close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Баранова Алина Владимировна. Субъекты уголовного преследования: теоретический анализ их правовой культуры

код для вставки
Powered by TCPDF (www.tcpdf.org)
Аннотация
Общий объем работы – 89 страница.
Количество источников – 107.
Ключевыми словами, которые могут кратко охарактеризовать предмет и
цель ниже представленного исследования являются – институт уголовного
преследования, общая характеристика и классификация субъектов уголовного
преследования, общее понятие и содержание правовой культуры, правовая
культура субъектов уголовного преследования, правовая культура как часть
процессуального
статуса
отдельных
категорий
субъектов
уголовного
преследования.
Краткая характеристика работы: Работа Барановой А.В. представляет
собой самостоятельное
логически завершенное
исследование
на тему
«Субъекты уголовного преследования: теоретический анализ их правовой
культуры». Состоит из 91 страница печатного текста. В выпускной
квалификационной работе указаны 78 источников, среди которых имеются
нормативно-правовые акты, интернет – ресурсы, в том числе интернет –
ресурсы Научной Библиотеки Орловского государственного университета им.
И.С. Тургенева, научно-публицистическая литература за последние 5 лет.
Также в работе приведены статистические, что непосредственно украшает работу
и повышает уровень ее значимости. Работа состоит из введения, двух глав,
шести параграфов, заключения, списка литературы.
Целью работы является теоретический анализ правовой культуры
субъектов уголовного преследования и выработка предложений по ее
совершенствованию.
Рассмотрены и изучены теоретические основы развития института
уголовного преследования, общая характеристика и классификация субъектов
уголовного преследования, рассмотрен правовой статус потерпевшего как
2
субъекта уголовного преследования, изучены теоретически основы правовой
культуры, в том числе и правовой культуры отдельных субъектов уголовного
преследования.
Методологическую основу исследования, проведенного Барановой А.В.
составили
общенаучный,
формально-логический,
сравнительно-правовой,
функциональный, исторический методы познания.
Кроме того, автором были использованы следующие диалектические
методы познания: анализ, синтез, абстрагирование.
Выводы, сделанные Барановой А. В. в исследовании, предполагают
использование их в научной и практической деятельности связанной с
повышением уровня правовой культуры субъектов уголовного преследования.
3
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ ....................................................................................................... 8
ГЛАВА 1. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ УГОЛОВНОГО
ПРЕСЛЕДОВАНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ ................................................... 12
1.1 Содержание института уголовного преследования ............................... 12
1.2 Общая характеристика и классификация субъектов уголовного
преследования ......................................................................................................... 31
1.3. Проблема отнесения потерпевшего, частного обвинителя к субъектам
уголовного преследования ..................................................................................... 40
ГЛАВА 2 ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА СУБЪЕКТОВ УГОЛОВНОГО
ПРЕСЛЕДОВАНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ ................................................... 44
2.1 Правовая культура как часть правосознания ......................................... 44
2.2 Общая характеристика профессиональной правовой культуры ........... 55
2.3 Правовая культура отдельных категорий субъектов уголовного
преследования и необходимость ее совершенствования ...................................... 60
ЗАКЛЮЧЕНИЕ .............................................................................................. 73
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ............................................................................. 79
4
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. Существование института уголовного
преследования в современном уголовном праве обусловлено определенными
историческими
закономерностями.
Во-первых,
институт
уголовного
преследования был впервые упомянут в Уставе уголовного производства, а затем,
неоднократно изучался советскими юристами. Исторический опыт, судебная
практика и положения, высказанные учеными-юристами, определяют уголовное
преследование как деятельность компетентных органов и лиц, состоящая в
установлении виновности лица, совершившего преступление, а затем дальнейшее
предание его суду и поддержание обвинения против лица с требованием
назначения ему соответствующего наказания. Тем не менее, данное определение
кажется недостаточно широким. В частности, отсутствует упоминание о
применении субъектами уголовного преследования иных мер уголовно-правового
характера. Следует ли их рассматривать как часть уголовного преследования?
Наиболее актуальным в юридической литературе и судебной практике
является вопрос определения круга субъектов уголовного преследования.
Уголовно-процессуальный Кодекс РФ не дает четкого определения круга
субъектов уголовного преследования, называя в статье 5 таковыми сторону
обвинения, а в главе III упоминая лишь прокурора, следователя и дознавателя.
Более того, в юридической литературе существует мнение о том, что в качестве
субъекта уголовного преследования следует рассматривать и суд. Еще одним
актуальным для современного уголовного права является вопрос об отнесении
потерпевшего к субъектам уголовного преследования. С одной стороны,
потерпевший является участником уголовного судопроизводства со стороны
обвинения, но с другой стороны, он не вправе осуществлять процессуальные
действия,
направленные
на
раскрытие,
расследование
и
изобличение
преступления. Конституционный Суд РФ по этому вопросу имеет противоречивое
мнение, которое выраженное в судебных актах. В связи с этим круг субъектов
уголовного преследования на настоящий момент можно считать открытым.
5
Субъекты уголовного преследования наделены определенным уровнем
правовой культуры. Правовую культуру специализированного субъекта принято
рассматривать
как
профессиональную
правовую
культуру.
Уровень
профессиональной правовой культуры субъектов уголовного преследования
оказывает серьезное влияние на уровень правосознания граждан и общества в
целом.
Вместе тем в науке прослеживается необходимость провести исследование
влияния субъектов уголовного преследования на правовую культуру граждан. Это
связано с тем, что указанные лица играют существенную роль в осуществлении
процессуальной деятельности, а также влияют на общий уровень правосознания
граждан. Этим и обусловлена актуальность исследования.
Степень разработанности темы исследования наблюдается сравнительно
низкая. Понятие «уголовное преследование» неоднократно рассматривалось в
практических пособиях и материалах по уголовном процессу. В частности,
следует отметить труды А.А. Арутюнян, А.И. Бастрыкина, Б.Т.Безлепкина, Е.О.
Овчинникова. В общем, вопрос круга субъектов уголовного преследования в
юридической литературе рассматривался коллективом автором Л.И. Лавдаренко и
Л.Г. Рябовой, А.П. Рыжаковым. В частности, в юридической литературе
неоднократно
рассмотрен
статус
прокурора
как
субъекта
уголовного
преследования, при этом не рассматриваются иные лица – следователь,
дознаватель. Это связано с увеличением количества споров относительно статуса
прокурора как субъекта уголовного преследования. Особое место занимают
исследования, связанные со статусом потерпевшего как субъекта уголовного
преследования. Данному вопросу посвятили свои труды такие исследователи как
А.В. Абабков, Д.Я. Бегова, Н.Ю. Волосова, И.М. Ибрагимов и другие. Вопрос
правовой культуры затрагивается чаще всего в материалах и пособиях по теории
государства и права. Следует отметить, что в юридической литературе
существуют исследования о профессиональной правовой культуре. Особое
значение для темы исследования имеют работы Н.О. Дуглас, А.В. Петрова и Т.Ю.
6
Котриковой. Некоторые ученые, в частности, А.С.Бондарев, А.А. Жидких,
изучают следующие вопросы, связанные с правовой культурой: вопросы
правового самовоспитания, правового просвещения граждан и ряд других.
Объектом исследования является правовая культура субъектов уголовного
преследования как специфическое общественное явление, благодаря которому
возможно
стабильное
функционирование
правового
государства
и
демократического общества.
Предметом исследования выступают особенности правовой культуры
субъектов уголовного преследования в целом.
Целью данной работы является теоретический анализ правовой культуры
субъектов уголовного преследования и предложения по ее совершенствованию.
В соответствии с целью поставлены следующие задачи:
рассмотреть институт уголовного преследования в уголовном праве;
изучить общую характеристику и классификацию субъектов уголовного
преследования;
исследовать понятие и содержание правовой культуры;
охарактеризовать общие положения о правовой культуре субъектов
уголовного преследования;
изучить
правовую
культуру
отдельных
субъектов
уголовного
преследования и предложить варианты ее совершенствования.
Методологическую
основу
исследования
составляют
общенаучный,
формально-логический, сравнительно-правовой, функциональный, исторический
методы познания. Кроме того, автором были использованы следующие
диалектические методы познания: анализ, синтез, абстрагирование.
В ходе исследования автором изучались труды юристов-теоретиков и
практиков в области теории государства и права, уголовного права и процесса.
Выводы, сделанные автором в заключении, основаны на анализе юридической
литературы, нормативно-правовой базы и судебной практики, в частности,
7
Постановлений Пленума Верховного Суда, Постановлений и Определений
Конституционного Суда РФ.
Эмпирическая основа исследования. Автором был составлен и исследован
перечень судебных актов, которые прямо или косвенно перечисляли перечень
субъектов уголовного преследования, а также изучена юридическая литература по
вопросу «правовая культура», «профессиональная правовая культура».
Теоретическая
значимость исследования
заключается
в расширении
представлений о круге субъектов уголовного преследования, анализе уровня
знаний о правовой культуре в обществе, а также формулировании теоретических
положений о повышении уровня правовой культуры в обществе.
Практическая значимость исследования
заключается в возможности
использовать сформулированные теоретические и практические положения и
выводы для дальнейшего изучения проблем, связанных изучением уровня
правовой культуры субъектов уголовного преследования, а также его влияния на
общее правосознание граждан.
Структура исследования обусловлена предметом, объектом, целью работы и
включает в себя введение, две главы, состоящие из шести параграфов,
заключение, список литературы, состоящий из нормативно-правовой базы,
судебной практики и специальной литературы.
8
ГЛАВА 1. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ УГОЛОВНОГО
ПРЕСЛЕДОВАНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ
1.1 Содержание института уголовного преследования
Конституция Российской Федерации определяет основные принципы
демократического правового государства. Данный нормативно-правовой акт
гласит, что соблюдение законов, прав личности, свобод человека и гражданина
определяет задачи государства. В связи с этим, каждому гарантируется
государственная, в частности и судебная, защита его прав и свобод.
Конституционный Суд РФ в своем Постановлении указывает следующее:
«Одной из форм реализации государством своих обязанностей по признанию,
соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина как конституционно
значимых ценностей в случаях, когда они становятся объектом преступного
посягательства, является публично-правовой институт уголовного преследования.
В его рамках как лицам, в отношении которых осуществляется такое
преследование, так и иным заинтересованным лицам, в том числе пострадавшим в
результате преступления, гарантируется защита их прав и свобод, включая право
в установленном федеральным законом порядке обжаловать вынесенные в
отношении них процессуальные решения и добиваться тем самым пересмотра
этих решений, как нарушающих их права и законные интересы».1
Рассматривая термин «уголовное преследование» в историческом аспекте,
следует обратить внимание на то, что он не является новым для уголовного
процесса России. Так, термин «уголовное преследование» был использован в
Уставе уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 года.
Анализ Устава показал, что указанный термин заменялся на «уголовный
иск», «судебное преследование». Так, например, термин «уголовный иск»
употреблялся в двух случаях:
- при определении порядка рассмотрения дел частно-публичного обвинения,
который заключался
в том,
что
«право возбуждения
уголовного иска
Постановление Конституционного Суда РФ от 16.05.2007 № 6-П // «Вестник Конституционного Суда
РФ», № 3, 2007.
1
9
принадлежит потерпевшему лицу, а дальнейшее судебное преследование прокурору или его товарищу»;
- в норме закона, которая закрепляла основание прекращения уголовного
дела вследствие неявки на судебное разбирательство потерпевшего или его
представителя по делу частного обвинения: «Неприбытие в суд частного
обвинителя или его поверенного, без законных на то причин, признается
отречением от уголовного иска и имеет последствием прекращение дела».
Термин «судебное преследование» употреблялся в следующих случаях. К
примеру, «никто не может подлежать судебному преследованию за преступление
или проступок, не был привлечен к ответственности в порядке, определенном
правилами сего устава».
Следует сказать о том, что данная норма Устава впервые ввела в оборот
категорию «привлечение к уголовной ответственности». При этом термин
«преследование» использовался в нормах Устава отдельно от определений
«судебное», либо «уголовное» в следующих положениях:
- мировой судья приступает к разбирательству дел «по непосредственно
усмотренным
им
преступным
действиям,
подлежащим
преследованию
независимо от жалоб частных лиц»2
- «полицейские и другие административные власти сообщают мировому
судье о тех обнаруженных ими, в круге их действия, проступках, которые
подлежат преследованию без жалоб частных лиц» (ст. 49).
Итак, Устав уголовного судопроизводства прямо не закреплял термин
«уголовное преследование», при этом активно его использовал. Это привело к
тому,
что
дореволюционные
ученые
применяли
различные
подходы
к
рассмотрению данного термина.
Так, например, профессор В.К. Случевский рассматривал «уголовное
преследование» в рамках уголовного иска и выделял стадии его движения:
а) возбуждение уголовного иска (преследование);
Устав Уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 года.
http://constitution.garant.ru/history/act1600-1918/3137//
2
[Электронный ресурс]. URL:
10
б) «обличение виновного пред судом».
Также ученым было сказано, что «при возбуждении преследования может и
не обнаружиться еще личность виновника, но в таком случае личность эта должна
обнаружиться при дальнейшем движении уголовного иска, иначе таковой не
может разрешиться постановкой приговора».3
Исходя из слов В.К. Случевского, можно сделать вывод о том, что понятию
«возбуждение уголовного иска» он придавал значение «возбуждения уголовного
дела», при этом личности виновника в совершении преступления может и не
наблюдаться
на
момент
возбуждения
самого
уголовного
дела.Такое
положениеявно противоречит понятию «иск».
Следует
отметить,
что
термин«уголовное
преследование»
породил
различные подходы к его рассмотрению. В связи с этим на практике возникали
трудности при осуществлении уголовного преследования.
В
дальнейшем
понятие
«уголовное
преследование»
былоприменено
законодателем в нормах Уголовно-процессуального кодекса РСФСР. Оно
содержалось в следующих нормах УПК РСФСР 1922 г.:
- «уголовное преследование не может быть возбуждено, а возбужденное не
может быть продолжаемо и подлежит прекращению во всякой стадии процесса»;
- «прокуратура обязана возбуждать уголовное преследование перед
судебными
и
следственными
органами
по
всякому совершившемуся
и
подлежащему наказанию преступлению»;
- «письменные заявления должны быть подписаны лицом, от которого они
исходят. Анонимные заявления могут служить поводом к возбуждению
уголовного преследования только после предварительной негласной проверки их
органами дознания»;
3 Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. Судоустройство - судопроизводство. 3-е изд.,
перед. и доп. СПб.: Тип. М.М. Стасюлевича, 1910. - С. 501.http://lawlibrary.ru/izdanie21262.html
11
- «народный судья разрешает единоличным своим постановлением вопрос о
возбуждении уголовного преследования».4
Термин «уголовное преследование» все чаще занимает лидирующее
положение в УПК РСФСР 1922 г.Понятия «судебное преследование» и
«преследование» в данном документе отсутствуют. Законодатели решили
объединить в один общий термин указанные выше определения. В нормах УПК
РСФСР от 1 января 1961 года указание на словосочетание «уголовное
преследование»
вновь
отсутствовало.
Так
из
отечественного
уголовно-
процессуального законодательства исчезло исследуемое нами понятие. В
дальнейшем оно было заменено на «возбуждение уголовного дела».
И все же, вопрос о понимании и применении термина «уголовное
преследование» оставался дискуссионным среди отечественных ученых-юристов.
Традиционно понятие «уголовное преследование» рассматривается в трех
аспектах: в юридической литературе, в нормативно-правовой базе и в судебной
практике.
В
современной
юридической
литературе
понятие
«уголовное
преследование» тесно связано с процессуальной функцией обвинения.
Коллектив авторов Российского государственного университета правосудия
считает, что «уголовное преследование - это процессуальная деятельность,
направленная на изобличение конкретного лица с точки зрения уголовнопроцессуального закона, то есть против лица, признанного в порядке,
установленном законом, подозреваемым или обвиняемым (подсудимым), а не
вообще абстрактного лица».5
Так, Б.Т. Безлепкин полагает, что «под уголовным преследованием
понимается процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в
целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления».6
4
Постановление ВЦИК от 25.05.1922 «Об Уголовно-процессуальном кодексе» (вместе с «Уголовнопроцессуальным кодексом Р.С.Ф.С.Р.») // СПС «КонсультантПлюс».
5
Основы уголовного судопроизводства: учебник для бакалавров / М.В. Бубчикова, В.А. Давыдов, В.В.
Ершов и др.; под ред. В.А. Давыдова, В.В. Ершова. М.: РГУП, 2017. - С.108.
6
Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации
(постатейный). 14-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2017.-С.128.
12
Наиболее точное определение данному понятию дает В.И. Качалов. Он
считает, что «уголовное преследование можно определить как уголовнопроцессуальную деятельность соответствующих государственных органов и
должностных лиц по привлечению к уголовной ответственности лиц (лица),
совершивших
преступления,
включающую
и
возбуждение
процесса
расследования, и само расследование обстоятельств преступления, розыск и
поимку лица, совершившего преступление, утверждение лица о виновности в
совершенном преступлении, путем выдвижения тезиса о его виновности перед
судебными органами, а также доказывание его виновности в судебном заседании
и т.д.».7
Г.И. Загорский, на основе вышеназванный понятий делает собственный
вывод о том, что «уголовное преследование является одной из функций
уголовного судопроизводства, которая имеет свою собственную правовую
природу и отделена при реализации своих полномочий от функции защиты и
разрешения уголовного дела».8
Таким образом, обобщая мнения авторов, можно утверждать, что уголовное
преследование представляет собой деятельность компетентных органов и лиц,
ставящую перед собой цель -
установление виновности лица, совершившего
преступление, а в последующем предание его суду с поддержанием обвинения
против него и с требованием назначения соответствующего наказания.
Согласно пункту 55 статьи 5 УПК РФ уголовное преследование –
«процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях
изобличения
подозреваемого,
обвиняемого
в
совершении
преступления;
сторона обвинения - прокурор, а также следователь, руководитель следственного
органа, дознаватель, начальник подразделения дознания, начальник органа
Качалов В.И. И снова - к вопросу о государственном обвинении в уголовном судопроизводстве.
Перспективы развития уголовно-процессуального права и криминалистики. М.: РАП, 2013.- Ч. 2. -С. 77 – 82.
8
Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / А.Ю.
Девятко, Г.И. Загорский, М.Г. Загорский и др.; под науч. ред. Г.И. Загорского. М.: Проспект, 2016. –С. 1216
7
13
дознания, орган дознания, частный обвинитель, потерпевший, его законный
представитель и представитель, гражданский истец и его представитель».9
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ «уголовное
преследование является одной из форм реализации государством своей
обязанности по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и
гражданина, обеспечению защиты других конституционно значимых ценностей
(статья 2; статья 52; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации) в тех
случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства».10
Правовая же позиция Верховного Суда РФ заключается в том, что
«уголовное преследование в отношении лица непосредственно связано с
процессуальным
обвиняемого,
статусом
(что
этого
лица
обусловливается
в
качестве
наличием
подозреваемого
конкретных
или
оснований,
предусмотренных ч. 1 ст. 46 и ч. 1 ст. 47 УПК РФ), а также с ограничением прав и
законных интересов лица в рамках уголовного судопроизводства».11
Составными частями уголовного преследования являются расследование,
изобличение
личности
преступника
и
раскрытие
преступления.
Анализ
юридической литературы, в частности трудов В.Ю. Низамова, И.И. Карапец,
позволяет сделать вывод о том, что под раскрытием преступления понимается
установление события преступления и лиц, его совершивших. Расследованиемже
преступления
признается«деятельность,
направленная
на
собирание
доказательств по установлению факта события преступления и лиц, его
совершивших», а «изобличение - сообщение сведений об участии конкретных лиц
в совершении преступления».12
По мнению судей ВС РФ, сформулированное в УПК РФ определение
уголовного преследования не охватывает деятельность стороны обвинения,
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
"Российская газета", N 249, 22.12.2001.
10
Постановление Конституционного Суда РФ от 17.10.2011 N 22-П // «Российская газета», № 240, 26.10.2011.
11
Кассационное определение Верховного Суда РФ от 13.12.2012 № 81-О12-84 // СПС «КонсультантПлюс».
12
Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Актуальные вопросы
судебной практики, рекомендации судей Верховного Суда РФ по применению уголовно-процессуального
законодательства на основе новейшей судебной практики / В.А. Давыдов, В.В. Дорошков, Н.А. Колоколов и др.;
под ред. В.М. Лебедева. 6-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2013. -С. 321.
9
14
связанную с применением мер медицинского характера. Действующее уголовнопроцессуальное законодательство упоминает следующих субъектов уголовного
преследования: подозреваемый и обвиняемый. Исключением будет являться
лицо,подозреваемое
в
совершении
общественно
опасного
деяния,
но
в
отношении, которого необходимо применить меры медицинского характера. В
данному случае это лицо не считается ни обвиняемым, ни подозреваемым.
УК
РФ
дает
четкое
разграничение
между
мерами
уголовной
ответственности и мерами уголовно-правового характера. На основании этого,
принудительные меры медицинского характера нельзя отнести к мерам уголовной
ответственности. Все это обуславливает споры юристов-теоретиков и юристовпрактиков,
связанные
с
невозможностью
отнесенияпринудительных
мер
медицинского характера к уголовному преследованию.
Данная
позиция
встречает
следующие
возражения.
Во-первых,
процессуальное положение лица, в отношении которого решается вопрос о
применении мер медицинского характера, связано со стороной защиты.
Соответственно, представляется целесообразным предложение о включении
указанного лица в число участников уголовного процесса со стороны защиты.
Если данное лицо не согласно с выводами предварительного расследования,
отрицает свою причастность к содеянному, то ему и его защитнику (участие
которого в деле, к слову, обязательно - ст. 438 УПК РФ) не остается ничего
другого, как использовать те же средства и методы, которые употребляются для
защиты от обвинения по уголовному делу. Фактически речь идет о защите, но,
если есть защита, значит, есть и обвинение: «Ибо, - как писал А.М. Ларин, защита мыслима лишь постольку, поскольку существует обвинение, уголовное
преследование, от которого надо защищаться».13
Как указал Конституционный Суд РФ, «лицо, в отношении которого
ведется производство о применении принудительных мер медицинского
характера, так же как подозреваемый и обвиняемый по уголовному делу, по
13
Ларин А.М. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М., 1986. - С. 29.
15
существу, уличается в совершении деяния, запрещенного уголовным законом.
Поэтому к такому лицу, хотя оно и не привлекается к уголовной ответственности,
должны обеспечиваться равные с другими лицами, в отношении которых
осуществляется преследование, процессуальные права, - тем более что, как
следует из пункта 3 части второй статьи 29, пункта 16 части четвертой статьи 47,
пункта 4 части третьей статьи 49, пункта 3 статьи 196 и статьи 203 УПК
Российской Федерации, до получения результатов судебно-психиатрической
экспертизы лицо, в отношении которого она проводилась, по своему статусу
являлось обвиняемым или подозреваемым и, таким образом, уже обладало
соответствующими процессуальными правами (статьи 46 и 47 УПК Российской
Федерации)».14
База
уголовно-процессуального
законодательстваотождествляет
изобличение подозреваемого и обвиняемого с целью уголовного преследования.
Таким образом, при решении вопроса о применении мер медицинского характера
осуществляется не что иное, как уголовное преследование. Преследование
должно именоваться уголовным не только в тех случаях, когда стоит цель привлечь виновного к уголовной ответственности, но и когда решается вопрос о
применении к лицу любой меры, носящей уголовно-правовой характер.
Положениеп. 22 ст. 5 УПК РФ позволяет утверждать, что при производстве
о применении принудительных мер медицинского характера выдвигается и
отстаивается обвинение. В.Д. Холоденко полагает, что«выдвижение обвинения в
отношении лица, указанного в ч. 1 ст. 433 УПК, осуществляется путем вынесения
постановления
о направлении уголовного дела
в суд для применения
принудительной меры медицинского характера. Предъявление обвинения по
рассматриваемой категории уголовных дел осуществляется путем вручения копии
указанного постановления защитнику и законному представителю лица, в
Постановление Конституционного Суда РФ от 20.11.2007 N 13-П // "Собрание законодательства РФ",
26.11.2007- № 48 (2 ч.), С. 6030.
14
16
отношении которого ведется производство о применении принудительной меры
медицинского характера».15
В.М. Парадеев не разделяет указанную выше точку зрения. Автор считает,
что главным признаком обвинения служитто, что «его целью является реализация
уголовной ответственности».16
Таким образом он не соглашается с мыслью В.М. Холоденко и как итог
заявляет, что в рамках производства о применении принудительных мер
медицинского характера обвинение не выдвигается.
Исходя из этого следует вывод о том, что по уголовным делам о
применении принудительных мер медицинского характера сторона обвинения
осуществляет уголовное преследование, поскольку соответствующее лицо
уличается в совершении общественно опасного деяния. Правонарушитель
пользуется правами, предоставленными стороне защиты, а вопрос о применении
меры наказания решается судом и является по своей природе уголовно-правовым.
Как факт, следует заметить и то, что применение принудительных мер
медицинского
характера
не
охватывается
законодательным
определением
уголовного преследования, является несовершенством данного определения,
которое сформулировано достаточно узко и не включает в себя разнообразия
деятельности стороны обвинения.
Нельзя здесь и не рассмотреть вопрос о применении мер воспитательного
воздействия по отношению к несовершеннолетним гражданам. Согласно ч. 1 ст.
427 УПК РФ, «если в ходе предварительного расследования уголовного дела о
преступлении небольшой или средней тяжести будет установлено,
что
исправление несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без
применения наказания, то следователь с согласия руководителя следственного
органа, а также дознаватель с согласия прокурора вправе вынести постановление
о прекращении уголовного преследования
и возбуждении перед
судом
Холоденко В. Применение принудительной меры медицинского характера// Законность. 2004.- № 3.- С. 21.
Парадеев В.М. К вопросу о понятии обвинения // Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА
(СЮИ): Материалы Международ. науч.-практ. конф., г. Екатеринбург, 27 - 28 янв. 2005 г.: В 2 ч. Екатеринбург,
2005.- Ч. 2. -С. 167.
15
16
17
ходатайства о применении к несовершеннолетнему обвиняемому принудительной
меры воспитательного воздействия, предусмотренной частью второй статьи 90
Уголовного кодекса Российской Федерации, которое вместе с уголовным делом
направляется руководителем следственного органа или прокурором в суд».17
Это означает, что после передачи дела в суд для разрешения вопроса о
применении
к
несовершеннолетним
мерам
воспитательного
воздействия,
уголовное преследование прекращается. Это порождает неопределенность
относительно правовой природы деятельности прокурора в рассматриваемом
деле.
Принудительные
меры
воспитательного
воздействия
наряду
с
принудительными мерами медицинского характера относятся к иными мерам
уголовно-правового характера, так как применение таких мер не связано с
вменением лицу уголовной ответственности.
Некоторые авторы, в частности, А.Н. Батанов, Е.Г. Васильева, О.А.
Тюшнякова, приходят к следующему выводу: в момент, когда органы
предварительного
осуждения
расследования
лица,
они
перестают
отказываются
и
обосновывать
от
необходимость
осуществления
уголовного
преследования.
Однако по смыслу ч. 1 ст. 90 УК РФ принудительные меры воспитательного
воздействия
могут
быть
применены
только
к
несовершеннолетнему,
совершившему преступление. Из этого следует, что необходимым условием
применения мер уголовно-правового характера является уличение (изобличение)
несовершеннолетнего в совершении преступления. Для того, чтобы добиться
применения к несовершеннолетнему такой меры, прокурор, поддерживая в суде
соответствующее ходатайство, должен доказать обвинение.18
Здесь следует сказать о том, что меры воспитательного воздействия все же
имеют право на существование, поскольку своей целью они ставят прежде всего
перевоспитание подростка. Сам характер данных мер подразумевает то, что в
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета», № 249, 22.12.2001.
18
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 29.07.2018) // «Российская газета», №
113, 18.06.1996, № 114, 19.06.1996, № 115, 20.06.1996, № 118, 25.06.1996.
17
18
отличие от мер медицинского характера эти меры несут ориентир на исправление
сознания ребенка. То есть несут в себе воспитательную функцию, осуществление
которой в крайних случаях необходимо. Избирая меру пресечения для
несовершеннолетнего,
суд
прежде
всего
ориентируется
на
личность
правонарушителя и характер его деяния. В случае, если судом будет принято
решение о назначении таких мер, то они, как и другие меры пресечения,
предусмотренные уголовным и уголовно-процессуальным законодательством,
будут вступать в действие немедленно и в обязательном порядке, а уклонение от
них будет грозить новой мерой уголовного наказания. Как альтернатива
устоявшимся мерам пресечения, известным УПК РФ, меры воспитательного
характера будут являться менее строгими, но все же обязательными. В качестве
разновидностей таких мер может быть применено предупреждение, наложение
обязанности по ликвидации причиненного вреда, передача ребенка под опеку
родителей, либо специализированного органа в случае, а также судом может быть
применено ограничение в отношении свободного времени подростка. 19
Таким образом, в судебном производстве о применении принудительных
мер воспитательного воздействия имеет место не что иное, как «процессуальная
деятельность,
осуществляемая
стороной
обвинения
в
целях
уличения
подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления», то есть уголовное
преследование в том самом виде, каким оно определено законодательством в п. 55
ст.
5
УПК
РФ.Именно
поэтомуне
законодательная
конструкция
принудительных
мер
совсем
процедуры
воспитательного
уместной
производства
воздействия,
представляется
о
применении
предусматривающая
прекращение уголовного преследования до передачи материалов уголовного дела
в суд.
Вообще, идея о том, что уголовное преследование может быть нацелено
только на признание лица виновным в совершении преступления, в корне
ошибочна. Как уже было сказано выше, преследование именуется уголовным не
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2018) // «Российская газета». -№
113, 18.06.1996, № 114, 19.06.1996, № 115, 20.06.1996, № 118, 25.06.1996.
19
19
потому, что оно направлено именно на привлечение к уголовной ответственности,
а потому, что осуществляется в порядке уголовного судопроизводства и нацелено
на применение мер, предусмотренных уголовным законом (мер уголовноправового характера).
Как указал Конституционный Суд РФ, «уголовное преследование является
одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию,
соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, обеспечению других
конституционно значимых ценностей в тех случаях, когда эти ценности
становятся объектом преступного посягательства».20
Именно
поэтому
принудительных
мер
закон
придает
медицинского
производству
характера
и
о
применении
принудительных
мер
воспитательного воздействия публичный характер. Обнаружение признаков
деяния, запрещенного уголовным законом, если только оно не преследуется в
частном или частно-публичном порядке, приводит в движение механизм
публичного уголовного преследования.
Таким образом, любая деятельность стороны обвинения, направленная на
изобличение лица в совершении деяния, запрещенного уголовным законом, когда
это необходимо для привлечения лица к уголовной ответственности или
применения к нему мер уголовно-правового характера (принудительных мер
медицинского характера, принудительных мер воспитательного воздействия),
является по своей природе уголовным преследованием.
В связи
с
этим
нуждается
в совершенствовании законодательное
определение уголовного преследования, данное в УПК РФ. Можно сказать, что
уголовное преследование - это процессуальная деятельность, осуществляемая
стороной обвинения в целях изобличения
лица в совершении деяния,
запрещенного уголовным законом.
Уголовное
преследование
находится
под
существенным
влиянием
принципов диспозитивности и публичности. Принцип диспозитивности означает,
Постановление Конституционного Суда РФ от 24.04.2003 № 7-П // Вестник Конституционного Суда
РФ.- N 4- 2003.
20
20
что лицо, обвиняемое в совершении преступления, имеет право на защиту своих
прав и интересов всеми средствами, не запрещенными на то законом. Принцип
публичности
трактуется
как
обязанность
уполномоченного
уголовно-
процессуальным законодательством должностного лица, в случае обнаружения
признаков преступления, возбудить уголовное дело и начать преследование по
нему в отношении подозреваемого.
На основании этих принципов различают три самостоятельных вида
уголовного преследования: публичное, частное и частно-публичное.К частному
преследованию относят дела о клевете и причинении вреда здоровью другому
лицу. Иными словами, частное преследование представляет собой реагирование
уполномоченных на уголовное преследование лиц и на слова или действия,
порочащие честь и достоинство, а
также причинение вреда здоровью
потерпевшему. К частно-публичному обвинению относятся дела о нарушении
патентных прав, о мошенничестве, в том числе и преднамеренном в результате
неисполнения действий по гражданскому договору. К такого рода преследованию
относятся и дела о нарушении трудовых прав беременных женщин, а также
нарушении прав на неприкосновенность жилища. Частное и частно-публичное
преследование начинается с момента подачи заявления потерпевшим, различие
лишь в том, что прекращается преследование в результате примирения
сторонтолько в отношении частного преследования. К публичному же обвинению
относят иные дела, не упомянутые нами ранее.21
Разграничение преступлений на категории в зависимости от порядка, в
котором они расследуются, регламентировано уголовно-процессуальным, а не
уголовным законом. При этом Ю.К. Якимович считает такой разделение в корне
неверным: «Уголовное законодательство должно разграничивать (как это было в
Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.) преступления на
официальные, абсолютно неофициальные и относительно неофициальные, а уж
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета».- № 249.- 22.12.2001.
21
21
затем в каждой из этих группУПК РФ должен предусматривать свой особенный
порядок производства».22
Самой распространенной категорией дел являются дела, по которым
уголовное преследование осуществляется в публичном порядке -дела публичного
обвинения. К делам публичного обвинения относятся дела, которые не относятся
к категории дел частного и частно-публичного порядка. Уголовное преследование
по
делам
публичного
обвинения
осуществляется
вне
зависимости
от
волеизъявления стороны. В каждом случае обнаружения признаков преступления
закон возлагает обязанность на государственные органы и должностные лица,
наделенных полномочиями участников уголовного судопроизводства со стороны
обвинения,
которыми
являются
прокурор,
следователь,
руководитель
следственного органа, орган дознания, дознаватель, начальник подразделения
дознания,
принимать
все
предусмотренные
уголовно-процессуальным
законодательством меры по установлению события преступления, изобличению
лица или лиц, виновных в его совершении. Потерпевший участвует в уголовном
преследовании лица, совершившего преступление, наряду с государственными
органами и должностными лицами.
Дела частного обвинения - это дела о трех разновидностях преступлений,
предусмотренных частью 1 статьи 115 УК РФ (умышленное причинение легкого
вреда здоровью без отягчающих обстоятельств); статьей116 УК РФ (побои);
частью 1 статьи 128.1 УК РФ (клевета без отягчающих обстоятельств). Дела
частного
обвинения
возбуждаются
исключительно
по
волеизъявлению
потерпевшего, его законного представителя, а производство прекращается в связи
с примирением сторон. Уголовное преследование по делам частного обвинения
представляется
как
требование
надлежащего
обвинителя,
обращенное
в
процессуальную форму заявления, об обязательном судебном разбирательстве и
рассмотрении дела по существу. Возбуждение уголовного преследования по
делам частного обвинения представляется как юридический факт, являющийся
Якимович Ю.К. Участие потерпевшего в уголовном преследовании // Уголовное судопроизводство.
2014. - № 4. - С. 17 – 20.
22
22
последствием обращения потерпевшего или законного представителя к мировому
судье, возникающий с момента принятия судьей дела к производству.
Дела
частно-публичного
обвинения–это
дела
о
преступлениях,
предусмотренныхчастью 1 статьи 131 УК РФ (изнасилование, совершенное без
отягчающих обстоятельств); частью 1 статьи 132 УК РФ (насильственные
действия сексуального характера, совершенные без отягчающих обстоятельств);
частью1 статьи 137 УК РФ (нарушение неприкосновенности частной жизни,
совершенное без отягчающих обстоятельств); частью 1 статьи 138 УК РФ
(нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных
или иных сообщений граждан); частью 1 статьи 139 УК РФ (незаконное
проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица);
статьей 145 УК РФ (необоснованный отказ в приеме на работу или
необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей
в возрасте до 3 лет); частью 1 статьи 146 УК РФ (нарушение авторских и смежных
прав, совершенное без отягчающих обстоятельств); частью 1 статьи 147 УК
(нарушение изобретательских и патентных прав, совершенное без отягчающих
обстоятельств); статьями 159 - 159.6 УК РФ (мошенничество, мошенничество в
сфере кредитования, при получении выплат, с использованием платежных карт, в
сфере предпринимательской деятельности, в сфере страхования, в сфере
компьютерной информации); статьей 160 УК РФ (присвоение или растрата);
статьей 165 УК РФ (причинение имущественного ущерба путем обмана или
злоупотребления доверием) и иные.
Уголовные
дела
частно-публичного
обвинения
возбуждаются
исключительно по заявлению потерпевшего или его законного представителя, но
не подлежат прекращению в связи с примирением сторон. Исключение
представляют собой основания для прекращения, перечисленные в статье 25 УК
РФ. Так, «суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа
или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления
потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в
23
отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления
небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных статьей 76
Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с
потерпевшим и загладило причиненный ему вред».23
Таким образом, изначально потерпевший выдвигает обвинение в связи с
совершенным в отношении него преступным деянием и в дальнейшем участвует в
осуществлении уголовного преследования в публичном порядке. Производство по
делам
частно-публичного
обвинения
осуществляется
в
общем
порядке,
предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством.
Рассматривая уголовное преследование как явление, следует упомянуть о
том, что государство распространяет различные методы реагирования на
преступления,
позволяющие
устранять
последствия
преступления
без
привлечения уголовно-процессуальных процедур. Такие методы в юридической
литературе и в практике именуются альтернативными, в силу того, что позволяют
прекратить уголовное преследование на определенном этапе или вовсе избежать
его. Альтернативные методы разрешения споров применяются при совершении
преступлений невысокой степени общественной опасности, последствия которых
могут быть устранены путем возмещения ущерба. Наличие в практике
альтернативных методов урегулирования споров связано с потребностью
государства применять новые средства борьбы и предупреждения преступности.
Предполагается, что подобные меры положительно влияют на исправление лиц,
совершивших преступление, и способствуют возвращению к правовому образу
жизни. Помимо этого, данные меры позволяют ликвидировать последствия
совершенного деяния и представляют собой исправительную меру в отношении
правонарушителя. Как правило, для ликвидации последствий правонарушения в
отношении преступника применяется такая мера пресечения как штраф. С одной
стороны, можно утверждать, что государство в лице судебных органов все же
признает виновность лица и обязует его нести ответственность за свои действия.
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета»№ 249, 22.12.2001.
23
24
С другой стороны, вопрос в том какая эта будет ответственность. Штраф, как
мера пресечения хоть и предусматривается уголовным законодательством, все же
представляет
собой
скорее
финансовую
ответственность,
которая
чаще
встречается в административном процессе. И все же, подобные методы
разрешения споров являются свидетельством того, что совершенствование
уголовного законодательства все же происходит.
Судебной
практике
известны
случаи,
когда
преследование
может
прекратиться. Согласно ч. 1 ст. 27 УПК РФ, уголовное преследование в
отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается по следующим
основаниям:
«1) непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению
преступления;
2) прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным
пунктами 1 - 6 части первой статьи 24 настоящего Кодекса;
3) вследствие акта об амнистии;
4) наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого, вступившего в
законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или
постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению;
5) наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного
постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении
уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного
дела;
6) исключен. - Федеральный закон от 24.07.2002 № 98-ФЗ;
7) исключен. - Федеральный закон от 29.05.2002 № 58-ФЗ;
6) отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской
Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента
25
Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или)
отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица.» 24
Интересной
разновидностью
прекращения
уголовного
преследования
является прекращение уголовного преследования в связи
с деятельным
раскаянием. Смысл раскаяния состоит в том, что лицо, впервые совершившее
преступление небольшой или средней тяжести, после совершения преступления
добровольно является с признанием, способствует раскрытию преступления, и
возмещает причиненный ущерб от правонарушения.
Еще одна разновидностьуказана в ст. 28.1 УПК РФ. Это основания
прекращения уголовного преследования по делам о преступлениях в сфере
экономической деятельности.
В российском праве альтернативной процедурой урегулирования споров
признается
процедура
медиации.
Согласно
Федеральному
закону
N-193
«процедура медиации - способ урегулирования споров при содействии медиатора
на
основе
добровольного
согласия
сторон
в
целях
достижения
ими
взаимоприемлемого решения».25
Статьей 25 УПК РФ установлено, что одним из оснований для прекращения
уголовного дела является примирение сторон.Это по сути является своеобразной
предпосылкой применения процедуры медиации. То есть, законом не запрещена
возможность сторон обращения к медиатору с целью разрешения конфликтной
ситуации. Таким образом, в уголовном процессе медиация представляет собой
процедуру, когда независимое лицо (посредник, медиатор) принимает участие в
разрешении
уголовно-правового
конфликта
между
лицом,
совершившим
преступление, и лицом, которому был причинен вред преступлением, с целью
восстановления нарушенных прав, возмещения вреда на основе добровольного
волеизъявления сторон. Такая процедура может быть удобна как потерпевшему,
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета» № 249.- 22.12.2001.
25
Федеральный закон от 27.07.2010 N 193-ФЗ (ред. от 23.07.2013) Об альтернативной процедуре
урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации) (с изм. и доп., вступающими в силу с
01.09.2013) // «Российская газета»- № 168, 30.07.2010.
24
26
так и правонарушителю. У пострадавшего появляется возможность скорейшего
возмещения нарушенных прав, а у виновного лица возможность избегания
строгого наказания, предусмотренного УК РФ.
Некоторые авторы отмечают, что «в российском уголовном процессе
альтернативы уголовного преследования сегодня связаны главным образом с так
называемыми «альтернативными» основаниями освобождения от уголовной
ответственности
и
прекращения
уголовного
дела
(преследования),
предусмотренными ст. ст. 25, 28, 28.1 УПК РФ. В то же время возможность отказа
в возбуждении уголовного дела по данным основаниям остается спорной и
формально
законом
не
предусмотрена,
что
не
совсем
вписывается
в
хрестоматийные представления об альтернативах уголовному преследованию, по
крайней
мере
в
их
континентальной
версии.
Кроме
того,
УПК
РФ
предусматривает ряд институтов, направленных на ускорение и упрощение
процесса, позволяющих заменить ординарную процедуру судопроизводства более
простой и скорой (например, особый порядок судебного разбирательства при
согласии обвиняемого с предъявленным обвинением и другое), однако указанные
институты не предполагают, как такового отказа от уголовного преследования.
Упрощение в таких случаях, как правило, происходит за счет сужения
(дифференциации) стадиисудебного разбирательства, то есть в данном случае
речь об альтернативах уголовному преследованию не идет».26
Итак, институт уголовного преследования возник еще во время Устава
уголовного судопроизводства 1864 года. Уголовное преследование представляет
собой институт уголовного права, возникающий при осуществлении специально
уполномоченными, перечисленными в законе субъектами, целями которых
является уличение подозреваемого, возбуждение уголовного дела, изучение
доказательств,
применение
мер
принуждения
и
предания
суду
лица,
совершившего преступление. Согласно нормам УПК, уголовное преследование
осуществляется по трем категориям дел: частного, публичного и частноКурс уголовного процесса / А.А. Арутюнян, Л.В. Брусницын, О.Л. Васильев и др.; под ред. Л.В.
Головко. М.: Статут, 2016. - C. 516.
26
27
публичного характера. Каждой категории дел характерен особый процессуальный
порядок
рассмотрения.
УПК
предусматривает
прекращение
уголовного
преследования по различным основаниям. Особо популярным из которых
является прекращение преследования в связи с примирением сторон.
1.2 Общая характеристика и классификация субъектов уголовного
преследования
Мы установили тот факт, что УПК РФ определяет, что уголовное
преследование –это «процессуальная деятельность, осуществляемая стороной
обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении
преступления; сторона обвинения - прокурор, а также следователь, руководитель
следственного
органа,
дознаватель,
начальник
подразделения
дознания,
начальник органа дознания, орган дознания, частный обвинитель, потерпевший,
его законный представитель и представитель, гражданский истец и его
представитель».27
Из буквального толкования нормы следует, что субъектами уголовного
преследования выступают прокурор, следователь, руководитель следственного
органа,
орган
дознания,
частный
обвинитель,
потерпевший,
законный
представитель, гражданский истец.Опираясь на положения части 1 статьи 21 УПК
РФ, «уголовное преследование от имени государства по уголовным делам
публичного и частно-публичного обвинения осуществляют прокурор, а также
следователь и дознаватель». Анализ Постановления КС РФ N 7-П позволяет
сделать вывод о том, что Конституционный Суд РФ рассматривает уголовное
преследование как публично-правовой институт, который применяется в
интересах пострадавшего, с целью защиты прав и свобод потерпевших граждан,
но не зависит от волеизъявления отдельных лиц. В качестве исключения можно
рассматривать лишь институт частного обвинения.
Прокурор, руководитель следственного органа следователь, орган дознания
и
дознаватель
названы
законодателем
как
субъекты,
управомоченные
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета».- № 249- 22.12.2001.
27
28
устанавливать события преступления и уличать виновных лиц. Анализ правовых
положений Конституционного Суда РФ позволяет говорить о том, что принцип
состязательности и равноправия сторон существенным образом не влияет на роль
суда в отправлении правосудия, а также не лишает суд обязанности обеспечить
вынесение справедливого и беспристрастного решения по рассматриваемому
делу. В процессе судебного следствия суд совершает проверку фактов,
утверждаемых сторонами,
устанавливает
обстоятельства,
подтверждающие
доказанность обвинения, смягчающие вину или оправдывающие подсудимого, а
также анализирует иные доказательства, рассмотрение которых необходимо для
справедливого и беспристрастного разрешения дела по существу. Более того, суд
вправе назначать проведение следственных действий: по собственной инициативе
или по ходатайству сторон. Субъекты уголовного преследования в обязательном
порядке контролируются судом. Если в процессе были выявлены признаки иного
преступления, суд направляет материалы дела в орган, уполномоченный принять
решение о возбуждении уголовного дела. Таким же образом, суд действует, если в
его адрес поступает заявление о привлечении лица к ответственности за
совершение преступления.
Таким
образом,
в
качестве
субъектов
уголовного
преследования
можнообозначить прокурора, руководителя следственного органа, следователя,
дознавателя. Осуществление уголовного преследования от имени государства по
уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения прокурором, а
также следователем и дознавателем (часть первая статьи 21 УПК Российской
Федерации) обязывает их к точному установлению причиненного ущерба, как
того требует часть первая статьи 73 УПК Российской Федерации. Данная норма
прямо относит к числу подлежащих доказыванию обстоятельств наряду с
событием преступления (пункт 1) и характер, и размер причиненного вреда
(пункт 4), обеспечивая тем самым не только правильную квалификацию
содеянного и назначение справедливого наказания, но и доказывание предмета,
29
заявленного по уголовному делу гражданского иска о возмещении причиненного
преступлением вреда.
Итак, согласнодействующему законодательству,уголовное преследование
подчинено стороне обвинения. Прокурорявляется частным лицом обвинения.
Причем именно с него начинает перечень субъектов уголовного процесса,
составляющих круг участников уголовного процесса. И это не исчерпывающий
перечень уголовно-процессуальных норм, свидетельствующих об осуществлении
надзирающим прокурором уголовного преследования.Пленум Верховного Суда
РФ назвал прокурора первым среди должностных лиц, полномочия кого не
связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве
по уголовному делу. Полагается, чтоПленум хотел указать на то, что прокурор,
осуществляющий надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и
органов предварительного следствия, помимо самого надзора реализует еще и
уголовное преследование. Именно такой смысл заложен ч. 1 ст. 37 УПК РФ.
В юридической литературе существует мнение, что прокурора не следует
относить к категории «субъекты уголовного преследования». Так, например, В.В.
Стрельников утверждает, что деятельность прокурора по вменению виновным
лицам уголовной ответственности не должна рассматриваться как процедура
уголовного преследования. Данная деятельность в действительности сводится к
надзору за органами дознания, следствия, предварительного расследования, а
также к поддержанию государственного обвинения в суде. Также по мнению В.В.
Стрельникова, к прокурору можно применять термин «принятие необходимых
мер привлечения виновных лиц к уголовной ответственности».28
Аналогичная позиция высказана и К.И. Амирбековым, который полагает,
что «с момента выделения из системы прокуратуры следственного аппарата
прокурор не осуществляет функции непосредственного обвинения и уголовного
преследования в досудебном производстве, а только надзирает за соблюдением
Стрельников В.В. К вопросу об осуществлении прокуратурой уголовного преследования // Право и
безопасность. -2012. N 1 (41).- С. 69.
28
30
требований закона при осуществлении уголовного преследования органами
следствия и дознании».29
Конечно, важнейшее направление участия прокурора в уголовном процессе
сводится к обеспечению законности и охране правопорядка. При этом некоторые
процессуальные формы деятельности прокурора имеют своей целью обеспечение
законности и возбуждение уголовного преследования, сбор доказательств,
применение мер процессуального принуждения в отношении лица. Так,
например, при наличии признаков преступления, прокурор имеет полномочия
вынести
мотивированное
решение
и
направить
материалы
по
делу
в
соответствующий орган для решения вопроса об уголовном преследовании. То
есть, прокурор запускает процедуру уголовного преследования. Именно он,
являясь слугой закона, обладает полномочиями по отправлению правосудия.
В.В. Стрельников, опровергая данный тезис, говорит о следующем:
«начиная с судебного следствия, прокурор поддерживает выдвинутое не им
лично, а органами расследования обвинение, с которым он согласился, утверждая
обвинительное заключение или обвинительный акт».30
В данном
случае
прокурор не
только желает привлечь лицо к
ответственности, но и поддерживает собственную обвинительную позицию о
наличии в действиях лица состава преступления. Это означает, что надзорная
деятельность
прокурора
может
осуществляться
в
форме
уголовного
преследования. При этом, нельзя забывать о том, что надзорная деятельность
прокурора не всегда может быть реализована в форме уголовного преследования.
Внесенные изменения в УПК действительно лишили возможности
прокурора руководить уголовным преследованием, но все же данные изменения
оставили
его
в
центральной
фигурой
досудебной
стадии
уголовного
производства, наделив или сохранив полномочия, которые позволяют прокурору
участвовать в уголовном преследовании до направления дела в суд.
Амирбеков К. Развитие обвинительной функции прокуратуры России в судебных стадиях уголовного
судопроизводства // Законность. -2012. -№ 6.
30
Стрельников В.В. К вопросу об осуществлении прокуратурой уголовного преследования // Право и
безопасность. -2012.-№ 1 (41). -С. 69.
29
31
Уголовное преследование прокурором может осуществляться путем
установления события преступления, уличения виновных лиц. Помимо этого,
прокурор вправе выносить требования и отдавать поручения, направлять запросы
с целью ознакомления информации, которая может быть необходима в ходе
досудебной стадии производства по делу. Запросы прокурора в обязательном
порядке должны быть удовлетворены путем предоставления достоверной и
точной
информации
по
такому
запросу.
В
противном
случае,
лицо,
предоставляющее заведомо ложную информацию может быть привлечено к
ответственности. Кроме того, в случае, если прокурором будет обнаружено, что
при производстве было допущено нарушение нормативно-правовых актов РФ, то
он также вправе выносить требования в отношении органов дознании и
следственных органов для устранения таких нарушений. Также, если возникла
необходимость в проведении процессуальных действий, то прокурор дает
указания дознавателю о проведении такого рода мероприятий. Помимо этого,
дознаватель таким образом взаимодействует с прокурором, что последний вправе
выносить постановления о незаконности или необоснованности принятых
решений дознавателем. Важным моментом является и то, что прокурор вправе
возвратить уголовное дело следователю или дознавателю со своими указаниями в
случае, если он посчитает, что в рассматриваемом деле необходимо произвести
дополнительное расследование, либо же следует иным образом квалифицировать
действия обвиняемого, либо увеличить (уменьшить) объем выдвигаемого
обвинения.
Таким образом, законодатель закрепил центральное положение
прокурора по отношению к иным участникам предварительного следствия и
закрепил его широкий объем прав. Прокурор в данном случае является ключевой
фигурой по отношению к иным субъектам уголовного преследования.
Изучая категории субъектов уголовного преследования, важно отметить
иорганы,
осуществляющие
предварительное
следствие.
Предварительное
следствие в РФ является основной формой предварительного расследования и
проводится следователями Следственного комитета РФ, следователями органов
32
внутренних дел и органов федеральной службы безопасности. УПК устанавливает
правило о процессуальной самостоятельности следователя,сформулированное
следующим образом: «при производстве предварительного следствия по
уголовному делу следователь уполномочен самостоятельно направлять ход
расследования, принимать решения о производстве следственных и иных
процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК
требуется
получение
судебного
решения
или
согласия
руководителя
следственного органа».31Следователь вправе принять решение о производстве
следственных действий, о применении меры принуждения, о направлении
уголовного дела в суд или о прекращении уголовного дела. В случае, если дело
прекращается при отсутствии состава преступления, на основании выводы о
невиновности обвиняемого, то постановление следователя в этом случае
приравнивается
к
оправдательному
приговору.
Тогда
обвиняемый
реабилитирован с учетом всех вытекающих последствий.
Наряду
со
следователем
самостоятельным
участником
досудебного
производства по уголовным делам является следователь-криминалист. Согласно
п. 40.1 ст. 5 УПК «следователь-криминалист - это должностное лицо,
осуществляющее предварительное следствие, а также участвующее по поручению
руководителя следственного органа в производстве отдельных следственных и
иных
процессуальных
действий
или
производящее
такие
действия
самостоятельно, но без принятия уголовного дела к своему производству».32
Самостоятельное
обусловлено
выделение
многолетним
следователя-криминалиста
опытом
функционирования
в
законе
прокуроров-
криминалистов. Задача следователя-криминалиста заключается в том, что
расследование по конкретному уголовному делу в целом или частично поручается
должностному лицу, обладающему в рамках данного поручения всей полнотой
процессуальных полномочий и одновременно углубленными знаниями и (или)
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета», № 249, 22.12.2001.
32
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета», № 249, 22.12.2001.
31
33
опытом в области криминалистической техники, криминалистической практики
производства отдельных следственных действий или криминалистической
методики расследования данного вида преступлений.
Согласно п.38 ст.5 УПК РФ «Руководитель следственного органа должностное
лицо,
возглавляющее
соответствующее
следственное
подразделение, а также его заместитель».33
Таким образом, следователь, руководитель следственного органа выступает
в качестве субъекта уголовного преследования, играет существенную роль в
уголовно-процессуальной деятельности, обеспечении прав, свобод и законных
интересов личности. Указанные субъекты обладают практически равными
статусом при осуществлении уголовного преследования, за исключением того,
что следователь подчиняется руководителю следственного органа в рамках
осуществления должностных полномочий. В свою очередь руководитель
следственного органа обладает всеми правами следователя, руководителя
следственной группы при осуществлении уголовного преследования.
Далее, субъектом уголовного преследования назван дознаватель. Дознание
представляет собой одну из форм предварительного расследования, произведение
предварительного следствия по которым не является обязательным. Дознание
проводится в соответствии с признаками подследственности органами дознания и
дознавателем. В соответствии с положениями статьи 151 УПК РФ дознание
может производиться дознавателями пограничных органов ФСБ России,
дознавателями органов службы судебных приставов, дознавателями органов
Государственного пожарного надзора Федеральной противопожарной службы,
дознавателями таможенных органов и других в пределах своей компетенции.
Согласно п.7 ст.5 УПК РФ дознаватель – «должностное лицо органа
дознания, правомочное либо уполномоченное начальником органа дознания
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета». - № 249, 22.12.2001.
33
34
осуществлять предварительное расследование в форме дознания, а также иные
полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом».34
Дознаватель прежде всего должен производить неотложные следственные
действия по делам, по которым обязательно производство предварительного
следствия.
Действующим законодательством установлено, что производство дознания
возлагается на дознавателя, но никак не на лиц, производящих оперативнорозыскные
мероприятия.
Этот
момент
является
основополагающим
при
производстве дознания, поскольку лица, производящие оперативно-розыскные
мероприятия по делу обладают достаточной информацией и имеют возможность
влияние как на данные, ставшие известны им в ходе дознания, так и на конечный
результат самого дознания. Таким образом, государство создало некие гарантии
как для дознавателей, так и для лиц, в отношении которых оно осуществляется.
Дознаватель обладает меньшей процессуальной самостоятельностью нежели
следователь, чьи полномочия более обширны. Дознаватель обязан принимать к
рассмотрению сообщения о совершенном или готовящемся преступлении,
назначать проверку по данному факту, а также выносить решения о возбуждении
или отказе от возбуждения уголовного дела. Как указывалось, ранее, прокурор
вправе отдавать распоряжения дознавателю. В том случае, если дознаватель не
согласен с исполнением таких решений или считает их незаконным и
необоснованным, то он может обжаловать их. Однако, законом предусмотрено и
то, что дознаватель на время пока ведется принятие решения по его ходатайству,
все же обязуется исполнять решения прокурора. В соответствии с уголовнопроцессуальным
законодательством,
дознавателю
отведено
право
самостоятельного осуществленияпроцессуальныхдействий, но с оговоркой на то,
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета».- № 249.- 22.12.2001.
34
35
что для их осуществления не нужно согласие начальника органа дознания,
прокурора или судебное решение.35
Все сказанное выше подтверждает тот факт, что дознаватель хоть и является
самостоятельным субъектом уголовного преследования, все же находится в некой
зависимости от другого субъекта преследования – прокурора.
В судебной практике неоднократно поднимался вопрос о том, является ли
суд субъектом уголовного преследования. Согласно Кассационному определению
Суда Чукотского автономного округа от 02.10.2012 по делу № 22-23/2012, 111/12, 11-2/2012 «В силу ч. 1 ст. 21 УПК РФ суд не является органом,
компетентным осуществлять уголовное преследование. Данную обязанность от
имени государства по уголовным делам публичного обвинения, к каковым
относится и настоящее уголовное дело, осуществляют прокурор, следователь,
дознаватель».36
Предполагается, что место суда в уголовном преследовании заключается в
том, что суды выносят приговоры от имени государства, реализуя тем самым
полномочия судебной власти.Суд – это главенствующая фигура в уголовном
судопроизводстве. На стадии досудебного производства данный орган вправе
рассматривать обжалования лиц на решения дознавателя или следователя об
отказе возбуждении уголовного дела. Помимо этого, в случае предварительного
расследования суд в частности выносит постановления об осмотре жилища,
выемке предметов, имеющих отношение к делу из этого помещения. Суд может
вынести постановление о контроле телефонных и иных переговоров, переписок.
Что же касается судебного производства по делу, то следует отметить, что
основные
полномочия
суда
и
заключаются
как
раз-таки
в
вынесении
постановления о невиновности или виновности лица и о мере пресечения по
отношению к нему.
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета». - №249.- 22.12.2001.
36
Кассационное определение Суда Чукотского автономного округа от 02.10.2012 по делу № 22-23/2012, 111/12, 11-2/2012 // СПС «КонсультантПлюс».
35
36
Таким образом, следует сказать о том, что вокруг определения субъектов
уголовного преследования субъектов уголовного преследования в юридической
литературе и в судебной практике существуют серьезные споры. По общему
правилу,
установленному
УПК
РФ,
в
качестве
субъектов
уголовного
преследования рассматриваются прокурор, следователь, дознаватель. При этом в
юридической литературе и судебной практике существует мнение о причислении
к субъектам уголовного преследования судов.
1.3. Проблема отнесения потерпевшего, частного обвинителя к субъектам
уголовного преследования
Говоря о потерпевшем как о субъекте
уголовного преследования
необходимо учитывать следующее. Согласно статье 22 УПК РФ «Потерпевший,
его законный представитель и (или) представитель вправе участвовать в
уголовном преследовании обвиняемого, а по уголовным делам частного
обвинения - выдвигать и поддерживать обвинение в порядке, установленном
настоящим Кодексом». 37
Из буквального толкования статьи следует, что законодатель предоставляет
право
потерпевшему
участвовать
в
уголовном
преследовании
только
обвиняемого. По мнению Конституционного Суда РФ, выраженному в его
Определении от 06.03.2003 N 104-О, «выполнение функции обвинения
заключается
в
возбуждении
уголовного
преследования,
формулировании
обвинения и отстаивании его в суде».38
Но в ряде случаев деятельность пострадавшего носит обвинительную
направленность еще до появления конкретного подозреваемого (обвиняемого) в
уголовном деле, до юридического признания его самого потерпевшим и даже до
возбуждения уголовного дела. Например, подача заявления о возбуждении
уголовного дела частно-публичного обвинения или участие в производстве
процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении. Согласно
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
«Российская газета». - № 249.- 22.12.2001.
38
Определение Конституционного Суда РФ от 06.03.2003 № 104-О // СПС «КонсультантПлюс».
37
37
позиции Конституционного Суда РФ, «реализация предоставленных в уголовном
судопроизводстве прав обусловлена не формальным признанием лица тем или
иным участником производства по уголовному делу, а наличием определенных
сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица».39
Правовой статус лица устанавливается исходя из фактического его
положения
и лишь процессуально
оформляется постановлением,
но не
формируется им.40
Позднее в 2017 году Конституционный Суд РФ выразил следующую
правовую позицию: «Предусматривая полномочие государственного обвинителя
отказаться от поддержания государственного обвинения и связанную с этим
обязанность суда прекратить уголовное дело или уголовное преследование либо
признать обвиняемого виновным в менее тяжком преступлении, уголовнопроцессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство
осуществляется на основе принципов состязательности и равноправия сторон
(статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации и статья 15 УПК
Российской Федерации), в силу которых функции обвинения и разрешения дела
отделены друг от друга и возложены на разных субъектов, возбуждение
уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед
судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а
также потерпевшим, к ведению же суда относятся проверка и оценка
правильности
и
обоснованности
сделанных
ими
выводов
по
существу
обвинения».41
Таким образом, однозначно назвать потерпевшего субъектом уголовного
преследования сложно.
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2000 N 11-П // «Российская газета», N 128,
04.07.2000.
40
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 N 17 (ред. от 16.05.2017) «О практике
применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» //
«Российская газета». - № 147.- 07.07.2010.
41
Определение Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 № 2800-О // «Вестник Конституционного Суда
РФ»- № 2- 2018.
39
38
УПК РФ дает расширительное толкование кругу прав потерпевшего, тем
самым законодатель формально предоставляет ему возможность участвовать в
уголовном преследовании по делам, относящимся к категории публичного и
частно-публичного обвинения. Следует заметить, что на практике у потерпевшего
такая возможность, как правило,не реализуется. Между тем, в юридической
литературе
неоднократно
рассматривался
вопрос
о
расширении
прав
потерпевшего. Возможно таким образом потерпевший будет без своей воли
вовлечен в уголовный процесс, что, по сути, превращает право потерпевшего в
обязанность. Такая позиция противоречит основным положениям Конституции
РФ, уголовному и уголовно-процессуальному законодательству. Статистика
показывает, что потерпевшие стараются не принимать участия в уголовном
процессе. Потерпевшие как участники уголовного производства преследуют
определенные цели – возмещение причиненного ущерба и восстановление
нарушенных прав. Итак, расширение прав потерпевшего не представляется
необходимым, более того, принуждать потерпевшего к участию в уголовном
процессе противоправно и противоречит нормам этики.
Ранее было замечено, что рассмотрение уголовного дела частно-публичного
обвинения основывается на принципах публичности и диспозитивности. Принцип
публичности заключается в том, что обязанность осуществления уголовного
преследования
по
делам
частно-публичного
обвинения
лежит
на
специализированных и уполномоченных на то органах – Следственном Комитете
РФ,
Прокуратуре
РФ.
Законодатель
возложил
на
них
обязанность
по
расследованию, раскрытию и изобличению преступления. Можно утверждать, что
«делегирование обязанностей» специализированных органов и должностных лиц
на потерпевшего приведет к отрицательным для всех участников процесса
последствиям.
Вместе с тем, на практике хоть и из редко, новсе же отмечаются случаи,
когда потерпевший принимает активное участие в уголовном процессе.
Целесообразным
будет
предоставить
ему
право
на
самостоятельное
39
формулирование обвинения, поддержание и обоснование его в суде. В таких
случаях, суд будет не вправе прекратить производство по делу в связи с отказом
государственного обвинителя от участия в таких процессуальных действиях.
К
примеру,
в
странах
англо-саксонской
правовой
семьи
(США,
Великобритания) потерпевший, рассматриваемый как жертва преступления, не
нуждается в признании за ним специального правового статуса. Потерпевший
вправе самостоятельно или с помощью адвоката сформировать правовые позиции,
выступить в суде от своего имени и защитить свои интересы. ФРГ, например,
подразделяет
потерпевших
на
«пассивных»
и
«активных».
«Пассивные
потерпевшие» приравниваются к свидетелям, тогда как «активные» - к
государственному
обвинителю.
Следует
отметить,
что
российскому
законодательству в данном случае было бы полезно обратиться к опыту
зарубежных стран и в некоторых вопросах пересмотреть процессуальный статус
потерпевшего.
Что касается дел частно-публичного обвинения, то после возбуждения
уголовного дела порядок производства по нему ничем не отличается от дел
публичного обвинения.
Однако роль и значение потерпевшего все же отличается в делах частного
обвинения. Как известно, дела частного обвинения возбуждаются по заявлению
самого потерпевшего или его законного представителя. В юридической
литературе существует мнение, что законодатель в данном случае допустил
следующие коллизии.
Во-первых, пострадавший от преступления, который подает заявление
мировому судье, еще не является потерпевшим, поскольку он таковым еще не
признан в установленном законом порядке. Во-вторых, в действительности дело
считается возбужденным не тогда, когда подано заявление, а когда мировой судья
выносит постановление о его принятии. Фактически дело частного обвинения
возбуждается не потерпевшим, а мировым судьей. Позиция Конституционного
40
Суда, а следом и законодателя по поводу того, что суд не может самостоятельно
возбуждать уголовные дела, на самом деле не соответствует Конституции РФ.
В странах романо-германской правовой семьи зарубежной Европы
уголовное
преследование
возбуждается
специализированным
судьей,
называемым«следственный», в то время как в государствах общего права –
обычным судьей. При этом следует иметь ввиду, что судьи в странах
рассмотренных правовых семей лишь возбуждают уголовные дела, а оперативнорозыскной деятельностью заняты другие специальные органы (например, ФБР в
США, в ФРГ – криминальная полиция).
Круг дел частного обвинения в России постоянно уменьшается. Согласно
положениям УПК РФ, лишь для трех составов преступлений допустимо
возбуждение уголовного дела в частном порядке. Однако и в этих случаях
имеются определенные изъяны. Так, согласно ч. 4 ст. 20 УПК РФ, «руководитель
следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель
имеют право возбуждать уголовные дела частного обвинения и при отсутствии
заявления потерпевшего или его законного представителя, если преступление
совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного
состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные
интересы».42
К иным причинам относится также случай совершения преступления
лицом, данные о котором неизвестны. В случаях, когда подобные дела
возбуждаются органами предварительного расследования, они приобретают
публичный характер, соответственно, становятся делами публичного обвинения.
Следует сказать о том, что в современной практике дел частного обвинения
насчитывается сравнительно малое количество. Так, в юридической литературе
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) //
"Российская газета", № 249, 22.12.2001.
42
41
принято относить к частному обвинению дела, которые поступают в мировые
суды, а также дела небольшой и средней тяжести.43
Однако, в юридической литературевстречается и иная позиция, которая
основана на том, что следует расширить перечень дел частного обвинения. Если
обратиться к историческому опыту, то законодательство Российской Империи
определяло критерием отнесения преступления к делам частного обвинения
наличие родственных отношений, совершение деяния по неосторожности. В этот
период времени в порядке частного обвинения преследовались бытовые споры,
кража, мошенничество. Предполагается, что законодателем были достаточно
обоснованы эти критерии.Необходимо использовать практику исторического
опыта и применять ее в современных условиях. Неосторожное причинение
телесных повреждений носит меньшую общественную опасность, нежели
умышленное.
В
свою
очередь,
вмешательство
государства
в
личные
взаимоотношения близких родственников, вопреки их нежеланию, может повлечь
лишь негативные последствия.
Конституция РФ, УПК РФ наделили потерпевшего правом участвовать в
осуществлении уголовного преследования, при этом, важно, чтобы данное право
не превращалось в обязанность. Уместно было бы предоставить дополнительные
права потерпевшим, которые сами этого желают. Наиболее приемлемой
формулировкой в этом случае будет «потерпевшему предоставлено право наряду
с государственным обвинителем выдвигать и поддерживать обвинение. Отказ
государственного обвинителя от обвинения не влечет за собой прекращение
уголовного дела.В случае отказа государственного обвинителя, суд обязан
рассмотреть обвинение, выдвинутое потерпевшим».
Нельзя забывать о том, что дела частного обвинения возбуждаются
мировым судьей. Процессуальным актом выступает постановление о принятии
заявления
к
производству.
Отсутствие
постановления
приравнивается
к
отсутствию уголовного дела.
Гриненко А.В. Частное обвинение в механизме уголовно-процессуального регулирования // Мировой
судья. - 2018. № 2. -C. 14 – 17.
43
42
Следует отметить, что круг дел частного обвинения на настоящий момент
достаточно узок. За счет включения в круг частного обвинения неосторожных,
нетяжких преступлений, совершенных в отношении близких родственников,
возможно существенно расширить круг дел частного обвинения и облегчить
задачу судам общей юрисдикции.
Итак, спор о включении потерпевшего в качестве субъекта уголовного
преследования ведется как в юридической литературе, так и в судебной практике.
Следует сказать о том, что мнение Конституционного Суда РФ начала 2000-ых и
мнение, выраженное в последнем судебном акте Конституционного Суда РФ
существенно различается. Тем не менее, если бы законодатель все же уделил
должное внимание потерпевшему или частному обвинителю путем расширения
их правового статуса, то это положительным бы образом повлияло на ход
производства по делу. В частности, речь идет о законодательном закреплении
таких прав как право выдвижения и поддержания обвинения в суде не только при
наличии на судебном заседании адвоката, но и при личной явке без
сопровождения защитника. Все же следует сказать, что обязательное присутствие
адвоката в процессе, которое зафиксировано в нормах российского права,
декларировано с целью защиты нарушенных прав и интересов потерпевшей
стороны
в
большем
и
профессиональном
объеме.
Адвокат,
как
лицо,
оказывающее квалифицированную юридическую помощь, играет важную роль в
производстве по делу, поскольку от того, каким образом он будет осуществлять
свою роль, и будет зависеть ход рассматриваемого дела, а как итог - решение
суда. Таким образом, можно сделать вывод о том, что частного обвинителя и
потерпевшего все же следует выделять как отдельных субъектов уголовного
преследования. Пока что в законе не закреплено за ними права самостоятельного
присутствия в суде без защитника или представителя, однако зафиксировано то,
что они обладают правом участия в процессуальных действиях. Вопрос о
расширении правового статуса данных субъектов остается дискуссионным и
решение по нему будет принимать исключительно законодатель.
43
44
ГЛАВА 2. ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА СУБЪЕКТОВ УГОЛОВНОГО
ПРЕСЛЕДОВАНИЯ
2.1 Правовая культура как часть правосознания
Понятие «правовая культура» в последнее время достаточно часто
упоминается в трудах ученых, звучит из уст юристов-практиков, а также
регулярно встречается в юридической литературе. Указ Президента России от 7
мая 2018 года №204 «О национальных целях и стратегических задачах развития
Российской Федерации на период до 2024 года» содержит в себе положения,
посвященные правовой культуре. Глава государства не раз упоминает о том, что
развитие и формирование правовой культуры граждан – это одна из базовых задач
государства.
В юридической литературе сложилось несколько подходов к определению
понятия «правовая культура».
Например, А.А. Иванов утверждает, что правовая культура – это
«обусловленная экономическим, политическим, социальным и духовным уровнем
развития общества разновидность общей культуры, представляющая собой меру
освоения и использования накопленных человечеством правовых ценностей,
передаваемых в порядке преемственности от поколения к поколению».44
А.В. Мелехин рассматривает же правовую культуру как «качественное
состояние правовой жизни общества, выражающееся в достигнутом уровне
совершенства правовых актов, правовой и правоприменительной деятельности,
правосознания и правового развития личности, положительно влияющее на
общественное развитие и поддержание самих условий существования государства
и общества».45
По мнению другой группы авторов «правовая культура - это разновидность
общественной культуры, отражающая определенный уровень правосознания,
44
Иванов А.А. Теория государства и права: учеб.пособие для студентов ВУЗов, обучающихся по
специальности «Юриспруденция» / под ред. В.П.Малахова. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон
и право.- 2009.- С.241.
45
Мелехин А.В. Теория государства и права: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. // СПС КонсультантПлюс.
2009.
45
совершенства законодательства и юридической практики, охватывающая все
ценности, созданные людьми в области права».46
Анализ приведенных выше понятий позволяет сделать вывод о том, что
правовая культура представляет собой общий уровень знаний и объективное
отношение общества к праву. Она проявляется в поведении людей и формируется
под влиянием системы правового воспитания.
В качестве субъектов правовой культуры могут быть рассмотрены
физические лица (граждане, иностранные граждане, лица без гражданства),
юридические (любые организационно-правовые формы) и должностные лица, а
также государство, его субъекты, муниципальные образования и органы
государственной власти (как федеральные, так и органы государственной власти
субъектов), так и органы местного самоуправления.
В.К. Бабаев придерживается следующей позиции. Автор утверждает, что
правовая культура личности зависит прежде всего от динамики развития
правового сознания у населения, проживающего на определенной территории. То,
каким образом будет функционировать система права определенного государства
и взаимодействовать с гражданами, таким образом и будет формироваться либо
положительное
отношение
к праву,
либо отрицательное.
Отрицательное
отношение к праву или в целом само отрицание его наличия называется правовым
нигилизмом. В условиях современных реалий, не все государства строят такую
систему права, которая бы удовлетворяла потребности населения, провозглашала
и защищала бы их права и законные интересы, не выдвигая на первое место само
государство. Многие страны, забывая о том, что первоочередная задача правового
государства – это защита легальных прав и интересов его подданных, не нарочно
формируют отрицательное отношение к правовой системе и в целом к праву, а
также
государственным
органам.
Такая
реакция
людей
может
носить
общественно-опасный характер, который проявлялся бы как минимум в
безразличии к правовым явлениям, происходящим в стране, и как максимум –
46
Цечоев В.К., Швандерова А.Р. Теория государства и права: учебник. М.: Прометей.- 2017. - С. 330.
46
общественных протестов, целью которых являлось бы свержение существующей
власти. Дело в том, что оппозиция – это здоровое политическое явление, однако
лишь тогда, когда она не принимает крайние формы.47
Нельзя не согласиться со словами автора, в целом правовую культуру
общества рассматривают как разновидность «общей культуры, представляющей
собой систему ценностей, достигнутых человечеством в области права и
относящихся к правовой реальности данного общества (уровню правосознания,
режиму законности и правопорядка, состоянию правовой системы, состоянию
юридической практики и др.)».48
Предполагается, что правовая культура общества выступает в качества
показателя правового прогресса и является результатом социальной и правовой
активности субъектов права.
Вопрос
взаимосвязи
таких
понятий
как
«правая
культура»
и
«правосознание» в юридической литературе также находит однозначный ответ:
связь данных понятий проявляется напрямую.
В подтверждение этому можно привести точку зрения Л.П. Рассказова,
который считает, что правосознание – это совокупность идей, теорий, чувств,
эмоций,
взглядов
и
других
компонентов,
выражающих
оценочное
психологическое отношение людей к правовым явлениям и в целом к праву –
действовавшему, действующему и желаемому.
Правосознание обладает рядом признаков. К ним относят:
1.
тесную связь с государственно - правовыми явлениями
2.
разнообразие форм представления правовой действительности
3.
взаимодействие с другими формами общественного познания
4.
возможность воздействия на правовые предписания
5.
имеет под собой оценочное начало
6.
отражает психоэмоциональное состояние индивида к нормам права.
Бабаев В.К. Теория государства и права: учебник для бакалавров — 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт, 2014. С. 307.
48
Краснов Ю.К., Надвикова В.В., Шкатулла В.И. Юридическая техника: учебник. М.: Юстицинформ,
2014. -С.290.
47
47
Стоит также отметить, что правосознание выполняет ряд следующих
задач:
1)
воздействует на человеческое сознание путем восприятия правовой
действительности
2)
способствует правовой ориентации
3)
формирует
оценочный
потенциал
и
возможность
индивида
воздействовать на правовую среду.
Должное внимание вместе с тем следует уделить и функциям
правосознания, к которым относят:
информационную (именно она отражает правовую ситуацию,
-
передает положения законодательства и в целом правовых норм, действующих на
территории страны, а также без ее наличия невозможно существование иных
функций правосознания)
- оценочная (формирует комплекс эмоций, чувств, мнений и реакций
на
правовые
властные
предписания,
способствует
сопоставлению
государственных правовых норм и ценностей с личностными)
регулятивная
-
(заключается
в
формировании
реакции
на
существующую правовую среду в результате анализа индивидом правовых
реалий, как правило, из этого складывается определенное поведение присущее
самому индивиду или группе лиц; вместе с тем индивид может реагировать как на
поведение органов государственной власти, на сами правовые нормы, так и на
поведение иных окружающих его лиц)
- прогностическая (предполагает возможность предвидеть на перед
правовое состояние социальной сферы жизни общества)
- правотворческая (правосознание может являться источником права,
в таком случае народ либо органы государственной власти имеют возможность
выступить
с
корректировке).
инициативой
по
принятию
новых норм
права,
либо их
48
Говоря о правосознании в общем смысле, невозможно не коснуться и
вопроса его структуры. Структура правосознания включает в себя 2 важных
элемента таких как:
1.
правовая идеология
2.
правовая психология
Правовая идеология представляет собой совокупность постулатов,
концепций, теорий о праве в научном их выражении.
Правовая идеология находит свое закрепление в научных трудах,
доктринах, юридической литературе и рассматривает роль права в системе
общественных отношений.
Правовая
психология
напротив
отражает
эмоциональное
составляющее, а не рациональное. Она включает в себя стереотипы, ценности, а
иногда даже обычаи, являющиеся основой поведения индивида или группы лиц. 49
Наряду с этим в юридической литературе встречаются и различные
классификации видов правосознания.
В зависимости от субъектов правосознания выделяют:
1)
индивидуальное
2)
групповое
3)
общественное
В зависимости от уровня правосознания:
1)
обыденное
(чаще
всего
индивидуальное,
складывающееся
из
правового опыта лица)
2)
теоретическое (или научное закреплено в юридической литературе)
3)
профессиональное (присуще лицам, имеющим высшее юридическое
образование либо оказывающим квалифицированную юридическую помощь). 50
49
50
Рассказов Л.П. Теория государства и права: углубленный курс: Учебник. - М.: ИНФРА-М, 2015.- С.490-492.
Морозова Л.А. Теория государства и права: учебник — 5-e изд., перераб. и доп. - М.: Норма, 2014.- С.347.
49
Таким образом, можно утверждать, что правосознание напрямую влияет на
формирование правовой культуры. Иными словами, правовая культура есть часть
правосознания.
Правовая культура личности - это «обусловленные правовой культурой
общества степень и характер прогрессивно-правового развития личности,
обеспечивающие ее правомерную деятельность».51
Она
формируется
непосредственно
образованием,
которое
человек
получает, образом жизни, который ведет.
Правосознание и правовая активность граждан выражаются в степени
освоения (знание, понимание и соблюдение) ими правовых основ, участия в
мероприятиях правового характера, а также, например, выдвижения предложений
о совершенствовании существующих правовых норм через своих представителей
в органах законодательной власти. В идеале каждый субъект права должен
признавать ценность права, понимать его, уметь толковать, определять сферу
действия правового акта, применять в практической деятельности. Как отмечают
многие ученые-юристы правовую культуру в населении должно воспитывать само
государство, обладающее на то достаточными ресурсами и желанием. Средствами
такого воспитания могут стать как материальные (нормативно-правовые акты),
так и устные (лекции и семинаре о праве) ресурсы.52
В юридической литературе справедливо существует дифференциация
правовой культуры на профессиональную, научную и обыденную. Обыденная
правовая культура представляет собой житейские знания о праве, простейшие
умения
и
навыки
правореализационной
деятельности.
Профессиональная
правовая культура связана с высоким уровнем знания права, его традиций,
принципов, помимо этого она характеризуется способностью решать правовые
задачи. Научная правовая культура рассматривается как углубленное изучение
правовых
явлений,
способность
участвовать
в
правотворческой
и
Краснов Ю.К., Надвикова В.В., Шкатулла В.И. Юридическая техника: учебник. М.: Юстицинформ, 2014.
- С.290.
52
Рассказов Л.П. Теория государства и права: углубленный курс: Учебник. — М.: ИНФРА-М, 2015. -С. 495.
51
50
правоприменительной деятельности государства. Предполагается, что обыденная,
профессиональная и научная правовая культура находятся в тесной связи и
постоянном взаимодействии.
Следует сказать о том, что многие авторы выделяют такое понятие как
«правовой менталитет», который представляет собой совокупность взглядов на
окружающий человека мир и его положение в нем через призму правовых норм и
явлений. Он отражает психологические установки, согласно которым человек
реализует свои права в сфере общественных отношений, либо отказывается от их
реализации, относится к праву тем или иным образом. «Правовой менталитет»
согласует с рассмотренным ранее понятием «правосознание».
Одна группа авторов полагает, что «правосознание» шире, чем «правовой
менталитет», так как включает в себя последнее понятие.53
Другие полагают наоборот, обосновывая свою точку зрения тем, что
«правовой менталитет» состоит не только из компонентов, отражающих
понимание
права,
но
и
из
компонентов,
содержащих в
себе
многие
психоэмоциональные установки.54
М. Ю. Мордовцева, опуская споры вокруг этих понятий, делает заключение
о том, что «правовой менталитет» является планкой отражения правовых реалий,
происходящих в конкретном государстве. Сочетая в себе эмоциональное и
рациональное начало, он формируется посредством убеждений и отношений к
правовой среде. Автор уделяет большое внимание правовому менталитету народа,
обосновывая это тем, что именно он формирует национальный колорит правового
сознания, влияет на характер поведения граждан, выражающийся в их участии в
правовой жизни страны. Помимо этого, она полагает, что исторический путь
развития и становления государства, форма правления, действующая нормативноправовая база - все эти элементы в совокупности накладывают отпечаток на
существующий правовой менталитет нации. Связь эмоций, которые испытывает
Овчиев Р.М. Правовая культура и российский правовой менталитет. Автореф. канд. юрид. наук. Краснодар,
2006.- с. 20.
54
Иванников И.А. Проблемы государства и права России начала XXI века. Ростов н/Д., 2003.- С. 305.
53
51
народ и правовые реалии, существующие в настоящем, образуют единство и
взаимосвязь, именуемое «правовой менталитет нации».55
Таким образом, можно сделать вывод о том, «правосознание» формируется
путем суммирования правового менталитета личности, правовой культуры и ее
правосознания. Комплекс, состоящий из этих элементов представляет большую
ценность как для самого лица, так и для государства. Правовая культура
личности, проявляющаяся в положительном отношении к праву – залог здорового
функционирования правовой системы страны.
2.2 Общая характеристика профессиональной правовой культуры
Профессиональная правовая культура выступает одной из форм правовой
культуры,
которая
свойственная
группе
людей,
имеющих
специальное
образование и практическую подготовку. «Профессиональная правовая культура
– это правовая культура особых социальных субъектов, деятельность которых
имеет непосредственной целью создание, применение, обеспечение и исполнение
юридических норм, а также научное познание правовой системы общества».56
Она характеризуется всеми признаками правовой культуры: подразделяется
на правовую культуру правотворчества, применения права, обеспечения права.
Помимо этого, она оказывает важное значение на функционирование и развитие
всех основных элементов правовой системы общества.
Л.
А.
Морозова
важное
значение
уделяет
профессиональным
субъектам правоприменения и их правосознанию. Законодатель зачастую
обращается к профессиональным лицам в области юриспруденции, это судьи,
прокуроры, следователи, адвокаты, нотариусы, эксперты, которые должны
обладать определенным правосознанием для реализации своих полномочий.
Любашиц В.Я., Мордовцев А.Ю., Тимошенко И.В., Шапсугов Д.Ю. Теория государства и права. Ростов н/Д.,
2003. - С. 627.
56
Петров Александр Васильевич, Котрикова Татьяна Юрьевна Профессиональная правовая культура в
системе
правовой
культуры
общества
//
Вестник
ННГУ.
2013.
№3-1.
URL:
https://cyberle№i№ka.ru/article/№/professio№al№aya-pravovaya-kultura-v-sisteme-pravovoy-kultury-obschestva.
55
52
Именно от того, каким образом сложено правосознание данных субъектов, будет
зависеть осуществление ими своей компетенции.57
Ученые различают объективное и субъективное право. Объективное
право представляет собой систему, выражающую государственную волю
общеобязательных
норм,
направленную
на
регулирование
общественных
отношений и правил, установленных государством и охраняемых в случае
нарушения силой государственного аппарата. Субъективное право – это право
субъекта, гражданина, либо лица без гражданства; это вид и мера возможного
поведения, действия, притязания лица, основанное на принадлежащем ему праве.
Данным правом человек может пользоваться, либо отказаться от его реализации.
Так или иначе, именно право является основой формирования правового
сознания.
А как следствие, правовое сознание напрямую будет отражать правовую
культуру личности.
Неслучайно взгляды ученых-юристов не одно столетие прикованы к
профессиональной
правовой
культуре.
Дело
в
том,
что
она
является
неотъемлемым атрибутом для осуществления профессиональными лицами в
области юриспруденции своих полномочий. Законодатель установил четкие
требования, для таких лиц с целью допуска их к работе. Во-первых, лицо,
желающее заниматься юридической деятельностью на профессиональной основе
должно обладать дееспособностью. Как мы знаем, дееспособность - способность
гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права,
создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Как следствие, для
обладания полной дееспособностью лицу необходимо: наличие совершеннолетия,
отсутствие
пристрастия
к
азартным
играм,
злоупотребления
спиртными
напитками или наркотическими средствами, психического расстройства, при
котором он может не понимать значение своих действий.58
Морозова Л.А. Теория государства и права: учебник — 5-e изд., перераб. и доп. - М.: Норма, 2014.- С.348.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ(ред. от 03.08.2018) (с изм. и
доп., вступ. в силу с 01.09.2018) // «Российская газета». - № 238-239.- 08.12.1994.
57
58
53
Во-вторых,
наличие
высшего
юридического
образования
является
обязательным. Образование должно быть получено по имеющей государственную
аккредитацию образовательной программе, либо лицо должно иметь ученую
степень по юридической специальности.
В-третьих, у лица должна отсутствовать судимость.
Как итог, следует заметить, что все перечисленные выше дефиниции
свидетельствуют о том, что
у лица, занимающегося профессиональной
юридической деятельностью обусловлено наличие правосознания и правовой
культуры. Правосознание– это необходимый атрибут осуществления такими
лицами своих полномочий. Без правосознания им трудно и приобрести статус, и
определить
свое
место
в
правовой
системе,
и
осуществлять
свою
профессиональную деятельность.
Профессиональная правовая культура формируется с момента начала
получения лицом профессиональных навыков специальной подготовки. Она
включает в себя определенные элементы: систему теоретических знаний,
сформированных из юридических норм, принципов и закономерностей правовой
действительности,
а
также
убежденность
в
социальной
справедливости,
полезности права.
Взаимодействие профессиональной и научной правовой культуры также
играет важную роль. Как правило, больший вклад в развитие научной культуры в
области права вносят юристы-практики. Изучая проблематику правореализации и
иные проблемы права, с которыми они сталкиваются по ходу осуществления
своей профессиональной роли, они находят пути решения этих проблем и
отражают их в своих трудах. Юристы-практики не только правомочны
реализовывать свою трудовую функцию, но и вносить свою лепту в научные
правовые доктрины современности. Таким образом, можно подтвердить факт
того, что профессиональная правовая культура тесно переплетается с научной.
Подход, согласно которому юристы-практики реализуют в письменном виде свои
54
умозаключения о праве, является наиболее важным для научной правовой
культуры.
Следует заметить, что понятия «профессиональная правовая культура» и
«профессиональная
этика» рассматриваются
как однородные.
С
данным
утверждением нельзя согласиться.
Теперь обратим внимание на то, как в юридической литературе определяют
понятие «профессиональная этика»:
- учение о нормах морали, нравственности, представленное исторически
сложившуюся систему правил, принципов и предписаний для отдельных
категорий профессий;
- наука о требованиях к
морально-нравственным
качествам
субъекта
профессиональной деятельности, об уровне его общей и правовой культуры.
Наиболее
важным
и
интересующим
нас
термином
является
«профессиональная этика юриста» или «юридическая этика».
«Юридическая этика - это вид профессиональной этики, представляющий
собой совокупность правил поведения работников юридической профессии,
обеспечивающих
нравственный
характер
их
трудовой
деятельности
и
внеслужебного поведения, а также научная дисциплина, изучающая специфику
реализации требований морали в этой области».59
Говоря об осуществлении юридической деятельности, неслучайно на ум
приходит это понятие. Данное определение подразумевает соблюдение юристом
профессионализма и дисциплины. В юридической литературе часто упоминается
о том, что юристпрямой обязанностью имеет соблюдение требований этических
норм и правил. Кроме того, профессиональная этика подразумевает осознание
необходимости добросовестного исполнения возложенных обязанностей на лицо,
способность
охарактеризовать
нравственное
начало
в
своей
профессии.
Профессиональная этика юриста должна строиться на началах добровольности
служения закону, защите легальных прав и интересов лиц, обратившихся за
59 Кобликов А.С. Юридическая этика: Учебник для вузов. М., 1999. - C. 32.
55
помощью к юристу, способности и возможности реализации своих полномочий в
соответствие с законом.
Помимо
этого,
профессиональная
этика
юриста
должна
осуществляться им в рамках антикоррупционного законодательства, а также с
целью
недопущения
легализации
незаконных
умышленных
действий,
заинтересованных на то лиц. Таким образом можно сделать вывод о том, что
соблюдение профессиональной этики юристом как бы возлагает на него
дополнительные обязанности по осуществлению им своей деятельности. Юрист,
являясь стражем закона, стоит на позиции отстаивания законных, нравственных и
моральных ценностей общества.
Профессиональная
этика
юриста
помимо
всего
прочего
подразумевает постоянное обновление знаний в области законодательства,
совершенствование своих профессиональных навыков и умений.
Профессиональная этика юриста формируется на основе взаимосвязи
правовых и нравственных принципов, норм нравственного сознания. А
профессиональная правовая культура, в свою очередь, формируется из знания и
умения
применять
правовые
нормы.
Это
означает,
что
термины
«профессиональная этика юриста» и «профессиональная правовая культура»
являются
взаимодополняющими
друг
друга.
Профессиональная
правовая
культура и профессиональная этика юриста – это совокупный комплекс,
необходимый для осуществления лицами в области юриспруденции своих
полномочий в соответствии с законом и нравственными ценностями общества.
Итак, профессиональная правовая культура занимает важнейшее место в
системе правовой культуры общества. Профессиональная правовая культура
характеризуется следующими признаками: глубоким знанием законодательства,
пониманием субъектами механизма правового регулирования, возможностью
применять и обеспечивать право. Профессиональную правовую культуру
необходимо рассматривать как базис массовой культуры.
56
2.3 Правовая культура отдельных категорий субъектов уголовного
преследования и необходимость ее совершенствования.
Правовая
культура
должностных
лиц
представляет
собой
часть
профессиональной правовой культуры, деятельность которых направлена на
осуществление
процессуальных
действий,
способных
повлечь
за
собой
определенные правовые последствия. Уровень правовой культуры отдельных
категорий
субъектов
уголовного
преследования
не
только
оказывает
существенное влияние на результат самого уголовного преследования, но и на
уровень правовой культуры общества, а также уровень доверия граждан к праву,
правовой системе.
Субъекты уголовного преследования, в частности, прокурор, следователь,
дознаватель обязаны иметь высокий уровень правовой культуры. В первую
очередь, указанные лица получают специальное образование, что существенным
образом влияет на повышение уровня профессиональных правовых знаний. При
этом наличие высшего юридического образования является обязательным
основанием для приема на службу перечисленных субъектов.
В
рамках
исполнения
своих
должностных
полномочий
прокурор,
следователь, дознаватель осуществляют применение права и обеспечивают право,
иначе
говоря,
организуют
охрану
правопорядка.
Субъектам
уголовного
преследования недоступна способность осуществлять правотворчество. Тем не
менее, качество реализации правоприменения этими субъектами оказывает
существенное влияние на общий уровень правовой культуры и уровень доверия
населения
к
должностным
лицам,
осуществляющим
процессуальную
деятельность.
Необходимо отметить, что субъекты уголовного преследования в состоянии
оказывать влияние как на собственный уровень правовойкультуры, так и на
уровень правовой культуры иных субъектов уголовного преследования. В
современной российской действительности отсутствует единый центр правового
воспитания. Законодательно закреплен субъект, способный возглавить процесс
57
повышения правовой культуры, а также придать ему целенаправленность.Этот
субъект способен осуществлять надзор за реализацией правового воспитания и
выстраивать работу в данном направлении. Поскольку правовое воспитание – это
один из способов формирования правовой культуры. В юридической литературе
этот субъект именуется прокуратурой Российской Федерации.
Итак, представляется возможным рассматривать прокуратуру как особый
субъект правовоспитательного процесса и как его результат – высокий уровень
правовой культуры. Прежде всего, необходимо определить, что из себя
представляет
правовое
воспитание.А.С.
Бондарев
предложил
понимание
правового воспитания как «процесса организованного и целенаправленного
воздействия агентов правовой социализации на их правосознание и правовое
поведение».60
Между тем, не любое воздействие является воспитанием, а только та,
которое обладает определенными свойствами. Одно из таких свойств централизованность.
А.С.
Бондарев
приходит
к
мысли
о
том,
что
в
правовоспитательном процессе субъект, в целях достижения результатов
правового воспитания, обязан определить круг воспитанников и уровень развития
их правовой культуры, разработать и реализовать программу данного воспитания.
Предполагается, что субъект процесса формирования правовой культуры должен
обладать авторитетом среди воспитуемых. Отсутствие указанного важного
качества воспитателя не принесет желаемых результатов из-за слабого восприятия
воспитанниками воздействия субъекта.
Л.П. Рассказов определяет правовое воспитание как «целенаправленный
процесс воздействия на сознание людей с целью формирования высокого уровня
правовой культуры».61
В качестве задач правового воспитания можно выделить следующие:
формирование у субъекта знаний о праве, уважения к нему, умение применять
Бондарев А.С. Современные формы, средства и методы воспитания правовой культуры россиян / Перм.
гос. ун.-т. Пермь.- 2009. - С.170.
61
Рассказов Л.П. Теория государства и права: углубленный курс: Учебник. – М.: РИОР: ИНФРА-М, 2015.С. 496.
60
58
правовые предписания на практике. Правовое воспитание – это система
элементов, которые в совокупности образуют сам процесс воспитания. К этим
элементам можно отнести субъектов – воспитателей, объектов – воспитуемых,
правовоспитательные мероприятия - формы, способы и методы воздействия на
воспитанников.
Правовое воспитание осуществляется в различных формах. К наиболее
известным и применяемым относятся:
-
правовая
пропаганда
(проведения
общественных
мероприятий,
посредством привлечения СМИ);
- правовое обучение (обучение в учебных центрах и заведениях, подготовка
кадров в специализированных заведениях);
-
правовое
воспитание
отдельных
категорий
–
правонарушителей
правоохранительными органами;
- юридическая практика.
Правовое воспитание осуществляется посредством привитиянаселению в
целом или отдельным гражданам сущности нормативных и правоприменительных
актов. Обучение осуществляется путем проведения лекций, семинаров, бесед и
прочих способов.
В масштабах всей страны субъектом правовоспитательного процесса
является государство и общество (посредством местного самоуправления в лице
муниципальных органов). Представляется, что от их имени в данном ключе
выступают детский сад, школа и прокуратура.
Прокуратура России - это многочисленный отряд высокообразованных
профессионалов-юристов. Так, согласно ч. 1 ст. 40.1 Федерального «О
прокуратуре Российской Федерации», «прокурорами могут быть граждане
Российской Федерации, имеющие высшее юридическое образование, полученное
в образовательном учреждении высшего профессионального образования,
имеющем
государственную
аккредитацию,
и
обладающие
необходимыми
59
профессиональными и моральными качествами, способные по состоянию
здоровья исполнять возлагаемые на них служебные обязанности».62
Кроме того, по ч. 1 ст. 41 данного Федерального закона, для определения
соответствия прокурорских работников занимаемой должности и в целях
повышения квалификации, укрепления служебной дисциплины проводится
аттестация прокурорских работников. Прокуратурой на регулярной основе
повышается профессиональный уровень своих работников, что, в свою очередь,
также является правовым воспитанием, самовоспитанием прокуратуры как
коллективного субъекта правовоспитательного процесса и как результат –
наличие высокой правовой культуры.
Прокуратура реализует все возможные формы повышения уровня правовой
культуры. Так, она в состоянии проводить правовую пропаганду, правовое
обучение и формировать юридическую практику.
Содержание
прокурорской
деятельности
по
всем
направлениям
правовоспитания связано с обработкой информации. Прокуратурами субъектов и
Генеральной
Прокуратурой
РФ
ведется
объемная
работа.
Многообразие
источников и потребителей информации вынуждает соответствующие органы
совершать активные действия. Важными характеристиками обрабатываемой
информации для формирования правовой культуры является ее достоверность и
полнота: информация, доносимая органами прокуратуры до населения, не должна
искажать истинного положения вещей, при этом, быть доступной для понимания
ситуации и принятия гражданами решений.
Рассмотрим устные способы правовой пропаганды как способа повышения
правовой
культуры
Прокуратурой
конференции,
прокуратуры
Орловской
организуемые
на
области
до
примере
Орловской
организуются
нижестоящих
области.
Так,
научно-практические
прокуроров,
студентов
образовательных организаций на территории области, а также консультации по
вопросам
правоприменения
(например,
на базе юридического института
Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-1 (ред. от 03.08.2018) «О прокуратуре Российской Федерации»
// «Российская газета». - № 39- 18.02.1992.
62
60
Орловского государственного университета организуются дни бесплатной
юридической помощи). Существует обилие письменных способов повышения
уровня правовой культуры сотрудников - разного рода информационные письма,
бюллетени, обзоры правоприменительной практики, обзор работы прокуратур,
рассылка печатных средств массовой информации, являющихся официальными
источниками опубликования правовых актов – «Российская газета», «Собрание
законодательства
Российской
Федерации»,
«Вестник
Верховного
Суда
Российской Федерации». Следует заметить, что сотрудники прокуратуры
постоянно проходят курсы повышения квалификации.
В целях улучшения профессиональных, деловых и личных качеств
прокурорского работника прокуратуры Приказом Генерального прокурора
Российской Федерации от 17 марта 2010 г. N 114утверждены и введены в
действие Кодекс этики прокурорского работника Российской Федерации и
Концепция
воспитательной
работы
в
системе
прокуратуры
Российской
Федерации, одним из мероприятий которой является правовое просвещение
населения.63
Итак, Прокуратура РФ обладает всеми правовыми, техническими знаниями,
которые ежедневно используются сотрудниками прокуратуры и, более того,
постоянно ими дополняются.
Обращая внимания на категорию «правовые знания», следует согласиться с
позицией А.С. Бондарева: «культурным в полной мере не может быть признан
субъект права, который знает наизусть содержание большого количества норм
права». Исходя из данного высказывания следует, что субъекты права, уровень
правовой культуры которых сравнительно низкий или вовсе отсутствует,
стремятся к получению правовых знаний с целью избежания наказания за
возможное правонарушение, а не в целях самовоспитания.
Приказ Генпрокуратуры России от 17.03.2010 № 114 (ред. от 13.04.2018) «Об утверждении и введении в
действие Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации и Концепции воспитательной работы в
системе прокуратуры Российской Федерации» // «Законность».- № 6. - 2010.
63
61
Правомерное
поведение
сотрудников
прокуратуры,
качество
их
деятельности позволяет сделать вывод о сформировавшейся позитивной правовой
убежденности указанных субъектов уголовного преследования. Нельзя забывать о
том, что результат надзорной деятельности укрепляет в прокуроре данный
структурный элемент правовой культуры.
В юридической литературе возможно встретить такое понятие как
«правовая активность», которую можно определить, как правовое поведение,
способствующее формированию единого правового пространства, укреплению
законности и общественного порядка. На современном этапе такая задача
возложена именно на органы прокуратуры РФ, которая разрешается путем
осуществления прокурорской деятельности, выраженной в анализе законности и
правопорядка.
Одним из основных видов деятельности прокуратуры, существенно
влияющим на уровень правовой культуры граждан и общества в целом, является
анализ законности и правопорядка. Значимость осуществления данного анализа
обоснована
целями
деятельности
прокуратуры,
обозначенными
в
соответствующем законе. В зависимости от поставленной задачи, прокуроры
проводят анализ состояния законности на поднадзорной территории или в
определенной сфере общественных отношений. Следует рассмотреть влияние на
формирование правовой культуры каждого из представленных случаев. На
поднадзорной территории анализ носит комплексный и обобщенный характер,
результаты которого в обязательном порядке обнародуются. Анализ состояния
законности в определенной сфере общественных отношений имеет узкий
характер, поскольку определяется целями прокурорской деятельности, а также
направлен на повышение ее эффективности в строго обозначенной сфере.
Несмотря на вид анализа, результатом любого из них должны быть сведения,
выводы
и
предложения
по
повышению
качества
работы
сотрудников
прокуратуры, надзора за соблюдением законодательства, совершенствованию
62
национальной правовой системы, правосознания граждан, что в итоге приведет к
высшей цели – укреплению законности.
Следует обратить внимание и на процесс «самовоспитания» сотрудников
прокуратуры. Полагаем, что наиболее точно «самовоспитательную деятельность»
можно
описать
как
контролируемую
юридическую
практику
правового
воспитания. Практическая деятельность сотрудников прокуратуры является
центральным направлением их работы. Эта работа обусловлена наличием
организационно-распорядительных документов Генерального Прокурора РФ,
прокуроров субъектов РФ и прочих. Следует заметить, что статьей 9 Закона о
прокуратуре РФ установлено, что «прокурор при установлении в ходе
осуществления
своих
полномочий
необходимости
совершенствования
действующих нормативных правовых актов вправе вносить в законодательные
органы
и
органы,
обладающие
правом
законодательной
инициативы,
соответствующего и нижестоящего уровней предложения об изменении, о
дополнении, об отмене или о принятии законов и иных нормативных правовых
актов».64
Указанное направление работы прокуратуры установлено
Приказом
Генерального прокурора Российской Федерации от 17 сентября 2007 г. N 144 «О
правотворческой
деятельности
органов
прокуратуры
и
улучшении
взаимодействия с законодательными (представительными) и исполнительными
органами государственной власти и органами местного самоуправления».65
Данная
форма
формирования
правовой
культуры
–
ежедневная
практическая деятельность сотрудника прокуратуры. Лицо реализует полученные
теоретические знания, приобретает опыт и навыки, укрепляет правовую
убежденность.
Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-1 (ред. от 03.08.2018) "О прокуратуре Российской Федерации"
// "Российская газета", № 39, 18.02.1992;
65
Приказ Генпрокуратуры России от 17.09.2007 № 144 (ред. от 06.02.2013) «О правотворческой
деятельности органов прокуратуры и улучшении взаимодействия с законодательными (представительными) и
исполнительными органами государственной власти и органами местного самоуправления» (вместе с
"Положением об организации правотворческой деятельности в органах прокуратуры Российской Федерации") //
СПС «КонсультантПлюс».
64
63
Полагается, что прокурорский работник обладает наиболее высоким
уровнем правовой культуры, что позволяет ему оказывать мощное влияние на
уровень правовой культуры общества в целом.
Общей целью прокуратуры как субъекта уголовного преследования
является формирование единого правового пространство в обществе с высоким
уровнем правовой культуры. Качественным показателем в этом случае выступает
то, что исключительно прокуратура составляет уже упомянутый ранее анализ
состояния законности и правопорядка на территории субъекта или в отдельных
сферах общественной жизни.
На современном этапе структура органов прокуратуры создает возможности
для осуществления правового просвещения, а также предоставляет для этого все
необходимые инструменты. Правовое просвещения включает в себя следующие
направления:
1) правовое консультирование – разъяснение отдельным категориям
граждан,
не
имеющим
юридического
образования,
юридических
норм,
подлежащих применению в конкретной правовой ситуации;
2) правовое обучение – передача правовых знаний в образовательных
организациях как юридического, так и общего профиля;
3) правовая пропаганда – распространение всеми законными способами
правовых знаний в обществе.
Правовое просвещение возможно, как в общей форме, так и в специальной.
Для органов прокуратуры характерна реализация всех способов правового
просвещения.
Органы прокуратуры в процессе правового просвещения руководствуются
определенными
принципами:
законности,
научности,
информативности,
доступности, наглядности, системности. Главной задачей правового просвещения
выступает создание внутренних стимулов у граждан к соблюдению правовых
норм. В качестве объектов правового просвещения следует рассматривать
абсолютно все категории граждан.
64
Рассмотрим формы правового просвещения, доступные для органов
прокуратуры в РФ.
В первую очередь следует рассмотреть пропаганду правовых знаний при
непосредственном участии сотрудников прокуратуры. Немалую пользу приносит
чтение лекций, проведение бесед с гражданами, встречи с активистами
общественных и студенческих объединений. Приоритетным служат следующие
отрасли права: жилищное, трудовое, предпринимательское право, а также
противодействие
коррупции
и
экстремизму.
мероприятий необходимо учитывать
При
проведении
определенное
подобных
количество различных
относительно случайных фактов: пол, возраст, национальность, профессия.Кроме
того, обязательна систематичность проведения подобного рода мероприятий.
Надо полагать, что на настоящем этапе Прокуратура Орловской области с этим
успешно
справляется:
проводит
различные
мероприятия,
записывает
телепередачи («Ваше мнение», «Время закона»), публикует и распространяет
разного рода печатные издания, посвященные борьбе с коррупцией и
экстремизмом.
Следующим эффективным средством пропаганды служит использование
наглядных материалов и технических средств. Сотрудники прокуратуры нередко
выступают в СМИ, а сети Интернет, по радио с целью донесения имеющейся у
них правовой информации. Огромное значение в этом случае имеют выступления
представителей органов прокуратуры на местных новостных каналах.
Для
студентов
просвещения
образовательных
организуются
организаций
научно-практические
с
целью
правового
конференции,
тренинги,
круглые столы, участия в парламентских и публичных слушаниях.
Важнейшим направлением деятельности органов прокуратуры является
взаимодействие с иными государственными органами, органами местного
самоуправления. Ярким примером является соглашение, заключенное между
прокуратурой субъекта и уполномоченным по правам человека и (или) правам
ребенка.
65
Заметно возрастает качество сотрудничества прокуратур субъектов и
учебных заведений. Одним из направлений такого сотрудничества является
создание и функционирование юридических клиник на базе университетов (так,
например, действует юридическая клиника на базе юридического факультета
Орловского государственного университета).
Предполагается, что Прокуратура РФ является наиболее компетентным
органом, способным оказывать влияние на уровень правовой культуры граждан и
общества в целом. Нельзя, конечно, говорить о том, что сотрудники Прокуратуры
РФ являются единственными в своем роде субъектами уголовного преследования,
обладающими высоким уровнем профессиональной правовой культуры и
способными
осуществлять
правовоспитательный
процесс.
Но
высокий
социальный престиж, которым пользуется Прокуратура РФ, позволит ее
сотрудникам наиболее качественно и действенно влиять на общий уровень
правосознания граждан.
Важно заметить, что сотрудники прокуратуры обладают наиболее высоким
уровнем
правовой
культуры
относительно
иных
субъектов
уголовного
преследования. Кадровый состав прокуратуры подбирается с соблюдением
жестких
требований
к
кандидату,
что
позволяет
сформировать
состав
высококлассных специалистов, обладающих соответствующим уровнем правовых
знаний, профессиональной подготовки, а также соответствующих нравственных и
моральных качеств.
Рассматривая правовую культуру следователя как субъекта уголовного
преследования, необходимо учитывать следующее.
Следователь наделен широкими полномочиями в осуществления своей
профессиональной деятельности. Это обусловлено высокими требованиями
общества к его профессии. В своей деятельности следователь руководствуется
нормативно-правовыми актами, а также нормами этики. Профессия следователя
требует высокого уровня профессиональной подготовки, а также определенного
66
набора моральных качеств, что в совокупности определяет уровень его правовой
культуры.
Правовая культура следователя в уголовном процессе включает в себя
уровень развития и степень совершенства норм права, которыми в своей
деятельности руководствуются следственные органы, а также строгое соблюдение
указанными субъектами законов и нравственных норм. Помимо этого, и
качественный
состав
профессиональной
сотрудников
подготовки,
следственных
органов,
уровень
материально-техническое
их
обеспечение
следственных органов. Уровень правовой культуры следователей оказывает
влияние на достижение целей и задач уголовного преследования, обеспечивает
охрану прав и свобод и личности в связи с осуществлением в отношении нее
уголовного преследования.
Профессиональная
правовая
культура
следователя
в
процессе
осуществления им деятельности, направленной на профилактику правонарушений
и совершения повторных преступлений, определяется тем, насколько тщательно
следователем
следователь
соблюдаются
предлагает
нравственные
руководителю
нормы.
организации
Так,
например,
уволить
если
сотрудника,
отсутствующего на месте работы в момент совершения преступления, это будет
означать, что уровень правовой культуры следователя сравнительно низкий,
поскольку он не уполномочен решать вопросы кадрового характера.
Предполагается, что профессионализм следует рассматривать как часть
правовой
культуры
следователя.
От
того,
насколько
высок
уровень
профессиональной подготовки следователя в целом, зависит эффективность
выполнения им своих должностных обязанностей, а также выбор следователем
рациональных
способов
и
приемов
для
достижения
целей
уголовного
преследования. Под высоким уровнем профессионального поведения следует
понимать, как результативность деятельности следователей, так и строгое
соблюдение следователем всех правовых и нравственных норм, культуру личного
поведения.
67
Культура следователя включает в себя и возможность
организовывать
свой
труд,
способность
грамотно
правильно
планировать
работу,
рационализировать свой труд.Помимо этого, она также предполагает наличие
навыков поиска правовой информации и иных элементов научной организации
труда. Кроме того, профессиональная культура следователя включает в себя и
культуру общения (речевую культуру).
Все следственные действия, осуществляемые сотрудниками следственных
органов, имеют процессуальную форму. Профессиональная правовая культура
следователя может быть обусловлена и культурой ведения и составления
процессуальных
документов.
Процессуальные
документы,
составляемые
сотрудниками следственных органов, должны соответствовать требованиям
закона в отношении официальных реквизитов и содержания. Отступления от
установленных законом требований могут повлечь лишение процессуального
документа юридической силы.
Особое внимание следует уделить общей юридической грамотности как
части
правовой
понимается
культуры
способность
следователя.
Под
составлять
юридической
грамотностью
процессуальные
документы,
соответствующие материальному и процессуальному праву, современным
научным представлениям о толковании норм права. Язык процессуального
документа, составляемого следователем, должен быть читаем и понятен любому
участнику уголовного судопроизводства.
Роль нравственных начал в обеспечении законности обуславливается ввиду
требований современного общества к процессу отправления правосудия. Следует
сказать о том, что общество обращает внимание и на профессиональные качества
субъектов уголовного преследования, и на соответствие их поведения нормам
морали и нравственности, принятым в обществе.
Деятельность следователя можно рассматривать как успешную только
тогда, когда он со строгой ответственностью следует букве закона, а также тогда,
68
когда создает здоровую морально-нравственную атмосферу для участников
уголовного процесса.
Итак, сотрудникам следственных органов необходимо иметь высокий
уровень профессиональной подготовки, соответствующие требованиям общества
моральные и нравственные качества.
69
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Уголовное преследование как институт уголовного права возник еще в XIX
веке во времена Устава уголовного производства.
исторического
развития
данный
В течение всего своего
уголовно-правовой
институт
постоянно
совершенствовался и видоизменялся. Так, УПК РСФСР 1922 года нормативно
закреплял и использовал понятие «уголовное преследование», а УПК РСФСР
1961 года отказался от этого определения. В современном УПК данный термин
закреплен пунктом 55 статьи 5 УПК РФ, а также регламентируется главой III УПК
РФ. Анализ юридической литературы, проведенный в ходе исследования,
позволяет сказать, что уголовное преследование представляет собой деятельность
компетентных органов и лиц, ставящую своей целью установление виновности
лица, совершившего преступление, предание его суду и дальнейшее поддержание
обвинения против данного лица с требованием назначения ему соответствующего
наказания. Конституционный и Верховные Суды РФ в своих судебных актах
косвенно раскрывают сущность института уголовного преследования, называя его
«формой реализации государством своих обязанностей, обусловленной наличием
конкретных оснований и ограничением прав и законных интересов».
Институт
уголовного
преследования
включает
в
себя
раскрытие
преступления, его расследование и изобличение преступника. При этом в
юридической литературе и в судебной практике (в частности, к этому вопросу
часто обращается Верховный Суд РФ) существуют споры, связанные с
несовершенством термина «уголовное преследование». Судьи полагают, что
законодатель не в полной мере изложил процессуальную сущность уголовного
преследования, а также предлагают внести изменения в УПК. Упомянутые
изменения должны касаться включения в пункт 55 статьи 5 института применения
мер уголовно-правового характера (принудительных мер медицинского характера
и принудительных мер воспитательного воздействия). Учеными предполагается,
что указанные изменения позволят устранить двойственность положений УПК
70
РФ, а также конкретизировать цели и полномочия субъектов уголовного
преследования.
Существенное влияние на рассмотрение и разрешение уголовного дела
оказывают
принципы
диспозитивности
и
публичности.
Эти
принципы
обуславливают наличие трех самостоятельных видов уголовного преследования:
публичного, частного и частно-публичного. Главным отличием данных видов
является наличие или отсутствие волеизъявления, а также способы прекращения
дела. Так, дела частно-публичного обвинения возбуждаются по заявлению
потерпевшего, его законного представителя, но не подлежат прекращению в связи
с примирением сторон (например, часть 1 статьи 131 УК РФ). Дела частного
обвинения возбуждаются по волеизъявлению потерпевшего, его законного
представителя, а производство прекращается в связи с примирением сторон (в
частности, часть 1 статьи 115 УК РФ). Уголовное преследование по делам
публичного обвинения является наиболее распространенной категорией дел.
Такие дела возбуждаются вне зависимости от волеизъявления сторон. В
юридической литературе также существует мнение, что указанная классификация
является в корне неверной – так, Ю.К. Якимович считает такой разделение в
корне неправильным: «Уголовное законодательство должно разграничивать (как
это было в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.)
преступления на официальные, абсолютно неофициальные и относительно
неофициальные, а уж затем в каждой из этой групп УПК РФ должен
предусматривать свой особенный порядок производства». Тем не менее,
полагается, что современная классификация является наиболее приемлемой для
рассмотрения и разрешения уголовных дел по существу.
Институт уголовного преследования, как и любой другой уголовноправовой институт, включает в себя самостоятельные субъекты института. Нельзя
не отметить, что в юридической литературе и судебной практике существуют
споры о том, кто же на самом деле относится к субъектам института уголовного
преследования. Итак, первоначально, в статье 5 УПК РФ законодатель относит к
71
субъектам уголовного преследования сторону обвинения. Согласно УПК РФ,
стороной обвинения являются прокурор, а также следователь, руководитель
следственного
органа,
дознаватель,
начальник
подразделения
дознания,
начальник органа дознания, орган дознания, частный обвинитель, потерпевший,
его законный представитель, гражданский истец и его представитель. При этом
глава III УПК РФ упоминает лишь прокурора, следователя и дознавателя. Более
того, некоторые авторы полагают, что к субъектам уголовного преследования
следует относить и суд. Вопрос о том, кого же все-таки следует относить к
субъектам уголовного преследования упоминается в судебной практике.
Анализ
судебной
практики
(в
частности,
правовых
позиций
Конституционного Суда РФ) показал, что суд совершает процессуальные
действия, необходимые для рассмотрения и разрешения дела по существу, тогда
как институт уголовного преследования включает в себя целый комплекс
действий, касающихся раскрытия, расследования и изобличения преступления.
Соответственно, суд нельзя рассматривать в качестве субъекта уголовного
преследования.
Между тем, в юридической литературе существуют споры, связанные с
определением потерпевшего как субъекта уголовного преследования. Полагается,
что
назвать
его
таковым
однозначно
нельзя.
Правовые
позиции
Конституционного Суда позволяют нам сделать вывод о том, что в судебной
практике существует общепринятое мнение о том, что правовой статус субъекта
уголовного
судопроизводства
может
определяться
лишь
исходя
из
его
фактического положения и оформляется постановлением уполномоченного
органа, но никаким образом им не формируется. Это означает, что потерпевший
выступает в качестве участника уголовного процесса со стороны обвинения, но не
может относиться к субъекту уголовного преследования. Связать это возможно с
тем фактором, что потерпевший совершает в небольшом количестве или почти не
совершает процессуальных действий, направленных на расследование, раскрытие
72
и изобличение преступления. Формально, он лишь способствует разрешению дела
по существу.
Итак, круг субъектов уголовного преследования сужается до прокурора,
следователя и дознавателя. Предполагается, что такой перечень субъектов
является оптимальным и для судебной практики, и для юридической литературы.
Любой специальный субъект права обладает определенным уровнем
правовой культуры. В качестве специальных субъектов правовой культуры
уместно рассмотреть субъектов уголовного преследования. Но в первую очередь,
следует обратить внимание на следующие моменты.
Нами доказано, что правовая культура представляет собой явление,
включающее в себя понятия «право» и «культура». Право выступает в качестве
мощнейшего регулятора поведения людей, путем внедрения необходимых правил
поведения, а также санкций за несоблюдение установленных норм. Культура же
представляет собой систему ценностей, накопленных человечеством знаний и
опыта. Итак, правовая культура представляет собой систему ценностей, часть
общественной культуры, отражающую в себе общее правосознание граждан
государства. В зависимости от носителя правовой культуры различают ее
следующие виды: правовую культуру государства, правовую культуру общества,
правовую культуру личности, правовую культура семьи и правовую культуру
группы.
Наиболее
значимой
для
темы
нашего
исследования
является
профессиональная правовая культура.
Мы установили, что профессиональная правовая культура – это правовая
культура особых субъектов, деятельность которых имеет непосредственной
целью создание, применение, обеспечение и исполнение юридических норм, а
также научное познание правовой системы общества. Профессиональная правовая
культура субъекта уголовного преследования оказывает существенное влияние на
уровень правосознания граждан, отражает правовую грамотность граждан.
73
По
нашему
мнению,
составной
и
наиболее
значимой
частью
профессиональной правовой культуры является уровень социального престижа
субъекта
уголовного
преследования.
Общественная
оценка
деятельности
субъектов правовой культуры, признание социальной значимости данных
институтов и ценностей, транслируемых ими, могут выступать регулятором
поведения людей. Высокие показатели социального престижа влияют на
взаимоотношения субъектов профессиональной правовой культуры между собой,
осуществление
профессиональной
деятельности,
взаимоотношения
с
общественными институтами и СМИ, отношение населения к отдельным
субъектам правовой культуры, профессиональный отбор и кадровое обеспечение
специализированных органов, социально-психологический комфорт субъектов
профессиональной правовой культуры. Очевидно, что оценка гражданами
деятельности субъектов уголовного преследования качественно влияет на
исполнение ими своих должностных обязанностей. Чем больше обществом
ценится деятельность лица, тем выше качество его деятельности.
Мы доказали, что правовая культура прокурора, следователя, дознавателя
требует высокого уровня правовых знаний, убежденности в необходимости
достижения социальной справедливости, грамотного осуществления ими своей
деятельности. Это связано с тем, что любому из перечисленных лиц в процессе
своей деятельности приходится создавать, изменять и прекращать правовые
последствия для одного или нескольких граждан. В связи с этим, юрист обязан
иметь высокий уровень правовой культуры.
Мы выяснили, что государство оказывает непосредственное влияние на
повышение уровня правосознания граждан и общества в целом, а также на
уровень правовой культуры субъектов уголовного преследования. В первую
очередь,
путем
интеграции
в
массы
научно-практических
конференций,
различных правовых ликбезов, организуемых органами прокуратуры, полиции.
Непосредственное воздействие на правовую культуру субъектов уголовного
74
преследования
оказывает
внедрение
Кодексов
профессиональной
этики
(например, Кодекс этики прокурорского работника).
Изучение правовой культуры отдельных категорий субъектов уголовного
преследования, в частности, прокурора, позволило сделать следующие выводы.
Прокурор в силу занимаемого должностного положения является лицом, которое
априори имеет высокий уровень правовой культуры. Именно поэтому в
юридической литературе и на практике появляется возможность рассматривать
прокурора как лицо, способное осуществлять воспитательную деятельность по
отношению к другим субъектам права. В системе органов прокуратуры
необходимо реализовывать все выделяемые юридическим научным сообществом
формы правовоспитательного процесса прокуроров: правовая пропаганда,
правовое обучение, организованная и контролируемая юридическая практика.
Следовательно, прокуратура любого из субъектов РФ имеет возможность взять на
себя ответственность организации правового просвещения граждан. Следует
сказать о том, что это позволит не только повысить общий уровень правосознания
граждан, уровень правовой культуры самих субъектов уголовного преследования,
но и качественным образом повлияет на социальный престиж прокуратуры, о
котором ранее упоминалось в нашем исследовании.
В ходе написания выпускной квалификационной работы мы подтвердили
актуальность выбранной нами темы и решили поставленные задачи.
75
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Нормативно-правовая база:
1.
Конституция
Российской
Федерации
(принята
всенародным
голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о
поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от
05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // «Собрание законодательства
РФ», 04.08.2014, № 31, ст. 4398.
2.
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ
(ред. от 29.07.2018) // «Российская газета», № 113, 18.06.1996, № 114, 19.06.1996,
№ 115, 20.06.1996, № 118, 25.06.1996.
3.
Уголовно-процессуальный
кодекс
Российской
Федерации
от
18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) // «Российская газета», № 249,
22.12.2001;
4.
Гражданский кодекс Российской Федерации от 30.11.1994 № 51-ФЗ
(ред. от 03.08.2018) (с изм. и доп., вступ. в силу 01.09.2018) //«Российская газета»,
№ 238-239, 08.12.1994.
5.
Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-1 (ред. от 03.08.2018) «О
прокуратуре Российской Федерации» // «Российская газета», № 39, 18.02.1992.
6.
Федеральный закон от 03.04.1995 № 40-ФЗ (ред. от 07.03.2018) «О
федеральной службе безопасности» // «Российская газета», № 72, 12.04.1995.
7.
Федеральный закон от 27.05.1996 № 57-ФЗ (ред. от 07.03.2018) «О
государственной охране» // «Российская газета», № 106, 06.06.1996.
8.
Федеральный закон от 02.04.2014 № 44-ФЗ (ред. от 31.12.2017) «Об
участии граждан в охране общественного порядка» // «Российская газета», N 149,
05.08.1997.
9.
Федеральный закон от 31.05.2002 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «Об
адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» // «Российская
газета», № 100, 05.06.2002.
76
10.
Федеральный закон от 27.07.2010 № 193-ФЗ (ред. от 23.07.2013) «Об
альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника
(процедуре медиации)» (с изм. и доп., вступающими в силу с 01.09.2013) //
«Российская газета», № 168, 30.07.2010.
11.
Федеральный закон от 28.12.2010 № 403-ФЗ (ред. от 03.08.2018) «О
Следственном комитете Российской Федерации» // «Российская газета», № 296,
30.12.2010.
12.
Федеральный закон от 07.02.2011 № 3-ФЗ (ред. от 29.07.2018) «О
полиции» // «Российская газета», № 25, 08.02.2011.
13.
Федеральный закон от 30.11.2011 № 342-ФЗ (ред. от 03.08.2018) «О
службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации» // «Парламентская
газета», № 52-53, 02-08.12.2011.
14.
Федеральный закон от 02.04.2014 № 44-ФЗ (ред. от 31.12.2017) «Об
участии граждан в охране общественного порядка» // «Собрание законодательства
РФ», 07.04.2014, № 14, ст. 1536;
15.
Закон
РСФСР
от
27.10.1960
«Об
утверждении
Уголовно-
процессуального кодекса РСФСР»// СПС «КонсультантПлюс».
16.
Приказ Генпрокуратуры России от 17.09.2007 № 144 (ред. от
06.02.2013) «О правотворческой деятельности органов прокуратуры и улучшении
взаимодействия с законодательными (представительными) и исполнительными
органами государственной власти и органами местного самоуправления" (вместе
с "Положением об организации правотворческой деятельности в органах
прокуратуры Российской Федерации») // СПС «КонсультантПлюс».
17.
13.04.2018)
Приказ Генпрокуратуры России от 17.03.2010 № 114 (ред. от
«Об
утверждении
и
введении
в
действие
Кодекса
этики
прокурорского работника Российской Федерации и Концепции воспитательной
работы в системе прокуратуры Российской Федерации» // «Законность», № 6,
2010.
77
18.
Приказ Генпрокуратуры России от 28.12.2016 № 826 «Об организации
прокурорского
надзора
за
процессуальной
деятельностью
органов
предварительного следствия» // «Законность», № 3, 2017.
19.
Приказ МВД России от 07.11.2011 № 1121 (ред. от 22.08.2017) «Об
утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел
Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по выдаче
справок о
наличии (отсутствии) судимости и (или)
преследования
либо
о
прекращении
факта
уголовного
уголовного
преследования»
(Зарегистрировано в Минюсте России 05.12.2011 № 22509) // «Российская газета»,
№ 2, 11.01.2012.
20.
в
органах
Приказ Генпрокуратуры России от 02.08.2018 № 471 «Об организации
прокуратуры
Российской
Федерации
работы
по
правовому
просвещению и правовому информированию» // «Законность», N 9, 2018.
21.
Указание Генпрокуратуры РФ от 12.03.2009 № 68/35 «О порядке
рассмотрения и исполнения в органах прокуратуры Российской Федерации
поручений об осуществлении уголовного преследования, запросов о правовой
помощи или о возбуждении уголовного дела, поступивших от компетентных
органов иностранных государств» // СПС «КонсультантПлюс».
22.
Указание Генпрокуратуры России от 05.03.2018 № 116/35 «О порядке
работы органов прокуратуры Российской Федерации по вопросам выдачи лиц для
уголовного преследования или исполнения приговора» // «Законность», N 4, 2018;
23.
Кодекс профессиональной этики адвоката (принят I Всероссийским
съездом адвокатов 31.01.2003) (ред. от 20.04.2017) // «Вестник Федеральной
палаты адвокатов РФ», № 2, 2017.
Судебная практика:
1.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 № 1 (ред.
от 29.11.2016) «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // «Российская
газета», № 27, 18.02.2009.
78
2.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 № 17
(ред. от 16.05.2017) «О практике применения судами норм, регламентирующих
участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» // «Российская газета», №
147, 07.07.2010.
3.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2012 № 11
(ред. от 03.03.2015) «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с
выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также
передачей лиц для отбывания наказания» // «Бюллетень Верховного Суда РФ», №
8, август, 2012.
4.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О
судебном приговоре» // «Российская газета», N 277, 07.12.2016.
5.
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №
2 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017) // «Бюллетень
Верховного Суда РФ», N 5, май, 2018 (начало), «Бюллетень Верховного Суда
РФ», N 6, июнь, 2018 (окончание).
6.
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2000 № 11-П //
«Российская газета», N 128, 04.07.2000.
7.
Постановление Конституционного Суда РФ от 25.04.2001 № 6-П //
«Собрание законодательства РФ», 04.06.2001, N 23, ст. 2408.
8.
Определение Конституционного Суда РФ от 06.03.2003 № 104-О //
СПС «КонсультантПлюс».
9.
Постановление Конституционного Суда РФ от 24.04.2003 № 7-П //
«Вестник Конституционного Суда РФ», № 4, 2003.
10.
Определение Конституционного Суда РФ от 05.12.2003 № 446-О //
СПС «КонсультантПлюс».
11.
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2005 № 7-П //
"Российская газета", № 147, 08.07.2005.
12.
Определение Конституционного Суда РФ от 20.11.2003 № 451-О //
СПС «КонсультантПлюс».
79
13.
Определение Конституционного Суда РФ от 18.06.2004 № 204-О //
СПС «КонсультантПлюс».
14.
Постановление Конституционного Суда РФ от 16.05.2007 № 6-П //
«Вестник Конституционного Суда РФ», № 3, 2007.
15.
Постановление Конституционного Суда РФ от 20.11.2007 № 13-П //
«Собрание законодательства РФ», 26.11.2007, № 48 (2 ч.), ст. 6030.
16.
Постановление Конституционного Суда РФ от 17.10.2011 № 22-П //
«Российская газета», № 240, 26.10.2011.
17.
Кассационное определение Верховного Суда РФ от 13.12.2012 № 81-
О12-84 // СПС «КонсультантПлюс».
18.
Определение Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 № 2800-О //
«Вестник Конституционного Суда РФ», № 2, 2018.
19.
Кассационное определение Суда Чукотского автономного округа от
02.10.2012 по делу N 22-23/2012, 1-11/12, 11-2/2012 // СПС «КонсультантПлюс».
20.
Постановление Президиума Амурского областного суда от 26.01.2015
№ 44У-108/2014 // СПС «КонсультантПлюс».
21.
Апелляционное
определение
Московского
городского
суда
от
14.04.2015 по делу № 33-12607/2015 // СПС «КонсультантПлюс».
22.
Апелляционное определение Курского областного суда от 14.04.2015
по делу № 33-1016-2015 // СПС «КонсультантПлюс».
23.
Апелляционное определение Пермского краевого суда от 11.05.2016
по делу № 33-4972/2016 // СПС «КонсультантПлюс».
24.
Постановление Президиума Брянского областного суда от 26.04.2017
№ 44Г-16/2017 // СПС «КонсультантПлюс».
25.
Апелляционное
определение
Красноярского
краевого
суда
от
02.04.2018 по делу N 33-4269/2018 // СПС «КонсультантПлюс».
26.
Обобщение судебной практики рассмотрения судами Хабаровского
края жалоб частного обвинения о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 115,
Специальная литература:
80
1. Адвокат: навыки профессионального мастерства / Е.Ю. Булакова, Л.А.
Воскобитова, М.Р. Воскобитова и др.; под ред. Л.А. Воскобитовой, И.Н.
Лукьяновой, Л.П. Михайловой. М.: Волтерс Клувер, 2006. - 592 с.
2. Адвокатская практика: Учебник / Отв. ред. А. А. Клишин, А. А. Шугаев;
МГИМО (У) МИД России. - М.: Статут, 2016. - 506 с.
3. Амирбеков, К. Развитие обвинительной функции прокуратуры России в
судебных стадиях уголовного судопроизводства // Законность. 2012.158с.
4. Арестова, Е.Н. О некоторых проблемах понятийного аппарата УПК РФ //
Российский следователь, 2015.- №19.- С. 12 - 16.
5. Афанасьев, С., Урошлева А. Обзор правовых позиций в постановлениях
Конституционного Суда России // Сравнительное конституционное
обозрение. 2018. № 4. 152.
6. Бабаев, В.К. Теория государства и права: учебник для бакалавров - 3-е
изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт, 2014. - 715 с.
7. Безлепкин, Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу
Российской Федерации (постатейный). 14-е изд., перераб. и доп. М.:
Проспект, 2017. - 608 с.
8. Безлепкин, Б.Т. Уголовный процесс в вопросах и ответах: учебное
пособие. 9-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2018.- 304с.
9. Беляев, М.В. Особенности судебных решений о прекращении уголовного
преследования // Законность, 2018. - № 9.- С.48 – 52.
10. Бондарев, А.С. Правовое самовоспитание как самостоятельный вид
субъектно-субъектной правовой социализации // Вестник Пермского
университета. Юридические науки. 2013.- № 2. - С. 7 – 16.
11. Васильев, О.Л. Поправки к Конституции РФ и изменение роли прокурора
в отечественном уголовном процессе // Закон. 2017.-№ 3.- С. 46 – 59.
81
12. Володина, С.И., Кучерена А.Г., Пилипенко Ю.С. Адвокатура: учебник для
бакалавров / отв. ред. Ю.С. Пилипенко. 2-е изд., перераб. и доп. Москва:
Проспект, 2018. - 360 с.
13. Гаврилова, М.Н. Роль прокурора в прекращении уголовного дела
(уголовного
преследования)
//
Законы
России:
опыт,
анализ,
практика,2016. - № 12. - С. 88 – 92.
14. Горюнов, В.В., Макаров К.А. Прокурор как субъект уголовного
преследования // Законность, 2013. -№ 4. -С.6 – 8.
15. Гриненко,
А.В.
Частное
обвинение
в
механизме
уголовно-
процессуального регулирования // Мировой судья, 2018. -№ 2.-С. 14 – 17.
16. Дуглас, Н. О. Профессиональная правовая культура - состояние правовой
жизни общества // Молодой ученый. - 2012. - №7. -С. 193-196. [Электронный ресурс] URL https://moluch.ru/archive/42/5097/
17. Жариков,
Ю.С.
Современная
стратегия
развития
уголовного
судопроизводства в России // Современное право, 2018. -№ 7-8.- С.86 - 91.
18. Ибрагимов, И.М. Понятие «потерпевший» в контексте уголовнопроцессуального права // Представительная власть XXI век, 2008.- № 1. С. 27 - 33.
19. Иванников, И.А. Проблемы государства и права России начала XXI века.
Ростов н/Д, 2003. - 305с.
20. Иванов, А.А. Теория государства и права: учеб.пособие для студентов
ВУЗов, обучающихся по специальности «Юриспруденция» / под ред.
В.П.Малахова. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и
право, 2009. - 351с.
21. Качалов В.И. И снова - к вопросу о государственном обвинении в
уголовном
судопроизводстве.
Перспективы
развития
уголовно-
процессуального права и криминалистики. М.: РАП, 2013. -Ч. 2.-С. 77 - 82.
22. Кобликов, А.С. Юридическая этика: Учебник для вузов. М., 1999. - C. 32.
82
23. Колмаков
П.
Допустимо
ли
оставлять
участника
уголовного
судопроизводства без субъективных прав // Уголовное право, 2005. -№ 4. 74с.
24. Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской
Федерации по уголовным делам / Н.И. Бирюков, О.Н. Ведерникова, С.А.
Ворожцов и др.; под общ. ред. В.М. Лебедева. 3-е изд., перераб. и доп. М.:
НОРМА, 2014.- 816с.
25. Комментарий
к
Уголовному
кодексу
Российской
Федерации
(постатейный) / К.А. Барышева, Ю.В. Грачева, Г.А. Есаков и др.; под ред.
Г.А. Есакова. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2017.- 736 с.
26. Комментарий
к
Уголовно-процессуальному
кодексу
Российской
Федерации (постатейный) / А.Ю. Девятко, Г.И. Загорский, М.Г. Загорский
и др.; под науч. ред. Г.И. Загорского. М.: Проспект, 2016. - 1216 с.
27. Краснов, Ю.К., Надвикова В.В., Шкатулла В.И. Юридическая техника:
учебник. М.: Юстицинформ, 2014. - 536с.
28. Курс уголовного процесса / А.А. Арутюнян, Л.В. Брусницын, О.Л.
Васильев и др.; под ред. Л.В. Головко. М.: Статут, 2016. -1278 с.
29. Лавдаренко, Л.И., Рябова Л.Г. Участники уголовного судопроизводства:
правовой и языковой аспекты некоторых понятий // Российский
следователь. -2017.-№ 22.- С.22 - 26.
30. Любашиц, В.Я., Мордовцев, А.Ю., Тимошенко, И.В., Шапсугов Д.Ю.
Теория государства и права. Ростов н/Д., 2003. - С. 627.
31. Маслова, М.В. Морально-нравственные аспекты выступления защитника
в суде // Современное право, 2015. -№ 8.- С. 89 -94.
32. Мелехин, А.В. Теория государства и права: Учебник. 2-е изд., перераб. и
доп. // СПС КонсультантПлюс. 2009.
33. Мищенко, Е.В. Принудительные меры медицинского характера в
уголовном судопроизводстве. М., 2010.- С.130 - 131.
83
34. Морозова, Л.А. Теория государства и права: учебник - 5-e изд., перераб. и
доп. - М.: Норма, 2014. – 464 с.
35. Низамов, В.Ю. К вопросу о понятии«раскрытие преступления» в
криминалистике и уголовном процессе // Ленинградский юридический
журнал, 2016. - № 1 (43). - С.170 -179.
36. Общая теория государства и права. Академический курс в 3 томах. Том 1.
- Москва: Машиностроение, 2014. - 528с.
37. Общая теория государства и права. Академический курс в 3 томах. Том 2.
- Москва: СПб. [и др.]: Питер, 2016. –528с.
38. Общая теория государства и права. Академический курс в 3 томах. Том 3.
- М.: Зерцало-М, 2015. - 528 c.
39. Овчиев, Р.М. Правовая культура и российский правовой менталитет.
Автореф. канд. юрид. наук. Краснодар, 2006. - с. 20.
40. Основы уголовного судопроизводства: учебник для бакалавров / М.В.
Бубчикова, В.А. Давыдов, В.В. Ершов и др.; под ред. В.А. Давыдова, В.В.
Ершова. М.: РГУП, 2017. -444 с.
41. Парадеев, В.М. К вопросу о понятии обвинения // Пятьдесят лет кафедре
уголовного процесса УрГЮА (СЮИ): Материалы Международ. науч.практ. конф., г. Екатеринбург, 27 - 28 янв. 2005 г.: В 2 ч. Екатеринбург,
2005.- Ч. 2. -С. 167.
42. Петров, А. В., Котрикова, Т. Ю. Профессиональная правовая культура в
системе правовой культуры общества // Вестник ННГУ. 2013. №3-1.
URL:https://cyberle№i№ka.ru/article/№/professio№al№aya-pravovayakultura-v-sisteme-pravovoy-kultury-obschestva.
43. Правоведение: Учебник для высших учебных заведений / М.И. Абдулаев,
Ю.В. Берладир, М.В. Колганова и др.; под ред. М.И. Абдулаева. М.:
Магистр-Пресс, 2014. - 560 с.
44. Правоохранительные и судебные органы России: учебник / В.С.
Авдонкин, В.А. Бобренев, О.Н. Диордиева и др.; под ред. Н.А. Петухова,
84
А.С.
Мамыкина.
М.:
Российский
государственный
университет
правосудия, 2015. - 434 с.
45. Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации. Актуальные вопросы судебной практики, рекомендации судей
Верховного
Суда
РФ
по
применению
уголовно-процессуального
законодательства на основе новейшей судебной практики / В.А. Давыдов,
В.В. Дорошков, Н.А. Колоколов и др.; под ред. В.М. Лебедева. 6-е изд.,
перераб. и доп. М.: Юрайт, 2013. - 824 с.
46. Рассказов Л.П. Теория государства и права: углубленный курс: Учебник. М.: ИНФРА-М, 2015. - С.490-492.
47. Случевский, В.К. Учебник русского уголовного процесса. Судоустройство
- судопроизводство. 3-е изд., перед. и доп. СПб: Тип. М.М. Стасюлевича,
1910. - С. 501. http://lawlibrary.ru/izdanie21262.html
48. Стрельников, В.В. К вопросу об осуществлении прокуратурой уголовного
преследования // Право и безопасность. -2012.-№ 1 (41). -С. 69.
49. Теоретические
основы
использования
психологических
знаний
в
прокурорской деятельности: монография / М.С. Андрианов [и др.]; под
ред. О.Д.Ситковской. – М.: Академия Генпрокуратуры РФ, 2015. – 189с.
50. Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В.
Малько. М., 2016.- 320с.
51. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов / А.И.
Абрамова, С.А. Боголюбов, А.В. Мицкевич и др.; под ред. А.С.
Пиголкина. М.: Городец, 2003. - 544 с.
52. Уголовное право России. Общая и Особенная части: учебник / А.А.
Арямов, Т.Б. Басова, Е.В. Благов и др.; отв. ред. Ю.В. Грачева, А.И.
Чучаев. М.: КОНТРАКТ, 2017. - 384 с.
53. Уголовно-процессуальное законодательство РФ 2001 - 2011 гг.: сборник
научных статей / Л.Б. Алексеева, Г.Н. Ветрова, Л.М. Карнозова и др.; под
ред. И.Б. Михайловской. Москва: Проспект, 2012. - 176 с.
85
54. Уголовно–процессуальное
право.
Общая
часть
и
досудебное
производство: курс лекций / О. В. Гладышева, В. А. Семенцов. – Москва:
Юрлитинформ, 2013. - 270с.
55. Уголовный процесс: учебник / А. И. Бастрыкин и др. - Москва: Юрайт,
2014. - 545 с.
56. Холоденко,
В.
Применение
принудительной
меры
медицинского
характера// Законность. 2004.- № 3.- С. 21.
57. Цечоев, В.К., Швандерова, А.Р. Теория государства и права: учебник. М.:
Прометей, 2017. – 330 с.
58. Якимович, Ю.К. Участие потерпевшего в уголовном преследовании //
Уголовное судопроизводство, 2014. - № 4. - С. 17 – 20.
Powered by TCPDF (www.tcpdf.org)
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа