибудь серьезный повод: острейшие
конфликты возникают спонтанно, без видимых причин. Истоки необходимо искать в сфере психологии массовых состояний, в механизмах психического заражения и внушения [1, с.67].
Межэтнические конфликты возникли на заре человеческой истории. В глубокой древности это были межплеменные войны, которые велись за территории
охоты, рыболовства, собирательства, т.е. за обладание средой обитания. Случа-
18
лось, что в них погибали целые народы, а другие подвергались мощной ассимиляции со стороны более грозного соперника.
На протяжении всей человеческой истории происходило постоянное перемещение этносов по территориям Земли. Мировая история – это продукт глобальных этносдвигов на поверхности планеты.
Древние письменные и устные источники оставили нам свидетельства крупнейших межэтнических конфликтов ранней поры. В Ветхом завете описана депортация евреев, т.е. насильственное выселение народа с этнической родины. Хорошо известна история изгнания с Пиренейского полуострова сарацинов, т.е. арабов, которые сами пришли в Европу как завоеватели. В результате реконкисты,
т.е. обратного завоевания Испании христианами, все арабы были изгнаны с полуострова [13, с.16]. Огромное количество подобных событий хранит и история
Азии.
С глубокой древности известно такое явление, как захват чужеплеменников и
продажа их в рабство или использование в качестве рабов. Этим промыслом занимались еще во втором тысячелетии до н. э. финикийские пираты. С целью захвата чужеплеменников и продажи их в рабство совершало набеги на Северный
Кавказ, в южные районы Руси и Украины Крымское ханство – вассал Турции. Работорговля была процветающим промыслом и в Казанском ханстве.
С открытием Америки и развитием плантационного хлопководства, требовавшего большого количества рабочих рук, в европейских державах появилась
целая отрасль деятельности – захват и продажа в Америку рабов. Эта деятельность привела целые области африканского континента к опустению и истреблению населявших их этнических групп [13, с.46].
Таким образом, этническая история человечества была трагедией и драмой, в
которой менялись декорации и действующие лица, но сохранялся единый сюжет.
XX век являлся периодом небывалых социальных потрясений. Две мировые
войны, в ходе которых использовались новейшие средства массового уничтожения людей, десятки кровопролитных региональных конфликтов, распад мировых
империй (Российской, Австро-Венгерской, Германской, Османской), неоднократ-
19
ная перекройка политической карты мира, социальные революции – все это является неотъемлемой чертой столетия наряду с научно-техническим прогрессом,
информатизацией общества, началом космических исследований. На фоне этого
многообразия событий красной нитью проходит обострение межэтнических конфликтов.
Начало XX столетия ознаменовалось эскалацией англо-бурской войны (18991902 гг.), которая была развязана Великобританией с целью захвата Трансвааля и
Оранжевой республики, созданных на юге Африки бурами – потомками голландских переселенцев [2, с.3].
В 1904 году началась русско-японская война, закончившаяся поражением и
территориальными потерями России. С обеих сторон в этой войне широко использовалась националистическая и шовинистическая пропаганда, надолго отравившая национальное сознание народов этих стран.
В начале второго десятилетия произошли две так называемые балканские
войны 1912-1913 гг. и 1913 года, в которых участвовали Болгария, Греция, Сербия, Черногория, Румыния, Османская империя. В этих войнах тесно переплетались национально-этнические, территориальные и иные противоречия этого потенциально конфликтного региона Европы. Обе войны были своеобразной прелюдией Первой мировой войны, начавшейся через год после окончания второй
балканской войны [40, с.234].
Первая мировая война, в которую были вовлечены многие европейские государства, Османская империя, США, породила невиданную ранее волну воинствующего национализма, шовинизма, ксенофобии, попирания элементарных прав
человека. Еще недавно гордившаяся своими культурными достижениями Европа,
олицетворявшая сущность космополитической христианской цивилизации, раскололась не только по государственно-территориальному, но и по национальноэтническому признаку. Даже социалисты, создатели двух международных организаций трудящихся – I и II Интернационалов, у руководства которых стояла интеллигенция европейских стран, перешли на позиции воинствующего националшовинизма. Исключением из этого явилась лишь созданная В. Лениным больше-
20
вистская партия, продолжавшая отстаивать не национальные, а классовые принципы объединения людей [19, с.45].
В результате Первой мировой войны распались Австро-Венгерская и Османская империя. В Европе возникли новые независимые национальные государства:
Австрия, Венгрия, Югославия, Чехословакия и др. В них появились национальные меньшинства, и это послужило одной из причин нестабильности на континенте между мировыми войнами.
Крупнейшими событиями конца второго десятилетия XX века явились глубокий кризис Российской империи и Октябрьская революция 1917 года. На территории бывшей империи образовались независимые Финляндия, Эстония, Латвия и
Литва. Восстановила свою государственность Польша, разделенная в конце XVIII
столетия между Россией, Австро-Венгрией и Германией [40, с.45].
Распад Османской империи породил целый узел ближневосточных проблем,
многие из которых обнаруживают свой конфликтогенный потенциал и до наших
дней.
В ходе Первой мировой войны произошел один из крупнейших в истории XX
века актов этноцида: в 1915 году турецкими властями было уничтожено свыше
полутора миллионов армян. Геноцид армян со стороны турецких властей повторился еще дважды, хотя и в меньших размерах, уже после окончания войны, в
1919 и 1938 годах.
XX век стал веком невиданного после уничтожения белыми поселенцами коренных жителей Америки – индейцев – массового геноцида, апогеем которого
стали обе мировые войны.
Уже в конце 1940-х годов произошла эскалация этнополитической напряженности на Ближнем Востоке – колыбели трех мировых религий и цивилизаций:
христианства, иудаизма и ислама. С глубокой древности здесь переплелись этнополитические, этнотерриториальные, этноконфессиональные и геополитические
проблемы, которые неоднократно в истории взрывались крупномасштабными и
локальными конфликтами. После Второй мировой войны в этом регионе сформи-
21
ровался устойчивый затяжной конфликт (арабо-израильский), далеко вышедший
за рамки регионального [19, с.46].
В течение всей истории существования Британской империи на ее территории не прекращалась борьба покоренных народов против британских колонизаторов. Несмотря на полиэтничность британских колоний, их народы объединялись в
борьбе за национальную независимость. Но когда независимость была обретена,
действие этой интегрирующей силы прекратилось, и на арену вышла новая опасность – межплеменные, межконфессиональные, межклановые противоречия, которые вовлекли в свою орбиту многие миллионы людей [64, с.145].
Постколониальная эпоха породила еще одну важную проблему: иммиграцию
из бывших колоний в европейские метрополии, в основном Англию и Францию,
что вызвало этнорасовый конфликт в этих странах.
Межэтнический конфликт не миновал и благополучные страны Запада: периодически стали обостряться этнические «трения» в Бельгии, этнорасовые проблемы в США; наконец, перевесом всего в один процент голосовавших 30 октября 1995 года на референдуме в Квебеке была сохранена целостность Канады –
страны с одним из самых высоких в мире уровней жизни. Распад Канады мог повлечь за собой непредсказуемую цепную реакцию сепаратизма по всему миру.
Очаги острейших межэтнических конфликтов представляют собой многие
страны постсоциалистического мира. В некоторых из них начались открытые
вооруженные столкновения на этнической почве, в других обострилась проблема
этнических меньшинств.
Крах социалистической системы и переход к экономике рыночного типа сопровождался распадом Югославии, СССР, Чехословакии. В бывшем СССР дезинтеграционные и сепаратистские процессы охватили «нижние этажи» государственности, породили территориальные претензии, потоки беженцев и переселенцев.
22
1.2. Причины и специфика межэтнических конфликтов
Межэтнические конфликты не возникают неожиданно, а назревают в течение
длительного времени, причины, ведущие к ним, многообразны. Их сочетание в
каждом конкретном случае особое.
Для возникновения межэтнических конфликтов необходимо наличие трех
факторов. Первый связан с уровнем национального самосознания, которое может
быть адекватным, заниженным и завышенным. Два последних уровня способствуют появлению этноцентристских устремлений. Второй фактор – это наличие в
обществе «критической» массы проблем, оказывающих давление на все стороны
национального бытия. Третий фактор – наличие политических сил, способных
использовать в борьбе за власть два первых фактора [84, с.480].
Объективный анализ причин межэтнических конфликтов возможен при условии анализа всех аспектов этого явления: этнопсихологического, социокультурного, социально-экономического и политического [48, с.26].
1. Этнопсихологический фактор – это общий компонент национальных интересов в конфликтной ситуации. Угроза насильственного разрушения привычного
образа жизни, материальной и духовной культуры, трансформация системы ценностей и традиционных норм по-разному воспринимаются социальными группами и индивидами в этносе. В целом они вызывают в этнической общности защитные реакции, так как отказ от привычных ценностей предполагает признание превосходства ценностей доминирующего этноса, порождает чувство второсортности, представления о национальном неравенстве.
2. Межэтнические конфликты на почве социокультурных различий возникают, как правило, вследствие форсированной принудительной языковой ассимиляции, разрушения культуры и норм религиозного или цивилизационного свойства.
Это делает реальной перспективу дезинтеграции этноса как социокультурной
общности, вызывает защитные реакции.
3. Социально-экономический фактор действует во всех межэтнических конфликтах, но его значимость различна: он может играть определяющую роль, быть
23
одной из причин конфликта, отражать реальное социально-экономическое неравенство, мнимую дискриминацию или экономические интересы узких групп.
4. Политический фактор. Возрождение этничности в любой стране сопровождается появлением новых политических лидеров меньшинства, которые добиваются большей политической власти в центре и автономии на местном уровне.
Они расторгают прежние идейно-политические союзы, подвергают сомнению легитимность существующей системы государства, отстаивая право на самоопределение меньшинства как равноправного члена международной политической системы, как нации среди наций.
В основе любого межэтнического конфликта, как правило, лежит целая группа причин, среди которых можно выделить главные и второстепенные. Чаще всего в качестве главных причин межэтнических конфликтов выступают:
 территориальные споры,
 миграции и перемещения,
 историческая память,
 стремление к самоопределению,
 борьба за материальные ресурсы или их перераспределение,
 претензии на власть национальных элит,
 конкуренция между этносами в сфере разделения труда и др. [81, с.39]
В наше время процесс обретения государственности отдельными этносами
активно развивается, что неизбежно влечет за собой претензии на территории
других этносов или отторжение части территорий других государств. А поскольку
все большие этносы представляют собой территориально организованные общности людей, то любое посягательство на территорию другого этноса воспринимается как покушение на само его существование.
Этнотерриториальные конфликты предполагают существенную «перекройку» существующего этнополитического пространства. Для обоснования этой перекройки используются, как правило, исторические факты. В качестве аргументов
и доказательств обосновывается принадлежность той или иной территории опре-
24
деленному этносу в прошлом. При этом каждая из сторон обладает, по ее мнению,
неопровержимыми историческими доказательствами, закрепляющими именно их
право на владение спорной территорией [70, с.35].
Суть проблемы обычно состоит в том, что в результате многочисленных миграций населения, завоеваний и других геополитических процессов территория
расселения этноса в прошлом неоднократно менялась, как менялись границы государств. Эпоха, от которой производится отсчет этнической принадлежности
спорной территории, выбирается сторонами достаточно произвольно, в зависимости от целей спорящих сторон. Обоюдное углубление в историю не только не
приводит к разрешению споров, но, наоборот, делает их более запутанными и
субъективными. В силу своей сложности территориальные споры практически
неразрешимы, а постановка этих проблем в программах политических движений
и отдельных лидеров чаще всего является главным признаком назревающего этнического конфликта.
Вторая группа этнотерриториальных проблем связана с вопросом создания
независимых территориально-государственных образований. Основная часть этносов на земном шаре не имеет собственных независимых национальногосударственных образований. По мере демократизации общества и повышения
вследствие этого фактического статуса этносов, не имеющих собственных суверенных государств, а также развития их экономики и культуры в их среде нередко
возникают движения, имеющие своей целью создание независимого национального государства. Особенно влиятельным подобное движение может быть в том
случае, если этнос уже имел на определенном этапе своей истории государственность и впоследствии утратил ее. Подобные стремления к изменению своего государственного статуса служат одной из наиболее частых причин межэтнических
конфликтов. К такого рода конфликтам можно отнести грузино-абхазский и армяно-азербайджанский [70, с.36].
Проблема территориальных претензий довлеет сегодня практически над всеми бывшими республиками СССР, между многими из них существуют разногласия по поводу их границ. Однако любые претензии этнических групп, содержа-
25
щие требования пересмотра существующих границ, очень болезненно воспринимаются титульными этносами и ведут к резкой эскалации межэтнической напряженности. Территориальные притязания одних народов и государств к другим,
требования передела границ охватывают большую часть еще недавно единой
страны, и многие из этих конфликтов имеют длительную предысторию [55,
с.298].
Экологическая ситуация и наличие природных ресурсов способны оказывать
воздействие на состояние межэтнических отношений, провоцируя их обострение.
Чаще всего это выражается в борьбе этносов за владение материальными ресурсами и собственностью, среди которых наиболее ценными являются земля и недра. При возникновении подобного спора каждая из конфликтующих сторон
стремится обосновать свое «естественное» право на использование земли и природных ресурсов. В этом случае подобные «ресурсные» конфликты имеют тупиковый характер, поскольку передел собственности и ресурсов приводит к противоречию интересов местных этнических элит с федеральным центром. Стремление к суверенизации - это форма такого противостояния. Примером такого конфликта может служить чеченская война.
Статусные межэтнические конфликты имеют своей целью изменение политического статуса и объема властных полномочий той или иной этнотерриториальной автономии и правящей в ней элиты. Чаще всего межэтнические конфликты такого рода возникают в переходных обществах, в условиях которых они
представляют собой эффективный способ отвода социального взрыва в русло межэтнической борьбы [3, с.22].
Историческая практика убеждает, что в условиях кризисного состояния общества всегда складываются предпосылки для различного рода экономических,
социально-политических противостояний и конфликтов, влекущих за собой перераспределение власти и ресурсов. В основе межэтнических конфликтов этого типа лежат процессы модернизации и интеллектуализации народов. Создание интеллектуальной элиты в этнических общностях приводит к тому, что в престижных видах деятельности возникает конкуренция между титульными и основными
26
этносами. Вследствие представлений о самодостаточности и самостоятельности
представители титульных этносов начинают претендовать на престижные и привилегированные места, в том числе и во власти [19, с.8].
В неустойчивой обстановке переходного периода от тоталитаризма к демократии привилегированные слои основных этнополитических групп автономий
активно стимулируют изменения системы этносоциальной стратификации. Эти
изменения несут в себе определенные издержки, так как этнические элиты, формирующие и определяющие интересы своих последователей, придают узкокорпоративным интересам этническую окраску. Одновременно идет поиск этносами
своего места в новой экономической модели общества, что способствует самовыражению и самоутверждению этносов.
Как показывает историческая практика, в большинстве полиэтнических государств естественным образом складывается система разделения труда между этническими группами. А поскольку различные сферы приложения труда дают разные доходы, между ними, естественно, складывается негласная конкуренция,
пристрастное сопоставление трудового вклада и вознаграждения за него. Когда
же существует определенная зависимость между сферами труда и этническими
общностями, эта конкуренция переносится и на сами этнические группы, в результате чего возникает напряжение в межэтнических отношениях – первый признак назревающего конфликта [19, с.34].
Некоторые постсоветские государства, по существу, остались традиционными обществами, характеризующимися слабым разделением труда, низким уровнем урбанизации, наличием трудоемких производств с большой долей ручного
труда, сильными родственными связями, отношениями личной зависимости, низким доходом на душу населения и традиционными нормами и ценностями в культуре. В силу этих причин представители других этносов, занимающие элитное
положение в обществе и занятые в сфере управления, экономики и политики, вызывают у первых чувство этнической неприязни и непроизвольно (самими фактами своей квалификации, уровнем образования и доходами) становятся стимуляторами разжигания межэтнической розни. По этой же причине могут возникать
27
конфликты и внутри одного этноса, связанные с борьбой кланов и субэтносов [55,
с.299].
Немаловажным детерминирующим фактором межэтнических конфликтов
может выступать историческая память народов, сохраняющая следы насильственных действий в области национальной политики, таких, как произвольное изменение национальных границ, искусственное расчленение этнических общностей,
несправедливое национальное устройство, вынужденное переселение «рабочей
силы», депортации народов и т. д.
Современное многообразие межэтнических конфликтов вызвано не только
причинами, отмеченными выше. Этот перечень легко можно было бы продолжить
и углубить, выбрав для анализа определенные аспекты формирования и развития
каждого конкретного конфликта. Чтобы понять причины межэтнических конфликтов, необходимо принять во внимание специфику каждого конкретного конфликта, а также учесть, что конфликтная ситуация может меняться в ходе его эскалации.
Анализируя межэтнические конфликты в Российской Федерации и странах
ближнего зарубежья, политологи и этнологи выделили большую группу причин
самого разного характера. Сюда, в частности, были отнесены:
 несправедливости административно-политической иерархии народов;
 произвольная перекройка границ национальных образований;
 депортации народов;
 непоследовательность в формировании реальной федерации;
 силовые способы противодействия дезинтеграционным процессам в республиках и т.п. [8, с.271]
Все существующие причины межэтнических конфликтов можно свести в несколько групп [8, с.272]:
1) социально-экономические – неравенство уровней жизни, различное представительство в престижных профессиях, социальных слоях или органах власти;
2) культурно-языковые – недостаточное, с точки зрения этнического меньшинства, использование его языка и культуры в общественной жизни;
28
3) этнодемографические – быстрое изменение соотношения численности
контактирующих народов вследствие миграции и различий в уровне естественного прироста населения;
4) экологические – ухудшение состояния окружающей среды и природных
ресурсов в результате их загрязнения либо истощения вследствие использования
представителями иной этнической группы или государством, ассоциирующимся с
другим народом;
5) этнотерриториальные – несовпадение государственных или административных границ с границами расселения народов;
6) исторические – прошлые взаимоотношения народов (войны, былое отношение господства-подчинения и т. д.);
7) конфессиональные – не только из-за принадлежности к различным религиям и конфессиям, но и из-за различий в уровне современной религиозности населения;
8) культурные – от особенностей бытового поведения до специфики политической культуры.
Многие причины современных межэтнических конфликтов в Российской
Федерации были заложены еще в советские времена. Так, совпадение структуры
властных отношений с национально-административным делением, предполагающим иерархию этнических «большинств» и «меньшинств», привело к отождествлению центральной власти с властью русских, республиканской власти – с властью коренной или титульной национальности и т.д. Это привело к смещению негативных отношений в межэтническую сферу еще при советской власти [4, с.7].
Жесткая экономическая, политическая и социальная зависимость «меньшинств» породила у них чувство несправедливости, неполноценности и недоверия к большинству, привела к нарушению естественного хода развития межэтнических отношений – вместо интеграции возникла внутринациональная консолидация. Официальные власти продолжали говорить о формировании новой исторической общности людей – советского народа, о дружбе народов и т.д. [8, с.273]
29
В системе функционирования каждой этнической культуры заложены механизмы воспитания у ее представителей не только уважения к иным культурным
ценностям, но и в первую очередь чувства предпочтения родовых этнокультурных ценностей – важнейшего механизма сохранения этнической общности и центральной зоны ее культуры. В СССР целые поколения отчуждались от этих ценностей. В 30-е годы происходили массовые судебные процессы над «буржуазными националистами», затем – выселение целых народов, позднее – многочисленные ошибки в национальной политике, основанные на идее, что этнические различия должны «умереть», и чем быстрее это будет сделано, тем лучше. Все это
привело к этническому обеднению не только отдельных людей, но и целых народов [5, с.90].
Важной ступенью в формировании современной ситуации межэтнической
напряженности и открытых конфликтов стало долгое культивирование нашим
обществом в своих гражданах особого стиля поведения, основанного на борьбе, а
не на поиске компромисса, что привело к формированию личностей с агрессивной
направленностью, реализовавших себя в этнических конфликтах. Это касается,
прежде всего, советской национальной интеллигенции, представляющей одно-два
поколения, из которых вырастили культурных маргиналов. Они сознательно отчуждались обществом от собственных культурных корней (язык, искусство, традиции и обычаи) и приобщались к так называемой социалистической культуре, не
имевшей собственного нравственного наполнения [70, с.45].
Десятилетиями в нашей стране насаждался идеологический монологизм. Но
ведь реальная культура – это всегда диалог. На современном этапе у многих людей наблюдается болезненный рост этнического сознания на фоне чувства тревожности и агрессии. Они стремятся к национальному возрождению и к поискам
виновных в собственном национальном неблагополучии, в кризисе самоидентификации.
30
1.3. Динамика и классификации межэтнических конфликтов
Для понимания особенностей конкретных конфликтных ситуаций, возникающих в процессе этнических взаимоотношений, и выработки мер по их урегулированию важно изучать стадии развертывания межэтнических конфликтов, а
также те основные силы и движения, которые действуют на них и определяют их
течение. Для этого необходимо исследовать динамику межэтнического конфликта, иными словами, его конфликтогенез.
Анализ любого реального конфликта показывает, что он состоит из множества сменяющих друг друга стадий, иначе говоря, проходит в процессе своего развития через ряд фаз. В зависимости от сущности, содержания и формы данного
конфликта, конкретных интересов и целей его участников, а также общих условий
протекания он может проходить через самые различные, «нестандартные» и непредсказуемые заранее фазы. Развитие, по мнению политолога В.Л. Суворова,
может идти от фазы к фазе по нарастающей, но возможно и «топтание» на месте,
повторение фаз, «отступление», «снижение» уровня [82 с.267].
По мнению психолога П.Н. Шихирева [95, с.98], все межэтнические конфликты проходят одинаковый путь:
фаза романтическая: я стремлюсь к победе, мой противник смят, я его задавлю, подчиню, заставлю действовать в моих интересах;
фаза апатии: появляется ощущение, что задачу подавления соперника, которая поначалу не представлялась особенно сложной, выполнить не так уж просто;
фаза тупика: ощущение, что победить противника не только непросто, но
даже невозможно;
фаза отчаяния: человек начинает понимать, что его противник хочет для себя
чего-то тоже очень важного. Вот тут и возникает основа для переговоров.
Появление
национально-патриотических
и
особенно
национально-
радикальных движений переводит этнический конфликт из потенциальной в актуальную стадию и знаменует начало выработки четких и твердых притязаний и позиций в нем, находящих выражение в программных документах и декларациях
этих движений. Как правило, эта стадия, по мнению конфликтологов, в случае
31
дальнейшей эскалации конфликта служит подготовкой к следующей стадии –
конфликтных действий, становящихся в ходе нарастания остроты конфликта более насильственными.
По мере накопления жертв и потерь конфликт на этой стадии делается все
менее управляемым и цивилизованно разрешимым. Тем самым развитие этнонациональной конфронтации все больше подводит конфликт к черте, за которой
может последовать национальная катастрофа и потому жизненно необходимыми
становятся меры по его скорейшему ослаблению и умиротворению, например, такие как посредничество, консультирование, переговорный процесс и т.п., нацеленные на достижение консенсуса или, по крайней мере, компромисса [6, с.8].
Результативность достижения компромисса и консенсуса является показателем того, в какой мере приведены в действие демократические и гуманистические
способы урегулирования межэтнических конфликтов. Эти способы позволяют
нейтрализовать националистические установки и конфронтационные устремления
их участников и помочь каждому из них перейти от жесткого или насильственного противодействия этнических общностей и их представителей к эффективному
и согласованному взаимодействию с ними ради совместного удовлетворения потребностей и интересов всех участников возникшей межэтнической коллизии.
Развертывание этого процесса означает укоренение и закрепление общедемократического принципа приоритетности и неотъемлемости прав и свобод каждого
человека в сфере этнических отношений [9, с.78].
Проведенный учеными-конфликтологами (А.Я. Анцуповым, А.И. Шипиловым, О.А. Золотаревым, К.С. Гаджиевым, О.А. Рыжовым, М.Ю. Зеленковым,
Л.И. Никовской, Е.И. Степановым, А.В. Картуновым и др.) анализ механизма эскалации конфликтного противостояния показывает, что на первой стадии происходит втягивание в конфликт всех слоев и социальных групп различных этносов.
Однако это не означает одинаковой активности всех представителей этих групп,
как правило, постоянно участвует в конфликте лишь незначительная доля каждой
этнической группы.
32
Во время второй стадии идет окончательное субъективное определение сторонами конфликта своих политических интересов, целей, стратегий и форм борьбы. В этой фазе сторонами определяется или даже частично реализуется система
политических мер, носящих характер борьбы или сотрудничества, с целью разрешить противоречия, в том числе и на основе компромисса.
Третья стадия – это нарастание борьбы до политического кризиса, охватывающего непосредственных участников. В это время осуществляются попытки
сепаратистских действий одной из сторон, нарастает всплеск национализма. В
этой фазе возможен переход к применению силы в демонстрационных целях, ограниченных масштабом с целью принудить противоположную сторону к удовлетворению своих интересов.
На четвертой стадии при условии нежелания сторон мирным путем разрешить конфликт возникает экстремальная ситуация, означающая переход конфликта в его крайние формы. Длительная экстремальная ситуация может перерасти в состояние локальной этнической и даже гражданской войны.
Далеко не все межэтнические конфликты трансформируются в силовое противоборство. Возможность и вероятность перерастания различных конфликтных
ситуаций в фазу силовой борьбы зависит от множества разнородных предпосылок
и условий внутреннего и внешнего, субъективного и объективного порядка.
Последняя (пятая) стадия – разрешение конфликта или переход его в состояние затяжного кризиса. При этом основной путь его урегулирования – координация действий конфликтующих сторон и согласование политических интересов [10, с.67].
На любой из рассмотренных стадий, по мнению политиков и ученых, может
начаться альтернативный процесс. Он проявляется в прекращении силовых действий, попытках вести переговоры об ослаблении или ограничении силового противостояния, обмене заложниками и других действиях, направленных на уменьшение конфронтации.
Если анализировать механизм эскалации межэтнического конфликта более
подробно, то можно отметить, что для его наличия необходима конфликтная си-
33
туация. Речь идет об объективном сочетании разных обстоятельств, которые
предшествуют конфликту и обусловливают, как правило, несовместимые противоположные требования потенциальных участников конфликта. Удовлетворение
интересов одной из сторон означает ущемление другой. Это положение можно
проиллюстрировать на многих примерах, например, на ситуации в Нагорном Карабахе, Абхазии, Приднестровье и др. [11, с.345]
Проведенный комплексно-системный анализ имевших место межэтнических
конфликтов показал, что каждая конфликтная ситуация имеет свои особенности и
характерные черты. По мнению политолога В.Л. Суворова, можно выделить следующие моменты развития конфликтной ситуации:
 постепенное усиление развития конфликта за счет введения все более активных сил, а также за счет накопления опыта борьбы;
 увеличение количества проблемных ситуаций и углубление первичной
проблемной ситуации. По мере развития конфликта происходит выискивание все
новых претензий, обвинений, первичная проблемная ситуация обрастает новыми
аргументами и фактами.
 повышение конфликтной активности участников, изменение характера
конфликта в сторону его ужесточения, вовлечения в него новых лиц. Конфликт из
относительно «спокойного» переходит в силовое столкновение, растет число убитых и раненых, как следствие, в конфликт вовлекается практически все население
с одной и другой стороны.
 нарастание эмоциональной напряженности, сопровождающей конфликтное взаимодействие, которая может оказать как мобилизующее, так и дезорганизующее влияние на поведение участников конфликта. Чаще эмоции не соединяют,
а разъединяют. В межэтническом конфликте по мере его развития возрастает чувство антипатии или враждебности.
 в ходе развития конфликтной ситуации характерно формирование устойчивого образа внешнего врага. В этом случае компромисс воспринимается только
как капитуляция противника, когда проявляется стремление каждой из сторонучастниц конфликта «одержать победу».
34
 вовлечение в конфликт или его урегулирование третьих сил или международных организаций [82, с.278].
Как показывает мировая практика, конфликтная ситуация может существовать задолго до того, как произойдет прямое столкновение участников, начатое по
инициативе одного из них. Чтобы конфликт начал развиваться, необходим инцидент, повод, т.е. внешнее обстоятельство, которое является пусковым механизмом, толчком, детонатором, подталкивающим развитие событий. Причем толчком
может послужить любое действие как регионального, так и локального (местного)
масштаба. Начавшись с инцидента, конфликт затем разгорается, превращаясь в
крупномасштабный, острый и затяжной.
Любой межэтнический конфликт имеет типовую стадиальную динамику развития (поэтапное возрастание степени напряженности). В научных трудах различных авторов (А.В. Дмитриев, В.И. Кудрявцев, С.В. Кудрявцева, В.В. Дружинин, Д.С. Конторов, М.Д. Конторов, А.Г. Здравомыслов, Е.И. Степанов, А.Н. Чумиков, В.А. Ядов, В.С. Комаровский, В.С. Овчинников, Л.Н. Тимофеева, С.В. Рогачев, Г.С. Котанджян) можно встретить разные точки зрения на динамику развития межэтнических конфликтов.
Обобщенную трактовку динамики конфликта предлагает представитель западной школы М. Дойч: «Динамика межличностного, межгруппового или международного конфликта, видимо, имеет схожие характеристики и зависит от таких
процессов, как «самосбывающиеся пророчества», предубеждения или невольные
обязательства. Например, похоже, что как для групп, так и для отдельных индивидов самосбывающиеся пророчества приводят к враждебности в отношении другой стороны в ответ на проявление враждебности в отношении себя, вызванное
ожиданиями враждебности первой стороны. Точно так же группы, как и отдельные индивиды, склонны рассматривать свои действия в отношении противоположной стороны как более оправданные и «добронамеренные», чем действия другой стороны в отношении себя» [29, с.202].
Динамику конфликта с позиции психологов прослеживают А.Я. Анцупов и
А.И. Шипилов, ситуативную динамику конфликта рассматривает А.П. Котов.
35
В. Жуков и Б. Краснов считают, что межэтнические конфликты в отличие от других типов социальных конфликтов имеют собственную динамику.
Наиболее интересна, на наш взгляд, схема развертывания межэтнического
конфликта, предложенная В.А. Михайловым [51, с.75], который весь ход конфликта раскладывает на несколько этапов.
Во время первого этапа происходит образование «воронки» противостояния.
Причины при этом бывают самые разные. Например, наиболее типичной причиной является исчезновение или разрушение объединяющего (скрепляющего) политического или идеологического стержня, известного как государственная система.
На втором этапе начинает проявлять себя так называемый закон «заразного
причинения»: «нет ничего у одной стороны, что рано или поздно не проявилось
бы у другой». Субъект этнического движения как бы «плодит» своих «антидвойников». Самокритика, если она была, исчезает, а критика используется в основном в целях криминала. Наступает, по выражению В.А. Михайлова, время «одномерных личностей». Развитие процесса становится страшным в своем однообразии – изменяются только ареал и арсенал взаимодавления. Все подчиняется одной
основной цели – расширению конфликта. Запущенная теперь на полную мощь
психологическая война кое-где сопровождается спорадическими силовыми стычками.
На третьем этапе противостояние дорастает до антагонизма. Все буферные и
промежуточные силы обесточиваются. Механизмов обратного действия уже не
существуют, так как на обеих сторонах, по мнению В.А. Михайлова, «правят
идентично устраненные и настроенные лидеры, господствуют однотипные – хотя
и с обратным знаком – «измы», применяются почти аналогичные методы». События начинают разворачиваться по принципу «зеркального отражения», когда
практически все действия и поступки одной стороны своего рода бумерангом возвращаются к ней же назад. В начавшейся войне «двойников» работает известный
закон физики – действие равно противодействию. С течением времени в характе-
36
ристиках этой борьбы хотя и постепенно, но окончательно исчезают такие категории, как «правые» и «виноватые», остается только категория «бедствующие».
Возникает весьма динамичная статика в виде столкновения по сути идентичных противоположностей, предоставленных самим себе. Эта статика может продолжаться довольно долгое время и, в основном, силовыми средствами.
Таким образом, как считает Р. Карчаа, механизм развертывания межэтнического конфликта похож на спираль, где «каждому витку соответствует своя пара
антагонистов». На каждом последующем витке ход событий «уплотняется», ускоряется и усложняется, увеличивается поражающая сила противника, то есть антагонисты становятся, условно выражаясь, все «антагонистичнее» [42, с.45].
На определенном этапе массы начинают постепенно испытывать психоэмоциональную усталость и надеются на «достойное» завершение конфликтной ситуации. Но так как методикой «достойного» выхода практически никто не владеет, и субъект этнического движения идти в обратном от конфликта направлении
не умеет, а народ постоянно ждет от своих лидеров каких-то действенных решений, последним ничего не остается, как «идти вперед», в направлении очередных
авантюр и еще большего усугубления конфронтационной обстановки.
Начинают «рваться» вертикальные и горизонтальные социальные связи.
«Война» законов ведется одновременно на нескольких уровнях. Взаимное подталкивание сторон последовательно – через «завязку», разворачивание и эскалацию – доводит конфликт до абсолютного антагонизма, где ситуация приобретает
такие свои характерные черты как «обратимость, зеркальность, идентичность, абсолютная полярность и т. д.».
Социолог А.Г. Здравомыслов [33, с.167] предложил следующую схему развертывания межэтнических конфликтов:
 конфликты начинаются с постановки и обсуждения проблем национальных языков. Именно лингвистическая тематика раньше прочих переходит из закрытой формы в открытую и имеет огромное мобилизующие значение, т.к. апеллирует ко всем людям данной этнической группы;
37
 конфликт перемещается в политическую сферу с весомым элементом статусных и территориальных претензий. Ученым акцентируется внимание на том,
что данная фаза конфликта предполагает обращение сторон к историческим фактам и традициям, а также делается заключение о доминирующей роли политики в
межэтнических конфликтах и подчеркивается, что развитие этих конфликтов не
может быть объяснено с помощью концепции определяющей роли экономических
факторов и интересов. Отсюда следует, что динамика межэтнических конфликтов
зависит от того, насколько сильны притязания на власть новых элит, выросших в
рамках старых структур, отторгнутых как от участия во власти, так и от культурного самоопределения соответствующих национальных общностей.
По мнению исследователя С. Агаева, схема развертывания межэтнических
конфликтов выглядит таким образом [19, с.12]:
 первоначально возрождаются обычаи предков, привлекается внимание к
языку, забытым традициям, верованиям конкретной этнической группы, формируется то, что называется этнокультурой;
 вслед за этим укрепляется чувство общеэтнической солидарности, в общественное сознание «вбрасывается» объединяющая всех идея;
 наблюдается бурный рост этнического самоутверждения, «реанимируется»
историческая память, всплывают все прошлые обиды, страхи и претензии; иногда
это сопровождается ростом чувства этнической исключительности и формированием моделей этнонационального поведения (иногда резко политизированного);
 происходит т. н. «языковая» суверенизация, со стороны титульного (или
коренного) этноса имеет место вытеснение или ущемление языков других групп
населения (нетитульных этносов, национальных меньшинств и т. д.), в том числе
и через такой мощный инструмент, как принятие соответствующих законов о
языке;
 активно прорабатываются идеи регионализации, автономизации, суверенитета, прав народов;
38
 наблюдаются действия, направленные на «отторжение» чужого, создается
«образ врага» в лице представителей другого этноса;
 начинается «война законов» с центральной властью, выставляются все более жесткие (иногда просто неприемлемые) требования к Центру, предпринимаются шаги по пути экономической суверенизации со стремлением выйти в пространство международных отношений;
 фактическая суверенизация территории влечет за собой установление контроля данной этнической группы над территорией ее проживания и ресурсной базой, контроль сопровождается соответствующим законодательным прикрытием;
 принимаются различные обращения и заявления этнических лидеров в адрес международных институтов (универсальных или региональных типа ПАСЕ,
ОБСЕ, иногда таких специфических, как НАТО) с целью получения материальной
и моральной поддержки, признания своего права на этническое самоопределение
и (одновременно с этим) настоятельные просьбы «наказать» сопротивляющийся
этим устремлениям центр;
 провозглашается полная независимость территории от центра, национализируется федеральное (республиканское) имущество, начинается перераспределение собственности в интересах представителей «своего» этноса, что тут же обостряет ситуацию в сфере этнонациональных отношений;
 создается этнократическая модель государственного устройства со всеми
вытекающими из этого последствиями, как крайний вариант – это сопровождается
этническими чистками и резким территориальным размежеванием.
Таким образом, можно выделить основные обобщенные этапы развития межэтнических конфликтов, некоторые общие критерии их перехода от одной фазы
к другой, а также некоторые постоянно присутствующие группы признаков, изменения в которых объективно ведут к преобразованию одной фазы в другую. В
усредненном значении динамика развития межэтнического конфликта будет выглядеть следующим образом:
1. В период зарождения конфликтной ситуации выдвигаются требования повышения роли языка коренного населения региона, национальные движения об-
39
ращаются к традициям, обычаям, народной культуре, к этнонациональной символике, которые в своей совокупности противопоставляются аналогичным явлениям
«чуждой» культуры. Это ценностно-символическая стадия.
2. Созревание конфликтной ситуации характеризуется стремлением перераспределить властные полномочия в пользу одной этнической группы за счет других групп, изменить этническую иерархию, повысить этнический статус коренных жителей и т.п. На этой, статусной, стадии конфликта этничность находит
свое выражение в форме этнических интересов и становится для местной элиты
инструментом давления на центральную власть с целью реорганизации существующего этнополитического пространства в свою пользу.
3. Наступает территориальная стадия, которая может довести развитие межэтнического конфликта до выдвижения либо территориальных притязаний в
рамках данного этнологического государства, либо притязаний на создание новой
этнонациональной государственности, либо взглядов на изменение территориальных границ существующего политического пространства. На этой стадии этническая группа может прибегнуть к силовым действиям, чтобы подкрепить свои притязания [70, с.35].
Каждая из отмеченных усредненных стадий развития конфликта характеризуется, в свою очередь, соответствующим состоянием, типами и формами практических взаимоотношений этносов. Так, для первой стадии основным становится
состояние межэтнического отчуждения. Это проявляется в стремлении к этнически однородным бракам, к моноэтническому общению, к минимизации контактов
с иноэтнической средой, за исключением неизбежных – профессиональных или
бытовых. Иными словами, речь идет об увеличении социокультурной дистанции.
Отчуждение при этом усиливается культурными различиями этносов, их несхожими стереотипами поведения.
По мере развития конфликтной ситуации состояние отчуждения перерастает
в состояние этнической неприязни, при которой недостатки, просчеты, ошибки в
сферах культуры, экономики, политики экстраполируются на соответствующую
этническую общность. Состояние неприязни при соответствующих условиях и
40
обстоятельствах довольно быстро может привести к насильственным действиям,
которые в обыденном сознании чаще всего и расцениваются как собственно конфликт. В этом случае межэтнический конфликт становится формой политического действия и средством достижения политических целей. В то же время нельзя
забывать, что любой межэтнический конфликт представляет собой одну из разновидностей социальных конфликтов наряду с религиозными, расовыми и межгосударственными.
Один из узловых вопросов теории межэтнических конфликтов – это их типология. Важность его обусловлена потребностью контролирования и политического регулирования процесса протекания, а также эволюции конфликта данного типа [2, с.64].
Типология межэтнических конфликтов имеет свои критерии. Исходными
критериями для установления типа межэтнического конфликта, по мнению большинства конфликтологов, являются:
 социально-политическая природа и содержание конфликта;
 экономические, социальные и политические цели конфликтующих сторон;
 соотношение и расстановка внутренних политических сил;
 цели и стратегия сторон в конфликте;
 внешние условия возникновения и развития конфликта;
 экономический и силовой потенциал конфликтующих сторон;
 морально-психологическое состояние населения и т. п. [13, с.532]
Для того чтобы классифицировать межэтнические конфликты, необходимо
обозначить различные виды ситуаций, при которых субъекты этих конфликтов
взаимодействуют между собой. Многие межэтнические конфликты, как показывает история, фактически являются следствием проблем, возникающих из изменения положения какой-либо этнической группы в обществе.
По мнению исследователей В. Жукова и Б. Краснова, этнонациональные
группы существуют в следующих наиболее типичных ситуациях [59, с.167]:
41
1) этнические группы в государстве, которое признает себя полиэтническим
или многонациональным. Такие группы могут устанавливать свою тождественность на основе языка (например, как в Бельгии и Швейцарии), религии (например, сикхи, мусульмане и индусы в Индии; христиане и мусульмане в Ливане),
национальности (например, как в Советском Союзе) или расы (например, Южная
Африка). В этих случаях этнические группы, отличающиеся от доминирующей
или более многочисленной национальности, могут обладать или не обладать особым правовым статусом. Обычно они представляют меньшинство и не занимают
господствующего положения;
2) этнические группы в государстве, которое официально не признает себя
полиэтническим, как, например, Франция, Япония, Индонезия, Турция, Португалия, многие африканские страны. Здесь меньшинства могут иметь региональную
основу (например, как бретонцы или корсиканцы во Франции, шотландцы или
валлийцы в Великобритании), расовую (например, как черные африканцы в Соединенных Штатах), религиозную (например, как копты в Египте или шииты в
Ираке), племенную (например, в Афганистане) или комбинацию ряда этих критериев;
3) этнические меньшинства, которые идентифицируют себя с родственной
этнической общностью в соседнем государстве, где она может составлять большинство населения (например, как венгры в Румынии, турки в Болгарии, албанцы
в Югославии, чиканос в Соединенных Штатах);
4) многочисленные этнические группы в государстве, где ни одна из них не
занимает особого доминирующего положения. Такая ситуация, например, преобладает в Африке к югу от Сахары, в некоторых странах Азии;
5) этнические меньшинства, которые проживают по обе стороны межгосударственной границы и имеют статус меньшинства в каждой из сопредельных
стран, например, как в ряде регионов Юго-Восточной Азии, баски в Испании и
Франции, курды на Среднем Востоке, лезгины в Азербайджане и России;
6) этнические иммигранты и беженцы, появляющиеся в результате массовой
миграции из одних стран в другие, в основном из слаборазвитых стран в индуст-
42
риально развитые государства (например, африканцы в Англии и Франции, курды
в ФРГ);
7) автохтонные народы и племена, которые представляют собой особый случай среди этнических групп. Обычно их относят к меньшинствам из-за исторических обстоятельств: покорения и включения в новые государственные структуры;
привязанности к своей земле и территории, а также из-за векового сопротивления
геноциду, этноциду и ассимиляции. Автохтонные народы встречаются в обеих
Америках, Австралии и Новой Зеландии. Кроме того, имеются многочисленные
племена на юге и юго-востоке Азии, на Крайнем Севере и Дальнем Востоке.
По мнению политолога В.Л. Суворова, в основу типологии межэтнических
конфликтов могут быть положены социально-политическая природа и содержание конфликта, отражающиеся в целях и стратегии сторон в конфликте, их продолжительность и форма протекания [82, с.265].
В конфликтологической теории существует множество вариантов типологии
межэтнических конфликтов. Так, Г. Лапидус предлагает следующую типологию
как путь к пониманию различия и сходства между межэтническими конфликтами:
1) конфликты, происходящие на межгосударственном уровне (например,
конфликт между Россией и Украиной по вопросу о Крыме);
2) конфликты внутри государства, которые, в свою очередь, подразделяются
на:
 конфликты с вовлечением в них аборигенных меньшинств (например, лезгин в Азербайджане и Дагестане);
 конфликты с вовлечением в них общин пришлого населения;
 конфликты с вовлечением насильственно перемещенных меньшинств (например, крымских татар);
 конфликты, возникающие в результате попыток пересмотра отношений
между бывшими автономными республиками и правительствами государствпреемников (например, Абхазии в Грузии, Татарстана в России) [2, с.74].
Конфликты, связанные с актами общинного насилия (например, Ош, Фергана) в Средней Азии, выведены исследователем в отдельную категорию. Здесь, по
43
мнению Г. Лапидус, большую роль сыграл экономический, а не этнический фактор.
Кроме того, в научной литературе можно встретить расширенную типологию
межэтнических конфликтов, возникающих в одном государстве:
 конфликты с вовлечением в них коренных народов (например, азербайджанцев и армян в Азербайджане);
 конфликты между титульной и нетитульной национальностями (например,
«коренными» и «некоренными», «пришлыми», «русскоязычными» в Латвии, Эстонии и др.);
 конфликты с вовлечением насильственно перемещенных народов (например, крымских татар);
 конфликты, возникающие в результате попыток пересмотра статуса национально-государственных образований (например, Абхазия в Грузии, Чечня в
России) [34, с.29].
Наиболее полный, на наш взгляд, вариант типологии межэтнических конфликтов предложил историк Я.Я. Этингер [2, с.23]. С большей или меньшей степенью условности он сводит их к нескольким основным типам:
1. Территориальные конфликты, часто тесно связанные с воссоединением
раздробленных в прошлом этносов. Их источник – внутреннее, политическое, а
нередко и вооруженное столкновение между стоящим у власти правительством и
каким-либо национально-освободительным движением или той или иной ирредентистской и сепаратистской группировкой, пользующейся политической и военной поддержкой соседнего государства. Классический пример – ситуация в Нагорном Карабахе и в Южной Осетии.
2. Конфликты, порожденные стремлением этнического меньшинства реализовать право на самоопределение в форме создания независимого государственного образования. Таково, например, положение в Абхазии, Гагаузии, в Приднестровье.
44
3. Конфликты, связанные с восстановлением территориальных прав депортированных народов. Например, спор между осетинами и ингушами из-за принадлежности Пригородного района.
4. Конфликты, в основе которых лежат притязания того или иного государства на часть территории соседнего государства. Например, стремление Эстонии и
Латвии присоединить к себе ряд районов Псковской области, которые, как известно, были включены в состав этих двух государств при провозглашении их независимости, а в 40-е годы ХХ века перешли к РСФСР.
5. Конфликты, источниками которых служат последствия произвольных территориальных изменений, осуществляемых в советский период. Например, проблема Крыма или территориальное урегулирование в Средней Азии.
6. Конфликты как следствие столкновений экономических интересов, когда
за выступающими на поверхность национальными противоречиями в действительности стоят интересы правящих политических элит, недовольных своей долей
в общегосударственном федеративном «пироге». Например, взаимоотношения
между Грозным и Москвой, Казанью и Москвой.
7. Конфликты, в основе которых лежат факторы исторического характера,
обусловленные традициями многолетней национально-освободительной борьбы
против метрополии. Например, конфронтация между Конфедерацией народов
Кавказа и российскими властями.
8. Конфликты, порожденные многолетним пребыванием депортированных
народов на территориях других республик. Таковы, например, проблемы месхетинских турок в Узбекистане, чеченцев в Казахстане.
9. Конфликты, в которых за лингвистическими спорами (какой язык должен
быть государственным, и каков должен быть статус иных языков) часто скрываются глубокие разногласия между различными национальными общинами, например, в Молдове, Казахстане.
Проведенный историком С.В. Чешко содержательный анализ межэтнических
конфликтов в пределах России позволил ученому сгруппировать их в три основных типа:
45
 конфликты, доминирующую роль в которых играют территориальные притязания. Они касаются соседствующих народов и этнических групп и могут приобретать весьма острый характер. Наиболее явный пример конфликта такого типа
– осетино-ингушский. Напряженность в связи с территориальными спорами имеет
место и в Кабардино-Балкарии;
 конфликты, вызванные требованиями выхода из России и полной государственной самостоятельности. Такого рода конфликты называются сецессионными. Здесь наиболее ярким примером является Чечня. Сецессионные тенденции
имели место и в Татарстане до заключения договора о разграничении полномочий
между федеральными и республиканскими властями. За пределами России к конфликтам такого же типа можно отнести грузино-абхазский и приднестровский;
 статусные конфликты, в основе которых лежит желание расширить административно-управленческие полномочия в соответствующем регионе. Такие
конфликты могут быть и не связаны с национальными интересами каких-либо этнических образований. Национальный аспект здесь раскрывается лишь в отношении к проблеме целостности России и признания (или непризнания) авторитета
Российского государства. Примером такого конфликта может служить попытка
провозглашения Уральской республики [91, с.3].
По мнению социолога Л.М. Дробижевой, в Российской Федерации в основном прослеживается три типа конфликтов этнического характера:
 конституционные конфликты. Некоторые республики приняли конституции, которые противоречат прошлой и теперешней Конституции Российской Федерации: Саха (Якутия), Тыва, Татарстан и другие. Первое противоречие заключается в том, что в конституциях говорится о главенстве законов республик над
федеральными, второе связано с контролем за использованием ресурсов, третье –
с непосредственным выходом на международную арену;
 территориальные конфликты;
 межгрупповые конфликты [25, с.109].
46
Если взять за основание типологии территорию проживания, наличие или отсутствие государственных или административных границ, то можно выделить
следующие типы межэтнических конфликтов:
1) межгосударственные, внешние конфликты;
2) региональные конфликты между различными этносами, разделенными
общей административной (внутрифедеральной) границей в рамках единого государства;
3) конфликт между Центром и регионом (например, субъектом Федерации).
Такой конфликт является внутригосударственным, но с позиции региона или
субъекта Федерации он может рассматриваться как внешний, если субъект стремится к полной государственной независимости (например, российские федеральные органы власти считают чеченскую войну внутрироссийским конфликтом,
а чеченские сепаратисты – как внешнюю агрессию России против независимой
республики Ичкерия);
4) местные конфликты – между различными этническими образованиями,
проживающими в рамках единых государственных, федеральных или административных границ (например, в одном городе, области, субъекте Федерации) [74,
с.278].
В научной литературе встречается также деление межэтнических конфликтов
на цивилизованные и нецивилизованные. При этом к нецивилизованным относят:
 локальные войны (гражданские, сепаратистские);
 массовые беспорядки, сопровождающиеся насилием, грубыми и многочисленными нарушениями прав и свобод личности;
 религиозный фундаментализм [60, с.58].
В зависимости от мотивов возникновения межэтнические конфликты разделяют также на территориальные, обусловленные взаимными территориальными
притязаниями этносов; экономические; политические; исторические; ценностные;
конфессиональные; социально-бытовые и др. [48, с.34]
В зависимости от целей национально-этнических движений конфликтологи
выделяют следующие типы конфликтов [74, с.234]:
47
1) территориально-статусные – борьба за изменение границ, повышение статуса и увеличение объема реальных прав и полномочий этноса;
2) социально-экономические – борьба за перераспределение части общественного продукта в свою пользу;
3) культурно-языковые – защита родного языка и национальной культуры;
4) сепаратистские – борьба за выход из состава Федерации и образование
собственного независимого государства.
Этнотерриториальный тип межэтнического конфликта предполагает притязания и споры этнической группы за право проживать на той или иной территории, владеть или управлять ею. При этом оспаривается право другого этноса проживать на спорной территории. Это, как правило, самые трудные для урегулирования противостояния. Современные этнотерриториальные конфликты, в основном, являются следствием этнических репрессий и возникают в ходе реабилитационного процесса. Другие конфликты этнотерриториального типа возникают в
ходе восстановления территориальной автономии (немцы Поволжья, крымские
татары) или правовой, социальной, культурной реабилитации этноса (греки, корейцы и др.).
В группу этнотерриториальных конфликтов также входят конфликты, вызванные стремлением некоторых этносов воссоединиться с соседним «материнским» или «родственным» государством (например, косовские албанцы). Такие
конфликты самые трудные для разрешения, так как компромисс здесь обычно невозможен, конфликт может быть либо подавлен силой, либо разрешен эмиграцией
(депортацией) конфликтогенного меньшинства.
Социально-экономические конфликты, возникают на основе требования выравнивания уровня жизни у представителей разных этносов, вхождения в элиту
или прекращения льгот, субсидий и экономической помощи другим народам. Эти
конфликты можно привести к компромиссному варианту за счет перераспределения власти и экономических ресурсов при сохранении исходной структуры общества.
48
Культурно-языковые конфликты рождаются на основе требований оказать
содействие усилиям по сохранению или возрождению языка и культуры этнического меньшинства в частной или общественной жизни. Здесь также возможен
компромисс за счет изменения культурно-языковой политики при сохранении исходного общества или путем признания территориальной автономии этнических
меньшинств.
В зависимости от времени и интенсивности развития межэтнического конфликта можно выделить краткосрочные и долгосрочные, перманентные и спонтанные, более интенсивные и менее интенсивные конфликты.
Исследователь Е.В. Тутинас считает, что в зависимости от мотивов (причин),
особенностей субъективного состава межэтнические конфликты могут быть:
 национально-территориальными (во многих случаях данные конфликты
содержат попытки решения проблем «исторической родины», например, возвращение исконных территорий проживания или воссоединение разных этнических
общностей);
 конфликтами, связанными со стремлением этнических меньшинств реализовать право на самоопределение;
 конфликтами, источниками которых является стремление депортированных народов восстановить свои права;
 конфликтами, основанными на столкновении правящих этнических элит в
экономической и политической сферах;
 конфликтами, связанными с дискриминацией какого-либо этноса, нарушением его прав либо прав, свобод и законных интересов его представителей;
 конфликтами, обусловленными принадлежностью (по этническому признаку) к разным религиозным общинам, течениям, т.е. на конфессиональной почве;
 конфликтами, имеющими в своей основе расхождения и столкновения этнических ценностей (правовых, лингвистических, культурных и др.) [85, с.20].
49
Многие межэтнические конфликты можно обозначить и как замещенные
конфликты. Поскольку часто антагонизм интересов направлен на этническую
группу, которая реально не является участником конфликта, а замещает какиелибо иные интересы и соображения.
По форме проявления принято различать латентные (скрытые) и актуализированные (открытые) конфликты. Латентные конфликты могут существовать десятилетиями и более и перерастать в открытые лишь в определенных общественных условиях. Как правило, латентные конфликты непосредственно не создают
угрозы для жизнедеятельности людей, и именно в этой форме конфликты лучше
всего разрешать [74, с.288].
Как показывает практика, многие межэтнические конфликты можно назвать
ложными из-за высокой составляющей эмоционального характера. Слишком высокая степень эмоциональной насыщенности затрудняет адекватное восприятие
ситуации и противоположной стороны, рождая ложные образы и опасения, агрессивность и дегуманизируя восприятие оппонентов.
В этнополитологии различают «конфликты интересов» и «конфликты ценностей» («конфликты идентичности»), где первая форма конфликтов относительно
легче поддается преодолению или урегулированию, нежели вторая [59, с.236].
Межэтнические конфликты можно также классифицировать по характеру
действий конфликтующих сторон (насильственные или ненасильственные) [34,
с.54].
В свою очередь, насильственные конфликты проявляются в форме:
 региональных войн, т.е. вооруженных столкновений с участием регулярных войск и использованием тяжелого вооружения;
 кратковременных вооруженных столкновений, продолжающихся несколько дней и сопровождающихся жертвами. Такие столкновения еще принято
называть конфликтами-бунтами, конфликтами-погромами.
При этом насильственные конфликты могут быть локальными и широкомасштабными, предполагающими развернутые силовые действия сторон.
50
Другие конфликты по форме их проявления можно отнести к ненасильственным:

институциональные формы конфликта, когда в противоречие приходят
нормы конституций, законодательства, реализующие интересы конфликтующих
сторон;
 политические (без применения физической силы) конфликты;
 дипломатические конфликты;
 юридические конфликты;
 экономические конфликты и др.
Формой ненасильственных конфликтов также являются митинги, демонстрации, голодовки, акции гражданского неповиновения.
Каждая из указанных форм отличается своими действующими лицами, или
основными субъектами конфликта. При институциональной форме главными
действующими лицами являются властные структуры, политические партии и
объединения, общественные движения, реализующие свои требования через институты власти.
При манифестизирующей форме конфликта субъектом выступают уже значительные массы людей, поэтому данную форму конфликта называют еще конфликтом «массовых действий». Само по себе понятие «массовые действия» относительно, но в зонах конфликтов всегда можно четко разделить действия отдельных групп и массовые выступления.
Если все формы ненасильственных конфликтов приводят к росту психологического напряжения, фрустрации (чувству безысходности) в этнических группах,
то насильственные конфликты сопровождаются жертвами, потоками беженцев,
принудительными депортациями, вынужденными переселениями.
Другой тип классификации конфликтов – по основным целям, выдвигаемым
конфликтующими сторонами. Типологизация на основе содержания конфликтов,
целевых устремлений конфликтующих сторон в настоящее время является самой
актуальной и распространенной. В рамках данной типологизации оказываются
51
конфликты с самым широким диапазоном целей: от этнополитических до этнотерриториальных [34, с.64].
В этом случае выделяются статусные межэтнические конфликты, возникающие в результате стремления этнической общности повысить свое положение
(статус) в федеральной системе. По своей сути конфликты этого типа сводятся к
борьбе этнических групп за конфедеративную форму устройства государства. К
этому же типу конфликтов можно отнести и этнические движения за создание
своих национальных образований. Такие конфликты можно привести к компромиссу за счет изменения системы государственного устройства путем перераспределения властных полномочий от центрального правительства к органам управления этнотерриториальными автономиями при сохранении исходного полиэтнического общества в трансформированном виде.
Анализ разного типа межэтнических конфликтов и форм их проявления позволил политологам Э.А. Паину и А.А. Попову разделить межэтнические конфликты на три категории: конфликты стереотипов, конфликты идей, конфликты
действий [63, с.3].
Первый тип подразумевает такой характер конфликта, когда конфликтующие
этнические группы еще не четко осознают причины противоречий, но в отношении оппонента создают негативный образ «недружественного соседа», «нежелательной группы».
Характерной чертой второго типа этой классификации является выдвижение
тех или иных притязаний. В этом случае в средствах массовой информации, в литературе и других средствах коммуникации начинает обосновываться «историческое право» какого-либо этноса на самостоятельную государственность.
Третий тип конфликта – конфликт действий – означает проведение митингов,
демонстраций, пикетов, открытых столкновений со своими оппонентами и органами власти.
В данной типологии отражены скорее стадии или формы конфликтов. Но такая оценка была бы неточной.
52
Таким образом, проведенный нами анализ существующих типологий межэтнических конфликтов позволяет сделать ряд основополагающих выводов:
 выявленные типологии имеют достаточно условный характер, поскольку
любой межэтнический конфликт одновременно соединяет в себе несколько причин, целей и форм;
 для точной оценки межэтнического конфликта следует не только устанавливать основные его причины, но и определять все многообразие составляющих
его факторов;
 несмотря на то, что в динамике развития межэтнических конфликтов происходит много сходных, однотипных процессов, в каждом из конфликтов участвуют люди со своими представлениями, убеждениями, стереотипами поведения.
Атмосфера сильного напряжения приводит к тому, что поведение людей в
конфликтных ситуациях зачастую не поддается логическому анализу, не основывается на здравом смысле. Поэтому вероятность найти решение конфликтной
проблемы, которое в полной мере удовлетворило бы конфликтующие стороны,
очень мала. В лучшем случае стороны принимают компромиссное решение, которое не разрешает конфликт по существу, окончательно, а переводит его в латентное состояние. При этом нет никаких гарантий, что следующие поколения конфликтующих этнических общностей будут удовлетворены подобным решением и
не возобновят открытый конфликт.
53
ВЫВОД ПО ГЛАВЕ 1
Межэтнические конфликты представляют собой конфронтацию между двумя
или несколькими этносами (или между их отдельными представителями, между
конкретными субэтническими элементами), характеризующуюся состоянием взаимных претензий и имеющую тенденцию к нарастанию противостояния вплоть до
вооруженных столкновений, открытых войн. Эти конфликты возникают, как правило, в многонациональных государствах и имеют форму противостояния «группа-группа», «группа-государство».
Любой межэтнический конфликт одновременно соединяет в себе несколько
причин, целей и форм. Для точной оценки межэтнического конфликта следует не
только устанавливать основные его причины, но и определять все многообразие
составляющих его факторов.
Несмотря на то, что в динамике развития межэтнических конфликтов происходит много сходных, однотипных процессов, в каждом из конфликтов участвуют
люди со своими представлениями, убеждениями, стереотипами поведения.
Атмосфера сильного напряжения приводит к тому, что поведение людей в
конфликтных ситуациях зачастую не поддается логическому анализу, не основывается на здравом смысле. Поэтому вероятность найти решение конфликтной
проблемы, которое в полной мере удовлетворило бы конфликтующие стороны,
очень мала. В лучшем случае стороны принимают компромиссное решение, которое не разрешает конфликт по существу, окончательно, а переводит его в латентное состояние. При этом нет никаких гарантий, что следующие поколения конфликтующих этнических общностей будут удовлетворены подобным решением и
не возобновят открытый конфликт.
54
ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
МЕЖЭТНИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ
2.1. Проблемы правового регулирования межэтнических конфликтов
в современной России
В настоящее время российские и зарубежные ученые-социологи, юристы и
политологи склоняются к необходимости признания неизбежности социальных
конфликтов вообще и межэтнических, в частности. Их существование связывается с рядом детерминирующих обстоятельств. Особое место среди них занимают
деструктивные политико-правовые факторы детерминации межэтнического конфликта. Поэтому основная задача ученых и государственных деятелей заключается в выявлении конструктивных факторов преодоления межэтнической конфликтности в России. К таковым, в первую очередь, следует отнести государственно-правовые технологии управления межэтническими конфликтами [16, с.89].
В научной литературе под управлением межэтническим конфликтом понимается его устранение на основе качественного изменения взаимоотношений между его субъектами и другими элементами, выделяемыми в структуре межэтнического конфликта [45, с.98].
Детальную разработку и практическое применение категория «управление
конфликтом» получила в трудах исследователя В.С. Жеребина, использующего ее
для изучения механизмов управления межэтническими конфликтами на правовой
основе. При истолковании сущности управления межэтническими конфликтами
В.С. Жеребин выделяет четыре основных свойства:
 управление межэтническим конфликтом должно сопровождаться тем, что
один из субъектов пересиливает противодействие второй стороны;
 управление межэтническим конфликтом должно сопровождаться его завершением;
 преодоление межэтнического конфликта не означает абсолютное уничтожение всех его составных элементов;
55
 управление межэтническими конфликтами неразрывно связано с количественными и качественными изменениями социальных признаков составляющих
его структурных элементов [17, с.31].
Проанализируем свойства управления межэтническими конфликтами, изложенные В.С. Жеребиным.
Утверждение о том, что управление межэтническим конфликтом сопровождается пересиливанием одним субъектом противодействия противоположной стороны, представляется не вполне отвечающим сущности и содержанию этноконфликтных процессов. Даже если мы не будем отождествлять категорию «сила» с
наиболее острыми формами государственного принуждения, на чем справедливо
заостряет внимание исследователь В.С. Жеребин.
Трудно согласиться и с содержанием второго, выделяемого автором, свойства управления межэтническим конфликтом. Суть его состоит в том, что управление конфликтом сопровождается его завершением. Межэтнические конфликты,
проходящие, как правило, на общесоциальном (не индивидуальном) уровне, продолжаются сравнительно длинный временной промежуток. Иллюстрацией этому
служит достаточно много примеров как в постсоветском пространстве (Чеченский
конфликт, Осетино-ингушский конфликт), так и в зарубежных странах (БританоИрландский конфликт, Югославский конфликт).
Причины продолжительности межэтнических конфликтов состоят, по всей
вероятности, в большой значимости психологических механизмов конфликтов
(роль негативных гетеростереотипов в этносоциальной памяти, этноцентризм, национализм и др.), что обусловливает наличие дополнительных трудностей при завершении данного вида конфликта. Следовательно, правильнее упоминать не о
разрешении межэтнического конфликта, а об урегулировании. Данное утверждение становится более обоснованным, если учесть, что межэтнические конфликты
могут локализоваться, преобразовываться в другие, более приемлемые формы для
конкретного противоборства, тогда как термин «разрешение» подразумевает их
полную ликвидацию.
56
Урегулирование межэтнического конфликта может осложниться в том случае, если для его преодоления применялся силовой (военный) способ. Например,
в Приднестровье, Южной Осетии, Пригородном районе Северной Осетии вооруженные столкновения завершились давно и не были такими кровопролитными,
что способствовало появлению возможностей для достижения политического
компромисса.
Намного труднее было добиться государственно-правового и политического
урегулирования в Чечне, Таджикистане, Абхазии и Нагорном Карабахе, где разворачивались военные действия с большим числом человеческих жертв и серьезными разрушениями. К данным этноконфликтным ситуациям термин «разрешение конфликта», в смысле его полной ликвидации практически не применим. В то
же время, если конфликтная ситуация развивается по мирному пути (Казахстан,
Украина, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Гагаузия) и при урегулировании удалось избежать применения силового воздействия, то найденные приемлемые компромиссные решения, удовлетворяющие субъектов конфликта, могут
приблизить ситуацию конфликта к точке его полного или частичного разрешения.
Третье свойство, преодоление межэтнического конфликта не означает абсолютного уничтожения всех его составных элементов: субъектов и участников,
предмета и объекта, действий, средств. Преодоление межэтнического конфликта
характеризует относительную прерывность в движении межэтнической конфликтности как массового социального явления. Как правильно замечает исследователь В.С. Жеребин, «прерывность сопровождается преобразованием ранее
существовавшего единства между структурными элементами межэтнического
конфликта и потерей тех правовых качеств, которые им свойственны» [18, с.54].
Применительно к межэтническому конфликту потеря правовых качеств у его
структурных элементов при преодолении может означать преобразование присущего им до преодоления имманентно-правового содержания в другое качество
после преодоления межэтнического конфликта или в его процессе. Например,
сущность преодоления этноконфликтных процессов в республиках Северного
Кавказа (Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Дагестане) в начале 90-х го-
57
дов XX века, объекты которых имели правовое наполнение (правовой статус административно- и государственно-территориальных образований), сводилась к
использованию государственно-юридических технологий (введение пропорционального представительства этносов в государственных структурах), в результате
чего вопрос о разделении данных республик уже не ставился, т.е. снималось данное юридическое свойство с объектов конфликтов.
В Гагаузии этноконфликтная ситуация была преодолена с помощью юридизации, т.е. посредством применения правовых механизмов урегулирования. Переговорный процесс между Гагаузией и Молдовой завершился 13 декабря 1994 года
принятием закона «Об особом правовом статусе Гагаузии (Гагауз Ери)» [54, с.87].
В настоящее время государственное управление в Гагаузии осуществляется на
основе конституции и законов Молдовы, а также нормативных актов Народного
собрания в Гагаузии. Таким образом, при завершении данного конфликта произошла потеря правовых качеств его элементов и формирование новых государственно-правовых отношений.
Четвертое свойство: управление межэтническими конфликтами неразрывно
связано с количественными и качественными изменениями социальных признаков составляющих его структурных элементов. Воздействие межэтнического
конфликта в социальной среде сопряжено с появлением конструктивных и деструктивных изменений в системе общественных отношений. Они влияют на характер политических, экономических, правовых и нравственных связей между людьми. Соответственно и управление межэтническим конфликтом сопровождается
определенными изменениями внутри структуры элементов данного вида конфликта.
Официальное снятие с субъектов межэтнических конфликтов взаимных противоположных правовых претензий, может не означать преодоление других взаимоисключающих интересов, потребностей и ценностей (социокультурных, конфессиональных, экономических, нравственных и др.). Преодолевая юридические
противоречия, субъекты межэтнического конфликта, могут перевести его развитие в русло социально-психологического конфликта. Данное свойство управления
58
межэтническим конфликтом свидетельствует о необходимости рассмотрения
проблемы его преодоления в цивилизационном аспекте [19, с.45].
Преодоление межэтнического конфликта означает изменение в соотношении
сил противоборствующих сторон на основе его урегулирования, в результате чего
происходит ликвидация взаимных правовых претензий или их преобразование в
иное (политическое, экономическое, психологическое и т.д.) содержание. Преодоление межэтнического конфликта предполагает и относительную прерывность
в его развитии.
В конфликтологической литературе вопрос о формах преодоления этнического конфликта и специфике государственно-правовых форм его регулирования
практически остается неизученным. Более детальную разработку данный аспект
анализа проблемы получил в юридической литературе применительно к юридическому конфликту. Например, исследователь В.С. Жеребин выделяет шесть основных форм правового преодоления межэтнических конфликтов: предупреждение,
урегулирование, консенсуализацию, разрешение, устранение, ликвидацию [32,
с.32]. Безусловно, при преодолении межэтнического конфликта также следует использовать многовариантность форм его регулирования. На наш взгляд, к государственно-правовым формам преодоления межэтнических конфликтов следует
отнести управление, урегулирование и разрешение конфликта.
Управление межэтническим конфликтом представляет собой целенаправленную и всегда сознательную деятельность органов государственной власти и
управления, правоохранительных органов и в целом государства, а также международных организаций по отношению к нему. Она может осуществляться на всех
этапах его возникновения, развития и завершения [65, с.32].
Главная цель управления межэтническим конфликтом состоит в поиске согласительных, процедур и во введении самого конфликта в контролируемое пространство. Последнее особенно важно, т.к. субъекты межэтнического конфликта,
осуществляя противоправные по отношению к данному политико-правовому режиму действия, часто фактически отрицают сложившиеся социально-правовые
нормы, ведут противоборство вне всяких «правил игры». Как справедливо заме-
59
чает исследователь А.Н. Чумиков, «рациональное управление придает объективно
конфликтному процессу формы, способные обеспечить минимизацию неизбежных экономических, социальных, политических, нравственных потерь, и, наоборот, максимизировать такого же рода приобретения» [20, с.43].
Государственно-правовое управление межэтническим конфликтом не может
строиться только на основе государственного принуждения. Оно должно выражаться в использовании многовариантных форм воздействия на субъектов межэтнического конфликта, являющихся и субъектами права: политических, дипломатических,
правовых,
психологических,
организационных,
культурно-
нравственных и других форм [22, с.54].
Управление любым межэтническим конфликтом должно начинаться с его
институционализации, т.е. с перевода в пределы установленных норм и правил.
Вопрос о возможности институционализации межэтнического конфликта является принципиально важным. От его решения зависит эффективность дальнейшего
урегулирования или разрешения конкретного межэтнического конфликта. В тех
конфликтах, объекты которых носят, политико-правовой характер, практически
всегда приходится говорить о потере государственной властью легитимности для
активно конфликтной этносоциальной группы. Поэтому те нормы и правила, которые пытаются применять органы государственной власти и управления, в
большинстве случаев отвергаются противоположной конфликтующей стороной,
что может свести процесс управления межэтническим конфликтом к нулю [28,
с.87].
Признание участников межэтнического конфликта субъектами права, действия которых могут осуществляться как в рамках правоотношений, так и вне их,
предполагает:
во-первых, использование государством существующих методов правового
регулирования (императивного, диспозитивного, поощрительного, рекомендательного) в ходе управления межэтническим конфликтом, т.е. стоит вопрос об использовании не только государственного принуждения, но и убеждения;
60
во-вторых, применение международно-правовых согласительных норм, ставящих вне закона антигуманные действия субъектов межэтнического конфликта;
в-третьих, возможна выработка согласительных норм и правил в рамках существующего политико-правового режима самими субъектами конфликта [23,
с.67].
Объектами межэтнического конфликта являются объекты права, либо их части, т.е. те общественные отношения, которые подпадают под правовое регулирование. Следовательно «приобретение» объектов конфликта его субъектами возможно лишь с соблюдением установленных юридических процедур в данном государстве.
Вместе с тем, действия субъектов межэтнического конфликта по достижению
своих целей, удовлетворению интересов и потребностей в большинстве случаев
квалифицируются как противоправные. Однако, в ряде случаев юридическая квалификация действий субъектов конфликта представляет собой определенные
сложности (например, квалификация действий в национально-освободительных
процессах). Неверная квалификация этноконфликтных действий политическим
руководством страны, другими государственными органами, упускающая из виду
объективные предпосылки возникновения конфликта, является залогом отсутствия положительного результата в управлении конфликтом и последующего его
затягивания [76, с.23].
Для достижения целей и удовлетворения потребностей субъекты межэтнического конфликта используют определенные средства, среди которых со стороны
государства как одного из субъектов или участников конфликта определяющая
роль отводится специально-юридическим средствам (любым юридическим предписаниям, явлениям, конструкциям, актам). В ситуации управления конфликтом
данные средства должны включать в себя универсальные (международные), региональные и внутригосударственные юридические процедуры [24, с.76].
Трудности, которые встают перед субъектами межэтнического конфликта
либо третьей стороной в процессе управления конфликтом, связаны в первую
очередь с отсутствием специально разработанных юридических согласительных
61
процедур (особенно это касается внутрироссийской системы правового регулирования кризисных ситуаций), а не с отрицательными перспективами их применения. В результате рационального управления межэтническим конфликтом, основанного на использовании специальных государственно-правовых средств, процесс институционализации конфликта может завершиться с минимальными материальными, духовными и человеческими потерями.
В конфликтологии традиционно различают урегулирование и разрешение как
два способа завершения конфликтов. Урегулирование является более широкой
категорией, предполагающей, в том числе, и разрешение конфликта.
Урегулирование межэтнического конфликта - это содержательная сторона
использования согласительных процедур, с помощью которой один из субъектов
конфликта (субъектов права) побуждается или принуждается к тому или иному
юридическому действию, выгодному другому субъекту противоборства, третьей
стороне или субъектам в целом. Урегулирование конфликта должно быть направлено на определение норм, принципов и правил непосредственного разрешения,
конфликта, т.е. на устранение противоречий, лежащих в основе конфликта. В современной России данный процесс осложняется юридической неурегулированностью конкретных межэтнических конфликтов, которая неразрывно связана с
«пробелами» в праве. Это означает, что в действующем праве отсутствуют необходимые общеобязательные предписания, определяющие содержание нормативной основы конструктивного разрешения межэтнического конфликта [26, с.87].
В результате урегулирования межэтнического конфликта достигнутый компромисс не всегда прочен, поскольку источники конфликта на данном этапе еще
не устраняются, а постконфликтные отношения субъектов могут снова перейти в
противоборство.
Устранение объективных и субъективных факторов, породивших этноконфликтную ситуацию, возможно лишь на стадии разрешения межэтнического конфликта. Разрешение этнического конфликта способствует восстановлению равновесия в отношениях сторон, устранению противоречий в их интересах, потребностях и целях [56, с.98].
62
Государственно-правовое разрешение межэтнического конфликта в первую
очередь должно осуществляться с позиции права и с позиции интересов конфликтующих сторон. При возникновении кризисных ситуаций, влекущих нарушение
конституционных основ Российского государства, речь может пойти о применении силы со стороны государства для урегулирования межэтнического конфликта. В подобных случаях подлинное разрешение конфликта ставится под сомнение.
Преодоление межэтнического конфликта означает качественное изменение в
соотношении сил противоборствующих сторон на основе его урегулирования.
Приближение ситуации межэтнического конфликта к точке его полного разрешения осложняется в российской действительности рядом факторов [76, с.87].
К государственно-правовым формам преодоления межэтнического конфликта следует отнести управление, урегулирование и разрешение конфликта. В результате умелого и рационального государственно-правового управления межэтническим конфликтом, процесс институционализации конфликта (перевод в пределы установленных норм и правил) может завершиться конструктивно.
63
2.2. Специфика правового регулирования межэтнических конфликтов
Преодоление любого межэтнического конфликта возможно на различных
уровнях, оптимальное взаимодействие между которыми может позволить обществу достигнуть положительных результатов в процессе разрешения противостояния между людьми и социальными группами. Прежде всего речь идет о макро- и микросоциальных блоках технологии управления, урегулирования и разрешения конфликтов.
В научной литературе под макро- и микросоциологией понимаются области
социологического знания, ориентированного соответственно на изучение крупномасштабных социальных явлений (наций, государств, социальных институтов и
организаций, классов, социальных групп и др.) и сферы непосредственно социального взаимодействия (межличностных отношений и процессов социальной
коммуникации в группах, сферы повседневной реальности, отдельных узких проблем и т.д.) [87, с.32]. Исходя из этого, межэтнический конфликт, происходящий
на общесоциальном уровне, представляет собой макросоциальное явление, поэтому его преодоление должно осуществляться с помощью макроспециальных
технологий. К таким можно отнести государственно-правовые технологии управления, урегулирования и разрешения межэтнического конфликта.
Государственно-правовые технологии управления межэтническим конфликтом, его урегулирование и разрешение представляет собой разновидность социальных технологий разрешения конфликтов. В процессе преодоления конкретного конфликта трудно выделить четкую границу как между управлением и урегулированием, так и между урегулированием и разрешением. Данные формы следует признать последовательными (поэтапными) блоками государственно-правовой
деятельности с использованием специальных методов, правил и способов, направленных на разрешение межэтнического конфликта, т.е. на устранение противоречий, лежащих в его основе [65, с.34].
Исходя из этого, целесообразно разрабатывать единую технологию преодоления межэтнического конфликта, структурные элементы которой должны обес-
64
печить эффективность достижения целей, имманентно присущих каждой из трех
форм - управлению, урегулированию, разрешению.
Основными признаками государственно-правовой технологизированной деятельности по разрешению межэтнического конфликта следует считать целенаправленность, расчлененность на ряд последовательных стадий, использование в
процессе достижения поставленной цели специальных методов, правил, способов
(процедур). Эти особенности технологического обеспечения преодоления конфликта были выявлены исследователем Л.М. Романенко в научной работе, посвященной социально-политическим технологиям разрешения конфликтов гражданского общества. Однако состав элементов государственно-правовой технологии разрешения межэтнического конфликта отличается от состава любой другой
социальной технологии и по содержанию, и по структуре [76, с.45].
По нашему мнению, современная государственно-правовая технология разрешения межэтнического конфликта должна включать следующие обязательные
элементы:
- формы оптимального и эффективного разрешения межэтнического конфликта. При урегулировании межэтнического конфликта вопрос о выборе силового или мирного пути должен решаться исходя из прогнозов развития этноконфликтной ситуации, а также с максимальной долей ответственности должностных
лиц, принимающих то или иное решение. В современных условиях демократизации и реформирования России выбор преимущественно должен происходить в
пользу мирных форм разрешения межэтнического конфликта. Разновидностями
последних следует считать посредничество и переговоры.
При разрешении межэтнического конфликта может применяться как внутригосударственное, так и международное судопроизводство. Международный суд
как одна из форм разрешения межэтнического конфликта в современных условиях используется не в полной мере. Кроме этого, следует ускорить процесс создания международного уголовного суда с юрисдикцией над такими нарушениями,
как геноцид, преступления против человечества и преступления, предусмотренные определенными договорами. Идея создания подобного рода суда активно об-
65
суждается международным сообществом, начиная с 1994 года. Такой суд мог бы
помочь избавиться от необходимости создания специальных судов, например,
Международного трибунала по бывшей Югославии (1993 год), по Руанде (1994
год).
- посредники, разрешающие противоборство. К таковым следует отнести государство, органы государственной власти и управления, правотворческие и правоохранительные органы, международные правомочные органы.
- процедурно-процессуальные формы разрешения межэтнического конфликта. К ним относятся, прежде всего, различные варианты политического процесса и
правовые процедуры. Поиск согласительных политико-юридических процедур
происходит, как правило, на стадии управления межэтническим конфликтом.
- нормы, принципы, правила, перспективные планы, программы и прогнозы,
составляющие содержательную сторону использования согласительных процедур.
Данный элемент в структуре государственно-правовой технологии разрешения
межэтнического конфликта является принципиально важным, от его выработки
зависит возможность эффективного урегулирования и последующего разрешения
конфликта.
- система государственных и специально-юридических средств, которые используются при разрешении межэтнического конфликта (техника).
- система приемов, способов и методов (тактика) воздействия на участников
противоборства;
- ранняя диагностика межэтнического конфликта;
- действия и операции государственно-правовых органов, силовых структур,
связанные с использованием техники, тактики, процедур и норм, направленные на
разработку и принятие необходимых решений [90, с.32].
Перечисленные выше элементы структуры государственно-правовой технологии разрешения межэтнического конфликта являются основными. Кроме них в
состав технологии по разрешению межэтнического конфликта необходимо включить и другие элементы, свойственные общесоциальным и иным специальным
технологиям разрешения конфликта. Например, исследователь В.Н. Карташов
66
считает необходимым также включать в состав современной государственноправовой технологии по разрешению межэтнического конфликта и такие составляющие, как:
 показатели, характеризующие качество, эффективность деятельности
субъектов, участвующих в разрешении конфликтов, а также принятые ими решения;
 доведение решений (или их различных вариантов) до сведения участников
конфликта;
 изучение мнения противоборствующих сторон по поводу окончательного
решения и его последствий;
 оценка материальных (финансовых, временных и т.д.) и людских затрат,
связанных с разрешением конфликта;
 виды и формы реализации оптимальных и эффективных решений;
 средства, методы, виды и формы контроля за соблюдением и исполнением
принятых решений и достигнутых соглашений» [65, с.87].
Современная технология разрешения межэтнического конфликта должна
включать всю систему элементов (как основных, так и вспомогательных), т.к.
иногда при разрешении конкретного межэтнического конфликта второстепенный
фактор может сыграть решающую роль.
На современном этапе развития научных знаний государственно-правовая
технология разрешения межэтнического конфликта недостаточно разработана.
Отсутствуют обоснованные научные исследования относительно процедурнопроцессуальных форм разрешения межэтнического конфликта, норм, принципов
и правил, составляющих содержательную сторону использования согласительных
процедур [65, с.189].
Рассмотрим различные варианты государственно-правового процесса, посредством которого можно добиться урегулирования межэтнического конфликта.
Главная проблема, с которой сталкиваются противоборствующие стороны, - это
выработка единого мнения по вопросам норм, правил и средств урегулирования
67
межэтнического конфликта. Этот процесс может быть осуществлен следующими
способами:
во-первых, способом убеждения общественности. Такой вариант решения
обычно принимает форму переговоров (политический диалог). Использование
политического диалога органами государственной власти и управления дает возможность решать такие задачи, как организация и координация противоборствующих сторон и третьих лиц, урегулирование конфликта, укрепление сотрудничества. Исследователь М. Иордан справедливо отмечает, что большая роль должна быть отведена «искусству перевода конфронтационного отношения в диалог
его субъектов и не в последнюю очередь умению прервать тупиковую логику
спора конфликтующих сторон».
В России до недавнего времени политический диалог не считался приемлемым средством урегулирования межэтнических конфликтов. При управлении
конфликтами постсоветского пространства политика Центра «металась» от крайностей полного невмешательства к поощрению силового давления или прямому
использованию силы в качестве средства устрашения массовых национальных
движений [56, с.145].
Однако недостаток политического диалога заключается в том, что на деле не
все стороны конфликта соглашаются принять участие в переговорах, а те, которые согласятся, могут оказаться неспособными прийти к соглашению.
во-вторых, способом «торга при закрытых дверях». Этот вариант решения
был избран при попытке нормализации отношений между чехами и словаками,
когда для определения конституционных норм возможного сосуществования в
будущем, члены двух национальных парламентов провели шесть раундов переговоров. Однако, даже после последнего раунда переговоров участники процесса не
смогли прийти к соглашению.
в-третьих, способ использования президентских прерогатив. Для разрешения
противоречий между чехами и словаками президент Чехословакии В. Гавел потребовал проведения референдума по вопросу о будущем конституционном устройстве страны до всеобщих выборов, намеченных на июнь 1992 года. В этой си-
68
туации есть некоторый нюанс, который необходимо учитывать. Президент может
использовать свои полномочия лишь в том случае, если ему это позволит парламент. Например, тому же В. Гавелу парламент отказался предоставить названные
полномочия, поскольку «многие депутаты восприняли (инициативы Гавела) как
попытку урезать полномочия парламента».
в-четвертых, вмешательство в процесс урегулирования конфликта наднациональных субъектов (международных организаций, региональных организаций).
Они путем контроля над ситуацией в сфере соблюдения прав меньшинств, применения санкций в виде дипломатического признания или непризнания государств, предоставления или отказа в экономической помощи, военного вмешательства способны взять на себя управление этноконфликтными процессами.
Действия наднациональных субъектов, например, региональных систем коллективной безопасности, должны регламентироваться двусторонними или многосторонними договорами входящих в систему государств. На практике эти договоры,
как правило, направлены на взаимную защиту своих этнических меньшинств,
проживающих на территории другого государства.
При разрешении межэтнических конфликтов на территории постсоветского
пространства в начале 90-х годов прошлого века, государства Содружества не
только не имели подобных договоров, но даже не считали нужным создавать региональную коллективную систему безопасности. Однако данный вариант создания согласительных процедур также имеет свои недостатки. Один из них - вероятность возникновения разобщенности в действиях тех наднациональных субъектов, которые призваны определять и навязывать свои нормы и правила [43, с.76].
в-пятых, односторонние действия этнической группы. Эти действия принимают либо форму пересмотра границ, что провоцирует гражданскую или межгосударственную войны, либо прямое изгнание из страны этнических меньшинств.
Односторонние действия этнических групп, их нежелание придерживаться какихлибо выработанных правил при ведении конфликта - все это влечет за собой волну насилия, которое, будучи однажды примененным, стремится к воспроизводству в более широких масштабах. Единственный выход из такого кризиса - это ис-
69
пользование методов рефлексивной политики. Исходная позиция рефлексивной
политики состоит в констатации безвыходности прежних линий политического
действия и прежнего понимания самой политики.
Рефлексивная политика предполагает отказ от следующих стереотипов традиционной политики: политика «не выражает объективных интересов», «победителя не судят», «политика - грязное дело». В реальном межэтническом конфликте
более важными оказываются средства борьбы, нежели цели и принципы, провозглашенные сторонами. Именно средства содержат в себе угрозу существования
сторон. Например, в процессе мирного урегулирования в Боснии и Герцеговине
свою отрицательную роль сыграли средства достижения Дейтонского мира, состоящие в разделении бывших враждующих сторон. В результате, за внешне благополучным фасадом единого государства происходило размежевание населения
Боснии и Герцеговины по этническим границам, гомогенизация собственного населения в частях этой бывшей республики и избавление от национальных меньшинств по принципу «нет меньшинств, нет проблем» [27, с.56].
Рассмотренные выше варианты политического процесса, посредством которых можно добиться урегулирования межэтнического конфликта, предполагают
создание юридических процедур межэтнического конфликта. Можно выделить
три типа процедур, обычно существующих на практике в различных комбинациях: универсальные (международные), региональные и внутригосударственные
юридические процедуры.
Международные юридические процедуры и механизмы управления межэтническим конфликтом регламентируются гуманитарным правом вооруженного
конфликта, ведущим свою историю с рубежа XIX и XX веков, когда были подписаны Гаагские конвенции 1899 и 1907 годов. Сегодня наибольшую прикладную
значимость для формирования эффективного правового механизма локализации
межэтнических конфликтов имеют нормы четырех Женевских конвенций и двух
Дополнительных протоколов к ним (соответственно 1949 и 1977 годов). Эти международно-правовые акты подписаны и ратифицированы СССР, правопреемни-
70
ком которого является Россия, и обязательны для всех участников конфликта, локализующегося на российской территории [45, с.78].
В Протоколе I, регулирующем поведение участников вооруженных конфликтов, «в которых народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации и против расистских режимов в осуществление своего права
на самоопределение» (п. 4 ст. 1), предусматривается, что повстанцы должны строго соблюдать правила ведения войны. В частности, «запрещаются акты насилия и
угрозы насилием, имеющие основной целью терроризировать гражданское население» (п. 2 ст. 51); «журналисты, находящиеся, в опасных профессиональных
командировках, пользуются защитой в. соответствии с конвенциями и настоящим
Протоколом» (п.1 ст. 79) [28, с.90].
Протокол II регламентирует поведение участников вооруженного конфликта
на территории какой-либо Высокодоговаривающейся Стороны между ее вооруженными силами и антиправительственными вооруженными группировками. Им
определены права и обязанности участников конфликта, ограничены некоторые
средства и методы ведения боевых действий, гарантируется защита от самосудов
для раненых и больных лиц, прекративших принимать участие в боевых действиях, предоставляется особая защита женщинам и детям - участникам антиправительственных формирований, содержится запрет отдачи приказа никого не оставлять в живых и другие положения [32, с.32].
Следовательно, на данный момент времени имеются международноправовые согласительные нормы по ведению военных действий во время межэтнического конфликта, ставящие вне закона ряд антигуманных действий конфликтующих сторон.
Однако при реализации данных норм существуют некоторые проблемы. Одна из них - проблема квалификации национально-освободительных движений и
их акций. В то время, как одни юристы-международники называют насильственные акции националистических партий и организаций терроризмом, другие квалифицируют их как освободительные войны. До сегодняшнего дня нет четко вы-
71
работанных определений понятий «самоопределение» и «терроризм» и их соотношения.
Тем не менее, нельзя путать цели, преследуемые в национальноосвободительной борьбе, с методами ее ведения. Если цель национальноосвободительной борьбы вполне законна, то такой метод ее ведения, как совершение террористических актов, является тягчайшим преступлением против человечества. В международных пактах о правах человека в качестве основных приводятся право на жизнь, неприкосновенность и свободу личности, грубо попираемые террористами. Национально-освободительная борьба, должна вестись мирными способами. В противном случае национально-освободительные организации должны строго придерживаться правил ведения военных действий, предусмотренных в Дополнительных протоколах I и II к Женевским конвенциям 1949
года [11, с.65].
Другая проблема, с которой сталкиваются и практики, и ученые при выработке и реализации международных юридических процедур управления межэтническим конфликтом - это вопрос о юридической природе возможного вмешательства международных организаций, прежде всего ООН, во внутренние дела государств. Изначально, согласно Уставу ООН, роль ООН заключалась в поддержании и укреплении международного мира и безопасности, развитии сотрудничества между государствами.
Однако, начиная с 1989 года, большинство миротворческих операций было
связано с гражданским и этническим насилием внутри государств. Провал подобных операций в ряде стран вызвал у правительств государств-членов ООН серьезные опасения относительно предоставления Совету Безопасности и Генеральному секретарю более широких полномочий и больших возможностей вмешательства. Тем более, что неоднозначным является такой технический прием, используемый в мирных операциях, как принуждение к миру [76, с.87].
На современном этапе становится понятным, что необходима серьезная реформа ООН, которая должна быть направлена на повышение уровня эффективности ее полевых операций, расширение инфраструктуры. В этой связи целесооб-
72
разно было бы решить проблему взаимоотношений неправительственных организаций, которые занимаются процессом управления межэтническими конфликтами, с официальными международными организациями.
Сегодня проблема участия неправительственных структур в урегулировании
межэтнических конфликтов встает с особой остротой. Такие структуры могут выполнять ряд функций: реабилитационную; превентивную, предполагающую раннее предупреждение конфликта; мониторинг соблюдения прав человека; деятельность, направленную на примирение конфликтующих сторон. Поэтому рассогласованность действий неправительственных организаций и официальных структур
может привести не к снижению межэтнической напряженности, а к эскалации
конфликтных отношений [34, с.87].
Проблема рассогласованности действий, нераспределенности компетенций и
функций между теми участниками межэтнического конфликта, которые стремятся контролировать и управлять ситуацией, - это проблема, требующая первоочередного решения. Прежде всего, необходимо определить соотношение компетенций универсальной (международной) и региональной систем безопасности.
На данный момент времени отсутствуют нормы, регулирующие последовательность рассмотрения и разрешения конфликтов универсальной и региональной
системами. Практически все споры и конфликты между членами одной региональной системы, ввиду эластичности формулы «местный спор» и «спор, угрожающий международному миру» и отсутствия регионального органа, обладающего правом квалификации данного разногласия в качестве местного или неместного, давали основание обращаться по своему усмотрению либо в региональный орган, либо в Совет Безопасности ООН, а чаще и в тот, и в другой [45, с.87].
Фактически противоречий компетенций здесь нет, поскольку, с одной стороны, статьи 24, 34, 35, 36, 103 Устава ООН прямо предусматривают право членов
ООН обращаться к ООН в указанных случаях, с другой стороны - положения конституционных актов региональных систем и статей 33, 37, п.п. 2 и 3 ст. 52 Устава
ООН не только не исключают, но поощряют использование органов региональных систем для урегулирования споров местного характера. И, тем не менее, со-
73
гласно тому же Уставу ООН, функции по поддержанию мира и безопасности
должны быть распределены между универсальной и региональной системами.
При этом подразумевается, что региональная система безопасности подчинена
универсальной, информирует ее о намечаемых или предпринимаемых мерах и
может быть использована для принудительных действий под руководством Совета Безопасности [42, с.167].
Таким образом, чтобы исключить дублирующие или перекрестные действия
универсальной и региональных систем во время управления межэтническим конфликтом, необходимо выработать нормы, определяющие соотношение компетенций и функций универсальной и региональной систем безопасности, и вообще
создать единое гуманитарное пространство. Должна быть разработана универсальная правовая основа разрешения межэтнических конфликтов, которая может
быть дополнена в каждой конкретной ситуации новыми формами.
В основе универсального механизма разрешения конфликтов должны быть
положены принципы и механизмы, разработанные СБСЕ: мораторий на пересмотр границ; недопустимость «двойных стандартов» при рассмотрении ситуаций, связанных с решением конфликтов и пересмотром границ; неотвратимость
ответственности за любые формы разжигания национализма и расизма; диалог и
недопустимость силы и принуждения противоборствующими сторонами. Эти
принципы были подтверждены на Копенгагенском Совещании Конференции по
человеческому измерению СБСЕ, где особое внимание уделялось решению национальных проблем.
Документ Копенгагенского Совещания отмечает: «Каждое государствоучастник будет содействовать климату взаимного уважения, понимания, сотрудничества и солидарности между лицами, проживающими на его территории, без
различия этнического или национального происхождения или религии и будет
поощрять решение проблем с помощью диалога, основанного на принципе верховенства закона» [67, с.98].
Государства Содружества, принятые в ООН, являются участниками СБСЕ и
обязаны следовать принципам, выработанным международным сообществом.
74
Один из дополнительных способов создания единого гуманитарного пространства заключается, на наш взгляд, и в более широком распространении информации о международных гуманитарных нормах и их нарушениях.
75
ВЫВОД ПО ГЛАВЕ 2
Устранение объективных и субъективных факторов, породивших этноконфликтную ситуацию, возможно лишь на стадии разрешения межэтнического конфликта. Разрешение этнического конфликта способствует восстановлению равновесия в отношениях сторон, устранению противоречий в их интересах, потребностях и целях.
Государственно-правовое разрешение межэтнического конфликта в первую
очередь должно осуществляться с позиции права и с позиции интересов конфликтующих сторон. При возникновении кризисных ситуаций, влекущих нарушение
конституционных основ Российского государства, речь может пойти о применении силы со стороны государства для урегулирования межэтнического конфликта. В подобных случаях подлинное разрешение конфликта ставится под сомнение.
Преодоление межэтнического конфликта означает качественное изменение в
соотношении сил противоборствующих сторон на основе его урегулирования.
Приближение ситуации межэтнического конфликта к точке его полного разрешения осложняется в российской действительности рядом факторов.
К государственно-правовым формам преодоления межэтнического конфликта следует отнести управление, урегулирование и разрешение конфликта. В результате умелого и рационального государственно-правового управления межэтническим конфликтом, процесс институционализации конфликта (перевод в пределы установленных норм и правил) может завершиться конструктивно.
76
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Рост числа межэтнических конфликтов в современном мире связывают с феноменом этнического возрождения. Данный феномен проявляется в усилении роли культурных традиций в повседневной жизни разных народов. Причинами нарастания межэтнических конфликтов выступают не только геополитические, экономические, этнодемографические факторы, но и перенос западноевропейских
ценностей и норм поведения на иные социокультурные образования. Другой причиной их возникновения являются неравные возможности в реализации прав этнических групп, провозглашенных различными международными организациями.
Несмотря на нарастание глобальной стандартизации и унификации образа
жизни в современном мире, проблема межэтнических конфликтов не утрачивает
своей актуальности. Процессы модернизации общества ведут, как правило, к утрате этнической самобытности, вызывая у разных народов стремление сохранить
свои культурные традиции, даже если они противоречат процессам модернизации. Межэтнический конфликт является по своей сути конфликтом культур как
различных способов жизнедеятельности.
Динамика межэтнических конфликтов представляет собой многоступенчатую систему связей, сущность которых заключается в зарождении потенциала
конфликта и сил, векторное взаимодействие которых дает толчок дальнейшему
его развертыванию, образованию конфликтного поля участников межэтнического
конфликта и осознанию ими своих интересов. Последовательное изучение этих
составляющих дает возможность выявить ряд общих закономерностей динамики
межэтнических конфликтов и выделить различные формы их проявления.
Многообразие форм проявления межэтнических конфликтов находит свое
отражение в многочисленных попытках их типологизации. При этом разработка
единой универсальной типологии, носящей исчерпывающий характер, невозможна. В этой ситуации единственным выходом является синтез известных типологий, при этом каждая из них может постоянно совершенствоваться с учетом происходящих событий и тенденций развития межэтнических процессов. Это позво-
77
лит наиболее адекватно реагировать при поиске методов воздействия на межэтнический конфликт.
Исследование каждого из элементов конфликта дает возможность проанализировать его воздействие на сопредельные сферы общественной жизни. Межэтнический конфликт способен охватывать практически весь спектр общественных
отношений. Нередко он может, разворачиваясь в одной сфере, затем переходить
на другие.
Анализ функционирования межэтнических конфликтов в социальных системах подтверждает сложность и многогранность данного явления. Эта сложность
проявляется в многоплановом и различном по характеру воздействии межэтнических конфликтов на социальную систему. Конфликт может укреплять ее посредством усовершенствования внутрисистемных связей и отношений, но может и
привести к распаду системы как единого целого. Таким образом, межэтнический
конфликт является индикатором слабых мест социальной системы, указывает на
противоречие механизмов саморазвития и самосохранения этой системы в сложившихся условиях.
Межэтнические конфликты существенным образом влияют на психологию
людей. Подобное воздействие может не только привести к неприязни в отношениях между этническими группами, но и проявляться в различных формах национализма. Национализм способен не только осложнять обстановку внутри страны и
на международной арене, но и порождать масштабные социальные конфликты,
чреватые человеческими жертвами и иными негативными последствиями политического, экономического и иного свойства, наносить долго не заживающие нравственные раны целым народам и всему обществу. Национализм является не только результатом воздействия, но и причиной возникновения новых конфликтов. С
другой стороны, межэтнические конфликты выступают фактором, формирующим
новые формы межэтнического взаимодействия, исключающие крайние, насильственные способы разрешения противоречий.
Стратегии управления конфликтом должны быть нацелены на удовлетворение потребностей противоборствующих групп на основе взаимных уступок. Не
78
существует приоритетного подхода к регулированию конфликтов. Соотнесение
управленческой стратегии с ситуативным контекстом повышает качество принятых решений. Успех практик вмешательства третьей стороны зависит от степени
ее нейтральности, незаинтересованности, независимости и компетентности. Косвенная и прямая поддержка какой-либо одной стороны не способствует позитивному исходу в управленческом процессе.
Государственно-правовое разрешение межэтнических конфликтов в первую
очередь должно осуществляться с позиции права и с позиции интересов конфликтующих сторон. При возникновении кризисных ситуаций, влекущих нарушение
конституционных основ Российского государства, речь может пойти о применении силы со стороны государства для урегулирования межэтнических конфликтов. В подобных случаях подлинное разрешение конфликтов ставится под сомнение.
Преодоление межэтнических конфликтов означает качественное изменение в
соотношении сил противоборствующих сторон на основе его урегулирования.
Приближение ситуации межэтнического конфликта к точке его полного разрешения осложняется в российской действительности рядом факторов.
К государственно-правовым формам преодоления межэтнических конфликтов следует отнести управление, урегулирование и разрешение. В результате умелого и рационального государственно-правового управления межэтническими
конфликтами, процесс институционализации конфликта (перевод в пределы установленных норм и правил) может завершиться конструктивно.
79
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алексахина, Н.А. Динамика межэтнического взаимодействия в Российской
Федерации / Н.А. Алексахина. – Будапешт: [Электронный ресурс]. – Режим доступа:
http://
rss.archives.ceu.hu/archive/00001001/01/1.pdf.
–
Дата
доступа:
21.06.2018.
2. Амелин, В.Н. Сущность, структура, типология и способы разрешения социальных конфликтов / В.Н. Амелин // Вестник московского университета. Сер.
12. – 1991. – № 6. – С. 64-74.
3. Анцупов, А.Я. Конфликтология / А.Я. Анцупов, А.И. Шипилов. – М.:
ЮНИТИ, 2002. – 464с.
4. Анцупов, А.Я. Конфликтология: учебник для вузов / А.Я. Анцупов,
А.И. Шипилов. – М.: ЮНИТИ, 2000. – 551с.
5. Анцупов, А.Я. Проблемы конфликта: аналитический обзор / А.Я. Анцупов,
А.И. Шипилов. – М., ГА ВС, 1992. – 230с.
6. Анцупов, А.Я. Словарь конфликтолога / А.Я. Анцупов, А.И. Шипилов. –
СПб.: Питер, 2009. – 528с.
7. Арутюнян, Ю.В. Трансформация постсоветских наций: по материалам этносоциологических исследований. Институт этнологии и антропологии РАН им.
Н.Н. Миклухо-Маклая / Ю.В. Арутюнян. – М., 2003. – 207с.
8. Арутюнян, Ю.В. Этносоциология / Ю.В. Арутюнян. – М., 1998. – 271с.
9. Бабаков, В.Г. Кризисные этносы / В.Г. Бабаков. – М., 1993. – 183с.
10. Баранов, Е.Г. Нациопатия – источник конфликтов / Е.Г. Баранов // Общественные науки и современность. – 2004. – № 2. – С. 78-79.
11. Бауэр, О. Национальный вопрос к социал-демократии / О. Бауэр. – СПб.,
1909. – 328с.
12. Брагин, А.А. Регулирование этнических конфликтов: предупреждение и
разрешение: научно-практическое пособие / А.А. Брагин, И.С. Максимов. – Белгород: ООНИ и РИД Белгородского юридического института МВД России, 2008.
– 100с.
13. Васильев, А.А. История средних веков / А.А. Васильев. – М., 1993. – 511с.
80
14. Васильев, Л.С. История Востока / Л.С. Васильев. – М.: Высшая школа,
2008. – 307с.
15. Васин, С.М. Проблемы региональной трансформации в России /
С.М. Васин // Известия Пензенского государственного педагогического университета им. В.Г. Белинского. – 2009. – № 16. – С. 52.
16. Вундт, В. Проблемы психологии народов / В. Вундт. – М., 1982. – 328с.
17. Гаджиев, К.С. О природе конфликтов и войн в современном мире /
К.С. Гаджиев // Вопросы философии. – 1997. – № 6. – С. 12-13.
18. Геллнер, Э. Нации и национализм / Э. Геллнер. – М., 1981. – 320с.
19. Гулиев, М.А. Этноконфликтология / М.А. Гулиев, И.Д. Коротец,
И.П. Чернобровкин. – М., 2007. – 224с.
20. Гумилев, Л.Н. Этнические процессы: два подхода к изучению / Л.Н. Гумилев, К.П. Иванов // Социологические исследования. – 1992. – № 1. – С. 52-59.
21. Гусева, М.О. Современный межнациональный конфликт: природа и особенности развития : автореф. дис. ... канд. философ. наук: 09.00.11 / М.О. Гусева.
– М., 2011. – 22 с.
22. Данакин, Н.С. Конфликты и технологии их предупреждения / Н.С. Данакин, Л.Я. Дятченко, В.И. Сперанский. – Белгород: Центр соц. технологии, 1996. –
315с.
23. Данакин, Н.С. Технологии сотрудничества и противоборства / Н.С Данакин, Л.Я. Дятченко. – Белгород: Центр соц. технологий, 1993. – 96с.
24. Дмитриев, А.В. Введение в общую теорию конфликтов / А.В. Дмитриев,
В.И. Кудрявцев, С.В. Кудрявцева. – М., 1993. – 212с.
25. Дробижева, Л.М. Этнические конфликты // Социальные конфликты в меняющемся российском обществе (детерминация, развитие, разрешение) /
Л.М. Дробижева // Полис. – 1994. – № 2. – С. 109.
26. Дробижева, Л.М. Этнополитические конфликты: причины и типология /
Л.М. Дробижева. – М., 1993. – 190с.
27. Дружинин, В.В. Введение в теорию конфликта / В.В. Дружинин,
Д.С. Конторов, М.Д. Конторов. – М., 1993. – 288с.
81
28. Дятченко, Л.Л. Социальные технологии в управлении общественными
процессами / Л.Л. Дятченко. – Москва – Белгород: Центр социальных технологий,
1993. – 343с.
29. Емельянов, С.М. Практикум по конфликтологии / С.М. Емельянов. –
СПб.: Питер, 2009. – 384с.
30. Заславская, Т.И. О стратегии социального управления / Т.И. Заславская //
Наука и жизнь. – 1988. – № 9. – С. 36-39.
31. Здравомыслов, А.Г. «Священность» этноса или релятивизм национальной
конструкции? Размышления о книге В.А. Тишкова «Очерки теории и политики
этничности в России» / А.Г. Здравомыслов. – М.: Русский мир, 1997. – 123с.
32. Здравомыслов, А.Г. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве / А.Г. Здравомыслов. – М., 1997. – 286с.
33. Здравомыслов, А.Г. Социология конфликта / А.Г. Здравомыслов. – М.:
Аспект-пресс, 1996. – 317с.
34. Зеленков, М.Ю. Межнациональные конфликты: проблемы и пути их решения (правовой аспект) / М.Ю. Зеленков. – Воронеж: ВГУ, 2006. – 262с.
35. Зеленков, М.Ю. Правовые основы общей теории безопасности Российского государства в начале XXI века: монография / М.Ю. Зеленков. – М.: Юридический институт МИИТа, 2002. – 209с.
36. Зеленков, М.Ю. Теоретико-методологические проблемы теории национальной безопасности Российской Федерации: монография / М.Ю. Зеленков. – М.:
Юридический институт МИИТа, 2013. – 196с.
37. Зеркин, Д.П. Основы конфликтологии / Д.П. Зеркин. – Ростов-н/Д: Феникс, 1998. – 480с.
38. Золотарев, О.А. Межэтнические и межконфессиональные конфликты.
Этнополитические проблемы безопасности / О.А. Золотарев. – М., 2000. – 234с.
39. Ирназаров, Р.И. О связи экономических и межнациональных отношений /
Р.И. Ирназаров // Социологические исследования. – 1997. – № 8. – С. 59.
40. История войн. Т. 2, 3. – М.: Зевс, 1997. – 234с.
82
41. Картунов, А.В. Этнонациональные отношения в политической жизни общества / А.В. Картунов. – Киев, 1991. – 212с.
42. Карчаа, Р. Межнациональные конфликты: причины возникновения и модели развития / Р. Карчаа // Сборник Российской Академии госслужбы: [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.auditorium.ru. – Дата доступа:
31.08.2018.
43. Комаровский, В.С. Политический конфликт и политические ценности:
сравнительный анализ / В.С. Комаровский // Политическая теория: тенденции и
проблемы. – М., 1994. – Вып. 2. – С. 3-9.
44. Конфликтология: хрестоматия / составители В.Н. Рябцев, М.А. Шитив. –
Ростов-на-Дону, 2001. – 488с.
45. Котанджян, Г.С. Грани согласия-конфликта. Цивилизованные проблемы
теоретической и прикладной политологии / Г.С. Котанджян. – М.: Луч, 1992. –
183с.
46. Котов, А.П. Некоторые подходы к созданию динамической модели отслеживания напряженности в сфере межнациональных отношений / А.П. Котов. –
М., 1991. – 189с.
47. Крицкий, Е.В. Восприятие конфликта как индикатор межэтнической напряженности (на примере Северной Осетии) / Е.В. Крицкий // Социологические
исследования. – 1996. – № 19. – С. 117.
48. Крысько, В.Г. Этническая психология: учебник для бакалавров /
В.Г. Крысько. – М.: Издательство Юрайт, 2014. – 359с.
49. Лебон, Г. Психология народов и масс / Г. Лебон. – СПб., 1995. – 400с.
50. Межэтнические конфликты в странах зарубежного Востока / под ред.
А.А. Празаускаса. – М.: Наука, 1991. – 279с.
51. Михайлов, В.А. Принцип «воронки» или механизм развертывания межэтнического конфликта / В.А. Михайлов // Социологические исследования. – 1993. –
№ 5. – С. 75.
52. Мнацаканян, М.О. Этносоциология: нации, национальная психология и
межнациональные конфликты / М.О. Мнацаканян. – М.: Анкил, 1998. – 187с.
83
53. Мнацаканян,
М.О.
Нации,
«нациестроительство»
и
национально-
этнические процессы в современном мире / М.О. Мнацаканян // Социс. – 1999. –
№ 5. – С. 123.
54. Многонациональный потенциал народов России – благополучие и единство страны: материалы III съезда Ассамблеи народов России. – М.: ПБОЮЛ
«Измайлова А.С.», 2004. – 123с.
55. Мукомель, В.И. Идентичность и конфликт в постсоветских государствах /
В.И. Мукомель. – М., 1997. – 213с.
56. Мурашева, С.В. Методологические аспекты исследования этнических
конфликтов / С.В. Мурашева // Введение в конфликтологию: учебное пособие для
самостоятельной работы студентов / под ред. А.М. Митяевой. – Орел: ФГБОУ
ВПО «ОГУ», 2013. – С. 95-131.
57. Мурашева, С.В. Основные представления о сущности, специфике и причинах этнических конфликтов / С.В. Мурашева // Вестник Орловского государственного университета. Серия: новые гуманитарные исследования. – 2013. – № 1
(30). – С. 94-98.
58. Никовская, Л.И. Конфликты в современной России / Л.И. Никовская,
Е.И. Степанов. – М., 2000. – 324с.
59. Общая и прикладная политология: учебное пособие / под ред. В.И. Жукова, Б.И. Краснова. – М.: МГСУ, 1997. – 992с.
60. Овчинников, В.С. Политические конфликты и кризисные ситуации /
В.С. Овчинников // Социально-политические науки. – 1990. – № 10. – С. 34-35.
61. Основы социологии / под ред. В.А. Акиндинова. – Серпухов, 2001. – 213с.
62. Павленко, В.Н. Общая и прикладная этнопсихология / В.Н. Павленко,
С.А. Таглин. – Киев, 2005. – 483с.
63. Паин, Э.И. Межнациональные конфликты в СССР / Э.И. Паин, A.A. Попов // Советская этнография. – 1990. – № 1. – С. 3-15.
64. Полная хронология XX века / авт.-сост. Н. Уильямс. – М.: Вече, 1999. –
815с.
84
65. Поршнев, Б.Ф. Социальная психология и история / Б.Ф. Поршнев. – М.:
Наука, 1979. – 235с.
66. Ренан, Э. Что такое нация // Собрание соч. В 12 т. Т. 4 / Э. Ренан. – Киев,
1902. – 214с.
67. Рогачев, С.В. Социальная доминанта политического конфликта /
С.В. Рогачев // Политические конфликты: от насилия к согласию. – М., 1996. –
С. 12-16.
68. Рывкина, Р.В. Постсоветское государство как генератор конфликтов /
Р.В. Рывкина // Социологические исследования. – 2004. – № 5. – С. 10.
69. Рыжов, О.А. Политические конфликты современности: монография /
О.А. Рыжов. – М., 1999. – 321с.
70. Садохин, А.П. Этнология: учебник для студ. высш. учеб. заведений /
А.П. Садохин, Т.Г. Грушевицкая. – М.: Издательский центр «Академия»; Высшая
школа, 2000. – 304с.
71. Семенов, Ю.И. Социальная философия: курс лекций / Ю.И. Семенов. –
М.: Издатель С.А. Савин, 2003. – 528с.
72. Сикевич, З.В. Социология и психология межэтнических отношений /
З.В. Сикевич. – СПб., 1999. – 203с.
73. Словарь по политологии / под ред. В.Н. Коновалова. – Ростов-на-Дону:
Изд-во РГУ, 2001. – 285с.
74. Социальная конфликтология / под ред. А.В. Морозова. – М., 2002. – 336с.
75. Социология / под ред. В.Н. Лавриненко. – М.: Культура и спорт. ЮНИТИ,
1998. – 407с.
76. Степанов, Е.И. Конфликтология переходного периода: методологические,
теоретические, технологические проблемы / Е.И. Степанов // Центр конфликтологии Института социологии РАН. – М., 1996. – 288с.
77. Степанов, Е.И. Методологическое обеспечение конфликтологических исследований
/
Е.И.
Степанов
//
Социальные
конфликты.
Экспертиза.
Прогнозирование. Технологии разрешения. – М., 1994. – № 7. – С. 15-27.
85
78. Степанов, С.В. Социальная конфликтология / С.В. Степанов. – М.: ЮНИТИ, 2001. – 327с.
79. Степанова, Н.Г. Межэтническая толерантность в современном российском обществе: социально-философский анализ : дис. ... канд. философ. наук :
09.00.11 / Н.Г. Степанова. – Барнаул, 2008. – 152с.
80. Стефаненко, Т.Г. Этнопсихология / Т.Г. Стефаненко. – М.: Аспект Пресс,
2004. – 368с.
81. Стрелецкий, В.Н. Этнотерриториальные конфликты: сущность, генезис,
типы / В.Н. Стрелецкий. – М., 1997. – 213с.
82. Суворов, В.Л. Межнациональные конфликты как угроза военной безопасности Российской Федерации и политические механизмы их урегулирования:
дис. … д-ра полит. наук / В.Л. Суворов. – М., 2004. – 218с.
83. Тимофеева, Л.Н. Природа политического конфликта: особенности возникновения, развития, регулирования / Л.Н. Тимофеева // Политолог: взгляды на
современность. – М., 1995. – С. 34-43.
84. Тишков, В.А. Очерки теории и политики этничности в России /
В.А. Тишков. – М., 1997. – 532с.
85. Тутинас, Е.В. Права личности и межнациональные конфликты: монография / Е.В. Тутинас. – Ростов-на-Дону: РЮИ МВД России, 2000. – 315с.
86. Филин, И.В. Урегулирование межэтнических конфликтов в современной
России: дис. ... канд. полит. наук: 23.00.02 / И.В. Филин. – М., 2007. – 199с.
87. Филиппов, В.Р. Критика этнического федерализма / В.Р. Филиппов. – М.:
ЦЦРИ РАН, 2003. – 379с.
88. Фишер, Р. Путь к согласию, или переговоры без поражения / Р. Фишер,
У. Юри. – М.: Наука, 2004. – 158с.
89. Фролов, С.С. Социология: учебник / С.С. Фролов. – М.: Наука, 1994. –
256с.
90. Цыбульская, М.В. Конфликтология / М.В. Цыбульская, E.C. Яхонтова. –
М., 2004. – 324с.
86
91. Чешко, С.В. Кризис доктрины самоопределения / С.В. Чешко // Этнографическое обозрение. – 2001. – № 2. – С. 3-17.
92. Чумиков, А.Н. Социально-политический конфликт: теоретические и прикладные аспекты / А.Н. Чумиков. – М., 1995. – 342с.
93. Шавров, И.Е. Локальные войны. История и современность / И.Е. Шавров.
– М.: Воениздат, 1981. – 304с.
94. Широкогоров, С.М. Этнос: исследование основных принципов изменения
этнических и этнографических явлений / С.М. Широкогоров. – Владивосток,
2002. – 148с.
95. Шихирев, П.Н. Динамика и особенности современного этнического конфликта / П.Н. Шихирев // Политика в зеркале конфликтологии / Институт психологии РАН. – М., 2000. – 324с.
96. Юри, У. Этнические конфликты. Что можно сделать? // Конфликтология:
хрестоматия / У. Юри. – Ростов-н/Д: РГУ, 2001. – С. 123-128.
97. Юсуповский, А.М. Нация и власть в условиях дезинтеграции СССР /
А.М. Юсуповский. – М., 1992. – 167с.
98. Ядов, В.А. Методологические проблемы изучения социальных конфликтов // Социальные конфликты. Экспертиза. Прогнозирование. Технологии
разрешения / В.А. Ядов. – М., 1991. – № 1. – С. 49-55.
99. Ямсков, А. Этнический конфликт: проблемы дефиниции и типологии /
А. Ямсков. – М., 1997. – 213с.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа