close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Азарова Ирина Владимировна. Особенности языковой реализации стереотипов в масс-медийном дискурсе на материале немецкоязычных СМИ

код для вставки
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ
УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ
"ОРЛОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
имени И.С. ТУРГЕНЕВА”
ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА
по направлению подготовки 45.04.02 Лингвистика
направленность (профиль) Теория перевода и межкультурная /
межъязыковая коммуникация
%
Студента
Азаровой Ирины Владимировны
шифр 166303
Институт иностранных языков
Тема выпускной квалификационной работы
ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОЙ РЕАЛИЗАЦИИ СТЕРЕОТИПОВ В
МАСС-МЕДИЙНОМ ДИСКУРСЕ НА МАТЕРИАЛЕ
НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ СМИ
Студент:
Азарова И.В.
Научный руководитель:
Клочков A.B.
к.филол.н.
Зав. кафедрой:
Власова Т.С.
к. филол.н., доцент
Орел - 2018
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ
УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ
"ОРЛОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
имени И.С. ТУРГЕНЕВА"
Институт иностранных языков
Кафедра немецкого языка
Направление подготовки (специальность) 45.04.02 Лингвистика
Направленность (профиль) Теория перевода и межкультурная /
межъязыковая коммуникация
УТВЕРЖДАЮ:
Зав. кафедрой
Власова Т.С.
28 марта 2018 г.
ЗАДАНИЕ
на выполнение выпускной квалификационной работы
студента
Азаровой Ирины Владимировны
шифр 166303
1. Тема ВКР: Особенности языковой реализации стереотипов в масс-медийном
дискурсе на материале немецкоязычных СМИ.
Утверждена приказом по университету от 28 марта 2018 г. № 2-735/1
2. Срок сдачи студентом законченной работы: 20 ноября 2018 г.
3. Исходные данные к работе: научные труды по теории текста и дискурса, теории
медиадискурса,
функциональной
когнитивной
стилистике,
лингвистике,
теории
психолингвистике,
лингвокультурологии, теории межкультурной коммуникации.
4. Содержание ВКР:
2
коммуникации,
социолингвистике,
4.1. Медиадискурс как контекст функционирования стереотипов (соотношение
понятий
"дискурс"
и
"текст";
медиадискурс
как
особый
тип
дискурса;
социокультурный контекст и вариативность дискурсивной деятельности).
4.2. Стереотип как феномен языковой и культурной картины мира (понятие
"стереотип" в современной лингвистике; вербальное воплощение стереотипов;
роль стереотипов в функционировании масс-медийного дискурса)
4.3. Приемы и средства языковой репрезентации стереотипов в немецком массмедийном дискурсе (обоснование выбора материала исследования и определение
методологии выявления репрезентации стереотипов в немецком масс-медийном
дискурсе; стереотипы о России: государство, страна, народ; стереотипы о
президенте России; образ России в контексте чемпионата мира по футболу 2018
года).
5. Перечень графического материала: отсутствует.
Дата выдачи задания:
28 марта 2018 г.
Клочков A.B.
к.филол.н
Руководитель ВКР:
Задание принял к исполнению:
3
КАЛЕНДАРНЫЙ ПЛАН
Наименование этапов ВКР
Подбор и анализ теоретических
источников, научных изданий и
материала исследования
Написание Введения
Срок выполнения
этапов работы
март - апрель 2018 г.
Примечание
Выполнено
апрель 2018 г.
Выполнено
Написание Г лавы I
май - июнь 2018 г.
Выполнено
Написание Г лавы II
июнь - июль 2018 г.
Выполнено
Написание Г лавы III
июль - август 2018 г.
Выполнено
Написание Заключения
сентябрь 2018 г.
Выполнено
Оформление ВКР
октябрь 2018 г.
Выполнено
Сдача ВКР
ноябрь 2018 г.
Выполнено
Студент:
Азарова И.В.
Руководитель ВКР:
Клочков A.B.
к.филол.н
4
Аннотация
Выпускная квалификационная работа на тему: Особенности языковой
реализации
стереотипов
в
масс-медийном
дискурсе
на
материале
немецкоязычных СМИ.
Объем ВКР: 116
Количество использованных источников: 176
Ключевые
социокультурный
слова:
контекст,
текст,
дискурс,
стереотип,
медиатекст,
медиадискурс,
социокультурные
стереотипы,
вербализация стереотипов, объект стереотипизации, стереотипный образ.
Актуальность исследования обусловлена отсутствием на сегодняшний
день стройного описания и единой классификации лингвистических средств,
приемов и стратегий реализации стереотипов в медиадискурсе.
Предмет исследования: языковые особенности и дискурсивные приемы
реализации социокультурных стереотипов в масс-медийном дискурсе.
Объект исследования:
феномен функционирования социокультурных
стереотипов в масс-медийном дискурсе.
Цель
исследования:
выявление
особенностей
языковой
реализации
социокультурных стереотипов в отношении современной России в немецком
масс-медийном дискурсе.
Методы
исследования: метод
анализа
и
обобщения теоретических
подходов к теме исследования; метод сбора материала исследования путем
выборки статей по ключевым словам; метод дискурсивного анализа.
Полученные
результаты:
Результатом
проведенного
исследования
является определение репертуара языковых средств и дискурсивных приемов
репрезентации стереотипов о России в немецком масс-медийном дискурсе и
обоснование социокультурной и идеологической обусловленности их выбора.
Практическая значимость исследования обусловлена возможностью
использования положений, выводов и практических результатов исследования,
содержащихся в ВКР, в преподавании вузовских курсов по теории языка,
5
лингвокультурологии,
межкультурной
коммуникации,
при
разработке
теоретических курсов, семинаров и спецкурсов, связанных с актуальными
проблемами
лингвистики,
для
студентов
бакалавриата
и
магистратуры
филологических специальностей, а также при написании рефератов, курсовых и
ВКР по теории языка.
6
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ............................................................................................................................8
ГЛАВА I. МЕДИАДИСКУРС КАК КОНТЕКСТ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ
СТЕРЕОТИПОВ................................................................................................................ 13
1.1. О соотношении понятий "дискурс"и "текст"......................................................... 13
1.2. Медиадискурс как особый тип дискурса................................................................ 13
1.3. Социокультурный контекст и вариативность дискурсивной деятельности ... 17
ВЫВОДЫ ПО ПЕРВОЙ Г Л А В Е ................................................................................. 29
ГЛАВА II. СТЕРЕОТИП КАК ФЕНОМЕН ЯЗЫКОВОЙ И КУЛЬТУРНОЙ
КАРТИНЫ М И Р А ............................................................................................................31
2.1. Понятие "стереотип" в современной лингвистике.................................................31
2.2. Вербальное воплощение стереотипов...................................................................... 39
2.3. Роль стереотипов в порождении и функционировании масс-медийного
дискурса................................................................................................................................ 43
ВЫВОДЫ ПО ВТОРОЙ ГЛ А В Е .................................................................................47
ГЛАВА III. ПРИЕМЫ И СРЕДСТВА ЯЗЫКОВОЙ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ
СТЕРЕОТПОВ В НЕМЕЦКОМ МАСС-МЕДИЙНОМ ДИСКУРСЕ.............. 49
3.1. Обоснование выбора материала исследования и определение методологии
выявления репрезентации стереотипов в немецком масс-медийном дискурсе .... 49
3.2. Стереотипы о России: государство, страна, н ар о д ................................................ 54
3.3. Стереотипы о президенте Р осси и ............................................................................ 63
3.4. Образ России в контексте чемпионата мира по футболу 2018 г о д а ............69
ВЫВОДЫ ПО ТРЕТЬЕЙ ГЛАВЕ ............................................................................... 81
ЗАКЛЮ ЧЕНИЕ................................................................................................................ 85
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ ............................................................................................. 89
СПИСОК ИНТЕРНЕТ ИСТОЧНИКОВ П РИМ ЕРОВ.......................................105
7
ВВЕДЕНИЕ
Появление
новых
информационных
технологий
и
глобализация
информационного пространства привело к тому, что основной объем любой
информации и знаний о мире современный человек получает посредством
традиционных и альтернативных СМИ.
СМИ не только отражают культурную и языковую картину мира того или
иного лингвокультурного сообщества, они оказывают существенное воздействие
на языковые процессы за счет иноязычных заимствований, изменения или
размывания границ функциональных стилей, перенесения норм разговорного
стиля в широкое мидиапространтво, "легитимизации" употребления просторечной
и ненормативной лексики в масс-медийном дискурсе и т.д..
В условиях "информационной войны" СМИ являются также эффективным
инструментом влияния и манипулирования общественным сознанием и мнением.
Создавая, транслируя, многократно повторяя определенные смыслы, идеи,
понятия, образы СМИ формируют новые фрагменты в картине мира, закрепляют
в сознании реципиентов сложившиеся стереотипы, создают новые.
Роль СМИ в современном обществе и выполняемые ими функции делают
их объектом
пристального
внимания ученых,
представляющих различные
гуманитарные науки и научные направления. Закономерен и интерес лингвистов к
исследованию роли языка в механизмах функционирования СМИ.
Исследования стереотипных представлений и образов, функционирующих в
масс-медийном дискурсе, а также выявление и описание языковых средств,
репрезентирующих определенные социокультурные стереотипы, являются на
сегодняшний день актуальными, о чем свидетельствуют многочисленные работы,
посвященные этой теме. Однако, стройного описания и единой классификации
лингвистических средств, приемов и стратегий реализации стереотипов в
медиадискурсе
на
сегодняшний
день
актуальность темы данного исследования.
8
не
существует.
Этим
обусловлена
Целью ВКР является выявление особенностей языковой реализации
социокультурных стереотипов в отношении современной России в немецком
масс-медийном дискурсе.
В соответствии
с поставленной целью необходимым является решение
следующих частных задач:
• рассмотреть современные подходы к изучению дискурса и медиадискурса;
• рассмотреть современные подходы к пониманию и определению понятия
"стереотип";
• систематизировать научные знания по теме и дать рабочие определения
базовых для ВКР понятий;
• исследовать
тексты
современных немецкоязычных
СМИ,
определить
референциальные области, касающиеся объекта стереотипизации;
• выявить стереотипные представления о России;
• выявить особенности языковой репрезентации стереотипов по отношению к
России;
• описать и систематизировать языковой материал, используемый для
репрезентации стереотипов о России в немецкоязычных СМИ.
Для решения частных задач и достижения цели исследования используются
такие методы, как: метод анализа и обобщения теоретических подходов к теме
исследования; метод сбора материала исследования путем выборки по ключевым
словам; метод дискурсивного анализа.
Объектом
исследования
является
феномен
функционирования
социокультурных стереотипов в масс-медийном дискурсе.
Предметом исследования - языковые особенности и дискурсивные приемы
реализации данных стереотипов в масс-медийном дискурсе.
Материалом
исследования
послужили
тексты
статей
о
России
в
современных немецкоязычных СМИ, собранных на основе выборки по ключевым
словам из интернет версий ведущих печатных немецкоязычных изданий за
период с 2014 по 2018 год.
9
Теоретической и методологической базой исследования являются труды
отечественных и зарубежных ученых в области:
1)
теории
текста
и
дискурса:
Б.А.
Абрамов,
В.Г.
Адмони,
О.В.
Александрова, О.С. Ахманова, Л.С. Бархударов, М.К. Бисималиева, М.Я. Блох,
В.К. Гак, И.Р. Гальперин, С.И. Гиндин, Х. Изенберг, О.Л. Каменская, Е.С.
Кубрякова, , М.Л. Макаров, О.И. Москальская, Т.М. Николаева, Е.А. Реферовская,
З.Я. Тураева, Е. Agricola, R.A.Beaugrand, G. Kress и др.;
2) теории медиадискурса: Т.Г. Добросклонская, М.Р. Желтухина, Е.С.
Зиновьева, Е.А. Кожемякин, М.В. Ларионова, Э.А. Навицкайте, А.Е. Некрасова,
О.Г. Орлова, М.А. Попова, Г.Я. Солганик, Т.П. Третьякова, Е.А. Уварова и др.;
3)
а
также:
теории
коммуникации,
коммуникативной
лингвистики,
когнитивной лингвистики, прагматики, психолингвистики, социолингвистики,
лингвокультурологии, теории речевых жанров, функциональной стилистики,
теории межкультурной коммуникации: Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, А.Н.
Баранов, М.М. Бахтин, Н.Б. Богуш, М.П. Брандес, А.А. Брудный, А. Вежбицкая,
Л.И.
Гришаева,
Л.З.
Давыдова,
В.В.
Дементьев,
Т.А.
ван
Дейк,
Д.О.
Добровольский, Т.М. Дридзе, А.А. Залевская, Г.А. Золотова, Ю.Н. Караулов, В.В.
Красных, А.А. Кибрик, А.Н. Крюков, И. Н. Кобозева, А.Н. Кожин, О.А. Крылова,
Л.П. Крысин, У. Лабов, Дж. Лакофф, А.А. Леонтьев, В.А. Маслова, Л.Б.
Матевосян, В.Л. Наер, Н.М. Наер, В.В. Одинцов, Е.В. Падучева, Л.В. Цурикова,
U. Quasthoff, H. Steger, A.Wenzel и др.
Теоретическая
исследование
значимость
основывается:
на
исследования
обобщении
заключается
и
анализе
в
том,
что
значительного
теоретического материала по теме; на сопоставлении и уточнении содержания и
взаимосвязи ряда понятий и терминов; на доказательстве четко выраженной
социокультурной и идеологической обусловленности отбора языковых средств и
дискурсивных приемов репрезентации стереотипов о России в немецком массмедийном дискурсе.
10
Практическая
значимость
исследования
обусловлена
возможностью
использования положений, выводов и практических результатов исследования,
содержащихся в ВКР, в преподавании вузовских курсов по теории языка,
лингвокультурологии,
межкультурной
коммуникации,
при
разработке
теоретических курсов, семинаров и спецкурсов, связанных с актуальными
проблемами
лингвистики,
для
студентов
бакалавриата
и
магистратуры
филологических специальностей, а также при написании рефератов, курсовых и
ВКР по теории языка.
Апробация
работы. По основным положениям исследования были
сделаны доклады на международных конференциях:
1)
II
"Проблемы
Международная
лингвистики,
научно-практическая
методики
обучения
Интернет-конференция
иностранным
языкам
и
литературоведения в свете межкультурной коммуникации" (Орел, ФГБОУ ВО
"ОГУ имени И.С. Тургенева", 27-28 февраля 2017 г.);
2)
III Международная
научно-практическая
конференция
"Проблемы
лингвистики, методики обучения иностранным языкам и литературоведения в
свете межкультурной коммуникации" (Орел, ФГБОУ ВО "ОГУ имени И.С.
Тургенева", 26-27 марта 2018 г.).
По
результатам
конференций
были
изданы
сборники
материалов
конференций, в которых опубликованы две статьи: "Предпосылки построения
интегративной
модели
анализа
текста
с
учетом
различных
параметров
социокультурного контекста" и ""Стереотип" как предмет лингвистического
исследования". Общий объем публикаций составляет 0,8 печатных листа.
По структуре работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка
использованной литературы, включающего 176 наименований, в том числе 35 на
иностранных языках, списка интернет источников примеров.
Во введении формулируются цели и задачи работы, обосновывается
актуальность и значимость исследования, перечисляются основные методы
11
анализа, приводится описание теоретической базы ВКР, излагаются основные
положения, выносимые на защиту.
В
первой
главе
"Медиадискурс
как
стереотипов" излагается теоретическая база
современные
направления
исследования
контекст
функционирования
исследования: рассматриваются
текста
и
дискурса,
раскрывается
сущность медиадискурса как особого типа дискурса, сравниваются подходы к
определению
и
анализу
медиадискурса
современной
лингвистике,
и
анализируются
медиатекста,
подходы
к
сложившиеся
изучению
в
влияния
широкого социокультурного контекста на дискурсивную деятельность, даются
рабочие определения базовых для данной работы понятий и терминов
-
медиадискурс, медиатекст.
Во второй главе "Стереотип как феномен языковой и культурной картины
мира"
рассматривается
пониманию
определению
и
понятие
определению
вербального
"стереотип",
данного
воплощения
анализируется
феномена,
обобщаются
стереотипов,
подходы
к
подходы
к
рассматривается
роль
стереотипов в порождении и функционировании масс-медийного дискурса, дается
рабочее определения понятия "стереотип".
В третьей главе "Приемы и средства языковой репрезентации стереотипов в
немецком масс-медийном дискурсе" дается обоснование выбора материала
исследования и излагается методология выявления репрезентации стереотипов в
немецком масс-медийном дискурсе, дается определение понятия "стереотипный
образ",
на
касающиеся
основе
объекта
анализа
статей
определяются рефенциальные
стереотипизации,
выявляются
стереотипы
области,
о России,
тиражируемые немецкими СМИ, и систематизируются языковые средства и
дискурсивные приемы репрезентации стереотипов о России в немецком масс медийном дискурсе.
В
заключении
формулируются
обобщаются
вытекающие
из
результаты
него
основные
перспективы дальнейшего изучения данной темы.
12
проведенного
выводы
исследования,
и
намечаются
ГЛАВА I.
МЕДИАДИСКУРС КАК КОНТЕКСТ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ
СТЕРЕОТИПОВ
1.1. О соотношении понятий "дискурс"и "текст"
Не вдаваясь глубоко в историю возникновения
термина и становления
самого понятия "дискурс", отметим, что в современной лингвистике дискурс
является таким же полноправным объектом исследования, как, например,
морфема
для
морфологии,
словосочетание
для
синтаксиса
и
т.д.
В
"Лингвистическом энциклопедическом словаре", отражающем наиболее типичное
лингвистическое терминоупотребление, под "дискурсом" понимается "связный
текст
в
совокупности
социокультурными,
с
экстралингвистическими
психологическими
и др.
-
факторами;
прагматическими,
текст,
взятый
в
событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное
действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах
их сознания (когнитивных процессах)" [83, с. 136-137]. При этом подчеркивается,
что дискурс - не некая теоретическая
абстракция, а, в отличие от идеального
конструкта системы языка, реальная, прагматически обусловленная и различная
по своим интенциям, контекстуально и социокультурно обусловленная речь [83,
с. 136-137].
Показательно, что в работах многих лингвистов [18, 39, 58, 59, 62, 69, 63, 70,
74, 75, 89, 93, 107, 109, 112, 122, 135, 139, 162 и др.] признается необходимость
междисциплинарного изучения дискурса, который предполагает включение в
область
анализа
целого
ряда
экстралингвистических
факторов,
"поиск
когнитивных, культурных и социокультурных объяснений некоторых явлений и
закономерностей", поскольку, по словам
А.А. Кибрика [63], "исходя лишь из
собственно языковых мотиваций, невозможно объяснить, почему в языке х,
например, в одной предикации текста не бывает двух одинаковых местоимений 3
л., а порядок слов различен в начале и середине абзаца" [63, с. 126].
13
Согласно Т.А. ван Дейку [39], наиболее удачно дискурс можно описать,
используя понятия "коммуникативное событие" или "коммуникативный акт" [39,
с. 122]. Т.А. ван Дейк представляет дискурс не как некоторую изолированную
текстовую или диалогическую структуру, а как "сложное коммуникативное целое,
которое включает в себя и социальный контекст, дающий представление как об
участниках
коммуникации
(и
их
характеристиках),
так
и
о
процессах
производства и восприятия сообщения" [39, с. 113]. То есть, дискурс - это"
речевой поток, язык в его постоянном движении, вбирающий в себя всё
многообразие
эпохи,
индивидуальных
коммуниканта,
так и коммуникативной
и
социальных
ситуации,
общение". При этом в дискурсе отражается
особенностей
в которой
как
происходит
"менталитет и культура как
национальная, так и индивидуальная" [39, с. 53, с. 121-122]. Говоря о дискурсах,
функционирующих в письменной или печатной форме, интеракциональная
сущность которых не очевидна, автор отмечает необходимость анализа текстов "с
точки
зрения
динамической
природы
их
производства,
понимания
и
выполняемого при их помощи действия" [39, с. 122].
В.В. Красных [70], отмечая, что дискурс "проявляется в коммуникации и в
ней функционирует", единицей коммуникации, ее функционально цельным
фрагментом признает коммуникативный акт (КА), который включает в себя две
составляющие - ситуацию и дискурс и
четыре компонента - конситуацию,
контекст, пресуппозицию, речь [70, с. 201-202]. В понимании В.В. Красных [69]
сам дискурс суть "вербализованная речемыслительная деятельность, предстающая
как
совокупность
процесса
и результата
и
обладающая
как
собственно
лингвистическим, так и экстралингвистическим планом" [69, с. 113]. В структуре
дискурса автор выделяет два плана. Первый план "собственно лингвистический",
реализуется языковыми средствами и "проявляется в совокупности порожденных
текстов" [70, с. 201]. Второй план "лингво-когнитивный", влияет на отбор
языковых средств и процесс продуцирования и восприятия текстов, "проявляясь в
контексте и пресуппозиции" [70, с. 201].
14
В этой связи возникает необходимость установить статус текста в
концепции дискурса как "речи, погруженной в жизнь".
По наблюдениям М.Л. Макарова [89] формальный подход к изучению языка
и речи породил разграничение понятий дискурс и текст в форме оппозиции
"письменный текст vs. устный дискурс", что по мнению автора значительно
сужает объем обоих терминов, поскольку в ряде случаев некоторые типы текстов,
например, тексты публичных выступлений, могут быть охарактеризованы как
письменные
тексты
и как некое
коммуникативное
событие
[89,
с.
87].
М.Л. Макаров полагает методологически полезным закреплять за дискурсом и
высказыванием уровень языкового общения, а текст и предложение относить к
уровню языка. При таком подходе дискурс осуществляется при помощи текстов,
реализуемых в сообщении [89, с. 89].
Такой подход не исключает другой способ разграничения понятий "дискурс
- текст", принятый в философии, социологии и психологии: речь и текст являются
по сути двумя аспектами одного явления - дискурса. Иными словами, понятие
дискурс можно трактовать широко, как родовую категорию, подчиняющую себе
такие понятия как речь, текст, диалог. Это позволяет исследователю выходить за
рамки
традиционной
письменные
тексты,
лингвистики
и
текста,
преодолеть
исследующей
рамки
исключительно
конверсационного
анализа,
занимающегося повседневной устной речью [89, с. 90].
В.В. Красных [69], признавая текст основной единицей дискурса, "ядром
коммуникативного акта", указывает на вербальную и экстралингвистическую
составляющие этого феномена [69, с. 116].
Рассматривая
Александрова
[75]
понятия
"дискурс"
определяют
и
"дискурс"
"текст"
как
Е.С.
Кубрякова и
"явление
О.В.
процессуальное,
деятельностное, т.е. как синхронно осуществляемый процесс порождения текста
или
же
его
восприятия
(говорение,
сказывание
и
т.д.)"
[75,
с.
19].
Противопоставляя когнитивную деятельность и ее результат, Е.С. Кубрякова и
О.В. Александрова понимают "под дискурсом ... именно когнитивный процесс,
15
связанный с реальным речепроизводством, созданием речевого произведения,
текст же является конечным результатом процесса речевой деятельности,
выливающимся в определенную законченную (и зафиксированную) форму" [75, с.
19].
По мнению авторов, такое противопоставление "реального говорения его
результату" помогает понять, что текст может трактоваться как дискурс только в
том случае, "когда он реально воспринимается и попадает в текущее сознание
воспринимающего его человека. Точно так же верно и обратное, когда мы
наблюдаем за созданием текста, состоящего из последовательности предложений,
связанных по смыслу, обладающих внутренней грамматикой,
прагматическую установку и содержащих
имеющих свою
элементы, выполняющие функцию
воздействия" [75, с. 19].
В предлагаемой
Г. Крессом [160] иерархии типов коммуникативных
единств "дискурс - жанр - текст", дискурс занимает наивысшее положение и
представляет собой систематически организованные наборы высказываний, с
помощью которых выражаются наиболее характерные для данного социального
института виды значений и оценок [160, с. 5]. Г. Кресс полагает, что дискурс не
только определяет возможные в данной сфере общения темы, области ситуаций, о
которых обычно идет речь, но и диктует выбор лингвистических приемов,
способов и “манер” сообщения. Жанрами Г.Кресс именует конвенциональные
формы текстов, регулярно используемые в определенных социальных ситуациях
(например, интервью, эссе, спортивный комментарий, политическое выступление,
проповедь, шутка и т.п.). Тексты же рассматриваются автором как конкретные
манифестации определенных жанров, и воспроизводят, как правило, его общие
структурные и композиционно-стилистические закономерности. При этом тексты
заметно отличаются друг от друга по более частным параметрам. Специфические
особенности каждого текста отражают характер их соотнесенности с той или иной
ситуацией (которую они обозначают и в пределах которой они используются), а
также характер их зависимости от реализуемых ими целей и задач. Иными
словами,
тексты,
согласно
Г.
Крессу,
16
выявляют
несколько
видов
детерминированности, так как тематика текстов задана определенным дискурсом,
способы изложения этой тематики зависят от особенностей того или иного жанра,
а организация самого текста обусловлена конкретными потребностями
и
личностными особенностями коммуникантов: “Дискурс определяет то, что может
быть сказано; жанр организует то, как об этом может быть сказано в
контекстуально обусловленной форме того или иного текста” [160, с. 6-29]. Такое
понимание
соотношения
понятий
"дискурс
- текст"
представляется
нам
убедительным, поскольку позволяет проводить анализ речевого произведения,
обращая внимание не только на формальные средства связи его частей, но
учитывать
также
широкий
спектр
экстралингвистических
факторов:
и
сложившуюся коммуникативную ситуацию, и ее участников со всеми присущими
им индивидуальными и социокультурными характеристиками.
1.2. Медиадискурс как особый тип дискурса
Что касается базового для нашей работы понятия масс-медийный дискурс
или медиадискурс, то единого общепризнанного определения данного понятия не
существует. По наблюдению Е.А. Кожемякина [67] в настоящее время можно
проследить по крайней мере два подхода к определению и описанию данного
феномена.
Первый
подход
базируется на признании
медиадискурса одним
из
самостоятельных видов дискурса наряду с научным, медицинским, политическим
и т.п. При таком подходе тексты разных дискурсов могут относится к одному и
тому же тематическому полю, но различаться по языковым и коммуникативно ситуативным аспектам их реализации. [67, с. 76].
Второй
подход,
выделенный
Е.А.
Кожемякиным,
"деятельностный",
ограничивает сферу функционирования медиадискурса рамками СМИ, которыми
он и продуцируется.
специфических
видов
При том, что такой подход не отрицает наличия
медиадискурса
-
политического,
религиозного,
педагогического и прочих, предполагается, что реализуются указанные типы
17
институционального дискурса на основе "относительно устойчивого набора
практик производства, трансляции и интерпретации массовой информации" [67,
с.76]. Второй подход позволяет определить медиадискурс как "тематически
сфокусированную,
социокультурно
обусловленную
речемыслительную
деятельность в масс-медийном пространстве" [67, с. 76].
В рамках данного подхода дает свое определение и Т.Г. Добросклонская
[44], которая полагает, что "медиадискурс есть совокупность процессов и
продуктов речевой деятельности в сфере массовой коммуникации во всем
богатстве и сложности их взаимодействия" [44, с. 198].
Точку зрения Т.Г.
Добросклонской разделяют многие исследователи, определяя медиадискурс,
например, как "речемыслительную деятельность в совокупности процесса и
результата (текста) с учётом всех экстралингвистических факторов, а текст - как
продукт речемыслительной деятельности, необходимый фрагмент дискурса, его
базовую единицу, коммуникативную единицу высшего порядка" [126, с. 50].
М.Р. Желтухина [49] отталкивается в своем определении медиадискурса от
понятия
"текст",
трактуемый
как
"действие
в
событийном
аспекте",
продуцируемый и функционирующий в СМИ. Согласно М.Р. Желтухиной
медиадискурс это любой текст "связный, вербальный или невербальный, устный
или
письменный"
+
различные
составляющие
широкого
контекста
-
прагматические, социокультурные, когнитивные, психологические и прочие
факторы [49, с. 293]. Медиадискурс можно представить, по мнению автора, в виде
сложной
иерархии
текстов,
в
которой
"тексты
меньшего
структурно -
содержательного объема входят в более крупные текстовые целые (тексты
прессы,
радио,
телевидения,
Интернет)" [49, с. 293]. При этом рамки
медиадискурса весьма прозрачны, поскольку он функционирует, пересекаясь с
другими
видами
институционального
и
неинституционального
дискурсов,
включая их в свое пространство [49, с. 295-296].
Проблема
"медиатекста"
определения
и
его
объема
понятия
функционально-жанровых
18
единицы
типов
медиадискурса
также
остается
на
сегодняшний день не решенной. Многими исследователями подчеркивается
многоуровневый и интегративный характер медиатекста, который сочетает в себе
собственно вербальные единицы и единицы "медийного ряда" - звуковые,
музыкальные, визуальные и т.д. составляющие.
Т.Г. Добросклонская [44] определяет медиатекст как "последовательность
знаков различных семиотических систем - языковых, графических, звуковых,
визуальных, специфика сочетания которых обусловлена каналом массовой
информации" [44, с. 200]. Автор указывает, что при описании этого феномена
необходимо учитывать ряд характеристик медиатекста, отличающих его от
"традиционного" текста, как последовательности языковых знаков. К числу таких
характеристик автор относит: способы производства (один автор или коллектив
авторов); формы создания и воспроизведения (устная - письменная); канал
распространения
(вид
СМИ
функционально-жанровый
тип
-
печатные,
текста;
аудио,
визуальные
принадлежность
к
и
т.д.);
определенному
тематическому полю или медиатопику. При этом существенным для анализа
является "выделение функционально-жанровых типов медиатекстов, к которым
относятся новости, информационная аналитика и комментарий, публицистика и
реклама" [44, с. 55, с. 66].
М.Р. Желтухина [49] полагает, что "любой материал в средствах массовой
информации следует относить к полю или пространству медиадискурса" [49, с.
95]. Иными словами, любой текст, попавший в сферу медиадискурса сохраняет
свои "традиционные" черты и приобретает новые характеристики, т.е. становится
медиатекстом.
Как полагает Е.А. Кожемякин [67], статус медийных текстов, как единиц
медиадискурса, весьма неоднозначен. Автор трактует их "и как результат, и как
инструмент дискурсивной практики" [67, с. 79]. Е.А. Кожемякин отмечает, что в
качестве предмета анализа
медиадискурса могут выступать именно тексты:
"Идентификация цели, типа объектов, характера используемых языковых единиц
и
средств
выражения
- все
это
возможно
19
при
условии
интерпретации
определенного "среза" медиадискурса как текста. В зависимости от типа дискурса
в нем могут доминировать те или иные виды и типы текста" [67, с. 79]. При этом
каждый медиатекст зависим (в той или иной степени) от контекста и может
приобретать различные смысловые оттенки [67, с. 79].
В своей работе мы исходим из понимания медиадискурса
как сложного
коммуникативного явления, как особого вида дискурса, функционирующего в
сфере массовой коммуникации. Наряду с другими типами дискурсов, такими как
научный, экономический, медицинский, театральный и пр., "обслуживающих"
различные
сферы
человеческой
деятельности,
медиадискурс
обладает
собственной системой жанров, которые реализуются в конвенциональных формах
текстов,
имеющих
общие
языковые,
структурные,
композиционно -
стилистические характеристики, детерминированные выполняемой ими функцией
- информационной, аналитической, художественно-публицистической и пр. При
этом специфические особенности каждого текста проявляются в способах
изложения определенной тематики, в выборе языковых средств и обусловлены
актуальной коммуникативной ситуацией и различными параметрами широкого
социокультурного контекста.
1.3. Социокультурный контекст и вариативность дискурсивной
деятельности
Современный научный взгляд на природу дискурсивной деятельности
признает тот факт, что данный вид человеческой деятельности не является, в
общем смысле, "независимым" и не может рассматриваться как автономный, вне
связи с остальными типами деятельности, присущими человеку. Именно поэтому
при анализе дискурса необходимо учитывать различные социокультурные
составляющие этой деятельности.
Влияние
социокультурных факторов
на
организацию конечного продукта речемыслительной деятельности человека текста проводилось и проводится в рамках различных дисциплин: риторики,
литературоведения, функциональной стилистики, социолингвистики, социальной
20
и культурной антропологии, теории речевых жанров, анализа дискурса и т.д. [4, с.
8-9]. При этом, в зависимости от подхода к объекту исследования, могут
выделяться следующие аспекты или типы контекстов:
•
экзистенциальный,
охватывающий
объективно
заданные
отношения между элементами референтной ситуации и определяющий
ориентацию участников общения относительного этой ситуации;
•
ситуативный,
к
которому
относятся
многие
социальные
характеристики общения - ролевые, статусные, позиционные “переменные”
коммуникантов,
уровень
формальности
или
официальности,
степень
соблюдения норм речевого этикета и т.п. (все они в немалой степени
определяют
регистр
общения,
его
функционально-стилистическую
тональность), впрочем, в равной степени они могут быть отнесены и к
деятельностному контексту, определяющему тип интеракции, тип речевого
события, уровень кооперации или конфликта и т.д.;
•
психологический
контекст,
касающийся
эмоциональных
состояний и взаимоотношений коммуникантов, и т.п. [4, 21, 26, 37, 39, 46,
71, 83. 99. 103, 104, 135, 149. 150, 151, 152, 159, 160, 162, 163 и др.].
Кроме того, контекст подразумевает наличие так называемых "стандартов
канала" или "фактора кода", затрагивающих соотношение письменного и устного
вариантов. При этом контекст - система динамическая, меняющаяся с каждым
высказыванием, чутко реагирующая на любое "движение, взгляд, звук или жест"
[89, с. 22].
В
последнее
функциональная
время
стилистика,
несколько
уступив
в
тень
место
отошла
более
"классическая"
молодым
научным
направлениям, таким, как, например, теория и анализ дискурса. Тем не менее
различные специфические составляющие социокультурного контекста занимают
не последнее место при анализе текста с точки зрения функциональной
стилистики. При анализе конкретного текста стилистика речи (функциональная
стилистика) исходит из представления о неразрывном единстве формы и
21
содержания.
Это
положение
требует
непременного
учета
таких
экстралингвистических факторов, как, например, особенности коммуникантов и
условия
коммуникации,
которые
определяют
структуру
текста,
его
коммуникативную установку [23, 68, 96, 97, 98].
В качестве основы для экстралингвистической дифференциации базовых
понятий функциональных стилей, черты которых находят свое отражение в
жанровых модификациях текста, принимаются различия в сферах общественной
деятельности.
По сути, сфера общественной деятельности - наука, искусство,
политика, религия, право и т.д. - является главным стилеобразующим фактором.
Функциональная разновидность языка суть единство структурно-языкового и
социально стимулированного характера. Именно система языка задает "нормы
группирования слов, словосочетаний, типы синтаксических структур, а среда
функционирования,
реализация
определенной
коммуникативной
задачи
определяет применение этих средств" [68, с. 54].
Каждому функциональному стилю присущи свои
особенности отбора,
комбинирования и употребления языковых и речевых средств выражения в
пределах текста. Данные организованные системы средств выражения находятся в
непосредственной зависимости от конкретных задач, целей и условий общения в
соответствующей сфере деятельности носителей языка. При этом в рамках
каждого
функционального
характеризующиеся
композиционной
стиля
"единством
организации
выделяются
виды
конструктивного
материала
и
текстов
принципа,
используемых
или
жанров,
своеобразием
стилистических
структур" [68, с. 156].
Аналогичный
сложившемуся
в
функциональной
стилистике
подход
прослеживается в работах Г. Кресса [160]. Согласно Г. Крессу, коммуниканты члены
некоторого
социального
коллектива,
которые
наделены
социально
маркированными характеристиками и выступают в определенных социальных
ролях. Язык для членов данного коллектива никогда не является некой
"абстрактной"
системой:
он
представляет
22
собой
определенный
набор
потенциальных возможностей выражения, несущий на себе отпечаток их
предыдущего и настоящего опыта и “развернутый” в сторону тех потребностей
общения, которые соотнесены с естественными для них условиями и ситуациями
социального взаимодействия [160, с. 5-6].
То, что в функциональной стилистике фигурирует под названием сфера
общественной деятельности, описывается Г. Крессом в терминах социальных
институтов, для каждого из которых могут быть выделены характерные для него
виды передаваемого содержания, стандартные нормы оценок, конвенциональные
правила
отбора
институционально
языковых
средств,
стимулированных
предназначенных
для
коммуникативных
реализации
потребностей.
Выделяются также конвенциональные формы организации этих средств в
обеспечивающих эти потребности видах текстов [160, с. 6-7]. У текстов Г. Кресс
прослеживает несколько видов детерминированности:
1)
тематика
текстов
задана
дискурсом
(под
которым
понимается
систематически организованные наборы высказываний);
2) способы изложения тематики зависят от особенностей того или иного
жанра (жанры - конвенциональные формы текстов, регулярно используемых в
определенных социальных ситуациях);
3) организация текста, рассматриваемого как конкретная манифестация
определенного
жанра,
обусловлена
определенными
потребностями
и
особенностями коммуникантов [160, с. 19-20].
Говоря о проблеме жанров или типов текстов следует отметить, что многие
исследователи проявляют интерес к творческому изучению и переосмыслению
разработанной М.М. Бахтиным [14] теории речевых жанров (ТРЖ), а понятия
"жанр
речи"
и
"жанр
общения"
все
чаще
встречаются
в
работах
по
прагмалингвистике, стилистике, лингвистике текста, социолингвистике и др. По
мнению
А. Вежбицкой [25, 173], хотя ТРЖ имеет несравнимо меньшую
известность и не такую детально проработанную терминологию как теория
речевых актов, именно ТРЖ выходит за рамки исследования "языка в самом себе
23
и для себя", занимаясь анализом реальных единиц речевого общения, а не
отдельных предложений. В рамках анализа "актов речи", выраженных, как
правило, с помощью одного предложения, наблюдается, как полагает А.
Вежбицкая, лишь пересечение чисто грамматического понятия предложение с
"робко, нерешительно используемым понятием вербального взаимодействия
людей - носителей языка" [25, с. 126].
Согласно определению М.М.Бахтина, речевые жанры - это "относительно
устойчивые
тематические,
композиционные
и
стилистические
типы
высказываний" [14, с. 255]. Выделяя ряд таких отличительных признаков
высказываний - основной минимальной единицы речи, как "целенаправленность,
целостность, завершенность, непосредственный контакт с действительностью,
непосредственное
отношение
к
чужим
высказываниям,
смысловая
полноценность, типичная воспроизводимая жанровая форма" [14], М.М. Бахтин,
по мнению многих ученых, дает тем самым характеристику всех основных
признаков не только речевых актов, но текстов. М.Ю. Федосюк [127] полагает,
что подход к речевым жанрам как к устойчивым тематическим, композиционным
и стилистическим типам текстов позволяет квалифицировать как речевые жанры
не только такие типы монологических текстов, как сообщение, рассказ, просьба
или вопрос, но и различные типы диалогических текстов, таких, как, беседа,
дискуссия, спор или ссора. Кроме того, такой подход позволяет именовать
речевыми жанрами и рассказ, и повесть, и роман, и отдельные компоненты этих
текстов [127, с. 104].
Важное значение вопросам контекста придается в работах британского
ученого Н. Коупленда [150], который утверждает, что полноценный анализ текста
должен предоставить адек0атное контекстуальное объяснение феномена психо - и
социолингвистической вариативности языковых особенностей его строения на
всех уровнях. Поэтому необходим поиск коррелятов некоторых конститутивных
элементов и измерений социального контекста [150, с. 1 - 10].
Основы таксономии таких измерений контекста в британской традиции
24
заложены в работах Дж. Фёрса, М. Грегори, М. Хэллидея и А. Мартине [153]. При
этом, выделяя четыре основных уровня анализа - идеология, жанр, регистр, язык,
необходимо учитывать тот факт, что существуют относительно стабильные виды
специфически структурированных контекстов. Можно говорить о существовании
культурно обусловленных, когнитивно представленных "blue points" или текстов
для индивидуального, группового или институционального поведения, о типах
речи, категориях литературного произведения или целых моделях, шаблонах конфигурациях социальной интеракции [150, с. 14]. Н. Коупленд подчеркивает,
что анализ текста, стремящийся отобразить разнообразие и многомерность
социального контекста, должен подходить к решению этой задачи избирательно,
поскольку все измерения контекста тем или иным образом проявляются в
структуре текста. Соответственно этому можно выделить несколько аспектов
анализа контекстуально обусловленных закономерностей организации текста:
•
интерперсональный
аспект:
исследуются
контексты
межличностного общения, прослеживается зависимость коммуникативного
поведения
отдельных
участников
общения
от
их
индивидуальных
особенностей и от особенностей связывающих их друг с другом отношений;
•
социокультурный аспект: выделяются контексты, типичные для
определенных социальных групп и социальных институтов;
•
прагматический аспект: здесь изучению подлежат различные
варианты схем или моделей общения между поколениями, развлекательные,
эмоциональные,
терапевтические,
инструментальные
и
т.п.
функции
общения;
•
стилистический аспект: исследованию подлежат стилистические
характеристики разных жанров общения;
•
идеологический аспект [150].
Что касается последнего, идеологического аспекта, его исследования
сфокусированы на проблемах представления знаний, на изучении соотношений
между "словом и миром", на выявлении языковых способов представления
25
содержания в "особых актах", связанных с социальными, политическими и
экономическими сферами [150]. В соответствии с общей ориентацией последнего
из названных направлений, особое внимание здесь
называемого
"идеационного
компонента"
(М.
уделяется выявлению так
Хэллидей).
Кроме
того,
исследования Т. А. ван Дейка [39], посвященные этническим предубеждениям
показывают, что даже то, как реализуется репрезентативная функция языка, несет
на себе отчетливый отпечаток идеологических предпочтений или предубеждений
[39].
Необходимость учитывать в ходе анализа текста данные
контекста,
социально-ролевые
и
социально-статусные
социального
характеристики
коммуникантов подчеркивают в своих работах У. Лабов и Д. Феншель,
работающие в рамках социолингвистики [161]. С этой целью они вводят в свою
аналитическую
модель
понятие
"расширение"
(expansion),
которое
они
рассматривают как основной механизм, обеспечивающий интеграцию различных
типов информации в тексте и определяющий возможность достижения его
понимания. Понятие "расширение" - это главный исследовательский инструмент
модели Лабова и Фэншеля, который они используют для того, чтобы показать,
как происходит процесс соотнесения текста с контекстом, и более специально процесс обогащения информативного состава текста имплицитной информацией.
Согласно данному "принципу расширения" необходимо, чтобы: в ходе анализа
текста учитывались все виды релевантной для его понимания информации:
лингвистической
и
паралингвистической,
эксплицитной
и
имплицитной,
текстуальной и контекстуальной; анализ был направлен в сторону объяснения
процесса интеграции всех слоев информационного состава текста; в область
анализа были включены все явления, позволяющие охарактеризовать формы
проникновения
в
структуру
текста
контекстуальной
информации
-
вид
социального взаимодействия, статусные и ролевые отношения коммуникантов, их
индивидуальные
особенности, отражающие предшествующий и настоящий
социокультурный опыт [161].
26
В работах американского специалиста по когнитивной социологии А.
Сикуреля [148] говорится о том, что "изучение текста и широкого контекста
социального взаимодействия требует эксплицитного учета общих принципов,
организующих структуру такого взаимодействия, а также влияющих на них
культурных установок" [148]. Предложенная А. Сикурелем интерактивная модель
анализа
текста
делает
акцент
на
выявлении
взаимосвязей
между
лингвистическими, когнитивными и социокультурными аспектами анализа языка
в обществе. Согласно А. Сикурелю, текст заключает в себе несколько уровней
информации и предполагает несколько видов импликативной соотнесенности
между ними (соответственно, и несколько видов дедуктивного вывода, которые
могут потребоваться для адекватного восприятия текста). Касаясь вопросов
логического вывода,
опираются
на
А. Сикурель отмечает, что модели текста, которые
анализ
соотношений
между
отдельными
высказываниями,
исследуют порядок смены ролей партнеров или устанавливают глобальные
макроструктуры и макроправила строения текста, следует рассматривать как
объясняющие отдельные стороны более общей системы обработки информации,
которая всегда включает процессы соотнесения текста с его конкретным
коммуникативным
контекстом
коммуниканты,
правило,
как
[148].
Поскольку
используют
в
несколько
реальном
видов
общении
информации
одновременно, А. Сикурель настаивает на том, что интерактивная модель текста
должна обязательно включать компоненты, которые позволяли бы объяснять
процессы параллельной обработки информации разных видов и привлекаемые
при этом процедуры дедуктивного и индуктивного вывода.
Подходя с этой точки зрения к тексту, А. Сикурель показывает, что процесс
вывода в нем всегда контекстуализован, т.е. текст всегда опирается на
непосредственное текстовое окружение и ту конкретную информацию, которая
поступает из социального контекста. Поэтому важным элементом анализа текста
должно
стать
взаимодействие
постулирование
между
правил,
когнитивными
27
и
которые
позволяют
коммуникативными
объяснить
стратегиями
говорящих,
с
одной
стороны,
и
специфическими
чертами
ситуации
и
обстоятельствами общения, с другой.
В модели А. Сикуреля рассматриваются как микро- так и макро-уровни
анализа, а также формулируются
автономно действующие и контекстно
обусловленные стратегии. Однако в той части, которая касается правил вывода,
модель все еще остается достаточно общей и нуждается в экспериментальной
проверке и конкретизации. Исследователь придает также большое значение
методологическим аспектам анализа. Ссылаясь на работы Дж. Гамперца, Д.
Хаймса, он указывает, что богатый материал, накопленный этнометодологами в
области изучения разных типов общения, должен быть осмыслен с точки зрения
того, как в нем отражаются более общие социокультурные закономерности [148,
с. 28-30].
Безусловно, в современных условиях любая лингвистическая концепция,
претендующая
на всестороннее,
глубокое
описание
языковых и речевых
феноменов, не может игнорировать такой фактор как социокультурный контекст.
Это как нельзя более актуально для анализа текстов, функционирующих в рамках
медиадискурса, поскольку сам социокультурный контекст является не просто
неким
фоном,
но
и
важным
фактором,
регламентирующим
выбор
функционального стиля сообщения; устанавливающим культурно обусловленные
стилистические стратегии развертывания текста; придающий сообщению ту или
иную
идеологическую
содержание
текста
-
окраску;
как
определяющее
важное
его
условие,
тематику,
структурирующее
задающее
наборы
предпочтительных тем, исключающее возможность появления некоторых тем в
определенных контекстах; оказывающим влияние на саму структуру текста, на
выбор языковых средств и приемов выражения и т.д. [4, с.14].
ВЫВОДЫ ПО ПЕРВОЙ ГЛАВЕ
28
Анализ специальной литературы по теме показывает, что ключевые для
современной лингвистики понятия "текст" и "дискурс" ввиду своей сложной,
многоплановой
природы
не
имеют
до
сего
времени
однозначного
и
общепринятого определения.
Еще пол века назад для описания "больших" отрезков связной речи
использовался термин "текст". Со временем он был заменен на термин "дискурс",
поскольку возникла необходимость подчеркнуть не только свойства текста как
целостной единицы коммуникации, но и объяснить те или иные закономерности
организации текстов, не подлежащие чисто лингвистическому анализу.
На протяжении многих лет термины "текст" и "дискурс" функционировали
в лингвистической литературе как синонимичные, взаимозаменяемые. С той лишь
разницей, что за "текстом" закреплялась область письменной коммуникации, за
"дискурсом" - устной.
Развитие лингвистических направлений, изучающих речевую деятельность
в ее реальном функционировании, поставило вопрос о необходимости включения
в область анализа различных экстралингвистических факторов - когнитивных,
психологических,
социокультурных,
которые
сопровождают
речевую
деятельность и являются ее составляющими. Это обусловило и дифференциацию
употребления терминов "текст" и "дискурс".
В настоящее время можно говорить о том, что большинство лингвистов
склонны
рассматривать
понятие
"дискурс"
в
рамках
коммуникативно­
деятельностной парадигмы как социокультурно обусловленный процесс, частью
или продуктом которого является текст.
Интерес
к
изучению
функционирования
языка
в
сфере
массовой
коммуникации обусловил и необходимость определения объекта исследования. С
появлением в конце 20 века нового направления в современной лингвистике медиалингвистики в научный оборот прочно вошли термины "медиадискурс"
("массмедийный дискурс") и "медиатекст".
29
Специфические
особенности
массовой
коммуникации
способствовали
значительному "смысловому" расширению и "усложнению" понятия текст.
Тексты СМИ - это по сути многослойные и многомерные образования и, в
зависимости от медийных свойств того или иного СМИ, могут представлять из
себя не только последовательность вербальных знаков. Зачастую это комбинация
словесной формы, графического оформления, аудио и видео сопровождения,
которые в совокупности и образуют единое целое - "медиатекст".
Понятие
"медиадискурс"
вписывается
в
концепцию
"дискурса",
понимаемого как сложное коммуникативное явление, включающее в себя целый
набор
экстралингвистических
факторов,
сопровождающий
процесс
коммуникации. Такой подход позволяет понимать масс-медийный дискурс как
особый вид дискурса, "обслуживающего" специфическую сферу человеческой
деятельности собственная
массовую коммуникацию. Масс-медийному дискурсу присуща
система
конвенциональных
жанров,
формах
которые
медитекстов,
находят
имеющих
структурные,
композиционно-стилистические
детерминированные
выполняемой
ими
свою
функцией
реализацию
общие
в
языковые,
характеристики,
-
информационной,
аналитической, художественно-публицистической и пр. Важное значение в этой
связи приобретает широкий социокультурный контекст, на фоне которого
происходит порождение, восприятие и интерпретация медиатекстов.
ГЛАВА II.
30
СТЕРЕОТИП КАК ФЕНОМЕН ЯЗЫКОВОЙ И КУЛЬТУРНОЙ
КАРТИНЫ МИРА
2.1. Понятие "стереотип" в современной лингвистике
Нетрудно заметить, что даже в нашей повседневной речи такие слова как
“стереотип”, “стереотипный” стали чрезвычайно популярны. В частности, они
достаточно
регулярно
отрицательного
повторяющемуся,
употребляются
отношения
к
для
чему-либо
общеизвестному.
Как
выражения
привычному,
стереотипное,
негативного,
традиционному,
т.е.
примитивное,
ущербное, рутинное, схематичное, упрощенное, нетворческое и т.п. может
обозначаться и мышление, и поведение, и
восприятие, и деятельность. Не в
последнюю очередь это связано с распространением и расширением влияния
социологии на наше повседневное, обыденное сознание и с повышенным
интересом к социальным дисциплинам в обществе в целом [5, с. 14].
В социальных науках понятие “стереотип”, введенное в научный обиход
американским социологом У. Липпманом в 20-х годах 20 века, остается одной из
наиболее важных категорий. Тем не менее, общепринятого толкования эта
категория не имеет. Определений и формулировок “стереотипа”, встречающихся
в литературе социологического, философского и (социально)психологического
направлений, великое множество. Приведем лишь наиболее характерные из
известных нам. Чаще всего стереотип понимается как устойчивое:
• убеждение [144, 154, 175] ;
• суждение [158, 165] ;
• предубеждение [159, 164, 166, 175];
• представление (образ) [50, 162].
При этом выделяется некоторая группа основных, доминантных признаков,
отличающих стереотип от других категорий:
• способность (склонность) к обобщению и упрощению;
• высокая частота употребления (повторяемость);
31
• значительная степень распространения в обществе;
• оценочно-эмоциональная (как правило, негативная) природа [5]
Важным условием возникновения ментальных и социальных стереотипов в
индивидуальном (и особенно массовом) сознании ученые считают недостаток,
или даже полное отсутствие необходимой информации об объектах, явлениях,
событиях, фактах, которым необходимо дать оценку, выразить свое к ним
отношение или мнение.
Естественно, что в рамках вышеназванных направлений стереотипы
рассматриваются
как
сложные
социально-психологические
феномены,
как
важный элемент внутренних процессов социально-психологического характера,
связанных с формированием сознания людей; как неотъемлемые компоненты
индивидуального и массового сознания. Исследователей интересуют в данном
случае
прежде
всего
механизмы
возникновения
стереотипов,
пути
их
проникновения в индивидуальное и массовое сознание. Наиболее актуальными в
современных условиях считаются направления, изучающие влияние стереотипов
на поведение людей, а также проблемы использования стереотипов в качестве
инструментов
сознанием,
социального
мнением,
контроля
убеждениями,
и
манипулирования
поведением
в
общественным
пропагандистских,
идеологических и т. п. целях. [5, 31, 48, 50, 55, 78, 83, 90, 105, 106, 108, 121, 129,
138].
Что касается лингвистических исследований стереотипа, то в целом ряде
работ отечественных и зарубежных языковедов под стереотипами понимаются
существующие в языке и речи разного рода стандартные выражения, так
называемые языковые или речевые стереотипы. Эти объекты могут обозначаться
как:
шаблонные фразы (Л. П. Якубинский); стационарные предложения (А.М.
Пешковский);
устойчивые
формулы
общения
(Н.И.
Формановская);
фразеорефлексы (В.Г. Гак); прагматические клише (Р. Ратмайр); рутинные
формулы (F. Coulmas) и т. д. Под подобными феноменами принято понимать
относительно устойчивые, часто (регулярно) употребляющиеся в обыденной,
32
профессиональной, официальной речи любые структурные и содержательные
единицы
языка
и
речи
-
слова
или
словосочетания,
предложения
или
высказывания, общие места, лозунги, поговорки и пословицы и т. п. [7, 9, 27, 36,
110, 111, 114, 120, 121, 128, 136, 148, 160, 162, 163, 167].
Как отмечает Р. Ратмайр [111], употребление таких единиц закреплено, как
правило, за определенными ситуациями, "так что эти формулы являются частью
когнитивной репрезентации этих ситуаций в сознании членов данного языкового
общества". "Степень стереотипности" таких образований "коррелирует с их
предсказуемостью в данной ситуации, которая в свою очередь, обусловлена
стереотипной интерпретацией ситуации"
реакцией
говорящего
на
различные
[111, с.
17]. Являясь вербальной
социальные
ситуации
и
явления
действительности, языковые стереотипы подобного рода, имеются в виде
"готовых "речений" в мышлении и "лексике", в языковом запасе всех или
большинства носителей языка" [92,
с. 101] Но в качестве главного критерия
причисления той или иной единицы к языковым стереотипам рассматривается
факт частоты их повторяемости в речи.
По мнению Т.П. Третьяковой [121], коммуникативный контекст закрепляет
за речевыми стереотипами (которые понимаются автором как экономичные
речекоммуникативные образования, разговорные формулы, коммуникативные
клише, "индикаторы" наличия речевой коммуникации) особое коммуникативно­
функциональное
значение,
которое
при
массовом
повторении
становится
общепринятым [121, с. 3].
Аналогичный
рассматривающей
подход
языковые
прослеживается
особенности
у
И.В.
немецких
Захарычевой
стереотипных
[52],
фраз
-
коммуникативных клише, представляющих собой в "концентрированном виде
накопленный
многими
поколениями
опыт
вербального
и
невербального
поведения в стандартных речевых ситуациях", - которые используются взрослыми
людьми при общении с детьми младшего школьного возраста [52, с. 4-7]. Как
указывает автор, в рамках системы конкретного языка существует практически
33
полностью стереотипизированная область (в данном случае - "общение взрослых
с детьми"), определенное функционально-семантическое поле, поддающееся,
однако, приблизительной репрезентации и моделированию [52, с. 4].
О стереотипном отборе языковых средств в официально-деловых текстах, в
текстах
юридического
профиля,
в
научно-технических
текстах
и
т.п.
неоднократно говорили и писали такие лингвисты как Ш. Балли, К. Фосслер, Я.
Мукаржовский, Б. Гавранек, Г.О. Винокур, С.И. Ожегов, М.Н. Кожина, А.В.
Прошин, Н.М. Разинкина и многие другие. Наличие стереотипа (лексического,
синтаксического,
композиционного,
а
также
стереотипа
в
отношении
преобладания видов изложения и их чередования) объясняется многими учеными
тем, что в данных областях коллективной деятельности, предполагающей
повторяемость
определенных
ситуаций,
именно
стереотипное
решение
представляется наиболее целесообразным, а оригинальное, необычное решение не
является необходимостью [110, с. 38].
Еще
один подход,
который можно
назвать
"социолингвистическим"
представлен в работе немецкого лингвиста У. Квастхофф "Лингвистический
анализ стереотипа" [164]. Стереотипом автор считает вербальное выражение
убеждения, направленного на социальные группы или отдельных представителей
этих социальных групп. К такому выводу У. Квастхофф приходит, сопоставляя в
понятийном плане "стереотип" с целым рядом родственных категорий, таких как:
убеждение, мнение, предубеждение, точка зрения, имидж, социальный топик. При
этом существенными признаками стереотипа, выделяемыми автором, являются:
способность к "необоснованному упрощению и обобщению"; ярко выраженная
"эмоционально-оценочная тенденция" [164, с. 28]. Рассматривая функциональный
аспект "стереотипных высказываний", автор противопоставляет "стереотип"
понятиям "ключевое слово" и "слоган", которые традиционно, по ее мнению,
часто путают со стереотипом [164, с. 287-288]. У данного образования стереотипа автор предлагает различать два аспекта: "убеждение-стереотип" как
34
предмет социальных дисциплин и его "вербальное выражение" как предмет
собственно лингвистического анализа [164, с. 28].
На наш взгляд, стереотип в понимании У. Квастхофф, это скорее то, что
имеет в виду Т.А. ван Дейк под этническим предубеждением (предрассудком):
"господствующие в обществе негативные установки по отношению к этническому
меньшинству в целом и к отдельным его представителям (...),
(...) сложные
когнитивные структуры убеждений или мнений бытующих в социуме" [37, с. 175­
177]. Доминантные признаки этнических предубеждений (ЭП) можно свести, по
мнению ван Дейка, к следующим положениям:
•
ЭП представлены негативными установками;
•
ЭП могут считаться таковыми, если разделяются всеми или
большинством членов общества/группы;
•
ЭП "выводятся" только из "неадекватной илинедостаточной
информации в модели" (ситуации) [37, с. 177].
В своей работе "Мышление в зеркале классификаторов" Дж. Лакофф [77]
термином "социальный стереотип" обозначает определенный "тип прототипов" в
выделяемой
им
своеобразной
классификации
"случаев
потенциальной
категориальной метонимии" [77, с. 34]. "Социальный стереотип" рассматривается
в ряду других категорий, таких как: "типичные примеры", "идеалы, "образцы",
"порождение", "частные модели", "самые характерные примеры" [77, с. 34-36]
Отличительными для "социальных стереотипов" (С.С.) являются следующие
моменты:
С.С. обычно осознаются и могут вызвать разногласия;
•
С.С. изменяются со временем и могут приобретать характер
проблем;
•
С.С. используются, чтобы делать быстрые суждения о людях
(как "поспешный вывод");
•
С.С. активно используются в СМИ, рекламе и других формах
массовой литературы [Лакофф, 1988: с. 34].
35
В
качестве
примеров
следующие выражения:
социальных
стереотипов
Типичная мать
автором
- домохозяйка.
приводятся
Типичный японец
трудолюбив, вежлив и умен. По мнению Дж. Лакоффа, "социальные стереотипы
безусловно играют роль в формировании понятий" и понятийных категорий;
определяют нормативные установки,
Например:
английское
слово
"что получает языковое выражение".
but
является
маркером
ситуации,
противопоставленной модели, считающейся нормативной. Этой функции могут
служить,
как полагает автор,
"стереотипические
модели".
То
есть,
если
(европейская) стереотипическая модель матери включает представление о том,
что мать должна быть домохозяйкой, то высказывание "Она мать, но не
домохозяйка" - следует признать нормой, а высказывание "Она мать, но она
домохозяйка" - отклонением от нее. [77, с. 40-41].
Когнитивный
характер
стереотипа
подчеркивается
в
определении
"стереотип национального характера" (представление о национальном характере
того или иного народа) И. М. Кобозевой [65]. По ее мнению, выявлению таких
стереотипов,
являющихся
способствовать
анализ
по
своей
лексических
сути
стереотипами
коннотаций
сознания,
(этнонимов).
может
Лексические
коннотации она, вслед за Ю. Д. Апресяном [7], понимает как "устойчивые
признаки выражаемого лексемой понятия, воплощающие принятую в обществе
оценку соответствующего предмета или факта, (... ) отражающие связанные со
словом культурные представления и традиции"
коннотации
"получают
метафорах и
закрепление
в
[65, с.
переносных
102]. Лексические
значениях,
привычных
сравнениях, фраземах, полусвободных сочетаниях, производных
словах" [7, с. 36-38]. Объективным проявлением коннотации Кобозева считает не
только зафиксированные в лингвистических описаниях свойства лексемы, но и те
явления, "которые обычно не фиксируются словарями, но с достаточной
регулярностью
воспроизводятся
в
процессе
порождения
и интерпретации
высказывания с данной лексемой или ее дериватом" [65, с. 103].
Н.
В.
Уфимцева
[126],
опираясь
36
на
теорию
"этнического
поля"
Л. Н. Гумилева, говорит о существовании "этнических и культурных стереотипов"
[126]. По ее мнению, этнические стереотипы отражают "ритм заданного
этнического поля", который
чувствуют, бессознательно воспринимают лишь
члены данного этноса/этнической группы, и которому невозможно обучить
специально. Культурные стереотипы представляют собой "систему значений
(сознание этноса)", инвариантный образ данного фрагмента мира, присущий тому
или иному этносу. Культурные стереотипы усваиваются в процессе социализации
и, в отличие от этнических стереотипов, ими может овладеть, "присвоить
сознание этноса", изучающий язык данной этнической группы иностранец [126,
62]. Но чтобы стать полноправным членом того или иного этнического общества,
необходимо, кроме овладения системой значений, еще и умение настроиться на
ритм этнического поля, "присвоить этнические стереотипы" [126].
Рассматривая стереотип с позиций лингвокультурологии как явление
культурного
пространства,
как
стержень
культуры,
В.А.
Маслова
[91]
подчеркивает языковую и ментальную составляющие этого феномена. С одной
стороны, стереотип принадлежит уровню языка и речи, с другой - это некий
фрагмент культурной картины мира, устойчивое, национально и культурно
детерминированное представление о предмете, явлении или ситуации [91, с. 110­
111]. Этнокультурные стереотипы помогают ориентироваться в мире, осознать
свою культурную идентичность, и опознать
"своего". Поэтому логичным
представляется различение автостереотипов - то как люди видят себя и думают о
себе и гетеростереотипов - то, как люди представляют "чужих" и что они о них
думают [91, с. 108].
М.Б.
Бергельсон
и
А.Е.
Некрасова
[16]
представляют
этнические
стереотипы как некие "лингвокультрные модели (ЛКМ), как структурированные
кванты языковой картины мира". В дискурсе они выполняют роль "ядра
процессов
интерпретации
и
понимания",
с
которым
сравнивается
новая
информация. В зависимости от того соответствует или противоречит новая
информация стереотипу (ЛКМ), может происходить принятие или непринятие
37
этой информации и, как результат, "подкрепление, уточнение, расширение ЛКМ
или частичный или полный отказ от ЛКМ (= пересмотр ЛКМ), а также - создание
новых ЛКМ" [16, с. 30-31].
Л.И. Гришаева и Л.В. Цурикова [34] считают стереотипы проявлением и
результатом
социокультурного
восприятия,
некими
обобщенными
и
упрощенными схемами, функционирующими в различных сферах общественной
жизни и имеющие типичные способы и формы их вербализации. Как когнитивные
образцы категоризации мира они способствуют успешному ориентированию в
мире.
Признавая
наличие
нейтральных
и
оценочных
стереотипов
(положительных, позитивных, отрицательных, негативных), Л.И. Гришаева и
Л.В. Цурикова склонны отличать их от предрассудков и предубеждений, которые
всегда имеют негативный оттенок [34, с. 153-154].
В.В. Красных [69] рассматривает стереотип в связи с коммуникативным,
вербальным
поведением
структурированную
и
понимает
единицу
его
как
некую
ментально-лингвального
"устойчивую
комплекса,
минимизированно-инвариантное представление о предмете или ситуации, которое
детерминировано национально-культурной спецификой"
[69, c. 232]. Выделяя
"стереотипы поведения (штампы сознания) и стереотипы-представления (клише
сознания)", В.В. Красных закрепляет за первыми прескриптивную функцию, а за
вторыми предиктивную функцию [69, с. 232-233]. Стереотипы поведения, в свою
очередь делятся на стереотипы-ситуации
и стереотипы-образы. По мнению
автора, "стереотипы-представления сближаются с прецедентными феноменами:
стереотипы-образы
-
с
прецедентным
именем,
стереотипы-ситуации
-
с
прецедентной ситуацией" [69, с. 233].
Рассматривая стереотип с позиций коммуникативной лингвистики, мы,
вслед за В.В. Красных [69], понимаем под стереотипом некоторое этно-культурно
маркированное сложно-структурированное ментальное образование, обладающее
целым набором ассоциативных связей, которые в национальном сознании
приписываются
данному
феномену
и
38
репрезентируют
его.
Стереотипы-
представления являют и обобщенно характеризуют в сокращенном и сжатом виде
менталитет, образ жизни, поведение какого-либо народа, особенности его страны
и культуры. При этом, образ любой другой страны и другого народа присутствует
в общественном сознании в стереотипном виде не зависимо от того, имелись ли
личные контакты с представителями данного народа, контакты с культурой
этноса в целом. В отличие от атостереотипов, выражающих представления о
своем народе и культуре, гетеростереотипы
- этнокультурные стереотипы-
представления, касаются чужой страны и культуры, и содержат, как правило,
негативную оценку, а порой и элементы предубеждения.
2.2. Вербальное воплощение стереотипов
Анализ
теоретической
литературы
показывает,
что
попытки
дать
определение вербальному воплощению стереотипов имеют давнюю историю.
Например:
"Свое языковое
отражение
предубеждения
обычно
находят в
вербальных стереотипах (...)" [162]; "Стереотипом является слово или фраза для
передачи абстрактных характеристик (...)" [162].
Показательны также попытки социологов исследовать "роль языковых
факторов в формировании предубеждений" [144,
166]. "Одно только имя
собственное может способствовать формированию предубеждений" [144]. Иными
словами,
некоторыми
доступными
им
авторами
методами
и
были
предприняты
аналитическими
попытки
средствами
провести
своеобразную
инвентаризацию языковых средств и речевых форм выражения, используемых
для вербализации ментальных и социальных стереотипов. Проблема выявления
особенностей действия стереотипов в речевой деятельности в подобного рода
работах не ставилась. Впрочем, решение таких задач в компетенции языковедов.
Немецкий лингвист У. Квастхоф [164] полагает, что "лингвистически
стереотип может быть описан как предложение" [164, с. 28]. Автор считает
39
целесообразным выделить 4
основных типа
стереотипных высказываний
(предложений):
1.
1-й тип (основная
форма стереотипа, Grundform) представляют
предложения "повествовательные по своей форме, в которых какой-либо группе
(в качестве субъекта) приписывается некое свойство (в качестве предиката)".
Парадигмой для этого типа служит предложение: "Der Deutsche ist fleißig".
2.
Во
2-й класс
объединены
предложения,
в
которых
"сила
высказывания ограничена различного рода индикаторами": "Der niedersächsische
Mensch gilt als
wortkarg". При описании предложений этого класса автор
использует модально-логические средства анализа.
3.
3-й тип характеризуется "появлением пропозициональных установок
(propositional attitudes), в которых говорящий выражает свою субъективную точку
зрения".
Элементы данного
класса
исследуются
при
помощи
метода
"прагматической реляции": "Ich habe den Eindruck, daß die Amerikaner unserer
Geistigkeit nicht entfernt gewachsen sind".
4.
И
последний,
4-й
тип,
охватывает
все
случаи
имплицитного
выражения стереотипа: "Er ist Jude, aber er ist sehr nett". Здесь должны быть
применены методы лингвистики текста (в широком смысле), - пишет автор. [164,
с. 239-258].
Представляется, что ограничивая "вербальное выражение стереотипа"
рамками повествовательного предложения, У. Квастхофф резко сужает тем самым
область применения своего понятия в качестве инструмента лингвистического
анализа.
И.М.
Кобозева
[65]
под
вербальным
воплощением
"стереотипа
национального характера" понимает такую языковую/речевую единицу, которая
обладает набором следующих свойств:
• устойчиво ассоциируется в сознании говорящих с объектами данного
типа;
40
•
широко и регулярно (часто) употребляется всеми или большинством
членов данного языкового общества [65, с. 103].
Современные исследования исходят из признания структурообразующей и
этнодифференцирующей
роли
стереотипов
в
языковой
картине
мира
и
предпринимают попытки описать их языковое выражение через разграничение с
понятием концепт - содержательной ментальной единицей более абстрактного
уровня, которая не обязательно имеет языковое выражение [108, с. 34-35; 69, с.
271].
Концепт является когнитивной составляющей стереотипа. Стереотип как
единство
ментального
образа-представления
и
его
вербальной
оболочки,
сформированное в национальном (фольклорно-мифологическом) сознании и
функционирующее в определенной лингвокультуре, в отличие от концепта,
проявляется в "предсказуемых ассоциациях", имеет образную, аксиологическую
природу.
Анализ литературы по теме показывает, что образование и закрепление
вербальной репрезентации стереотипа можно проследить на разных уровнях: на
лексическом,
словообразовательном,
уровне
предложения,
тематически-
композиционном уровне и т.д. В связи с этим языковую репрезентацию
стереотипов
устойчивыми
часто
связывают
с
номинативными
словосочетаниями
и
единицами,
сравнениями,
моделями,
атрибутивными
словосочетаниями, метафорами, фразеологизмами, идиомами, паремиями, клише,
терминами,
различными
прецедентными
феноменами
-
именами,
высказываниями, текстами и.т.д., которые не только упрощают и облегчают
общение, но и делает его этнокультурно маркированным [6, 16, 69, 91, 100, 121].
Очень часто языковой стереотип понимается как суждение или несколько
суждений, сочетающих в себе описательные и оценочные признаки [6, с. 408]
А.Е. Некрасова [100], рассматривая типологию стереотипов с позиции
автора дискурса, считает возможным выделять три уровня языковых стратегий
выражения (= приемов) и оформления стереотипов. На уровне лексики к таким
приемам
относятся
метафоризация,
употребление
41
оценочной
лексики,
употребление иноязычных слов. На уровне синтаксиса такие приемы проявляются
в различных литературоведческих приемах, инференциях, пресуппозициях. На
уровне целого текста (или дискурса) исследуется семантика развернутых
элементов или организация всего текста [100, с. 145].
Попытку типологизации и классификации дискурсивных стратегий и
языковых средств, оказывающих влияние на процессы интерпретации этнических
стереотипов предпринимают М.Б. Бергельсон и А.Е. Некрасова [16]. Авторы
указывают, что объектом исследования выступают не сами стереотипы ввиду их
ментальной природы, а отражающие их высказывания. При этом лингвистические
приемы выражения стереотипов в дискурсе авторы делят на семантические и
стилистические.
Семантические
приемы
воспроизводят
и
продуцируют
стереотип, стилистические отвечают за вербализацию стереотипа [16, с. 30-31]. В
основу своей классификации М.Б. Бергельсон и А.Е. Некрасова полагают
"степень эксплицитности содержащейся в них культурологической информации".
На этом основании авторы выделяют стереотипы, выраженные эксплицитно;
стереотипы,
"поданные"
в
пресуппозиции;
стереотипы
"поданные"
как
инференции; стереотипы, которые возможно передать при помощи приема
переключения кодов (code-switching); стереотипы, которые можно передать через
описание ситуации действительности, "внешней по отношению к данному
коммуникативному взаимодействию (этот прием может реализовывать разную
степень
эксплицитности:
он
может
в
качестве
примера
сопровождать
эксплицитное называние стереотипа, а может представлять собой и косвенную
подачу стереотипа, без его дополнительного эксплицирования)" [16, с. 31]
Таким образом, на сегодняшний день лингвистические исследования
стереотипа проводятся в "традиционных" рамках, когда стереотип исследуется с:
клише,
формальной точки зрения и объектом исследования являются языковы
формулы,
различные принципы сочетаемости в пределах различных
языковых конструкций и т.п.;
42
- семантической, когда анализируются смысловые коннотации языковых
единиц, сопутствующие их базовому значению;
- стилистической - анализу подлежит стилистическая окраска лексических
единиц, различные риторические средства и приёмы [5, 6, 22, 31, 36, 39, 48, 52, 92,
99, 100, 106, 110, 111, 120, 121, 126, 129, 136]
Большинство исследователей признают необходимость классификации
языковых репрезентаций стереотипов и описания их структурно-семантических
особенностей с учетом контекста их функционирования. Однако, в виду
сложности
и
"объемности"
этой
работы,
проблема
типологии
языковых
репрезентаций стереотипа остается не решенной [100, 136].
2.4. Роль стереотипов в порождении и функционировании
масс-медийного дискурса
Многие исследователи масс-медийного дускурса отмечают, что он по своей
природе "не может не тиражировать культурные авто - и гетеростереотипы,
которым свойственны устойчивость, а также четкая связь с эмоциональной
сферой человека и фундаментальными ценностными ориентациями социума" [34,
с.
159].
Реализуя
две
своих
основных
функции
-
информативную
и
воздействующую, современный масс-медийный дискурс не только отражает
актуальную
языковую
ситуацию,
но
и формирует ее,
сочетая простоту,
доходчивость, доступность публицистических текстов с экспрессивностью [16,
34, 44, 95, 100 и др.].
Распространение
"устойчивых
Т.Г.
образов
Добросклонская
и дальнейшее
развитие
и
о жизни
стереотипов
[44]
связывает
с
в масс-медийном
других
расширением
стран
и
дискурсе
народов"
взаимодействия
и
взаимовлияния культур в масс-медийном пространстве [44, с. 252]. Рассуждая о
категории культурноспецифичности самого медиадискурса и медиатекстов,
Т.Г. Добросклонская полагает, что данная категория может проявляться как
43
вербально - на денотативном, коннотативном, ассоциативном и метафорическом
уровнях, так и невербально, на уровне медийных технологий - объем словесного
текста, графическое оформление, аудио- и видеоряд и т.д.
[44, с. 235].
Рассматривая специфику медиатекстов, повествующих о событиях за рубежом,
автор подчеркивает, что выбор культурноспецифических единиц обусловлен не
только информационными потребностями, но в первую очередь идеологическими
установками, устойчивыми представлениями и стереотипами, сложившимися в
сознании внутренней аудитории. При этом такой подход к созданию образа
другой действительности, другой страны не столько информирует о жизни той
или иной страны, сколько отражает набор стереотипных представлений о ней,
например:
"снежная
зима,
великолепный
балет,
бедные
бабушки,
коррумпированные политики", с акцентом на те или иные аспекты, исходя из
актуальной
политической
ситуации.
Анализ
этих
факторов,
полагает
Т.Г. Добросклонская, позволяет раскрыть некоторые существенные особенности
национального мировосприятия и отношения к иной стране и ее представителям
[44, с. 236-237].
По мнению Т.Г. Добросклонской [44] технологию создания образов и
стереотипов можно проследить в первую очередь на этапе отбора фактов
(первичное моделирование образа), детерминированном как идеологией, так и
исторически сложившимися особенностями национального мировосприятия. Так,
по наблюдениям Т.Г. Добросклонской в западном, в частности, англоязычном
масс-медийном
дискурсе
регулярно
присутствует ряд
тем,
связанных
со
стереотипным восприятием России: "пьянство, отсутствие западной вежливости
на дорогах и русская манера отвечать по телефону" [44, с. 252]. При этом
Т.Г. Добросклонская указывает, что технология формирования стереотипных
образов масс-медийном дискурсе не ограничивается отбором тем и фактов. Здесь
прослеживается сочетание чисто медийных средств с лингвистическими, которые
в совокупности усиливают и закрепляют, делают стереотипным определенный
образ. Например, видеоряд "Дом Правительства сквозь массивную решетку;
44
Кремль, зловеще прикрытый ладонью фигуры памятника Минину и Пожарскому"
плюс соответствующий комментарий вызывают у "западной аудитории знакомые
тревожные ассоциации: Россия как империя зла, очаг насилия и нестабильности"
[44, с. 255].
Как подчеркивает Т.П. Третьякова [121], разным видам дискурса присуще
употребление стереотипов, т.к. "они позволяют экономить усилия для достижения
целей
в
процессе
интеракции
и
являются
достаточно
эффективными
инструментами воздействия" [121, с. 202]. Расширение и глобализация массового
мультимедийного
пространства
стандартизованных
схем,
обусловливает
относительно
активное
устойчивых
употребление
образов,
шаблонов
и
стереотипных кодов поведенческой культуры (эмотиконов и этикетных формул)
[121, с. 202].
Многие
исследователи,
современных
СМИ,
подчеркивая
обусловленную
манипулятивную
стремлением
направленность
внести
необходимые
коррективы в картину мира реципиента, повлиять на его эмоции, признают
формирование в масс-медийном дискурсе устойчивых стереотипов эффективным
инструментом манипуляции общественным сознанием. Стереотипы являются
неким "фильтром", сквозь который массовая аудитория вынуждена воспринимать
действительность. [95, 105, 106, 108].
А.Е. Некрасова [100] утверждает, что можно говорить о трех возможностях
появления стереотипов в медиадискурсе (особенно в газетном дискурсе), в
зависимости от целей, преследуемых автором: 1) автор, как представитель своей
лингвокультуры употребляет стереотип неосознанно; 2) автор употребляет
стереотип
осознанно,
лингвокультуре
информации.
В
подробно
стереотипы;
данном
3)
случае
описывая
автор
речь
имеющиеся
предвзято
идет
об
в
относится
той
или
иной
к подаваемой
осознанном
насаждении
существующих и создании новых стереотипов [100, с. 144].
Основную причину использования стереотипов в медийном (и газетном)
дискурсе большинство исследователей видит в динамичности современной
45
жизни, когда система ценностей общества является в некотором смысле
динамической
сущностью,
подвергающейся
метаморфозам
в зависимости
быстрым
от изменения параметров
модификациям
и
социокультурного
контекста. Специфика медиадискурса заключается в том, что он чутко улавливает
происходящие
изменения.
СМИ
берут
на
себя
сегодня
не
столько
информирующую, сколько идеологическую функцию, функцию влияния и
воздействия на массовое сознание. Стереотипы являются в этом смысле весьма
действенным
инструментом
не
только
освоения,
но
и
формирования
действительности, так они опираются на уже существующие в обществе взгляды
и установки и на их базе возможно формирование новых, "выгодных" "автору"
дискурса.
46
ВЫВОДЫ ПО ВТОРОЙ ГЛАВЕ
Термин "стереотип" является "востребованным" практически во всех
современных
гуманитарных
дисциплинах.
Представители
разных
наук
-
философы, социологи, политологи, антропологи, этнологи, психологи и пр. - посвоему трактуют "стереотип" и, исходя из целей и задач своих исследований,
наполняют
этот
термин
понимании
"стереотипа"
"требуемым"
и у
смыслом.
представителей
Отсутствует
единство
в
различных лингвистических
направлений, что приводит к терминологической и смысловой разноголосице и не
способствует проведению четких границ между "стереотипами" и другими
"родственными" феноменами.
Как показывает анализ литературы, в целом можно проследить два подхода
к толкованию и исследованию стереотипа:
1.
стереотип - некое устойчивое языковое выражение;
2.
стереотип - ментальное образование, которое может иметь
определенное вербальное выражение.
В первом случае исследованию подлежат шаблонные и этикетные фразы,
устойчивые формулы речевого общения, клише, готовые "речения", крылатые
слова, деловые стандарты и т.д. как типичные, повторяемые реакции в различных
коммуникативных ситуациях.
Во втором случае спектр трактовок понятия "стереотип" значительно шире.
Принято говорить о неких моделях социокультурного поведения, восприятия и
интерпретации
действительности,
о
неких
когнитивных,
обусловленных
культурой, структурах - когнитивные, ментальные стереотипы, стереотипы
мышления и т.д.
В настоящей работе, вслед за В.В. Красных [69], стереотип понимается как
некая
социокультурно
маркированная
устойчивая
структура
ментально -
лингвального комплекса, которая представляет и обобщенно характеризирует
менталитет и другие особенности носителей национальной лингвокультуры.
47
Стереотип
представляет
собой
единство
ментального
образа
и
его
вербальной оболочки. Языковую репрезентацию стереотипов в дискурсе можно
проследить практически на всех уровнях языка: лексическом, синтаксическом,
дискурсивном. При этом единой, общепризнанной классификации языковых
репрезентаций стереотипов и их структурно-семантических особенностей на
сегодняшний день не существует.
Употребление стереотипов присуще разным видам дискурса, но именно
пространство масс-медийного дискурса способствует активному употреблению и
созданию стереотипов. Это обусловлено спецификой самого масс-медийного
дискурса, одной из ведущих на сегодняшний день функций которого, является, по
мнению многих исследователей, идеологическая функция, функция воздействия
на
массовое
эффективный
сознание.
В
инструмент
этом
случае
создания
стереотип
и
предстает
"закрепления"
как
"необходимых"
представлений и образов, "полезных" для достижения определенных целей.
48
весьма
ГЛАВА III.
ПРИЕМЫ И СРЕДСТВА ЯЗЫКОВОЙ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ
СТЕРЕОТИПОВ В НЕМЕЦКОМ МАСС-МЕДИЙНОМ ДИСКУРСЕ
3.1.
Обоснование выбора материала исследования и определение
методологии выявления репрезентации стереотипов в немецком
масс-медийном дискурсе
Актуальная внешнеполитическая ситуация, обусловленная обострением
отношений
России
и
Запада,
значительно
сказалась
на
образе
России,
транслируемом зарубежными, в том числе и немецкоязычными, СМИ. Многие
наблюдатели отмечают, что стереотипы о нашей стране, которые формирует в
сознании реципиентов западный масс-медийный дискурс, приобретают новые
оттенки и можно уже говорить о "демонизации" образа и формировании
отдельного
вида
стереотипов
по
отношению
к
России
-
"русофобских
стереотипов”. Все чаще о России говорят и пишут как о "режиме бывшего агента
КГБ Путина", как об "империи зла", как о стране "с имперскими амбициями",
пользующейся "грязными трюками" для достижения своих целей, стремящейся
"посеять раздор и нестабильность в мире", представляющей угрозу мировой
демократии в целом и национальной безопасности отдельных стран в частности.
[17, 55, 90, 95, 100, 103, 106, 108, 121, 129, 138].
По наблюдениям многих авторов современный западный медиадискурс в
основном отдает предпочтение отбору таких тем, связанных с Россией, которые
касаются политических,
социальных, экономических проблем
в контексте
внешней политики, проводимой Российской Федерацией. В опубликованной на
сайте издания "Der Spiegel" (от 26.12.2017) статье "Russland-Bild des Westens:
Putin, die Waldhexe" перечисляются примеры "российской политики силы" (die
russische Machtpolitik), которые в целом соответствуют набору актуальных в
последнее время в западном масс-медийном дискурсе тем о России:"die Bomben
in Syrien, die Interventionen in der Ost-Ukraine und a u f der Krim. Hier aber geht es um
49
die verdeckten Taten, die vermuteten, die geheime Einflussnahme. Die "Süddeutsche
Zeitung" zitierte
beispielsweise
neulich
eine
"Prager
Erklärung"
nach
der
"Sicherheitsexperten aus 22 Ländern" Fälle von russischer Einmischung aufgezählt
hätten: neben dem Brexit-Referendum auch die niederländische Abstimmung über das
Ukraine-Abkommen, das Verfassungsreferendum in Italien, die Bundestagswahlund
sogar das Katalonien-Referendum. ... In den USA versucht Sonderermittler Robert
Mueller mit seinen Leuten seit geraumer Zeit, dem Präsidenten und seinen Beratern
irgendwelche russischen Schweinerein nachzuweisen. Und neulich hat die britische
Premierministerin Theresa M ay bei einem Abendessen in London ihren staunenden
Zuhörern erzählt, dass Russland sich in westliche Wahlen einmische und "Fake
N ew s" zur Manipulation von Meinung und Medien nutze. Sie sprach tatsächlich von
einer Bedrohung der Weltordnung" (Der Spiegel, 26.12.2017).
Справедливости ради стоит отметить, что в целом статья направлена как раз
на развенчание подобных подходов к изображению России, В. Путина, на
вскрытие манипулирования общественным сознанием: "Das Problem mit solchen
Meldungen ist: Sie sind fü r den Normalbürger nicht überprüfbar. Und fü r die
Journalisten auch nicht". И в заключение автор автор называет такую политику в
отношении России "патологической": "Westliche Politiker und Journalisten werfen
den Russen eine Verzerrung der Wirklichkeit vor und verzerren dabei selbst die
Wirklichkeit. M it Märchen hat das nichts mehr zu
tun.
Sondern mit einer
pathologischen Politik" (Der Spiegel, 26.12.2017).
В
этой
связи
весьма
любопытными
представляются
размышления
немецкого журналиста Ульриха Хейдена (Ulrich Heyden). В опубликованной на
немецком интернет-портале Rubrikon
статье под названием
"Woher dieser
Hochmut? Überlegenheitsgefühle gegenüber Russland sind wieder im Kommen" он
размышляет на тему "Как и почему немецкие СМИ формируют негативное
мнение о России в Германии" (rubricon.news, 16.01.2018). Его мнение можно
назвать экспертным, поскольку с 1992 года У. Хейден является независимым
корреспондентом в Москве и в силу этого он осведомлен "изнутри" и о целях и
50
механизмах формирования образа России в немецком газетном дискурсе, а также,
как человеку долго живущему в нашей стране, ему доступны для рефлексии
распространенные в немецкой лингвокультуре стереотипы о России.
Так, по словам У. Хейдена, немецкие СМИ всегда освещали события в
России
однобоко,
исходя
из
потребностей
актуальной
внешне-
и
внутриполитической ситуации. Вспоминания свой собственный детский опыт
"читателя" новостей, У. Хейден пишет о том, что еще в конце 50-х годов
прошлого века немецкие газеты пестрели заголовками, из которых можно было
вынести представление о русских, как об ужасных живодерах, которые сажают
маленьких собачек в ракеты и хладнокровно отправляют их на смерть на
околоземную орбиту: "Ich erinnere mich an die Schlagzeilen der Bild-Zeitung über
„die Russen“, die wie die schlimmsten Tierquäler kleine Hunde in Satelliten setzen und
sie in der Erdumlaufbahn kaltblütig sterben lassen. Da wir zuhause Hunde hatten, ging
mir der Tod von Laika, die 1957 im „Sputnik 2 “ starb, besonders nahe" (rubricon.news,
16.01.2018). В 90-е 20 века от немецких журналистов, работающих в России, шефредакторы изданий требовали освещения только "желательных для редакции
тем".
К
числу
таких
тем,
занимавших
верхние
строчки
в
списках
предпочтительных для редакции (ganz oben a u f der Redaktions-Wunschliste),
относились:
"Mafia,
Rekruten-Schinderei,
Straßenkinder und Prostituierte";
"
Straßenkinder, den Anstieg von Prostitution, Drogentote und Aids in Russland";
"Stalin-Nostalgie, erschossene Journalisten und Oppositionelle und ungebremster
Wodka-Konsum",
"tschetschenische
Opposition;
tschetschenische
Kämpfer"
(rubricon.news, 16.01.2018). После грузино-осетинского конфликта в 2008 году
наметилась четкая тенденция ко лжи и формированию образа врага:
"die
Feindbilder und Lügen, die wir täglich über Russland in den Medien hören und an die
wir uns gewöhnen, weil sie uns mit wohlklingenden Stimmen aus freundlichen
Gesichtern verabreicht werden" (rubricon.news, 16.01.2018).
Самой большой ложью, по мнению
автора, является формирование
представления о том, что годы правления В. В. Путина ничего хорошо стране не
51
принесли: "Die größte Lüge ist zweifellos, dass die Jahre unter Putin Russland schlecht
getan haben" (rubricon.news, 16.01.2018). Кроме того, автор считает ложным
представления многих немецких интеллектуалов и политиков о том, что: 1)
Россию необходимо воспитывать; 2) без Запада Россия не сможет существовать:
"Die zweite große Lüge ist, dass man Russland erziehen kann und muss. Und die dritte
große Lüge ist, dass Russland ohne den Westen nicht vorankommt" (rubricon.news,
16.01.2018). В этом проявляется, по мнению автора, высокомерие по отношению к
России и русским: "Überlegenheitsgefühle gegenüber Russland sind wieder im
Kommen" (rubricon.news, 16.01.2018).
У. Хейден отмечает, что имидж России в немецких СМИ можно было бы
исправить несколькими репортажами о реальной жизни в стране, о переменах во
всех сферах жизни, произошедших с 90-х годов прошлого века. Однако
"административный" заказ "на формирование русофобии" (Schaffung dieser
Russland-Phobie), заказ на определенные новостные факты и темы, оказывает
существенное влияние на информационную политику ведущих немецких СМИ,
которые культивируют негативные стереотипы, программируют отрицательное
восприятие России в общественном сознании, манипулируют общественным
мнением.
Материалом для нашего исследования послужили тексты
статей из
электронных версий немецкоязычных газет, теле- и радиокомпаний, поскольку
немецкая лингвокультура представляет для нас интерес в качестве субъекта
создания соответствующих стереотипов. Объектом стереотипизации нами была
выбрана русская лингвокультура, а именно стереотипный образ России и русских,
который при помощи различных лингвистических средств транслирует и
насаждает немецкоязычная пресса.
Под
стереотипным
образом
в
данной
работе
понимается
сложно­
структурированное ментальное образование, включающее в себя несколько
стереотипов, которые в совокупности и создают некую ментальную картинку
объекта стереотипизации.
52
Корпус текстов формировался в несколько этапов: отбор текстов методом
выборки по ключевым словам ^
эксплицитно
выраженное
отбор текстов, содержащих имплицитно или
мнение
о России
и русских
^
сопоставление
полученных данных с уже описанными представлениями о России и русских,
функционирующих в газетном медиадискурсе.
Нами были проанализировано 83 статьи из авторитетных немецких и
австрийских изданий, имеющих значительную пользовательскую аудиторию: Die
Welt, Die Zeit, Zeit Online, Der Spiegel, Die Tageszeitung, Frankfurter Allgemeine
Zeitung, Süddeutsche Zeitung, Die Presse, Berliner Zeitung, Bild, Fokus, Stern,
Handelsblatt и др.
При анализе статей мы опирались на методологию, предложенную С.В.
Ивановой и Р.М. Салимовой [55], опробованную ими для выявления механизмов
стереотипизации и демонизации образа России на страницах британской прессы и
типологию
языковых
стратегий
выражения
и
оформления
стереотипов,
описанную А.Е. Некрасовой [100]. На первом анализа этапе методом дискурсанализа определялись наиболее частотные референциальные области, связанные с
упоминанием имени Россия в анализируемых текстах. На втором этапе методами
контекстуального,
дефинитивного
и
лингвокультурологического
анализа
устанавливались смыслы, участвующие в создании стереотипного образа России.
На третьем этапе анализировались языковые средства и стратегии выражения
стереотипов на лексическом, синтаксическом и дискурсивном уровне.
В результате нами были выявлены следующие референциальные области,
касающиеся
России:
Страна,
Государство,
Народ,
Президент
России.
Излюбленными темами немецких СМИ за период с 2014 по 2018 год (в
анализируемых текстах), если сформулировать их в виде пропозиций, следует
признать: "Россия агрессивная страна", "напряженные отношения с Западом",
"санкции и их влияние на экономику и внутреннеполитическую ситуацию в
стране", "кибер-шпионаж и вмешательство во внутренние дела других стран",
"российская пропаганда", "режим Путина", "отсутствие прав и свобод в России",
53
"Россия - полицейское государство", "Россия - коррумпированное государство",
"Россия - страна контрастов", "тяжелое социально-экономическое положение
России". Следует отметить, что все это освещается в контексте событий на
Украине и в Сирии, в контексте личности президента России В.В. Путина, а также
в контексте Чемпионата мира по футболу 2018 г.
3.2. Стереотипы о России: государство, страна, народ
В значении "Россия как государство" в текстах СМИ употребляются наряду
с нейтральными именами, оценочные и персонализированные номинации:
Russland, Moskau, Kreml, Riesenreich, Großmacht, Putins Reich, Putin-Land, Russland
unter Putin.
В первую очередь формирование стереотипов происходит в контексте
ухудшения отношений между Россией и Западом из-за событий на Украине и в
Сирии: "Die Spannungen zwischen Russland und der Nato verschärfen sich im Zuge
der Ukraine-Krise deutlich" (Die Welt, 30.10.2014);
"Die Zeichen zwischen Russland
und dem Westen stehen a u f Eiszeit" (Zeit Online, 16.11.2014). В следствие этого
наблюдается активное использование риторики времен холодной войны, о
которой постоянно напоминают политики и журналисты: "Die Beziehungen zum
Westen erinnern inzwischen an die Atmosphäre des Kalten Krieges" (Die Welt,
04.12.2014); "BND-Chef sieht Russland als "potenzielle Gefahr"; "Dabei zog er einen
Vergleich zur Politik der Annährung am Ende des Kalten Krieges" (Süddeutsche
Zeitung, 14.11.2017).
В зеркале немецкой прессы Россия предстает как непредсказуемая, опасная,
воинственная и агрессивная страна, с имперскими амбициями, которой не
доверяют и которую боятся соседи:
•
"Der schwierige Nachbar" (Die Zeit, 13.06.2018);
• "Die machtpolitischen Ambitionen Russlands werden zunehmen";
"Russland... wird ein unbequemer Nachbar" (Süddeutsche Zeitung, 14.11.2017);
54
•
"Nur 15 Prozent der Deutschen meinen laut Deutschlandtrend,
dass
Russland ein vertrauenswürdiger Partner sei; über 80 Prozent verneinen das. 83
Prozent werfen Putins Regierung vor, demokratische Grundrechte zu missachten"
(Der Tagesspiegel, 07.03.2015)
•
"In Polen und Litauen misstraut man Russland. Dort fürchtet
man
eine Großmacht, die ihre Nachbarn dominieren will" (Die Zeit, 13.06.2018);
•
"Russland,
das
ist
ein
gefährliches,
aggressives
und
unberechenbares Land" (Die Zeit, 13.06.2018).
Для создания образа "агрессивной страны" активно используется оценочная
лексика и лексика, относящаяся к соответствующему тематическому полю.
Россия пугает, угрожает, наступает, нападает, нарушает, разжигает, блокирует,
вооружается, повсеместно наращивает свое военное присутствие, проникает в
воздушное пространство других стран, использует в своих интересах, проверяет
Запад на прочность, ее армия стоит "у дверей НАТО", стремится вернуть свою
ведущую роль на европейском континенте:
•
"Moskau wird nicht aufhören, den Westen herauszufordern" (Die
Welt, 28.10.2014);
•
"Moskau, das über nun nahezu vier Jahre hinweg alle Versuche der
internationalen Gemeinschaft blockiert hat" (Die Welt, 28.10.2014);
•
"Russland
gilt
als
militärische
Schutzmacht
der
syrischen
Regierung" (Der Spiegel, 11.12.2017);
•
"Raketen,
Jets,
Radare
-
wie
Moskau
aufrüstet"
(Die
Welt,30.10.2014);
•
"Die Waffenruhe in der Ostukraine nutzt der Kreml, um die Macht
seiner Stoßtruppen zu festigen und die okkupierten Gebiete faktisch an Russland
anzuschließen" (Die Welt,, 28.10.2014);
•
"Der Kreml .. M it seinen Regelverstößen - vom Eindringen in den
Luftraum über Drohgebärden gegenüber dem Baltikum bis hin zum Schüren der
55
Glut in der Ukraine - prüft die russische Regierung nüchtern, wie weit sie gehen
kann" (Die Welt, 28.10.2014);
•
"Umso erschreckter war man, als sich Russland unter Wladimir
Putin anschickte, zur kalten Interessenpolitik eines gefallenen Riesenreichs
zurückzukehren, das die Schwächen des Westens genau studiert hatte und sich
daher folgenlos an den eigenen Rohheiten und Rüpelhaftigkeiten erfreute" (Die
Welt,28.10.2014);
•
"Jeder westliche Schritt zurück bedeutet fü r Moskau einen Schritt
nach vorn" (Welt.de, 28.10.2014);
•
"Das Hauptmotiv russischer Außenpolitik ist, den Westen überall
zurückzudrängen" (Die Welt, 28.10.2014);
•
"Auch in der Arktis will Russland seine militärische Präsenz
verstärken" (Die Welt, 30.10.2014);
•
"US-Verteidigungsministers Chuck Hagel ..., der in diesem Monat
vor einem „ revisionistischen “ Russland warnte, dessen moderne Armee „ an der
Haustür der N ato“ stehe” (Die Welt, 30.10.2014);
•
"Russland versuche, seine Führungsrolle a u f dem europäischen
Kontinent zurückzugewinnen" (Süddeutsche Zeitung, 14.11.2017)
•
"Krieg,
also
ein
organisierter,
mit
verschiedensten
Waffen
ausgetragener Konflikt, gehört gegenwärtig wie selbstverständlich zur russischen
Außenpolitik (Die Zeit, 06.06.2018).
Агрессивность России проявляется также и в кибер-пространтве, в котором
действуют bezahlte KGB-Trolle, Putins Trolle, russische Hacker und Trolle, russische
Hacker, russische Hackergruppe. Формируется стереотипное представление о том,
что Россия использует интернет как инструмент вмешательства во внутренние
дела других стран, как инструмент своей пропаганды. Главная цель действий
России - манипулирование общественным мнением, создание хаоса и раскола в
"западных обществах":
56
•
"In allen diesen Fällen zielt die Einmischung darauf ab, den Westen
und das demokratische System zu schwächen, mehr Chaos zu stiften und
Spaltungen in unseren Gesellschaften zu vertiefen", beklagen die Unterzeichner
der von der Prager Denkfabrik "Europäische Werte" initiierten Erklärung";
•
"Nun gibt es erstmals Belege dafür, dass die Manipulatoren auch
gezielt das Publikum von Nachrichtenportalen und sozialen Netzwerken jenseits
des russischen Sprachraums ins Visier genommen haben " (Süddeutsche Zeitung,
13.06.2014)
Российскому "криминальному" влиянию и вмешательству подвергаются
практически все сферы жизни и все страны. Для верификации информации,
содержащейся
в
тексте,
очень
часто
используется
прием
"привлечение
экспертного мнения" и опора на статистические данные:
•
"Aus den mehr als 138 Megabyte Daten,
die die Süddeutsche
Zeitung ausgewertet hat, ergibt sich erstmals ein umfassendes Bild davon, wie
Scharen bezahlter Manipulatoren vorgehen, um die Meinung in den Kommentar­
Bereichen großer Nachrichtenportale zu dominieren, Debatten in sozialen
Netzwerken
zu
stören
und
Communitys
der
Gegenseite
zu
zersetzen"
(Süddeutsche Zeitung, 13.06.2014);
•
"Ähnliche Klagen kommen auch aus anderen
Teilen Europas. In
einer "Prager Erklärung" haben Sicherheitsexperten aus 22 Ländern Fälle
aufgezählt, in denen sie russische Einmischung sehen: neben dem BrexitReferendum die niederländische Abstimmung über das Ukraine-Abkommen, das
Verfassungsreferendum in Italien und als jüngste Beispiele die Bundestagswahl
und das Katalonien-Referendum" (FAZ, 27.07.2018);
•
"Die Gruppe wird demnach mit Cyberspionageoperationen gegen
die Nato, gegen westliche Regierungsstellen, Telekommunikationsunternehmen
sowie akademische Einrichtungen in Verbindungen gebracht, außerdem seit 2015
vermehrt mit Angriffen gegen Ziele in der Ukraine"; "Das ZDF und der WDR
57
sind dem „Spiegel “ zufolge von russischen Hackern angegriffen worden ” (FAZ,
27.07.2018)
•
"kriminelle Versuche von Einflussnahme über Wahlkampfspenden
oder Cyberangriffe gegen die Wahl-Infrastruktur" (FAZ, 02.08.2018).
В
стереотип
восприятия
России
входит
также
стереотипизация
представления о ней как о полицейском государстве, с мощным "аппаратом
безопасности". В России строго регламентированы или отсутствуют права и
свободы,
"варварски"
преследуется
инакомыслие.
Языковыми
средствами
репрезентации стереотипов здесь выступают наряду с оценочной лексикой
многочисленные повторные обращения к данной теме на протяжении многих лет.
В совокупности это влияет на эмоциональную сферу реципиентов и формирует
устойчивое негативное восприятие объекта стереотипизации:
•
"Land, in dem der öffentliche Raum so reglementiert ist und durch
den Sicherheitsapparat überwacht wird" (Der Spiegel, 09.07.2018)
•
"Moskau hat sich am Samstag wie gegen einen Barbareneinfall
gerüstet. 9.000 Polizisten und Soldaten des Innenministeriums machten das
Zentrum
der
Hauptstadt
zur
Festung.
Uniformierte
sicherten
einige
Innenstadtstraßen im Abstand von 20 Metern: Soldaten und Spezialpolizisten in
ihrer Montur wie aus der Requisitenkammer eines Science-Fiction-Krimis
säumten den Bürgersteig" (Die Zeit, 13.04.2007);
•
"Die politische Führung Russlands hat über Jahre hinweg ein Klima
geschaffen, in dem Andersdenkende zum Abschuss freigegeben wurden". (FAZ,
28.02.2015);
•
"Dutzendepolitische Gefangene sitzen in Haft" (FAZ, 14.06.2018);
•
"Polizei und Truppen des Innenministeriums gingen mit größerer
Härte als bei vorangegangenen Demonstrationen gegen die meist jugendlichen
Protestler vor" (taz, 07.05.2018);
58
•
"Autoritäre
aufgerüstete
Politiker,
Polizei
höhlen
kontrollwütige
Staatsorgane
in
das
Russland
und
Grundrecht
die
auf
Versammlungsfreiheit aus" (Die Zeit, 13.04.2007);
•
"Der Kreml
ließ
diesmal
wieder paramilitärische
Einheiten
gewähren. Uniformierte Kosaken verprügelten Demonstranten mit der Nagaika,
einer geflochtenen Lederpeitsche" (taz, 07.05.2018);
•
"Mit harter Hand geht der Kreml gegen die demokratischen Kräfte
vor" (Bild, 11.02.2018);
•
"Der Staat, auch die Medien, wurden fa st vollständig unterworfen,
der Sicherheitsapparat ist mächtiger denn je. Widersacher Putins wurden
größtenteils zum Schweigen gebracht, wer sich noch in der Opposition engagiert,
steht ständig unter Druck" (Der Spiegel, 09.07.2018)
•
"Im Alltag ist der russische Uniformträger ein Schrecken, ein
herablassender,
gekränkter Griesgram
und ein wandelndes Zeichen der
Hoffnungslosigkeit: Solange es all diese Uniformierten gibt und man von ihnen
jederzeit aus dem Verkehr gezogen werden kann, wird sich Russland nicht
ändern. Diese steinernen Männer d a rf man nicht fotografieren, nie berühren, am
besten nicht anlächeln" (Die Zeit, 27.06.2018);
•
"Für freie Meinungsäußerung ist in Russlands öffentlichem Raum
kaum Platz" (Die Zeit, 10.06.2018)
Сама по себе страна Россия является, по мнению немецких СМИ,
огромным,
вызывающим
ландшафтами,
проезжая
страх
пространством,
которые,
редко
где
с
серыми,
можно
безрадостными
увидеть
признаки
цивилизации и все это приводит к мысли о непреодолимой дистанции между
Россией и Западом. В данном случае, за счет оценочной и эмоционально
окрашенной лексики действительный факт "Россия - самая большая страна в
мире" наряду с формированием стереотипного представления о масштабах,
природе и климате страны, создается образ "чужого":
59
•
"Die Furcht vor der Landmasse, vor der Größe des gefräßigen
Bären..." (Die Welt; 31.10.2014);
•
"Draußen hängen
graue Wolken
tief über der
morastigen
Landschaft, in der nur selten ein Zeichen menschlicher Zivilisation zu sehen ist.
Die russische Grenze und die Stadt Smolensk liegen längst hinter uns, aber bis
Moskau sind es noch 409 Kilometer durch dichte, sumpfige Wälder" (FAZ,
13.06.2018);
•
Russland ist 48-mal so
groß
wie Deutschland"
(Die Zeit,
14.06.2018);
•
"Russland, das größte Land der Welt, ist ein Land der Gegensätze ";
•
"Russland ist und
bleibt
das größte Land der Erde.
(Zeit
07.06.2018),
•
"Irgendwo in diesem Niemandsland, in dem einem bewusst wird, wie
viel undurchdringliches Dickicht die russische Lebenswelt doch vom Westen
trennt, ist dann allerdings auch der letzte Gedanke über die Romantik des
entschleunigten Reisens zu Ende gedacht, und es wird in aller Nüchternheit klar,
dass 22 Stunden eine verdammt lange Zeit sind" (FAZ, 13.06.2018)
Представление
о
России
как
стране
с
огромной
территорией
сопровождается, как правило, упоминаниями о ее слабой экономике, зависящей
от цен на энергоресурсы, и о широкомасштабной коррупции "правящих классов":
•
"Russland schafft
aber
nur
die
Hälfte der
deutschen
Wirtschaftsleistung" (Die Zeit, 14.06.2018);
•
"Die Wirtschaft des Riesenlandes leidet in der Tat: nicht nur an
ihren chronischen Gebrechen wie der Abhängigkeit von Rohstoffexporten, der
Konzentration a u f Schwerindustrie und Rüstungsgüter" (Die Welt, 01.12.2014);
•
"2017 produzierte Russland mehr als 11 Millionen Barrel pro Tag.
Als der Ölpreis dann zeitweise a u f 25 Euro pro Barrel sank, rutschte die
Wirtschaft in die längste Rezession seit den frühen Neunzigerjahren" (Die Zeit,
14.06.2018)
60
•
"Russische Oligarchen haben mit der Fußball-WM richtig gut
verdient" (Die Zeit, 16.06.2018);
•
"Ein pessimistisches Land hat es geschafft, sich in seinen Arenen
selbst zu imponieren. Auch wenn viele seiner Bürger wissen, dass diese Arenen
Monumente der Korruption und der Bereicherung der herrschenden Klasse sind"
(Die Zeit, 27.06.2018);
"Непостижимые" контрасты, противоречия и многообразие, присущие
России, касаются не только природы, климата и культуры, но и социально­
экономических отношений в нашей стране:
•
"Verschiedene Ethnien, Kulturen, Lebensentwürfe und Klimazonen
versammeln sich innerhalb seiner Grenzen" (Zeit 07.06.2018);
•
"Es gibt nicht nur ein Russland, mindestens vier jedenfalls. Das
Gefälle zwischen Stadt und Land ist riesig, aber längst nicht der einzige
Gegensatz"; "Russland ist so vielfältig" (Zeit, 06.06.2018);
•
-
"Unter Putin ist das Selbstvertrauen vieler Russen wieder gewachsen
gleichzeitig
unterdrückt.
In
werden
diesem
Minderheiten
Land
der
und Andersdenkende
Widersprüche findet
systematisch
die
Fußball­
Weltmeisterschaft 2018 statt" (Die Zeit, 07.06.2018);
•
"Im reichen Moskau verdient man im Schnitt mehr als fünfm al so viel
wie in der armen RepublikKalmückien. (Die Zeit, 06.06.2018);
•
"Viele Millionäre, teure Städte und Männer, die ju n g sterben.
Russland ist voller Widersprüche" (Die Zeit, 14.06.2018);
•
"Dieses Land ist nicht zu fassen" (Die Zeit, 07.06.2018).
Со стереотипами о стране и государстве тесно связаны стереотипы о народе
России. Составляющие стереотипного образа народа России включают в себя
следующие смыслы:
•
Путина:
русские признают авторитарную власть и поддерживают В.
"Das russische Volk, von Polizeigewalt bewacht, von Argwohn
gegenüber dem Mitbürger und Nebenmann bestimmt" (Die Zeit, 27.06.2018); "80
61
Prozent der Russen unterstützen ihren Präsidenten. Egal wie sehr der ehemalige
Geheimagent seine Macht missbraucht oder wie schlecht in den vergangenen
Jahren die Wirtschaftsdaten waren, die russische Bevölkerung steht eisern hinter
Putin"(Die
Zeit,
14.06.2018);
"Kritiker
des
Präsidenten
oder
des
Hurrapatriotismus werden als "Verräter" und "Nestbeschmutzer" verunglimpft,
die das Land mit Dreck bewerfen" (Die Zeit, 11.07.2018);
•
"Immer wieder habe ich in den vergangenen Wochen versucht, mit
Leuten darüber zu sprechen, warum sie (freundlich, hilfsbereit, offen, wie sie
sind) diesen Autokraten, der Gewalt als normales Mittel der Politik sieht, der
tausendfach töten lässt, Minderheiten unterdrückt und Oppositionelle einsperren
lässt, warum sie diesen Putin nicht loswerden wollen. Ergebnis: Die Russen, mit
denen ich darüber sprechen konnte, haben mit sich selbst genug zu tun. Es ist
nicht ihr Problem, das Leben (und Sterben) der Anderen" (Fokus, 16.07.2018 );
•
русские поддерживают
агрессивную внешнюю политику и
одобряют "аннексию Крыма": "Besonders populär ist die Krim-Annexion. ...
Ein Jahr nach der Annexion der Krim waren sogar 86 Prozent pro Putin
eingestellt" (Die Zeit, 14.06.2018);
•
русские
злоупотребляют
алкоголем,
в
следствие
чего
продолжительность жизни в России невелика: Wodka bringt Russlands
Männer früh ins Grab "Gesundheitsexperten zählen übermäßigen Alkoholkonsum
und seine Folgen zu den häufigsten Todesursachen russischer Männer"; "Russen
trinken außerdem hauptsächlich Schnaps" (Die Zeit, 14.06.2018);
•
русские не знают иностранных языков: "Nur wenige Russen
sprechen vernünftig Englisch" (Berliner Zeitung, 19.07.2018); "Englisch ist noch
kein Schwerpunktfach " (taz, 16.06.2018);
•
русские закрытые, неприветливые, неулыбчивые люди: "Wer die
Verkäuferinnen
in
den
Ticketschaltern
der
U-Bahn
kennt,
weiß,
dass
Freundlichkeit keine Einstellungsvoraussetzung war" (Die Zeit, 22.06.2018); "In
62
der Öffentlichkeit machen die Menschen in Russland meist einen verschlossenen
Eindruck, ein sowjetisches Gesicht nenne ich das" (Der Spiegel, 09.07.2018).
3.3. Стереотипы о президенте России
Очень часто
образ России рассматривается через
призму личности
президента Российской Федерации В.В. Путина, контекстуальными синонимами
для имени которого в проанализированных нами текстах, выступают следующие
атрибутивные словосочетания, сравнения, метафоры: "Russlands Präsident"; "der
Kremlchef'; "Kreml-Chef, "der ehemalige Geheimagent", "der geheimnisvolle frühere
KGB-Agent"; "der Mann an der Spitze der „Machtvertikale“, "die moderne Version des
Zaren"; "wie Baba Jaga, ... die Verkörperung des Bösen, die Wurzel aller Übel"; "bad
boy der Weltpolitik"; "Kriegstreiber", "skrupelloser Machtmensch", "der starke Mann",
"Leningrader Muscleboy";
"eitler Selbstdarsteller",
"insgeheim verehrtes Idol";
"Schwieriger Freund Putin", "ein Teflon-Präsident", "Alphamännchen"; "Dschingis
Khan mit Internet".
В
создание
образа
российского
президента
включаются
также
характеристики его внешнего облика, черты характера и манера поведения:
•
"Feierlich und doch in Zivil, in Jeans und schwarzer Jacke" (FAZ,
15.05.2018);
•
"das kantige Gesicht mit dem trotzigen Blick, die Fotoarrangements
in der Wildnis, die Macho-Posen mit Muskeln, wilden Tieren und Gewehr" (Die
Presse, 04.11.2014);
•
"Was er sagt, gilt - auch wenn es wehtut" (Die Presse,04.11.2014);
•
"Vorliebe fü r dunkle Sonnenbrillen
und Selfies mit nacktem
Oberkörper" (Der Spiegel, 26.12.2018).
В. Путин предстает как сложный партнер для переговоров: "Verhandlungen
mit Putin lassen erkennen, dass nicht nur die ergebnislosen, sondern auch die
vermeintlich erfolgreichen Gespräche sich am Ende immer als Schlag ins Wasser
erwiesen
haben"
(Die Zeit,
16.11.2014);
63
"Schwieriger Freund Putin"
(FAZ,
09.05.2018),
а его действия на внешнеполитической арене носят активно­
агрессивный
характер.
Даже
находясь
в
"изоляции",
Путин
угрожает,
провоцирует, тестирует на прочность, блокирует решения, вносит раскол,
разрушает/нарушает договоренности, мечтает восстановить СССР:
•
"Putin droht Deutschland" (Bild, 19.05.2018);
•
"Putin testet, wie weit er gehen kann" (Die Welt, 31.10.2014);
•
Ob Putin sich darüber im Klaren ist, was es a u f Dauer fü r seine
Reputation als Verhandlungspartner bedeutet, wenn er nicht einfach nur
Lösungen blockiert sondern sogar gefundene Lösungen nach kurzer Zeit wieder
zerschlägt, so als habe er sie von Anfang an nie ernst genommen? Putin, der in
Brisbane weitgehend isoliert erschien, agiert, als wolle er die Brücken hinter sich
abbrechen. (Die Zeit, 16.11.2014.);
•
"Putin will die Spaltung der EU. A u f lange Sicht zielt Putin a u f die
Spaltung und Auflösung der EU" (Die Welt, 28.10.2014);
•
"Noch immer aber scheint der Westen Ernst und Ausmaß der
Bedrohung, die von Putins aggressiver Resowjetisierungspolitik ausgeht, nicht
wahrhaben zu wollen" (Die Welt, 28.10.2014);
•
"Putin hat nicht vor, die Ukraine in Ruhe zu lassen" (Die Welt,
22.07.2014);
•
"Wladimir Putins langer Arm in der Weltpolitik" (Die Welt,
28.10.2014);
•
"Die raumgreifenden Aggressionen in der Ukraine und anderswo
haben ihn international isoliert, Russland den Platz am Tisch der G8 gekostet
und Sanktionen eingebracht. Wenn Trump ihm nun in Helsinki die Ehre gibt, ist
das zwar weniger symbolträchtig, als hätte er in Moskau oder Sankt Petersburg
den Gastgeber spielen dürfen. Doch aus seiner Sicht bleibt es die ultimative
Bestätigung, mit der Supermacht USA a u f Augenhöhe zu stehen, unerlässlich fü r
die Lösung der vielen Konflikte in der Welt zu sein - obwohl Russland fü r einige
davon selbst Verantwortung trägt. (Die Zeit, 15.07.2018)
64
Противодействовать Путину можно только силой: "Gegen Wladimir Putin
hilft nur die harte Hand" (Die Welt; 31.10.2014);
Для формирования негативного образа президента России используется
также факт его продолжительного нахождения у власти, указывается на
возможные
(инициированные
лично
им)
фальсификации
на
выборах,
использование "административного ресурса" для обеспечения победы на выборах,
и его "личное" участие в устранении оппозиционных конкурентов:
•
"Weit und breit kein starker Mann. Bloß einer: Wladim ir Putin " (Die
Presse, 04.11.2014);
•
"18 Jahren an der Macht (Aussetzer: die Jahre 2004 und 2012)"
(FAZ, 07.06.2018);
•
"Sie wollen nicht mehr akzeptieren, dass da einer immer wieder
gewählt wird, obwohl sie selbst niemanden kennen, der Wladimir Putin die
Stimme gegeben hat". (FAZ от 16.07.2018);
•
"In der "gelenkten Demokratie" ist es üblich geworden, Arbeiter in
staatsnahen Betrieben fü r die Wahlen zu mobilisieren (Stichwort: "administrative
Ressourcen")" (Die Zeit, 06.06.2018);
•
"der Antikorruptionskämpfer und Gegenspieler Präsident Wladimir
Putins, Alexei Nawalny. ... war wegen einer fadenscheinigen Vorstrafe a u f
Bewährung von der Präsidentschaftswahl im M ärz ausgeschlossen worden.
Andere Präsidentschaftsbewerber, die indes nur als Zählkandidaten an der Wahl
teilnehmen durften, sind nach dem glänzenden Sieg des Kremlchefs mit fa st 77
Prozent wieder aus den Medien verschwunden" (taz, 07.05.2018);
•
"Nemzows Tod, Putins Beitrag" (FAZ, 28.02.2015);
•
"Eine Amtszeit dauert sechs Jahre und am Ende gewinnt immer
Putin" (Die Zeit, 30.06.2018);
•
" Wer Putin kritisiert, gilt als Volksverräter und ausländischer Agent.
Doch immer wieder gehen mutige Russen a u f die Straße und demonstrieren
gegen den Präsidenten" (Bild, 11.02.2018)
65
Внутри страны В. Путин предстает в виде царя, императора, окруженного
придворными и подданными: "Der Zar und seine Höflinge" (FAZ, 07.06.2018); "Zu
Gast in Putins Reich" (FAZ, 14.06.2018). В. Путин общается с народом раз в год, в
передаче "Прямая линия", в которой он как царь заботится, исцеляет, успокаивает
народ, делает нагоняй, увещевает и увольняет подчиненных и чиновников:
•
"In der Sendung „Direkter D raht“ heilt Putin einmal jährlich im
Einzelfall, was er im Allgemeinen nicht hinbekommt. So würden es die Beteiligten
und das Staatsfernsehen freilich nie sagen: Schuld an schlechten Straßen,
Wohnungen,
Krankenhäusern
hat nicht der Mann
an
der Spitze
der
„Machtvertikale“, der sehr beschäftigt ist. Sondern Untergebene - die Putin
rüffelt, ermahnt, entlässt" (FAZ, 07.06.2018);
•
"Jedes Jahr will der russische Präsident in der Sendung "Direkter
Draht zu Wladimir Putin", beweisen, wie sehr er sich um sein Volk kümmert"
(Die Welt, 17.04.2015).
•
"Inszenierte Demokratie"; "Das ist vor allem eine Show fü r sein
Wahlvolk" (Die Welt, 17.04.2015).
Популярность В. Путина внутри страны с одной стороны носит, по мнению
немецких СМИ, парадоксальный характер, поскольку социально-экономические
показатели за годы его правления ухудшились:
•
"In Russland sind Putins Popularitätswerte hoch wie nie - obwohl
der Rubel-Kurs sinkt, die Lebensmittelpreise in den Geschäften jeden Tag weiter
steigen, und der Ukraine-Konflikt der russischen Wirtschaft schwer zusetzt" (Die
Presse,04.11.2014);
•
"die russische Wirtschaft wächst nicht mehr, der Rubel-Kurs und die
Ölpreise fallen. Doch die Popularität von Putin hält sich a u f Rekordniveau" (Die
Welt, 04.12.2014);
•
"Schlechte Wirtschaftslage stabilisiert Putin" (Die Zeit, 06.06.2018).
66
С другой стороны, факт популярности президента объясняется читателям
тем, что В. Путин использует в своих целях "волну патриотизма" после "аннексии
Крыма", которая, несмотря на экономические трудности, не "спадает":
•
"Die Patriotismuswelle ist in Russland trotz der wirtschaftlichen
Schwierigkeit immer noch äußerst stark, und Putin nutz sie, um sich als Retter
und Wegweiser der Nation zu präsentieren (Die Welt, 04.12.2014);
•
"Innenpolitisch profitiert Putin vom Patriotismus, der sich seit
Beginn der Ukraine-Krise entfaltet hat, sowie vom Image eines Staatschefs, der
nationale Interessen verteidigt" (Die Welt, 04.12.2014);
•
"80 Prozent der russischen Bevölkerung sind fü r
Wladimir
Putin" (Die Zeit, 14.06.2018);
•
"In solchen Momenten
wird Putin
besonders pathetisch
als
Beschützer der Nation, die ständig verteidigt werden muss" (Die Welt,
04.12.2014);
•
"Gaius Julius Putin: Songs, T-Shirts, Dokus und jetzt eine Statue:
Der Personenkult um Russlands Präsidenten gipfelt in einer Petersburger
Skulptur, die Putin als römischen Feldherren feiert" (Die Zeit, 15.05.2015)
•
"Die Patriotismuswelle nach der Annexion der Krim 2014 ("Die
Krim gehört uns!") hat zwar auch die kritischen Großstädter erfasst und wieder
hinter Putin versammelt" (Die Zeit, 06.06.2018).
Указание
на
то,
что
"патриотическая
волна"
объединила
вокруг
В. Путина все слои населения (даже критически настроенные по отношению к
нему), сравнение с цезарем (Gaius Julius Putin) и употребление изобретенного
западными политологами термина "Putinismus" приписывает президенту культ
личности, рисует его как сильного лидера, "спасителя и вождя нации", который
защищает национальные интересы. Все это призвано, на наш взгляд, активировать
у немецкой аудитории ассоциации с темными страницами собственной истории, с
периодом конца 30-х - начала 40-х
годов 20 века, что, безусловно, негативно
67
сказывается на восприятии президента Российской Федерации, России и ее
народа.
Однако, высокие рейтинги Путина внутри страны ставятся под сомнение
описанием протестного движения по "всей России" и методов борьбы с ним:
•
"Kritik an Putin hört man oft" (Die Welt, 29.09.2017);
•
"Mit dem Motto „Kein Zar fü r un s“ ging die Opposition in
Dutzenden Städten Russlands am Wochenende a u f die Straße"; "Die Proteste a u f
dem Bolotnaja-Platz 2012 ...
wurden Hunderte Demonstranten festgenommen
oder im Nachhinein erst ermittelt" (taz, 07.05.2018)
•
"In den Millionenstädten, in denen es gut läuft, ist die Zustimmung zu
Putin viel geringer" (Die Zeit, 06.06.2018);
•
"Kritiker des Präsidenten oder des Hurrapatriotismus werden als
"Verräter" und "Nestbeschmutzer" verunglimpft, die das Land mit Dreck
bewerfen" (Die Zeit, 11.07.2018)
Ради
сохранения
объективности
немецкие
СМИ
вынуждены
констатировать, что популярность В. Путина высока и на Западе. При этом
обязательно указывается, что круг этих людей - die neuen Wahrheitssucher,
Putinversteher - весьма ограничен:
•
"In Deutschland form iert sich eine Gruppe von Menschen,
die
überall Lügen sehen. Sie hassen den Westen, misstrauen der Presse, und den
Politikern sowieso. Und sie lieben Putin" (FAZ, 09.12.2014);
•
"Putin hingegen agiert wie ein General. Einer schafft an. Was er
sagt, gilt - auch wenn es wehtut. In den Augen von überforderten EU-Bürgern,
die fü r ihre Ängste und ihren Zorn keinen Adressaten finden, wirkt diese Klarheit
verlockend attraktiv"(Die Presse, 04.11.2014);
•
"Putin setzt a u f die Unzufriedenheit europäischer Bürger mit der
EU, den aufkommenden Nationalismus, den Wunsch nach einer starken Hand
und konservativen Gesellschaftsbildern" (Die Welt, 27.10.14).
68
•
"Der russische Präsident ist nicht nur in Russland beliebter denn je.
Auch in Westeuropa hat er mehr Fans, als man vermuten würde" (Die Presse,
04.11.2014);
•
"Er ist der Star unserer Mediengesellschaft: Kein Thema klickt in
diesen Tagen besser als Putin.
Warum also hacken alle a u f Russlands
Präsidenten herum?" (Die Welt, 04.03.2015)
В целом языковая репрезентация стереотипа о президенте России как
агрессивной и авторитарной личности осуществляется путем гиперболизации
приписываемых ему агрессивных намерений и личных отрицательных качеств за
счет употребления эмоционально окрашенной лексики и лексики с эксплицитно и
имплицитно выраженной отрицательной семантикой; использования неологизмов
Putinversteher, Putinismus; образных сравнений и метафор; грамматических
структур, содержащих глаголы "целенаправленного агрессивного действия";
дискурсивных приемов, способствующих созданию отрицательных смыслов предпочтительность в выборе информации, сознательное замалчивание или
неверная
интерпретации
фактов,
проведение
исторических
параллелей,
вкрапление в структуру текста элементов иронии и сарказма и т.д.
3.4. Образ России в контексте чемпионата мира по футболу 2018 года
Отдельного рассмотрения заслуживают на наш взгляд статьи, посвященные
чемпионату мира по футболу в 2018 году (ЧМ), страной-хозяйкой которого была
Россия, поскольку в этих текстах нашли свое отражение все устойчивые
стереотипы, тиражируемые немецкими СМИ.
В преддверии чемпионата мира России, как хозяйке чемпионата, было
посвящено множество публикаций, в которых затрагивались различные темы: от
"Россия в фактах и цифрах" и "русские и мы" до "русские футбольные хулиганы"
и "бесправное положение сексуальных меньшинств в России". Например,
заголовки статей только в одной газете "Die Zeit" за этот период: "WM in
69
Russland: Das Gastland in Zahlen"; "Russland mal vier"; "Die Russen und wir"; "Wir
sind unter euch"; "Proteste zur WM: Ein bisschen Aufruhr";"Russland: Der schwierige
Nachbar"; "Unsichtbare Liebe: Frauen können sich in Russland nur im Verborgenen
lieben";" Russische Oligarchen: Ganz große Nummern"; "Russische Hooligans: "Wir
sind jetzt die Nummer eins".
До чемпионата мира немецкая пресса задавалась вопросами: Стоит ли
бойкотировать чемпионат? Стоит ли вообще ехать на ЧМ в Россию?
•
"Nach Russland reisen, ist das im Moment eine gute Idee?" (Die
Welt, 23.09.2017);
•
"Kann man wirklich im Schatten von Krim-Annexion, Ukraine-Krieg
und Demokratiedefiziten guten Gewissens in dieses Land reisen?" (Die Welt,
23.09.2017)
•
"Gewiss, 1980 ist nicht 2018. Breschnews Sowjetunion ist nicht
Putins Russland. Olympische Spiele sind keine Fußball-WM. Und Geschichte
wiederholt sich nie eins zu eins. Aber in einem wichtigen Punkt gleichen sich die
Ausgangssituationen: Ein Land, das Angriffskriege führt, da rf nicht Gastgeber
von Großereignissen wie Olympischen Spielen oder Fußballweltmeisterschaften
sein. So lautete die Begründung fü r den Boykott von Moskau 1980. Und heute?"
(Die Zeit, 06.06.2018);
•
"... stellt sich vor einem solchen Event in einer Autokratie
unweigerlich die Frage: Wie viel Politik verträgt der Sport? Im Fall der FußballWM umso mehr angesichts der Spannungen zwischen Russland und dem Westen.
Von der Krim-Annexion, den Kriegen im Donbass und in Syrien über die
russische Einflussnahme a u f die US-Wahl bis zum Giftanschlag a u f den
russischen Ex-Doppelagenten Sergej Skripal gibt es genug Anlässe, über den
Spielfeldrand hinauszuschauen" (Die Zeit, 10.06.2018);
и давала на них положительные ответы, призывая не отождествлять народ
России с ее правительством и президентом, потому что Россия не такая, какой ее
представляют на Западе. При этом вводимый положительный тезис "гасится"
70
следующим за ним напоминанием об "однопартийных" СМИ и о подавляемой
оппозиции: "Man kann, falls man die Menschen nicht kollektiv mit Liebesentzug
strafen möchte. Denn trotz gleichgeschalteter Medien und Unterdrückung der
Opposition: Russland ist anders. Anders, als wir uns das im Westen oft vorstellen" (Die
Welt, 23.09.2017).
Следует отметить, что прием "Ja
aber" , т.е. "положительный тезис
его опровержение" различными имплициптными и эксплициптными языковыми
средствами и дискурсивными приемами является весьма типичным для текстов,
посвященных ЧМ. С одной стороны, болельщикам у экранов и потенциальным
туристам рассказывали о том, какая это большая, разнообразная, сложная и часто
непонятная страна. С другой стороны, призывали не забывать о "реальном"
положении
дел
в
стране,
напоминали
о
проблемах
и
эксплуатировали
излюбленные темы - "кризис на Украине", "война в Сирии и на Донбассе",
"Россия
-
пресловутое
"полицейское
государство"
политзаключенных, миллионами больных СПИДом",
с
десятками
"Россия - страна, где
отсутствует свобода выражения мнений и где преследуют гомосексуалистов" и
т.д.:
•
losgeht,
"Die Welt spielt Fußball und blickt a u f Russland. Bevor der Sport
widmen wir diesem großen,
vielfältigen,
komplizierten
und oft
missverstandenen Land einen Schwerpunkt" (Die Zeit, 10.06.2018);
•
"Der Kreml führte Russland in den zweiten Tschetschenien-Krieg
(1999 bis 2009) und in den Georgien-Krieg (2008). Bis zum heutigen Tag lässt
Wladimir Putin a u f den syrischen Schlachtfeldern Söldner kämpfen und Städte
bombardieren (seit 2015). Auch in der Ukraine, wo Russland 2014 einen Krieg
entfachte, der ebenfalls bis heute anhält, beschießen immer noch Woche fü r
Woche russische Raketenwerfer ukrainische Dörfer und töten Menschen. Allein
dieser Krieg mitten in Europa hat bisher mehr als 10.000 Bürgern das Leben
genommen" (Die Zeit, 06.06.2018)
71
•
"Ukraine-Krieg,
MH17-Abschuss,
Staats-Doping,
Skripal-
Vergiftung, Streubomben in Syrien"; "Die meisten Russen freuen sich nur a u f ein
Fest, alles andere unterdrückt der Staat"; "Dutzende politische Gefangene sitzen
in Haft";
"wie der tschetschenische Gewaltherrscher Kadyrow und seine
Entourage, die jüngst mit einer Folter- und Mordkampagne gegen Homosexuelle
auffielen"; "Ein besonders beunruhigendes Beispiel ist die HIV-Epidemie mit
schon mehr als einer Million Infizierten"; "Echte Wahlen oder Abstimmungen
über Putins Prestigeprojekte gibt es nicht" (Die Zeit, 10.06.2018);
•
"Die WM 2018 kann einen Wendepunkt im Umgang mit dem an die
E U grenzenden Land markieren, wenn wir nicht nur blind der Fifa-Alles-istsuper-Show folgen. Sobald der A npfiff in Russland ertönt, sollten wir das Unrecht
des Putinismus nicht ausblenden" (Die Zeit, 06.06.2018)
•
"Ja, die neu gemachten Straßen, die breiten Fußwege, die frisch
gepflanzten Linden sind imposant, aber finanziert wird es mit Geld, das in den
Regionen fü r Straßen fehlt" (Die Zeit, 22.06.2018)
Уже первые дни чемпионата мира показали широкой аудитории, что
реальная картина диссонирует с навязанными СМИ представлениями.
Самым большим "открытием" этого чемпионата стало осознание, что
"русские тоже люди". Они умеют смеяться, радоваться, устраивать вечеринки,
быть дружелюбными, гостеприимными. Весьма показательна в этом отношении
появившаяся буквально на следующий день после окончания ЧМ статья в газете
FAZ "Wo aus Russen Leute werden" (FAZ 16.07.2018). (von Andreas Rüttenauer),
которая в российском обществе и массмедийном пространстве была воспринята
как оскорбительная по отношению к нам и нашей стране. Автор, Андреас
Рюттенауер, не разделяет восторгов футбольных фанатов, наводнивших соцсети в
дни чемпионата рассказами
о неожиданно
дружелюбных,
гостеприимных
русских. Иронизируя, автор задает риторический вопрос "Wer hätte das gedacht?",
который обращен к болельщикам, имевшим определенные стереотипы по
отношению к России и русским: "Russen und Russinnen sind also auch Menschen.
72
Das wird als die große Erkenntnis dieser Weltmeisterschaft verkauft. Sie können sich
freuen, Party machen, sind neugierig, essen gerne Dinge, die ihnen gut schmecken,
stoßen mit Bier, Wein oder Wodka an, wenn sie glauben, Freunde fü r einen Abend
gefunden zu haben, freuen sich über Erfolge ihrer Nationalmannschaft und sind auch
sonst ganz nette Leute. Wer hätte das gedacht? Kaum einer, wie es scheint". Осознание
того, что русские тоже люди, показывает, по мнению автора "wie mies das Bild von
den Russen in der Welt gewesen sein muss": "in Putins Reich (...) Im Reich des Bösen
müssen Böse wohnen, scheint man sich gedacht zu haben". (FAZ, 16.07.2018)
Автор находит "осознание" болельщиками этого факта печальным: Man
hätte ahnen können, dass in Russland Menschen leben. Это свидетельствует, по
мнению автора о том, каким неприглядным должен был быть образ русских во
всем мире: "wie mies das Bild von den Russen in der Welt gewesen sein muss": "in
Putins Reich (...) Im Reich des Bösen müssen Böse wohnen, scheint man sich gedacht zu
haben". И для того, чтобы русские превратились в глазах мирового сообщества в
людей, понадобилось провести этот чемпионат в этой стране: "Doch es hat dieses
Turnier gebraucht, um aus Russen Leute werden zu lassen" (FAZ, 16.07.2018).
В целом немецкие СМИ признавали и опасались, что ЧМ может улучшить
имидж России и россиян в мире, разрушить существующие стереотипы:
•
"Russland und viel Spaß als Assoziation könnten künftig die Wirkung
negativer Medienberichte über das Land und seine Politik um einiges schwächen"
(Frankfurter Rundschau, 21.07.2018);
•
"Die Klage über Russen, die nicht lächelten, geht fehl. Gelächelt wird, vor
allem gegenüber Besuchern aus dem Westen"(FAZ, 14.06.2018);
•
"Wer jetzt durch Russland reist, erlebt ein verändertes Land. Die Menschen
in diesem Überwachungsstaat sind durch den WM-Trubel lockerer geworden und
trauen sich, ein wenig loszulassen" (Der Spiegel, 09.07.2018);
•
"Würde ein Russe den deutschen Breitbandausbau verfolgen, müsste er
angesichts der permanenten Verfügbarkeit von WLAN und LTE in seinem Land laut
lachen. Die Taxi-App Yandex ist perfekt, die Metros, die im Sechzigsekundentakt
73
fahren, lassen einen mit Schmerzen an den deutschen Nahverkehr denken. Es ist der
Alltag der Russen, der am meisten beeindruckt hat" (Die Zeit, 14.07.2018)
•
"Die WM geht am Sonntag zu Ende, ohne dass Hooligans wüteten, ohne
Chaos und mit dem Gefühl der Russen, der Welt ihr warmes, schönes Land gezeigt
zu haben. Russlands Bürgerinnen und Bürger sind die heimlichen Gewinner. Endlich
Klischees widerlegt" (Die Zeit, 14.07.2018);
•
"Und Wladimir Putin freut sich,
die ausländischen Fans,
die er
„ Volksjournalisten “ nennt, hätten via Facebook und Instagram viele Stereotypen
über Russland beseitigt" (Berliner Zeitung, 19.07.2018);
•
"Propagandistisch
war
diese
WM
ebenfalls
ein
Erfolg fü r
den
Veranstalter" (Berliner Zeitung, 19.07.2018);
Признавая позитивные перемены, произошедшие в стране за последнее
время, авторы текстов активно внедряли в сознание читателей мысль о том, что
весь чемпионат это "потемкинские игры", что гостям ЧМ показывают глянцевый
фасад, "начищенный и свежепокрашенный" к приезду туристов, за которым
скрывается "истинный" облик России:
•
"Potemkinsche Spiele. Während der WM zeigt sich der russische Staat von
seiner liberalen Seite - um dem eigenen Volk und der Welt zu beweisen, dass die
Vorwürfe des Westens nicht stimmen" (FAZ, 27.06.2018)
•
"Wer Russland mit Sowjettrübsal verbindet, kann sein Bild zurechtrücken:
In Parkanlagen fahren junge Leute Skateboard; man kann am Smartphone Taxis
bestellen, mit Kreditkarten bezahlen, in guten Restaurants a u f Englisch Burger und
Sushi bestellen". (FAZ, 14.06.2018);
•
"Der
Wandel
ist
spektakulär
-
und
unpolitisch:
Für
freie
Meinungsäußerung ist in Russlands öffentlichem Raum kaum Platz" (FAZ, 14.06.2018);
•
" Das Land hat sich herausgeputzt. Das ist nicht nur Fassade - aber es ist
auch nur ein Teil der Wahrheit" (FAZ, 14.06.2018)
•
„Moskau und die anderen Spielstädte wurden zum Schaufenster fü r
Russland“, sagt der PR-Experte Albert Istomin unserer Zeitung. „Hunderttausende
74
Ausländer haben hier keinen Polizeistaat, keine Armut erlebt, sondern eine Menge
hübscher Mädchen, preiswertes Bier und Party ohne Ende"(Franfurter Rundschau,
21.07.2018);
•
"Dank der Fußball-WM wurden konstruktivistische Bauten aus
den
1920ern renoviert. Andernorts wird nicht so pfleglich mit den modernistischen Relikten
der frühen Sowjetzeit umgegangen" (taz, 21.06.2018);
•
"In Russland werden große Events generalstabsmäßig geplant. Schon zwei
Jahre vor der WM begann man, die Städte herauszuputzen, in denen gespielt werden
würde.
Löchrige
Straßen
wurden
ausgebessert,
Fernstraßen
neu
asphaltiert,
Fußgängerwege zu Flaniermeilen ausgebaut. Fassaden neu gestrichen, Fahrradwege
angelegt, Parks neu bepflanzt, Rad- und Tretrollerverleihe eröffnet. Straßennamen
wurden ins Englische übersetzt, Personal zur Freundlichkeit erzogen, neue U-Bahnen
a u f die Schienen gebracht - mit Fernsehern an Bord! Bataillone von Müllmännern
wurden losgeschickt und die Straßen mit Blumenrabatten und alten Linden verziert. In
den Parks
rollte man satten
Rollrasen
aus,
einem Empfangsteppich gleich:
Willkommen, freundlicher Ausländer!" (Die Zeit, 11.07.2018)
•
"Teil des Systems ist, dass in Russland Wohlstand so ungleich verteilt ist
wie in wenigen anderen Ländern. Dass viele Supermärkte immer geöffnet sind, erlauben
das Gesetz und viele billige Arbeitskräfte" (FAZ, 14.06.2018)
Что касается факта проведения ЧМ в России и его организации, то
характерным для немецких СМИ является позиционирование этого мероприятия
как "инсценировки", как праздника и шоу Путина, его пиар-сцена, которые
Кремль использует в своих целях и в тени которого остается "циничная" политика
"режима".
•
"die größtmögliche PR-Bühne" (Die Zeit, 06.06.2018);
•
"Der Kreml nutzt die Vorwürfe, um über seine Medien eine
Wagenburgmentalität zu schaffen" (Die Zeit, 11.06.2018);
•
"Die Regimeshow, die Imagepflege fü r Russland im Ausland ist
aufgegangen. "; Geht also der Plan der Regierung auf, die WM zur Inszenierung
75
fü r Wladimir Putin zu machen? Natürlich hört der Krieg in der Ostukraine durch
Fußball nicht auf, natürlich kommt der Ukrainer Oleh Senzow nicht frei, der seit
bald zwei Monaten in einem russischen Gefängnis hungert, um die Freilassung
anderer politischer Gefangener zu erzwingen. Der Krieg in Syrien wurde sogar
noch eskaliert: Hunderttausende flohen vor dem Bombardement der russischen
und syrischen Luftwaffe im Süden des Landes. Die zynische Politik geht weiter,
im Schatten des großen Fests" (Die Zeit, 11.07.2018);
•
"Im Glanze der WM sonnen sich Russlands Mächtige" (FAZ,
14.06.2018);
•
"Die WM kommt also fü r Putin zur rechten Zeit, verdeckt der Trubel
doch weitestgehend die schlechten Nachrichten, die es ja immer noch gibt - und
über die in Russland auch zu berichten ist" (Der Spiegel, 09.07.2018);
•
"In Russland sind öffentlicher Jubel und Masseneuphorie erwünscht,
aber nur im Rahmen umfassender Kontrolle des Staates, der meist Veranlasser
entsprechender Veranstaltungen ist" (FAZ, 27.06.2018).
Перемены, произошедшие в стране, СМИ преподносились исключительно в
контексте
"косметического
ремонта"
городов,
принимавших
игры
ЧМ ,
распространения элементов "цивилизации" - доступного интернета, привычных
европейцам развлечений и мегамоллов и технической модернизации спортивных
сооружений, затраты на строительство которых "явно не будут оправданы в
будущем", а по завершении ЧМ Россия неизбежно вернется из яркого праздника в
серые будни:
•
"Doch nun gehen aus den e lf russischen Städten, die Austragungsorte der
Fußballweltmeisterschaft geworden
sind,
Bilder um
die
Welt,
die nicht nur
Vorstellungen über Russland im Ausland, sondern auch die Erfahrungen von Russen
selbst konterkarieren" (FAZ, 27.06.2018);
•
"allüberall in den Städten das Mobilfunknetz so gut ist, dass sich niemand
die Frage stellt, wo man sich ins nächste WLAN einloggen kann"; "dass auch
an Russlands Sommerstränden zu seichter Popmusik Beachvolleyball gespielt wird",
76
"viele Hipstercafes, die es nicht nur in Moskau gibt”, "die bunte globalisierte
Warenwelt, die in unzähligen Shoppingmalls feilgeboten wird" (FAZ, 16.07.2018)
•
”Die Fußball-WM ist mit voraussichtlich mehr als zw ölf Milliarden Euro
die teuerste aller Zeiten. Während bei Krankenhäusern und Schulen gespart wird,
erhielten Städte, deren zweit- oder drittklassige Fußballklubs vor wenigen tausend
Zuschauern spielen, Stadien fü r Zehntausende. Gedanken zur nachhaltigen Nutzung von
Arenen wie denen in Saransk und Kaliningrad dürften Lippenbekenntnis bleiben” (FAZ,
14.06.2018);
•
"Vieles spricht dafür, dass der Kreml so weitermachen wird wie bisher”
(Der Spiegel, 09.07.2018);
•
"Russland nach der WM: Bonjour Tristesse.
Zurück im grauen Alltag"
(Berliner Zeitung, 19.07.2018)
•
"Das Turnier ist vorbei, es hat Russlands Image im Ausland aufpoliert,
Sein und Bewusstsein im Land aber kaum geändert" (Frankfurter Rundschau,
21.07.2018);
•
"Schon in den letzten Tagen des Turniers ist zu merken, dass sich die
Polizei wieder unbeobachtet fühlt. Sie kann wieder tun, was sie immer tut"
(FAZ,16.07.2018)
•
"Die WM ist vorbei, in Russland kehrt wieder Alltag ein " (Berliner Zeitung,
19.07.2018)
Таким образом, в проанализированных статьях прослеживается тенденция
"сгладить" позитивное восприятие России после ЧМ, принизить ее до стижения и
"освежить" в памяти читателя традиционные стереотипы, связанные с Россией:
отсутствие свободы, в том числе - свободы слова и свободы в
интернете;
тотальный полицейский контроль; несоблюдение прав личности; расистские
настроения в обществе; повсеместная коррупция; несменяемость власти. При
этом акцент делается на следующие смыслы: не надо иллюзий, праздник
закончился и в России ничего не изменится после ЧМ. После посещения России
иностранцам следует осознать ту степень свободы, которая есть на Западе: " ...
77
dass Freiheit auch in Frankreich, England oder Deutschland nicht gottgegeben ist, dass
sie verteidigt werden muss, wenn jem and sie angreift" и тоска по которой ощущается
в России повсеместно: "Sehnsucht nach Freiheit, die fa st überall in Russland zu
spüren ist" (taz, 16.07.2018).
Для статей, посвященных ЧМ весьма характерно использование приема
объективации - вопросно-ответной структуры высказываний. Прием заключается
во введение вопроса, на который автор отвечает сам. Используя данный прием
авторы, во-первых, привлекают внимание к проблеме, подчеркивают ее важность,
во-вторых, вступают в диалог с читателем, призывают его "поразмышлять" на
заданную тему, а в-третьих, давая ответ на вопрос, подталкивают реципиента к
определенной, выгодной автору, интерпретации информации, способствуя тем
самым имплицитному формированию или поддержанию стереотипов:
•
"Sonst gilt eher: Fußball-WM ja, aber Fußball? Der Verein FK
Mordowija Saransk verwöhnt die Stadt nicht. Nach dem Abstieg in die Dritte
Division schaffte der Klub den Wiederaufstieg in die Zweitklassigkeit durch einen
Sieg über den FC Sysran 2003. M ehr als 3.000 Zuschauer hat der Verein selten,
dafür aber ein neues Stadium mit einem Füllvermögen von 45.000 Menschen"
(taz, 16.06.2018);
•
"Warum aber nun Saransk als WM-Ort? Ein Erklärungsversuch: Die
Republik garantierte auch in angespannten Zeiten Rekordwahlen fü r den Kreml"
(taz, 16.06.2018);
•
"Warum ist Russland nun plötzlich "anders"? Sicher nicht wegen der
modernisierten Flughäfen, neuen Stadien oder tadellos asphaltierten Straßen,
nicht wegen der meist reibungslos funktionierenden Organisation des Turniers.
Es sind die Menschen, die sich verändert haben " (Der Spiegel, 09.07.2018).
Характерным
риторических
приемом
вопросов,
следует
которые
в
силу
также
своей
признать
большей
использование
эмотивности
и
эмфатичности (по сравнению с утверждением или отрицанием), ярче раскрывают
истинное отношение автора к объекту стереотипизации, что, в свою очередь,
78
стимулирует
эмоциональную
реакцию
и
формирование
определенного
представления у аудитории:
•
"Ein Land, das Angriffskriege führt, d a rf nicht Gastgeber von
Großereignissen wie Olympischen Spielen oder Fußballweltmeisterschaften sein.
So lautete die Begründung fü r den Boykott von Moskau 1980. Und heute?" (Die
Zeit, 06.06.2018);
•
"Kann man ausgerechnet in dem Land, das fü r all das verantwortlich
ist, nun eine gigantische globale Fußballparty feiern?" (Die Zeit, 06.06.2018);
•
"Das WM-Turnier verschleiert und verdeckt, so sagen Kritiker, die
Verhältnisse; aber sie enthüllt auch etwas; sie bringt das Volk, zumindest in den
großen Städten, a u f die Straße. Wie viele Stunden seines Lebens verbringt der
Moskauer so?" (Die Zeit, 27.06.2018);
•
"Aber mussten erst die Ausländer kommen, damit sich fü r uns Russen
etwas bessert?" (Die Zeit, 11.07.2018).
Для придания "национального колорита" в проанализированных текстах для
номинации явлений, артефактов и материальных атрибутов русской культуры
весьма
активно
используется
безэквивалентная
и
национально-культурно
маркированная лексика: Zar, Blini, Potemkins Soldaten, Potemkinsche Spiele,
Potemkinsches Dorf, Kosaken, Babuschki, Nagaika, Strizh, Kotleta, Schnjitzel, Biljet,
Granjiza,
Schwarze,
Sbornaja,
die
sogenannten
Monostädte,
administrative
Ressourcen, Euro-Remont und Euro-Standard, Mordowija, Antonowitsch, der Mer,
"Otschen harascho", "die elektrisch betriebene „Schaschlitschniza“
В некоторых случаях данная лексика остается без перевода и комментария,
например, Zar, Potemkinsches Dorf, Kosaken, Babuschki, Sbornaja, но чаще требует
дополнительных средств и приемов экспликации:
•
"Kosaken verprügelten Demonstranten mit der Nagaika, einer
geflochtenen Lederpeitsche" (taz, 07.05.2018);
79
•
Tadschiken,
"Die
Pässe
die
von
der Kaukasier,
den
Russen
der
Usbeken,
„Schwarze“
Turkmenen
genannt
werden
oder
...”
(taz,16.07.2018);
•
"Die Kellnerin serviert Kaffee und Blini, russische Pfannkuchen"
(FAZ, 13.06.2018);
•
"Im
Strizh,
dem
russischen
Wort fü r
Mauersegler,
sollen
fortschrittliche Kunststoffoptik in hellem Grau und abwischbare Oberflächen
Russlands modernes Selbstbild zeigen" (FAZ, 13.06.2018).
80
ВЫВОДЫ ПО III ГЛАВЕ
В
проанализированных
текстах
стереотипный
образ
России
имеет
противоречивый характер. С одной стороны, это изменившаяся (по сравнению с
временами
СССР)
современная,
модернизированная страна,
с уникальной
природой и культурой, дружелюбными, гостеприимными людьми. С другой
стороны, в стереотипный образ России входят представления о ней как об
агрессивной,
коррумпированной
и несвободной
стране,
ощущающей
себя
"осажденной крепостью", народ которой склонен поддерживать авторитарную
власть и мириться с отсутствием свобод и социальным неравенством.
Проведенный анализ показал, что в исследованных текстах языковая
репрезентация стереотипов о России происходит за счет использования:
•
гиперболизации
агрессивных
намерений,
характеристик
и
действий России; "die größtmögliche PR-Bühne", "Mit harter Hand geht der
Kreml gegen die demokratischen Kräfte vor"; "Im Alltag ist der russische
Uniformträger ein Schrecken, ein herablassender, gekränkter Griesgram und ein
wandelndes Zeichen der Hoffnungslosigkeit"; "zielt die Einmischung darauf ab,
den Westen und das demokratische System zu schwächen, mehr Chaos zu stiften
und Spaltungen in unseren Gesellschaften zu vertiefen"
•
использования различных стилистических тропов:
Wladimir
Putins langer Arm in der Weltpolitik, Moskauer langer Arm, harte Hand,
Dschingis Khan mit Internet; Der Schatten des Wladimir Putins; Der Sommer,
als Russland lächelte
•
приемов
преуменьшения,
мейозиса
например,
или
(имплицитной)
значимости,
важности
литоты
для
произошедших
изменений в России: "dass viele Supermärkte immer geöffnet sind, erlauben das
Gesetz und viele billige Arbeitskräfte"; "das größte Land der Welt, ...schafft aber
nur die Hälfte der deutschen Wirtschaftsleistung"; "... nur selten ein Zeichen
menschlicher Zivilisation zu sehen ist";
81
•
эмоционально-оценочной лексики и лексики с пейоративной
семантикой (в том числе и неологизмов): fremd, aggressiv, revisionistisch,
depressiv,
verunglimpfen,
Riesenreichs;
wüten,
pessimistisches Land;
undurchdringliches Dickicht,
eines gefallenen
die morastige Landschaft,
die
machtpolitischen Ambitionen, die Krim-Annexion, kontrollwütige Staatsorgane
und die aufgerüstete Polizei, inszenierte Demokratie, Polizeistaat, Armut, die
Korruption und die Bereicherung der herrschenden Klasse, nicht in Ruhe lassen,
mit Dreck bewerfen, russische Hooligans, russische Hacker, bezahlte KGBTrolle; Putins Trolle, Putinversteher, Putinismus, и т.п.
•
"агрессия"
лексики,
и
т.д.;
относящейся
к
aufrüsten,
тематическому
attackieren,
полю:
mobilisieren,
"война",
okkupieren,
bombardieren, zerstören, verteidigen, kämpfen, töten, das Leben nehmen, Krieg,
Waffen, Konflikt, Angriffskriege,
militärische Schutzmacht, Raketen, Jets,
Radare, Streubomben, russische Raketenwerfer, militärische Präsenz, moderne
Armee, Schlachtfelder и т.п.
• безэквивалентной и национально-культурно маркированной лексики для
номинации явлений,
артефактов
и материальных
атрибутов русской
культуры с целью придать повествованию национальный колорит, создать
атмосферу репортажа "с места событий": Zar, Blini, Potemkins Soldaten,
Kosaken, Babuschki, Nagaika, Strizh, Kotleta, Schnjitzel, Biljet, Granjiza,
Schwarze, Sbornaja, die sogenannten Monostädte, administrative Ressourcen,
Euro-Remont und Euro-Standard, Mordowija, Antonowitsch, der Mer, "Otschen
harascho", "die elektrisch betriebene „Schaschlitschniza“. При этом чаще всего
используются различные средства и приемы для экспликации данных
феноменов: "Im russischen Märchen gibt es die Figur der Baba Jaga. Das ist
eine böse Waldhexe, die a u f ihrem Mörser durch den Wald reitet, ihre Spuren mit
dem Besen verwischt und in einem Haus a u f Hühnerbeinen wohnt" (Der Spiegel,
25.12.2017); "Kosaken verprügelten Demonstranten mit der Nagaika, einer
geflochtenen Lederpeitsche" (taz, 07.05.2018). Сюда же следует отнести
82
использование прецедентных для русской культуры высказываний: "Wer
lebt gut in Russland? ", "Die Krim gehört uns!"
•
грамматических
структур,
содержащих
глаголы
целенаправленного "активно-(агрессивного)" действия: drohen, einmischen,
verstärken, verprügeln, unterwerfen, versammeln, unterstützen, festnehmen,
agieren, unterdrücken, strafen и.т.д.
•
приема
объективации
структуры высказываний:
-
использования
вопросно-ответной
"Warum aber nun Saransk als WM-Ort? Ein
Erklärungsversuch: Die Republik garantierte auch in angespannten Zeiten
Rekordwahlen fü r den Kreml" (taz, 16.06.2018); "Kann man wirklich im Schatten
von Krim-Annexion, Ukraine-K ries und Demokratiedefiziten guten Gewissens in
dieses Land reisen? Man kann, falls man die Menschen nicht kollektiv mit
Liebesentzug strafen
möchte.
Denn trotz gleichgeschalteter Medien
und
Unterdrückung der Opposition: Russland ist anders" (Die Welt, 29.09.2017)
•
риторического приема "ja - aber" - "положительный тезис - его
опровержение": "Ja, Moskau hat großartige Restaurants, aber die russischen
Durchschnittsgehälter von ein paar Hundert Euro im Monat erlauben nur den
wenigsten regelmäßige Besuche. Ja, die neu gemachten Straßen, die breiten
Fußwege, die frisch gepflanzten Linden sind imposant, aber finanziert wird es mit
Geld, das in den Regionen fü r Straßen fehlt" (Die Zeit, 22.06.2018)
•
риторических вопросов: "Kann man ausgerechnet in dem Land,
das fü r all das verantwortlich ist, nun eine gigantische globale Fußballparty
feiern?" (Die Zeit, 06.06.2018); "Ob Putin sich darüber im Klaren ist, was es a u f
Dauer fü r seine Reputation als Verhandlungspartner bedeutet, wenn er nicht
einfach nur Lösungen blockiert sondern sogar gefundene Lösungen nach kurzer
Zeit wieder zerschlägt, so als habe er sie von Anfang an nie ernst genommen?"
(Die Zeit, 16.11.2014.);
•
включение в структуру текста элементов иронии и сарказма:
"Ja, wir wissen, Sie mögen uns westliche Presse nicht besonders. Aber wir,
83
hochverehrter Wladimir Wladimirowitsch Putin, wir lieben Sie!"; "Als sexy
Angler werfen Sie oben ohne ihre riesige Rute aus. Sie posieren mit
großkalibrigem Stutzen und reiten wie kein Zweiter a u f hohem Ross durch die
Taiga" (Die Welt, 04.03.2015); "Russen und Russinnen sind also auch Menschen.
Das wird als die große Erkenntnis dieser Weltmeisterschaft verkauft. Sie können
sich freuen, Party machen, sind neugierig, essen gerne Dinge, die ihnen gut
schmecken, stoßen mit Bier, Wein oder Wodka an, wenn sie glauben, Freunde fü r
einen
Abend
gefunden
zu
haben,
freuen
sich
über
Erfolge
ihrer
Nationalmannschaft und sind auch sonst ganz nette Leute. Wer hätte das
gedacht?" (taz, 16.07.2018).
Кроме того, "желаемый" эффект достигается за счет: использования
дискурсивных приемов, способствующих созданию отрицательных смыслов:
"преференций" в выборе информации, "достойной" освещения; сознательного
замалчивания или неверной интерпретации фактов; повторов тех или иных
сегментов текстов с целью закрепления их в памяти реципиента и формирования
определенного отношения к прочитанному; проведения исторических параллелей
и т.д.
84
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Россия в силу своего геополитического положения в современном мире
занимает
на
страницах
западных
СМИ
заметное
место.
Образ
России
тиражируемый западными, в том числе и немецкими, СМИ, формируется при
активном
обращении
к традиционным
стереотипам,
которые
в условиях
обострения отношений между Россией и "коллективным Западом" приобретают
новые смыслы и оттенки.
Многие исследователи считают возможным говорить о возникновении
нового феномена в западном масс-медийном дискурсе - "демонизации" образа
России и появлении нового типа стереотипов - "русофобских стереотипов".
Формирование негативного стереотипного образа нашей страны происходит
уже на этапе отбора информационных поводов и тем, "достойных" освещения в
немецкой прессе, и напрямую зависит от актуального состояния немецкороссийских отношений и политических установок, которые отражаются на
редакционной политике ведущих немецких СМИ.
В данной работе были проанализированы тексты немецкоязычных СМИ,
имеющих
значительную
читательскую
аудитории,
на
предмет
выявления
смыслов, участвующих в создании стереотипного образа России и русских и их
языковых репрезентаций. В общей сложности к анализу были привлечены 83
газетных статьи из таких источников, как
Die Welt, Die Zeit, Der Spiegel, Die
Tageszeitung, Frankfurter Allgemeine Zeitung, Süddeutsche Zeitung, Die Presse,
Berliner Zeitung, Bild, Fokus, Stern, Handelsblatt и др.
Под
стереотипным
образом
в
данной
работе
понимается
сложно­
структурированное ментальное образование, включающее в себя несколько
стереотипов, которые в совокупности и создают некую ментальную картинку
объекта стереотипизации.
При анализе статей, отобранных на начальном этапе методом сплошной
выборки по ключевым словам и дальнейшей "сортировке" их по критерию
85
имплиципно
или
эксплицитно
выраженных
стереотипов
о России,
были
установлены референциальные области, касающиеся России, и сформулированы в
виде пропозиций популярные смыслы и темы: "Россия агрессивная страна",
"напряженные отношения с Западом", "санкции и их влияние на экономику и
внутреннеполитическую ситуацию в стране", "кибер-шпионаж и вмешательство
во внутренние дела других стран", "российская пропаганда", "режим Путина",
"отсутствие прав и свобод в России", "Россия - полицейское государство", "Россия
- коррумпированное государство", "Россия - страна контрастов", "тяжелое
социально-экономическое положение России".
Детально
были
проанализированы
референциальных областей, как:
стереотипы,
касающиеся
"страна и государство",
таких
"народ России",
"президент Российской федерации" в контексте ухудшения отношений России с
Западом, событий на Украине и войны в Сирии. Отдельно были рассмотрены
статьи, написанные в контексте чемпионата мира по футболу, проходившего в
России летом 2018 года.
Было установлено, что образ России в немецком медиадискурсе носит
амбивалентный характер.
С одной
стороны рисуется образ
современной,
изменившейся (по сравнению с временами СССР), модернизированной страны, со
всем признаками "западной цивилизации", с уникальной природой и культурой, с
дружелюбными, гостеприимными, людьми, "умеющими веселиться и улыбаться".
С другой стороны, в стереотипный образ России входят представления о ней как о
непредсказуемой,
агрессивной,
коррумпированной
и
несвободной
стране,
вынашивающей милитаристские и имперские планы воссоздания СССР. Народ
России ощущает себя в "осажденной крепости" и, в силу своего менталитета,
склонен поддерживать авторитарную власть и "культ личности президента
В.В. Путина" и готов мириться с отсутствием свобод и социальным неравенством.
В целом языковая репрезентация стереотипов о России происходит за счет:
гиперболизации агрессивных намерений, характеристик и действий России;
использования
различных
стилистических
86
фигур;
использования
приемов
мейозиса или (имплицитной) литоты для преуменьшения значимости, важности
произошедших изменений в России; употребления эмоционально-оценочной
лексики
и
лексики
с
пейоративной
семантикой;
преобладания
лексики,
относящейся к тематическому полю: "война", "агрессия" и т.д.; употребления
безэквивалентной
национально-культурно
маркированной
лексики
для
номинации явлений, артефактов и материальных атрибутов русской культуры;
наличия грамматических структур, содержащих глаголы целенаправленного
"активно-(агрессивного)"
вопросно-ответной
использования
действия;
структуры
высказываний
дискурсивных
отрицательных
смыслов
-
использования
и
приемов,
приема
объективации
риторических
вопросов;
способствующих
предпочтительность
в
выборе
-
созданию
информации;
сознательное замалчивание или неверная интерпретации фактов; повторы тех или
иных сегментов текстах с целью закрепления их в памяти реципиента и
формирования
определенного
отношения
к
прочитанному;
проведение
исторических параллелей; вкрапление в структуру текста элементов иронии и
сарказма и т.д.
В
совокупности
данные
средства
и
приемы
воздействуют
на
эмоциональную сферу реципиентов, активируют в их сознанию оппозицию "свойчужой", закрепляют в массовом сознании традиционные стереотипы о России и
русских и призваны формировать новые стереотипные представления.
Вопрос о том, насколько стереотипы, функционирующие в немецком масс медийном дискурсе, "прижились" в коллективном сознании целевой аудитории
немецких СМИ, требует отдельного рассмотрения. Некоторые исследователи,
опираясь на социологические опросы общественного мнения в Германии,
отмечают,
что
переизбыток
негативной
информации
вызывает
эффект
"частичного отторжения", недоверия к собственным СМИ и толкает реципиентов
к поиску альтернативных источников информации [17]. В подтверждение этих
слов можно
привести несколько
примеров
проанализированным нами статьям. Например:
87
читательских комментариев
к
•
В комментариях к статье
"Danke, Putin! Danke fü r alles",
опубликованной на сайте газеты "Die Welt" 4 марта 2015 года, пользователь
mullex пишет: "Was Putin in Russland sagt und macht wissen wir nicht. Wir
wissen nur was in unseren Medien dazu behauptet wird. In direkt in Deutschland
ausgestrahlten
Interviews
trat
Putin
sehr
sachlich
und
überzeugend
auf. Ansonsten brauchen wir nur die deutschen und US Soldaten von der
russischen Grenze abziehen und dafür sorgen, dass Kiew seine Soldaten vom
Krieg gegen die eigene Bevölkerung aus dem Osten abzieht. Sorgen sollten uns
nicht die russischen Soldaten an der russischen Grenze, sondern die deutschen
und US Soldaten an der russischen Grenze" (Die Welt, 04.03.2015).
•
На сайте газеты "Die Zeit" под статьей "Russen, was ist los mit
euch?" (Die Zeit, 22.06.2018), пользователь jörg Heinrich задается вопросом:
"Vielleicht ist nicht Russland anders als vor wenigen Monaten, vieleicht war
einfach nur die Russland Berichterstattung der letzten Jahre verzerrt?"
•
Пользователь kitoi в комментариях к статье "Abschied von Putins
Russland" на сайте "Der Tagesspiegel" прямо называет причину публикаций
негативной информации о России: "Was will uns der Artikel sagen? ...
abgeheftet unter "Atlantiker Propaganda"... es geht nicht um eine Information, es
geht um die gebetsmühlenartige Wiederholung - Russland Putin Böse - irgendwas
bleibt schon im Hirn hängen" (Der Tagesspiegel, 19.08.2018)
В этом плане перспективными представляются исследования читательских
комментариев к статьям с целью выявления влияния стереотипов, транслируемых
СМИ, на состояние и изменение фрагментов картины мира, касающихся России и
русских.
88
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1.
Абрамов,
Б.А.
Предложение
и
текст
[Текст]
/
Б.А.
Абрамов
//
Лингвистические проблемы текста./ Сб. науч. трудов Моск. гос. пед. ин -т иностр.
языков им.М.Тореза., Вып.217., М., 1983. - С. 4-14.
2.
Адмони, В.Г. Грамматика и текст [Текст] / В.Г. Адмони // ВЯ. № 1. - 1985.
- с.63-69.
3.
Адмони, В.Г. Система форм речевого высказывания. [Текст] / В.Г. Адмони.
- СПб.: Наука. - 1994. - 153с.
4.
Азарова, И.В. Предпосылки построения интегративной модели
анализа
текста с учетом различных параметров социокультурного контекста [Текст] / И.В.
Азарова // Проблемы лингвистики, методики обучения иностранным языкам и
литературоведения в свете межкультурной коммуникации: сборник материалов II
Международной научно-практической Интернет-конференции (27-28 февраля
2017 г.) / под ред. О.Ю. Ивановой. - Орел.: ФГБОУ ВО "ОГУ имени И.С.
Тургенева", 2017. - С. 8-14.
5.
Азарова, И.В. «Стереотип» как предмет лингвистического исследования
[Электронный ресурс] / И.В. Азарова // Проблемы
лингвистики,
методики
обучения иностранным языкам и литературоведения в свете межкультурной
коммуникации: сборник материалов III Международной научно-практической
конференции (26 марта 2018 г.) / под ред. О.Ю. Ивановой. - Орел: ФГБОУ ВО
«ОГУ
имени
И.С.
Тургенева»,
2018.
-
С.
14-19.
-
Режим
доступа:
https://elibrary.ru/item.asp?id=34986375
6.
Алефиренко, Н.
пространства
Ф. Языковые стереотипы русского этнокультурного
[Электронный
Wschodnioeuropejski
1,
ресурс]
2010.
-
/
С.
Н.Ф.
Алефиренко
405-424.
-
Режим
//
Przegl^d
доступа:
http://bazhum.muzhp.pl/media/files/Przeglad Wschodnioeuropeiski/Przeglad Wschodn
ioeuropejski-r20Ю-tl/Przeglad Wschodnioeuropeiski-r2010-t1 -s405424/Przeglad Wschodmoeuropeiski-r2010-t1-s405-424.pdf
7.
Апресян, Ю.Д. Прагматическая информация для толкового словаря [Текст] /
89
Ю.Д.
Апресян
//
Прагматика
и
проблемы
интенсиональности.
Институт
языкознания АН СССР. Проблемная группа "Логический анализ языка". М.:
Наука, 1988. - С. 7- 44.
8.
Арутюнова, Н.Д. Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт. [Текст]
/ Н.Д. Арутюнова. - М.: Наука, 1988.- 341 с.
9.
Арутюнова, Н.Д. Язык и мир человека. [Текст] / Н.Д. Арутюнова.
- М.:
Языки русской культуры, 1998. -895 с.
10.
Арутюнова, Н.Д., Падучева, Е.В. Истоки, проблемы и категории прагматики
[Текст] / Н.Д. Арутюнова, Е.В. Падучева // НЗЛ. - Вып. XVI. - М.: Прогресс, 1985.
- с.3-42.
11.
Ахманова,
О.С.,
Гюббенет,
И.В.
"Вертикальный"
контекст
как
филологическая проблема [Текст] / О.С. Ахманова, И.В. Гюббенет // ВЯ., - № 3. 1977. - С. 47 - 54.
12.
Баранов, А.Н., Добровольский, Д.О. Постулаты когнитивной семантики
[Текст] / А.Н. Баранов, Д.О. Добровольский // ИРАН СЛЯ., №1., т.56. - 1997. - С.
11-21.
13.
Бархударов, Л.С. Сложное предложение в структуре текста [Текст] / Л.С.
Бархударов // Лингвистические проблемы текста. (Тр./МГПИИЯ им. М.Тореза;
Вып. 217). - М., 1983. - с.14-20.
14.
Бахтин, М.М. Эстетика словесного творчества. [Текст] / М.М. Бахтин // - 2-е
изд. - М.: Искусство. - 1986. - 445 с.
15.
Бейтс,
Э.
Интенции,
конвенции и
символы
[Текст]
/ Э.
Бейтс
//
Психолингвистика. Сб.ст., М.: Прогресс. - 1984. - С.50-102.
16.
Бергельсон, М.Б., Некрасова, А.Е. Лингвистический анализ стереотипов:
баланс между текстом и смыслом [Электронный ресурс] / М.Б. Бергельсон, А.Е.
Некрасова // сб. ст. по материалам конф. «Компьютерная лингвистика и
интеллектуальные технологии». РГГУ, Москва, 2010. Вып. 9 (16). - С. 30-35. Режим доступа: http://www.dialog-21.ru/media/1481/6.pdf
17.
Бирюков,
Н.Г.,
Григоренко,
О.Н.,
90
Ступникова,
Н.А.,
Стереотипные
представления о России в немецком медиадискурсе в условиях информационной
войны [Электронный ресурс] / Н.Г. Бирюков // Наука и мир., Том 3, № 4(32).
Волгоград: ООО "Издательство" "Научное обозрение" - 2016. - С. 12-13. - Режим
доступа: https://elibrary.ru/item.asp?id=25863613
18.
Бисималиева, М.К. О понятиях "текст" и "дискурс"
[Текст] / М.К.
Бисималиева // Филологические науки. - 1999. - № 2. - С. 78-85.
19.
Блох, М.Я. Теоретические основы грамматики. [Текст] / М.Я. Блох. - М.:
Высшая школа., 1986. - 160 с.
20.
Богуш, Н.Б. Функциональные стили и стилевые черты [Текст] / Н.Б. Богуш
// Лингвистические закономерности организации текста / Редкол.: И.Б.Воронцова
(отв.ред.) и др. - Сб.науч.тр. / МГЛУ; Вып. 379., М.: 1991. - с.92- 100.
21.
Бок, Ф.К. Структура общества и структура языка [Текст] / Ф.К. Бок // Новое
в лингвистике. - В ы п ^П . - М.: Прогресс, 1975. - С.382-421.
22.
Борисова,
Л.В.
Языковая
репрезентация
стереотипов
традиционного
народного сознания (русско-чувашские параллели) / Л.В. Борисова // «Вестник
Чувашского
университета».
-
Издательство:
ФГБОУ
ВО
"Чувашский
государственный университет им. И.Н. Ульянова". - 2013. - С. 217-223. Режим
доступа:
https://cyberleninka.ru/article/n7yazykovaya-reprezentatsiya-
stereotipov-traditsionnogo-narodnogo-soznaniya-russko-chuvashskie-paralleli
23.
Брандес, М.П. Стилистика немецкого языка: Для ин-тов и фак. иностр. яз. /
Учебник. [Текст] / М.П. Брандес. - М.: Высш.шк., 1983. - 271 с.
24.
Брудный, А.А. Понимание как философско-психологическая проблема
[Текст] / А.А. Брудный // Вопросы философии. - 1975. - № 10. - С. 112.
25.
Вежбицкая, А., Язык. Культура. Познание. [Текст] / А. Вежбицкая. - М.:
Русские словари, 1997. - 411 с.
26.
Верч, Дж.В., Голоса разума. Социокультурный подход к опосредованному
действию., [Текст] / Дж.В. Верч. - М.: Тривола. - 1996. - 175 с.
27.
Гак, В.Г. Фразеорефлексы в этнокультурном аспекте [Текст] / В.Г. Гак //
Филологические науки. - 1995.- № 4. - С. 47-55.
91
28.
Гальперин, И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. [Текст] /
И.Р. Гальперин. - М.: Наука, 1981. - 137 с.
29.
Гиндин, С.И. Первые полстолетия лингвистики текста [Текст] / С.И. Гиндин
//
Лингвистика
на
исходе
ХХ
века: Ито
междунар.конференции. [Текст] - М.: Филология, 1995. - Т.1. - С. 125- 126.
30.
Гордон, Д., Лакофф, Дж. Постулаты речевого общения [Текст] / Д. Гордон,
Дж. Лакофф // Новое в зарубежной лингвистике: Вып. 16. Лингвистическая
прагматика., М.: Прогресс, 1985. - с.276 - 302.
31.
Горегляд, Е. Н. Стереотипные выражения в газетном дискурсе (на
материале русскоязычной периодической печати Беларуси) [Электронный ресурс]
/ Е.Н. Горегляд. // Слов'янський збiрник. (збiрник наукових праць). - К.:
Видавничий дiм Дмитра Бураго, 2012.- Вип.17.- Ч.2. - С. 51-57 - Режим доступа:
http://liber.onu.edu.ua:8080/bitstream/handle/123456789/3432/sbornik%20slav2.5157%2B.pdf?sequence=1&isAllowed=y
32.
Горелов, И.Н. Основы психолингвистики.
[Текст] / И.Н. Горелов //
Учеб.пособ. /- М.: Лабиринт, 1997. - 224 с.
33.
Грайс, Г.П. Логика и речевое общение [Текст] / Г.П. Грайс // Новое в
зарубежной лингвистике: Вып.16. Лингвистическая прагматика., М.:Прогресс,
1985. - С.217 - 237.
34.
Гришаева, Л.И., Цурикова Л.В.
Введение в теорию
межкультурной
коммуникации: [Текст] / учеб. пособие для студ. лингв. фак. высш. учеб.
заведений / Л.И. Гришаева, Л.В. Цурикова. - М.: Издательский центр "Академия",
2007. - 336 с.
35.
Гуменная, Г.С., Барменкова, Т.Д. Текстовое сообщение как средство
исследования речемыслительной деятельности [Текст] / Г.С. Гуменная, Т.Д.
Барменкова // Х11 Международный симпозиум по психолингвистике и теории
коммуникации “Языковое сознание и образ мира” (2 - 4 июня 1997). - М., 1997. С. 51 - 52.
36.
Давыдова, Л.З. Функционирование единиц речевого этикета в прямых и
92
косвенных речевых актах: [Текст] // автореф. дис. канд. филол. наук:
1990. /
Людмила Захаровна Давыдова. Л.: - 17 с.
37.
Дейк, Т.А. ван Вопросы прагматики текста [Текст] / Т.А. ван Дейк // НЗЛ.,
Вып. VIII., - М.: Прогресс. - 1978.- С. 259-336.
38.
Дейк, Т.А. ван, Кинч, В.
Стратегии понимания связного текста [Текст] /
Т.А. ван Дейк, В. Кинч // НЗЛ., Вып. XXIII., Когнитивные аспекты языка., - М.:
Прогресс . - 1988. - С. 153-211.
39.
Дейк, Т.А. ван. Язык. Познакие. Коммуникация. [Текст] / Т.А. ван Дейк. -
М.,- 1989. - 312 с.
40.
Дементьев, В.В. Изучение речевых жанров: Обзор работ в современной
русистике [Текст] / В.В. Дементьев // ВЯ., №1. - 1997. - С. 102-122.
41.
Демьяненко, М.Я. Дифференциация текстов по формам общения [Текст] /
М.Я. Демьяненко // Психолингвистическая и лингвистическая природа текста и
особенности его восприятия. - Киев : Вища школа. - 1979., - С. 123-139.
42.
Демьянков, В.З. Доминирующие лингвистические теории в конце ХХ века /
В.З. Демьянков // Язык и наука конца ХХ века : Сб.ст. / Под ред. Ю.С.Степанова.
- М., 1995. - С. 239-320.
43.
Дешериев, Ю.Д. Социальная лингвистика: К основам общей теории [Текст]
/ Ю.Д. Дешериев; АН
44.
СССР, Ин-т языкознания. - М.: Наука, 1977. - 382с.
Добросклонская, Т.Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению
языка СМИ: современная английская медиаречь [Текст]: учеб. пособие / Т.Г.
Добросклонская. - 2-е изд., стер. - М.: ФЛИНТА, 2014. - 264 с.
45.
Дридзе,
Т.М.Текстовая
деятельность
в
структуре
социальной
коммуникации. [Текст] / Т.М. Дридзе. - М., 1984. - С.19.
46.
Дридзе, Т.М. Язык и социальная психология [Текст] / Т.М. Дридзе. // Учеб.
Пособие для фак. Журналистики и филолог. фак. Ун-тов. / Под ред. проф.
А.А.Леонтьева. - М.: Высшая школа, 1980.
47.
Ершова,
Т.А.
Русско-немецкие
ассоциативные
портреты
: Опыт
интерпретации : диссертация ... кандидата филологических наук : 10.02.19. - /
93
Татьяна Александровна Ершова. - Москва, 1998. - 163 с.
48.
Жданов, В.Н. Особенности стереотипного восприятия России в Японии и
Японии
в
России
[Текст]
/
В.Н.
Жданов
//
Вестник
ЦМО
МГУ,
Лингвокультурология, №2, 2009. - С. 90-94.
49.
Желтухина, М. Р. Медиадискурс [Электронный ресурс] / М.Р. Желтухина //
Дискурс-Пи., Издательство: ФГБУН Институт философии и права Уральского
отделения
РАН.
2016.
-
С.292-296.
-
Режим
доступа:
https://cyberleninka.ru/article/n7mediadiskurs-1
50.
Жилин, И.М. Ложные стереотипы в буржуазной пропаганде [Текст] / И.М.
Жилин // Функционирование языка как средства идеологического воздействия. Сб. науч. трудов.- Краснодар., 1988.- С. 69 - 79.
51.
Залевская, А.А. Когнитивизм, когнитивная психология, когнитивная наука и
когнитивная лингвистика” [Текст] / А.А. Залевская // Материалы первой
международной школы-семинара по когнитивной лингвистике., ч.1., Тамбов: Издво ТГУ им. Г.Р. Державина, 1998. - С.6-9.
52.
Захарычева, И.В. Языковые особенности немецких стереотипных фраз :
Общение взрослого с ребенком : диссертация ... кандидата филологических наук :
10.02.04. / Захарычева Инна Валерьевна. - Москва, 1997. - 186 с.
53.
Зиновьева,
Е.
С.
Изучение
дискурса
в
рамках
медиалингвистики
[Электронный ресурс] / Е.С. Зиновьева // Верхневолжский филологический
вестник
-
2016
-
№
3.
-
С.74-78
-
Режим
доступа:
https://elibrary.ru/item.asp?id=27631523
54.
Золотова, Г.А. Говорящее лицо и структура текста [Текст] / Г.А. Золотова //
ИРАН СЛЯ., №1., т.56. - 1997. - С.120 - 132.
55.
Иванова, С.В., Салимова, Р.М., Стереотипизация и демонизация образа
России на страницах британских газет [Электронный ресурс] / С.В. Иванова, Р.М.
Салимова // Вестник Башкирского университета, Том 20, №3. 2015. - Уфа:
Башкирский государственный университет. - 2015. - С. 1032-1038. - Режим
доступа: https://elibrary.ru/item.asp?id=24999569
94
56.
Изенберг, Х. О предмете лингвистической теории текста [Текст] / Х.
Изенберг // НЗЛ., Вып, VIII., Лингвистика текста., - М.: Прогресс. - 1978. - С. 43.
57.
Каменская,
О.Л. Текст и коммуникация. [Текст] / О.Л. Каменская - М.:
Высшая школа., 1990. - 152 с.
58.
Каменская, О.Л. Коммуникативная парадигма - что дальше? [Текст] / О.Л.
Каменская // Знание языка и языкознание. - М.: Наука, 1991. - с. 166-174.
59.
Каменская, О.Л., Текст и коммуникация [Текст] / О.Л. Каменская / Учеб.
пособие для ин-тов и фак-тов иностр. яз. - М.: Высш.шк., 1990. - 152 с.
60.
Караулов, Ю.Н. Русский язык и языковая личность [Текст] / Ю.Н. Караулов
- М.: Наука, 1987. - С. 102 - 114.
61.
Караулов, Ю.Н. Типы коммуникативного поведения носителя языка в
ситуации
лингвистического
эксперимента
[Текст]
/
Ю.Н.
Караулов
//
Этнокультурная специфика языкового сознания., М., 1996. - С. 67 - 96.
62.
Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса., [Текст] / М.:
ОАО ИГ “Прогресс”, 1999. - 416 с.
63.
Кибрик, А.А. Когнитивные исследования по дискурсу [Текст] / А.А. Кибрик
// ВЯ., №5. - 1994. - с. 126 -140.
64.
Кифер, Ф. О пресуппозициях [Текст] / Ф.О. Кифер // НЗЛ., Вып. VIII., - М.:
Прогресс. - 1978. - С. 337 - 342.
65.
Кобозева,
И.Н.
Немец,
англичанин,
француз
и русский:
выявление
стереотипов национальных характеров через анализ коннотаций этнонимов
[Текст] / И.Н. Кобозева // Вестник Моск. ун-та. Сер. 9. Филология. №3. - 1995.- С.
102-116.
66.
Кобрина, Н.А. Механизмы речепорождения и восприятия текста в рамках
когнитивной лингвистики (перспективы изучения). [Текст] / Н.А. Кобрина //
Когнитивная лингвистика: Современное состояние и перспективы развития.,
Материалы Первой междунар.школы-семинара по когнитивной лингвистике.,
Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р.Державина, 1998. - с. 11 - 13.
67.
Кожемякин, Е.А. Массовая коммуникация и медиадискурс: к методологии
95
исследования [Электронный ресурс] / Е.А. Кожемякин // Современный дискурсанализ. Электронный журнал. Выпуск 2, Том 11. 2010. - С. 72 - 80. - Режим
доступа: http ://discourseanalysis.org/ada2 1/st20. shtml
68.
Кожин, А.Н., Крылова, О.А., Одинцов, В.В. Функциональные типы русской
речи. [Текст] / А.Н. Кожин, О.А. Крылова, В.В. Одинцов.
- М.: Просвещение,
1982. - 223 с.
69.
Красных, В.В. «Свой» среди «чужих»: миф или реальность? [Текст] / В.В.
Красных. - М.: ИТДГК «Гнозис», 2003. - 375 с.
70.
Красных, В.В. Основы психолингвистики и теории коммуникации: Курс
лекций. [Текст] / В.В. Красных. - М.: ИТДГК "Гнозис", 2001. - 270 с.
71.
Крысин, Л.П.
Социолингвистические аспекты изучения современного
русского языка [Текст] / Л.П. Крысин // Вестник АН СССР. - 1986. - №8. - С. 49­
55.
72.
Крюков, А.Н. Фоновые знания и языковая коммуникация [Текст] / А.Н.
Крюков // Этнопсихолингвистика. М.: Наука, 1988. - С. 19-34.
73.
Кубрякова, Е.С. Номинативный аспект речевой деятельности [Текст] / Е.С.
Кубрякова. - АН СССР, Ин-т яз-зн., М.: Наука, 1986. - 156 с.
74.
Кубрякова, Е.С. Эволюция лингвистических идей во второй половине ХХ
века (опыт парадигмального анализа) [Текст] / Е.С. Кубрякова // Язык и наука
конца ХХ столетия: Сб. ст. / Под ред. Ю.С. Степанова. М., 1995. - С. 144-238.
75.
Кубрякова, Е.С., Александрова, О.В. Виды пространств текста и дискурса
[Текст] / Е.С. Кубрякова, О.В. Александрова // Категоризация мира: пространство
и время. Материалы научной конференции. М., 1997. - С. 19.
76.
Лабов, У.
Исследование языка в его социальном контексте [Текст] / У.
Лабов // Новое в лингвистике. - Вып. VII. - М., - 1975. - с. 96-181.
77.
Лакофф, Дж. Мышление в зеркале классификаторов / Дж. Лакофф // Новое
в зарубежной лингвистике. - Вып. XXIII. [Текст] - М., - 1988. - с. 12-51.
78.
Ларионова, М.В. Россия и Испания в зеркале газетно-публицистического
дискурса: метафоры и стереотипы / М.В. Ларионова // Вестник МГИМО
96
университета. - Издательство: ФГАОУ ВО "МГИМО (университет). - 2010. - С. 1­
8. - Режим
доступа:
https://cyberleninka.ru/article/nyrossiya-i-ispaniya-v-zerkale-
gazetno-publitsisticheskogo-diskursa-metafory-i-stereotipy
79.
Лебедева, Л.Б. Референциальные критерии в типологии высказываний
[Текст] // ВЯ, №6, 1991. - с.51-63.
80.
Леонтьев, А.А. Основы психолингвистики. [Текст] / А.А. Леонтьев. - М.:
Смысл, 1997. - 287 с.
81.
Леонтьев, А.А. Понятие текста в современной лингвистике и психологии
[Текст] / А.А. Леонтьев // Психолингвистическая и лингвистическая природа
текста и особенности его восприятия., Киев: Вища школа. - 1979., - С.7-18.
82.
Леонтьев, А.А. Признаки связности и цельности текста. [Текст] / А.А.
Леонтьев // Лингвистика текста. Сб.науч.трудов., Вып.103., М.: МГПИИЯ
им.М.Тореза., 1973.- С.68.
83.
Лингвистический энциклопедический словарь (ЛЭС) [Текст] / Глав. ред. В.
Н. Ярцева. - М.: Издательство "Советская энциклопедия", 1990. - 685 с.
84.
Логический анализ языка: Культурные концепты: [Сб.ст.] [Текст] // АН
СССР Ин-т языкознания; [Редкол.: Н.Д.Арутюнова (отв.ред.) и др.]. - М.: Наука,
1991. - 203 с.
85.
Логический анализ языка: Язык речевых действий [Текст] // РАН Ин-т яз-
знания (отв.ред. Арутюнова Н.Д., Рябцева Н.К.), - М.: Наука, 1994. - 185 с.
86.
Лукин В.А. Художественный текст: Основы лингвистической теории и
элементы анализа: Учеб. для филол. спец. вузов. [Текст] / В.А. Лукин. - М.: Издво “Ось -89”, 1999. - 192 с.
87.
Лурия, А.Р. Язык и сознание. [Текст] / А.Р. Лурия. - М.: Изд-во МГУ, 1979. -
319 с.
88.
Макаров, М.Л. Коммуникативная структура текста: Конспект лекций.
[Текст] / М.Л. Макаров. - Тверь: Изд-во Тверского гос. Ун-та. , 1990. - 52 с.
89.
Макаров, М.Л., Основы теории дискурса. [Текст] / М.Л. Макаров. - М.:
ИТДГК "Гнозис", 2003. - 280 с.
97
90.
Малярчук-Прошина, У.О., Синтаксические средства выражения оценки в
медиатекстах [Электронный ресурс] / У.О. Малярчук-Прошина // Ученые записки
Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Филологические
науки Том 1, № 2 (67).
2015. - Симферополь: Крымский федеральный
университет им. В.И. Вернадского. - 2015. - С. 89-94. - Режим доступа:
https://elibrary.ru/item.asp?id=25471687
91.
Маслова, В.А. Лингвокультурология: [Текст] / Учеб. пособие для студ.
высш. учеб, заведений. - 2-е изд., стереотип. / В.А. Маслова. - М.: Издательский
центр «Академия», 2004. - 208с.
92.
Матевосян, Л.Б. Прагматический эффект нестандартного употребления
стандартных высказываний [Текст] / Л.Б. Матевосян // Филологические науки. 1997.- №4. - С. 96 - 102.
93.
Миронова, Н.Н. Оценочный дискурс: проблемы семантического анализа
[Текст] / Н.Н. Миронова // Изв. РАН СЛЯ. - 1997.- т. 56.- №4. - С. 52 - 59.
94.
Москальская О.И. Грамматика текста. [Текст] / О.И. Москальская. - М.:
Высшая школа, 1981. - 183 с.
95.
Навицкайте, Э.А. Особенности манипуляции сознанием рецепиента в
медиадискурсе и языковые средства ее реализации [Электронный ресурс] / Э.А.
Навицкайте // Современные тенденции развития науки и технологий. / По
материалам XIX Международной научно-практической конференции (Белгород,
31
октября
2016
г.)
- Белгород.:
2016.
-
С.73-76.
-
Режим
доступа:
https://elibrary.ru/item.asp?id=27337373
96.
Наер, В.Л.
К проблеме жанра в системе функционально-стилевой
дифференциации языка [Текст] / В.Л. Наер // Сб.науч.тр., Вып. 286., М.: , 1987. С.40-45.
97.
Наер, В.Л. О текстовых параметрах функционального стиля (к постановке
проблемы) [Текст]
/ В.Л. Наер // Текст в функционально-стилевом аспекте.,
Сб.науч.трудов., М.: 1988. - С.4-9.
98.
Наер, Н.М. Стилистика немецкого языка: Учеб.пособие. [Текст] / Н.М.
98
Наер. - М.: Высшая школа, 2006. - 271 с.
99.
Национально-культурная специфика речевого поведения. [Текст] / Под ред.
А. А. Леонтьева, Ю. А., Сорокина, Е. Ф. Тарасова. — М.: Наука, 1977. - 352 с.
100. Некрасова, А.Е., Этнические стереотипы в медийном дискурсе: механизмы
интерпретации и попытка классификации [Электронный ресурс / А.Е. Некрасова
// Вестник МГУ. Серия 19: Лингвистика и межкультурная коммуникация. М.:
Издательство: Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. № 2, 2009. - с. 141-147. - Режим доступа: https://elibrary.ru/item.asp?id=12923565
101. Николаева, Т.М. Лингвистика начала ХХ1 века: попытка прогнозирования
[Текст] // Лингвистика на исходе ХХ века: Итоги и перспективы: Тезисы
междунар.конференции. - М.: Филология, 1995. - Т.2. - с. 379 - 382.
102. Николаева,
Т.М.
Лингвистика
текста.
Современное
состояние
и
перспективы [Текст] // НЗЛ., Вып. VIII., Лингвистика текста., - М.: Прогресс. 1978. - с.5-39.
103. Обдалова, О.А, Минакова Л.Ю., Соболева А.В., Исследование роли
контекста в интерпретации социокультурно маркированного дискурса на основе
дискурсивно-когнитивного
подхода //
Вестник
Томского
государственного
университета. 2016. № 413. С. 38-45. https://cyber1eninka.ru/article/n/issledovanieroli-konteksta-v-mterpretatsii-sotsiokultumo-markirovannogo-diskursa-na-osnovediskursivno-ko gnitivno go-podhoda
104. Общение. Текст. Высказывание. [Текст] / Отв.ред.: Ю.А.Сорокин, Е.Ф.
Тарасов., - АН СССР, Институт языкознания. - М.: Наука, 1989. - 176 с.
105. Орлова, О.Г., Стереотип в публицистическом дискурсе [Электронный
ресурс] / О.Г. Орлова
выпуск
6:
// Вестник НГУ. Серия: История, филология.
Журналистика.
2012.
-
С.
104-109.
-
Режим
Том 11,
доступа:
https://cyberleninka.ru/article/n/stereotip-v-publitsisticheskom-diskurse
106. Орлова,
О.Г.,
Стереотипы-представления
о
России
в
американском
публицистическом дискурсе [Электронный ресурс] / О.Г. Орлова // Вопросы
когнитивной лингвистики. № 4 (029). - 2011. - с. 93-102. 99
Режим доступа:
https://cyberleninka.m/article/n/stereotipy-predstavleniya-o-rossii-v-amerikanskompublitsisticheskom-diskurse
107. Петрова, Н.В. Текст и дискурс [Текст] /
Н.В. Петрова // Вопросы
языкознания № 6, 2003. - С. 123-131.
108. Попова, М.А. Новые формы языковой стереотипии в современных СМИ
[Электронный ресурс] / М.А. Попова // Вестник Волжского университета им. В.Н.
Татищева. № 4(11). - Тольятти: Волжский университет имени В.Н. Татищева
(институт).
-
2012.
-
С.60-69
-
Режим
доступа:
https://elibrary.ru/item.asp?id=19038196
109. Почепцов, Г.Г. Дискурсивный и композитный уровни лингвистического
анализа текста [Текст] / Г.Г. Поцепцов // Лингвистика текста и обучение
иностранным языкам./ Сб.науч.ст., Киев : Вища школа. - 1978. - С.6-17.
110. Разинкина, Н.М. О понятии стереотипа в языке научной литературы (к
постановке вопроса). [Текст] / Н.М. Разинкина // Научная литература. Язык.
Стиль. Жанры.- Сб. науч. ст., М.: Наука, 1985. - С.33-47.
111. Ратмайр, Р.
Функциональные и культурно-сопоставительные
аспекты
прагматических клише (на материале русского и немецкого языков ) [Текст] / Р.
Ратмайр // ВЯ. №1. - 1997. - С.15-22.
112. Ревзина, О.Г. Язык и дискурс [Текст] / О.Г. Ревзина // Вестник Моск.Ун-та.
Сер.9. Филология. №1. - 1999. - С.25-33.
113. Реферовская,
Е.А.
Коммуникативная
структура
текста
в
лексико-
грамматическом аспекте. [Текст] / Е.А. Реферовская. - АН СССР, Институт
языкознания, Ленинградское отделение. Отв. ред. Бондарко А.В. - Л.: Наука:
Ленинградское. отделение, 1989. - 168 с.
114. Рыжков, В.Г., Сорокин, Ю.А. Стереотипизация как метод воздействия на
аудиторию
[Текст] / В.Г. Рыжков, Ю.А.
идеологического воздействия. Сб.науч.ст., М.:
115. Смысловое
восприятие
речевого
Сорокин // Язык как средство
, 1983. - С. 96-122.
сообщения
(в
условиях
массовой
коммуникации)., [Текст] / (Ответ.ред. Т.М.Дридзе и А.А.Леонтьев)., М.: Наука,
100
1976. - 263 с.
116. Солганик Г.Я., Язык СМИ на современном этапе [Электронный ресурс] /
Г.Я. Солганик // Мир русского слова № 2. - 2010. - С. 21-24. - Режим доступа:
https://cyberleninka.ru/article/n/yazyk-smi-na-sovremennom-etape
117. Сорокин, Ю.А. Психолингвистические аспекты изучения текста. [Текст] /
Ю.А. Сорокин. - М.: Наука, 1985. - 168 с.
118. Сорокин,
Ю.А.
Речевые
маркеры
этнических
и
институциональных
портретов и автопортретов (какими мы видим себя и других) [Текст] / Ю.А.
Сорокин // ВЯ. - 1995.- № 6. - С. 43 - 53.
119. Текст в языке и речевой деятельности [Текст] / Сб. науч. Трудов / АН СССР
Ин-т языкознания и др. - М.: - 1987. - 249 с.
120. Третьякова, Т.П. Речевые стереотипы [Текст] / Т.П. Третьякова. СПб.: Издво СПбГУ, 1998.- 120 с.
121. Третьякова,
Т.П.,
О
лингвистической
интерпретации
современных
стереотипов [Электронный ресурс] / Т.П. Третьякова // Вестник ЛГУ им. А.С.
П ушкина. - 2015. - С. 201-208. - Режим доступа: https://cyber1enmka.ru/article/n/olingvisticheskoy-interpretatsii-sovremennyh-stereotipov
122. Тураева, З.Я. Лингвистика текста - одна из доминант современной научной
парадигмы [Текст] / З.Я. Тураева // Лингвистика на исходе ХХ века: Итоги и
перспективы: Тезисы междунар.конференции. - М.: Филология, 1995. - Т. 2. - С.
491 - 493.
123. Тураева, З.Я. Лингвистика текста и категория модальности [Текст] / З.Я.
Тураева // ВЯ. - 1994. - № 3. - С. 105 -114.
124. Тураева, З.Я. Лингвистика текста: (Текст: структура и семантика). [Текст] /
З.Я. Тураева. - М.: Просвещение, 1986. - 216 с.
125. Уварова, Е.А. Медиатекст и медиадискурс: к проблеме соотношения
понятий / Е.А. Уварова // Вестник МГОУ. Серия: Лингвистика 2015 / № 5. - С.4754. - Режим доступа: https://www.vestnik-mgou.ru/Articles/Doc/8869
126. Уфимцева, Н.В. Этнические и культурные стереотипы: Кросс-культурное
101
исследование [Текст] / Н.В. Уфимцева // Изв. РАН СЛЯ. - 1995.- т. 54. - №3.- С.
55 - 62.
127. Федосюк, М.Ю. Нерешенные вопросы теории речевых жанров [Текст] /
М.Ю. Федосюк // ВЯ., № 5. - 1997. - С. 102-120.
128. Формановская, Н.И. Речевой этикет и культура общения. [Текст] / Н.И.
Формановская. - М.: Высш.шк., 1989. - 156 с.
129. Фролова, О.Н. Национальные стереотипы русских и немцев / О.Н. Фролова
// Журнал Вестник ЧГПУ № 10. - 2008. - Издательство: ФГБОУ ВО "ЮУГГПУ". 2008. - С. 245-253. Режим доступа:
https://cyberleninka.ru/article/:n/natsionalnye-
stereotipy-russkih-i-nemtsev
130. Фрумкина, Р.М. “Язык и мышление” как проблема лингвистического
эксперимента [Текст] / Р.М. Фрумкина // Известия АН СССР. СЛЯ., 1981, т.40.,
№3., - С.225-236.
131. Хаймс, Д. Х.
Этнография речи [Текст] / Д.Х. Хаймс
//
Новое в
лингвистике. - Вып. VII. - М., - 1975. - С. 42-95.
132. Храпченко, М.Б. Текст и его свойства [Текст] / М.Б. Храпченко // ВЯ., №2.
- 1985. - С.3-9.
133. Человеческий фактор в языке: Коммуникация, модальность, дейксис.
[Текст] - М.: Наука, 1992. - 181 с.
134. Чемоданов, Н.С.
Проблемы
социальной лингвистики в современном
языкознании [Текст] / Н.С. Чемоданов // Новое в лингвистике. - Вып. VII. - М.:
Прогресс, 1975. - С. 5-33.
135. Чернявская, В.Е. От анализа текста к анализу дискурса: немецкая школа
дискурсивного анализа [Текст] / В.Е. Чернявская // Филологические науки. - № 3.
- 2003. - с. 68 - 76.
136. Щекотихина, И.Н.
Стереотип:
аспекты
и перспективы
исследования
[Текст] // Вестник ЛГУ им. А.С. Пушкина. Серия филология, 2008. - № 5 (19). С. 69-80.
137. Эккерт, А.Ф. Способы выражения умозаключения в современном немецком
102
языке
: К
диалектике
взаимодействия
экспилицитного
и
имплицитного
логического содержания основных единиц языка : автореферат дис. ... кандидата
филологических наук : 10.02.19 / Эккерт Альвина Федоровна. - Моск. гос.
лингвистич. ун-т.- Москва, 1991.- 23 с.
138. Эпштейн, М.Н. Идеология и дискурс (построение модели и осмысление
дикурса) [Текст] / М.Н. Эпштейн // ВЯ, №6, 1991. - С.19-33.
139. Этнокультурная специфика языкового сознания. Сб.ст. [Текст] / Отв. ред.
Н.В. Уфимцева. М.: РАН Ин-т языкознания., 1996. - 227 с.
140. Язык - культура - этнос. [Текст] / Редколлегия: М. Б. Ешич, Я. Корженский,
Г. П. Нещименко (отв. редактор), Л. Б. Никольский, Ю. А. Сорокин, Е. Ф.
Тарасов, Г. И. Замятина. - РАН. Науч. совет по истории мировой культуры. - М.:
Наука, 1994. - 233 с.
141. Agricola, E. Der Text und sein Thema. [Текст] / E. Agricola. - Sprachpflege,
1976. - Heft 1. - S. 6-15.
142. Agricola, E. Text - Textaktanten - Informationskern. [Текст] / E. Agricola //
Probleme der Textlingrammatik II. Studia grammatica XVIII., Berlin: Akademie­
Verlag., 1977. - S.14.
143. Agricola, E. Textstruktur aus linguistischer Sicht
[Текст] / E. Agricola //
Wissenschaftliche Zeitschrift der Pädagogischen Hochschule Erfurt/Mühlhausen 7, Heft
2., 1970. - S. 85-88.
144. Allport, G.W. Die Natur des Vorurteils [Текст] / G.W. Allport // Köln, 1971
(Dt. Übersetzung von “The Nature of Prejudice”., Cambridge., Mass., 1954)
145. Antos, G.: Grundlagen einer Theorie des Formulierens: Textherstellung in
geschriebener und gesprochener Sprache. [Текст] / G. Antons // (Reihe germanistische
Linguistik 39.). - Tubingen: 1982.
146. Beaugrand, R.A. The Text Linguistics [Текст] / R.A. Beaugrand. - 1994. - P.
4573 - 4578.
147. Beaugrande, R.A. de, Dressler W. U. Einführung in die Textlinguistik / R.A.
Beaugrand, W. U. Dressler // Konzepte der Sprach- und Literaturwiss. 28., [Текст] 103
Tubingen: Niemeyer., 1981. - S. 4 -5.
148. Cicourel, A. Cognitive Sociology. [Текст] / A. Cicourel. - Harmondsworth:
Penguin, 1973.
149. Coulmas, F. Routine im Gesprach. Zur pragmatischen Fundierung der Idiomatik:
[Текст] / F. Coulmas. - Wiesbaden, 1981.
150. Couptland, N. Introduction [Текст] / N. Couptland // Styles of Discourse., Croom
Helm. - London, 1988. - 298 p.
151. Dittmar, N. (Hrsg.): Soziolinguistik. Ein Forschungsbericht mit kommentierter
Bibliographie., [Текст] / N. Dittmar. - Frankfurt/M., 1972.
152. Dittmar, N. Soziolinguistik: exemplarische und kritische Darstellung ihrer
Theorie, Empirie und Anwendung. Mit kommentierter Bibliographie., [Текст] / N.
Dittmar. - Frankfurt/M.: (= Fischer Athenaum Taschenbucher 2013)., 1973.
153. Halliday, M.A.K. Language Structure and Language Function. [Текст] / M.A.K.
Halliday. - In: New Horizons in Linguistics. Harmondsworth, 1970.
154. Harding, J. Prejudice and Ethnic Relations. [Текст] / J. Harding. - In: Lindzey /
Aronson, Hrsg., Vol. 5., Cambridge: Mass. - S. 1-61.
155. Heinemann, W., Viehweger, D. Textlinguistik. Eine Einfuhrund. [Текст] / W.
Heinemann, D.Viehweger. - Tübingen: Reihe Germanistische Linguistik 115. - 1991.
156. Henne, H.
Sprachpragmatik. Nachschrift einer Vorlesung. / H.Henne. -
Tübingen.-1975. - 120 S.
157. Keller, J. D. Cognitive Anthropology [Текст] / J. D. Keller // The Encyclopedia
of Language and Linguistics / Ed. by R. E. Asher, J. M. Y. Simpson. Oxford, New
Yort, Seoul, Tokyo: Pergamon Press, 1994. - P. 588-590.
158. Konig, R. Soziologie. [Текст] / Frankfurt/M.: Rev. und erw. Neuaufl., 1967. 275 S.
159. Koszyk, K., Pruys, K.-H. [Текст] / (Hrsg.) dtv. Wörterbuch zur Publizistik.
München, 1969.
160. Kress, G. Linguistic Processes in Sociocultural Practice. [Текст] / G. Kress. Oxford: Oxford University Press, 1990.
161. Labov, W., Fanchel, D. Therapeutic discourse [Текст] / W. Labov, D. Fanchel, 104
New York: Academic Press., 1977.
162. Lewandowski, T. Linguistisches Wörterbuch. [Текст] / T. Lewandowski. Heidelberg, Wiesbaden: Quelle u.Meyer., 1994.
163. Luger, H.H. Routinen und Rituale in der Alltagskommunikation. [Текст] / H.H.
Luger. - Tübingen., 1993.
164. Quasthoff,
U.
Soziales
Vorurteil
und
Kommunikation:
Eine
sprachwissenschaftliche Analyse des Stereotyps. [Текст] / U. Quasthoff. - Frankfurt: ,
1973.
165. Sandig, B. Schriftsprachliche Norm und die Beschreibung und Beurteilung
spontan gesprochener Sprache [Текст] / B. Sandig. - In: Gunter Presch und Klaus Gloy
(Hrsg.), Sprachnormen II., problemata frommann - holzboog, 1976. - S. 93-104.
166. Schaff, A. Die Sprache und das menschliche Handeln. [Текст] / In: Essays uber
Philosophie der Sprache., Wien/Frankfurt/M./Zurich, 1968. - S. 95 -116.
167. Schoeck, H. Kleines soziologisches Wörterbuch., [Текст] - Freiburg/Breisgau,
1970.
168. Sowinski, B. Stilistik: Stiltheorien und Stilanalysen. [Текст] / B. Sowinski. Stuttgart: Metzler, 1999. - 248 S.
169. Steger, H. Soziolinguistik: Ansatze zur soziolinguist. Theoriebildung, [Текст] /
hrsg. von Hugo Steger. - Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft, (Wege der
Forschung: Bd. 344). - 1982. - 480 S.
170. Steger, H. Sprachverhalten - Sprachsystem - Sprachnorm. [Текст] / H. Steger. In: Deutsche Akademie für Sprache und Dichtung, Darmstadt, Jahrbuch 1970,
Heidelberg/ Darmstadt, 1972. - S. 11-32.
171. Steger, H. Über das Verhalten von Sprachnorm und Sprachentwicklung in der
deutschen Gegenwartssprache. [Текст] / H. Steger. - In: Moser, H. (ed.) : Sprachnorm,
Sprachpflege, Sprachkritik. (Sprache der Gegenwart, Band 2.), Düsseldorf, 1968. S.45-66.
172. Steger,
H.,
Deutrich,
Redekonstellationstyp,
K.-H.,
Schank
Textexemplar,
G.,
Schutz
Textsorte
105
im
E.
Redekonstellation,
Rahmen
eines
Sprachverhaltensmodells. [Текст]
/ H. Steger. - In: Moser H. (ed.): Gesprochene
Sprache. Jahrbuch 1972 des Instituts fur deutsche Sprache. (Sprache der Gegenwart,
Band 26.), Düsseldorf, 1974. - S.39-97.
173. Wenzel, A. Zur Bestimmung und Klassifikation von Stereotypen in gesprochener
Sprache. [Текст] / A. Wenzel. - (Heutiges Deutsch 1/13.), München, 1977. - S. 74-86.
174. Wierzbicka, A. Cross-cultural pragmatics: The semantics of human ineraction..,
[Текст] / A. Wierzbicka. - Berlin: Mouton de Gruyter., 1991. - P.16.
175. Wolf, H.E. Stellungnahmen deutscher Jugendlicher zu westlichen u. a. Gruppen.
[Текст] / In: Kölner Zeitschrift für Soziologie und Sozialpsychologie 18., Köln, 1966. S. 300 - 328.
176. Wunderlich, D. Zur Konventionalität von Sprechakten [Текст] / D. Wunderlich //
Linguistische Pragmatik., Frankfurt., 1972., - S. 11-58.
106
СПИСОК ИНТЕРНЕТ ИСТОЧНИКОВ ПРИМЕРОВ
1.
33 Tage lang stellte ich Russen diese Frage: Warum wollt ihr Putin
nicht loswerden? // Режим доступа: https://www.focus.de/sport/fussball/wm2018/vor ort/focus-online-bei-der-wm-wm id 9263133.html
(Дата
доступа:
Russland
//
16.07.2018)
2.
Abschied
von
Putins
https://www.tagesspiegel.de/politik/auswanderung-abschied-von-putinsrussland/22929396.html (Дата доступа: 19.08.2018)
3.
Alle
lieben
Putin-Land
//
Режим
доступа:
http://www.taz.de/15521644/ (Дата доступа: 13.07.2018)
4.
BND-Chef sieht Russland als
"potenzielle Gefahr" // Режим
доступа: https://www.sueddeutsche.de/politik/deutscher-geheimdienst-bnd-chefsieht-russland-als-potenzielle-gefahr-1.3749160 (Дата доступа: 14.11.2017)
5.
Danke,
Putin!
Danke
für
alles!
//
Режим
доступа:
https://www.welt.de/kultur/article138037412/Danke-Putin-Danke-fueralles.html#disqus thread (Дата доступа: 04.03.2015)
6.
Das
Gastland
in
Zahlen
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/2018-06/wm-gastgeber-russland-russen-gesellschaftzahlen (Дата доступа: 14.06.2018)
7.
Der
kleine
Aufstand
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/sport/2018-07/russland-fussballfans-wm-2018-besucherbevoelkerung/komplettansicht (Дата доступа: 14.07.2018)
8.
Der
Schatten
des
Wladimir
Putin
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2014-11/putin-ukraine-russland-g20
(Дата
доступа: 16.11.2014)
9.
Der
schwierige
Nachbar
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-06/russland-nachbarlaender-sorgefussball-weltmeisterschaft/komplettansicht (Дата доступа: 13.06.2018)
107
10.
Der
Sommer,
als
Russland
lächelte //
Режим
доступа:
http://www.spiegel.de/sport/fussball/wm-2018-in-russland-der-sommer-alsrussland-laechelte-a-1217207.html (Дата доступа: 09.07.2018)
11.
Der
Zar
und
seine
Höflinge
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/putin-im-fernsehen-der-zar-und-seinehoeflinge-15628489.html (Дата доступа: 07.06.2018)
12.
доступа:
Deutschland und Russland: So
nah und doch so fern // Режим
http://www.sueddeutsche.de/politik/deutschland-und-russland-so-nah-
und-doch-so-fern-1.3745650 (Дата доступа: 24.12.2017)
13.
Die
Russen
und
wir
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-06/russland-deutschlandbeziehungen/komplettansicht (Дата доступа:07.06.2018)
14.
Dieses
Land
ist
nicht
zu
fassen //
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/zeit-magazin/leben/2018-05/russland-geschichte-bilderrueckblick- 1940-gegenwart-fs (Дата доступа: 07.06.2018)
15.
Ein
bisschen
Entspannung
//
Режим
доступа:
http://www.taz.de/15503476/ (Дата доступа: 18.05.2018)
16.
Endlich
ist
mal
was
los
//
Режим
доступа:
http://www.taz.de/15512839/ (Дата доступа: 16.06.2018)
17.
Eröffnung der Krim-Brücke: Allen Stürmen zum Trotz // Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/putin-eroeffnet-neue-
bruecke-zwischen-russland-und-der-krim-halbinsel15591803.html?printPagedArticle=true#pageIndex 0
(Дата
доступа:
Режим
доступа:
15.05.2018)
18.
Es
war
Putins
Jahr
//
https://www.zeit.de/politik/ausland/2014-12/putin-sanktionen-ukraine-eurussland-2014-jahr-verloren (Дата доступа: 29.12.2014)
108
19.
Режим
Fake News und Politik Putins Trolle und die Weltordnung //
доступа:
https://www.sueddeutsche.de/politik/fake-news-und-politik-
putins-trolle-und-die-weltordnung-1.3748939-2 (Дата доступа: 15.11. 2017)
20.
Fußball-WM im Ural Mythos Jekaterinburg //
Режим доступа:
http://www.taz.de/15512013/ (Дата доступа: 21.06.2018)
21.
Fußball-W M in Russland: Ich boykottiere diese Show // Режим
доступа: https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-05/fussball-wm-russland-fifaboykott-pro-contra (Дата доступа: 06.06.2018)
22.
Fußball-WM in Russland: Putins Restrisiko? Die Bürger // Режим
доступа: http://www.taz.de/15513093/ (Дата доступа: 13.06.2018)
23.
Gaius
Julius
Putin
//
Режим
доступа:
http://www.zeit.de/politik/ausland/2015-05/wladimir-putin-bueste-statueverehrung (Дата доступа: 15.05.2015)
24.
Gezielte
Verwirrung
//
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/skripal-kommentar-gezielteverwirrung-15526405.html (Дата доступа: 04.04.2018)
25.
Gipfel mit Putin und Trump: Treffen sich zwei Alphamännchen //
Режим доступа: http://www.taz.de/15517719/ (Дата доступа: 15.07.2018)
26.
Режим
G ipfeltreffen in H elsinki: Wladimir Putin kann nur gewinnen //
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-07/gipfeltreffen-
helsinki-donald-trump-wladimir-putin (Дата доступа: 15.07.2018)
27.
Inszenierte
Demokratie
//
Режим
доступа:
http://www.welt.de/print/welt kompakt/print politik/article139676335/Inszeniert
e-Demokratie.html (Дата доступа: 17.04.2015)
28.
Investoren aus Russland agieren im Verborgenen // Режим доступа:
https://www.welt.de/finanzen/immobilien/article172162426/Warum-Investorenaus-Russland-unerkannt-bleiben-wollen.html (Дата доступа: 04.01.2018)
109
29.
Jetzt
wisst
ihr,
was
wir
draufhaben
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/2018/29/russland-imagepflege-fussball-wmnationalmannschaft/komplettansicht (Дата доступа: 11.07.2018)
30.
Grenze
Jugend
protestiert
überschritten!“
//
gegen
Putin:
Режим
доступа:
„Der
Kreml
hat
die
https://www.bild.de/bild-
plus/politik/ausland/headlines/russlands-jugend-gegen-putin54713072,view=conversionToLogin.bild.html (Дата доступа: 11.02.2018)
31.
Grenze
JUGEND PROTESTIERT GEGEN PUTIN: „Der Kreml hat die
überschritten!“
//
Режим
доступа:
https://www.bild.de/bild-
plus/politik/ausland/headlines/russlands-jugend-gegen-putin54713072,view=conversionToLogin.bild.html (Дата доступа: 11.02.2018)
32.
Kornkammer
Russland
//
Режим
доступа:
https://www.welt.de/print/die welt/wirtschaft/article165289274/KornkammerRussland.html (Дата доступа: 7.06.2017)
33.
Kriegsschiffe: Putins Manöver schrecken die Australier auf // Режим
доступа:
https://www.welt.de/politik/ausland/article134289106/Putins-
Manoever-schrecken-die-Australier-auf.html (Дата доступа: 13.11.2014)
34.
Kurz vor dem Tod sprach Grass vom dritten großen Krieg // Режим
доступа: http://www.welt.de/kultur/article139520371/Kurz-vor-dem-Tod-sprachGrass-vom-dritten-grossen-Krieg.html (Дата доступа: 14.04.2015)
35.
MH17 - Wendepunkt der deutschen Russland-Politik // Режим
доступа:
https://www.welt.de/politik/deutschland/article130370909/MH17-
Wendepunkt-der-deutschen-Russland-Politik.html (Дата доступа: 20.07.2014)
36.
Mit dem Fahrrad durch die Moskauer Rush-Hour // Режим доступа:
http://www.fr.de/panorama/leute/umsteigen-mit-dem-fahrrad-durch-diemoskauer-rush-hour-a-1335141 (Дата доступа: 20.08.2017)
37.
M ord
Ermittlungen
an
Journalistin:
verurteilt
Russland
//
110
wegen
Режим
Politkowskajaдоступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-07/anna-politkowskaja-mordiournalistin-russland-schmerzensgeld (Дата доступа: 17.07.2018)
38.
Moskaus
langer
Arm
//
Режим
доступа:
http://www.welt.de/print/welt kompakt/debatte/article 133719416/Moskauslanger-Arm.html (Дата доступа: 28.10.2014)
39.
Potemkinsche
Spiele
//
Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/stimmung-in-russland-staat-zeigtliberale-seite-15660912.html?printPagedArticle=true#pageIndex 0
(Дата
доступа: 27.06.2018)
40.
Protest
gegen
den
„Zaren“
//
Режим
доступа:
http://www.taz.de/Archiv-Suche/!5500696&s=&SuchRahmen=Print/
(Дата
доступа: 07.05.2018)
41.
Proteste zur Fußball-W M : Ein bisschen Aufruhr // Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-06/proteste-fussball-wm-
russland-hungerstreik-oleg-senzow/komplettansicht (Дата доступа: 10.06.2018)
42.
Prügel
für
die
Machtlosen
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/online/2007/16/russland-demos/komplettansicht
(Дата
доступа: 13.04.2007)
43.
Pussy Riot stören WM-Finale mit Flitzeraktion // Режим доступа:
https://www.zeit.de/gesellschaft/zeitgeschehen/2018-07/russland-pussy-riotaktion-protest-fussball-wm-menschenrechte (Дата доступа: 16.07.2018)
44.
wenn
PUTIN DROHT DEUTSCHLAND Syrer dürfen zurückkehren die
EU
zahlt
//
Режим
доступа:
https ://www.bild.de/politik/ausland/headlines/putin-drohung-55747152.bild.html
(Дата доступа: 19.05.2018)
45. Putin hat nicht vor, die Ukraine in Ruhe zu lassen // Режим
доступа:
http://www.welt.de/print/welt kompakt/article130414953/Putin-hat-
nicht-vor-die-Ukraine-in-Ruhe-zu-lassen.html (Дата доступа: 22.07.2014)
111
46.
Putin
ist Dschingis
Khan
mit Internet // Режим
доступа:
https://www.welt.de/kultur/literarischewelt/article127510809/Putin-ist-DschingisKhan-mit-Internet.html (Дата доступа: 02.05.2014)
47.
Putin
ist
unzufrieden
und
geht
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2014-11/putin-merkel-g20#comments
(Дата
доступа: 16.11.2014)
48.
Putin
und die Helden der
Sowjetunion // Режим
доступа:
http ://www.taz.de/Archiv- Suche/15504859&s=&SuchRahmen=Print/
(Дата
доступа: 11.05.2018)
49.
доступа:
Putin will eine neue Ordnung nach russischem Gusto
// Режим
http://www.welt.de/debatte/kommentare/article134869347/Putin-will-
eine-neue-Ordnung-nach-russischem-Gusto.html (Дата доступа: 01.12.2014)
50.
Putins
große
Show
//
Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/europa/wladimir-putins-fernsehshow1-5-millionen-fragen-13541252.html (Дата доступа: 16.04.2015)
51.
Putins
politische
Idee
ist
Zerstörung
//
Режим
доступа:
http://www.welt.de/print/welt kompakt/article133682340/Putins-politische-Ideeist-Zerstoerung.html (Дата доступа: 27.10.2014)
52.
Putins
Pragmatismus
//
Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/ukraine-putins-pragmatismus13218209.ht.m1 (Дата доступа: 19.10.2014)
53.
Putins
Trolle
//
Режим
доступа:
https://www.sueddeutsche.de/politik/propaganda-aus-russland-putins-trolle1.1997470 (Дата доступа: 13.06.2014)
54.
Raketen, Jets, Radare - wie Moskau aufrüstet // Режим доступа:
https://www.welt.de/politik/ausland/article133814866/Raketen-Jets-Radare-wieMoskau-aufruestet.html (Дата доступа: 30.10.2014)
55.
Rudeltanz
im
Gruppenwaschraum
//
Режим
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/russland-rudeltanz-im112
доступа:
gruppenwaschraum-vor-der-wahl15415465.html?printPagedArticle=true%23pageIndex 0
(Дата
доступа:
25.01.2018)
56.
Russen bezahlten Privatflugzeug für AfD-Politiker // Режим
доступа: http://www.faz.net/aktuell/politik/russen-bezahlten-privatflugzeug-fuerafd-politiker-15600740.html (Дата доступа: 21.05.2018)
57.
Russen haben mehr Angst vor Deutschen als vor
dem IS
http://www.handelsblatt.com/politik/international/neue-studie-russen-habenmehr-angst-vor-deutschen-als-vor-dem-is/20833852. html
(Дата
доступа:
Режим
доступа:
12.01.2018)
58.
Russen,
was
ist
los
mit
euch?
//
https://www.zeit.de/gesellschaft/zeitgeschehen/2018-06/moskau-fussball-wmrussland-stimmung-5vor8 (Дата доступа: 22.06.2018)
59.
R ussische H ooligans:"W ir sind jetzt die Nummer eins" // Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-06/hooligans-russland-wm-
wladimir-putin/komplettansicht (Дата доступа: 21.06.2018)
60.
R ussische O ligarchen: Ganz große Nummern // Режим доступа:
https://www.zeit.de/wirtschaft/2018-06/russische-oligarchen-einfluss-fussballwm-2018-aras-agalarow/komplettansicht (Дата доступа: 16.06.2018)
61.
Russische U-Boote nahe Datenkabeln machen Nato nervös // Режим
доступа:
http://www.spiegel.de/politik/ausland/russland-u-boote-nahe-von-
datenkabeln-machen-nato-nervoes-a-1184834.html (Дата доступа: 23.12.2017)
62.
Russland hat laut Putin nicht gegen Völkerrecht verstoßen // Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2014-11/putin-interview-krim-
voelkerrecht (Дата доступа: 17.11.2014)
63.
Russland muss Wachstumseinbruch eingestehen // Режим доступа:
https://www.welt.de/wirtschaft/article178584356/Russland-Wachstumseinbruchtrotz-hoeherer-Oelpreise.html // (Дата доступа: 02.07.2018)
113
64.
Russland:
Der
kleine
Aufstand
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/sport/2018-07/russland-fussballfans-wm-2018-besucherbevoelkerung (Дата доступа: 14.07.2018)
65.
Russlands
Hauptstadt: "Moskau,
cool!"
//
Режим
доступа:
http://www.spiegel.de/panorama/gesellschaft/moskau-russlands-metropole-trotztder-wirtschaftskrise-a- 1089201.html (Дата доступа: 28.04.2016)
66.
Schwieriger
Freund
Putin
//
Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/inland/deutsch-russisches-verhaeltnisschwierigkeiten-zwischen-west-und-ost- 15580771.html
(Дата
доступа:
09.05.2018)
67.
So
nah
und
doch
so
fern
//
http://www.sueddeutsche.de/politik/deutschland-und-russland-so-nah-und-dochso-fern-1.3745650 (Дата доступа: 24. 12. 2017)
68.
Stadt-Land-G efälle:
Russland
mal vier // Режим
доступа:
https://www.zeit.de/politik/ausland/2018-06/stadt-land-gefaelle-russland-lebenunterschiede (Дата доступа: 06.07.2018)
69.
Treffen
sich
zwei
Alphamännchen
//
Режим
доступа:
http://www.taz.de/15517719/ (Дата доступа: 15.07.2018)
70.
Und
Putin
steht
in
Ecke
//
Режим
доступа:
https://www.sueddeutsche.de/sport/2.220/olympia-und-putin-steht-in-der-ecke1.3879091 (Дата доступа: 23.02.2018)
71.
Unsichtbare
Liebe
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/campus/2018-06/homosexualitaet-lesben-provinz-frauenrussland/komplettansicht (Дата доступа: 13.06.2018)
72.
Versteh
einer
die
Russen
//
Режим
доступа:
https://www.zeit.de/gesellschaft/zeitgeschehen/2018-06/russland-gesellschaftfragen-alice-bota-maxim-kireev (Дата доступа: 30.06.2018)
73.
Was erlebt man im Zug von Berlin nach Moskau? // Режим доступа:
http://www.faz.net/aktuell/gesellschaft/was-erlebt-man-im-zug-von-berlin-nach114
moskau- 15638145.html?printPagedArticle=true#pageIndex 0
(Дата
доступа:
13.06.2018)
74.
Washington alarmiert über russische Einflussversuche // Режим
доступа:
Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/trumps-
praesidentschaft/amerikas-regierungsvertreter-alarmiert-ueber-russischeeinflussversuche-15720680.html (Дата доступа: 02.08.2018)
75.
Weit und breit kein starker Mann. Bloß einer: Wladimir Putin. //
Режим
доступа:http://diepresse.com/home/meinung/quergeschrieben/sibyllehamann/458
6574/Weit-und-breit-kein-starker-Mann-Bloss-einer Wladimir-Putin
(Дата
доступа: 04.11.2014)
76.
Wladimir Putin In Russland obenauf, in Deutschland unten durch //
Режим доступа: http://www.tagesspiegel.de/politik/wladimir-putin-in-russlandobenauf-in-deutschland-unten-durch/11470872.html (Дата доступа: 07.03.2015)
77.
Wladimir Putins langer Arm in der Weltpolitik // Режим доступа:
https://www.welt.de/debatte/kommentare/article133716048/Wladimir-Putinslanger-Arm-in-der-Weltpolitik.html (Дата доступа: 28.10.2014)
78.
Wladimir Putins pathetischer Hitler-Vergleich // Режим доступа:
http://www.welt.de/politik/ausland/article135031015/Wladimir-Putinspathetischer-Hitler-Vergleich.html (Дата доступа: 04.12.2014)
79.
Wo
aus
Russen
Leute
werden
//
Режим
доступа:
https://www.taz.de/Archiv-Suche/!5517699&s=russland&SuchRahmen=Print/
(16.07.2018)
80.
sind
Woher dieser Hochmut? Überlegenheitsgefühle gegenüber Russland
wieder
im
Kommen.
//
Режим
доступа:
https://www.rubikon.news/artikel/woher-dieser-hochmut (Дата доступа: 16. 01.
2018)
115
81.
Zar
und
Zäsur
//
Режим
доступа:
http://www.sueddeutsche.de/politik/russland-zar-und-zaesur-1.3815678
(07.01.2018)
82.
ZDF und WDR Ziel von russischem Hackerangriff // Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/inland/zdf-und-wdr-ziel-von-
russischem-hackerangriff-15710932.html (Дата доступа: 27.07.2018)
83.
Zu
Gast
in
Putins
Reich
//
Режим
доступа:
http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/zu-gast-in-putins-reich-kommentarzur-wm-in-russland- 15638149.html (Дата доступа: 14.06.2018)
116
Орловский государственный
университет имени И.С. Тургенева
1 Ü АНТИПЛАГИАТ
ТВОРИТЕ СОБСТВЕННЫМ УМОМ
СПРАВКА
о результатах проверки текстового документа
на наличие заимствований
Проверка выполнена в системе
Антиплагиат.ВУЗ
Автор работы
Азарова Ирина Владимировна
Подразделение
Институт иностранных языков, кафедра немецкого языка
Тип работы
Магистерская диссертация
Название оаботы
ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОЙ РЕАЛИЗАЦИИ СТЕРЕОТИПОВ В МАСС-МЕДИЙНОМ
ДИСКУРСЕ НА МАТЕРИАЛЕ НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ СМИ
Название файла
Процент заимствования
9,60%
Процент цитирования
13,25%
Процент оригинальности
77,15%
Дата проверки
17:49:05 19 ноября 2018г.
Модули поиска
Кольцо вузов; Модуль поиска "ФГБОУ ВО ОГУ им. И.С.Тургенева"; Модуль поиска
общеупотребительных выражений; Модуль поиска перефразирований Интернет;
Модуль поиска перефразирований eLIBRARY.RU; Модуль поиска Интернет;
Коллекция eLIBRARY.RU; Цитирование; Коллекция РГБ; Сводная коллекция ЭБС
Работу проверил
Филиппова Людмила Борисовна
ФИО проверяющего
Дата подписи
Подпись проверяющего
Чтобы убедиться
в подлинности справки,
используйте QR-код, который
содержит ссылку на отчет.
Ответ на вопрос, является ли обнаруженное заимствование
корректным, система оставляет на усмотрение проверяющего.
Предоставленная информация не подлежит использованию
в коммерческих целях.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа