close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Гелла Александр Александрович. Проблема Проливов в системе международных отношений в годы Первой мировой войны

код для вставки
1
2
3
АННОТАЦИЯ
выпускной квалификационной работы
«Проблема Проливов в системе международных отношений
в годы Первой мировой войны», выполненной Гелла А.А.,
на кафедре всеобщей истории и регионоведения ФГБОУ ВО
«Орловский государственный университет имени И.С. Тургенева»
по направлению подготовки: 46.04.01 История
Исследование посвящено изучению проблемы Черноморских проливов
Босфор и Дарданеллы в системе международных отношений в годы Первой
мировой войны. Общий объем работы 94 страницы.
При
написании
применялись
аналитический
и
сравнительно-
исторический методы. Ведущим методом при раскрытии темы стал
системный подход, который позволил подойти к предмету исследования как
к комплексу проблем, составляющих единое целое, выявить наиболее
характерные особенности на каждом этапе его развития, установить их
логическую взаимосвязь и взаимозависимость.
Первая глава работы посвящена анализу значимости Проливов в
экономическом,
политическом
и
стратегическом
аспектах
во
внешнеполитических курсах европейских стран и Турции в начале ХХ
столетия.
Во
второй
главе
исследуется
дипломатическая
борьба
стран
«Европейского концерта» и Османской империи в контексте формирования
предпосылок на для начала Первой мировой войны.
В третьей главе выпускной квалификационной работы анализируется
проблема проливов Босфора и Дарданелл сквозь призму дипломатической и
военной борьбы великих держав в годы Первой мировой войны.
Научная
новизна
исследования
заключается
в
том,
что
проанализирована роль проблемы Черноморских проливов Босфора и
4
Дарданелл как фактора обострения противоречий между ведущими странами
двух военно-политических блоков – Тройственного союза и Антанты,
приведших к развязыванию Первой мировой войны.
Теоретическая значимость работы состоит в том, что собранный в
процессе написания работы научно-исследовательский материал, выводы
автора могут быть использованы в дальнейшем для проведения изысканий по
Истории международных отношений кануна и в годы Первой мировой
войны, по истории дипломатии, а также истории внешней политики
европейских стран в начале Х века.
Практическая
значимость
работы
состоит
в
возможности
использования материалов данного исследования при подготовке лекций и
семинаров, а также учебных пособий по истории международных
отношений, Политической истории Великобритании, а также в школьном
курсе новой истории.
Ключевые слова: Босфор и Дарданеллы, «Европейский концерт»,
Турция, Балканы, Первая мировая война.
5
Содержание
Введение .................................................................................................................. 6
Глава 1. Роль проблемы Проливов в складывании предпосылок Первой
мировой войны ...................................................................................................... 6
1.1. Экономические, политические и стратегические аспекты проблемы
Черноморских проливов и политика стран «Европейского концерта» в начале
ХХ века ..................................................... Ошибка! Закладка не определена.16
1.2. Вопрос о Проливах по время переговоров о заключении русскоанглийского соглашения 1907 года ....... Ошибка! Закладка не определена.25
Глава 2. Дипломатические аспекты проблемы проливов Босфора и
Дарданеллы в формировании причин Первой мировой войны…………31
2.1 Роль вопроса о Проливах в ходе Боснийского кризиса и складывания
предпосылок Первой мировой войны………………………………………….31
2.2. "Европейский концерт", итало-турецкая война 1911 -1912 гг. и
Черноморские проливы………………………………………………..………..39
Глава 3. Политическая и военная борьба за Проливы в годы Первой
мировой войны…………………………………………………………………53
3.1. Черноморские проливы в системе внешнеполитических интересов
держав перед Первой мировой войны…………………………………………53
3.2. Переговоры России и Великобритании о заключение военно-морской
конвенции весной 1914 г. ..................................................................................... 65
3.3. Босфор и Дарданеллы в политических курсах стран Антанты в годы
Первой мировой войны......................................................................................... 73
Заключение ........................................................................................................... 86
Список источников и литературы................................................................... 89
6
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность исследования.
В 2018г. ровно 100 лет назад завершилась Первая мировая война.
Этому
событию
посвящены
сотни
исследований,
опубликованы
многочисленные воспоминания ее участников, проанализированы причины
ее возникновения и ее исторические результаты и последствия. С момента ее
начала в августе 1914 г. современники и исследователи стремились найти
ответы на вопросы и проблемы ее возникновения, на роль тех или иных
участников,
на
последствия
как
внутригосударственного,
так
и
международного характера.
В XXI в. интерес к происхождению Первой мировой войны с
открытием
новых
источников
и
публикацией
многочисленной
исследовательской и популярной литературы только вырос. И не смотря на
наличие этой разнообразной по степени фундированности литературы, все
же многие аспекты истории войны остаются еще недостаточно изучены. К
их числу можно отнести
роли и место проблемы проливов Босфора и
Дарданелл в системе международных отношений кануна и во время самой
войны.
В силу своего географические расположения Проливы играли и играют
как в прошлом, так и на современном этапе важнейшую стратегическую
роль на международной арене. В районе Проливов происходит стык двух
континентов, можно сказать, двух миров, двух культур – европейской и
азиатской. В связи с этим изучение т.н. проблемы Проливов в мировой
истории, в истории международных отношений приобретает важное
актуальное значение для современного понимания нового мирового порядка
в XXI в. Тем более значимым в научном плане представляется исследование
роли Проливов в военно-политическом аспекте.
Объектом данной работы являются международные отношения в годы
Первой мировой войны (1914-1918гг.).
7
Предметом исследования выступает проблема проливов Босфора и
Дарданелл во взаимоотношениях между ведущими европейскими державами
в годы Первой мировой войны.
Хронологические рамки исследования. В связи с тем, что понять
сложность и важность проблемы проливов Босфора и Дарданелл в годы
Первой мировой войны невозможно без исследования ее роли и места в
развязывании войны, следовательно, без изучения истории данной проблемы
накануне мировых событий 1914 г., то нижние рамки квалификационной
работы – 1908 г. - обусловлены началом Боснийского кризиса, в период
которого проблема Проливов получила острое звучание, а в историографии
рассматривается как один из факторов обострения обстановки в Европе в
преддверии войны и начала формирования причин возникновения войны.
Верхние рамки определяются завершением Первой мировой войной, т.е.
осенью 1918 г.
Степень изученности проблемы.
Историографические исследования роли и места проблемы проливов
Босфор и Дарданелл
отечественной и зарубежной исторической науки,
которые были использованы при написании данной работы, можно
разделить на две группы.
К
первой
группе
можно
отнести
работы
общего
характера,
посвященных в целом истории международных отношений начала ХХ в. В
их числе работы как довоенного, так и послевоенного времени, а также
современные исследования.
Среди
многочисленных
трудов
можно
назвать
работы
таких
историков, как A.M. Зайончковский1 и Е.В. Тарле2. Работа A.M.
Зайончковский написана на основе широко использования архивных
материалов дипломатического характера дореволюционных правительств
1
2
A.M. Зайончковский. Подготовка России к мировой войне в международном отношении. М., 1929.
Тарле Е.В. Европа в эпоху империализма. 1871-1919.- М; Л. 1927.
8
царской России. В результате исследования автор пришел к выводу, что
Россия накануне войны не стремилась к захвату Проливов.
Е.В. Тарле в работе «Европа в эпоху империализма» поднимает вопрос
о виновниках развязывания первой мировой войны. Исследуя многие
вопросы, в том числе и международные кризисы накануне войны, и
безусловно, затрагивая вопросы
о Проливах, он
считал, что
две
противоборствующие группировка европейских держав виновны в начале
мировой войны.
Нельзя не упомянуть и работы известного советского историка М.Н.
Покровского. В работе «Империалистическая война. Сборник статей» (1934
г.) 3 он снимает ярлык «виновницы войны» с Германской империи. Изучая
вопрос о Проливах, он, в частности, подчеркивал захватнические намерения
царской России приобрести контроль над Босфором и Дарданеллами.
В послевоенный период в 50-70-х гг. советские историки уже с иных
позиций подходят к оценке причин Первой мировой войны и роли Проливов
в ее происхождении. В работах таких ученых, как И.С.Галкин4, В.В. Готлиб5.
В.М. М.В.Хвостов6, З.П.Яхимович7 и многих других более объективно
оценивалась внешняя политики ведущих игроков на международной арене
накануне войны. Подчеркивалась агрессивность стран Тройственного союза,
их заинтересованность в развязывании войны. Что же касается проблемы
Проливов и позиции царской России, то на основе ставших доступных
архивных материалов исследователи попытались более широко изучить
международную ситуацию на Балканах, детализировать внешнюю политику
Германии, Австро-Венгрии, России, Англии, Франции, Италии и, конечно,
Турции в этом регионе. Общих вывод, который присутствует в работах этого
Покровский М.Н. Империалистическая война. Сборник статей. М.„1934.
Галкин И.С. Дипломатия европейских держав в связи с освободительным движением народов Европейской
Турции в 1905-1912 гг. М., 1960.
5
Готлиб В.В. Тайная дипломатия во время первой мировой войны. М., 1960.
6
Хвостов В.М. История дипломатии. М., 1963.
7
Яхимович З.П. Итало-турецкая война 1911-1912 гг. М.. 1967 .
3
4
9
периода, что Балканский полуостров и политика стран Антанты и
Тройственного союза стали важнейшей причиной начала Первой мировой
войны.
На рубеже ХХ-XXI вв. вопросы причин войны и роли вопроса о
Проливах по-прежнему находятся в центре внимания российских историков.
В коллективных8 и авторских трудах О.Р. Айрапетов,9 В.А. Емец10, Ю.А.
Писарева11, Б.М.Туполева12, В.К. Шацилло13 и других историков на основе
привлечения новых как зарубежных, так и отечественных источников
проводится более детализированные исследования мало изученных аспектов
причин войны. Значительное внимание уделяется отдельным регионам, в
которых столкновения между противоборствующими сторонами были более
острыми. Таким регионом были Балканы. В центре внимания историков не
только политика ведущих европейских держав, но и малых стран, в том
числе балканских – Сербии, Румынии, Черногории, Болгарии. Значительное
внимание
авторами
уделяется
и
роли
экономического
фактора
в
формировании причин войны. И роль проливов Босфора и Дарданелл в
развитии торговых отношений в этом регионе является на современном
этапе изучения данной проблемы одним из приоритетных направлений.
Вторую группу работ представляют исследования, посвященные
собственно истории проблемы Проливов в начале ХХ века. В числе
значительного числа различного рода публикаций, можно назвать ряд
научных трудов, которые внесли заметный вклад в ее изучение. К их числу
История внешней политики России. Конец XIX - начало XX века: (От русско-французского союза до
Октябрьской революции). М., 1997; Первая мировая война: Дискуссионные проблемы истории / Отв. ред.
Ю. А. Писарев, В. Л. Мальков. М.: Наука, 1994; Мировые войны XX века. Кн.1. Первая мировая война.
Исторический очерк. М., 2002.
9
Айрапетов О.Р. Внешняя политика Российской империи (1801-1914). М., 2006.
10
Емец В. А. Очерки внешней политики России в Первой мировой войне. М.: 1997.
11
Писарев Ю.А. Тайны первой мировой войны. Россия и Сербия в 1914-1915 гг. М., 1990
12
Туполев Б.М. Германский империализм в борьбе за «место под солнцем». М. 1991.; его же:
Происхождение первой мировой войны//Новая и новейшая история. 2002. № 4. С. 27-47.
13
Шацилло. В.К. Первая мировая война 1914-1918 гг. Факты и документы. М:. 2003// https://www.ereading.club/book.php?book=97743
8
10
можно отнести работы таких историков, как О.Р. Айрапетов14, Д.Н
Алхазашвили15,
С.Н.
Васильева16,
Д.Ю.Козлов17,
Т.В.
Лаврова18,
Ю.В.Лунева19, И.С. Рыбаченок20, Л.А. Фишер21 и др. В центре внимания
этих ученых находится проблема Проливов накануне и в годы Первой
мировой войны. Специфика работ этой группы заключается в том, что
анализу подвергаются не только полномасштабные проблемы внешней
политики ведущих европейских стран Антанты и Тройственного союза, но и
такие узкие темы, как «демарш Чарыкова», «военная миссия Сандерса» и др.
В данной выпускной квалификационной работе были использованы
материалы работ зарубежных историков. В частности, в
труде А.Дж.П.
Тэйлор. «Борьба за господство в Европе. 1848-1918»22 дается сравнительно
объективная
оценка
внешнеполитической
деятельности
министра
иностранных дел Великобритании Э.Грея. На основе архивных материалов
Ленинграда, Парижа и Вены он изучает дипломатическую историю событий.
Айрапетов О.Р. На Восточном направлении. Судьба Босфорской экспедиции в правление императора
Николая II // Последняя война императорской России. – М., 2002. – С. 158–261.
15
Алхазашвили Д.Н. Босфор и Дарданеллы в военно-морской стратегии России начала ХХ в. // Вестн. Моск.
ун-та. Сер. 8, История. – 2000. – № 2. – C. 98–115.
16
Васильева С.Н. Соглашение о проливах во внешней политике России в годы первой мировой войны //
Россия и Запад : Проблемы истории и культуры. – Нижневартовск, 2003. – С. 159–170.
17
Козлов Д.Ю. Российские планы войны на Черном море и "проблема проливов". 1907–1914 гг. // Вопросы
истории. – М., 2007. – № 8. – С. 100–110.
18
Лаврова Т.В. Черноморские проливы как геополитическая проблема современных международных
отношений : дис. … д-ра полит. наук / Лаврова Т.В. – М., 2001. – 291 с. ; Оглавление; Введение; Заключение;
Список лит. [Электронный ресурс]. – URL: http://www.dissercat.com/content/chernomorskie-prolivy-kakgeopoliticheskaya-problema-sovremennykh-mezhdunarodnykh-otn...
19
Лунева Ю.В. Борьба за черноморские проливы : российские военные агенты и дипломаты в Балканских
войнах 1912-1913 гг. // Военно-ист. журнал. – 2009. – № 9. – С. 13–17.; ее же. Боснийский кризис 1908–1909
годов: провал тайной сделки Извольского и Эренталя // Новая и новейшая история. – 2009. – № 2. – С. 52–
67; ее же. Босфор и Дарданеллы. Тайные провокации накануне Первой мировой войны (1908–1914). М.
2010.
20
Рыбаченок И.С. Ключи от Черного моря: (на рубеже XIX и XX веков) // Новая и новейшая история. –
2009. – № 2. – С. 36–51.
21
Фишер Л.А. Демарш Чарыкова в 1911 году и проблема Черноморских проливов // Изв. РГПУ им. А.И.
Герцена. – 2009. – № 93. – С. 102–107; То же [Электронный ресурс]. – URL:
http://cyberleninka.ru/article/n/demarsh-charykova-v-1911-godu-i-problema-chernomorskih-prolivov (18.03.2013);
ее же: Проблема черноморских проливов в российско-германских дипломатических отношениях в 19081914 гг. : дис. … канд. ист. наук / Фишер Л.А. – М., 2008. – 459 с. ; Оглавление; Введение; Заключение;
Список лит. [Электронный ресурс]. – URL: http://www.dissercat.com/content/problema-chernomorskikhprolivov-v-rossiisko-germanskikh-diplomaticheskikh-otnosheniy... (18.03.13).
22
Тэйлор А.Дж. П. Борьба за господство в Европе 1848-1918.Пер. с англ. М.. 1958.
14
11
По его мнению, стран Антанты начали войну в целях самозащиты, правда,
преследуя собственные интересы.
В работах немецко-американского
историка Дж. В. Хальгартена23
анализу подвергается внешняя политика царской России. Автор пришел к
выводу, что Россия не отвергая идеи захвата Проливов, но ее намерения не
могли привести к мировой войне, если бы Германия «не протянула руки к
Проливам»24.
Несмотря на значительную изученность проблемы проливов Босфора
и Дарданелл в системе международных отношений в годы Первой мировой
войны, многие ее аспекты остаются еще не достаточно исследованы. В
данной квалификационной работе предпринята попытка более комплексного
анализа истории вопроса, с учетом экономических, стратегических и
геополитически интерес ведущих мировых держав, а также Турции и
прибрежных стран.
Целью исследования является анализ роли и места проблем
Черноморских проливов в формировании причин Первой мировой войны и
влияния их на взаимоотношения европейских держав, Турции и России в
военный период.
Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:
-
выявить стратегические цели, характер, основные направления
политики ведущих европейских стран в отношении Черноморских проливов;
-
раскрыть содержание и направленность решения проблемы
Проливов в ходе складывания предпосылок и причин Первой мировой
войны;
-
выявить позиции, занимаемые странами во время Первой
мировой войны по вопросу Проливов, и проанализировать механизмы
ведения политической и военной борьбы между ними;
Хальгартен Г. Империализм до 1914 года. Социологическое исследование германской внешней политики
до первой мировой войны. М., 1961.
24
Там же. С. 628.
23
12
определить соответствие военного планирования Дарданелльской
-
операции реально складывающейся обстановке в районе Проливов,
соотношение
сил
союзников,
выделяемых
для
операции,
и
сил
обороняющихся.
Источники.
Квалификационная
работа
написана
на
основе
использования
разнообразных по характеру и содержанию источников, которые можно
разделить на несколько групп.
К
первой
группе
относятся
опубликованные
официальные
и
дипломатические документы. К их числу можно отнести опубликованные
архивные материалы, содержащиеся во втором и третьем томах сборника
документов
под
империализма.
названием
Документы
«Международные
из
архивов
отношения
царского
и
в
эпоху
временного
правительств»25. Сборник содержит документы дипломатического характера:
донесения
российских
послов
из
Лондона,
Парижа,
Берлина,
Константинополя, Вены и других столиц, переписку с представителями
Министерств иностранных дел России и европейских стран, донесения
военных атташе и др., в которых раскрываются планы и реальные
дипломатические шаги европейских дипломатов.
Интерес представляет также двухтомный сборник «Константинополь и
Проливы»26.
На
основании
советских
и
иностранных
публикаций
дипломатических документов, а также некоторых архивных материалов Е.А.
Адамов в общих чертах рассмотрел события Боснийского кризиса,
переговоры Чарыкова в Константинополе в 1911г., отношения России и
Турции, а также дипломатию ведущих европейских стран по вопросу о
Проливах накануне и в начале войны.
Международные отношения в эпоху империализма. Документы из архивов царского и временного
правительств. (Далее - МОЭИ). Серия 2. 1900-1913. Т. 1-20.; Серия 3. 1914-1917. Т.1-10. М., 1938-1940
26
Константинополь и Проливы: по секретным документам бывшего министра иностранных дел. Т. 1, 2 - М.
1925-1916// http://istmat.info/node/53482
25
13
Важные для исследования проблемы документы опубликованы в
специализированном журнале «Красный архив»27. Архивные материалы
разбросаны по разным томам этот журнала, но есть о специальные подборки
документом, в том числе и проблемам Проливов, что позволяет более
углубленно рассмотреть некоторые аспекты изучаемой проблемы.
Другую группу источников составила мемуарная литература. Мемуары
бывшего министра иностранных дел России С.Д. Сазонова28 представляют
интерес для характеристики позиции царской России по вопросам Проливов
и накануне войны и в период самой войны. Его взгляды носили
антигерманский характер, при этом он пытался обосновать экономическую и
политическую заинтересованность России в Проливах.
Не менее важным для данного исследования стали «Воспоминания»
российского дипломата А.П.Извольского29, который возглавлял российское
Министерство иностранных дел во время Боснийского кризиса, а затем был
послом в Париже.
Для всестороннего освещения темы квалификационной работы были
использованы мемуары зарубежных государственных и политических
деятелей: британского посла в России Дж. Быокенена30, британского посла в
Париже Ф. Берти31.
В работе также использовались материалы некоторых русских газет.
Широко были привлечены информационные ресурсы Интернета.
Таким образом, источниковая база является достаточной, чтобы
предпринять попытку исследования роль Черноморских проливов
в
формировании причин Первой мировой войны и в развитии международных
отношений в годы самой войны.
Красный архив. М. 1923-1941// http://istmat.info/node/53482
Сазонов С.Д. Воспоминания. Мн.: Харвест, 2002 //https://www.razumei.ru/lastlib/otherbooks/888
29
Извольский А. П. Воспоминания. Пг.-М., 1999.//
//http://dugward.ru/library/xxvek/izvolskiy_vospom.html#polpolr
30
Бьюкенен Дж. Моя миссия в России. Воспоминания английского дипломата. 1910-1918. М..2006.
31
Берти Ф. За кулисами Антанты: Дневник британского посла в Париже. М.-Л.. 1927.
27
28
14
Методологической
основой
исследования
является
принцип
системности. Данный принцип, заключающийся в изучении исторических
событий, явлений и фактов не изолированно друг от друга, а в совокупности
и логической связи, позволяет успешно решить поставленные в исследовании
задачи. Также были использованы принципы историзма, сравнительные
методы, методы синтеза и анализа.
Научная
новизна
исследования
заключается
в
том,
что
проанализирована роль проблемы Черноморских проливов Босфора и
Дарданелл как фактора обострения противоречий между ведущими странами
двух военно-политических блоков – Тройственного союза и Антанты,
приведших к развязыванию Первой мировой войны.
Теоретическая значимость работы состоит в том, что собранный в
процессе написания работы научно-исследовательский материал, выводы
автора могут быть использованы в дальнейшем для проведения изысканий по
Истории международных отношений кануна и в годы Первой мировой
войны, по истории дипломатии, а также истории внешней политики
европейских стран в начале Х века.
Практическая значимость. Материалы
могут быть использованы
могут при
квалификационной работы
изучении
внешней
политики
зарубежных стран и России накануне и во время Первой мировой войны, при
описании обобщающих работ по политическим проблемам нового времени,
при чтении лекционных курсов, спецкурсов и проведении семинаров по
новой истории.
Структура квалификационной работы включает в себя введение, три
главы, разделенные на параграфы, заключение, список источников и
литературы.
15
Глава 1. Роль проблемы Проливов в складывании
предпосылок Первой мировой войны
1.1. Экономические, политические и стратегические аспекты
проблемы Черноморских проливов и политика стран «Европейского
концерта» в начале ХХ века
Проблема Проливов была одной из главных т.н. «Восточного
вопроса» в развитии международных отношений в XIX- начале XX вв. В
решении этого вопроса были заинтересованы все великие державы.
К началу ХХ столетия вопрос о Проливах решался главными
игроками на международной арене – первоначально, Великобританией,
Францией, Россией, а затем и Австро-Венгрией и Германией, и, безусловно,
Турцией – либо путем войн, либо заключения мирных соглашений.
По
Кучук-Кайнарджинскому
миру
1774
предоставлено право ве6сти морскую торговлю по
г.
России
было
Чёрному морю и
в
Черноморских проливах. Позднее такое же право было предоставлено и
другим государствам. Что же касается прохождения Проливов морскими
судами, то решение этого вопроса оказалось для российских дипломатов
достаточно сложным. Суть вопроса заключалась в том, чтобы обезопасить
страны, имеющие выход к Черному морю, от нечерноморских государств. В
частности, в 1802 г. канцлером А. Р. Воронцовым озвучил этот принцип,
когда Франция стремилась получить право прохода через Проливы для
своих военных судов. Турция поддержала российский вариант решения
вопроса. В результате, согласно русско-турецким соглашениям, турецкое
правительство разрешило русский военный судам проходит через Проливы в
Средиземное море.
Позиции же
держав, не имеющих выхода к Черному морю,
заключались в том, что они хотели получить право прохода для своих и
16
торговых, и военных судов, при этом запретив русским военным судам
выход в Средиземное море. Но так как это бы трудно осуществить, они
добивались паритетных начал для всех стран, т.е. разрешить
свободный
режим Проливов для военных судов всех стран, либо вовсе закрыть их для
них.
Следующим этапов в решении вопроса о Проливах стал УнкярИскелесийский договор 1833, согласно которому военным судам других
стран не разрешалось проходить через Проливы. Правда, по Лондонской
конвенции 1841 г., Турецкая и Российская империи лишались права
самостоятельно регулировать вопрос о режимах Проливов. При этом
нечерноморские государства запрещалось проводить свои военные суда в
Черное время в мирное время. Российские черноморские границы таким
образом оставались в опасности на время войны. Это, безусловно, не
устраивало Россию. Проблема Босфора и Дарданелл стала одной из причин
русско-турецкой войны 1854 г. В результате поражения в этой войне по
результатам
Парижской
конференции
устанавливался
режим
«нейтрализации» Черного моря, который был отменен лишь в 1871 г.
(Лондонская
конвенция).
Фактически
восстанавливалась
правило,
утвержденное в 1841 г. Оно же был подтверждено и Берлинским конгрессом
в 1878 г.
Необходимо также учитывать, что вопрос о Проливах во многом
был связан и с решением вопроса о судьбах балканских народов, многие
которые до 80—х гг. XIX в. находились под властью Османской империи, а
получив независимость, стали объектом геополитических интересов держав
«Европейского концерта».
Таким образом, судьба народов Балкан тесно переплетались с
судьбами не только Турции и Австро-Венгрии, но и всех ведущих стран
Европы. Балканский вопрос был одним из острейших во второй половине
XIX в. и начала ХХ вв.
17
Балканы были тем регионом, где сталкивались интересы всех
ведущих
европейских
стран.
Соперничество
этих
держав
имело
экономический, идеологический и политический характер. «По внешней
торговле
Оманской
империи
доминировали
европейские
страны,
завершившие свою индустриализацию раньше, чем Россия. Так, в Англию из
Османской империи поставлялись изюм, инжир, фрукты и овощи, зерновые;
во Францию — шелк-сырец, кожа; в Германию — табак, изюм, инжир и
фрукты; в Австрию — фрукты, табак и шерстяные товары; в Италию — в
основном шелк-сырец»32.
«Экспорт России на рынки Османской империи составляли
природные ресурсы, нефтепродукты, мука, сахар. С конца XIX века
главными импортными товарами Османской империи из России являлись
нефтепродукты, зерно, мука, сахар, алкогольные напитки. Кроме этого, хоть
и незначительно, но импортировались баранье сало, кедровое масло,
копченая рыба, шелк, лен, древесина, цемент, стеклянная и фарфоровая
продукция, хлопчатобумажные нитки, кожа, резиновая обувь и другие
товары. При этом в отличие от XIX в., в XX в. для увеличения объема
торговли Россия не прибегала к военной силе и дипломатическому
давлению, а довольствовалась экономическими мерами, начала изучать
рынки Османской империи. В целом, торговый оборот двух империй
составлял в 1895 г. 20 343 948 руб., в 1900 г. 26 222 092 руб., в 1905 г. 22 593
369 руб., в 1910 г. 38 695 459 руб., в 1913 г. достигла 54 222 691 руб. (см.
табл.1)», - отмечал исследователь Х.Чапраз 33.
Россия была крайне заинтересована в развитии морской торговли
через Проливы в целом. Согласно
данным Министерства торговли и
промышленности, «за десятилетие (с 1903 по 1912 г.) вывоз через
Дарданеллы составил 37% всего вывоза империи. Морская перевозка грузов
Чапраз Х. Русско-турецкие торговые связи на рубеже XIX–XX веков// Проблемы современной экономики,
N 1 (33), 2010//http://www.m-economy.ru/art.php?nArtId=3055
33
Более подробно см.: Там же.
32
18
имела неоспоримое преимущество перед сухопутной, так как обходилась в
25 раз дешевле. Значение Проливов для южной торговли России было
наглядно продемонстрировано в 1912 и 1913 гг., когда их временное
закрытие стоило экономике страны 30 млн. рублей в месяц». Отечественные
исследователи подчеркивали, что: «По данным Министерства финансов,
торговый баланс России в 1912 г. был на 100 млн. рублей меньше по
сравнению с предыдущими тремя годами из-за неудовлетворительной
реализации урожая, одной из главных причин которой было именно
закрытие Проливов. В 1913 г. более 80% хлебного экспорта осуществлялось
через порты Черного и Азовского морей. Не меньшее значение этот
торговый
путь
имел
каменноугольного
и
для
бассейна,
русской
промышленности:
Кавказского
Донецкого
нефтепромышленного
и
рудоносного бассейнов. При этом с развитием юга России оно неуклонно
повышалось»34.
В начале ХХ в. Англия была заинтересована в
развитии
экономических связей с Турцией. Она имела здесь достаточно хорошие
позиции.
По
В.В.Готлибом,
Данным,
приведенным
английским
исследователем
«…Англо-персидская нефтяная компания» и компания
«Шелл» владели 75% акций «Турецкой нефтяной компании», занимавшей
монопольное положение во владениях султана… Английские концерны
эксплуатировали железную дорогу Смирна — Айдын и ее ветки,
прибыльные залежи наждака в вилайете Айдына.., бумагопрядильные
фабрики, контролировали почти всю перевозку грузов и страховое дело»35.
«Британские фирмы владели крупнейшей хлопкоочистительной фабрикой в
Мерсине,
магазинами
по
продаже
технических
принадлежностей
и
машинного оборудования в Бейруте, Алеппо (Уайт энд сан) и Багдаде, двумя
фабриками
по
окраске
пряжи,
ткацкой
фабрикой,
компаниями
с
Нежинский Л.Н., Игнатьев А.В. (ред) Россия и Черноморские проливы (XVIII-XX столетия) (1999). С.
254-255.
35
Готлиб В. В. Тайная дипломатия во время первой мировой войны М., 1960. С. 27.
34
19
ограниченной ответственностью, которые вели торговлю коврами, тканями,
инжиром и нефтью, а также занимали ведущее положение среди европейских
торговых фирм»36.
Англичане занимали преобладающее положение в
турецком импорте текстильных изделий и угля, они имели концессии на
перевозку грузов по озерам Бейшехир и Эгридир, по железной дороге между
Багдадом и Бакубой, на разработку свинцовых руд близ Дарданелл, на
удлинение железных дорог, на расширение портов в Трапезунде и Самсуне.
К 1910 г. около 96% судов, прибывавших в Басру, представляли английские
торговые фирмы. Торговля этих двух городов, составившая в 1903 г. сумму в
2,5 млн. ф.ст. находилась в основном в руках английских и индийских
коммерсантов.37
Франция, не менее чем Великобритания, была заинтересована в
торговле с Османской империей.
Ссылаясь на данные, приведенные
В.В.Готлибом, можно отметить, что промышленный и финансовый капитал
довольно активно проникал в Турцию. Готлиб отмечает следующее: « …
концерн «Крезо» получил заказ от Порты на постройку двух подводных
лодок, а «Шантье де ла Медитэранэ» - шести эскадренных миноносцев.
Другие компании владели целиком или в значительной части пристанями,
докали и товарными складами, водопроводом, электричеством и телефоном в
Константинополе, управлением маяками, месторождением угля в Гераклеа,
свинцовыми и угольными рудниками «Балиа-Карайдин», синдикатами
«Аргана и Ак Даг», компаниями «Карвал майнз», «Пайлот», «Тагбоут энд
сэлеэйдж
компани»,
«Оросди
бэк
концерн»,
«Сосьете
иммобилиер
Оттоман»38, «Сосьете насиональ дэ коммерс, д'эндустри э д'агрикулыгюр»,
«Сосьете д'антреприз де рут» и имели концессии на строительство портов в
Хайфе, Яффе, Триполи, Бейруте, Зунгулдаке, Пандерме, Инеболу и
железных дорог в Армении, Анатолии, Сирии. «Железнодорожная сеть
Там же. С. 28
Там же.
38
Там же
36
37
20
Пандерма - Сома - Магнезия, Смирна - Кассаба -Эйфиум Карахиссар,
Муданья - Бурса, Бейрут – Раяк - Дамаск, Раяк-Хомс -Хама-Алеппо,
Триполи-Хомс и Яффа -Иерусалим, крупные торговые дома Бейрута,
«Смирна Кэй компани» и Земельный банк («Лэнд бэнк») также являлись
твердыней французских предпринимателей»39. С помощью банка «Перье»
было получено 2 млн. ф.ст на нужды военного флота. Парижские
финансисты владели 30% акций компании Багдадской железной дороги, а
«Креди
Лионэ»
прочно
укрепился
в
Турции.
«Из
общей
суммы
государственного долга Оттоманской империи, который составлял 143,2
млн. турецких лир…, 62,9% составляли долг Франции и 22,3%— Англии. В
имперском
Оттоманском
банке40,
пользовавшемся
привилегиями
государственного банка, господствовал франко-английский капитал. Он
контролировал
различные
концессию
коммунальные
промышленных
ценных
табачной
монополии
предприятия,
бумаги
широко
выпуск
(40
франков)
млн.
железнодорожных
разветвленную
систему
и
с
разнообразными промышленными отраслями41. В то же время имперский
Оттоманский банк благодаря большинству французских акций олицетворял
всесилие «Шнейдер-Крезо» и Биржи. Во главе Оттоманского банка стояли
как правило видные представители французской политической элиты или
члены правления «Банк де Франс»42.
Однако с конца XIX в. англо-французские позиции стала активно
теснить Германия. В 1889 г. кайзер Вильгельм II посетил Турцию. После это
Германия начала быстро проникать на турецкий рынок. В.В. Готлиб
приводит следующие данные об экономическом присутствии Германии в
Турции: «С 1887 г. по 1910 г. ее доля в турецком импорте увеличилась с 6 до
21%, а Австро- Венгрии—с 13 до 21%, за тот же период ввоз английских
Там же. С. 29
Там же.
41
Там же. С.29-30.
42
«Константинополь и проливы», Т. II, С. 157, примеч. I;С. 334; примеч. 2, С. 335, 352— 353.
39
40
21
товаров сократился с 60 до 35%, французских — с 18 до 11%. В то время как
французские капиталовложения в турецкие предприятия (не считая
«Оттоманского государственного долга») составляли 25,9%, а английские 16,9%
всех иностранных инвестиций, капиталовложения одной только
Германии
достигали
45,4%.
Ее
торговлю
финансировали
«Дейче
Палестинабанк», «Левант-Контор» и особенно «Дейче Ориентбанк», созданный совместно банками «Дрезднер банк», «Дискон- тогезельшафт»,
«Шаафхаусеншер банкферейн» и «Национал банк фюр Дейчланд». Военные
предприятия Германии, особенно такие, как заводы Круппа и Маузера,
являлись поставщиками султанской армии. Акции Германии в оттоманском
государственном долге возросли с 4,7% в 1881 г., когда она занимала шестое
место среди кредиторов Турции, до 20% в 1912 г., когда по количеству акций
Германия уступала только Франции. К 1914 г. германские концерны
контролировали «Трамвэй компани», «Метрополией рейлвэй», электроснабжение
и
многочисленные
фирмы
в
Константинополе,
службу
пассажирского пароходства Золотого Рога, компанию «Ост-Эйропейше
телеграфен-гезельшафт»,
порт
и
водопровод
в
Хайдарпаше,
железнодорожные линии Мерсин — Тарсус и Адана и ряд шахт Гераклеа
(магнат Рура Стиннес и «Дейчебанк»). Они имели концессии на владение
портом в Александретте и Мерсине, имели право судоходства по озеру
Бейшехир, ирригационные системы в оазисе Конья и равнине Адана,
ковровую фабрику в Урфе, хлопчатобумажную фабрику в Адане»,
«концессии на разработку недр вдоль некоторых главных железнодорожных
магистралей, а также широкие торговые интересы в Сирии и Палестине»43.
Немаловажную
роль
играл
контроль
германского
капитала
над
железнодорожной сетью Турции. Берлинско-Багдадтская железная дорога
олицетворяла собой стремление германских финансовых и промышленных
кругов контролировать подвластные Османской империи территории,
43
Готлиб В.В. Указ соч. С.31-32.
22
обеспечив себе надежный рынок сырья и сбыта товаров на Ближнем Востоке.
Этот небольшой обзор о состояния экономических связей ведущих
европейских держав с Турцией, которая имела непосредственное отношение
к решению вопроса о Проливов, свидетельствует о том, что не только
стратегические и политические, но и экономические факторы,
играли
важнейшую роль в судьбе Проливов и тех стран, которые зависели от нее
решения.
На рубеже XIX-XX вв. происходила определенная трансформация
системы международных отношений. Шел процесс оформления военнополитических блоков. Поэтому роль балканского фактора в этом процесс
был немаловажна. Каждая из ведущих держав «Европейского концерта»
стремилась установить свое влияние в этом регионе. На Балканы смотрели
как на рынок для внедрения своих товаров и обширную материально
сырьевую базу, а также на регион, богатый людскими ресурсами и
способного представлять значительную военную силу, которую приходилось
брать во внимание.
В связи
с этим дипломатия европейских держав должна был
определить для себя основные направления политики в этом регионе.
«Британия знала о важности вопроса о проливах для России, но не
была склонна поощрять реализацию ее интересов, а скорее, наоборот,
препятствовала ей, поэтому данная проблема стала одной из основных в
англо-русских отношениях в XIX в. В течение этого периода во
внешнеполитической
необходимости
доктрине
охраны
Британии
морского
пути
господствовала
в
Индию
от
теория
о
возможного
русскогопроникновения посредством запрета военным кораблям России
проходить через черноморские проливы, а Османская империя исполняла
роль стража проливов. В 90-е гг. XIX в. произошло изменение в
традиционной британской внешнеполитической концепции, связанное с
оформлением русско-французского союза и усилением проникновения в
23
Турцию Германии. Британия в этот период существенно усилила свои
позиции в восточном Средиземноморье за счет приобретения Египта и
Кипра»44. В меморандуме от 4 июня 1892 г., комментируя анализ обстановки
в Средиземном море морской и военными разведками, он сделал вывод, что
Британия
не
может
больше
препятствовать
стремлению
России
господствовать над Константинополем и проливами и оберегать султанскую
власть45. «В противном случае она столкнется с объединенной оппозицией
Франции и России. Несмотря на тенденции к изменению традиционной
британской позиции, официальные лица продолжали отстаивать принцип
недопущения России в зону проливов. Клейтон объясняет это неготовностью
общественного мнения Британии воспринять новую позицию правительства
и опасениями потерять международный престиж в результате, если русские
амбиции будут внезапно удовлетворены»46.
В.Ю. Грушина отмечала, что: «На совещании Комитета имперской
обороны 11 февраля 1903 г. было принято решение, что обладание Россией
проливами «не внесет фундаментальных изменений в существующую
стратегическую расстановку сил в Средиземном море». «Следующим этапом
эволюции традиционной концепции стало заключение англо-русского
соглашения 1907 г., при обсуждении которого Россия получила заверения от
Британии в «благожелательном» отношении к разрешению проблемы
проливов в интересах России»47, продолжает она.
В 1908 г. Комитет
имперской обороны повторил свой вывод относительно возможности
свободного выхода России из Черного моря48. Таким образом, к началу ХХ в.
ни Форин офис, ни Адмиралтейство не считали, что следует опасаться
установления русского господства в Восточном Средиземноморье.
Грушина В.Ю. Урегулирование проблемы Константинополя и проливов в период Первой мировой
войны//https://image-of-russia.livejournal.com/88881.html
45
Там же.
46
Там же.
47
Там же.
48
Готлиб В.В. Указ. соч. С. 93.
44
24
Политика
Англии
в
отношении
российских
позиции
на
Черноморском регионе довольно ярко проявлялась в начале ХХ в. Например,
в годы русско-японской войны Лондон фактически не пропустил русскую
военную эскадру в Средиземное море, расположив свои суда вблизи
Проливов.
Великобритания
всячески
препятствовали
российской
дипломатии разрешить вопрос о Проливах в своих интересах. Напротив, она
выдвигала свои предложения, суть которых сводилась к открытию Проливов
для военных судов всех стран, что, безусловно, резко бы осложнило
положение России в Черноморском бассейне.
Необходимо
учитывать,
что
османская
империя
не
была
заинтересована во вмешательстве других держав в вопрос о Проливах. Но к
началу ХХ в.
ее влияние на решение этого вопроса становилось
незначительным.
Французский журналист Рене Пинон писал по этому
поводу: "Доверить ключ от дома, где заперт здоровый солдат, старому
инвалиду,
-
это
значит
поставить
сторожа
перед
наихудшими
злоключениями или перед необходимостью звать на помощь; желающих
помочь окажется много, но никто не захочет сделать это безвозмездно.
Таким образом, не знаешь, кого жалеть: Россию ли, запертую в Чёрном
море, или Турцию, запрещающую выход из него"49.
Таким образом, накануне Первой мировой войны вопрос о режиме
Проливов стояла довольно остро. Решение его неоднократно понималось в
период Боснийского (1908-1909 гг.) и Балканских войн (1912-1913 г.).
1.2. Вопрос о Проливах по время переговоров о заключении
русско-английского соглашения 1907 года
В середине первого десятилетия нового ХХ столетия международная
ситуация заметно отличалась от предшествующих лет. Поражение в русскояпонской войне и русская революция 1905 г. привели к ослаблению
49
Дипломатический словарь. М., 1948. С. 546.
25
международных позиций России. Это сразу же нашло отражение на
политике к ней ведущих европейских стран. Так, Англия, достигнув
«Сердечного согласия» с Францией в 1904 г., воспринимала Россию уже не
как грозного соперника, которого реально надо было опасаться,
а как
возможного партнера, союзника в проведении политики противодействия
имперским устремлением кайзеровской Германии. Россия также была
заинтересована в сближении с Великобританией. Как отмечает Лунева,
«Россия в результате сближения с Англией обезопасила бы себя на Дальнем
Востоке, после примирения с Японией укрепила бы свой союз с Францией и
смогла бы вернуться к проведению активной политики на Балканах и
Ближнем Востоке»50. Но для этого российская дипломатия должна была
пойти на определенные уступки Британии в Центральной Азии.
В 1906 г. Российской Министерство иностранных дел возглавил
А. П. Извольский. Он придерживался в проведении внешнеполитического
курса принципов соглашений и балансирования. Относительно первого
принципа сам Извольский в том же 1906 г. писал: «На очереди стояла
настоятельная необходимость обеспечить безопасность России на всем
громадном протяжении ее дальневосточных окраин вплоть до ее
европейских границ путем выработки целого ряда соглашений»51. В
своих «Воспоминаниях» он в 1906 г записал: «….иностранная политика
России должна продолжать оставаться на неизменной базе ее союза с
Францией, но что этот союз должен быть укреплен и расширен
соглашениями с Англией и Японией. Такова была программа, которая
была предложена мною императору, прежде чем принять новый пост,
причем я уже заранее решил не принимать на себя обязанностей
руководителя внешней политики России до тех пор, пока я не получу
Лунева. Ю.В. Босфор и Дарданеллы. …С. 12.
Игнатьев. А.В. Политика соглашений и балансирования (Внешнеполитический курс России в 1906-1914
гг.)// Отечественная история.1997 №3.//
http://russiabgu.narod.ru/pages/themes/txt/ignatyev_politika.pdf
50
51
26
полного согласия императора»52.
Что же касается второй части внешнеполитического курса –
политики балансирования, то она сводилась к проведению линии, которую
можно охарактеризовать как равно отдалённую от Лондона и Берлина,
нацеленную на урегулирование отношений как англичанами, так и немцами.
В связи с этим переговоры и заключение с Великобританией
договора 1907 г. предоставляли российской дипломатии
определенные
возможности для поднятия вопроса о режиме Проливов в благоприятном для
России направлении. 25 августа (по ст. ст.) 1906 г. российским дипломатом,
послом в Константинополе И. А. Зиновьевым была составлена «Записка по
поводу соглашения между Россией и Англией»,
вопрос о Проливах.
в которой поднимался
В ней, в частности, указывалось,
что «… при
настоящем политическом положении искреннее и справедливое соглашение
с великобританским правительством представляется весьма желательным.
Ввиду этого нельзя не поставить вопроса: не представляется ли для нас
возможным ценою некоторых уступок, хотя бы в вопросе о сношениях
наших с Афганистаном, которых будет по всей вероятности домогаться
лондонский кабинет, обеспечить себе содействие Англии в одном из тех
вопросов, благоприятное разрешение коих особенно важно с точки зрения
политических интересов России. Между этими вопросами первое место
занимает вопрос о проливах: Босфорском и Дарданелльском, с давнего
времени привлекающих к себе особенное внимание императорского
правительства»53. Таким образом, российский дипломат ставил вопрос о
пересмотре режима Проливов, для чего необходимо было заручиться
поддержкой Англии, пойдя ей на определенные уступки в Афганистане,
Тибете, Персии.
Извольский А.П. Воспоминания
//http://dugward.ru/library/xxvek/izvolskiy_vospom.html#polpolr
53
Записка посла в Константинополе И. А. Зиновьева 25 августа 1906 г.// К истории англо-русского
соглашения 1907 г.//Красный архив. 1935, № 2-3 (69-70).// http://annales.info/sbo/contens/ka.htm#33_6
52
27
Во время переговоров между двумя министерствами иностранных
дел в 1906-1907 гг.54 вопрос о Проливах поднимался неоднократно.
В
феврале - марте 1907 r русские дипломаты внесла конкретные предложения
по вопросу о Проливах. По мнению английского исследователя А. Тэйлора,
вопрос о Проливах был вопрос престижа. Он писал: «На другом конце Азии
Извольский поднял вопрос о Пррливах. Это был целиком и полностью
вопрос престижа. Россия не имела на Черном море флота, и закрытие
Проливов ее вполне устраивало. Но Извольский надеялся получить в
конечном счет теоретическое разрешение на проход через Проливы
теоретических военных кораблей России…»55.
Суть переговоров сводилась к тому, что, если англичане поддержат
намерение России открыть Проливы только для русских судов, оставив
незыблемыми положения Лондонской конвенции 1871 г. для судов других
стран, то Петербург пойдет на встречу британским пожеланиями в
Центральной Азии.
Англия была не против рассмотрения вопроса о Проливах. Это
прослеживалось в высказываниях британского министра иностранных
Э.Грея и прибывшего в 1906г. в Россию британского посла А.Никольсона, а
также во время переговоров Э.Грея и русского посла в Лондоне
А.К.Бекендорфа (начало 1907 гг.).
В частности,
рассматривалось такое
решение проблемы Проливов: Россия получало права проводить
свои
военные суда в обоих направлениях через оба Пролива, а что же касается
судов других стран, то они получали право прохода через Проливы, но без
выхода в Черное море. «Россию это в целом устраивало»56.
В результате переговоров стало очевидным, что Лондон был против
Более подробно см.: Лунева Ю.В. Указ. соч. Гл. 1.
Тэйлор А. Указ. соч. С. 449.
56
Борков А.В., Ильин А.В. Обсуждение тематики черноморских проливов в ходе российско-английских
переговоров 1906-1907 гг.//Историческая и социально-образовательная мысль. 2012. №1 (11). С.20-24.
https://cyberleninka.ru/article/n/obsuzhdenie-tematiki-chernomorskih-prolivov-v-hode-rossiysko-angliyskihperegovorov-1906-1907-gg
54
55
28
включения пункта о Проливах в соглашение по Среднему Востоку. Э.Грей
мотивировал это тем, что определенные кругу английского общества и
парламента будут против таких шагов в сторону России, не получив от нее
взамен аналогичных уступок. С другой стороны, по мнению британского
министра иностранных дел,
необходимо было учитывать мнение других
держав, поскольку проблема Проливов носила международный характер. В
частности, англичане предлагали привлечь к рассмотрению вопроса о
Проливах Францию, а также поставить в известность Германию и Турцию57.
С точки зрения российского исследователя Луневой, российская
дипломатия не придала должного внимания данным оговоркам, которые, в
конечном счете, обесценивали возможные договоренности. В частности, она
указывает на следующие положения:
«1) одновременно с соответствующим соглашением России с
Турцией другие державы должны были получить право вводить военный
флот через Дарданеллы в Мраморное море, что если не свозило на нет, то
существенно подрывало «исключительные» возможности России,
2) английское правительство ожидало «ответных» уступок России в
еще не завершенных вопросах средневосточного урегулирования,
3) о целях благоприятною воздействия на общественное мнение
Англии
и
консервативную
оппозицию
в
парламенте
потребуются
одновременные компенсации со стороны России в таких вопросах, как
режим капитуляций в Египте и Багдадская железная дорога;
4) о расширении круга переговоров придется предупредить другие
держаны, прежде всего Германию и Турцию, и привлечь к рассмотрению
вопроса о Проливах Францию;
5)
инициатива постановки вопроса должна исходить от русского
правительства»58.
57
58
Там же.
Лунева Указ. соч. С. 32-33.
29
В период с апреля по июнь 1907г. включительно обе стороны
обменивались меморандумами59, в которых поднимался вопрос о Проливах.
Меморандум Извольского от 27 июня (10 июля), врученный английскому
послу Никольсону, фактически завершил обмен мнениями между Лондоном
и Петербургом относительно режима Проливов. В тексте
констатировалось
совпадение
взглядов
российского
и
меморандума
британского
правительств на вопрос о режиме Проливов, но, что «касается конкретных
предложений об изменениях этого режима», то русское правительство в
данный момент «не хотела связывать себя определенной формулой решения
этого вопроса»60.
Таким образом, переговоры России и Англии 1906-1907 гг.
завершились определенной устной договоренностью, не несущих за собой
никаких серьезных обязательств с обеих сторон. Россия не заручилась
никаким письменным документом о пересмотре режима Проливов. Такая
позиция русской дипломатии обуславливалась несколькими моментами. Вопервых, в случае
достижения письменной договоренности, это станет
известно Германии, а это в свою очередь, может повлечь за собой ухудшение
русско-германских отношений и ускорит сближение последней с Турцией.
Во-вторых, для окончательного решения вопроса о Проливах необходимо
было привлечение других великих держав, о чем постоянно упоминала
Англии. В-третьих, в случае поддержки требований русской стороны по
Проливам, англичане могли запросить аналогичных шагов Петербурга по
среднеазиатским вопросам.
В целом необходимо констатировать, что российская дипломатия не
использовала все возможности по пересмотру режима Проливов, которые
она имела во время заключения русско-английского соглашения 1907 г.
59
60
Более подробно см.: Там же. С.33-41
Там же. С. 40.
30
Глава 2. Дипломатические аспекты проблемы проливов
Босфора и Дарданеллы в формировании причин
Первой мировой войны
1.3 Роль вопроса о Проливах в ходе Боснийского кризиса и
складывание предпосылок Первой мировой войны.
С новой силой вопрос о Проливах встал в период Боснийского
кризиса 1908 г.
«Балканы по-прежнему оставались в центре внимания великих
держав. Германия
вела
переговоры
с
Османской
империей о
политическом и военном соглашениях и добилась продолжения контракта на
строительство Багдадской железной дороги. Австро-Венгрия подписала
со Стамбулом
секретную
концессиях
Салоникском и Косовском вилайетах»61. Несмотря
в
военную
конвенцию
и
протокол о
на
сближение с Англией, Россия не исключала возможности сближения с
Австро-Венгрией, стремилась установить свой контроль на Балканском
полуострове и прочно основаться на Адриатическом побережье.
В период с апреля по июнь 1908 г. между Веной и Петербургом
велась активная дипломатическая переписка, в результате которой было
достигнута договоренность о взаимной поддержке политики России и
Австрии в этом регионе: русская сторона не возражала против аннексии
австрийцами Боснии и Герцеговины, а Австрия – поддерживает русских в
вопросе о Босфоре и Дарданеллах.
«Правительство
Австро-Венгрии 1 мая
1908г.
направило
российскому министру иностранных дел меморандум, в котором министр
иностранных дел Эренталь предлагал по-новому взглянуть на
провинций
61
Боснии
и
Герцеговины, принадлежащих
проблему
Турции.
2
История дипломатии. С. 639-640.
31
июля Извольский отправил памятную записку Эренталю,
содержалось
предложение
перемен
Балканах
на
об
договориться
аннексии
в
в
которой
случае решительных
Австро-Венгрией
Боснии
и
Герцеговины и Новопазарского санджака в обмен на изменение конвенции о
Проливах в пользу России»62.
Однако в начале июля в Турции произошел государственный
переворот, в результате которого к власти пришло младотурецкое
правительство, ориентировавшееся на Германию. Это вызвало беспокойство
России за судьбу Черноморских проливов.
Российский министр намеревался использовать обострившуюся
ситуацию на Балканах ситуацию, чтобы добиться согласие Турции и других
держав на право прохода русских военных судов через Проливы.
Отечественные исследователи считали, что «по мнению Извольского, если
удастся заключить сделку с Австро-Венгрией, то Германия не станет
противодействовать реализации его замысла. Франция, как союзник, тоже не
должна была бы возражать против Проливов. Великобритания же должна
будет выполнить свое обещание, данное при заключении англо-русского
соглашения»63.
19 августа правительство 1908 г. Австро-Венгрии приняло решение
об аннексии Боснии и Герцеговины. Болгария должна была объявить о своей
независимости.
15-16 сентября состоялась встреча Извольского с Эренталем в
Бухлау. Официально соглашение не было зафиксировано (существуют
записки Извольского и Эренталя, являющиеся фактически проектами
соглашения, которое после оформления в письменном виде подлежало
одобрению правительствами обеих держав). По договоренности между
министрами, Австро-Венгрия не должна была быть против изменения
62
63
Лунева А.В. Босфор и Дарданеллы:…
Там же
32
режима Черноморских проливов с предоставлением России права прохода
через них русских военных судов, а Россия - не возражать против
присоединения к Австро-Венгрии Боснии и Герцеговины, оккупированных
австрийскими войсками на основе ст. 25 Берлинского трактата 1878 года.
Министры договорились также об эвакуации австрийских войск из
Новопазарского
санджака, о
согласии
на провозглашение Болгарии
независимым королевством, о передаче Греции острова Крит и о допуске
Сербии и Болгарии в Дунайскую комиссию прибрежных держав64. Николай II
не только знал, но и восторгался результатами переговоров65
Во время своего европейского турне по Европе в сентябре 1908 г.
Извольский во время переговоров с представителя правящих кругов
Германии, Италии, Франции и Англии
продолжал зондировать почву
относительно решения вопроса о Проливах. В результате 2 октября был
«подготовлен проект памятной записки австро-венгерскому правительству,
в котором предлагались компенсации для России и балканских государств,
в случае аннексии Боснии и Герцеговины. Николай II в целом одобрил ее»66.
Пункт 2-й памятной записки касался вопроса о Проливах и оговаривал
«право для России и для других причерноморских стран проводить их
военные суда свободно в обоих направлениях через Проливы, которые
связывают Черное и Средиземное моря, поскольку принцип закрытия
этих
проливов установлен государствами, не прибрежными к этому
морю»67.
8
октября
состоялась
аннексия
Австро-Венгрией
Боснии
и
Герцеговины. Отношение европейских стран к австрийской акции было
различным: настороженным со стороны Германии, резко отрицательное со
Русско-австрийское секретное предварительное соглашение по балканскому вопросу 1908 года, 2
сентября//http://nik2nik.ru/node/1342
65
Из переписки Николая и Марии Романовых в 1907—1910 гг. // Красный Архив. 1932. Т. 1 (50). С.166 //
http://istmat.info/files/uploads/37049/krasnyy_arhiv_50-51-1932.pdf
66
Лунева Ю.В. Боснийский кризис 1908-1909 годов: провал тайной сделки Извольского и Эренталя //Новая
и новейшая история. 2009 г. № . С.55.
67
Там же.
64
33
стороны Лондона. Однако это не помешало Николаю II продолжал
намеченный курс. Ю.В.Лунева предполагает, что «на такое решения русского
царя
повлияла встреча Николая II и Эдуарда VII»68, во время которой
британский монарх возможно пообещал, что Англия не будет препятствовать
пересмотру
вопроса
о
Проливах.
Кстати,
А.А.Половцев,
член
Государственного совета, косвенно подтверждает это в своей дневниковой
записи: «В совете говорят, что при свидании двух монархов Эдурад обещал
нашему императору добиться открытия для нашего флота свободного
прохода через Дарданеллы»69.
Не менее важной оказалась реакция Франции на политику
Извольского. Французские дипломатические круги были недовольны тем,
что Россия за спиной французов начала действовать вместе с АвстроВенгрией, с одной стороны, а
с другой, по мнению французов, Россия
выбрала далеко неудачное время для решения своих проблем. Поэтому
Франция предпочла не вмешиваться в целом в Боснийский вопрос,
поскольку, заинтересованная в решении марокканской проблемы, не хотела
обострять отношения с Германией.
Несмотря на это реакцию Франция, во время своего пребывания в
Лондоне и встреч с министром иностранных дел Э.Грем и другими
министрами Извольский предложил свое видение решения вопроса о
Проливам. Предложенным им проект предусматривал открытие Проливов
для военных судов прибрежных государств Черного моря. В его основе
лежал
«принцип закрытия проливов Дарданелл и Босфора остается;
исключение делается для военных судов прибрежных государств Черного
моря. В то время, когда Порта не находится в состоянии войны, прибрежные
державы Черного моря будут иметь
через
проливы,
в
право
проводить
беспрепятственно
обоих направлениях, военные суда всяких размеров и
Более подробно см.: Лунева Ю.В. Боснийский кризис 1908-1909 г…
Дневник А.А.Половцева. 30 мая.1908 г.//Красный архив. 1923. № 4. С. 128.//
http://istmat.info/files/uploads/31111/krasnyy_arhiv_4-1923.pdf
68
69
34
наименований». «Однако ни в коем случае переход от Черного до Эгейского
морей не могут совершать зараз более трех военных судов одной и той же
прибрежной державы. Оттоманские власти должны быть предупреждены, по
меньшей мере, за 24 часа до прохода каждого военного судна»70.
Ответ лондонского кабинета содержался в секретном меморандуме,
врученном Извольскому14 октября 1908 г. Для полного понимания вопроса
необходимо привести более полный отрывок из меморандума:
«Английское правительство согласно на открытие Проливов при
условии, что
Проливы
исключения.
Русское
будут
открыты
для всех
предложение идет
в
одинаково
разрез
с
и
без
общественным
мнением Англии, которое было бы крайне разочаровано, если бы
Россия,
протестовавшая
против
действий
Австрии,
воспользовалась
случаем обеспечить для себя преимущества в ущерб Турции или' с
нарушением status
quo
к
невыгоде
других.
Чисто
одностороннее
соглашение, которое дало бы черноморским государствам преимущество
в военное время пользоваться всем Черным морем, как недоступной
гаванью, в качестве убежища для своих крейсеров и истребителей при
преследовании их воюющими, не может быть воспринято общественным
мнением
Англии.
Соглашение
должно
быть,
следовательно, таким,
чтобы... оно заключало в себе элемент взаимности и, в случае войны,
поставило бы воюющих в равные условия. Кроме того, относительно
прохождения Проливов правительство его величества позволяет себе
заметить, что согласие Турции необходимо, как предварительное условие
для всякого проекта»71.
Интерес представляют комментарии этого документа, высказанные
историком Луневой Ю.В. Она пишет, что «Из текста меморандума можно
сделать вывод, что Лондон в принципе не возражает против открытия
70
71
Цит. по: Лунева Ю.В. Боснийский кризис 1908-1909 годов:… С. 58.
Более подробно см.: Константинополь и Проливы… Т. 1. С. 14.
35
Проливов, но не только для России и прибрежных государств, а на условиях
полного равноправия для всех стран без исключения и что правительство его
величества не считает время подходящим для заключения соглашения,
которое дало бы России исключительные права». «В меморандуме далее
предлагалось разделить проблему изменения
режима Проливов
на две
части - на период мирного времени и на период войны. Не возражая
против предоставления черноморским государствам права выхода судов из
Проливов в любое время (с ограничениями, о которых говорилось в
меморандуме Извольского) и, соглашаясь фактически на сохранение
принципа закрытия Проливов для военных кораблей нечерноморских
государств
на
в
введении
мирное
время,
принципа
британское
взаимности
в
правительство настаивало
использовании
Проливов
военными кораблями всех стран в военное время, в особенности в случае
участия в военных действиях Великобритании и России»72.
По мнению Луневой Ю.В., наиболее существенным изменением в
данном меморандуме был пункт о выделении двух частей в проблеме о
Проливах: режим Проливов в мирное и военное время, хотя российская
сторона, поднимая вопрос о Босфоре и Дарданеллах, подразумевала только
мирное время. В тоже время меморандум содержал два новых момента:
изменение режима Проливов не должно связываться
с международной
конференцией и привлечение Турции к решению данной проблемы 73.
Фактически это условие делало невозможным для России положительного
решения вопрос о Проливах.
«Одновременно с отрицательным ответом Извольскому, английское
правительство предупредило даже Порту об агрессивных замыслах России,
72
73
Лунева Ю.В. Боснийский кризис 1908-1909 годов:… С. 59.
Там же.
36
потребовало усиления оборонительных средств на Босфоре и послало
британскую эскадру в турецкие воды»74.
В целом можно согласиться с выводами
Ю.В.Луневой, которая
пишет, что «…Английская дипломатия, умело используя то обстоятельство,
что Извольский не мог открыто признаться в своей сделке с Эренталем за
счет славянских народов, достигла своих целей – не давать России права
свободного прохода ее военных судов через Проливы»75.
В завершении анализа судьбы вопроса о Проливах в период
Боснийского кризиса, необходимо отметить, что политика Извольского не
находила поддержки среди российской политической элиты. В частности,
П.А.Столыпин указывал, что соглашение России с Австро-Венгрией на
условиях, предложенных Извольским, не найдет поддержки ни у славянских
народов Балкан, а также вызовет сильное недовольство в российских
общественных кругах. Он считал, что аннексия Австро-Венгрией Боснии и
Герцеговины приведет к сильное отрицательной реакции со стороны
балканских народов.
В конце 1908-начала 1909 гг. обострился австро-сербский конфликт,
который грозился выльется в войну.
«Австро-Венгрия в ультимативной
форме потребовала от Сербии признания аннексии Боснии и Герцеговины,
открыто угрожая ей войной, демонстративно начала военные приготовления
и сосредоточила свои войска на сербской границе. На сторону АвстроВенгрии решительно выступила Германия. 8 (21) марта 1909 г. она
предъявила России ультиматум - признать аннексию Австро-Венгрией
Боснии и Герцеговины, отказаться от требования созыва международной
конференции по боснийскому вопросу и воздействовать на Сербию, чтобы
она приняла условия венского кабинета. Германия недвусмысленно заявила о
вероятности военных действий Австро-Венгрии против Сербии, если
74
75
Константинополь и Проливы… Т. 1. С. 14.
Лунева Ю.В. Боснийский кризис 1908-1909 гг.: … С.60.
37
ультиматум не будет принят. Германия откровенно шла на крайние меры. В
Берлине заявляли, что наступил «самый лучший момент, чтобы рассчитаться
с русскими»». Подчиняясь обстоятельствам, Николай II и Извольский 10
марта приняли требования Германии.
Царским правительство собрало совещание под председательством
Николая II. Была признана неготовность России к войне, а также и
внутренние
обстоятельства
социального
характера.
Столыпин
придерживался мнения, что любыми способами необходимо избежать войны,
указывая что "развязать войну - значит развязать силы революции"76.
Николай II в переписке с матерью от 18 марта 1909 г. (по старому стилю)
писал следующее: «…Германия дала нам знать, что мы можем помочь делу и
предотвратить войну, если мы дадим согласие на знаменитую аннексию, а
если
мы
откажемся,
то
последствия
могут
быть
серьезные
и
непредвиденные. Раз вопрос был поставлен ребром — пришлось отложить
самолюбие в сторону и согласиться. Единогласно всеми министрами это и
было высказано. Если эта жертва с нашей стороны спасет Сербию от того,
чтобы быть раздавленной Австрией, но, моему, стоило принести эту
жертву»77. 12(25) марта 1909 г. Николай II направил Вильгельму II
телеграмму о согласии русского правительства принять требования
Германии. Сербия выразило согласие принять требования Австро-Венгрии.
Неудачу русской дипломатии в боснийском кризисе в самой России едко
окрестили "дипломатической Цусимой". В Германии, как отмечали русские
корреспонденты,
«…согласие
России
признать
аннексию
Боснии
и
Герцеговины и принять участие в коллективном представлении держав
Сербии вызвало бурю восторгов в печати… В политических кругах новый
Там же.
Из переписки Николая и Марии Романовых в 1907—1910 гг. // Красный Архив. 1932. Т. 1 (50). С. 187.
Письмо Николая II от 4.03.1909 г. // http://istmat.info/files/uploads/37049/krasnyy_arhiv_50-51-1932.pdf
76
77
38
шаг
России
считают
победой,
одержанной
бар.
Эренталем
над
А.П.Извольским, не без содействия императора Вильгельма. [...]»78.
Безусловно, Боснийский кризис 1908 г. явился серьезнейшим
испытанием для внешней политики как России, так других стран.
Политический курс, проводимый А.П.Извольским, завершился явным
поражением русской дипломатии. Россия оказалась без явных сторонников в
вопросе пересмотра режима Проливов. Идея Извольского о решении вопроса
о Проливах ценой уступок Австро-Венгрии не была поддержана ни
правительством во главе со Столыпин, ни общественными кругами России79.
В то же время неудачная политика России в 1908-1909 гг. негативно
отразилась и на отношении к ней со стороны ее союзников по Антанте –
Франции и Англии. Они были обеспокоены политикой уступок России. Крен
с ее стороны был сделан явно в пользу Тройственного союза, в то же время
позиции России пошатнулись на Балканах. Турция воспринимали политику
русский как агрессивную, что толкало ее на союз с Германией. Боснийский
кризис также выявил и позиции Англии и Франции, которые дали понять
Петербургу, что решение вопроса о Проливах лежит не Берлине, в Париже и
Лондоне.
2.2. "Европейский концерт", итало-турецкая война 1911 -1912 гг. и
Черноморские проливы
Ливийская война, разразившаяся в
1911-1912 гг. между двумя
средиземноморскими державами – Италией и Турцией, сводилась к разделу
Северной
Африки.
Объектами
итальянской
экспансии
стали
две
североафриканские территории – Киренаика и Триполитания, находящиеся в
вассальной зависимости то Османской империи. Война была развязана
Русское слово. Берлин. Признание аннексии. 27(14),III.1909 // http://starosti.ru/archive.php?m=3&y=1909
Кострикова Е.Г. Боснийское фиаско А.П. Извольского и русское общество/Труды Института российской
истории. Выпуск 9. М.; Тула. 2010. С. 448// http://ebookiriran.ru/index.php?view=article&section=8&id=144
78
79
.
39
правящими кругами Италии 11 сентября 1911 г под предлогом защита
европейцев, проживающих на этих территориях.
Североафриканский
курс
Италии
вызывал
определенное
беспокойство у ее союзников по Тройственному союзу. Довольно в сложном
положении
оказалась, во-первых,
Германия, поскольку она не хотела
портить отношения ни с Италией, ни с Турцией. Австро-Венгрии также
опасалась, что действия Италии против турок
могут вызвать ответную
реакцию
вторжение
у
балканских
народов,
например,
Болгарии
в
европейскую часть Турции. Поэтому, еще до начала военных действий в
1911 г., дипломаты обоих государств стремились остудить пыл итальянского
правительства и отговорить его от опрометчивых действий.
Страны Антанте хотели использовать войну Италии с Турцией
с
тем,
чтобы
оказать
определенное
на
нее
давление
в
выборе
внешнеполитической ориентации. При этом каждая из участников Антанты
руководствовалась своими интересами. А. П. Извольский, который в это
время был послом в Париже, перед началом войны в письме от 13 (26)
сентября 1911 г. напомнил А. А. Нератову, временно управляющему
Министерством иностранных дел, о заключенном в Раккониджи секретном
соглашении между Россией и Италией80, согласно которому Россия
«обязывалась не препятствовать свободе действий Италии
в Триполи,
взамен чего Италия, со своей стороны, обещала нам подобное же отношение
к нашей политике в проливах», и также заключил, что наступил момент
«извлечь из надвигающихся событий наибольшие выгоды для собственных
наших интересов»81.
Франция, которая к моменту итало-турецкой войны завершала
переговоры по заключению франко-германского договора по марокканскому
История Италии. Т. 2. М., 1979. С. 381-382; Раккониджи, 11/24 октября 1909 г. Соглашение между
Россией и Италией // Сборник договоров России с другими государствами (1856-1917). М. 1952.
//http://istmat.info/node/27296
81
МОЭИ. Серия 2. Т. 18. № 466. С. 28-29.
80
40
вопросу, понимала, что обострение отношений с Италией вряд ли облегчили
бы заключение договора с Германией, согласно которому она бы установила
реальный протекторат над Марокко. Поэтому Париж в сентябре 1911 г.
решил не вмешиваться во внешнюю политику Италии.
Что же касается Великобритании, то еще 25
июля
1911
г. Э.
Грею стало известно о стремлении итальянцев захватить североафриканские
территории, поскольку «правительство Италии более не в состоянии
воспротивиться общественному мнению, которое требовало защиты его
интересов и
национального достоинства»128. При этом Рим понял о
«благожелательной позиции Великобритании в случае войны». В конечном
счете, Англия объявляет о своей нейтралитете в итало-турецком конфликте.
При этом при разговоре Российского посла в Лондоне Беркендорфа с
Э.Греем, последний очень хорошо объяснил мотивации политики Лондона:
«… ему (Э.Грею – А.Г.) представляется бесспорным, что Италия обладает в
Триполи крупными интересами и, по всей вероятности, имеет, как многие
другие державы в иных местах, справедливые основания жаловаться на
турецкие административные приемы в отношении ее интересов; ввиду этого
ему кажется законным, чтобы Италия серьезно выступила в защиту своих
нарушенных интересов; таково право каждой великой державы»82.
Поскольку
история непосредственно итало-турецкой войны не
является предметом данного исследования, то следует обратить внимание на
ту роль, которую она сыграла в вопросе о Проливах.
На данном этапе знаковой фигурой в проведении российской
политики в отношении пересмотра вопрос о Проливах наряду с А.П.
Извольским (посол России во Франции) и А.А.Нератовым (временно
управляющий министерством иностранных дел России) стал посол России в
Константинополе Н.В. Чарыков. Именно этим трем политикам принадлежит
МОЭИ. Серия. 2. Т.18. Ч. 2. 26 (18) сентября 1911 г. № 464. С. 26.// http://elib.shpl.ru/ru/nodes/8454-t-18-ch2-14-sentyabrya-1911-g-13-noyabrya-1911-g-1938#mode/inspect/page/50/zoom/4
82
41
инициатива рассмотрения вопроса о Проливах в период итало-турецкой
войны.
Осенью 1911 г., воспользовавшись возникшей с началом италотурецкой войны ситуацией на международной арене. В связи с тем, что
великие державы во время войны придерживались политики нейтралитета,
Петербург решил использовать ее для решения вопроса о Проливах.
Российская дипломатия должна был учитывать, что эта локальная
война могла спровоцировать новый международный конфликт. Однако А.А.
Нератов, А.П. Извольский и Н.В. Чарыков расценили обстановку как
благоприятную. Сближение с Англией в 1907 г. давало надежду на
понимание
русских
инициатив
по
пересмотру
режима
Проливов.
Традиционно возлагались надежды и поддержку со стороны Франции, тем
более что она нуждалась в аналогичной помощи в вопросе о Марокко.
Италия, по мнению русских дипломатов, также могла поддержать России на
основе достигнутых двухстороннего секретного соглашения в 1909 г. Н.В.
Чарыков сомневался в отношении позиций Германии и Австро-Венгрии,
которые могли затребовать каких-либо возмещений за уступки в пользу
русских «специальных интересов» в Проливах. «В таком случае исход
переговоров будет очевидно зависеть от того,— рассуждал Н.В. Чарыков, насколько компенсации эти покажутся императорскому правительству
удобоприемлемыми и равноценными с выгодами, проистекающими из
обеспечения за Россией пользования проливами»83
В
складывающейся
международной
обстановке
царское
правительство предприняло шаги на сближение с Турцией. Оно хотело
найти у турок поддержку в решении двух вопросов: вопросе о
строительстве малоазиатских железных дорог и вопросе о Проливах.
19 сентября 1911 г. Нератов отправляет письмо в Константинополь
Чарыкину, в котором открыто пишет о благоприятной обстановке для
83
Там же. № 498. С. 53.
42
России в пересмотре предшествующих с Турцией договоренностей: «Общее
положение, характеризуемое франко-германскими переговорами о Марокко
и решительным выступлением Италии в триполийском вопросе, приведшем
уже к военным действиям, действительно представляется особенно
благоприятным для переговоров с Турцией об изменении соглашения 1900
г. о железных дорогах в Малой Азии, а может быть, и о более общих
взаимных интересах»84. Что же касается вопроса о Проливах, Нератов
упоминает о них в документе достаточно осторожно: «Относительно
проливов благоволите иметь в виду, что мы добиваемся лишь личного по
отношению к нам обещания Турции не противиться нашими интересам в
этом вопросе; возможные же объяснения с другими державами мы
оставляем за собой"85. И действительно, Нератов считал, что прежде чем
начать переговоры с Турцией, необходимо заручиться поддержкой великих
держав.
К данному письму прилагалась декларация, которая был одобрена
царским правительством и должна была стать основой для переговоров.
Проект декларации состоял из четырех частей. В первой части
(часть А)
своих
декларировалось, что русское правительство отказывалось от
привилегий
на
железнодорожное
строительство
в
Северной
Анатолии, полученных по русско-турецкому соглашению 1900 г., и что оно
не станет противодействовать привлечению иностранных капиталов,
необходимых для постройки железных дорог в части Турции.
Вторая часть декларации (часть Б) касалась уже вопроса о режиме в
Проливах и прилегающих к ним территорий. Россия обязывалась
«оказывать
турецкому
правительству
действенную
поддержку
для
сохранения нынешнего режима в проливах Босфор и Дарданеллы,
распространяя ее на прилегающие территории, в случае если этим
84
85
МОЭИ. Серия 2. Т.18. Ч. 2. № 509. С. 59.
Там же.
43
последним
будут
угрожать
иностранные
вооруженные
силы»86.
Правительство Турции в свою очередь должно было взять на себя
обязательство «не препятствовать проходу русских военных судов через
проливы при условии, что эти суда не будут останавливаться в проливах,
если это не будет особо обусловлено»87.
Третья часть декларации (часть В) предусматривала согласие
России на сохранение трехпроцентной надбавки на турецкие таможенные
пошлины, срок которой истекал 13 (26) июня 1914 г.
И наконец, в четвертой части декларации (Г) российская сторона
предлагала выкупить у Турции три строящихся броненосца88. По мнению
Ю.В.Луневой, «эта статья была явно неприемлемой для турецкого
правительства, так как имела целью сохранить превосходство русского
флота над турецким в Черном море»89.
Относительно
перспективности
для
Турции
российских
предложений можно сослаться на высказывание Л.А.Фишер: «Выгодность
предложенного турецкому правительству союза увеличивалась в связи с
попытками турецкой дипломатии сблизиться с Англией. Последняя не
смогла бы столь легко отвергнуть в дальнейшем подобного рода
предложения. Логическим последствием русско-турецкого сближения было
бы также изменение политики Франции в сторону большей сдержанности.
Таким
образом,
предложения
России
носили
характер
важного
политического акта с далеко идущими международными последствиями»90.
А.А.
Нератов
предоставлял
русскому
послу
определенные
полномочия расширять или ссужать рамки возможного договора, при этом
Там же. С. 60.
Там же.
88
Там же.
89
Лунева Ю.В. Босфор и Дарданеллы:… С. 97.
90
Фишер Л.А. Демарш Чарыкова в 1911 году и проблема Черноморских проливов// Известия Российского
государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. 2009. № 93. С.103//:
https://cyberleninka.ru/article/n/demarsh-charykova-v-1911-godu-i-problema-chernomorskih-prolivov2009
86
87
44
перекладывая ответственность на посла91.
Деление пунктов на «основные» и «факультативные», на первый
взгляд, кажется не логичным, тем более что к разряду «факультативных»
относился вопрос о Проливах. Ведь было известно, что в российских высших
политических кругах неоднократно утверждалось, что вопрос о режиме
Проливов является важнейшим вопросом ближневосточной политики
России. Однако такая постановка Нератовым вопроса о Проливах
объясняется тем, что
не все представители этих кругов считали
своевременным вновь, после 1908 г., поднимать вопрос о Проливах.
Таким
влекли за собой
отметить,
что
образом,
России
выдвинула предложения, которые
серьезные международными последствиями. Следует
А.В.Чарыков
дела
все
возможное
для
создания
благоприятной атмосферы для ведения переговоров. В частности, в
переписке с руководством МИД России он предложил условия, на основе
которых могло быть достигнуто мирное соглашение между Турцией и
Италией92.
Как и Нератов, Чарыкин понимал, что вести переговоры с Портой
о Проливах возможно только при согласии ведущих игроков на
международной арене – Англии, Франции, Германии, Австро-Венгрии и
Италии.
А.В.Чарыкин, получив от А.А.Нератова телеграмму от 24 сентября
следующего содержания: «… Преподанные вам в нем указания (письмо от
19 сентября – А.Г.) высочайше одобрены. Благоволите возможно
безотлагательно приступить к переговорам, не предавая однако своему
обращению к Порте характера резкий и бесповоротных настояний» 93, и
получив определенную самостоятельность в своих действиях, приступил в
реализации своих планов. Он был уверен в благосклонном отношении
МОЭИ. Серия 2. Т.18. Ч. 2. № 509. С. 59.
Там же. № 515. С. 65.
93
Там же. № 550, С. 93.
91
92
45
Турции к русским предложениям. В одном из своих писем в Россию он
делился своей мыслью с Нератовым, о том, что, по его мнению,
серьезнейшая ситуация, в которой оказалась Турция, может вынудить ее
обратиться за помощью со стороны Петербурга. «Поэтому, – замечал он, наше ручательство за безопасность самого города и даже доступа к нему
через Дарданеллы, с обороной коих Турция одна может и не справиться, а с
помощью нашей эскадры и минных техников справится легко, – создаст для
Турции такое выгодное положение, что наше домогательство покажется ей
уже не насилием, а спасительной гарантией»94. Более того, Чарыкин
получил 7 октября от Нератова довольно лаконичную телеграмму, в
которой
говорилось,
что
его
(Чарыкина
осуществлены»95. Он пришел к выводу, и
и
А.Г.)
«мысли»
«уже
Итальянское правительство,
равно как и французское дали согласие на переговоры о Босфоре и
Дарданеллах. Впоследствии он неоднократно ссылался на эту телеграмму.
Но в реалии смысл содержания телеграммы был иной: Петербург лишь
одобрял предложенный Чарыкиным план.
О.А.Чернов, ссылаясь на мемуары Н.В.Чарыкина, утверждает, что
согласие двух стран на переговоры было действительно получено. Он
пишет: «Как утверждал впоследствии Н.В. Чарыков в своих мемуарах (и это
находит подтверждение в опубликованных официальных документах), он
получил от А.А. Нератова подтверждение на свой запрос – что согласие
союзников получено. Так, 26 сентября 1911 года в депеше помеченной
грифом «Весьма секретно», российский посол уточняет у временного
исполняющего обязанности министра иностранных дел России А.А.
Нератова – действительно ли получено согласие Италии и Франции на
открытие проливов Босфор и Дарданеллы для русских военных судов? И
94
95
Там же. № 571. С. 119.
Там же. № 548. С. 93.
46
получает положительный ответ»96.
14 (27) ноября Н. В. Чарыков, ошибочно воспринимая позиции
западных стран, начал официальные переговоры с Портой.
Турецкому
правительству был передан проект декларации, которому Чарыков придал
вид личного письма. В проекте содержалось личное мнение автора,
поскольку ому не удалось согласовать интересующие его вопросы в
официальными кругами России. При этом отмечалось, что он убежден, что
предложенный проект был бы выгоден Турции.
«Несмотря на выгоды для Османской империи проекта соглашения,
предложенного Н. В. Чарыковым, великий визирь уклонился от ответа и
начал затягивать переговоры. Определенную роль на позицию турецкой
стороны сыграли
российской
западноевропейские державы. В ответ на предложение
стороны
рассмотреть
пункты
упомянутого
соглашения
представители внешнеполитических ведомств Англии и Франции тянули с
ответом, отделываясь туманными рассуждениями»97.
Отечественный историк Игнатьев А.В. писал: «Германия формально
не возражала против возможной договоренности России с Турцией о
Проливах, рассчитывая, по-видимому, на отказ Лондона, да и самого
Стамбула (т. е. Турции), где германский посол по секрету давал советы не
соглашаться. Наконец, Австро-Венгрия, не отрицая наличия у России
специальных интересов в проливах, настаивала на выработке такой формулы,
которая обеспечивала бы Двуединую монархию от нападения русского
флота»98.
Англия соглашалась поддержать проект Чарыкова, но при условии,
что Проливы останутся открытыми для всех стран.
Чернов О. А. «Демарш Чарыкова» в мемуарах Н. В. Чарыкова// Самарский научный вестник. 2014. 4(9).
С.139//https://cyberleninka.ru/article/n/demarsh-charykova-v-memuarah-n-v-charykova
97
Фишер Л.А. Фишер Л. А. Демарш Чарыкова в 1911 году и проблема Черноморских проливов//Известия
Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. 1909. № 1. С. 104//
https://cyberleninka.ru/article/n/demarsh-charykova-v-1911-godu-i-problema-chernomorskih-prolivov С. 104.
98
Игнатьев А.В. Внешняя политика … С. 124.
96
47
Франция не соглашалась поддержать «свободу действий» России в
отношении Проливов, предлагая, как и Англия, открытие проливов для всех
держав. Принципиально не возражая, Франция ссылалась на необходимость
согласия Великобритании. Париж, однако, не исключал возможности
дальнейших
переговоров,
«если
бы
новые
обстоятельства
вызвали
необходимость обсуждения вопроса о проливах». Италия ограничилась
устным обещанием выполнить условия соглашения в Раккониджи, т. е.
относится «благожелательно» к русским интересам в Проливах. Стало
очевидным, что инициатива Чарыкова не имеет успеха.
Турция в период войны оказалась довольно в сложном положении.
Война со всей очевидностью показала внешнеполитическую
Турции. Прогерманская
ориентация
младотурок
не
изоляцию
предотвратила
агрессии союзника Германии - Италии, а провозглашенный Германией и
Австро-Венгрией нейтралитет в
правительством
как
отказ
войне
был
воспринят турецким
от многочисленных дружеских заверений
берлинского и венского кабинетов.
«Кабинет Саид-паши решил использовать демарш Н.В. Чарыкова
для того, чтобы, с одной стороны, припугнуть берлинский кабинет
перспективой русско-турецкого сближения, а с другой - через Н.В. Чарыкова
попытаться заключить союз
с Англией, сделав последнюю гарантом
территориальной неприкосновенности Османской империи, неизменности
режима Проливов против притязаний Италии и России и заручиться
поддержкой Англии в войне с Италией», - как пишет З.П.Яхимович.99.
19 октября Саида-паши
подтвердил
выступил в палате депутатов. Он
намерение Константинополя пойти на соглашение с другими
государствами. Чарыков писал, что «…газета «Танин» в статье от 20 октября
следующим образом истолковывала заявление Саида-паши: «Великий
визирь находит, что Турции надлежит примкнуть к той или другой из
99
Яхимович З.П. Итало-турецкая война 1911-1912. М., 1967. С. 100.
48
политических групп, существующих ныне в Европе». Далее Н.В. Чарыков
указал, что «по поводу этой статьи было официально разъяснено в Порте
любознательным представителям печати, что речь идет не о сближении с
Тройственным союзом»100.
Турция фактически затягивала переговоры с Россией в то же время
попыталась сблизиться с Англией. Однако такое сближение не было в
интересах англичан. И они отклонили предложения турок под предлогом
сохранения нейтралитета на период войны, о чем кстати, уведомили русское
правительство101. Правда, Чарыкин отказ англичан на сближение с Турцией
воспринял как благожелательное отношение Лондона к предложениям
России. Однако позиция официального Петербурга была иной.
7 ноября 1911 г. посол России в Лондоне А. Бекендорф в письме к
Нератову, характеризуя политическую обстановку в Англии, замечал, что
развитие событий
с выступлением Тевфик-паши в Лондоне должен
«вызвать отсрочку начатых нашим послом (т.е. Чарыковым. – А.Г.)
переговоров с Портой»102. Не подозревая о негативном отношении Лондона
к предложениям России, Чарыкин продолжал активно продвигать идею
пересмотра вопроса о Проливах. Однако ситуация о выяснении позиций
западноевропейских стран и, Турции в том числе, затянулась. В конечном
счете, российская сторона захотела запросить письменные подтверждения об
отношении Англии и Франции к вопросу о Проливах, независимо от того,
каков результат будет от переговоров России с Турцией.
Ни Франция, ни Англия не были заинтересованы в усилении
позиций России в Черном море, тем более не получая каких-либо
компенсаций. В связи с этим их отношений к проекту Чарыкина можно
было
спрогнозировать
как
негативное.
«Отрицательное
отношение
европейских держав к русскому проекту о проливах предопределило и
МОЭИ. № 686. Приложение 3. С. 203.
Фишер Л.А. Указ. соч. С.105.
102
МОЭИ. № 824. С.224.
100
101
49
отрицательное отношение Порты к предложениям Н. В. Чарыкова, - пишет
Фишер Л.А. И продолжает - 21 декабря 1911 г. турецкое правительство
отвергло предложения Н. В. Чарыкова, сославшись на то, что для защиты
своей независимости Турция должна сама оставаться хозяином проливов, не
связывая себя договорами с другими странами»103.
На этом так называемый «демарш» Чарыкина завершился. В феврале
1912 он был отозван в Петербург. О.А.Чернов, опираясь на мемуары Н.В.
Чарыков, приводит мотивы его поведения в период «Демарша»:
1. «Опираясь на то, что незадолго до того он и Извольский
предпринимали попытку открыть Проливы для России в ходе Боснийского
кризиса Н.В. Чарыков видел свою миссию в Турции в достижении именно
этой цели.
2. Перед отъездом в Турцию он пытался уточнить свою задачу
действующего министра иностранных дел А.П. Извольского, но тот своей
неясной фразой по–сути предоставил ему карт–бланш.
3. Российский посол считал, что имеет поддержку императора
Николая II.
4. Н.В. Чарыков полагал вредными переговоры с Турцией по
железнодорожному вопросу.
5. Переговоры он начинал как бы по собственной частной
инициативе, не придавая им официального характера до получения
информации о поддержке союзников.
6.
Российский
посол
не
был
снабжен
информацией
о
территориальной локализованности ограниченности договоров России с её
союзниками.
7. Н.В. Чарыков делал запрос исполняющему обязанности министра
А.А. Нератову о поддержке союзников и только получив подтверждение
103
Фишер Л.А. Указ. соч. С. 106.
50
начал официальные переговоры»104.
Вместо
Н.В. Чарыкова
в
Турцию
на
должность
посла
Министерство иностранных дел России направило опытного дипломата М.Н.
Гирса с расчетом, что он будет проводить более гибкую политику и точнее
выполнять инструкции правительства105.
Вопрос о Проливах в годы итало-турецкой войне возник и в связи с
разрабатываемой итальянцами дарданелльской операции. Однако планы
итальянцев вызвали крайне негативное отношений европейских стран. От
благожелательного отношения европейских кабинетов ничего не осталось.
Петербург также открыто выступил против итальянских планов, потребовав
от Рим отказа от перенесения военных действий в район Дарданелл. В целом
надо отметить, что ни одна из европейских стран не поддержала намерение
Италии воевать в Эгейском море, а Австро-Венгрия и России открыто
выступили против дарданелльской операции.
В этих условиях итальянское правительство поспешило отречься от
своих планов перенесения в данный момент военных действий в Эгейское
море и проливы. Король Виктор Эммануил заявил румынскому посланнику,
что «никто серьезно о блокаде (проливов) и не помышлял»106.
З.П.Яхимович пишет, что «Сан-Джулиано от имени правительства
заявил европейским дипломатическим представителям, что Италия не
собирается в настоящее время блокировать проливы. При этом он
оговорился, что итальянское правительство не связывает себя никакими
обязательствами на будущее, и просил воздержаться от каких-либо
дипломатических шагов, которые обнаружили бы, что отказ Италии и
операции является вынужденным»107.
Это вполне устраивало Париж и Лондон.
Чернов О.А. Указ. соч. С. 139.
Фишер Л.А. «Денмарш Чарыкова» в 1911 г. … С.107.
106
МОЭИ. Т.19. Ч. 1. № 152. С. 138.
107
Яхимович З.П. Указ. соч. 104.
104
105
51
Таким образом, можно подвести итоги рассмотрения вопроса о
Проливах Босфор и Дарданеллы в годы итало-турецкой войны. Несмотря на
намерение России, пусть и в действиях только отдельных политиков,
попытаться пересмотреть режим в сторону открытия Проливов для русских
военных судов не завершилось успехом в силу противодействия главных
заинтересованных стран в сохранении статус-кво в этом регионе – Англии и
Франции. С другой стороны, Эти же страны и присоединившиеся к ним
Австро-Венгрия и России помешали Италии перенести военные действия в
Эгейское море, что кардинальным образом повлияло бы на вопрос о
Проливах.
52
Глава 3. Политическая и военная борьба за Проливы в годы
Первой мировой войны
3.1. Черноморские проливы в системе внешнеполитических интересов
держав перед Первой мировой войны
Накануне Первой мировой войны ведущие европейские державы
продолжали
корректировать свой внешнеполитический курс на случай
развязывания войны в Европе. Россия стремилась, как и раньше, укрепить
свои позиции на Балканах, с этой целью она делала ставку на сближение с
Сербией и Черногорией с целью противостояния внешнеполитическим
амбициям Австро-Венгрии. Не упускала российская дипломатия из своего
поля зрения и Румынию, стремясь добиться изменения ее политической
ориентации на Центральные державы.
Великобритания и Германия весной 1914 г. по-прежнему представляли
собой два соперничающие стороны. «Однако в 1913 и в первой половине
1914 г. (почти до самого начала войны) усилия британской дипломатии
были направлены на то, чтобы замаскировать остроту англо-германского
антагонизма, — писал В.М. Хвостов.-
В эти годы Англия, во-первых,
заигрывала с Тройственным союзом при определении границ Албании, вовторых, ... вела с Германией переговоры о возобновлении известного
договора 1898 г. о разделе португальских колоний. Наконец, английская
дипломатия перестала чинить Германии препятствия по финансированию
Багдадской дороги»''108.
К началу 1914 г. Петербург начинает рассматривать план заключения с
Англией военного союза, что, мнению российских дипломатов, могло бы
способствовать реальной помощи со стороны англичан в решении морских
108
История дипломатии. Т. 2. С. 774.
53
проблем. Отечественный историк А.В.Игнатьев отмечал, что русская
дипломатия рассчитывала на военную поддержку России и Франции на
случай войны, а в мирное время «консолидация группировки придала бы
большую эффективность ее дипломатическим шагам» 109.
Вопросы о режиме Проливов не сходили с повестки дня дипломатии
всех ведущих игроков «Европейского концерта».. Характеризую германороссийские отношения к началу 1914 г. английский историк А. Тэйлор
писал: «Обе стороны стремились укрепить свои дипломатические позиции.
Но при этом у них были совершенно различные цели. Русские стремились
создать настолько мощный союз с Англией и Францией, чтобы Германия
побоялась начать войну; немцы же хотели бросить вызов России, прежде
чем укрепится враждебный союз, и пока они по-прежнему сохраняли
перевес в отношении военных сил»110.
Обострению отношений между Россией и Германией в контексте
проблем о Проливах во многом способствовала германская миссия в
Турцию. В результате балканских войн Турция заметно ослабила свои
позиции на Балканах. Этим воспользовалась Германия, направив свою
военную миссию во главе генералом Лиманом фон Сандерсом в Стамбул,
что привело к обострению германо-российских отношений. Турецкое
правительство младотурков не препятствовало стремлениям Германии
закрепиться в стране.
Генерал Сандерс был назначен командующим
армейским корпусом, расквартированным в Константинополе. С.Д.Сазонов
писал в своих «Воспоминаниях» по этому поводу: «В Берлине укоренилось
убеждение, что для восстановления престижа Германии на Ближнем
Востоке, потерпевшего
умаления
вследствие ярко обнаруженной
в
балканскую войну неудовлетворительности боевой подготовки турецкой
армии, необходимо было, не теряя времени, приступить к преобразованию
109
110
Игнатьев А.В. Внешняя политика... С. 195
Тэйлор А. Дж. II. Указ. соч. С. 513.
54
инструкторского дела, входившего в обязанности германской военной
миссии, в смысле расширения его до пределов назначения германских
генералов для командования отдельными частями турецкой армии и
офицеров в качестве начальников военных школ, советников в генеральном
штабе, интендантстве и в военно-санитарном управлении, не говоря о тех,
которые продолжали бы свою специально-инструкторскую службу»111.
Задачами миcсии, по мнению Вильгельма II, были следующие:
а)
«германизация
турецкой
армии
путем
направления
и
непосредственного контроля организационной деятельности турецкого
военного министерства;
б) внимательное наблюдение и строгий контроль за политикой других
держав в Турции;
в) поддержание и развитие турецкого военного могущества в Малой
Азии до степени, достаточной для того, чтобы служить противовесом
агрессивным направлениям России» 112.
Действительно, генералу Сандерсну должны были подчиняться все
военные школы, во главе которых турецкое правительство намеревалось
поставить германских инструкторов, а также немецкие советники в
турецком Генеральном штабе, назначенные из числа прибывших с
генералом Лиманом германских офицеров.
Реакция российской стороны не замедлила проявиться. Как только в
конце октября 1913 г. стало известно о назначении генерала Лимана фон
Сандерса главой миссии, из Петербурга сразу же были отправлены ноты
протеста. С.Д.Сазонов
дал понять Берлину, что
«немецкая военная
миссия… не может не вызвать в русском общественном мнении сильного
раздражения, и будет, конечно, истолкована как акт, явно недружелюбный к
нам. В особенности же подчинение турецких войск в Константинополе
111
112
Сазонов С.Д. Указ. соч., С. 58.
Лунева Ю.В. Босфор и Дарданеллы: … С. 176.
55
германскому генералу должно возбудить в нас серьезные опасения и
подозрения»113. Но, несмотря на многочисленные протесты российской
стороны, Германия продолжала проводить свою политику в Турции.
Россия решила привлечь на свою сторону стран Антанты. «В
телеграмме от 25 ноября (8 декабря) 1913 г. министр иностранных дел
Сазонов просил российских послов в Париже и Лондоне выяснить,
насколько французское и английское правительства считают командование
германским офицером корпусом в Константинополе «совместимым с их
интересами, достоинством их представительств, при становлении неравенств
условий в Константинополе». Одновременно Сазонов предложил поставить
вопрос о «соответствующих компенсациях для других держав» в случае,
если дальнейшие настояния России в Берлине не достигнут успеха»114.
Отношение Франции и Англии к назревавшему конфликту было
неоднозначным. Франция интриговала, она опасалась того, что Россия
может убедить Германию перевести миссию в Смирну (Измир), что было
крайне не выгодно французам. Поэтому Франция пошла на то, чтобы
разгласить суть переговоров русских дипломатов в лице Коковцева с
германским МИДом о миссии.
Позиция официального Лондона по отношению к германской
политики определялось рядом обстоятельств, в том числе и тем, что с 1908
г. в Турции располагалась британская военно-морская миссия во главе с
адмиралом, осуществлявшая реорганизацию турецкого флота. В связи с
этим политика Британии отличалась двойственностью.
Политика Германии в Турции непосредственно касалась вопроса о
Проливах и позиций России в этом регионе. Сазонов в связи с этим
отметитл: «Русская политика в отношении Константинополя и проливов
покоилась искони на одном основном положении: сохранение невыгодного
Миссия генерала Лимана фон Сандерса//Тарле Е. Европа в эпоху империализма 1871-1919 гг. //
https://history.wikireading.ru/57615
114
Константинополь и Проливы … Т. 1. С. 59.
113
56
для нас во многих отношениях политического статус-кво или допущение
изменения в нем только при непременном условии полной гарантии наших
неоспоримых прав и жизненных интересов. Всякое среднее решение этого
коренного
вопроса
русской
политики
считалось
у
нас
настолько
недопустимым, что из-за угрозы проливам, с чьей бы то ни было стороны,
Россия сочла бы себя вынужденной отказаться от миролюбивой политики,
которая отвечала насущным потребностям ее государственной жизни и
интересам русского народа»115.
Россия быстро отреагировала на известие о миссии Сандерса. Граф
Пурталес, посол Германии в России, был вызван к министру иностранных
дел С.Д. Сазонов, который заявил ему, что он «не может себе представить,
чтобы в Берлине не отдавали себе отчета в том, что русское правительство
не может относиться безразлично к такому факту, как переход в руки
германских офицеров командования Константинопольским гарнизоном.
Германский канцлер, - продолжал Сазонов, - должен был знать, что если
есть на земном шаре пункт, на котором сосредоточено наше ревнивое
внимание, и где мы не могли допустить никаких изменений, затрагивавших
непосредственно,
наши
жизненные
интересы,
то
этот
пункт
есть
Константинополь, одинаково открывающий и заграждающий нам доступ в
Средиземное море, куда, естественно, тяготеет вся вывозная торговля
нашего юга»116.
В определенной степени усиление Германии на Ближнем Востоке
также затрагивало интересы Лондона и Парижа, и не только военностратегические, но и торговые. В частности, торговля Англия и Франция с
Россией
осуществлялась
за
счет
перевозок
значительной
части
продовольствия из южных российских территорий. В случае осложнения
Сазонов С.Д. Указ. соч. С. 61-62
Мультатули П.В. «Господь да благословит решение мое...»... Император Николай II во главе
действующей
армии
и
заговор
генералов.
СПб.:
Сатисъ,
2002.
С.
349
//http://militera.lib.ru/research/multatuli/index.html
115
116
57
обстановки в районе Проливов это могло привести к прекращению вывоза
товаров.
В течение ноября-декабря 1913 г. велись активные переговоры между
членами Антанты о разрешении конфликта. Сазонов велел переговоры с
Парижем
и
компромисса
Лондоном,
с
Константинополе
«предлагая
Берлином
с
в
случае
предпринять
указанием,
что
неудачи
совместные
уступки,
достижения
действия
сделанные
в
Германии,
выдвигают вопрос о равноценных компенсациях по отношению к другим
державам»117.
Лондон предложил вариант решения вопроса о германской миссии,
который нашел выражение в декларации. Суть требования трех держав
сводилась к следующему: «Тот факт, что германскому генералу будет
поручено командование турецким армейским корпусом в Константинополе,
создаст таковому положение, которое до сих пор не занимал ни один
иностранный офицер, будь то немецкий или какой-либо другой. Благодаря
этому весь дипломатический корпус окажется во власти Германии (а также и
ключи от Проливов окажутся в руках немцев). Кроме того, германский
генерал будет иметь возможность принимать военные меры, несовместимые
с суверенными правами султана. Сразу же погибнет действительная
гарантия целостности Оттоманской империи, состоящая в равновесии
держав. Если Германия займет в Константинополе подобное положение, то и
другие державы окажутся вынужденными обеспечить свои интересы в
Турции и заявить аналогичные требования, в которых Блистательная Порта
не сможет справедливо отказать»118.
В результате
переговоров
Англия, Франция и Россия пришли к
решению предпринять демарш в Стамбуле. Во время подготовке к такой
акции российская сторона обратилась к своим союзникам с пробой
117
118
Сазонов С.Д. Указ. соч. С. 62.
Цит. по: Лунева Ю.В. Босфор и Дарданеллы… С. 185-186.
58
приостановить подготовку, т.к. Россия «находится в дружеских переговорах
с германским правительством»119. Впоследствии Сазонов сожалел о таком
решении российской стороны.
4 (17) декабря 1913 г. генерал Лиман фон Сандерс был назначен
инспектором военных школ, членом военного совета и командующим 1-м
армейским корпусом в Константинополе. В связи с этим в Петербурге было
принято решение вернуться к прежнему плану действий. Убедившись в
бесполезности дальнейших «дружественных переговоров» с Берлином,
Сазонов 7 декабря телеграфировал в Париж и Лондон: «Признаем
желательным безотлагательное обращение к Порте трех послов с
одинаковой
нотой,
составленной
на
основании
английского
предложения»120.
Последующие переговоры между Россией, Францией и Англией
показали, что каждая из сторон придерживалась собственных интересов. И
если Франция еще готова была поддерживать инициативы российской
стороны, то Лондон пересматривал свои позиции.
7 (20) декабря 1913 г. Россия предложила следующую ноту:
«Поручение командования корпусом турецкой армии в Константинополе
германскому генералу дало бы последнему положение, какое ни один
иностранный офицер германской или какой-либо другой державы до сего
времени никогда еще не занимал в Константинополе. Таким образом, весь
дипломатический корпус оказался бы во власти Германии. Кроме того,
германский генерал мог бы принимать военные меры, которые могли бы
нанести ущерб власти султана. Действительная гарантия целостности
Османской империи, заключающаяся в равновесии держав, исчезла бы
сразу. В самом деле, если бы Германия достигла такого преобладающего
положения в Константинополе, другие державы были бы поставлены перед
119
120
Там же. С. 186.
Там же. С. 187.
59
необходимостью охранять свои интересы в Турции»121.
Российские дипломаты понимали, что, даже выступая вместе с
Францией, они нуждались в поддержке англичан. Однако позиция Лондона к
этому
времени
характеризовалась
свое
иностранных дел Британии Э. Грей
умеренностью.
Министр
считал, что представление в
Константинополе должно было быть сделано устно, в форме запроса,
каждым послом в отдельности.
Позиция Лондона огорчила Сазонова.
Российской стороной также
рассматривался вариант того, что демарш трех держав мог быть
безрезультатным, и тогда можно было прибегнуть к другим шагам, в
частности
к
проведению
финансового
бойкота
и
отозванию
из
Константинополя послов трех держав. Эта инициативы российской стороны
нашла поддержку у французов. Посол России во Франции Извольский
сообщал в Петербург 15/2 января 1914 г., что предложения российской
стороны
о «совместных шагах в Константинополе были приняты здесь
тотчас и без всяких возражений»122. Хотя представители французского
правительства и высказывали определенные сомнения по ряду пунктом
российской ноты.
«30 ноября (13 декабря) послы России, Англии и Франции, каждый в
отдельности, сделали Порте устный запрос, предложенный Греем»123.
Однако великий визирь
отверг предложенный послами компромисс
решения вопроса о германской миссии, уверенный в поддержке со стороны
Берлина. А 14 (27) декабря Лиман фон Сандерс вместе с десятью офицерами
приехал в Константинополь, где через несколько дней приступил к
исполнению своих обязанностей как командующий 1-м армейским
корпусом.
Цит. по: Там же. С. 188.
МОЭИ. 3 серия. Т.1 С. 17.
123
Лунева В.А. Босфор и Дарданеллы:… С.187.
121
122
60
Россия не могла допустить, чтобы Германия установила контроль над
Проливами и завладела «ключами от дверей».
Историк Г. Хальгартен
считал, что «внутреннее развитие России должно было привести к усилению
ее контроля над Проливами, независимо оттого, укрепилась Германия в
Стамбуле или нет; однако этим, конечно, не сказано, что дело дошло бы до
европейской войны и в том случае, если бы Германия не протянула руки к
Проливам»124.
14 (27) января 1914 г. Лиман фон Сандерс был произведен в генералы
от кавалерии германской службы. А на следующий день он был произведен
Портой в турецкие маршалы, что означало оставление им командования 1-м
корпусом. Таким образом, вопрос о военной миссии Лимана фон Сандерса
фактически был закрыт. Россия согласилась на такое решение вопроса.
Но уступка, сделанная Берлином, по существу ничего не меняла в
положении германской военной миссии в Константинополе. Миссии
принадлежа не последняя роль в Турции, позиции Германии в этом районе
Балкан заметно окрепли.
Становилось очевидным, что Германия успешно здесь начинает
заменять слабеющую Турцию. Сазонов в своих «Воспоминаниях» так
комментировал результаты переговоров о германской военной миссии: «Со
дня захвата Германией власти в Константинополе Россия начала чувствовать
себя если не под прямой угрозой со стороны соседней империи, потому что
для такой угрозы материальная сила, которой Германия располагала в
Турции, была недостаточна, то, во всяком случае, в положении угрожаемом
вследствие возможности при всегда вероятных политических смутах на
Ближнем Востоке создания такого положения, при котором были бы
сметены последние остатки турецкой власти над проливами. … Грозные
симптомы приближающегося разложения Турции, наперед учитанного и уже
124
Хальгартен Г. Указ. соч.. С. 628.
61
использованного
германским
империализмом
в
собственных
видах,
вынуждали русскую дипломатию заняться обсуждением тех мер, к которым
Россия могла быть вынужденной прибегнуть во всякую минуту для защиты
своих интересов»125.
В этих условиях роль Проливов для России резко возрастала. Одним
из решений вопроса был бы прямой захват проливов русским десантом.
Поэтому император Николай II поручил министерству иностранных дел и
главному
военно-морскому
командованию
вплотную
заняться
этим
вопросом.
8 февраля 1914 г. в Петербурге под председательством Сазонова
состоялось Особое совещание по вопросу о Черноморских проливах 126. В
нем
приняли
участие
военные
и
морские
министры,
начальники
Генеральных штабов — военного и морского, представители МИД. На
совещании ставился важнейший вопрос: если начнется война, способна ли
будет России захватить Проливы. В случае положительного решения
вопроса, предполагалось разработать план наступления русских военных сил
в районе Проливов.
Министр
иностранных
прогнозами: «В связи
нельзя
в
с
дел
открыл
изменением
совещание
тревожными
политической
обстановки,
не предусмотреть возможность наступления, быть может даже
близком
будущем, событий, которые коренным образом изменят
международное положение Константинопольских проливов, и поэтому
необходимо совместно выработать программу действий, направленных к
обеспечению благоприятного нам разрешения исторического вопроса о
Проливах»127. Сазонов считал, что помимо действий морских сил по захвату
Сазонов С.Д. Указ. соч. С. 62.
Россия и Черноморские проливы... С.302-303,
127
Из журнала Особого совещания 8 (21) февраля 1914 г.//Козлов Д.Ю. Нарушение морских коммуникаций:
Проблемы и пути их решения по опыту действий российского флота в первой мировой войне (1914-1917гг.).
Приложения диссертации на соиск. учен. степ. д.и.н. М., 2015. Приложение №10. С. 36-37.//
ens.mil.ru/files/morf/military/files/Dissertaciya_Kozlova_prilozhenie.pdf
125
126
62
Проливов, может быть также произведена и десантная операция. Министр
изложил необходимые меры для ее осуществления в пяти пунктах.
1) ускорение мобилизации достаточного в численном отношении
десантного корпуса;
2) оборудование потребных для этого путей сообщения;
3) увеличение
российских
транспортных
средств
до
размеров,
отвечающих потребностям десантной операции;
4) приведение Черноморского флота в положение, при котором он
превосходил бы силы оттоманского флота и мог бы совместно с армией
выполнить задачу прорыва через Проливы для их временного или
постоянного занятия, если это потребуется;
5) был
поставлен
«вопрос
об
осуществлении
так
называемой
перевальной железной дороги на Кавказе, который не может быть отделен
от других мер по усилению средств обороны в бассейне Черною моря и на
границах Турции»128.
В практическом плане реализация операции по захвату Проливов была
трудно выполнимой. Начальник Генерального штаба прежде всего указал на
то, что для завладения Проливами необходимо довольно значительное число
войск,
которое
определится
в
зависимости
от
политической
и
стратегической обстановки при проведении операции. По его подсчету это
потребовало бы пять корпусов.
Действия на море в районе Проливов во многом были взаимосвязаны с
действиями на западном фронте. Опасность существовала в том, что
Проливы могли быть захвачены и другими флотами и армиями, в то время
когда русские военные силы были бы заняты на западном фронте. Генерал
Жилинский и сам Сазонов считали, что проведение десантной операции в
отношении Проливов могло быть результативное только в условиях войны
в Европе. «Я помню, — вспоминал Сазонов, — под каким безотрадным
128
Там же.
63
впечатлением нашей полной военной неподготовленности я вышел из этого
совещания. Я вынес из него убеждение, что, если мы и были способны
предвидеть события, то предотвратить их не были в состоянии. Между
определением цели и ее достижением у нас лежала целая бездна. Это было
величайшим несчастьем России»129.
Таким образом, участники Особого совещания сделали вывод, что
отправка экспедиционного корпуса к Проливам могла быть возможна только
в условиях мировой войны, а в этом случае требовалось использовать все
войска на западном фронте против Германии и Австрии. А следовательно, о
никаких сепаратных действиях не могло быть и речи, но необходимо вести
соответствующие приготовления. Поэтому не следует предпринимать
никакой сепаратной десантной экспедиции. Но для нее должны "быть
сделаны заранее все приготовления». В «Плане операций Черноморского
флота на l914г.» признавалось, что «Россия, не усилив своей армии
параллельна с усилением в 1913 г. германской и австрийской армии, не имея
на Черном море ни сильного флота, ни достаточных средств для перевозки
крупного десанта, также боясь внутренних потрясений, сама войны не
начнет. Таким образом, на Черном
море в 1914 г. война может быть
наступательная только со стороны Турции, при обороне со стороны России
... Для России занятие Константинополя и проливов решало бы весь
многовековый ближневосточный вопрос, но не имея на это, по крайней мере
в начале войны, сил, Россия в 1914 г. принуждена ставить себе целью только
оборону своих границ», - констатировал историк К.Ф.Шацилло.130
Изучая протоколы Особого совещания, американский исследователь
С. Фей пришел к выводу, что «Сазонов имел в виду насильственный захват
проливов, но военные специалисты считали этот план нецелесообразным;
они хотели сохранить войска неприкосновенными для применения их на
129
130
Сазонов С.Д. Указ. соч. С. 62.
Шацилло К.Ф. От Портсмутского мира к первой мировой войне. М., 2000. С. 200 -201.
64
главном театре военных действий против Германии и Австрии. Но все
единодушно согласились на том положении, что Россия не может отдать
Проливы в руки какой-нибудь другой державы. Поэтому должны быть
предприняты полностью подготовительные меры для десантной экспедиции
к Проливам в случае, если европейские осложнения подадут к этому повод.
Возможность таких осложнений допускалась в будущем, но не ожидалась в
данный момент»131.
Таким образом, накануне Первой мировой войны проблемы Проливов
вновь была в центре внимания европейской дипломатии. Стремление
Германии укрепится на Турции и на Ближнем Востоке вызвало опасение у
ведущих стран Антанты, что контроль за Проливами может перейти из рук
слабеющей Османской империи под влияние набирающей мощь Германской
империи. Однако все дипломатические маневры России при определенной
поддержки Парижа и Лондона завершились незначительным успехом.
Вопрос о Проливах по-прежнему оставался открытым.
3.2 Переговоры России и Великобритании о заключение военноморской конвенции весной 1914 г.
Накануне Первой мировой войны рассматривался вопрос о более
тесном сотрудничестве с Англией. В сближении двух стран была
заинтересована и Франция. В конце апреля министр иностранных дел
Э.Грей сопровождал короля
Георга V в Париж. Получив согласие
С.Д.Сазонова на посредничество между Лондоном и Петербургом, французы
решили использовать предоставляемый им шанс для зондирования почты. В
Париже президент Пуанкаре и министр иностранных дел Думерг стали
убеждать Грея установить более близкие отношения с Россией. Грей
согласился обсудить с Россией вопрос о заключении секретной военно-
131
Фей С. Происхождение мировой войны. Т. 1. М., 1934.. С. 371.
65
морской конвенции. Сазонов выразил пожелание дополнить морскую
конвенцию условным политическим соглашением по образцу писем,
которыми обменялись Грей и Камбон132.
Необходимо отметить, что все же
Великобритания не выказывала
особого расположения идеи сближения с Россией. Российский посол в
Лондоне Бенрекдорф писал в Петербург в начале мая 1914 г, что осторожная
политика англичан объяснялась тем, что «открытый союз, как бы осторожен
он ни был, встретит в Англии, в первую очередь в либеральной партии, да
не только у нее, настолько сильную и открытую оппозицию, что большая
часть предусмотренных
союзом политических результатов окажется
парализованной»133. В другом своем сообщении он замечал, что Англия не
хотела связывать себя какими-то обязательствами с другими державами на
континенте, так как она считала, что тогда ее политика станет более
зависимой и менее плодотворной. «С другой стороны, она не усматривает в
этом необходимости. Грей обещал поддержать проект о соглашении с
Россией, предложенный французским кабинетом. Это значит: предвидеть
войну - да, вступить в союз - нет»134.
6 мая (23 апреля) 1914 г. в российском МИДе становится известно о
том немецкая фирма из Гамбурга «Блом унд Фосс» «предлагала Турции
приобрести крейсер, строящийся на ее верфях для германского флота». Три
месяца ранее Стамбул обратился с этой фирме с предложением купить
круйсер, но покупка так и не состоялась135.
7мая (24 апреля) 1914г. посол России во Франции Извольский сообщал
Сазонову, что он у него есть сведения о строящихся в последнее время в
этой стране
судах для турецкого военного флота136. Безусловно, эта
неприятная информация
сильно встревожила главу российского МИДа
МОЭИ. Сер.З.Т.1.
Там же. Серия 3. Т. 2. С. 465.
134
Там же. С 471.
135
Там же. С. 478.
136
Там же. С. 510.
132
133
66
Сазонова, поскольку усиление турецкого флота было не в интересах России.
Россия искала варианты укрепление своих морских позиций
на
Черном море. И в этом ей могла помочь Англия. у которой она могла
приобрести корабли. Еще в конце апреля 1914 г. Сазонов писал российскому
послу в Лондоне Бенкендорфу, что «…Утрата господства на Черном море
может иметь для нас роковые последствия, а потому, разумеется, нельзя
спокойно относиться к дальнейшему и притом столь быстрому развитию
Оттоманских морских сил. Конечно, и с нашей стороны, - продолжал он, принимаются меры к усилению черноморского флота, но, как известно, мы в
этом отношении поставлены в неравные с Турцией условия; так, благодаря
существующим стеснительным правилам о Проливах мы принуждены
строить суда на месте, тогда как Турция, приобретая корабли за границей,
может беспрепятственно вводить их в Черное море»137. «Поскольку Россия
не имела возможности обеспечить достаточную оборону своего южного
побережья, это могло, при условии усиления турецкого флота, привести к
пересмотру вопроса о режиме Проливов. «Но искренне стремясь избежать
всяких поводов к осложнению на почве восточного вопроса, мы желали бы
сохранить подобающее нам положение на Черном море, не прибегая к мерам
чрезвычайным», - заключал министр138.
Необходимо заметить, что европейская военная промышленность
постаралась использовать стремление России усилить свой флот в своих
интересах.
«Капитал
почти
всех национальностей был в финансовом
отношении заинтересован в русском наступлении на Проливы, - писал
Дж.
Хальгартен,
-
возможность
которого
как
раз
приблизилась
непосредственным образом благодаря ревностной деятельности военноморского министра и его помощника капитана Немитца из русского
137
138
Там же. С. 715.
Там же.
67
адмиралтейства"139. Виккерс особое внимание уделял российскому флоту, и,
как писал Хальгартен,
взятку
за передачу
военно-морской
«Виккерсу»
флота. «Учитывая взрывную
предприятия,
министр
Григорович
гигантских заказов
силу
подобного
получил
на строительство
международного
не приходится удивляться тому, что доверенное лицо этой
группировки в правительстве военно-морской министр Григорович играл
роль подстрекателя, стараясь склонить своих коллег к агрессивной политике
в отношении
строившимся
Проливов;
на
под нажимом этого министра к трем уже
черноморских
верфях
дредноутам
был
добавлен
четвертый, помимо двух бронированных крейсеров, равно как
Миноносцев и подводных лодок. Из дополнительных кредитов в 5
миллионов 200 тысяч рублей, которые российский совет министров
ассигновал сверх официальной программы строительства флота, согласно
которой было предусмотрено истратить в 1914 году 220,3 миллиона марок,
несомненно, часть получил российский военно-морской министр, другая
часть в свою очередь попала в карманы международных концернов, а
именно германо-франко-англо-австрийского концерна «Уайтхид»»140.
13/26 мая на совещании у начальника морского Генерального штаба
А.А. Ливена с участием представителей МИД обсуждался вопрос о
возможных переговорах с англичанами о заключении соглашения между
российской и британской сторонами при участи Франции. Признавалось,
«что морское соглашение наше с Англией должно, подобно франко-русской
морской конвенции, иметь в виду согласованные, но раздельные действия
наших и английских морских сил».141
Россия хотела от Британии больше, чем та могла ей дать. «Было бы
желательно
также получить согласие Англии на то, чтобы наши суда
могли пользоваться в качестве базы английскими портами в восточной части
Хальгартен Г. Указ. соч. С. 633.
Там же. С. 634-635.
141
История дипломатии… С.718.
139
140
68
Средиземного моря, подобно тому, как Франция в силу морской конвенции,
предоставила нам право базироваться на ее порты в западной части этого
моря»142.
Черноморские проливы по-прежнему оставались в центре внимания
российской дипломатии. В частности, Россию волновал неразрешенный
спор о разделе островов Эгейского моря. 10 июня (28 мая) Гирс сообщал из
Константинополя в Петербург, что «вполне
военного
агента
на
значение
разделяет
взгляд
нашего
островов, расположенных перед
Дарданеллами, — взгляд, получивший подтверждение и из других
источников, в том числе со стороны нашего морского агента»143. К депеше
была приложена копия с секретного донесения в Генеральный штаб
военного агента в Константинополе генерал-квартирмейстер Генерального
штаба от 5 июня 23 мая 1914 г. «При выходе из Дарданелл в Эгейское море,
- говорится, между прочим, в этом донесении, - с полной рельефностью
обрисовалось громадное значение, которое могут получить острова Тенедос,
Имброс и Минос для обороны Проливов. Уступка этих островов или хотя бы
одного из них грекам поставит турок или возможных их наследников в
крайне трудное положение, заставив опасаться
выступлений
против
Дарданелл
вопросу об острове Лемносе
с
тех
или
иных
минимального расстояния»144. По
военный агент соглашался с мнением
лейтенанта Щеглова: «Англичане отлично сознают, что владеющий
Лемносом владеет Дарданеллами» и делал вывод: «Не в наших интересах
передавать означенный остров грекам, если мы только не отказались
окончательно от надежды рано или поздно стать твердой ногой в
районе Поливов. Этот вопрос слишком острый и важный и находится в
тесной связи с отношениями Англии к нам в этой части Средиземного
Там же.
МОЭИ. Серия 3. Т. 3. С. 244.
144
Там же.
142
143
69
моря»145.
Стремление Петербурга сблизиться с Англией не сильно интересовала
англичан. Они не считали, что заключив в 1912 г. военно-морское
соглашение с Францией, они взяли на себя большие обязательства. Поэтому
они с настороженностью рассматривали перспективу сближение с Россией.
Своими действиями они скорее успокаивали французов, чем вступали с
русскими в серьезные отношения.
Все же английская сторона дала согласие на ведение переговоров,
которые «должны были вестись в Лондоне между первым лордом
Адмиралтейства принцем Луи Баттенбергским и русским морским агентом
капитаном 1-го ранга флигель-адъютантом Н. А. Волковым при участии
французского морского атташе. Грей считал, что переговоры с Россией
должны касаться только вопроса о сотрудничестве флотов»146. О ходе
переговоров Волков должен был сообщать Бенкендорфу и во всех
необходимых случаях обращаться к нему за содействием.
5- 6 июня (23-24 мая) представитель России - морской агент капитан 1го ранга флигель-адъютант Н.А. Волков впервые встретился с принцем
Людовиком Баттенбергским. Британское правительство не торопилось с
заключением военно-морской конвенции. Баттенберг предложил отложить
переговоры до конца лета. В августе принц собирался с родственным
визитом в Россию и намеревался вести основные переговоры с русским
морским министром и начальником морского Генштаба в России. В Англии
рассчитывали, что поездка принца в Россию не возбудит ни особого
внимания в печати, ни подозрительности иностранных правительств
благодаря близким отношениям между ним и императрицей (Людовик
Баттенбергский был женат на старшей сестре императрицы Александры
Федоровны). Волкову принц пообещал обменяться с ним мнениями перед
145
146
Там же.
Там же. С. 8.
70
своим отъездом.
В
июне
1914г.
британское
правительство
наконец
достигло
соглашения с Германией по Багдадской железной дороге, а французы
заключили
такое соглашение в феврале. «Казалось, что в важнейшем
вопросе -
об Азиатской Турции - Англия и Франция приняли сторону
Германии
против
России.
У
русских
были
все
основания
быть
недовольными их позицией», - писал А.Тэйлор147. Англия как всегда
интриговала. Она затягивала переговоры, преследуя собственные интересы,
и не хотела связывать себя серьезными обязательствами в чье-либо сторону.
Ситуация
напряженной.
в
районе
Отношения
Проливов
Турции
оставалась
и
Греции
в
это
были
достаточно
далеки
от
удовлетворительных. В самой Турции обстановка была неспокойной. Россия
опасалась, что все может привести к обострению ситуации в районе
Проливов, о чем неоднократно предупреждало российское посольство в
Константинополе турецкое правительство. «Возбуждение, возникшее в
некоторых областях Оттоманской империи, - писал Сазонов товарищу
министра иностранных дел Нератову 17(4) июня, - увеличило эту опасность,
что уже отразилось на нашей морской торговле. После значительных
убытков, понесенных ею в прошлом году, вследствие кратковременного
закрытия проливов, эта торговля имеет основание опасаться возобновления
подобных событий и испытывает поэтому живейшее беспокойство»148.
Российское правительство считало нужным обратить серьезное внимание
Порты на затруднения, которые испытала бы Россия, «если Турция пожелает
принять в Проливах такие меры, которые стеснят торговлю и нанесут столь
существенный удар интересам России»149.
В конце июня переговоры Волкова с британским Адмиралтейством
возобновились. «Первым их результатом явилось сообщение принцем
Тэйлор А. Указ. соч. - С. 520
МОЭИ Серия З. Т.З. С. 340
149
Там же.
147
148
71
Баттенбергским сведений о предполагаемых действиях английского флота и
об англо-французском морском сотрудничестве в случае войны. Перечень
этих сведений был переслан с экспедицией в Петербург. Они создавали
ясную, хотя и общую картину намечаемого сотрудничества Англии и
Франции на море, содержали некоторые важные военно-политические
прогнозы. Вместе с тем из сообщения следовало, что королевский флот не
сможет на начальном этапе войны предпринять
активные
действия
против Германии вследствие занятости его другими операциями»150.
Переговоры шли тяжело, к концу июня они «так и не сдвинулись с
места: англо-русский союз не был заключен, не появилось даже малейшей
уверенности в том, что англо-русские разногласия в Персии удастся
ликвидировать», — писал А. Тэйлор151. 26 июня Бьюкенен отправил
сообщение в Петербург о своей встречи с Э.Греем. Английский министр
иностранных дел передал содержание своей беседы с германским послом.
Из этой беседы следовало, что английская сторона отвергает наличие
военно-морского союза с Россией, и что в течение пяти лет никакие
переговоры о Проливах не велись, хотя и не скрывалось, что отношения
между тремя правительствами (Англии, Франции и России), достаточное
тесные152.
Наступил июльский кризис, и Англия не могла больше затягивать
переговоры. «Отношение Англии к военно-политическим переговорам с
Россией становилось показателем ее готовности поддержать партнера в
случае войны. Для русского правительства своевременное вступление
Англии в схватку представлялось настолько важным, что все другие
проблемы, включая разногласия по конкретным вопросам военно-морского
сотрудничества и противоречия в зависимых странах, отходили на второй
Цит. по: Игнатьев А.В. Указ. соч. С. 208.
Тэйлор А. Указ. соч. С. 521
152
МОЭИ. Серия З. Т.3. С. 427.
150
151
72
план»,153 - писал отечественный историк А.В.Игнатьев. Необходимо
отметить, что, несмотря на незавершенность переговоров о заключении
англо-российского
морского
соглашения,
переговоры
двух
стран
способствовали укреплению Антанты накануне приближающейся войны.
Вплоть до начала мировой войны русские власти ничего реального не
сделали для подготовки десанта в Проливах. Немногое было сделано и для
развития Черноморского флота, перед которым стояла задача не только
оборонять побережье империи, но и добиться господства на море для
высадки и защиты десанта от возможного нападения турецкого флота.
В разгар июльского кризиса 1914г. Россия прекрасно понимала, что
решить теперь мирным путем вопрос о Проливах невозможно, тем более без
поддержки со стороны союзников по Антанте. Одной из основных причин
вступления России в первую мировую войну явилось достижение
важнейшей цели - Константинополь и Проливы.
3.3. Босфор и Дарданеллы в политических курсах стран Антанты в
годы Первой мировой войны.
Первая мировая война началась 1 августа 1914 г. объявлением войны
Германии России. Освещение военных действий не является предметом
исследования данной работы. В связи с этим основное внимание будет
уделено рассмотрению вопроса о Проливах в контексте взаимоотношений
стран-участниц Антанты.
Несмотря на то, что все важнейшие события войны были связаны с
действием сухопутных армий, военно-морские баталии сыграли также свою
роль в истории Первой мировой войны. Вопрос о Проливах приобрел новое
153
Игнатьев А.В. Указ. соч. С.208.
73
звучание в военные годы.
В августе 1914 года Россия и Англия заключили союзный договор,
который обязывал обе державы к согласованию планов будущего передела
мира. Этот договор заключался в развале
Германии и раздела
контролируемых ею территорий. Вся сложность вопроса сводилась к
получению согласия союзник на признания права России на свои владения в
районе Константинополя и на Проливы. Чтобы добиться признания русских
требований в отношении проливов, С.Д. Сазонов «осознавал, что…должен
предложить какую-либо компенсацию». В своих воспоминаниях он писал о
том, что несмотря на получение Царьграда в качестве «дара» от короля
Георга, «у меня сложилось мнение, что предъявленные нам требования об
обладании этим городом вносят большие затруднения в разрешение вопроса
о проливах…»154 .
Как пишет отечественный историки В.Б.Миронов: «С началом войны
германский флот развернул крейсерские действия по всему Мировому
океану, что, однако, не привело к существенному нарушению торгового
судоходства противников. Тем не менее для борьбы с германскими
рейдерами была отвлечена часть флота стран Антанты»155. Уже 10 августа
1914 года два германских военных корабля — новый тяжелый крейсер
«Гебен» водоизмещением в 23000 тонн и легкий крейсер «Бреслау»
водоизмещением 4500 тонн, преследуемые английской эскадрой, вошли с
согласия турецкого военного министра Энвер - паши в Стамбул. К этому
времени Турция, хотя и заключила союзный договор с Германией и
объявила о мобилизации вооруженных сил, но в войну еще не вступала.
Правительство Турции, по договоренности с Берлином, заявило, что
крейсеры «Гебен» и «Бреслау» были им куплены у Германии и доставлены
германскими моряками в Стамбул. Кораблям дали турецкие названия,
154
155
Сазонов С.Д.. Указ. соч. С.245, 249, 250.
Миронов В.Б. Первая мировая война. Борьба миров. М., 2014.С. 133.
74
подняли на них турецкие флаги, а немецкие команды одели в турецкую
форму.
Осенью
Франции
1914 г. обстановка на западном фронте для Англии и
складывалась
неудачно.
Англо-французские
войска
явно
проигрывали. К 1 октября 1914 г. они отошли к Антверпену. Требовалось
участие русских войск против германской армии на восточном фронте.
Российская дипломатия, несмотря на сложную обстановку на западной
фронте. Не стремилась обострять отношения с Турцией. Она была
заинтересована в сохранении турецкого нейтралитета. Так, 29 августа
министр иностранных дел Сазонов писал командующему российским
флотом на Черном море Эбергарду следующее: «Сложность задач на
европейском театре военных действий побуждает нас сделать все возможное
для предотвращения столкновения с Турцией, которое отвлекло бы часть
наших сил и могло бы захватить весь балканский полуостров, препятствуя
совместных с нами действиям Сербии против Австрии»156. На совещании в
МИД 10 сентября с участием начальника МГШ вице-адмирала А.И. Русина
Сазонов даже высказался в том плане, что «в случае появления турецкого
флота в Черном море нашему флоту следует, во избежание возможных при
встрече
двух
флотов
недоразумений,
временно
не
выходить
из
Севастополя»157.
Однако именно в это время в октябре 1914 года турки устроили
провокацию в Чёрном море, обстреляв российские порты. 28 октября 1914
года крейсеры «Гебен» и «Бреслау», сопровождаемые турецкими кораблями,
совершили нападение на Одессу, Севастополь и Феодосию. Один русский
военный
корабль
был
потоплен.
Среди
мирного населения были
жертвы.
2 ноября 1914 года в составе Центральных держав Турция начала
156
157
МОЭИ. Серия 3. Т. 6. Ч. 1. С. 236.
Россия и Черноморские проливы,/ Под ред. Л.Н.Нежинского, А.В.Игнатьева. М., 1999. С. 310
75
военные действия против России. В ответ на нападение Россия объявила 2
ноября войну Турции. Содержание царского Манифеста об объявлении
войны Турции не оставляли сомнения в задачах российской дипломатии в
регионе Черного моря. В Манифесте отмечалось, что «безрассудное
вмешательство Турции в военные действия только ускорит роковой для нее
ход событий и откроет России путь к разрешению завещанных ей предками
исторических задач на берегах Черного моря»158. На следующий день войну
Турции объявили Англия и Франция.
К войне с Турцией Россия была не готова. Часть русских войск с
Кавказа уже была переброшена на германский фронт. Ставка намеревалась
двинуть российские войска через Персию в тыл турецкой армии и, таким
образом, взять в клещи турецкие соединения, сражавшиеся на Кавказе.
Лондон и Париж были обеспокоены сложившейся обстановкой.
В
Лондоне опасались и ослабления военных операций России на германском
фронте и усиления ее военных позиций в Персии. В связи с эти британское
правительство пошло на значительные уступки российским интересам —
предложило по своей инициативе царскому правительству Черноморские
проливы после победоносного завершения войны. Однако сделало это в
весьма неопределенной форме. 9 ноября 1914 г. британский министр
иностранных дел Э.Грей заявил русскому послу в Лондоне Бенкендорфу,
что "если Германия будет раздавлена, судьба Проливов и Константинополя
не может быть решена на этот раз иначе, как сообразно с выгодами
России".159 Через пять дней, 14 ноября, в памятной записке посольства
Великобритании в Петрограде‫٭‬, переданной министру иностранных дел
С.Д.Сазонову, выдвигается вопрос о разделе Турции и передаче России
Черноморских проливов. "Поведение турецкого правительства, - говорилось
в документе, - сделало неизбежным решение турецкого вопроса во всем его
Там же.
МОЭИ. Серия 3. T.6. Ч. 2, № 484. С. 45.
‫٭‬С началом войны Петербург был переименован в Петроград.
158
159
76
объеме, включая вопрос о Проливах и Константинополе, в согласии с
Россией". При этом британская дипломатия изложила два условия: первое русские войска не должны нарушать границу с Персией, и второе - русские
армии должны сражаться на германском фронте до полной победы над
Германией, "даже рискуя в данный момент остаться в более или менее
оборонительном положении по отношению к Турции"160.
Выступив с таким заявлением, английская дипломатия хотела
заручиться согласием России на захват Египта. Российский посол в Лондоне
А.К. Беккендорф сообщал 15 ноября в России, что английский кабинет
считает, что «… ввиду вероятности возникновения военных действия между
Англией и Турцией
правительство его величества полагало, что в таком
случае было бы логично и необходимо заменить в Египте сюзеренитет
султана английским протекторатом»161. Россия ничего не оставалось ничего
как пойти на уступки.
В конце 1914 года обстановка на Кавказе для русской армии стала
складываться неблагоприятно. 31 декабря верховный главнокомандующий
русской армии великий князь Николай Николаевич обратился к союзникам с
просьбой предпринять операцию, которая бы отвлекла силы Турции с
кавказского фронта. При этом переговоры в начале 2015 г. между Англией,
Францией и Россией о Проливах продолжались, хотя шли с переменным
успехом. В интересах западных союзников не было намерение давать России
прочно овладеть Проливами. Британия не могла игнорировать эту
проблемы, хотя сделать выбор в пользу России ей было крайне трудно. «В
конечном счете, Лондон начал склоняться к мысли, что требование России
получить Проливы следует удовлетворить, а взамен Британия сможет
потребовать другие части Оттоманской империи. Военный министр Англии
Д.Ллойд Джордж поддержал устремления России: «Русские настолько
160
161
МОЭИ. Серия 3 Т.6. Ч. 2, № 511. С.79.
Там же. № 533. С. 100.
77
стремятся овладеть Константинополем, что будут щедры в отношении
уступок во всех прочих местах»162.
Памятная
записка
посольства
Великобритании в России российскому министру иностранных дел С. Д.
Сазонову
12 марта 2015 г. сообщалось, что британское правительство
готово дать необходимые гарантии относительно Константинополя при
условии установления там свободы прохода для всех торговых кораблей и
транзитных товаров, перевозимых из нерусских государств, прилегающих к
Черному морю. Помимо этого Россия должна была обещать оказать все
возможное влияние, чтобы стимулировать вступление в войну Румынии и
Болгарии163.
20 марта 1915 г. британское правительство дало согласие Петрограду
на решение вопроса о Проливах в интересах российской стороны.
Британский кабинет «соглашался на аннексию Россией Константинополя,
владение Босфором и Дарданеллами, половиной турецких владений в
Европе в ответ на российское согласие на любой желательный Лондону
вариант раздела оттоманских владений»164. Это согласие
английской
стороны было очень серьезным шагом в решении вопроса Проливах и могло
сыграть важнейшую роль в удовлетворении российских интересов в регионе
Черного моря. Но англичане оставались верны себе, и не оставляли надежды
разгромить Германию, используя балканский плацдарм, сохранив свободу
рук от России в районе Проливов. С этой целью был разработан план
высадки британского десанта в районе Дарданелл.
Положение союзных войск на западном фронте в 1915 г. было
довольно сложным. И британское Адмиралтейство предприняло шаги для
активизации военных действий.
Военно-морским министром в британском кабинете Уинстоном
Черчиллем
был выдвинул план захвата британским флотом Дарданелл
Уткин А.И. Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне. Смоленск, 2000. С.29.
Константинополь и проливы… Т. 1. С. 275.
164
Там же. С.284-285.
162
163
78
и бомбардировки Константинополя. По его мнению, это заставило бы
Турцию выйти из войны. Военный министр Китченер и адмиралы
флота скептически отнеслись к этому плану Черчилля и полагали, что для
проведения подобной операции потребуются войска. Военно-морскому
министру не хотелось делить с кем-либо славу, на которую он надеялся, и
ему удалось добиться одобрения его плана Военным советом Англии.
Причем, Черчилль хотел представать действия англичан как стремление
помочь России в сложной для нее военной обстановке на кавказской фронте.
Этому
утверждению
У.Черчилля
находится
опровержение,
которое
содержится в словах его ближайшего соратника по военным операциям в
Дарданеллах генерала Колвелла: «Мистер Черчилль, - заявляет он, - мечтал с
самого начала (войны) об атаке на Дарданеллы … . Он очень хотел любым
путем попасть в Константинополь … . При этих условиях призыв России о
помощи в начале 1915 г. явился скорее поводом, нежели причиной для
выполнения плана, который вынашивался с первых дней войны»165.
Наиболее откровенно выразил точку зрения этих союзнических кругов
английский посол в Париже лорд Берти, ярый консерватор: «Считают
целесообразным, - заявил он, - чтобы Англия и Франция заняли
Константинополь раньше России, дабы московит не имел возможности
совершенно самостоятельно решать вопрос о будущем этого города и
проливов»166.
19 февраля 1915 года британский флот начал операцию в районе
Дарданелл. В течение 10 дней внешние укрепления Дарданелл были
разрушены, но продвижение флота из-за упорного сопротивления турок
было приостановлено.
«Лондон начал переговоры с Грецией с целью привлечения ее армии и
флота к Дарданелльской операции. Таким образом, англичане пытались
165
166
Цит. по: Игнатьев А.В. Внешняя политика Временного правительства. М., 1974. С. 315.
Берти Ф. За кулисами Антанты. Дневник британского посла в Париже : 1914-1919. М. ; Л.,1927. С. 45.
79
также столкнуть Грецию и Россию в вопросе о Черноморских проливах и
Константинополе с тем, чтобы установить свой контроль над этим
важнейшим стратегическим районом. 5 марта 1915 г. Черчилль направил
Грею письмо, в котором писал: "Скажите русским, что они встретят с нашей
стороны
великодушное
и
сочувственное
отношение
в
вопросе
о
Константинополе. Но никакие препятствия не должны воздвигаться на пути
сотрудничества с Грецией. Мы должны заполучить Грецию и Болгарию,
если они согласятся перейти на нашу сторону. Я очень опасаюсь, что Вы
теряете Грецию и все будущее отдаете в руки русским. Если Россия
помешает получению помощи от Греции, я сделаю все для того, чтобы
воспрепятствовать получению ею Константинополя»167.
Россия с
тревогой наблюдала за Дарданелльской операцией.
Безусловно, российские политические круги хорошо понимали, что если
англичанам удастся закрепиться в районе Проливов, то крайне трудно будет
потом их оттуда удалить. Министр иностранных дел Сазонов даже поднимал
вопрос об организации русскими военно-морскими силами своей операции
в Босфоре, на что начальник Дипломатической канцелярии при Ставке
Н.А.Кудашев ответил министру, что «никакой десантной операции мы и
ныне не в состоянии сделать на Босфоре, даже если бы там появились наш и
союзные флоты»168.
В этих обстоятельствах Сазонов решил закрепить словесные обещания
союзников по вопросу о Проливах в договорной форме. 1 марта он
пригласил посла Англии Дж. Бьюкенена и посла Франции М.Палеолога и
предложил выработать документ о Проливах. "Англия и Франция, - сказал
он, - должны громко заявить, что они согласятся в день мира на
присоединение Константинополя к России"169.
12 марта 1915 г. британский посол вручил памятную записку
Цит. по: Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. М., 1977. С. 150.
Константинополь и Проливы. Т.2. С. 42.
169
Палеолог М. Царская Россия во время мировой воины. П.-М.. 1923. С. 169
167
168
80
Сазонову, в которой
пожелания
в
неопределенной
форме
удовлетворялись
России относительно Черноморских проливов, "если война
будет доведена до успешного завершения и если будут осуществлены
пожелания Великобритании и Франции как
так
и
в
других
в
Оттоманской
империи,
местах". 16 апреля соответствующий документ
вручило и посольство Франции.
Однако и после этого царское правительство не очень верило тому, что
Лондон и Париж выполнят свои обязательства, если англичане утвердятся в
Проливах в результате Дарданелльской операции, которая все еще
продолжалась. Английский посол Бъюкенен в марте 1915 г. пытался
оправдать дарданелльскую операцию перед С.Д. Сазоновым, подчеркивая:
«Только исходя из соображений пользы общего дела, правительство его
величества предприняло операции в Дарданеллах. Великобритания не
извлечет из них для себя никакой прямой выгоды: она сама не намерена там
обосноваться. Правительство его величества рискует своими солдатами,
своими матросами, своими судами, стремясь Турцию сделать бесполезной в
качестве союзницы для Германии, а также для того, чтобы побудить
нейтральные балканские государства к сотрудничеству с союзными
державами»170.
Дарданеллская операция затянулась. После первой неудачной попытки
британский флот предпринял новый штурм Дарданелл. Сазонов снова
обратился в Ставку с запросом, нельзя ли направить Черноморский флот в
Босфор, чтобы закрепиться там де-факто. С подобными запросами Сазонов
обращался и в дальнейшем, но каждый раз Ставка отвечала, что у нее нет
для этого ни войск, ни транспортных средств.
Штурм британского флота в Дарданеллах и на этот раз закончился
неудачей, что послужило причиной освобождения У.Черчилля от должности
Цит. по: Готлиб В.В. Тайная дипломатия во время первой мировой войны. М. , 1960. С. 132.https://www.ereading.club/djvureader.php/141490/7/Gotlib_-_Taiinaya_diplomatiya_vo_vremya_Pervoii_Mirovoii_voiiny.html
170
81
военно-морского министра. «Лондон и Париж стали готовить операцию в
Проливах с участием флота и армии. Такая операция началась в конце
апреля 1915 г. Союзным войскам не удалось одержать победу в Проливах
над турецкой армией, и в середине ноября 1915 года началась их эвакуация с
Галлиполийского полуострова»,171- пишет В.Г.Трухановский.
Дарданелльская
операция
закончилась
неудачей.
В
качестве
положительных ее моментом было указать, что Болгария с опозданием
вступила в войну на стороне Тройственного союза, что «300 тыс. солдат
этого союза были задействованы в районе Проливов. В то же время и были
задействованы 400 тыс. английских солдат, из которых почти 120 тыс. было
потеряно. Весьма крупными были финансовые издержки и потери в
кораблях».172 Эвакуация войск была проведена с 18 по 20 декабря 1915 г. и 8
января 1916 г.
Последствия этой операции были достаточно серьезными. Разлад
между Россией и ее союзниками все более нарастал, так как они реально
видели ее будущее как в Константинополе и проливах, так и в Средиземном
море.
Итак, скорее всего эвакуация из Дарданелл последовала не столько в
силу военных неудач, сколько по причине изменения политического курса
Англии и Франции. В Петрограде считали, что, после признания со стороны
Англии и Франции определенных прав России на Проливы, они не
испытывали никакого желания завоёвывать их
для нее. Дарданелльская
кампания не столько укрепила ряда стран Антанты, сколько их разобщила.
Константинополь и Проливы служили только поводом для вовлечения
России в войну на стороне союзников. Цель всей Дарданелльской операции
заключалась не в помощи России, в установлении британского контроля на
Ближним Востоке и в препятствии России укрепиться в районе Проливов.
Трухановский В.Г. Указ. соч. С. 145-149.
«Круглый стол». Первая мировая война и ее воздействие на историю XX века // Новая и новейшая
история. - 1994. - № 4-5. С. 111.
171
172
82
Соглашение Англии и Франции с Россией о Проливах 1915 года было
подтверждено в соглашении о разделе Азиатской Турции, оформленного
путем обмена нотами между указанными странами в апреле — мае 1916 года
(известное как соглашение Сайкса-Пико).
В Лондоне 23 ноября 1915 были начаты переговоры между бывшим
французским генеральным консулом в Бейруте Франсуа Жорж-Пико и
постоянным заместителем министра иностранных дел Англии Артуром
Никольсоном,
которого
затем
сменил
английский
эксперт
по
ближневосточным делам Марк Сайкс. «В феврале 1916 Сайке и Пико
разработали компромиссный проект соглашения, по которому арабские
страны делились на пять зон: 1) синяя зона, включавшая Западную Сирию и
Ливан (к западу от линии Алеппо - Хама - Хомс - Дамаск), а также турецкие
области Киликию, Айнтаб, Урфу, Мардин, Диярбекир и область Хаккяри (к
югу от оз. Ван),- отходила в непосредственное владение Франции; 2) красная
зона, включавшая южную часть Ирака (с Багдадом и Басрой), а также
палестинские порты Хайфу и Акку, - отходила в непосредственное владение
Англии; 3) коричневая зона, включавшая Палестину (без Хайфы и Акки),отходила под международное управление, форма которого должна была
быть установлена по соглашению с Россией и другими союзниками; 4) зона
"А" (Восточная Сирия и Мосульский вилайет) - отходила в сферу влияния
Франции; 5) зона "Б" (Трансиордания и Центральный Ирак) - отходила в
сферу влияния Англии»173.
В феврале 1916 года русская армия, заняв Эрзерум и Битлис, оказалась
на ближайших подступах к Ираку и Сирии. Опасаясь перехода арабских
стран под русскую оккупацию, союзники поспешили согласовать свои
требования и предъявить их России.
«Прибыв в Петроград, Сайке и Пико вручили 9 марта 1916 года
МОЭИ. Серия 3. Т. 10.
http://www.doc20vek.ru/node/3427
173
№ 332. С. 266-386;
Сайкс - Пико соглашение 1916 года//
83
Сазонову меморандум с изложением их проекта. Сазонов выдвинул ряд
контрусловий, потребовав в частности передачи России Турецкой Армении,
области Хаккяри и части южного побережья Чёрного моря. 26. IV 1916 года
французский посол Палеолог принял условия России и сообщил о
намерении Франции заключить с Англией соглашение на основе проекта
Сайке – Пико»174.
По внутриполитическим причинам царское правительство объявило о
заключенном в 1915 г. соглашении между Россией, Англией и Францией по
Черноморским проливам лишь в ноябре 1916 года.
Октябрьская революция 1917 года похоронила все эти соглашения.
Второй Всероссийский Съезд Советов принял 8 ноября (26 октября) 1917
года Декрет о мире. Советская Россия вышла из войны и предложила "всем
правительствам и народам всех воюющих стран немедленно заключить
перемирие"175. Секретные соглашения царского правительства Съезд
Советов объявил "безусловно и немедленно отмененными". Это относилось
и к секретным соглашениям относительно Константинополя и Проливов.
В ответ на Декрет о мире и обращение советского правительства к
послам союзных держав с предложением «немедленного перемирия и
открытия мирных переговоров»176 страны
Антанты
начали
готовить
интервенцию против революционной России.
Война стран Антанты против Германии и ее союзников продолжалась
до осени 1918 года, когда после поражение на фронте, турецкое
правительство обратилось к странам Антанты с предложением о перемирии.
30 октября 1918 г. на борту английского броненосца "Агамемнон" в порту
Мудрое (остров Лемнос) было заключено перемирие между державами
Антанты и Турцией.
МОЭИ. Серия 3. Т. 10. С.№347, С. 379; № 351. С. 385-38; № 357. С. 393-395;. Сайкс - Пико соглашение
1916 года…
175
Документы внешней политики СССР (Далее: ДВП СССР). М., 1957. Т.1. С. 13.
176
ДВП СССР. T.I. С. 16-17.
174
84
Таким образом, вопросы о Проливах оставались остро обсуждаемыми
в годы Первой мировой войны. Каждая из членов военно-политического
блока Антанты полностью следовали своим интересам в проведении
политики в районе Босфора и Дарданелл. И если военная необходимость
вынуждали английскую и французскую дипломатию лавировать и даже
выказывать намерение пойти на встречу вековым желаниям России
пересмотреть режим Проливов и укрепить свои позиции в этом регионе, то
это не помешало им заключить такое соглашение в 1915 г., которое после
завершение войны закрепляло их присутствие на турецких территориях.
Россия же в результате событий октября 1917 г. и заключения в марте 1918
г. Брестского мира с Германией потеряла возможность влиять о судьбу
Проливов.
85
Заключение
Вопрос о Проливах занимал важнейшее место в процессе складывания
предпосылок Первой мировой войны и в ходе ее развития.
Накануне войны правители европейских стран Великобритании,
Франции,
России,
Германии,
Австро-Венгрии,
а
также
Турции
предпринимали попытки решить вопрос о режиме проливов Босфор и
Дарданеллы мирным, дипломатическим путем, путем переговоров. При этом
нередко приходилось взаимодействовать , а подчас и конфликтовать друг с
другом.
Проведенный в данной квалификационной работе анализ событий
Боснийского кризиса, итало-турецкой войны, Балканских войн, которые
повлияли на складывание предпосылок Первой мировой войны, доказывает,
что Россия стремилась использовать их для пересмотра вопроса о режиме
Проливов в свою пользу, т.е. добиться для российских военных судов
свободы прохода через них и закрыть их для судов других стран, особенно
нечерноморских, как в военное, так и в мирное время. Но Россия была лишь
одним из действующих лиц. Великие державы, чьи интересы пересекались
на Балканах и в районе Проливов выдвигали предложения о нейтрализации
Проливов,
что
для
российского
флота
было
чревато
серьезными
последствиями. Что же касается планов российского генштаба захватить
Проливы вооруженным путем, используя десант, то эти рассуждения
оставались
в
области
теории,
так
как
не
были подкреплены
материальными и военными ресурсами.
В данной работе особо отмечено, что важное место в деятельности
международной дипломатии занимал комплекс мероприятий, направленных
на достижение разнообразных договоренностей между заинтересованными в
вопросе о Проливах странами. В итоге компромисс достигался, либо нет.
86
Чаще - последнее. Причины крылись в наличие серьезнейших разногласий
не только между членами двух различных военно-политических блоков –
Антанты и Тройственного союза, но и внутри самих блоков. Это наглядно
прослеживается на примере позиций Англии и Франции в отношении
намерений российской дипломатии поднять вопрос о Проливах в ходе
Боснийского кризиса. Фактические французские и британские позиции
можно охарактеризовать как антирусские.
Проведенный в работе анализ роли и места вопроса о Проливах в
периоде международных конфликтов, предшествовавших войне, показал,
что неудачные попытки разрешить данный вопрос были связаны с неверной
оценкой европейскими державами и Россией международной ситуации,
преувеличением готовности союзников подержать друга и недооценкой
заинтересованности соперников (Германии и Австрии) в этом вопросе. В
частности, в предвоенные годы и особенно первые месяцы войны Германия
предприняла активные шаги, чтобы Османская империя оказалась в ее
экономической и политической зависимости. Это привело к военному
влиянию Германии в Турции и вступлению последней в войну на стороне
Тройственного союза.
В военный период вопрос о Проливах поднимался неоднократно.
Особенно остро он зазвучал в ходе подготовки и проведения Дарданельской
операции 1915 г. Спланированная У.Черчиллем, военно-морским министром
Великобритании, операция в районе Дарданелл не могла оставить России
безучастной. Разгорелась дипломатическая борьба, в результате которой
Англия и Франция пошли на уступки, согласившись признать российское
право над Проливами. Но дальнейшие событии показали, что после того как
Англия и Франция согласились с требованиями русского правительства, они
потеряли всякий интерес к операции, и единственным стимулом в
активизации их действий в Дарданелльской операции было желание
87
удержать Россию в войне.
Исход
Дарданельской
операции
оказался
крупной
неудачей
союзников, сказавшийся серьезными последствиями на дальнейший ход
войны.
Неудачные
действия
союзников
подтолкнули
Болгарию
к
заключению союза с Германией, Грецию - к выбору нейтралитета, Сербию к поражению. Блок Центральноевропейских государств заметно усилился. В
то же время можно констатировать, что цель Дарданелльской операции
заключалась не в помощи России, а в овладении Ближним Востоком
Англией независимо от России и против установления ее владычества на
Проливах.
В заключении можно отметить, что вопроса о проливах Босфор и
Дарданеллы играл важнейшую роль в складывании причин Первой мировой
войны и оказал значительное влияние на ход самой войны.
88
Список источников и литературы
Опубликованные источники.
1. Документы внешней политики СССР. - М., 1957. - T.I.
2. Записка посла в Константинополе И. А. Зиновьева 25 августа 1906 г.// К
истории англо-русского соглашения 1907 г.//Красный архив. 1935, № 2-3
(69-70).// http://annales.info/sbo/contens/ka.htm#33_6
3. Константинополь и Проливы. По секретным документам бывшего
императорского российского МИД. Т.1 2. М.-Л., 1925.
4. Из журнала Особого совещания 8 (21) февраля 1914 г.//Козлов Д.Ю.
Нарушение морских коммуникаций: Проблемы и пути их решения по
опыту действий российского флота в первой мировой войне (19141917гг.). Приложения диссертации на соиск. учен. степ. д.и.н. М., 2015.
Приложение №10. С. 36-37.
// ens.mil.ru/files/morf/military/files/Dissertaciya_Kozlova_prilozhenie.pdf
5. Из переписки Николая и Марии Романовых в 1907—1910 гг. // Красный
Архив. 1932. Т. 1 (50). С. 187. Письмо Николая II от 4.03.1909 г. //
http://istmat.info/files/uploads/37049/krasnyy_arhiv_50-51-1932.pdf
6. Международные отношения в эпоху империализма. Документы из
архивов царского и временного правительств 1878-1917. Серия 2. 19001913. Т.18-20; Серия З. 1914-1917. Т.1-10. М., 1938-1940.
7. Раккониджи, 11/24 октября 1909 г. Соглашение между Россией и Италией
// Сборник договоров России с другими государствами (1856-1917). М.
1952. //http://istmat.info/node/27296
Воспоминания, мемуары.
1.Берти Ф. За кулисами Антанты: Дневник британского посла в Париже.
89
1914-1919. -Л., 1927..
2. Бьюкенен Дж. Моя миссия в России. Воспоминания английского
дипломата. 1910-1918.-М., 2006.
3. Дневник А.А.Половцева. 30 мая.1908 г.//Красный архив. 1923. № 4. С.
128.// http://istmat.info/files/uploads/31111/krasnyy_arhiv_4-1923.pdf
4. Извольский
А.
П.
Воспоминания.
-
Пг.-М.,
1999.
-
192
с.//
//http://dugward.ru/library/xxvek/izvolskiy_vospom.html#polpolr
5. Палеолог М. Царская Россия во время мировой войны. - П.-М., 1923. - С.
169.
6. Пуанкаре Р. Происхождение мировой войны. М., 1924.
7. Сазонов
С.Д.
Воспоминания.
Мн.:
Харвест,
2002.//
https://www.razumei.ru/lastlib/otherbooks/888
Пресса
Русское слово. Берлин. Признание аннексии. 27(14),III.1909 //
http://starosti.ru/archive.php?m=3&y=1909
Литература.
1. Айрапетов О.Р. Внешняя политика Российской империи (1801-1914). М.,
2006.
2. Айрапетов О.Р. На Восточном направлении. Судьба Босфорской
экспедиции в правление императора Николая II //Последняя война
императорской России. М., 2002. С. 158–261.
3. Алхазашвили Д.Н. Босфор и Дарданеллы в военно-морской стратегии
России начала ХХ в. // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 8, История. 2000. № 2.
C. 98–115.
4. Борков А.В., Ильин А.В. Обсуждение тематики черноморских проливов в
ходе российско-английских переговоров 1906-1907 гг.//Историческая и
социально-образовательная мысль. 2012. №1 (11). С.20-24.
90
5. Васильева С.Н. Соглашение о проливах во внешней политике России в
годы первой мировой войны // Россия и Запад : Проблемы истории и
культуры. Нижневартовск, 2003. С. 159–170.
6. Галкин И.С. Дипломатия европейских держав в связи с освободительным
движением народов Европейской Турции в 1905-1912 гг. М., 1960.
7. Готлиб В.В. Тайная дипломатия во время первой мировой войны. М.,
1960//https://www.e-reading.club/djvureader.php/141490/7/Gotlib__Taiinaya_diplomatiya_vo_vremya_Pervoii_Mirovoii_voiiny.html
8. Грушина В.Ю. Урегулирование проблемы Константинополя и проливов
в
период
Первой
мировой
войны//https://image-of-
russia.livejournal.com/88881.html
9. Емец В. А. Очерки внешней политики России в Первой мировой войне.
М., 1997.
10. Зайончковский
A.M.
Подготовка
России
к
мировой
войне
в
международном отношении. М., 1926.
11. Игнатьев А.В. Русско-английские отношения накануне первой мировой
войны. (1908-1914). М, 1962.
12. Игнатьев А.В. Внешняя политика России 1907-1914: Тенденции. Люди.
События. М., 2000.
13. Игнатьев А.В. Внешняя политика Временного правительства. М.,1974.
14. Игнатьев
А.В..
Политика
соглашений
(Внешнеполитический курс России
и
балансирования
в 1906-1914 гг.)// Отечественная
история.1997. №3.
//http://russiabgu.narod.ru/pages/themes/txt/ignatyev_politika.pdf
15. История внешней политики России. Конец XIX - начало XX века. (От
русско-французского союза до Октябрьской революции). М., 1997.
16. История Италии. Т. 2. М., 1979.
17. История дипломатии. / В. А. Зорин, В. С. Семёнов, С. Д. Сказкин и В.
М.: Хвостов. Т.2. М., 1963
91
18. Итало-турецкая война. Отклик Балкан в Африке и наоборот; итальянские
друзья. Олег Айрапетов, 7 марта
// 2015//https://regnum.ru/news/1902954.html
19. Козлов Д.Ю. Российские планы войны на Черном море и "проблема
проливов". 1907–1914 гг. // Вопросы истории. М., 2007. № 8. С. 100–110.
20. Кострикова Е.Г. Боснийское фиаско А.П. Извольского и русское
общество/Труды Института российской истории. Выпуск 9. М.; Тула.
2010.
// http://ebookiriran.ru/index.php?view=article&section=8&id=144
21. "Круглый стол". Первая мировая война и ее воздействие на историю XX
века // Новая и новейшая история. 1994. № 4-5.
22. Лаврова
Т.В. Черноморские проливы как геополитическая проблема
современных международных отношений : дис. … д-ра полит. наук М.,
2001.;//http://www.dissercat.com/content/chernomorskie-prolivy-kakgeopoliticheskaya-problema-sovremennykh-mezhdunarodnykh-otn...
23.Лунева Ю.В. Борьба за черноморские проливы: российские военные
агенты и дипломаты в Балканских войнах 1912-1913 гг. // Военноисторичкский журнал. 2009. № 9. С. 13–17.
24.Лунева Ю.В. Боснийский кризис 1908–1909 годов: провал тайной сделки
Извольского и Эренталя // Новая и новейшая история. 2009. № 2. С. 52–
67.
25.Лунева Ю.В. Босфор и Дарданеллы. Тайные провокации накануне Первой
мировой войны (1908–1914). М. 2010.
26. Мировые войны XX века. Кн.1. Первая мировая война. Исторический
очерк. М., 2002.
27. Миронов В.Б. Первая мировая война. Борьба миров. М., 2014.
28. Миссия генерала Лимана фон Сандерса//Тарле Е. Европа в эпоху
империализма 1871-1919 гг. // https://history.wikireading.ru/57615
29. Мультатули П.В. «Господь да благословит решение мое...»... Император
92
Николай II во главе действующей армии и заговор генералов. СПб.:
Сатисъ, 2002. С. 349 //http://militera.lib.ru/research/multatuli/index.html
30. Первая мировая война: Дискуссионные проблемы истории / Отв. ред. Ю.
А. Писарев, В. Л. Мальков. М., 1994.
31. Писарев Ю.А. Тайны первой мировой войны. Россия и Сербия в 19141915 гг. М., 1990
32. Покровский М.Н. Империалистская война. Сб. статей. М. 1934.
33. Проэктор Д.М. Европа – век ХХ. Войны. Их уроки. Воля к миру. М.,
1984
34. Россия и Черноморские проливы (XVIII-XX столетия) /Отв.ред.: Л.Н.
Нежинский, А. В Игнатьев. М., 1999.
35. Русско-австрийское секретное предварительное соглашение по
балканскому вопросу 1908 года, 2 сентября//http://nik2nik.ru/node/1342
36. Рыбаченок И.С. Ключи от Черного моря: (на рубеже XIX и XX веков) //
Новая и новейшая история. 2009. № 2. С. 36–51.
37. Сайкс - Пико соглашение 1916 года// http://www.doc20vek.ru/node/3427
38. Тарле Е.В. Европа в эпоху империализма. М., 1927.
39. Трухановский В.Г. Уиистон Черчилль. М., 1977.
40. Туполев Б.М. Германский империализм в борьбе за "место под солнцем".
М, 1991
41. Туполев Б.М. Происхождение первой мировой войны. // Новая и
новейшая история. №5. 2002. С.27-47.
42. Тэйлор А.Дж. П. Борьба за господство в Европе 1848-1918. М., 1958. пер.
с англ. М., 1958 .
43. Уткин А.И. Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне. Смоленск,
2000.
44. Фей С. Происхождение мировой войны. Т. 1. М., 1934.
45. Фишер Л.А. Демарш Чарыкова в 1911 году и проблема Черноморских
проливов//Изв. РГПУ им. А.И. Герцена. 2009. № 93. С. 102–107//
93
https://cyberleninka.ru/article/n/demarsh-charykova-v-1911-godu-i-problemachernomorskih-prolivov.
46. Фишер Л.А. Проблема черноморских проливов в российско-германских
дипломатических отношениях в 1908-1914 гг. : дис. … канд. ист. наук.
М.,
2008//
http://www.dissercat.com/content/problema-chernomorskikh-
prolivov-v-rossiisko-germanskikh-diplomaticheskikh-otnosheniy... .
47. Хальгартен
Г.
Империализм
до
1914
года.
Социологическое
исследование германской внешней политики до первой мировой войны.
М., 1961.
48. Хвостов В.М. История дипломатии. М., 1963.
49. Чапраз Х. Русско-турецкие торговые связи на рубеже XIX–XX веков//
Проблемы современной экономики, № 1 (33), 2010.
//http://www.m-economy.ru/art.php?nArtId=3055
50. Чернов О. А. «Демарш Чарыкова» в мемуарах Н. В. Чарыкова//
Самарский
научный
вестник.
2014.
4(9).
//https://cyberleninka.ru/article/n/demarshcharykova-v-memuarah-n-v-charykova
51. Шацилло В.К. Первая мировая война 1914-1918 гг. Факты и документы. М:Олма-пресс, 2003// https://www.e-reading.club/book.php?book=97743
52. Шацилло К.Ф. От Портсмутского мира к первой мировой войне. М.,
2000.
53. Яхимович З.П. Итало-турецкая война 1911-1912. М., 1967.
94
95
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа