close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Третьякова Ольга Юрьевна Особенности производства по применению принудительных мер медицинского характера в российском уголовном процессе

код для вставки
Аннотация
Объем научно – исследовательской работы составляет 91 страницу
(84 страницы
без списка литературы).
При написании работы
использован 61источник.
Объектом
исследования
выступает
процессуальный
статус
участников, ведущих уголовный процесс: его теоретико-методологические
и социально-политические основания и закономерности нормативного
развития.
Предмет – уголовное судопроизводство по делам о применении
принудительных мер медицинского характера в Российской Федерации.
Цель - всесторонне раскрыть сущность
принудительных мер
медицинского характера и порядок их применения в Российской
Федерации.
В магистерскую диссертацию входит введение, две
главы,
заключение, список литературы.
Во введении раскрыта актуальность исследования по выбранному
направлению,
определены
объект
и
предмет
диссертационного
исследования, указаны методологическая база исследования и степень
разработанности исследования.
В первой главе рассмотрены общетеоретические и исторические
аспекты применения ПММХ.
Во второй главе проанализированы общие проблемы, связанные с
уголовным судопроизводством по применению ПММХ.
В заключение работы на основе исследований, выполненных по
теме диссертации, сформулированы основные выводы и предложения по
совершенствованию законодательства в части применения ПММХ.
Рекомендации:
Работа
может
быть
использована
как
в
практической деятельности следователей, дознавателей, судов, так и в
теоретическом плане, при чтении лекций по уголовному процессу,
судебной психиатрии, судебной экспертизе.
2
СОДЕРЖАНИЕ
Введение………………………………………………………………………..8
Глава
I.
Принудительные
меры
медицинского
характера:
общетеоретический и исторический аспект ………………………...…..13
1.1 Историческая характеристика принудительных мер медицинского
характера в российском уголовном праве……………………………..13
1.2 Правовая природа принудительных мер медицинского характера….21
1.3 Виды принудительных мер медицинского характера…..………...…..29
Глава II. Особенности уголовного судопроизводства по применению
принудительных мер медицинского характера….…………….………..41
2.1. Особенности рассмотрения уголовного дела в суде по применению
принудительных мер медицинского характера…..………………………..41
2.2. Особенности продления, изменения, прекращения применения
принудительных мер медицинского характера…………………………….71
Заключение…………………………………………………………………..82
Список использованной литературы…………………………………..…85
3
Введение
Актуальность темы исследования заключается в том, что в науке
уголовного
права
применение
принудительных
мер
медицинского
характера относится к числу до конца не изученных и во многом
дискуссионных проблем. На протяжении веков правоведами различных
уголовно-правовых школ признавалось влияние психических расстройств
на поведение лица при совершении им противоправных действий.
Попытки
индивидуализировать
наказание
виновного,
страдающего
психическим расстройством, предпринимались с давних пор 1. Так как,
назначение справедливого наказания лицу, преступившему закон, должно
основываться на всестороннем, полном, объективном исследовании
обстоятельств
совершенного
преступления
и
личности
виновного,
проблема невменяемости, занимая особое место в вопросах, связанных с
применением принудительных мер медицинского характера, возникает
лишь
в
связи
предусмотренного
с
совершением
уголовным
общественно
законом.
опасного
Невменяемые
деяния,
-
лица,
совершившие общественно опасные деяния в состоянии психического
расстройства
хронического,
временного
либо
иного
болезненного
состояния психики, вследствие которого такие лица не могут действовать
осознанно либо руководить своими действиями во время совершения
общественно опасного деяния. Душевное заболевание может повлечь
утрату человеком волевых и мыслительных способностей или снижение
организующей функции высших отделов головного мозга. Поэтому
невменяемый
независимо
от
характера,
тяжести
содеянного
и
наступивших последствий не может быть признан виновным.
Право признания лица вменяемым или невменяемым принадлежит
только суду. Научное понимание невменяемости определяет правильный
Спасенников Б.А Проблемы теории и судебной практики, связанные с решением вопросов наказания лиц,
страдающих психическим расстройством//Российский судья, 2014, № 6
1
4
подход судей к этой сложной проблеме в целом и к разрешению
конкретных дел о применении принудительных мер медицинского
характера.
Цель - всесторонне раскрыть сущность
принудительных мер
медицинского характера и порядок их применения в Российской
Федерации.
Поставленная цель предопределяет задачи, которые используются
для достижения поставленной цели:
1
проанализировать этапы возникновения и становления института
применения
принудительных
мер
медицинского
характера
в
российском уголовном праве;
2
разработка общетеоретического представления о правовых основах
регулирования принудительных мер медицинского характера в
Российской Федерации;
3
выявить и охарактеризовать виды применяемых в Российской
Федерации принудительных мер медицинского характера;
4
подобрать, проанализировать и обобщить источники информации в
соответствии с темой работы;
5
раскрыть сущность и выделить особенности судопроизводства по
делам о применении принудительных мер медицинского характера;
6
рассмотреть
особенности
продления,
изменения,
прекращения
применения принудительных мер медицинского характера.
Объект – общественные отношения, возникающие в сфере
осуществления судопроизводства по применению принудительных мер
медицинского характера в РФ.
Предмет – уголовное судопроизводство по делам о применении
принудительных мер медицинского характера в Российской Федерации.
Методологическую базу
составляют диалектический метод
познания, исторический, сравнительно-правовой, формально-логический,
5
а также использовался комплексный подход, заключающийся в единстве
двух способов – анализа и синтеза и другие методы познания.
Степень
разработанности
судопроизводства
медицинского
по
делам
характера,
о
проблемы.
применении
определением
и
Проблемой
принудительных
правовой
мер
сущностью
принудительных мер медицинского характера, их видов, а также
прекращения, изменения, продления применения принудительных мер
медицинского характера занимались и занимаются такие ученые как:
Ю.М. Антонян, Т.М. Калинина, П.А. Колмаков, Н.Р. Косевич, Г.В.
Назаренко, Б.А. Спасенников, С.Б. Спасенников и других. При написании
выпускной квалификационной работы
статьи.
Информационной
базой
также использовались научные
работы
послужило
действующее
законодательство, а также отражены материалы судебной по исследуемой
теме.
Практическая значимость состоит в возможности использования
полученных выводов и предложений в правоприменительной практике
при применении принудительных мер медицинского характера.
Теоретическая значимость проявляется при чтении лекций по
дисциплинам «Уголовное право», «Уголовно-процессуальное право».
Поставленные цель и задачи предопределили структуру работы,
состоящую из введения, двух глав, заключения и списка использованной
литературы.
Положения, выносимые на защиту:
1. Наряду
с
общественно
обстоятельствами,
опасного
деяния,
указывающими
основанием
на
для
признаки
возбуждения
производства о применении принудительных мер медицинского
характера,
могут
выступать
достаточные
данные,
свидетельствующие о наличии психического расстройства, которые
могут содержаться в различных медицинских документах и
6
сообщениях
родственников
лица,
совершившего
деяние,
запрещенное уголовным законом. ¦
2. Целесообразно включить в УПК РФ образцы процессуальных
документов. которые будут устанавливать наличие уголовнопроцессуального
отношения
между
государством
страдающим
и
лицом,
психическим
расстройством и совершившим деяние, запрещенное уголовным
законом.
К
их
числу следует отнести: постановление о возбуждении производства
о применении принудительных мер медицинского характера;
постановление о привлечении лица, страдающего психическими
расстройствами к производству о применении принудительных мер
медицинского
характера.
Необходимо закрепить в уголовно-процессуальном законодательстве
процессуальное положение лица, в отношении которого ведется
производство о применении принудительных мер медицинского
характера.
3. При определении его правового статуса следует учитывать, что
лицо, страдающее психическими расстройствами, не является
субъектом преступления, следовательно, на него не могут быть по
аналогии распространены права, которыми пользуются в процессе
подозреваемый,
обвиняемый,
подсудимый.
Предмет доказывания по делам о применении принудительных мер
медицинского характера следует расширить, включив в него данные,
характеризующие личность (психические особенности) участника
уголовно- процессуальной деятельности, в отношении которого
ведется
производство
медицинского
о
применении
принудительных
мер
характера.
Участие на первоначальных этапах уголовного судопроизводства
7
квалифицированных специалистов в области судебной психиатрии и
психологии
расстройства,
позволит
а
определить
также
выступит
наличие
психического
дополнительной
гарантией
обеспечения прав и законных интересов лиц, в отношении которых
ведется
производство
о
применении
принудительных
мер
медицинского характера.
8
Глава
1.
Принудительные
меры
медицинского
характера:
общетеоретический и исторический аспект
1.1.
Историческая
характеристика
принудительных
мер
медицинского характера в российском уголовном праве
Принудительные
меры
медицинского
характера
в
российском
уголовном праве имеют свою историю. Российские ученые традиционно
выделяют несколько этапов развития уголовно-правовой политики в
зависимости от тех концепций, которые определяли ее идеологию и,
следовательно,
содержание
уголовного
законодательства.
Первое
упоминание о применении специальных мер к лицам, совершившим
общественно опасные деяния и страдающим психическим расстройством,
содержалось в Соборном уложении 1649 г. и Новоуказных статьях о
татьбах, разбойных и убийственных делах 1669 г., нормы которых
предусматривали освобождение психически больных от ответственности
за убийство. Однако лечение указанных лиц законодательством не
предусматривалось. Согласно артикулу 195 Воинских артикулов 1 такие
лица ссылались в монастырь. В 1775 г. в Российской империи были
учреждены приказы общественного призрения, основной задачей которых
было обеспечение изоляции и лечения умалишенных. С этого периода
монастыри перестали быть местом содержания душевнобольных. Немного
позднее принудительное лечение
стало распространяться на лиц,
страдающих алкоголизмом.
Применению принудительных мер медицинского характера был
посвящен Указ 1801 г. «О не предании суду поврежденных в уме людей,
учинивших в сем состоянии убийство», согласно которому виновные
отсылать во врачебную управу для освидетельствования, а оттуда - в дом
умалишенных «умоповрежденных, не чиня над ними суда и расправы».
1
Российское законодательство X - XX веков. М., 1986. Т. 4. С. 321
9
Свод законов 1832 г. предусматривал освобождение от уголовной
ответственности
лиц,
совершивших
«в
состоянии
безумия
или
сумасшествия» любое преступление, в том числе и убийства 1.
Выделяется период классического (дореволюционного) российского
уголовного права, основанного на идеях естественного права (Уложение о
наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.; Уголовное уложение
1903 г.)2. Принудительные меры медицинского характера трактовались как
средство обеспечения безопасности в отношении лиц, совершивших
общественно опасное деяние в состоянии невменяемости 3. Основания и
порядок их применения определялись ст. ст. 95 и 96 Уложения о
наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Согласно закону
выделялись
следующие
психическим
меры:
расстройством
1)
передача
(«безумного
лица,
от
страдающего
рождения
или
сумасшедшего»), на попечение родителей, родственников, опекунов или
других лиц с возложением на них обязанности осуществлять надзор за
душевнобольным; 2) принудительное помещение в дом для умалишенных.
Совершение тяжкого насильственного деяния (убийства или покушения на
него,
поджога,
покушения
на
самоубийство)
по
смыслу
закона
характеризовало лицо, страдающее психическим расстройством, как
социально опасное, т.е. представляющее опасность для самого себя и
окружающих. Поэтому в таких случаях применение принудительных мер
медицинского
характера
предписывалось
обязанность).
Порядки
назначения,
принудительных
мер
медицинского
суду
изменения
характера
(вменялось
и
ему
в
прекращения
регламентировались
положениями закона, содержащимися в приложении IV к ст. 95 Уложения
о наказаниях. Решение этих вопросов относилось к компетенции суда.
Голоднюк М.Н. Развитие российского законодательства о принудительных мерах медицинского характера
// Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право, 1998, № 5. С. 44
2
Понятовская Т.Г. Концептуальные основы уголовного права России: история и современность. Ижевск,
1994. С. 8 - 54.
3
Назаренко Г.В. Вменяемость в уголовном праве. Орел, 1993. С. 6 - 12
1
10
В Уголовном уложении от 22 марта 1903 г., являющемся последним
крупнейшим законодательным актом Российской империи в области
уголовного права, важным и значительным шагом вперед было то
обстоятельство, что вменяемость рассматривалась как необходимое
условие и предпосылка уголовной ответственности и наказания, впервые
были определены юридический и медицинский критерии невменяемости
как основания применения принудительного лечения 1.
Уголовное
уложение 1903 г. предусматривало два вида принудительных мер
медицинского характера: 1) отдача под ответственный надзор родителей
или каким-либо другим лицам, согласившимся на это; 2) помещение в
специальные врачебные или иные заведения 2. При решении вопроса о
привлечении преступника к уголовной ответственности требовалось,
чтобы лицо при совершении преступления не только сознавало свое
деяние, но и могло руководить своим сознанием и поступками. Понятие
«сильное душевное волнение» появилось в российском Уголовном
уложении 1903 г. взамен прежнего, выполнявшего аналогичные функции,
- «запальчивость и раздражение». В литературе отмечалось, что данное
терминологическое изменение было во многом обусловлено научными
достижениями рубежа XIX - XX веков, прежде всего в области психологии
и физиологии.
Статья
39
Уголовного
уложения,
содержавшая
формулу
невменяемости, устанавливала: «Не вменяется в вину преступное деяние,
учиненное лицом, которое во время его учинения не могло понимать
свойство и значение им совершенного или руководить своими действиями
вследствие болезненного расстройства душевной деятельности, или
бессознательного
состояния,
или
же
умственного
недоразвития,
происшедшего от телесного недостатка или болезни». Положительные
Трахтеров В.С. Вменяемость и невменяемость в уголовном праве (исторический очерк). Харьков, 1992. С.
33 - 34
2
Российское законодательство X - XX веков: В 9 т. М., 1994. Т. 9. С. 284
1
11
качества законодательной формулы невменяемости по Уголовному
уложению отмечают следующие:
1) из нее вытекает, что вменяемость есть необходимое условие
уголовной ответственности и наказуемости деяния («не вменяется в вину
преступное деяние...»). ;
2) невменяемость относится ко времени учинения преступного
деяния, что исключает возможность говорить о невменяемости «вообще»
безотносительно к преступному поведению;
3)
закреплена
формула
невменяемости
«смешанного»
типа,
соединяющая психологический и медицинский критерии. Юридический
критерий введен в формулу невменяемости в его полном объеме, включая
и интеллектуальный (лицо «не могло понимать свойство и значение им
совершаемого») и волевой («или руководить своими поступками»)
признаки;
4) исходя из того, что подлинное содержание невменяемости
определяется психологическими (юридическими) признаками, они в ст. 39
Уложения поставлены на первое место и предшествуют в конструкции
нормы
признакам
медицинским.
Следует
отметить
наличие
интеллектуального и волевого критериев отражает признаки способности
к вменению: «лицо физическое может сделаться субъектом преступления
только в таком случае, когда оно обладает способностью осознавать
совершаемое
и
его
руководствоваться
результаты,
сознанным
способностью
или
оценивать
способностью
и
сознательно
определяться к действию»1.
Таким образом, в дореволюционный период шел процесс становления
и развития норм, закрепляющих принудительные меры медицинского
характера.
Вместе
указанных
мер
с
в
тем специальное
отношении
регулирование
несовершеннолетних,
применения
страдающих
Молчанов Б.А., Кули-Заде Т.А. Научные подходы к проблеме вменяемости и невменяемости и развитие
уголовного законодательства России // Российская юстиция. – 2011. - № 6.
1
12
психическими расстройствами, отсутствовало.
Уголовное законодательство России советского периода содержало
нормы,
исключающие
возможность
наказания
лиц,
совершивших
общественно опасное деяние в состоянии невменяемости. В соответствии
со ст. 14 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г., о
преступлениях и наказаниях говорилось: «...суду и наказанию не подлежат
лица, совершившие деяния в состоянии душевной болезни или вообще в
таком состоянии, когда совершившие его не отдавали отчета в своих
действиях, а равно и те, кто хотя и действовал в состоянии душевного
равновесия, но к моменту приведения приговора в исполнении страдает
душевной болезнью. К таковым лицам применяются лишь лечебные меры
и меры предосторожности»1.
В соответствии со ст. 17 УК РСФСР 1922 г. в отношении лиц,
совершивших общественно опасные деяния в состоянии психического
расстройства, могли применяться меры социальной защиты, которые либо
заменяли наказание, либо назначались наряду с ним. Из перечня,
предусмотренного ст. 46 УК РСФСР, к таким лицам фактически могли
быть назначены принудительное лечение и помещение в лечебное
заведение в соединении с изоляцией2. Помещение в учреждения для
умственно и морально отсталых, принудительное лечение перечислялись в
общем ряду мер социальной защиты (п. п. "а", "б" ст. 46 УК РСФСР 1922
г.). Основанием для применения этих мер (как и других мер социальной
защиты) было не только совершение преступления (или общественно
опасного деяния), но и опасное состояние личности.
Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. разделил понятия «меры
социальной
защиты
судебно-исправительного
характера» и
«меры
социальной защиты медицинского характера». Содержание, порядок
Понятовская Т.Г. Концептуальные основы уголовного права России: история и современность. Ижевск,
1994. С. 8 - 54.
2
Швеков Г.В. Первый советский Уголовный кодекс. М., 1970. С. 207
1
13
применения (изменения и прекращения) последних регламентировались не
уголовным законом, а подзаконными актами, анализ которых позволяет
дифференцировать виды мер социальной защиты медицинского характера:
1) психиатрические больницы без указания срока принудительного
лечения; 2) учреждения для дефективных или психически неполноценных,
решающие
лечебно-воспитательные
задачи;
3)
патронажи
при
психиатрических больницах 1.
Основания
их
применения
определялись
в
соответствии
с
положениями ст. 7 Уголовного кодекса РСФСР 1926 г.: меры социальной
защиты применялись не только к лицам, совершившим общественно
опасные деяния, но и к тем, кто представлял опасность по своей связи с
преступной средой или по своей прошлой деятельности. В соответствии с
Основами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик
1958 г. УК РСФСР 1960 г., отказавшись от понятия «меры социальной
защиты», изменил и уголовно-правовое значение принудительных мер
медицинского характера. Они получили свое собственное место в гл. 6 УК
РСФСР 1960 г. (ст. ст. 58 - 62). Эта глава была посвящена
принудительным мерам медицинского и воспитательного характера,
юридическая природа которых, а также условия, основания и порядки
применения не имели прежнего сходства ни с наказанием, ни с мерами
социальной
защиты.
В
соответствии
со
ст.
58
УК
РСФСР
к
принудительным мерам медицинского характера относились: помещение в
психиатрическую больницу с обычным наблюдением, с усиленным
наблюдением и со строгим наблюдением. Одной из новелл уголовного
законодательства можно рассматривать появление нормы (ст. 62 УК
РСФСР),
предусматривающей
применение
принудительных
мер
медицинского характера к алкоголикам и наркоманам, совершившим
преступление. Таким образом, принудительные меры медицинского
Батанов А.Н. Правовое регулирование принудительных мер медицинского характера. Ульяновск, 2005. С.
54 - 55
1
14
характера разделялись на два вида: 1) применяемые к лицам, страдающим
психическими расстройствами (ст. ст. 58 - 61 УК РСФСР 1960 г.) и 2)
применяемые к лицам, страдающим алкоголизмом или наркоманией (ст.
62 УК РСФСР 1960 г.).
Цели, условия и основания применения принудительных мер
медицинского
характера
к
лицам,
страдающим
психическими
расстройствами, в общих положениях закона совпадают с теми, которые
предусмотрены ст. ст. 97 и 98 УК РФ. Однако перечень таких мер уже
был: он включал только помещение в психиатрическую больницу общего
типа и помещение в психиатрическую больницу специального типа.
Лечебное учреждение назначалось судом по психиатрическим показаниям.
По этим же показаниям решались вопросы об изменении и прекращения
применения к душевнобольным принудительных мер медицинского
характера (ст. 60 УК РСФСР 1960 г.).
Вышеуказанным законом предусматривались также положения о
зачете времени применения принудительных мер в срок наказания (ст. 61
УК РСФСР 1960 г.) в случаях, когда психическое расстройство не
исключало ответственности и наказания. Применение принудительных
мер медицинского характера к алкоголикам и наркоманам было новеллой
УК РСФСР 1960 г., которая не имела продолжения в УК РФ. Однако в
период действия УК РСФСР 1960 г. эта мера применялась очень широко.
Она назначалась судом при наличии соответствующего медицинского
(психиатрического) заключения по ходатайству общественности или по
инициативе самого суда (такая инициатива имела место всегда, когда в
деле присутствовало медицинское заключение). Принудительное лечение
алкоголиков и наркоманов осуществлялось в медицинских учреждениях
со специальным лечебным и трудовым режимом. Принудительное лечение
алкоголиков
и
наркоманов,
осужденных
к
лишению
свободы,
15
осуществлялось по месту отбывания этого наказания 1.
В
Уголовном
кодексе
РФ
1996
г.
институт
применения
принудительных мер медицинского характера получил дальнейшее
развитие. В нем уже предусмотрена самостоятельная глава (глава 15), в
которой законодательно урегулированы основания, цели применения
принудительных мер, более детально регламентированы их виды,
закреплен порядок продления, изменения и прекращения применения
принудительных
мер
несовершеннолетним
медицинского
законодатель
характера.
легально
Применительно
закрепил
к
категорию
«возрастной невменяемости» (ч. 3 ст. 20 Уголовного кодекса РФ),
позволяющей не привлекать к уголовной ответственности лиц, достигших
возраста уголовного преследования, но по причине отставания в
психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во
время совершения общественно опасного деяния, не могущих в полной
мере осознавать фактического характера и общественной опасности своего
деяния. Несмотря на то, что в Уголовном кодексе Российской Федерации
отсутствуют
нормы,
регулирующие
принудительное
лечение
несовершеннолетних, законодатель (ч. 1 ст. 89 УК РФ) обязал суд
учитывать уровень психического развития несовершеннолетнего при
назначении наказания.
Большие
изменения,
которые
происходили
в
социально-
экономическом строе общества, выдвинули личность человека в качестве
полноправного элемента охраняемых уголовным законом общественных
отношений. Это настоятельно требовало обновления, совершенствования
и систематизации всего уголовного законодательства, а также глубоких
исследований не только самого преступления, но и лиц, их совершивших.
Развитие медицины, права позволило ученым высказать свои собственные
Скрипченко Н.Ю. История развития уголовного законодательства, регулирующего применение
принудительных мер медицинского характера в отношении несовершеннолетних//История государства и
права, 2012, № 7
1
16
суждения
по
вопросам
вменяемости,
невменяемости,
психических
расстройств, что способствовало прогрессивному развитию не только
уголовно-правовой мысли, а было нацелено на развитие всего уголовного
законодательства с учетом преобразований российского права, где
субъектом правоотношений становился человек-гражданин.
Таким образом, в процессе развития законодательства и
уголовного права
определение
невменяемости
науки
детализировалось и
уточнялось, а следовательно и сущность и порядок применения
принудительных мер медицинского характера. Не случайно в науке
уголовного права наблюдается разный подход ученых и практиков к
выработке самого понятия принудительных мер медицинского характера и
раскрытию его внутреннего содержания.
1.2.
Правовая
природа
принудительных
мер
медицинского
характера
Вопросы, связанные с применением, содержанием, сущностью,
целями принудительных мер медицинского характера, всегда были в
центре внимания ученых. Проблемы, связанные с принудительными
мерами медицинского характера, относятся к числу комплексных
междисциплинарных
проблем
науки
и
практики.
Действующий
Уголовный кодекс Российской Федерации в статье 2 устанавливает, что за
совершение преступлений применяется не только наказание, но и иные
меры уголовно-правового характера. По смыслу закона иные меры
уголовно-правового характера должны применяться вместо уголовного
наказания, т.е. к лицам, совершившим преступления, должно применяться
или наказание, или иные меры уголовно-правового характера.
В юридической литературе отстаивается точка зрения, согласно
которой иные меры уголовно-правового характера являются одной из
17
форм
(помимо
назначения
наказания)
реализации
уголовной
ответственности1. Данная позиция является спорной и разделяется не
всеми авторами. Н.Ф. Кузнецова отмечает, что перед принудительными
мерами
медицинского
характера
стоят
свои
цели,
характер
и
продолжительность таких мер определяются не тяжестью содеянного, а
спецификой заболевания лица и т.д.2
«расширительная
уголовной
трактовка
ответственности
уголовной
с
Г.В. Назаренко считает, что
ответственности,
принудительными
смешение
государственно-
правовыми мерами, имеющими некарательный характер, совершенно
недопустимы, так как могут привести к объективному вменению,
предполагающему ответственность невменяемых и малолетних» 3.
В статье 98 Уголовного кодекса Российской Федерации цели
применения принудительных мер медицинского характера определены как
излечение
лиц,
улучшение
их
психического
состояния, а
также
предупреждение совершения ими новых деяний, предусмотренных
Уголовного кодекса Российской Федерации. Наличие у лица душевного
заболевания требует применения к нему мер лечения, направленных на его
выздоровление и предупреждение новых общественно опасных деяний.
Кроме того, душевное расстройство мощный десоциализирующий фактор,
препятствующий нормальной жизни и способствующий утрате индивидом
социальных
связей,
профессиональных
навыков,
ухудшению
его
психического и физического здоровья. Несмотря на принудительные
свойства, меры медицинского характера выступают способами лечения, а
не
наказанием
и
заключаются
в
оказании
лицу,
совершившему
общественно опасное деяние, врачебной помощи 4. По своей природе
принудительные
меры
медицинского
характера
применяются
к
Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1996. С. 245 - 246
Курс уголовного права. Общая часть: Учеб. для вузов / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М.,
2002. Т. 1: Учение о преступлении. С. 196
3
Назаренко Г.В. Принудительные меры медицинского характера: Учеб. пособие. М., 2003. С. 44
4
Черкашин Е.Ф. Невменяемость в уголовном праве (криминологические и социально-правовые
аспекты)//Российский юридический журнал. – 2010. - № 5.
1
2
18
невменяемым и являются социомедицинскими, а не мерами уголовноправового характера.
А.В. Наумов возражает, указывая, что принудительные меры
медицинского характера, будучи иными мерами уголовно-правового
характера, ограничивают права и свободы лиц. В то же время следует
признать, что правоограничение, которое применяется в целях лиц и
удержания этих лиц от повторного правонарушения, назначается судом на
основании закона.
В юридической литературе принудительные меры медицинского
характера
трактуются
неоднозначно.
«Принудительные
меры
медицинского характера - это установленные законом медико-судебные
меры, назначаемые судом представляющим опасность для общества по
своему психическому состоянию и характеру содеянного невменяемым, а
также заболевшим после совершения преступления хронической или
временной душевной болезнью вменяемым лицам. Принудительные меры
медицинского характера не являются наказанием, они преследуют цели
восстановления психического здоровья указанных лиц и предупреждения
совершения ими новых общественно опасных деяний, обусловленных
расстройством психической деятельности, а в отношении совершивших
преступление вменяемых лиц и предупреждения новых преступных
действий»1.
Принудительные меры медицинского характера - это медицинские
меры, предусмотренные Уголовным кодексом Российской Федерации,
применяющиеся в отношении лиц, совершивших общественно опасные
деяния, при условии что указанные лица страдают психическими
расстройствами2. Принудительные меры медицинского характера - это
предусмотренные уголовным законом меры, применяемые к страдающим
Алексеева Л.А., Антохина Н.Ю Понятие, виды и особенности принудительных мер медицинского
характера//Мировой судья, 2011, № 8
2
Рождествина А.А. Комментарий к Закону РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и
гарантиях прав граждан при ее оказании» // СПС «Гарант»
1
19
психическими заболеваниями лицам, совершившим общественно опасное
противоправное деяние или преступление, с целью излечения или
улучшения
их психического
состояния, а
также
предупреждения
антиобщественного поведения 1. Принудительные меры медицинского
характера можно определить как особую уголовно-правовую форму
государственного принуждения, содержание которой заключается в
принудительном
лечении
невменяемых,
а
также
вменяемых
лиц,
совершивших преступления и нуждающихся по своему психическому
состоянию в принудительном лечении. «Данное определение содержит
указание на существенные признаки принудительных мер медицинского
характера, не касаясь оснований, целей их применения и других
характеристик принудительных мер, которые требуют самостоятельного и
подробного рассмотрения»2. Как правило, в учебной литературе по
уголовному
праву
принудительные
меры
медицинского
характера
сравниваются с мерами наказания. При этом отмечается некоторое
сходство таких мер с наказанием, но главное - подчеркиваются различия.
В юридической литературе, в частности А.И. Бобраковой и А.А.
Телегиной
отмечается,
что
принудительные
меры
медицинского
характера, так же как и уголовное наказание, относятся к мерам
государственного
принуждения,
поскольку
назначаются
государственными органами и от имени государства и обеспечиваются
принудительной силой государства, а также назначаются только судом 3.
Аналогичной позиции придерживается А.В. Наумов, который отмечает,
что «сходство с наказанием усматривается в том, что принудительные
меры медицинского характера назначаются судом и представляют собой
См.: Уголовное право Российской Федерации: Учебник для высших учебных заведений / Под общ. ред.
д.ю.н. А.И. Бобракова и д.ю.н. А.А. Телегина. Брянск: БФ МосУ МВД РФ, 2008. С. 240
2
См.: Назаренко Г.В. Принудительные меры медицинского характера в уголовном праве: Учебное пособие
для юридических вузов и факультетов. М.: Ось-89, 2000.
3
Уголовное право Российской Федерации: Учебник для высших учебных заведений / Под общ. ред. д.ю.н.
А.И. Бобракова и д.ю.н. А.А. Телегина. Брянск: БФ МосУ МВД РФ, 2008. С. 240
1
20
государственное принуждение»1. С.Я. Улицкий, С.Е. Вицин в своих
работах
подчеркивают,
что
принудительные
меры
медицинского
характера отличаются от наказания по основаниям применения (наличие
психического заболевания и необходимость лечения), содержанию
(отсутствие отрицательной уголовно-правовой оценки содеянного), целям
(лечение, а не исправление), юридическим последствиям (принудительные
меры не влекут судимости)2.
Принудительные
меры медицинского характера
-
это особая
разновидность медицинских мер, применяемых к лицу, страдающему
психическим расстройством, без его согласия или согласия его законных
представителей в случае совершения им общественно опасного деяния,
предусмотренного уголовным законом. 3
В соответствии с ч. 1 ст. 97 Уголовного кодекса Российской
Федерации принудительные меры медицинского характера могут быть
назначены судом лицам:
а) совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части
настоящего Кодекса, в состоянии невменяемости;
б) у которых после совершения преступления наступило психическое
расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение
наказания;
в)
совершившим
преступление
и
страдающим
психическими
расстройствами, не исключающими вменяемости.
В уголовном праве и судебно-следственной практике невменяемость
связана с институтом вины, уголовной ответственности и наказания, а
также играет значимую роль в соблюдении законности в отношении
психически больных лиц, совершивших преступное деяние. По своей
научной и практической значимости невменяемость является одной из
Наумов А.В. Уголовное право. Часть общая: Курс лекций. М., 1996. С. 470
Меджидова А.Б. Принудительные меры медицинского характера // Российская юстиция, 2007, № 1
3
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А.А. Чекалина, В.Т.
Томина, В.В. Сверчкова. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт-Издат, 2007
1
2
21
центральных проблем в судебной психиатрии. При этом проблема
невменяемости входит в число наиболее сложных и неизученных как в
судебной психиатрии, так и в науке уголовного права, хотя ей посвящено
значительно больше научных работ и исследований, чем проблеме
вменяемости. Существенный вклад в разработку учения о невменяемости
в различные периоды развития нашего государства и последние годы
внесли отечественные ученые-юристы: Ю.С. Богомяков, Р.И. Михеев, Г.В.
Назаренко, С.И. Тихенко и др. Также большое значение для развития
учения о невменяемости имели работы ученых-психиатров Д.Р. Лунца,
Г.В. Морозова, Ц.М. Фейнберга и др., которые теоретически обосновали
понятие вменяемости и невменяемости, исходя из клинической картины
психического заболевания лица.
Представляется, что достаточно полно и емко в науке уголовного
права понятие невменяемости сформулировано Р.И. Михеевым. Он
отмечает, что невменяемость обозначает условия, при наличии которых
лицо, совершившее общественно опасное деяние, нельзя признать
субъектом уголовной ответственности. Те или иные существенные
дефекты психики являются не самой невменяемостью, а причиной
признания субъекта невменяемым. По своей юридической природе
невменяемость
есть
самостоятельное
юридическое
обстоятельство,
исключающее вину и уголовную ответственность1.
Понятие невменяемости раскрыто в ст. 21 УК РФ и характеризуется
двумя критериями: 1) медицинским (биологическим); 2) юридическим
(психологическим). Невменяемость лица включает в себя одновременную
совокупность медицинского и юридического критериев.
К медицинскому критерию невменяемости лица относится факт
наличия у него хронического психического расстройства, либо временного
психического расстройства, либо слабоумия, либо иного болезненного
Черкашин Е.Ф. Невменяемость в уголовном праве (криминологические и социально-правовые
аспекты)//Российский юридический журнал. – 2010. - № 5.
1
22
состояния психики. К хроническим психическим расстройствам относятся
непрерывно
или
приступообразно
протекающие
психические
расстройства, имеющие тенденцию к прогрессированию и приводящие к
глубоким и стойким личностным изменениям (например, шизофрения). К
временным
психическим
обратимые,
заканчивающиеся
выздоровления
расстройствам
психические
относятся
улучшением
расстройства
вплоть
(например,
преходящие,
до
полного
алкогольный
психоз). Слабоумие лица - состояние умственного недоразвития или
упадка его психической деятельности, связанное с повреждением мозга
генетическими,
травматическими,
интоксикационными
или
иными
факторами, сопровождающееся поражением интеллекта, в первую очередь
уровня суждений и критики, необратимыми изменениями личности,
выраженным
снижением
или
невозможностью
его
социального
приспособления. К иным болезненным состояниям психики лица
относятся те, которые не являются по существу болезненными, но
нарушают его социальную адаптацию1.
Юридический
критерий
невменяемости
лица
предполагает
обязательное влияние психического расстройства на его осознанноволевое
поведение
во
время
(в
момент)
совершения
деяния,
предусмотренного Особенной частью Уголовного кодекса РФ. Если
психическое расстройство лица (например, легкая форма дебильности) не
повлияло на его осознанно-волевое поведение во время деяния (например,
нападение в целях хищения чужого имущества, совершенного с
применением насилия, опасного для жизни или здоровья человека, в
составе группы лиц по предварительному сговору, с применением
оружия), то лицо должно признаваться вменяемым 2.
Как отмечается в юридической литературе, разграничение в ч. 1 ст. 97
Спасенников Б.А., Тихомиров А.Н. К вопросу о медицинском критерии невменяемости // Вестник
института: преступление, наказание, исправление, 2014, № 1 (25). С. 7 - 12
2
Спасенников Б.А. Правовая антропология / Под редакцией И.Я. Козаченко. Архангельск, 2001
1
23
УК РФ категорий лиц, в отношении которых могут быть применены
принудительные меры медицинского характера, обусловлено различными
правовыми последствиями для каждой их этих категорий лиц. Лица,
совершившие общественно опасные деяния в состоянии невменяемости,
не подлежат уголовной ответственности. В отношении их могут быть
назначены принудительные меры медицинского характера, порядок и
условия применения которых содержатся в Законе РФ от 02.07.1992 №
3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее
оказании». Принудительные меры медицинского характера назначаются
только
в
случаях,
когда
психические
расстройства
связаны
с
возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо
с опасностью для себя или других лиц, т.е. тогда, когда эти лица
представляют опасность не только для себя, но и для окружающих 1. В
юридической
литературе
принудительных
предлагается
следующее
определение
мер медицинского характера, с которым следует
согласиться,: принудительные меры медицинского характера - меры
государственного принуждения, назначаемые, продлеваемые, изменяемые
и
прекращаемые
по
решению
суда
лицам,
которые
совершили
общественно опасное деяние, предусмотренное статьями Особенной части
Уголовного кодекса Российской Федерации, в состоянии невменяемости, а
также лицам, у которых после совершения преступления наступило
психическое расстройство, делающее невозможным назначение или
исполнение наказания либо назначаемые по решению суда лицам,
виновным в совершении преступления и страдающим психическим
расстройством, не исключающим вменяемости, но повлиявшим на
осознанно волевой выбор поведения в момент совершения преступления,
и
заключающиеся
в
мероприятиях,
направленных
на
излечение,
восстановление психического здоровья, предотвращение совершения
Разумов С.А., Борзенков Г.Н., Верин В.П. и др. Комментарий к Уголовному кодексу Российской
Федерации / Отв. ред. В.М. Лебедев. 3-е изд., доп. и испр. М.: Юрайт-Издат, 2004.
1
24
нового общественно опасного деяния, устранение опасности причинения
вреда
себе
или
другим
лицам,
возможности
причинения
иного
существенного вреда, при условии соблюдения прав и законных интересов
лиц, страдающих психическими расстройствами 1.
Таким образом, лица, которым могут быть назначены принудительные
меры медицинского характера, объединены общим признаком - наличием
психического расстройства, делающего невозможным осознание данными
лицами мер наказания, которое должно применяться за совершенное ими
общественно опасное, противоправное деяние, содержащее признаки
состава преступления.
1.3.
Виды принудительных мер медицинского характера
Основными целями принудительных и иных мер медицинского
характера в соответствии со ст. 98 Уголовного кодекса Российской
Федерации
являются
мероприятий,
с
лечение
целью
и
проведение
предупреждения
реабилитационных
совершения
лицами,
с
хроническими душевными заболеваниями, временными расстройствами
душевной
деятельности,
состояниями,
слабоумием
совершившими
или
иными
общественно
болезненными
опасные
деяния,
предусмотренные уголовным законом, новых общественно опасных
деяний, предусмотренных статьями Особенной части УК РФ, при строгом
соблюдении их прав и законных интересов 2. В юридической литературе
вышеуказанные цели принято делить на две группы:
1) медицинская цель - излечение или улучшение состояния больных с
психическими нарушениями, совершивших преступные деяния;
См.: Спасенников Б.А. О профилактике общественно опасных деяний душевнобольных // Медицинское
право. - 2012. - № 3. - С. 45 - 48
2
Приказ Минздрава СССР от 21 марта 1988 г. № 225 «О мерах по дальнейшему совершенствованию
психиатрической помощи»//СПС «Консультант Плюс»
1
25
2) юридическая цель - предупреждение совершения психически
больными лицами новых преступлений, представляющих угрозу как для
него самого, так и для окружающих людей1.
Под выздоровлением в медицинской практике обычно понимается
полное
исчезновение
болезненных
проявлений
психического
расстройства. При этом надо иметь в виду, что при заболеваниях,
имеющих тенденции к систематическому обострению, приступообразное
или периодическое течение, исчезновение болезненных проявлений после
того, как очередной приступ, фаза или обострение миновали, еще не
свидетельствует о полном выздоровлении лица, поскольку после ремиссии
или так называемого светлого промежутка болезнь может проявиться
снова в виде нового приступа или обострения. Следовательно, о
выздоровлении больного можно говорить только тогда, когда у комиссии
врачей-психиатров (и суда) есть твердая уверенность в том, что в течение
достаточно длительного периода (примерно 3 - 5 лет) повторения опасных
болезненных проявлений не возникнет. При наступлении выздоровления
лицо признается полностью психически здоровым и не нуждающимся в
психиатрической помощи. Если же в результате лечения у лица исчезают
не все, а, например, лишь наиболее тяжелые, стойкие или систематически
обостряющиеся болезненные проявления, это свидетельствует не о
выздоровлении, а о значительном улучшении психического состояния
данного лица.
Оказание специализированной психиатрической помощи лицам,
страдающим психическими расстройствами, гарантируется государством
и осуществляется исходя из принципов законности, гуманности и
соблюдения прав человека и гражданина.
Согласно ст. 99 Уголовного кодекса Российской Федерации суд
может назначить следующие виды мер медицинского характера:
Пищита А.Н. Принудительные меры медицинского характера в законодательстве Российской Федерации //
Медицинское право, 2005, № 3.
1
26
а) амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра;
б) принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего
типа;
в)
принудительное
лечение
в
психиатрическом
стационаре
лечение
в
психиатрическом
стационаре
специализированного типа;
г)
принудительное
специализированного типа с интенсивным наблюдением.
Так, если законодатель в качестве исходного основания устанавливает
совершение общественно опасного деяния, предусмотренного Особенной
частью УК РФ, то очевидно, что амбулаторное принудительное
наблюдение и лечение у психиатра должны быть связаны с совершением
деяний (как и личности), не представляющих большой общественной
опасности. В противном случае (при совершении опасных деяний)
избрание данной меры противоречило бы реальному поведению лица.
Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра
впервые было введено в Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 г.
Еще в 1976 г. необходимость введения этой меры обосновывалась Б.А.
Протченко1. Рядом судебных психиатров был примерно очерчен круг
психопатологических состояний, являющихся показанием для применения
этой меры, конкретизированы ее содержание, порядок применения,
правовое положение лиц, к которым она применяется (Ф.В. Кондратьев,
Т.А. Котова, 1983; М.М. Мальцева, 1987; М.М. Мальцева, Т.А. Котова,
1995). Определенный положительный опыт применения аналогичных мер
накоплен в зарубежных странах, где они особенно успешно используются
как завершающий этап после проведения принудительного лечения в
стационаре2. Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у
психиатра
может
быть
назначено
при
наличии
оснований,
Алексеева Л.А., Антохина Н.Ю. Понятие, виды и особенности принудительных мер медицинского
характера//Мировой судья, 2011, № 8
2
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева. М.: Норма, 2007
1
27
предусмотренных ст. 97 УК РФ, если лицо по своему психическому
состоянию не нуждается в помещении в психиатрический стационар (ст.
100 УК РФ). Амбулаторное наблюдение и лечение осуществляются с
учетом характера психического расстройства лица и возможности
осуществления его лечения в амбулаторных условиях по месту жительства
больного и возлагается на психиатрические учреждения, оказывающие
амбулаторную
психиатрическую
помощь
(психоневрологические
диспансеры, консультации и др.).
Лица, находящиеся на амбулаторном принудительном лечении, не
могут прекратить лечение без решения суда, не имеют права отказаться от
назначенных им лечебно-реабилитационных мероприятий. Лечение может
проводиться без согласия лица, страдающего психическим расстройством,
или без согласия его законного представителя только при применении
принудительных
мер
медицинского
характера
по
основаниям,
предусмотренным Уголовным кодексом Российской Федерации, а также
при недобровольной госпитализации по основаниям, предусмотренным ст.
29 Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее
оказании». В этих случаях, кроме неотложных, лечение применяется по
решению комиссии врачей-психиатров1.
Определение суда о назначении этой меры объявляется лицу и
направляется в указанное учреждение (психоневрологический диспансер,
психоневрологический кабинет поликлиники). Осуществление данной
меры состоит в необходимости явки в психоневрологический диспансер
(диспансерное
отделение,
кабинет)
с
предписанной
психиатром
периодичностью и выполнения сделанных им лечебных назначений.
Главное преимущество этой меры по сравнению с принудительным
лечением в стационаре состоит в возможности сохранения привычного
для больного образа жизни, продолжения работы, если для этого нет
Закон РФ от 02.07.1992 № 3185-1 (в редакции от 03.07.2016) «О психиатрической помощи и гарантиях прав
граждан при ее оказании»//СПС «Консультант Плюс»
1
28
противопоказаний,
выполнения
гражданских,
семейных
и
прочих
обязанностей, сохранения контактов с близкими. В отличие от обычного
диспансерного наблюдения в случае возрастания общественной опасности
больного
при
представлению
амбулаторном
комиссии
принудительном
психиатров
может
лечении
быть
судом
изменен
по
вид
принудительной меры на принудительное лечение в стационаре. Во
избежание повторных общественно опасных деяний амбулаторное
принудительное лечение может быть применено лишь при наличии
соответствующих показаний1.
Назначение судом конкретного вида принудительных мер не влечет
выбора конкретной методики (метода) лечения. Условия лечения, включая
применяемые лекарственные препараты, методы наблюдения за больным
устанавливаются нормативными актами Минздравсоцразвития.
Принудительное лечение в психиатрическом стационаре может быть
назначено при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УК РФ, если
характер психического расстройства лица требует таких условий лечения,
ухода, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены
только в психиатрическом стационаре. Принудительное лечение может
осуществляться в психиатрических стационарах трех типов: общего,
специализированного
и
специализированного
с
интенсивным
наблюдением. Каждый тип стационара обеспечивает такие условия
лечения и ухода, при которых лицо с психическими нарушениями не
сможет причинить вреда как себе, так и окружающим. Эти условия
изложены в Положении об условиях и порядке оказания психиатрической
помощи.
В психиатрический стационар общего типа помещаются лица,
совершившие
общественно
опасные
деяния,
не
связанные
с
посягательством на жизнь граждан и не представляющие опасности для
1
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева. М.: Норма, 2007
29
окружающих, но по своему психическому состоянию нуждающиеся в
принудительном лечении с больничным содержанием. Принудительное
лечение в психиатрическом стационаре общего типа рекомендуется
больным:
а) совершившим общественно опасное деяние или находящимся в
данное время в психотическом состоянии, в случаях отсутствия
выраженных тенденций к грубым нарушениям больничного режима и
благоприятного прогноза в отношении терапевтического купирования
психоза, но при сохраняющейся вероятности его повторения (хронические
заболевания с частыми обострениями; наличие патологической почвы,
способствующей возникновению временных психотических состояний,
например
алкоголизма,
наркомании,
резидуального
органического
поражения головного мозга и т.п.), а также при недостаточно критичном
отношении к своему состоянию, делающем невозможным проведение
лечения в стационаре на общих основаниях или в амбулаторных условиях;
б) со слабоумием, состояниями психического дефекта различного
происхождения и другими психическими расстройствами, совершившим
деяния, спровоцированные какими-либо внешними неблагоприятными
обстоятельствами, без выраженной тенденции к их повторению и грубым
нарушениям больничного режима;
в)
с
временными
развившимися
после
расстройствами
совершения
психической
общественно
деятельности,
опасного
деяния,
направляемым на принудительное лечение до выхода из указанного
болезненного состояния, если они не были взяты под стражу в период
предварительного следствия;
г) с хроническими психическими заболеваниями или слабоумием, в
порядке изменения меры медицинского характера после принудительного
лечения в психиатрических больницах (отделениях) с усиленным или
строгим (т.е. специализированного типа или специализированного типа с
30
интенсивным наблюдением по действующему закону) наблюдением, при
улучшении состояния и снижении общественной опасности, позволяющих
продолжить принудительное лечение в условиях обычного наблюдения (в
психиатрическом стационаре общего типа).
Психиатрический
стационар
общего
типа
это
обычная
психиатрическая больница с довольно разнообразной профилизацией
отделений, которые, однако, независимо от профиля относятся к этому
типу. В таких больницах проходят лечение как лица, направленные туда
по определению суда, так и больные, поступившие по направлению врача
в обычном порядке. Как отмечается, проведение принудительного лечения
в таких условиях имеет для больного то несомненное преимущество, что
профиль отделения, в которое он помещается, может максимально
соответствовать характеру его психического расстройства. Однако
состояние больного должно допускать возможность его содержания без
специальных мер безопасности в условиях довольно свободного режима,
свойственного современным психиатрическим больницам. Необходимость
применения в таких случаях именно принудительной меры медицинского
характера вытекает из следующего: больной, не осознающий существа
имеющегося
стационарного
у него психического
лечения,
даже
дав
расстройства
и необходимости
первоначально
согласие
на
госпитализацию, в любой момент может от нее отказаться. В таком случае
в соответствии с Законом РФ «О психиатрической помощи и гарантиях
прав граждан при ее оказании» его придется выписать. Следовательно,
лечение, показанное такому больному и необходимое в связи с его
общественной опасностью, можно провести только в принудительном
порядке1. Более подробно клинико-социальные критерии для направления
в психиатрический стационар общего типа (с обычным наблюдением)
изложены в п. 9 Временной инструкции о порядке применения
1
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева. М.: Норма, 2007
31
принудительных и иных мер медицинского характера в отношении лиц с
психическими
расстройствами, совершивших
общественно опасные
деяния.
Принудительное
лечение
в
психиатрическом
стационаре
специализированного типа согласно ч. 3 ст. 101 УК РФ может быть
назначено лицу, которое по своему психическому состоянию требует
постоянного
наблюдения.
Лечение
в
психиатрическом
стационаре
специализированного типа рекомендуется больным:
а) совершившим
общественно опасные
деяния,
относимые
к
категории тяжких, но не связанные с посягательством на жизнь граждан и
не представляющие в последующем особой опасности для общества;
б) с хроническими психическими заболеваниями или слабоумием,
обнаруживающим в силу клинических проявлений заболевания и (или)
преморбидных личностных особенностей склонность к повторным
общественно опасным действиям, не носящим агрессивного характера, и
нарушениям больничного режима, делающим невозможным проведение
необходимых
лечебно-реабилитационных
мероприятий
в
психиатрическом стационаре общего типа;
в)
с
временными
развившимися
после
расстройствами
совершения
психической
общественно
деятельности,
опасного
деяния,
направляемым на принудительное лечение до выхода из указанного
болезненного состояния, в случае угрозы совершения ими новых
общественно опасных деяний, грубых нарушений больничного режима и
если во время предварительного следствия они не были взяты под стражу;
г) с хроническими психическими заболеваниями или слабоумием, в
порядке изменения меры медицинского характера после принудительного
лечения
в
стационаре
специализированного
типа
с
интенсивным
наблюдением, при улучшении состояния и снижении общественной
опасности,
позволяющих
продолжить
принудительное
лечение
в
32
психиатрическом стационаре специализированного типа;
д) обнаружившим во время проведения первоначально назначенного
судом принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего
типа такие особенности состояния и поведения, которые свидетельствуют
о невозможности проведения им лечебно-реабилитационных мероприятий
в
этих
условиях
и
необходимости
усиленного
наблюдения
в
психиатрическом стационаре специализированного типа.
В стационары данного вида направляются лица, которые по своему
психическому состоянию представляют значительную опасность, что
делает
невозможным
проведение
необходимых
лечебно-
реабилитационных мероприятий в условиях стационара общего типа.
Психиатрические
стационары
специализированного
типа
-
это
психиатрические больницы или отделения в больницах, предназначенные
только для определенного контингента психических больных. Режим
содержания в стационарах специализированного типа предполагает
усиленный надзор за больными, оборудование помещений техническими
средствами сигнализации и защиты, изолированные прогулочные дворы,
контроль
за
передачами,
Принудительное
лечение
а
также
в
наличие
постов
психиатрическом
дежурных.
стационаре
специализированного типа с интенсивным наблюдением может быть
назначено лицу, которое по своему психическому состоянию представляет
особую опасность для себя или других лиц и требует постоянного и
интенсивного наблюдения (ч. 4 ст. 101 УК РФ). Такую опасность
представляют больные с психотическими состояниями и продуктивной
симптоматикой
(например,
больные
шизофренией).
По
мнению
специалистов, разрабатывавших эту проблему (Д.Р. Лунц, 1972; Г.В.
Морозов, Б.В. Шостакович, 1987; М.М. Мальцева, В.П. Котов, 1995 и др.),
а также согласно Временной инструкции под особой опасностью лица,
страдающего тяжелым психическим расстройством, следует понимать
33
вероятность совершения деяний, отнесенных УК (ст. 15) к категории
тяжких и особо тяжких, а также систематическое совершение общественно
опасных
деяний,
несмотря
на
применявшиеся
в
прошлом
меры
медицинского характера. К лицам, требующим постоянного надзора,
относятся
лица,
совершившие
посягательства,
представляющие
повышенную общественную опасность. К ним, в частности, относятся
лица, совершившие посягательства на жизнь граждан, насильники, а также
лица, совершившие общественно опасные деяния с особой жестокостью.
В качестве
отмеченными
критерия
может
применения
выступать
названной меры наряду с
и
систематичность
совершения
общественно опасных деяний, несмотря на неоднократное применение в
прошлом принудительных мер медицинского характера, агрессивное
поведение психически больного лица по отношению к медицинскому и
обслуживающему персоналу или другим пациентам во время реализации
принудительных
мер
медицинского
характера,
упорный отказ
от
назначенного лечения, грубые нарушения режима, попытки побега,
суицида и т.п. антисоциальные действия, представляющие повышенную
опасность для окружающих 1. Охрана и надзор в психиатрическом
стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением
осуществляются не только снаружи территории стационаров, но и внутри
отделений. Данные психиатрические стационары в настоящее время
представляют
собой
государственные
федерального
подчинения,
каждое
медицинские
из
которых
учреждения
выполняет
межрегиональные функции и обслуживает территорию нескольких
субъектов
Российской
Федерации.
Принудительное
лечение
в
психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным
наблюдением рекомендовано лицам:
а) совершившим тяжкие общественно опасные деяния при реальной
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.А. Чекалин; под ред. В.Т.
Томина, В.В. Сверчкова. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт-Издат, 2006.
1
34
возможности их повторения, обусловленной клиническими проявлениями
заболевания и (или) преморбидными личностными особенностями;
б) обнаруживающим в силу клинических проявлений заболевания и
(или) преморбидных личностных особенностей упорные антисоциальные
тенденции, проявляющиеся в многократных общественно опасных
действиях, а также в грубых нарушениях больничного режима (нападения
на персонал, побеги, групповые нарушения), делающих невозможным
проведение им лечебно-реабилитационных мероприятий в условиях
психиатрического стационара специализированного типа;
в)
с
временными
расстройствами
психической
деятельности,
развившимися после совершения тяжких деяний, направляемых на
принудительное
лечение
до
выхода
из
указанного
болезненного
состояния, если сохраняется вероятность совершения нового общественно
опасного деяния или побега;
г) обнаружившим во время применения первоначально назначенной
судом по отношению к ним менее строгой меры медицинского характера
такие особенности состояния и поведения, которые свидетельствуют о
невозможности проведения им лечебно-реабилитационных мероприятий в
условиях других форм принудительного лечения.
Лица,
проходящие
лечение
в
психиатрических
стационарах
специализированного типа и специализированного типа с интенсивным
наблюдением, находятся под круглосуточной охраной для того, чтобы
исключить возможность совершения ими новых общественно опасных
деяний. Специфическим основанием для прекращения принудительных
мер медицинского характера служит излечение, т.е. когда сделан вывод,
что болезненное состояние психики прошло полностью и окончательно,
больной выздоровел. В свою очередь, под выздоровлением понимается
такое положительное изменение психического состояния, при котором
35
лицо способно осознавать значение своих действий и руководить ими 1.
Следует согласиться с основанным на законе выводом, что для
прекращения принудительных мер достаточно «изменения психического
состояния», которое прогнозированно исключает повторное совершение
общественно опасных деяний и свидетельствует о том, что лицо не
представляет опасности ни для себя самого, ни для других. Такое
изменение может быть связано не только с улучшением психического
состояния больного, но и с его ухудшением, когда он, например,
утрачивает физическую возможность активного поведения 2.
Таким образом, правильное определение вида принудительных мер
медицинского характера позволяет создать такие условия содержания лиц
в
психиатрическом
способствуют
их
стационаре,
излечению,
которые
в
наибольшей
социально-трудовой
степени
реабилитации,
обеспечивают защиту общества от общественно опасных посягательств
невменяемых. Назначая принудительное лечение, суд не устанавливает его
сроков, так как оно зависит от многих обстоятельств (тяжести и степени
заболевания, его течения, методов лечения и т.д.) и должно продолжаться
до тех пор, пока больной перестает представлять опасность для
окружающих. Суд указывает лишь вид принудительной меры, а
определение местности и конкретного психиатрического стационара, в
котором должно проводиться лечение, входит в компетенцию органов
здравоохранения.
1
2
Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Отв. ред. А.В. Наумов. М., 1997. С. 258
Спасенников Б.А. Принудительные меры медицинского характера. СПб., 2003. С. 379 - 380
36
Глава
2.
Особенности
судопроизводства
по
применению
при
применении
принудительных мер медицинского характера
2.1. Особенности
судебного
разбирательства
принудительных мер медицинского характера
Конституционное право на свободу и личную неприкосновенность
включает, в том числе право не подвергаться ограничениям, которые
связаны с применением таких принудительных мер, как задержание, арест,
заключение под стражу или лишение свободы во всех иных формах, без
предусмотренных законом оснований, санкции суда или компетентных
должностных лиц, а также сверх установленных либо контролируемых
сроков. В ситуациях, связанных с ограничением права на свободу и
личную неприкосновенность, особое значение приобретают гарантии
судебной защиты, что признается и международно-правовыми актами,
согласно которым каждому арестованному или задержанному по
уголовному обвинению лицу должно быть обеспечено право на судебное
разбирательство в течение разумного срока или право на освобождение (п.
3 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, п. 3
ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод); таким
образом, ограничение свободы и личной неприкосновенности в течение
значительного времени вне судебного контроля не допускается 1.
В соответствии с правовой позицией, выраженной Конституционным
Судом Российской Федерации в Постановлениях от 2 июля 1998 г. № 20П2 и от 10 декабря 1998 г. № 27-П1, рассмотрение дела без участия лиц, о
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 № 4-П «По делу о проверке конституционности
ряда положений статей 37, 52, 135, 222, 284, 286 и 379.1 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации и части четвертой статьи 28 Закона Российской Федерации «О психиатрической помощи и
гарантиях прав граждан при ее оказании» в связи с жалобами граждан Ю.К. Гудковой, П.В. Штукатурова и
М.А. Яшиной" // СЗ РФ. - 2009. - № 11. - Ст. 1367.
2
Постановление Конституционного Суда РФ от 02.07.1998 № 20-П «По делу о проверке конституционности
отдельных положений статей 331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда
граждан» // СЗ РФ. - 1998. - № 28. - Ст. 3393.
1
37
правах и об обязанностях которых принято решение, ограничивает их
конституционное право на судебную защиту, искажает саму суть
правосудия, является отступлением от гарантированных ч. 1 ст. 19 и ч. 3
ст. 123 Конституции РФ принципов равенства всех перед законом и судом,
осуществления
судопроизводства
на
основе
состязательности
и
равноправия сторон. Приведенная правовая позиция, сформулированная
Конституционным
судопроизводству,
Судом
в
силу
РФ
применительно
универсальности
к
названных
уголовному
принципов
распространяется на все виды судопроизводства. «Полностью восприняв
положения международных норм, Конституция РФ провозглашает
человека, его права и свободы высшей ценностью и - исходя из того, что
права и свободы человека и гражданина являются непосредственно
действующими, определяют смысл, содержание и применение законов и
обеспечиваются правосудием, - возлагает на государство обязанность
признавать, соблюдать и защищать эти права и свободы и охранять
достоинство личности (ст. ст. 2 и 18, ч. 1 ст. 21). Неотчуждаемость
основных прав и свобод человека и их принадлежность каждому от
рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции РФ) предполагает недопустимость
какого бы то ни было их умаления, в том числе в отношении лиц,
страдающих психическими расстройствами»2.
В Постановлении от 20.11.2007 № 13-П «Конституционный Суд РФ
высказал позицию, в соответствии с которой положения международных
актов (Конвенция о защите прав человека и основных свобод (подп. «c» п.
3 ст. 6), Принципы защиты психически больных лиц и улучшения
психиатрической помощи (приняты 17 декабря 1991 г. Резолюцией
Постановление Конституционного Суда РФ от 10.12.1998 № 27-П «По делу о проверке конституционности
части второй статьи 335 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина М.А.
Баронина" // СЗ РФ. - 1998. - № 51. - Ст. 6341.
2
Постановление Конституционного Суда РФ от 20.11.2007 № 13-П «По делу о проверке конституционности
ряда положений статей 402, 433, 437, 438, 439, 441, 444 и 445 Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.Г. Абламского, О.Б. Лобашовой и В.К. Матвеева» //
СЗ РФ. - 2007. – № 48 (ч. II). -Ст. 6030
1
38
Генеральной Ассамблеи ООН 46/119), Рекомендации Парламентской
Ассамблеи Совета Европы 818(1977) «О положении психически больных»,
Рекомендации Комитета Министров Совета Европы № R (83) 2
«Относительно
правовой
защиты
лиц,
страдающих
психическим
расстройством, которые были госпитализированы в принудительном
порядке», Rec (2004) 10 «Относительно защиты прав человека и
достоинства
лиц
с
психическим
расстройством»)
соотносятся
с
предписаниями Закона РФ от 2 июля 1992 г. «О психиатрической помощи
и гарантиях прав граждан при ее оказании», согласно ч. 1 ст. 5 которого
лица, страдающие
психическими
расстройствами, обладают всеми
правами и свободами граждан, предусмотренными Конституцией РФ и
федеральными законами; ограничение же прав и свобод граждан,
связанное с психическим расстройством, допустимо лишь в случаях,
предусмотренных законами Российской Федерации, как это следует из ч. 3
ст. 55 Конституции РФ»1.
В Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 № 4-П
также отмечается, что в соответствии со ст. ст. 5 и 6 Конвенции о защите
прав человека и основных свобод в их истолковании Европейским судом
по
правам
человека
право
каждого
на
свободу
и
личную
неприкосновенность предполагает, что душевнобольные лица не могут
быть лишены свободы и заключены под стражу иначе как в порядке,
установленном законом; таким лицам должно быть гарантировано право
на справедливое судебное разбирательство, предполагающее в том числе
право на разбирательство дела в разумный срок независимым и
беспристрастным судом, созданным на основании закона, а также право
защищать себя лично или через посредство выбранного им самим
защитника.
В
1
силу
правовой
позиции
Конституционного
Суда
РФ,
Определение Верховного Суда РФ от 10.12.2009 № 53-О09-81 // БВС РФ. - 2010. - № 6
39
сформулированной применительно к производству по применению
принудительных
мер медицинского характера в отношении лица,
совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии
невменяемости,
отсутствие
основанного
обязательном
на
осуществлять
в
процессуальном
учете
процессуальные
реальной
действия
законодательстве
способности
лица
дифференцированного
регулирования прав тех, у кого такая способность, несмотря на
заболевание, сохранена, и тех, кто действительно по своему психическому
состоянию
не
может
самостоятельно
защищать
свои
права,
не
соответствует международным обязательствам Российской Федерации и
законодательству Российской Федерации о психиатрической помощи и не
обеспечивает защиту прав личности от необоснованных ограничений.
Лишение лица, в отношении которого подлежат применению или
применены принудительные меры медицинского характера, возможности
самостоятельно реализовывать свои процессуальные права, даже если
психическое
заболевание
этому
не
препятствует,
означает
не
согласующееся с конституционно значимыми целями, закрепленными в ч.
3 ст. 55 Конституции РФ, ограничение прав, гарантированных каждому ее
ч. 2 ст. 45 и ч. 1 ст. 46. Признавая на основе приведенной правовой
позиции соответствующие положения Уголовно-процессуального кодекса
Российской
Федерации
противоречащими
Федерации,
Конституционный
Суд
Конституции
Российской
Российской
Федерации
в
Постановлении от 20 ноября 2007 года № 13-П указал на то, что для
решения вопросов, связанных с госпитализацией в психиатрический
стационар в недобровольном порядке, допускается личное участие такого
лица в судебном заседании, если это возможно по его состоянию здоровья,
личное заявление ходатайств и обжалование в суд нарушающих права и
свободы граждан действий и решений медицинских и иных работников
при оказании лицу психиатрической помощи.
40
Таким образом, из предписаний Конституции Российской Федерации
в их взаимосвязи с положениями Конвенции о защите прав человека и
основных свобод, являющимися - в силу ч. 4 ст. 15 и ч. 1 ст. 17
Конституции Российской Федерации - составной частью правовой
системы
Российской
Федерации
и
имеющими
приоритет
перед
внутренним законодательством, а также с принципами и требованиями
международно-правовых актов вытекает необходимость установления
особого
уровня
гарантий
защиты
прав
лиц,
которые
страдают
психическими расстройствами и в отношении которых возбуждается
производство
по
признанию
их
в
установленном
порядке
недееспособными, с тем чтобы исходя из требований Конституции
Российской Федерации и с учетом юридических последствий, которые
влечет за собой признание недееспособным, исключить какую-либо
дискриминацию лица по признаку наличия психического расстройства
(душевной болезни, умственной отсталости, умственных недостатков), а
также связанные с этим ограничения прав, кроме тех, которые
допускаются в общепризнанных для таких случаев целях 1.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от
27.06.2012 № 15-П подчеркивается, что в соответствии с неоднократно
выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой
позицией при допустимости ограничения того или иного права в
соответствии с конституционно одобряемыми целями государство,
обеспечивая баланс конституционно защищаемых ценностей и интересов,
должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго
обусловленные этими целями меры; публичные интересы, перечисленные
в ч. 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, могут оправдать
правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения
отвечают
1
требованиям
справедливости,
являются
адекватными,
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 № 4-П
41
пропорциональными,
соразмерными
и
необходимыми
для
защиты
конституционно значимых ценностей и вместе с тем не посягают на само
существо права и не приводят к утрате его основного содержания
(Постановления от 16 июня 2009 года № 9-П1и др.).
Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и
нормами международного права, в частности со ст. 29 Всеобщей
декларации прав человека, согласно которой при осуществлении своих
прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким
ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью
обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и
удовлетворения
справедливых
требований
морали,
общественного
порядка и общего благосостояния в демократическом обществе 2.
Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации
корреспондируют с практикой Европейского суда по правам человека,
который в Постановлении от 20 октября 2005 года по делу «Романов
против России» признал, что присутствие заявителя в судебном заседании
является необходимым условием для того, чтобы судья лично мог
убедиться в его психическом состоянии и принять справедливое решение;
рассмотрение дела судом первой и кассационной инстанций в отсутствие
заявителя (вопреки его желанию), которое ничем не может быть
компенсировано, допустимо лишь при наличии особых обстоятельств,
например если имеют место какие-либо признаки агрессивного поведения
или если физическое и психическое состояние не позволяет ему предстать
перед судом3.
Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.2009 № 9-П «По делу о проверке конституционности
ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных
правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской
Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами
граждан М.Ю. Карелина, В.К. Рогожкина и М.В. Филандрова» // СЗ РФ. - № 27. - 2009. - Ст. 3382.
2
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2012 № 15-П «По делу о проверке конституционности
пунктов 1 и 2 статьи 29, пункта 2 статьи 31 и статьи 32 Гражданского кодекса Российской Федерации в
связи с жалобой гражданки И.Б. Деловой» // СЗ РФ. - 2012. - № 29. - Ст. 4167.
3
Постановление ЕСПЧ от 20.10.2005 «Дело «Романов (Romanov) против Российской Федерации» (жалоба N
63993/00). Заявитель жаловался на условия содержания его под стражей в психиатрическом отделении
1
42
Следует отметить, что Конституционный Суд Российской Федерации
в своих постановлениях последовательно выражает позицию о том, что
лицо,
имеющее
психическое
расстройство
и
признанное
судом
невменяемым или недееспособным, является субъектом правоотношений.
В частности, у правоприменителя отсутствовало однозначное понимание
объема полномочий лиц, в отношении которых решался вопрос о
применении принудительных мер медицинского характера (изменении,
продлении применения принудительных мер медицинского характера),
что послужило поводом в Постановлении от 20 ноября 2007 г. № 13-П «По
делу о проверке конституционности ряда положений статей 402, 433, 437,
438, 439, 441, 444 и 445 Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации в связи с жалобами граждан С.Г. Абламского, О.Б. Лобашовой
и В.К. Матвеева» сформулировать следующее. Лицо, в отношении
которого ведется производство о применении принудительных мер
медицинского характера, так же как подозреваемый и обвиняемый по
уголовному делу, по существу, уличается в совершении деяния,
запрещенного уголовным законом. Поэтому такому лицу, хотя оно и не
привлекается к уголовной ответственности, должны обеспечиваться
равные с другими лицами, в отношении которых осуществляется
преследование, процессуальные права, тем более что до получения
результатов судебно-психиатрической экспертизы лицо по своему статусу
являлось обвиняемым или подозреваемым и, таким образом, уже обладало
соответствующими процессуальными правами (ст. 46, 47 УПК РФ).
Обеспечение процессуальных прав данной категории лиц в полном объеме
передается законному представителю и защитнику, сами же эти лица,
таким
образом,
дееспособность,
фактически
т.е.
утрачивают
становятся
в
уголовно-процессуальную
производстве
о
применении
принудительных мер медицинского характера его объектом, без проверки
следственного изолятора. По делу допущено нарушение статьи 3, пункта 3 статьи 5, пункта 1 и подпункта
"c" пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод // СПС "КонсультантПлюс"
43
в судебном заседании, действительно ли они не способны (с точки зрения
психического
состояния)
самостоятельно
защищать
свои
права.
Правомочие лично обращаться к суду за защитой своих прав и свобод
имеет универсальный характер и является неотъемлемым элементом
нормативного содержания данного права. Указанного правомочия не
могут быть лишены и лица, в отношении которых разрешается вопрос о
применении принудительных мер медицинского характера либо об их
продлении, изменении или прекращении. Именно такое регулирование
предусмотрено для решения вопросов, связанных с признанием лиц
недееспособными и их госпитализацией в психиатрический стационар в
недобровольном порядке, в гражданском судопроизводстве.
Лица, совершившие преступление и страдающие психическими
расстройствами, не исключающими вменяемости в силу психического
расстройства не могут в полной мере осознавать фактический характер и
общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить
ими. Указанные лица не освобождаются ни от уголовной ответственности,
ни от наказания, но наличие психического расстройства учитывается
судом
при
назначении
наказания
и
может
служить
основанием
применения принудительных мер медицинского характера (ч. 2 ст. 22 УК).
Лицу, нуждающемуся в лечении психического расстройства, наряду с
наказанием суд может назначить принудительные меры медицинского
характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у
психиатра (ч. 2 ст. 99 УК РФ). Решение об этом должно содержаться в
резолютивной части приговора (п. 3 ППВС РФ от 07.04.2011).
Так, «согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы у
М. имеется легкая умственная отсталость с нарушением поведения или
олигофрения в степени дебильности с психопатизацией личности в виде
свойственных ему с детства недоразвития памяти и сообразительности в
сочетании
с
повышенной
неуравновешенностью,
вспыльчивостью,
44
раздражительностью.
Выявленные
у М.
психические
расстройства
личности (интеллектуальные и эмоционально-волевые нарушения) во
время совершения инкриминируемых ему деяний, не исключая его
вменяемости, ограничивали его возможность в полной мере осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий и
руководить ими. В случае осуждения М. в связи с наличием у него
недоразвития
памяти,
импульсивности,
сообразительности,
связанными
с
этим
низкого
контроля
нарушениями
поведения,
представляющими общественную опасность, в соответствии с ч. 2 ст. 22,
п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99 Уголовного кодекса Российской Федерации
нуждается в амбулаторном принудительном наблюдении и лечении у
психиатра по месту отбытия наказания»1.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.
22 Постановления от 7 апреля 2011 г. № 6 «О практике применения
судами принудительных мер медицинского характера», гражданский иск,
заявленный по уголовному делу о применении принудительных мер
медицинского характера, не подлежит рассмотрению, что не препятствует
последующему
его
предъявлению
и
рассмотрению
в
порядке
гражданского судопроизводства 2. Имущественная ответственность лица,
причинившего
вред
исключается.
Вместо
в
состоянии
него
к
невменяемости,
такой
т.е.
ответственности
невиновно,
могут
быть
привлечены только опекун или организация, обязанная вести надзор за
невменяемым, при наличии их вины в неосуществлении должного
надзора3. Получается, что в наиболее уязвимом положении находятся
потерпевшие, которые не имеют реальной возможности претендовать на
своевременное возмещение вреда, причиненного деянием, запрещенным
Определение Верховного Суда РФ от 25.04.2007 № 7-о07-14 // СПС "КонсультантПлюс"
Постановления от 7 апреля 2011 г. № 6 «О практике применения судами принудительных мер
медицинского характера»//Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 2011.- № 7.
3
Определение Военной коллегии Верховного Суда СССР от 29 марта 1979 г. по делу В.П. Северина //
Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Сост. С.В. Бородин, А.И. Трусова; Под
общ. ред. В.М. Лебедева. М.: Спарк, 2001. С. 84 - 85
1
2
45
уголовным законом, хотя Уголовно-процессуальный кодекс Российской
Федерации
допускает
предъявление
требований
о
возмещении
имущественного вреда, имущественной компенсации морального вреда (ч.
3, 4 ст. 42, ч. 1 ст. 44 УПК РФ), четко фиксирует обязанность
государственных органов и должностных лиц, в производстве которых
находится уголовное дело, доказать и отразить в процессуальных
решениях характер и размер вреда, причиненного деянием (п. 3 ч. 2 ст.
434, п. 1 ч. 4 ст. 439 УПК РФ).
Следует
подчеркнуть,
что
Конституционный
Суд
Российской
Федерации еще в Постановлении от 20 ноября 2007 г. № 13-П обратил
внимание на отсутствие в уголовном и уголовно-процессуальном
законодательстве
способности
основанного
лица
на
обязательном
осуществлять
учете
процессуальные
реальной
действия
дифференцированного регулирования прав тех, у кого такая способность,
несмотря на заболевание, сохранена, и тех, кто действительно по своему
психическому состоянию не может самостоятельно защищать свои права,
что
не
соответствует
международным
обязательствам
России,
национальному законодательству о психиатрической помощи и не
обеспечивает защиту прав личности от необоснованных ограничений.
Лишение лица, в отношении которого подлежат применению или
применены принудительные меры медицинского характера, возможности
самостоятельно
психическое
реализовывать
заболевание
свои
этому
не
процессуальные
права,
препятствует,
означает
если
не
согласующееся с конституционно значимыми целями, закрепленными в ч.
3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, ограничение прав,
гарантированных каждому ч. 2 ст. 45 и ч. 1 ст. 46 Конституции Российской
Федерации.
Таким образом,
лицо, в отношении которого решается вопрос о
применении принудительной меры медицинского характера обладает
46
уголовно-процессуальной дееспособностью, понимает и осознает порядок
производства следственных и судебных действий, процессуальных
решений, но считается неспособным осознать материально-правовые
последствия
деяния,
указывает
на
запрещенного
некоторую
уголовным
законом.
незавершенность
Подобное
регулирования
правоотношений. Возможно, более эффективно с точки зрения баланса
интересов различных участников уголовно-процессуальных отношений
использовать подход, свойственный гражданскому процессуальному и
гражданскому праву сквозь призму решений Конституционного Суда
Российской Федерации: недееспособные лица являются не только
участниками гражданского судопроизводства, но и могут выступать в
качестве субъектов гражданско-правовых отношений, т.е. тех отношений,
которые фактически и порождают процессуальные отношения в части
судебной защиты прав и законных интересов каждого. Тогда в ходе
производства
о
применении
принудительной
меры
медицинского
характера суду надлежит в судебном заседании проверять способность
лица (с точки зрения психического состояния) самостоятельно защищать
свои права, а также на основе степеней нарушения психических функций,
соразмерных степени фактического снижения способности понимать
значение своих действий или руководить ими в сфере регламентации
общественно опасных деяний и ответственности за их совершение,
устанавливать способность такого лица осознать материально-правовые
последствия и обязанность возмещения вреда, причиненного деянием,
запрещенным уголовным законом. В связи с чем, следовало бы в целом
изменить отношение к определению круга лиц, обязанных возмещать
вред,
причиненный
деянием,
запрещенным
уголовным
законом.
Например, предоставить суду право с учетом имущественного положения
потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств принять
решение о возмещении вреда полностью или частично за счет самого
47
причинителя вреда (безотносительно того, есть или нет средства у лица,
которое несет ответственность за вред, причиненный лицом, страдающим
психическим расстройством, как в настоящий момент об этом говорит ст.
1076 ГК РФ)1.
Таким
образом,
законодателю,
во-первых,
необходимо
четко
обозначить сферы социальной жизни, в которых следовало бы учитывать
степень
нарушения
способности
лиц,
страдающих
психическими
расстройствами, понимать значение своих действий или руководить ими, а
также пределы самостоятельности таких лиц в части реализации ими прав,
исполнения обязанностей и наступления для них ответственности. Вовторых, изменяя нормативно-правовые акты с учетом комплексного
подхода
и
обеспечивать
межотраслевого
баланс
регулирования
конституционно
отношений,
значимых
надлежит
интересов
и
недопустимости нарушения прав и свобод других лиц при осуществлении
прав и свобод человека и гражданина, а также при реализации
потерпевшим (гражданским истцом) права на судебную защиту и
возмещение вреда, причиненного деянием, запрещенным уголовным
законом.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 7 апреля 2011 г. №
6 «О практике применения судами мер медицинского характера» 2
отмечено, что об опасности лица для себя или других лиц, о возможности
причинения
этим
лицом
иного
существенного
вреда
могут
свидетельствовать характер психического расстройства, подтвержденного
выводами психиатрической экспертизы, его склонность в связи с этим к
совершению насильственных действий в отношении других лиц или к
причинению вреда самому себе, к совершению иных общественно
опасных действий (изъятию чужого имущества, поджогов, уничтожению
Арабули Д.Т. Взгляд Конституционного Суда Российской Федерации на объем полномочий лиц,
страдающих психическими расстройствами//Журнал конституционного правосудия. - 2012. - № 6.
2
Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 7 апреля 2011 г. № 6 «О практике применения судами мер
медицинского характера»//Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2011. - № 7. - С. 4
1
48
или повреждению имущества иными способами и др.), а также физическое
состояние такого лица, с учетом которого оценивается возможность
реализации им своих общественно опасных намерений.
Производство о применении принудительных мер медицинского
характера осуществляется по общим правилам, установленным уголовнопроцессуальным законодательством, с изъятиями, установленными главой
51
Уголовно-процессуального
кодекса,
следует
также
учитывать
разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда
РФ от 07.04.2011 № 6 «О практике применения судами принудительных
мер
медицинского
характера».
Уголовные
принудительных мер медицинского характера
судами
всех
уровней
предусмотренных
с
соблюдением
статьей
229
дела
о
применении
подлежат рассмотрению
правил
подсудности.
Уголовно-процессуального
В
кодекса
Российской Федерации случаях, в том числе для рассмотрения вопроса о
возможности возвращения уголовного дела прокурору, назначается
предварительное слушание, которое проводится в обычном порядке,
предусмотренное
Российской
главой
34
Федерации.
Уголовно-процессуального
Уголовно-процессуальным
кодекса
законом
предусмотрены специальные основания для возвращения прокурору
уголовных дел именно данной категории. Уголовное дело подлежит
возвращению прокурору в обязательном порядке в соответствии с пунктом
3 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации, если есть
необходимость составления
обвинительного
заключения или обвинительного акта по уголовному делу, направленному
в суд с постановлением о применении принудительных мер медицинского
характера.
Поступившие
в
суд
уголовные
дела
о
применении
принудительных мер медицинского характера могут быть возвращены
прокурору и по другим причинам, препятствующим их рассмотрению
судом и принятию по ним судебного решения. Пленум Верховного Суда
49
РФ также подчеркнул, что лицу, в отношении которого ведется
производство
о
применении
принудительных
мер
медицинского
характера, должно быть предоставлено право лично осуществлять
принадлежащие ему и предусмотренные статьями 46 и 47 Уголовнопроцессуального кодекса РФ процессуальные права (знать, в чем он
обвиняется,
получать
копии
процессуальных
документов,
давать
показания по предъявленному ему обвинению либо отказаться от дачи
показаний,
представлять
доказательства,
пользоваться
помощью
защитника, подавать ходатайства, жалобы и так далее и участвовать в их
рассмотрении судом, пользоваться помощью переводчика, обжаловать
действия (бездействие) судов, прокуроров, следователей и так далее,
участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой и
второй инстанций, а также в рассмотрении судом вопроса об избрании в
отношении его меры пресечения и так далее). При этом учитываются
заключение
экспертов,
психиатрической
участвовавших
экспертизы,
и
при
в
производстве
необходимости
судебно-
медицинское
заключение психиатрического стационара (ч. 1 ст. 437 УПК РФ),
позволяющие установить, допускает ли психическое состояние лица
использование им своих процессуальных прав в полном объеме. Следует
иметь в виду, что указанные медицинские документы не могут иметь для
суда заранее установленной силы и подлежат оценке в совокупности с
другими доказательствами.
Так, по уголовному делу № 1-137/2013, 19.07.2013 было вынесено
постановление Заводским районным судом города орла о применении к
лицу ПММХ. Данное постановление было основано на совокупности
исследуемых доказательств в зале судебного заседания:
«Степанюк Н.П. совершил в состоянии невменяемости запрещенное
уголовным законом деяние, подпадающее под признаки преступления
против жизни и здоровья, при следующих обстоятельствах:
50
(дата обезличена) примерно в 19 часов Степанюк Н.П., будучи в
состоянии алкогольного опьянения, находясь на кухне квартиры (номер
обезличен) дома (номер обезличен) по ул. (адрес обезличен) г. Орла, в
результате внезапно возникшего конфликта с ранее знакомым Д., подошел
к последнему и нанес находившимся при нем кухонным ножом один удар
в область грудной клетки справа, причинив тем самым Д. телесные
повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения передней
поверхности грудной клетки, повлекшие тяжкий вред здоровью по
признаку опасности для жизни. Когда потерпевший попытался вытолкнуть
Степанюка Н.П. из кухни в коридор квартиры, последний нанес Д. один
удар кухонным ножом в спину причинив телесные повреждения в виде
слепого непроникающего ранения спины в правой лопаточной области,
повлекшего легкий вред здоровью по признаку кратковременного
расстройства здоровья на срок менее 21 дня.
Исследовав и оценив по правилам ст. 88 УПК РФ представленные
суду доказательства, признавая каждое из них относимым, достоверным и
допустимым, а совокупность доказательств достаточной для разрешения
уголовного дела, суд считает необходимым применить к Степанюку Н.П.,
как совершившему в состоянии невменяемости запрещенное уголовным
законом деяние, принудительные меры медицинского характера.
Необходимость
применения
к
Степанюку
Н.П.
ПММХ
подтверждается следующими доказательствами:
-показаниями в судебном заседании потерпевшего Д., согласно
которым вечером (дата обезличена) дома у своего знакомого Р. поминали
родителей потерпевшего, распивали спиртные напитки. На кухню, где они
сидели заходил отец Р.- Степанюк Н.П., он тоже выпивал, а когда
попросили его уйти, поскольку он был пьян и раздражал своим
поведением, Степанюк Н.П. стал просить еще налить ему водки, тогда
потерпевший толкнул Степанюка Н.П. и сел за стол, через несколько
51
секунд почувствовал, что последний нанес ему удар в грудь в область
сердца, при этом
Д. не понял, что это был нанесен удар ножом и стал выталкивать
Степанюка Н.П. из кухни, после чего почувствовал ещё один удар,
потерял сознание и очнулся в больнице ( л.д. 142);
-показаниями в судебном заседании свидетеля Р., сына Степанюка
Н.П., согласно которым проживает по адресу: (адрес обезличен) вместе с
отцом, поскольку за ним требуется постоянный присмотр и уход. (дата
обезличена) вечером распивал спиртные напитки на кухне своей квартиры
вместе с Д., к ним несколько раз подходил отец, тоже выпивал, а когда
потерпевший отказался ему в очередной раз наливать спиртное, между
ними началась словесная перепалка. Д. оттолкнул отца от стола,
последний отошел к кухонным ящикам и в этот момент свидетель увидел,
как Степанюк Н.П. схватил из ящика стола нож с рукоятью из пластика
черного цвета и стал размахивать им, кричать, что его обидели. Тогда
потерпевший встал со стула, повернулся к отцу лицом и хотел успокоить
его, забрать нож, но в этот момент Степанюк Н.П. ударил его ножом в
область груди. Возможно отец нанес Д. еще один удар, но свидетель этого
не видел, так как началась неразбериха. Потерпевший побежал в коридор
и упал там без сознания, а свидетель, отобрав у отца нож, вызвал от
соседки скорую помощь (л.д. 142-143);
-показаниями свидетеля В. пояснившей в судебном заседании, что
является гражданской супругой Р., вечером (дата обезличена) позвонила Р.
и узнала, что его отец Степанюк Н.П. во время распития спиртных
напитков несколько раз ударил ножом Д., когда тот попросил его выйти из
кухни. Свидетелю известно, что Степанюк Н.П. часто выпивает, при этом
ведет себя агрессивно. (л.д.143).
52
Помимо показаний перечисленных лиц, причастность Степанюка
Н.П.к
совершению
деяния,
запрещенного
уголовным
законом,
подтверждается письменными доказательствами:
-рапортом об обнаружении признаков преступления, согласно
которому (дата обезличена) в 21 час. 40 мин. бригадой скорой
медицинской помощи в ООКБ доставлен Д. 1964 года рождения с колоторезаными ранами грудной клетки и правой лопаточной области справа (
л.д.12);
-протоколом осмотра места происшествия — квартиры (номер
обезличен) дома (номер обезличен) по ул. (адрес обезличен) г. Орла от
(дата обезличена), в ходе которого на полу в коридоре обнаружен и изъят
нож ( л.д.22-32).;
-заключением эксперта 663/3 от (дата обезличена), согласно
которому повреждения у Д. в виде проникающего колото-резаного
ранения передней поверхности грудной клетки и слепого непроникающего
ранения спины в правой лопаточной области получены от действия
колюще-режущего предмета, каковым мог быть представленный на
исследование клинок ножа, ввиду совпадения размеров раны на коже,
зафиксированной в истории болезни, и шириной клинка ножа при
исследовании. Всего на теле Д. имелось две точки приложения силы: по
передней поверхности грудной клетки и на спине в лопаточной области
справа. Учитывая наличие жидкой крови и темных сгустков в плевральной
полости, наличие подкожных гематом в области колото-резаных ран, они
могли быть получены (дата обезличена).
Проникающее
колото-резаное
ранение
передней
поверхности
грудной клетки с повреждением внутренней грудной артерии и
кровотечением в плевральную полость повлекло тяжкий вред здоровью по
признаку кратковременного расстройства здоровья на срок менее 21 дня.
Слепое колото-резаное ранение спины в лопаточной области повлекло
53
легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства на срок
менее 21 дня. ( л.д.106-107);
судебно-криминалистической
-заключением
экспертизы
(номер
обезличен) от (дата обезличена), согласно которому на ноже, изъятом с
места происшествия, обнаружена кровь человека группы А (II), которая
могла произойти от Д. и не могла произойти от Р. и Степанюка Н.П. (л.д.
82-88).
Совокупность
исследованных
доказательств
приводит
суд
к
убеждению о том, что Степанюк Н.П. в состоянии невменяемости
совершил запрещенное уголовным законом деяние, предусмотренное ч.1
ст. 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью,
опасного для жизни человека.
Согласно ст. 21 УК РФ не подлежит уголовной ответственности
лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния
находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий
(бездействия)
либо
руководить
ими
вследствие
хронического
психического расстройства, временного психического расстройства,
слабоумия либо иного болезненного состояния психики.
Лицу,
совершившему
предусмотренное
уголовным
законом
общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, судом могут
быть
назначены
принудительные
меры
медицинского
характера,
предусмотренные настоящим Кодексом.
В судебном заседании Степанюк Н.П. в присутствии законного
представителя и защитника согласился с применением к нему ПММХ в
виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего
типа.
С учетом изложенного, принимая во внимание обоснованность
заключения
стационарной
повторной
комиссионной
судебно54
психиатрической
экспертизы,
обстоятельства
содеянного,
подтверждающие социальную опасность Степанюка Н.П. для себя и
других лиц, суд считает, что Степанюк Н.П., как совершивший в
состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние и
представляющий значительную социальную опасность для себя и
окружающих
существенного
в
связи
вреда
с
возможностью
подлежит
причинения
освобождению
им
от
иного
уголовной
ответственности с назначением принудительного лечения в форме
принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа
согласно ст.ст. 21, 97 ч.1 п. «а», ч.2, 99 ч.1 п. «б», 101 ч.2 УК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 442- 444 УПК РФ
П О С Т А Н О В И Л:
Степанюка Н.П. освободить от уголовной ответственности за
совершение в состоянии невменяемости запрещенного уголовным законом
деяния, предусмотренного ч.1 ст. 111 УК РФ.
Применить к Степанюку Н.П. принудительные меры медицинского
характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре
общего типа согласно ст.ст. 21, 97 ч.1 п. «а», ч.2, 99 ч.1 п. «б», 101 ч.2 УК
РФ»1.
Лицо, в отношении которого ведется производство о применении
принудительных мер медицинского характера, должно быть извещено о
месте, дате и времени судебного заседания, для того чтобы осуществить
свое право на заявление ходатайств (о личном ознакомлении с
материалами уголовного дела, о личном участии в судебном заседании и
др.) или реализовать иные права, гарантированные УПК РФ . В
постановлении о назначении судебного заседания судья в соответствии с
п. 5 ч. 2 ст. 231 УПК РФ может принять решение о рассмотрении
уголовного дела в закрытом судебном заседании с учетом положений ст.
1
https://rospravosudie.com/court-zavodskoj-rajonnyj-sud-g-orla-orlovskaya-oblast-s/act-427561877/
55
241 УПК РФ, в том числе, если разбирательство уголовного дела в суде
может привести к разглашению охраняемой федеральным законом
врачебной тайны (п. 14 Постановления).
Если лицам, указанным в ч. 6 ст. 439 УПК РФ (т.е. лицу, в отношении
которого ведется производство о применении принудительных мер
медицинского характера, его защитнику и законному представителю), не
была вручена копия постановления о направлении уголовного дела в суд
для применения принудительных мер медицинского характера, судья
назначает предварительное слушание для решения вопроса о возвращении
уголовного дела прокурору в порядке, установленном ст. 237 УПК РФ.
Исходя из положений ч. 1 ст. 437 УПК РФ лицу, участвующему в
судебном заседании, должны быть разъяснены его процессуальные права,
предусмотренные ст. ст. 46 и 47 УПК РФ, и обеспечена возможность
осуществления этих прав. Показания такого лица могут учитываться
судом при оценке его психического состояния, а также опасности лица для
самого себя или других лиц либо возможности причинения им иного
существенного вреда, при определении вида принудительных мер
медицинского характера.
Не вступившее в законную силу постановление суда, принятое по
результатам рассмотрения дела, может быть обжаловано в апелляционном
и кассационном
порядке
производство
применении
о
лицом,
в отношении которого
принудительных
мер
ведется
медицинского
характера, его защитником, законным представителем, потерпевшим, его
представителем и прокурором, а также иными лицами в той части, в
которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные
интересы.
Так, 02.05.2017 г. апелляционная инстанция Орловского областного
суда по делу № 22и-600/2017, рассмотрела в судебном заседании
заседании апелляционную жалобу ФИО1 и его законного представителя –
56
ФИО4 на постановление Железнодорожного районного суда г. Орла от 28
марта 2017 г., которым отказано в принятии к производству ходатайства
ФИО1 и его законного представителя ФИО4 о прекращении применения
принудительной меры медицинского характера в отношении ФИО1.
В силу ч. 3 ст. 376 УПК РФ лицо, в отношении которого ведется
производство
о
применении
принудительных
мер
медицинского
характера, вправе участвовать в заседании суда кассационной инстанции
непосредственно либо изложить свою позицию путем использования
систем видеоконференц-связи при условии заявления им о своем желании
присутствовать
при рассмотрении
жалобы или
представления
на
постановление суда. Вопрос о форме его участия в судебном заседании
решается судом. Участие такого лица возможно, если его психическое
состояние позволяет ему лично участвовать в судебном заседании. При
этом учитываются заключение экспертов, участвовавших в производстве
судебно-психиатрической экспертизы, и при необходимости медицинское
заключение психиатрического стационара.
Вышестоящий суд вправе при наличии к тому оснований изменить
назначенный судом вид мер на менее строгий, если не нарушается право
на защиту лица, в отношении которого применена мера медицинского
характера,
либо
кассационному
по
кассационной
представлению
жалобе
отменить
потерпевшего
решение
суда
или
первой
(апелляционной) инстанции и направить дело на новое рассмотрение в тот
же суд иным составом суда, если имеются основания для применения
более строгой принудительных мер медицинского характера.
Так, 09.10.2012 по делу № 22 и № 2205/2012 Орловским областным
судом было вынесено кассационное определение Судебная коллегия по
уголовным делам Орловского областного суда в составе
председательствующего Орловской Ю.В.,
судей Чурковой С.Д., Опальковой В.Д.,
57
при секретаре Зудовой Н.С.
рассмотрела
в
открытом
судебном
заседании
материал
по
кассационной жалобе осужденного ФИО1 на постановление Ливенского
районного суда Орловской области от 20 июля 2012 года, которым
ФИО1, <дата> рождения, <...>, судимому:
06.11.2008 мировым судьей судебного участка № 4 Заводского
района г. Орла по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения
свободы в ИК строгого режима,
28.11.2008 Заводским районным судом г. Орла по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст.
161 УК РФ к 1 году лишения свободы в колонии-поселении,
08.12.2008 мировым судьей судебного участка № 2 Заводского
района г. Орла по ч. 1 ст. 158 (2 эпизода), ч. 2 ст.69 УК РФ к 11 месяцам
лишения свободы в ИК строгого режима. Постановлением мирового судьи
судебного участка № 2 Заводского района г. Орла от 23.06.2009 (с учетом
изменений, внесенных кассационным определением судебной коллегии по
уголовным делам Орловского областного суда от 01.09.2009) на основании
ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно к 1 году 4 месяцам лишения свободы в
исправительной колонии строгого режима. 25.09.2009 освобожденному по
отбытию срока наказания,
02.02.2010 Заводским районным судом г. Орла (с учетом изменений,
внесенных кассационным определением судебной коллегии по уголовным
делам Орловского областного суда от 01.04.2010) по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2
ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы в исправительной
колонии строгого режима. В соответствии с ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, ч.
2 ст. 99 УК РФ назначено принудительное наблюдение и лечение у
психиатра по месту отбывания наказания. Постановлением Советского
районного суда г. Орла от 21.01.2011 освобожден условно-досрочно
01.02.2011 года на 4 месяца 16 дней,
58
отбывающему наказание по приговору Советского районного суда г.
Орла от 22.08.2011 по п. «б» ч. 2 ст. 158, п.«в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69, ст. 70
УК РФ в виде 2 лет 6месяцев лишения свободы в исправительной колонии
строгого режима, - отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении
применения принудительной меры медицинского характера в форме
амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.
Заслушав доклад судьи Чурковой С.Д., пояснения осужденного
ФИО1 в режиме видеоконферен-связи, поддержавшего доводы жалобы,
мнение прокурора Черниковой Е.Н. об отмене постановления суда,
судебная коллегия
у с т а н о в и л а:
ФИО1 отбывает наказание по приговору Советского районного суда
г. Орла от 22.08.2011 по п. «б» ч. 2 ст. 158, п.«в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69, ст.
70 УК РФ в виде 2 лет 6месяцев лишения свободы в исправительной
колонии строгого режима. В соответствии со ст. 22, п. «в» ч. 1 ч. 2 ст.97, ч.
2 ст. 99 УК РФ ФИО1 назначена принудительная мера медицинского
характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у
психиатра.
ФИО1 обратился в суд с ходатайством о прекращении применения
принудительной меры медицинского характера в форме амбулаторного
принудительного наблюдения и лечения у психиатра.
Судом принято указанное выше решение.
В кассационной жалобе осужденный ФИО1 просит постановление
отменить. В обоснование указывает, что обследование, по результатам
которого было выдано заключение, ему не проводилось, ранее 25.11.2010
постановлением Советского районного суда г. Орла в отношении него
была прекращена принудительная мера медицинского характера и
установлена необходимость лечения у невролога. Считает, что отбытие
более 1/2 части срока наказания является достаточным для прекращения
59
принудительной меры медицинского характера, при рассмотрении
ходатайства должны учитываться все обстоятельства дела, наличие 1
поощрения и 1 снятого взыскания, тяжелой травмы, требующей операции,
положительная характеристика.
Проверив представленный материал, обсудив доводы кассационной
жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу пп. 1, 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ несоответствие выводов суда
фактическим обстоятельствам дела, установленных судом, нарушение
уголовно-процессуального
закона
является
основанием
к
отмене
судебного решения.
В обоснование решения об отказе в удовлетворении ходатайства
ФИО1 о прекращении применения принудительной меры медицинского
характера в форме амбулаторного принудительного наблюдения и лечения
у психиатра, суд сослался на заключение комиссии врачей от 05.07.2012,
полагавших
необходимым
продолжить
наблюдение
и
лечение
осужденного до достижения стойкой ремиссии.
Однако указанное заключение (л.м. 21) оформлено ненадлежащим
образом, в нем отсутствует печать и штамп, оно напечатано на копии
регистрационного удостоверения изделий медицинского назначения.
Между тем подлинность указанного заключения суд не проверил,
никого из лиц его подписавших не допросил.
Более того, из решения суда и представленного материала
невозможно
понять,
каким
психическим
заболеванием
страдает
осужденный ФИО1, и в связи с чем суд применил ему принудительную
меру медицинского характера, поскольку отсутствует полный текст копии
приговора Советского районного суда г. Орла от 22.08.2011, которым
ФИО1 назначена принудительная мера медицинского характера, не
содержит таких данных и заключение врачей от 05.07.2012. Отсутствие
данных о заболевании имеет значение не только для разрешения
60
ходатайства осужденного по существу, но и для решения вопроса о
применении положений ст. 51 УПК РФ.
Постановленное решение нельзя признать законным и потому, что
протокол судебного заседания не соответствует тексту постановленного
решения. Так, согласно протоколу судебного заседания от 20.07.2012
оглашалось и рассматривалось ходатайство осужденного ФИО1 об
условно-досрочном освобождении от наказания. Однако из обжалуемого
решения следует, что рассмотрено ходатайство ФИО1 о прекращении
применения принудительной меры медицинского характера.
При таких обстоятельствах постановление суда нельзя признать
законным и обоснованным, в силу ст. 379, 382 УПК РФ оно подлежит
отмене с направлением материала на новое судебное рассмотрение.
При новом рассмотрении материала, суду надлежит устранить
отмеченные недостатки, тщательно исследовать материал, проверить
доводы, изложенные в кассационной жалобе ФИО1 и вынести решение в
строгом соответствии с требованиями закона.
В соответствии с изложенным, руководствуясь ст. 377-378 и 388
УПК РФ, судебная коллегия
о п р е д е л и л а:
постановление Ливенского районного суда Орловской области от 20
июля 2012 года в отношении ФИО1 отменить.
Материал направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в
ином составе.
Председательствующий»1
Необеспечение судом лицу, в отношении которого ведется или велось
производство
о
применении
принудительных
мер
медицинского
характера, права лично участвовать в судебном заседании, если его
психическое состояние позволяло ему участвовать в судебном заседании и
1
https://rospravosudie.com/court-orlovskij-oblastnoj-sud-orlovskaya-oblast-s/act-106904272/
61
осуществлять
свои
процессуальные
права,
является
нарушением
требований ч. 1 ст. 437 и ч. 1 ст. 441 УПК РФ, влекущим отмену
состоявшегося судебного решения. Для реализации вышеуказанных
положений Верховный Суд РФ разъяснил, что в соответствии с ч. 1 ст. 437
УПК РФ законными представителями лица, в отношении которого ведется
производство
о
применении
принудительных
мер
медицинского
характера, признаются близкие родственники, которыми могут быть
родители, усыновители или другие указанные в п. 4 ст. 5 УПК РФ лица.
При отсутствии близких родственников либо их отказе от участия в деле
законным
представителем
может
быть
признан
орган
опеки
и
попечительства. Участие законного представителя является обязательным.
Суд обязан обеспечить законному представителю возможность
осуществления его процессуальных прав, предусмотренных ч. 2 ст. 437
УПК РФ, в том числе прав участвовать в судебном разбирательстве
уголовного
дела,
заявлять
ходатайства
и
отводы,
представлять
доказательства, обжаловать решения суда, получать копии обжалуемых
решений, знать о принесенных по уголовному делу жалобах и
представлениях и подавать на них возражения, участвовать в заседаниях
судов апелляционной, кассационной и надзорной инстанций. Кроме этого,
подлежат разъяснению законному представителю его права инициировать
ходатайства об изменении или прекращении применения принудительных
мер медицинского характера и участвовать при их рассмотрении на
основании ст. 445 УПК РФ. Если законный представитель действует в
ущерб интересам представляемого им лица, он отстраняется судом от
участия в деле, и законным представителем лица, в отношении которого
ведется производство о применении принудительных мер медицинского
характера, признаются другие лица, указанные в п. 4 ст. 5 УПК РФ, а при
их отсутствии - орган опеки и попечительства.
В силу п. 3 ч. 1 ст. 51 и ст. 438 УПК РФ в производстве о применении
62
принудительных мер медицинского характера участие защитника является
обязательным с момента вынесения постановления о назначении в
отношении лица судебно-психиатрической экспертизы, если защитник
ранее не участвовал в данном уголовном деле. Отказ от защитника по этим
делам не может быть принят судом. В случае нарушения указанных
требований в ходе предварительного расследования уголовное дело
подлежит возвращению прокурору в порядке, установленном ст. 237 УПК
РФ.
По делам этой категории в процессе их расследования обязательно
проведение (ст. 196 УПК РФ) судебно-психиатрической экспертизы, что, с
одной стороны, способствует более тщательному выяснению степени
психического расстройства и возможных его последствий, а с другой может
создавать
известную
почву
для
самоуспокоенности
правоохранительных органов и перекладывания ответственности в оценке
этих юридических обстоятельств на экспертов. В этой связи заслуживает
поддержки позиция Пленума Верховного Суда РФ, указавшего на то, что
суд должен мотивировать решение о выборе вида принудительной меры
медицинского характера на основе оценки заключения экспертизы о
психическом состоянии лица, в отношении которого ведется производство
о применении принудительной меры медицинского характера, и других
собранных по делу доказательств (п. 4 Постановления Пленума
Верховного Суда РФ «О практике применения судами мер медицинского
характера»).
В нормах уголовного законодательства фактически реализована
презумпция вменяемости лица, совершившего общественно опасное
деяние, поэтому необходимость в проведении экспертизы возникает в тех
случаях, когда появляется сомнение в психическом здоровье лица или в
способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в
уголовном судопроизводстве. К обстоятельствам, вызывающим такие
63
сомнения, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О практике
применения судами мер медицинского характера» отнесены, например,
наличие данных о том, что лицу в прошлом оказывалась психиатрическая
помощь
(у
оказывалась
него
диагностировалось
амбулаторная
психическое
психиатрическая
помощь,
расстройство,
помещался
в
психиатрический стационар, признавался невменяемым по другому
уголовному делу, негодным к военной службе по состоянию психического
здоровья и т.п.), о нахождении его на обучении в учреждении для лиц с
задержкой или отставанием в психическом развитии, о получении им в
прошлом черепно-мозговых травм, а также странностях в поступках и
высказываниях, свидетельствующих о возможном наличии психического
расстройства, его собственные высказывания об испытываемых им
болезненных психопатологических переживаниях и др.
К числу других обстоятельств, служащих поводом для сомнения в
психическом состоянии лица, практика всегда относила проявление
особой жестокости и безжалостности к потерпевшему и другим, наличие
серьезных травм головы и тела, потери памяти. В случае если суд придет к
выводу, что лицо по своему психическому состоянию не представляет
опасности, то он может передать необходимые материалы органам
здравоохранения для решения вопроса о его лечении и направлении в
психоневрологические учреждения в соответствии с законодательством о
здравоохранении.
При решении вопроса о характере вреда, который может быть
причинен таким лицом самому себе или другим, следует учитывать, что
этот вред является продолжением, вытекающим из предыдущей линии его
общественно опасного поведения, т.е. он должен быть общественно
опасным в уголовно-правовом смысле и причинять вред тем ценностям,
которые образуют объект уголовно-правовой охраны, будь то личность
самого этого лица, других лиц или иные ценности неличностного
64
характера. Такой вывод подтверждается и Постановлением Пленума
Верховного Суда РФ, в котором подчеркивается общественно опасный
характер действий, прогнозируемых как возможные при психическом
расстройстве.
Принудительные
меры
медицинского
характера
по
своему
содержанию являются лечебными и имеют целью излечение лица от
психического
расстройства,
поэтому
необходимо
периодическое
медицинское освидетельствование лица, в отношении которого они
назначены, для выяснения эффективности лечения и назначенных мер,
целесообразности их дальнейшего сохранения 1. В судебной практике, к
сожалению,
встречаются
случаи
переоценки
значения
заключения
судебно-психиатрической экспертизы, избыточного внимания к наличию
медицинского
критерия
невменяемости
лица
при
игнорировании
юридического критерия. Наличие психического расстройства у лица,
совершившего деяние, предусмотренное статьями Особенной части
Уголовного кодекса России, не может вести к обязательному признанию
его невменяемым. Невменяемость лица признается только судом на
основании медицинской экспертизы, суд также решает вопрос о выборе
вида принудительных мер медицинского характера и определении типа
лечебного
учреждения,
названного
в
уголовном
законодательстве.
Констатировать состояние вменяемости или невменяемости субъекта и
решить вопрос о том, мог ли он, и если да, то в какой мере осознавать
фактический характер и общественную опасность своих действий
(бездействия) либо руководить ими, невозможно без исследования
клинической динамики психического расстройства,
выявления
его
глубины и тяжести. Установление степени и характера психического
расстройства в момент совершения деяния или во время производства по
делу позволяет выяснить клиническую картину психического заболевания
Калинина Т.М.Принудительные меры медицинского характера: понятие, виды, цели//"Lex russica". – 2013.
-№6
1
65
и дальнейшее развитие (течение) психического расстройства, а также
прогнозировать возможность выздоровления субъекта. Эти данные
необходимы
суду
освобождении
от
невозможности
для
принятия
уголовной
исполнения
соответствующих
ответственности
наказания,
о
или
решений
об
наказания,
о
виде
применяемой
принудительной меры медицинского характера и др. 1.
В соответствие со ст. 443 Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации, если лицо не представляет опасности по своему
психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести,
суд выносит постановление о прекращении уголовного дела и об отказе в
применении принудительных мер медицинского характера, одновременно
решая
вопрос
о
мере
пресечения.
При
наличии
оснований,
предусмотренных ст. ст. 24 - 28 УПК, выносит постановление о
прекращении уголовного дела независимо от наличия и характера
заболевания
лица.
При
наличии
вышеуказанных
оснований
при
прекращении уголовного дела суд в течение пяти суток направляет в орган
здравоохранения копию постановления для решения вопроса о лечении
или направлении лица, нуждающегося в психиатрической помощи, в
психиатрический стационар. Признав, что психическое расстройство лица,
в отношении которого рассматривается уголовное дело, не установлено
или что заболевание лица, совершившего преступление, не является
препятствием для применения к нему уголовного наказания, суд своим
постановлением возвращает уголовное дело прокурору в соответствии со
ст. 237 УПК РФ.
Порядок исполнения принудительных мер медицинского характера
определяется уголовно-исполнительным законодательством Российской
Федерации и иными федеральными законами.
Гельмель В.Я., Майорчик В.Н., Петухов Е.Н. Досудебное производство по уголовным делам о применении
принудительных мер медицинского характера: Учебно-практическое пособие. Барнаул: Барнаульский
юридический институт МВД России, 2004. С. 13.
1
66
2.2.
Продление,
изменение,
прекращение
применения
принудительных мер медицинского характера
Принудительные
меры
медицинского
характера
по
своему
содержанию являются лечебными и имеют целью излечение лица от
психического
расстройства,
поэтому
необходимо
периодическое
медицинское освидетельствование лица, в отношении которого они
назначены, для выяснения эффективности лечения и назначенных мер,
целесообразности их дальнейшего сохранения.
Некоторые авторы
полагают,
для
что
специфическим
основанием
прекращения
принудительных мер медицинского характера служит излечение, т.е. когда
сделан вывод, что болезненное состояние психики прошло полностью и
окончательно, больной выздоровел. В свою очередь, под выздоровлением
понимается такое положительное изменение психического состояния, при
котором лицо способно осознавать значение своих действий и руководить
ими1.
К
сожалению,
случаи
полного
излечения
от
психических
расстройств в практике применения принудительных мер медицинского
характера единичны. Следует согласиться с основанным на законе
выводом,
что
для
прекращения
принудительных
мер
достаточно
«изменения психического состояния», которое прогнозировано исключает
повторное совершение общественно опасных деяний и свидетельствует о
том, что лицо не представляет опасности ни для себя самого, ни для
других. Такое изменение может быть связано не только с улучшением
психического состояния больного, но и с его ухудшением, когда он,
например, утрачивает физическую возможность активного поведения 2.
В соответствии со ст. 102 Уголовного кодекса Российской Федерации
Калинина Т.М. Принудительные меры медицинского характера: понятие, виды, цели //Lex russica, 2013, №
6.
2
Спасенников Б.А. Принудительные меры медицинского характера. СПб., 2003. С. 379 - 380
1
67
лицо,
которому
назначены
принудительные
меры
медицинского
характера, подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров
не реже одного раза в шесть месяцев для решения вопроса о наличии
оснований для внесения представления в суд о прекращении применения
или изменения такой меры. Освидетельствование производится по
инициативе лечащего врача, если в процессе лечения он пришел к выводу
о
необходимости
изменения
принудительной
меры
медицинского
характера либо ее прекращения, а также по ходатайству самого лица, его
законного представителя и (или) близкого родственника. Ходатайство
подается
через
администрацию
учреждения,
осуществляющего
принудительное лечение, или уголовно-исполнительную инспекцию,
осуществляющую
контроль
за
проведением
принудительных
мер
медицинского характера, вне зависимости от времени последнего
освидетельствования. При отсутствии оснований для прекращения
применения
или
изменения
принудительной
меры
медицинского
характера администрация учреждения, осуществляющего лечение, или
уголовно-исполнительная
инспекция,
осуществляющая
контроль
за
применением мер медицинского характера, представляет в суд заключение
для продления принудительного лечения. Первое продление может быть
произведено по истечении шести месяцев с момента начала лечения, в
последующем продление производится ежегодно (ч. 2 ст. 102 Уголовного
кодекса
РФ).
Вне
зависимости
от
времени
последнего
освидетельствования и от принятого решения о прекращении применения
принудительных
мер
медицинского
характера
суд
на
основании
внесенного не позднее чем за шесть месяцев до истечения срока
исполнения
наказания
ходатайства
администрации
учреждения,
исполняющего наказание, назначает судебно-психиатрическую экспертизу
в отношении лица, указанного в п. "д" ч. 1 ст. 97 Уголовного кодекса РФ, в
целях
решения
вопроса
о
необходимости
применения
к
нему
68
принудительных
мер медицинского
характера
в период
условно-
досрочного освобождения или в период отбывания более мягкого вида
наказания, а также после отбытия наказания. Суд на основании
заключения
судебно-психиатрической
экспертизы
может
назначить
принудительную меру медицинского характера, предусмотренную п. "а" ч.
1 ст. 99 Уголовного кодекса РФ, или прекратить ее применение. Следует
отметить, что Уголовный кодекс устанавливает максимально крайний срок
очередного освидетельствования. При наличии к тому оснований
(улучшение или, наоборот, ухудшение состояния больного, наличие
соответствующего ходатайства) их проведение возможно и чаще.
Основания для прекращения или изменения принудительной меры
медицинского характера изложены в ч. 3 ст. 102 Уголовного кодекса РФ,
хотя они и существенно различаются между собой. Прекращение лечения
возможно в случае такого изменения психического состояния лица, при
котором отпадает необходимость в применении назначенной меры. Иначе
говоря, отсутствуют основания, предусмотренные в ст. 97 Уголовного
кодекса РФ: возможность причинения иного существенного вреда,
опасность для себя и других лиц. Закон при этом не указывает вида
принудительных
мер,
следовательно,
речь
идет
о
всех
видах,
установленных указанной статьей. Принудительное лечение после отмены
принудительных мер медицинского характера применяется только в
случае совершения лицом нового общественно опасного деяния, когда по
характеру содеянного и своему болезненному состоянию это лицо
представляет опасность для общества.
Изменение лечения обусловлено тем, что, во-первых, отпадает
необходимость в применении ранее назначенной меры, но, во-вторых,
возникает необходимость в назначении иной принудительной меры
медицинского характера. Другими словами, в этом случае суд на
основании заключения комиссии врачей-психиатров констатирует наличие
69
иного
психического
состояния
больного,
чем
прежде,
т.е.
существовавшего до назначения лечения. Оно может выражаться как в
улучшении, так и в его ухудшении, в связи с чем необходимо изменение
условий его лечения, ухода, содержания и наблюдения. Согласно закону
возможен переход как к более мягкому, так и к более строгому виду
принудительных мер. Однако надо иметь в виду, что это положение не
распространяется на лиц, в отношении которых указанные меры были
применены наряду с наказанием. В соответствии с ч. 2 ст. 99 и ч. 2 ст. 104
УК к ним применяются только амбулаторное принудительное лечение и
наблюдение
у психиатра, которое
не может быть изменено на
стационарное принудительное лечение.
В случае излечения лица, у которого психическое расстройство
наступило после совершения преступления, при назначении наказания или
возобновлении его исполнения время, в течение которого к лицу
применялось принудительное лечение в психиатрическом стационаре,
засчитывается в срок наказания из расчета один день пребывания в
стационаре за один день лишения свободы. Законодатель не дает в ст. 103
Уголовного кодекса РФ никаких указаний относительно порядка зачета
времени применения принудительных мер медицинского характера при
осуждении лица к другому наказанию. Систематическое и логическое
толкование содержащихся в ст. ст. 72 и 103 Уголовного кодекса РФ норм
позволяет заключить, что один день пребывания в психиатрическом
стационаре следует считать за один день принудительных работ, ареста
или содержания в дисциплинарной воинской части, два дня ограничения
свободы, три дня исправительных работ или ограничения по военной
службе, восемь часов обязательных работ. Кроме того, пребывание в
психиатрическом стационаре должно учитываться в плане смягчения или
полного освобождения от отбывания иных основных видов наказания
(штраф и лишение права занимать определенные должности или
70
заниматься определенной деятельностью), как это предусмотрено в ч. 5 ст.
72 УК РФ применительно к зачету наказания. Как видно, законодатель
установил дополнительные и особые условия прекращения и продления
принудительных
мер
медицинского
характера
в
отношении
лиц,
совершивших в возрасте старше восемнадцати лет преступления против
половой
неприкосновенности
несовершеннолетнего,
не
достигшего
четырнадцатилетнего возраста, и страдающих расстройством сексуального
предпочтения (педофилией), не исключающим вменяемости. В изъятии из
общего правила вопрос о продлении и прекращении принудительной меры
медицинского характера рассматривается судом только на основании
судебно-психиатрической экспертизы. По смыслу закона суд при
соответствующем заключении вправе решить вопрос о применении любой
из указанных в ч. 1 ст. 99 УК РФ принудительных мер, включая и
амбулаторное принудительное лечение у психиатра. Администрация
учреждения, исполняющего наказание, обязана не позднее чем за шесть
месяцев до истечения срока исполнения наказания обратиться в суд с
ходатайством о назначении судебно-психиатрической экспертизы даже в
том случае, если со времени последнего освидетельствования прошло
менее полугода и при этом комиссия врачей-психиатров пришла к выводу
о
необходимости
прекращения
применения
медицинского характера. Более
принудительной
того, это требование
меры
продолжает
действовать и в том случае, если в суд внесено представление о
прекращении
или
изменении
принудительной
меры медицинского
характера, суд рассмотрел его и удовлетворил в период отбывания
наказания лицом, к которому оно применялось. Таким образом,
законодатель
посчитал
необходимым
при
освобождении
лица,
страдающего расстройством сексуального предпочтения, от наказания или
при истечении его вновь вернуться к рассмотрению вопроса о
необходимости применения в отношении такого лица принудительной
71
меры медицинского характера, что должно повысить гарантии излечения
этого лица и предупреждения совершения им нового преступления.
Так, 20.05.2016 было принято постановление Ливенским районным
судом Орловской области по делу № 6-1-5/2016, в соотвтетствии с которым
суд установил: «Приговором Мценского районного суда Орловской области
от 27.03.2014 года, изменённым апелляционным постановлением Орловского
областного суда от 27.05.2014 года, Митрофанов М.Е. осужден по ст.ст.161
ч.1, 232 ч.1, 158 ч.1, 161 ч.1, 30 ч.3 158 ч.1, 161 ч.1, 30 ч.3 158 ч.1, 30 ч.3 161
ч.1, 161 ч.1, 158 ч.1, 158 ч.1 УК РФ, с применением ст.69 ч.2, ст.70 УК РФ к 3
годам 2 дням лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной
колонии строгого режима.
Митрофанову М.Е. назначена мера медицинского характера в форме
амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра
согласно ст.22 ч.2 УК РФ, с.97 ч.1 п. «в», ч.2 УК РФ и ст.99 ч.2 УК РФ.
Начало срока – 27.03.2014 г.
Конец срока – 28.03.2017 г.
Осужденный Митрофанов М.Е. обратился в суд с ходатайством о
прекращении применения принудительной меры медицинского характера.
В судебном заседании осужденный Митрофанов М.Е. поддержал
заявленное ходатайство.
Исследовав доводы ходатайства, выслушав мнение представителя ФКУ
ИК-2 УФСИН России по Орловской области Болычева К.А. и прокурора,
полагавших, что применение принудительной меры медицинского характера
в отношении Митрофанов М.Е. с учётом заключения комиссии врачейпсихиатров следует прекратить, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст.102 УК РФ продление, изменение и прекращение
применения принудительных мер медицинского характера осуществляются
судом
по
представлению
администрации
медицинской
организации,
осуществляющей принудительное лечение, или уголовно-исполнительной
инспекции,
контролирующей
применение
принудительных
мер
72
медицинского характера, на основании заключения комиссии врачейпсихиатров.
Лицо,
которому назначена
принудительная
мера
медицинского
характера, подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров не
реже одного раза в шесть месяцев для решения вопроса о наличии оснований
для внесения представления в суд о прекращении применения или об
изменении такой меры. Освидетельствование такого лица проводится по
инициативе лечащего врача, если в процессе лечения он пришел к выводу о
необходимости изменения принудительной меры медицинского характера
либо прекращения ее применения, а также по ходатайству самого лица, его
законного представителя и (или) близкого родственника. Ходатайство
подается через администрацию медицинской организации, осуществляющей
принудительное лечение, или уголовно- исполнительную инспекцию,
осуществляющую
медицинского
контроль
характера,
освидетельствования.
При
за
вне
применением
зависимости
отсутствии
принудительных
от
времени
оснований
для
мер
последнего
прекращения
применения или изменения принудительной меры медицинского характера
администрация медицинской организации, осуществляющей принудительное
лечение,
или
уголовно-исполнительная
инспекция,
осуществляющая
контроль за применением принудительных мер медицинского характера,
представляет в суд заключение для продления принудительного лечения.
Первое продление принудительного лечения может быть произведено по
истечении шести месяцев с момента начала лечения, в последующем
продление принудительного лечения производится ежегодно.
В силу п.12 ч.1 ст.397 и п.2 ч.1 ст.399 УПК РФ вопросы о назначении, о
продлении, об изменении или о прекращении применения принудительных
мер медицинского характера в соответствии со статьями 102 и 104
Уголовного кодекса Российской Федерации рассматриваются по ходатайству
осужденного.
73
Из заключения комиссии врачей-психиатров усматривается, что за
время нахождения в ИК-2 с 6.06.2014 г. по настоящее время у осужденного
Митрофанов М.Е. не было отмечено срывов в психическом состоянии,
фактов употребления алкоголя и психоактивных веществ. В связи с
продолжительным пребыванием на диспансерном учете комиссия врачейпсихиатров
ходатайствует
перед
судом
о
прекращении
применения
принудительной меры медицинского характера в отношении осужденного
Митрофанова М.Е.
У суда нет оснований не доверять приведенному выше заключению, в
связи с чем суд удовлетворяет ходатайство осужденного Митрофанова М.Е. о
прекращении применения к нему принудительной меры медицинского
характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у
психиатра.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.102,104 УК РФ,
ст.ст.397, 399 УПК РФ,
ПОСТАНОВИЛ:
Ходатайство Митрофанова М.Е. о прекращении применения в
отношении
него
принудительной
меры
медицинского
характера
удовлетворить.
Прекратить
применение
в
отношении
Митрофанова
М.Е.
принудительной меры медицинского характера в форме амбулаторного
принудительного наблюдения и лечения у психиатра, назначенной ему по
приговору Мценского районного суда Орловской области от 27.03.2014 года,
изменённому апелляционным постановлением Орловского областного суда
от 27.05.2014 года.
Постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по
уголовным делам Орловского областного суда в течение 10 суток со дня
вынесения, а осужденным Митрофановым М.Е. - в тот же срок со дня
вручения ему копии постановления»1
1
https://rospravosudie.com/court-sudebnyj-uchastok-2-sovetskogo-rajona-g-orla-s/act-225427045/
74
Следует отметить, исходя из изложенного в Уголовном кодексе РФ
подчеркивается ведущая роль судебного контроля не только при
назначении принудительных мер, но и на протяжении всего процесса их
осуществления. Такой подход отражает тенденции развития психиатрии в
направлении укрепления гарантий защиты прав человека, большей
гуманизации
и
усиления
контроля
со
стороны
общества
за
обоснованностью применения различных видов психиатрической помощи,
особенно осуществляемой в недобровольном порядке
. Вопросы о
1
прекращении, об изменении или о продлении применения принудительной
меры
медицинского
характера
рассматриваются
судом,
вынесшим
постановление о ее применении, или судом по месту применения этой
меры (ч. 2 ст. 445 УПК РФ). Вступившее в законную силу решение суда о
назначении,
изменении,
продлении
или
прекращении
применения
принудительной меры медицинского характера может быть пересмотрено
в установленном законом порядке. Для этого суду надлежит выяснить
результаты проведенного лечения и решить вопрос о необходимости
дальнейшего медицинского наблюдения и лечения. В этих целях в
судебное заседание может быть вызван представитель медицинского
учреждения (психиатрического стационара), где наблюдается лицо, в
отношении которого решается вопрос о продлении, изменении или
прекращении применения принудительных мер медицинского характера.
Участие в судебном заседании защитника, законного представителя лица,
в
отношении
которого
ведется
производство
о
применении
принудительных мер медицинского характера, и прокурора обязательно. В
соответствии с ч. 2 ст. 399 и ч. 4 ст. 445 Уголовно-процессуального
кодекса РФ лицу, в отношении которого решается вопрос о продлении,
изменении или прекращении применения к нему принудительных мер
Голоднюк М.Н. Принудительные меры медицинского характера // Уголовное право Российской
Федерации. Общая часть: Учебник для вузов / Н.Н. Белокобыльский, Г.И. Богуш, Г.Н. Борзенков и др.; под
ред. В.С. Комиссарова, Н.Е. Крыловой, И.М. Тяжковой. М.: Статут, 2012. 879
1
75
медицинского характера, должно быть обеспечено его непосредственное
участие в судебном заседании либо предоставлена возможность изложить
свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи, если в
соответствии с медицинским заключением его психическое состояние
позволяет ему участвовать в судебном заседании. Если медицинское
заключение вызывает сомнение, суд по ходатайству лиц, участвующих в
судебном заседании, или по собственной инициативе может назначить
судебную экспертизу, истребовать дополнительные документы, а также
допросить лицо, в отношении которого решается вопрос о прекращении,
изменении или продлении применения принудительных мер медицинского
характера, если это возможно по его психическому состоянию (ч. 5 ст. 445
УПК РФ).
Таким образом, система принудительного лечения, предусмотренная
Уголовным кодексом Российской Федерации, позволяет суду не только
выбрать оптимальную принудительную меру медицинского характера,
которая наиболее адекватна состоянию больного при ее назначении, но и в
процессе применения принудительного лечения изменять ее вид,
добиваясь
максимального
соответствия
принудительной
меры
медицинского характера имеющемуся у лица психическому расстройству.
При изменении вида принудительного лечения суд исходит из принципа
необходимости и достаточности, что соответствует принципу законности.
Продление, изменение, прекращение принудительных мер медицинского
характера - прерогатива суда, что усиливает гарантии защиты прав и
свобод человека, страдающего психическим расстройством. До вынесения
судебного решения лицо не переводится в психиатрический стационар
иного вида или не выписывается из психиатрического стационара, каким
бы ни было ухудшение или улучшение психического состояния. При
существенном улучшении состояния исходя из принципа гуманизма
пациент может переводиться из одного профильного отделения в другое,
76
например,
из
«закрытого»
отделения
в
«открытое
отделение»
психиатрического стационара общего типа, что не будет противоречить
букве и духу закона 1.
Основанием для продления принудительных мер медицинского
характера служит сохранение возможности причинения этими лицами
иного существенного вреда либо опасность для себя или других лиц, что
расценивается как отсутствие оснований для прекращения применения
или изменения принудительной меры медицинского характера. Иначе
говоря, суд продлевает принудительные меры медицинского характера по
тем же основаниям, что и назначает их. Суд, принимая решение о
необходимости продления принудительных мер медицинского характера,
не только выносит решение об отсутствии положительной динамики
психического расстройства, но и оценивает психическое состояние лица.
Суд исходит не из сиюминутного психического состояния, которое может
быть связано с временным улучшением состояния, а из прогноза,
учитывающего течение расстройства, стойкость полученного эффекта от
принудительного лечения.
Спасенников Б.А Продление, изменение и прекращение принудительных мер медицинского характера в
судебной практике//Российский судья, 2012, № 1
1
77
Заключение
Изменения,
происходящие
в
социально-экономическом
строе
общества, выдвинули личность человека в качестве полноправного
элемента охраняемых уголовным законом общественных отношений. Это
потребовало обновления, совершенствования и систематизации всего
уголовного законодательства, а также глубоких исследований не только
самого преступления, но и лиц, их совершивших. Развитие медицины,
права позволило ученым высказать свои собственные суждения по
вопросам вменяемости, невменяемости, психических расстройств, что
способствовало прогрессивному развитию не только уголовно-правовой
мысли, а было нацелено на развитие всего уголовного законодательства с
учетом
преобразований
российского
права,
где
субъектом
правоотношений становился человек-гражданин.
Таким образом, данная работа была направлена
на освещение
основных положений и особенностей применения принудительных мер
медицинского характера, а также характеристика видов принудительных
мер медицинского характера, чтобы с учетом имеющихся теоретических
позиций дать обобщенное представление о состоянии этой области и
необходимости
совершенствования
законодательства.
Проведенное
исследование позволяет сделать следующие основные выводы и внести
предложения:
В процессе развития законодательства и
определение
невменяемости
науки уголовного права
детализировалось
и
уточнялось,
а
следовательно и сущность и порядок применения принудительных мер
медицинского характера. Не случайно в науке уголовного права
наблюдается разный подход ученых и практиков к выработке самого
понятия принудительных мер медицинского характера и раскрытию его
внутреннего содержания. В судебной и следственной практике сложился
78
противоречащий
уголовному
закону
подход
к
оценке
деяния,
совершенного лицом в состоянии невменяемости, когда производство о
применении принудительных мер медицинского характера в отношении
этого лица прекращается со ссылкой на ст. 21 УК РФ с формулировкой
«освободить
от
уголовной
ответственности
с
применением
принудительных мер медицинского характера в виде..». Невменяемый не
может совершить преступления, в силу отсутствия субъекта в его
действиях нет состава преступления. Такой вывод прямо следует и из ст.
21 УК РФ, где говорится, что лицо, совершившее деяние в состоянии
невменяемости,
«не
подлежит
уголовной
ответственности»,
а
не
освобождается от нее. Однако надо отметить, что критикуемый подход не
надуман практикой, он прямо следует из ч. 1 ст. 443 УПК РФ, где сказано,
что,
признав
уголовным
доказанным
законом,
в
совершение
состоянии
деяния,
предусмотренного
невменяемости,
суд
выносит
постановление в соответствии со ст. 21 УК РФ «об освобождении этого
лица от уголовной ответственности».
Вместе с тем, российское законодательство не содержит определение
принудительных
Пленума
мер медицинского характера. В п. 2 постановления
Верховного
суда
Российской
Федерации
от
07.04.2011
указывается, что принудительные меры медицинского характера являются
мерами уголовно-правового характера и применяются только к лицам,
совершившим предусмотренное уголовным законом общественно опасное
деяние в состоянии невменяемости или у которых после совершения
преступления
наступило
психическое
расстройство,
делающее
невозможным назначение наказания или его исполнение, а также к лицам,
совершившим
преступление
и
страдающим
психическими
расстройствами, не исключающими вменяемости, и лишь при условии,
когда психическое расстройство связано с возможностью причинения
этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или
79
других лиц (ч. ч. 1 и 2 ст. 97 УК РФ).
В юридической литературе предлагается следующее определение
принудительных
мер медицинского характера, с которым следует
согласиться,: принудительные меры медицинского характера - меры
государственного принуждения, назначаемые, продлеваемые, изменяемые
и
прекращаемые
по
решению
суда
лицам,
которые
совершили
общественно опасное деяние, предусмотренное статьями Особенной части
Уголовного кодекса Российской Федерации, в состоянии невменяемости, а
также лицам, у которых после совершения преступления наступило
психическое расстройство, делающее невозможным назначение или
исполнение наказания либо назначаемые по решению суда лицам,
виновным в совершении преступления и страдающим психическим
расстройством, не исключающим вменяемости, но повлиявшим на
осознанно волевой выбор поведения в момент совершения преступления,
и
заключающиеся
в
мероприятиях,
направленных
на
излечение,
восстановление психического здоровья, предотвращение совершения
нового общественно опасного деяния, устранение опасности причинения
вреда
себе
или
другим
лицам,
возможности
причинения
иного
существенного вреда, при условии соблюдения прав и законных интересов
лиц,
страдающих
психическими
расстройствами.
Система
принудительного лечения, предусмотренная УК Российской Федерации,
позволяет суду не только выбрать оптимальную принудительную меру
медицинского характера, которая наиболее адекватна состоянию больного
при ее назначении, но и в процессе применения принудительного лечения
изменять ее вид, добиваясь максимального соответствия принудительной
меры медицинского характера имеющемуся у лица психическому
расстройству. При изменении вида принудительного лечения суд исходит
из принципа необходимости и достаточности, что соответствует принципу
законности.
80
Список использованных источников:
Нормативно-правовые акты:
1. Конституция РФ, принятая всенародным голосованием 12 декабря
1993 г (в редакции от 21.07.2014) // СПС «Консультант - Плюс»
2. Уголовный кодекс Российской Федерации. ФЗ от 13.06.1996 № 63-ФЗ.
(в редакции от07.06.2017)// СПС «Консультант-Плюс»
3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. ФЗ РФ от
18.12.2001 № 174-ФЗ (в редакции от07.06.2017) // СПС «КонсультантПлюс».
4. Определение Верховного Суда РФ от 10.12.2009 № 53-О09-81 // БВС
РФ. - 2010. - № 6.
5. Постановления от 7 апреля 2011 г. № 6 «О практике применения
судами принудительных мер медицинского характера»//Бюллетень
Верховного Суда Российской Федерации. - 2011.- № 7.
6. Постановление ЕСПЧ от 20.10.2005 «Дело «Романов (Romanov)
против Российской Федерации» (жалоба N 63993/00). Заявитель
жаловался на условия содержания его под стражей в психиатрическом
отделении следственного изолятора. По делу допущено нарушение
статьи 3, пункта 3 статьи 5, пункта 1 и подпункта "c" пункта 3 статьи 6
Конвенции о защите прав человека и основных свобод // СПС
"КонсультантПлюс".
7. Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2012 № 15-П «По
делу о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 29, пункта 2
статьи 31 и статьи 32 Гражданского кодекса Российской Федерации в
связи с жалобой гражданки И.Б. Деловой» // СЗ РФ. - 2012. - № 29. Ст. 4167.
8. Постановление Конституционного Суда РФ от 20.11.2007 № 13-П «По
делу о проверке конституционности ряда положений статей 402, 433,
81
437, 438, 439, 441, 444 и 445 Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.Г. Абламского,
О.Б. Лобашовой и В.К. Матвеева» // СЗ РФ. - 2007. – № 48 (ч. II). Ст.
6030.
9. Постановление Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 № 4-П.
10. Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.2009 № 9-П «По
делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1,
27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных
правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100
Гражданского
кодекса
Российской
Федерации
и
статьи
60
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в
связи с жалобами граждан М.Ю. Карелина, В.К. Рогожкина и М.В.
Филандрова» // СЗ РФ. - № 27. - 2009. - Ст. 3382.
11. Постановление Конституционного Суда РФ от 27.02.2009 № 4-П «По
делу о проверке конституционности ряда положений статей 37, 52,
135, 222, 284, 286 и 379.1 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации и части четвертой статьи 28 Закона Российской
Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан
при ее оказании» в связи с жалобами граждан Ю.К. Гудковой, П.В.
Штукатурова и М.А. Яшиной" // СЗ РФ. - 2009. - № 11. - Ст. 1367.
12. Постановление Конституционного Суда РФ от 02.07.1998 № 20-П
«По делу о проверке конституционности отдельных положений статей
331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с
жалобами ряда граждан» // СЗ РФ. - 1998. - № 28. - Ст. 3393.
13. Постановление Конституционного Суда РФ от 10.12.1998 № 27-П
«По делу о проверке конституционности части второй статьи 335
Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой
гражданина М.А. Баронина" // СЗ РФ. - 1998. - № 51. - Ст. 6341.
82
14. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.04.2011 № 6 «О
практике применения судами принудительных мер медицинского
характера» // Российская газета. - 20.04.2011.
Специальная литература
15. Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступное поведение и психические
аномалии / Под ред. В.Н. Кудрявцева. М.: Спарк, 1998. 16. Арабули
Д.Т.
Взгляд
Конституционного
Суда
Российской
Федерации на объем полномочий лиц, страдающих психическими
расстройствами//Журнал конституционного правосудия. - 2012. - № 6.
– С.
17. Ассаджоли Р. Психосинтез: теория и практика. М.: REFL-book, 1994.
С. 97.
18. Батанов
А.Н.
самостоятельный
Иные
меры
институт
уголовно-правового
Российского
характера
-
уголовного
законодательства?//Общество и право. – 2011. - № 5.
19. Берш А.Я. Невменяемость в уголовном праве//Адвокатская практика.
– 2013. - № 4.
20. Богданов Е.В. Правовое положение граждан, ограниченных в
дееспособности вследствие психического расстройства//Нотариус. –
2013. - № 3.
21. Быканов И.Н. О генезисе принудительных мер медицинского
характера // Территория науки №2. 2016.
22. Греку В. П. Проблемы по производству мер медицинского характера
// Молодой ученый №8. 2015.
23. Гужва О.В. Практические проблемы разрешения судом вопроса
освобождения от наказания в связи с болезнью//Медицинское право. –
2012. - № 5.
24. Есаков Г.А., Рарог А.И., Чучаев А.И. Настольная книга судьи по
уголовным делам / Отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, 2007. – 576 с.
83
25. Жиляков К.Ю. Шокирующие общество деяния невменяемых не
должны оставаться вне уголовно-правового воздействия//Законность.
– 2013. - № 4.
26. Завьялов В.Ю. Необъявленная психотерапия. М.: Академический
проект; Екатеринбург: Деловая книга, 1999. С. 132 – 133
27. Калинина Т.М.Принудительные меры медицинского характера:
понятие, виды, цели//"Lex russica". – 2013. - № 6. –
28. Калманов Г.Б., Костюк М.Ф. Особенности уголовно-правовой
ответственности
за
насильственные
преступления
у
лиц
с
психическими аномалиями//Российский следователь. - 2012. - № 21.
29. Козаченко И.Я., Сухарев Е.А., Гусев Е.А. Проблема уменьшенной
вменяемости: текст лекций. Екатеринбург, 1993. С. 23 - 24
30. Колмаков П.А. Законодатель остановился на полпути // Актуальные
проблемы юридической науки и правоприменительной практики:
Сборник научных трудов. Вып. 7. Сыктывкар, 2012. С. 69
31. Колмаков П.А. Проблемы правового регулирования принудительных
мер медицинского характера. Сыктывкар, 2001. С. 21.
32. Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Отв. ред. А.В. Наумов. М.,
1997. С. 258
33. Косевич Н.Р. Иные меры уголовно-правового характера как
проявление предупредительной и правозащитной направленности
уголовной
политики
Российской
Федерации
в
судебных
решениях//Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2013.
34. Кудрявцев И.А., Коновалов Н.Н., Куксов Н.А. Психическое
расстройство, не исключающее, но ограничивающее вменяемость:
правовые психологические и психиатрические проблемы и пути их
преодоления. С. 4
84
35. Курс уголовного права. Общая часть: Учеб. для вузов / Под ред. Н.Ф.
Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 2002. Т. 1: Учение о преступлении. С.
196
36. Макаров С. Правила и алгоритмы квалификации преступлений в
теории и практике//Уголовное право. - 2013. - № 4.
37. Мартыненко Н.Э. Конфликт уголовно-правового и уголовнопроцессуального статуса потерпевшего//Российский следователь. 2012. - № 1.
38. Молчанов Б.А., Кули-Заде Т.А. Научные подходы к проблеме
вменяемости
и
невменяемости
и
развитие
уголовного
законодательства России//Российская юстиция. – 2011. - № 6.
39. Молчанов
Б.А.,
Кули-Заде
Т.А.
Проблемы
вменяемости,
невменяемости и ограниченной вменяемости при формировании
уголовного
законодательства
России
20
-
30-х
годов
XX
века//Российская юстиция. – 2010. - № 5.
40. Назаренко Г.В. Невменяемость в уголовном праве. С. 48.
41. Назаренко Г.В. Основы регулятивного воздействия на социально
опасных лиц: Монография. Орел: ОРАГС, 2007.
42. Назаренко Г.В. Принудительные меры медицинского характера:
Учеб. пособие. М., 2003. С. 44
43. Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1996. С.
245 - 246
44. Ограниченная вменяемость в России и за рубежом: концепции и
решения // "Черные дыры" в российском законодательстве.- 2007. - №
3. - С. 246 - 248.
45. Огурцов С.А. Уголовно-правовые последствия, применяемые к
лицам
с
психическими
расстройствами,
не
исключающими
вменяемости//Российский судья. – 2012. - № 10.
85
46.
Определение Военной коллегии Верховного Суда СССР от 29
марта 1979 г. по делу В.П. Северина // Судебная практика к
Уголовному кодексу Российской Федерации / Сост. С.В. Бородин,
А.И. Трусова; Под общ. ред. В.М. Лебедева. М.: Спарк, 2001..
47. Петин
И.А.
Соотношение
невменяемости
и
вменяемости
в
уголовном праве// Адвокатская практика. – 2009. - № 5. – С.
48. Российское законодательство X - XX веков: В 9 т. М., 1994. Т. 9. С.
284
49. Скрипченко Н.Ю. История развития уголовного законодательства,
регулирующего применение принудительных мер медицинского
характера в отношении несовершеннолетних//История государства и
права. – 2012. - № 7.
50. Скрипченко Н.Ю. Применение принудительных мер медицинского
характера
в
отношении
несовершеннолетних//Российский
юридический журнал. – 2012. - № 4.
51. Спасенников
Б.А.
К
вопросу
о
вменяемости
подсудимого//Российский судья. – 2013. - № 4.
52. Спасенников Б.А. О профилактике общественно опасных деяний
душевнобольных // Медицинское право. -2012. - № 3.
53. Спасенников Б.А. Принудительные меры медицинского характера.
СПб., 2003. С. 379 – 380
54. Спасенников
медицинского
Б.А.,
Спасенников
характера
в
С.Б.
уголовном
Принудительные
праве
России.
меры
М.:
Юрлитинформ, 2011.
55. Спасенников Б.А., Спасенников С.Б. Состояние опьянения и его
уголовно-правовое значение. М.: Юрлитинформ, 2011.
56. Судебная психиатрия: Учеб. пособие / Под ред. З.О. Горгадзе. 4-е
изд. М.: ЮНИТИ-ДАНА; Закон и право, 2010.
86
57. Трахтеров В.С. Вменяемость и невменяемость в уголовном праве
(исторический очерк). Харьков, 1992.
58. туртаева М. Н. проблемы применения ПМММХ: отличие от
зарубежного законодательства // Молодой ученый. № 1. 2016.
59. Уголовное право: Учебник для вузов / Отв. ред. И.Я. Козаченко и
З.А. Незнамова. М., 1999. С. 172
60. Узнадзе Д.Н. Общая психология / Пер. с груз. Е.Ш. Чомахидзе; под
ред. И.В. Имедадзе. М.: Смысл; СПб.: Питер, 2004.
61. Черкашин
Е.Ф.
(криминологические
Невменяемость
в
уголовном
праве
и социально-правовые аспекты)//Российский
юридический журнал. – 2010. - № 5.
87
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа