close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Никульникова Ирина Алексеевна. Внутреннее судебное убеждение в оценке доказательств по уголовным делам: проблемы его формирования и реализации

код для вставки
3
4
3
АННОТАЦИЯ
Выпускная квалификационная работа на тему «Внутреннее судебное
убеждение в оценке доказательств по уголовным делам: проблемы его
формирования и реализации»
Год защиты: 2018
Направление подготовки: 40.03.01 Юриспруденция
Студент: И.А. Никульникова
Научный руководитель: к.ю.н., доцент кафедры уголовного права Е.А.
Маслакова.
Объем ВКР: 60
Количество использованных источников: 55
Ключевые слова: внутреннее судебное убеждение, доказательства, оценка
доказательств, процесс доказывания, объективные и субъективные факторы.
Краткая характеристика ВКР: в данной выпускной квалификационной работе
раскрыта правовая природа уголовно-процессуального доказывания; изучены
закономерности формирования внутреннего судебного убеждения в процессе
доказывания; выявлены объективные и субъективные факторы, воздействующие
на внутреннее судебное убеждение; проанализировано выражение внутреннего
убеждения в решениях суда первой инстанции; определены особенности
формирования внутреннего убеждения судей, проверяющих приговоры в
кассационном порядке.
Методологическую основу исследования составляют диалектический метод
научного познания, общенаучные и частнонаучные методы теоретического
анализа, такие как исторический, логический, формально-юридический и
сравнительно-правовой.
По результатам проведенного исследования сделаны выводы теоретического
и практического характера.
4
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………………..…5
ГЛАВА
1.
ПРАВОВАЯ
ПРИРОДА
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
ДОКАЗЫВАНИЯ………………………………………………………………….……8
1.1 Доказывание как способ установления фактических обстоятельств по
уголовному делу……………………………………………………………………..…8
1.2 Принцип свободы оценки доказательств в системе принципов уголовного
судопроизводства……………………………………………………………………..16
ГЛАВА
2.
СВОБОДНОЙ
ВНУТРЕННЕЕ
ОЦЕНКИ
СУДЕБНОЕ
УБЕЖДЕНИЕ
ДОКАЗАТЕЛЬСТВ
КАК
В
ОСНОВА
УГОЛОВНОМ
ПРОЦЕССЕ……………………………………………………………………………25
2.1 Понятие, закономерности формирования и значение внутреннего
судебного убеждения………………………………………………………………….25
2.2 Объективные и субъективные факторы, воздействующие на внутреннее
судебное убеждение………………………………………………………………..….31
ГЛАВА 3. ВЫРАЖЕНИЕ ВНУТРЕННЕГО СУДЕБНОГО УБЕЖДЕНИЯ В
ОБОСНОВАНИИ И МОТИВИРОВКЕ СУДЕБНЫХ АКТОВ………………….…..38
3.1
Выражение
внутреннего
убеждения
в
решениях
суда
первой
инстанции……………………………………………………………………………...38
3.2 Особенности формирования внутреннего убеждения судей, проверяющих
приговоры в кассационном порядке…………………………………………….……45
ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………………..…51
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ………………………………………………………….…54
5
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. Конституция Российской Федерации
содержит ряд принципов, таких как независимость и беспристрастность суда,
презумпция невиновности, право обвиняемого на защиту, состязательность и
равноправие сторон. Для их реализации необходима такая система норм
уголовного судопроизводства, которая позволит обеспечить его назначение, а
именно защиту прав и законных интересов лиц и организаций, пострадавших от
преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения,
осуждения, ограничения ее прав и свобод. Это двуединое назначение уголовного
судопроизводства должно составлять основу регулирования деятельности органов
и должностных лиц, определять права участников уголовного процесса.
Принцип свободы оценки доказательств является основополагающим в
системе принципов уголовного судопроизводства. Он впервые был введён
одновременно с принятием Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации (далее – УПК РФ) в 2001 году. Обоснование данного принципа с
теоретической точки зрения и изучение проблем его применения на практике
является важным направлением деятельности в настоящее время. Внутреннее
судебное убеждение составляет сущность и содержание принципа свободной
оценки доказательств.
На сегодняшнем этапе развития уголовно-процессуального законодательства
нет чётко выработанной структуры формирования внутреннего убеждения судьи
как одного из участников уголовного судопроизводства, не определены факторы,
оказывающие влияние на его формирование. Судья оценивает доказательства по
своему внутреннему убеждению, которое должно быть свободным от внешних
предписаний. Формирование внутреннего судебного убеждения строится на основе
принципов уголовного судопроизводства, законов логического мышления, а также
совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств. Таким образом,
актуальность темы исследования обусловлена необходимостью теоретического
изучения ряда категорий, которые отнесены к правилам оценки доказательств и
6
формирования
внутреннего
убеждения
судьи
в
процессе
установления
обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.
Степень разработанности темы исследования. Проблеме формирования и
реализации внутреннего судебного убеждения в оценке доказательств по
уголовным делам посвящены труды многих советских и российских авторов, таких
как Е.В. Брянская, В.М. Герций, И.О. Жук, А.А. Камардина, М.Ю. Осипов, К.И.
Попов, М.С. Строгович и многих других.
Объект исследования – общественные отношения, которые складываются
при оценке доказательств и формировании внутреннего судебного убеждения в
процессе установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному
делу.
Предмет исследования – нормы законодательства, регламентирующие
порядок уголовно-процессуального доказывания и формирования внутреннего
судебного убеждения, научные публикации, монографии по исследуемой теме,
материалы судебно-следственной практики.
Цель работы – всестороннее изучение процесса доказывания в уголовном
судопроизводстве
и
особенностей
формирования
внутреннего
судебного
убеждения в процессе оценки доказательств по уголовному делу для разработки и
внесения предложений по совершенствованию законодательства и практики его
применения.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
1. раскрыть правовую природу уголовно-процессуального доказывания;
2. изучить закономерности формирования внутреннего судебного убеждения
в процессе доказывания;
3. выявить объективные и субъективные факторы, воздействующие на
внутреннее судебное убеждение;
4. проанализировать выражение внутреннего убеждения в решениях суда
первой инстанции;
5. определить особенности формирования внутреннего убеждения судей,
проверяющих приговоры в кассационном порядке.
7
Теоретическая основа исследования. В процессе написания работы
использовались труды советских и российских специалистов в сфере уголовного и
уголовно-процессуального права.
Нормативную основу исследования составляют Конституция Российской
Федерации, УПК РФ, Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации».
Методологическую основу исследования составляют диалектический,
исторический,
логический,
формально-юридический,
сравнительно-правовой
методы.
Положения, выносимые на защиту:
1. Определение предмета и пределов доказывания по уголовному делу
необходимо для достижения наибольшей объективности в ходе расследования и
правильного разрешения дела по существу, а также для вынесения законного,
обоснованного и справедливого приговора.
2. В УПК РФ следует закрепить требование о всестороннем, полном и
объективном исследовании имеющихся в деле доказательств. Это позволит
обеспечить
соответствие
требованию
справедливости
как
уголовного
судопроизводства в целом, так и приговора суда в частности по каждому
расследуемому и разрешаемому уголовному делу.
3. Внутреннее судебное убеждение является достаточно сложной правовой
категорией, лежащей в основе принципа свободы оценки доказательств, и
рассматриваемой в различных аспектах, таких как юридический, психологический,
познавательный и нравственный (этический).
4. Внутреннее убеждение судьи, рассматривающего дело по существу в
первой инстанции, и судей, пересматривающих приговоры в кассационном
порядке, может не совпадать. Основная причина подобного несовпадения состоит
в возможности непосредственного исследования доказательств в суде первой
инстанции.
Структура
выпускной
квалификационной
работы
обусловлена
поставленными целями и задачами и включает в себя введение, три главы,
объединяющие шесть параграфов, заключение, список литературы.
8
ГЛАВА 1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
ДОКАЗЫВАНИЯ
1.1 Доказывание как способ установления фактических обстоятельств по
уголовному делу
Процессуальное доказывание есть ни что иное, как регулируемая законом
деятельность, состоящая в собирании, проверке и оценке доказательств в целях
установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу (ст. 85
УПК РФ) [2]. Это одна из центральных проблем в уголовном процессе, являющаяся
основой всей процессуальной деятельности, поэтому она всегда интересовала и
интересует ученых и практиков.
Изучение процесса доказывания неразрывно связано с решением вопроса о
том,
что
представляют
собой
доказательства
как
средства
уголовно-
процессуального доказывания, и что является предметом их оценки по
внутреннему убеждению. Относительно природы и сущности доказательств в
процессуальной науке имеется три основных подхода.
Согласно первой точке зрения доказательствами являются фактические
данные или сведения о фактах, то есть факты являются фрагментами объективной
реальности. Стоит отметить, что сами по себе факты не являются доказательствами
до того момента, пока они не будут оформлены способом, предусмотренным
законом. Изначально они являются лишь сведениями, предметами, иначе говоря
элементами познания в уголовном процессе.
Факт – это продукт формирования внутреннего убеждения судьи, результат
его мыслительной и психической деятельности. Судебные факты представляют
собой продукты судебного следствия, которые сначала рождаются в голове судьи,
а потом воплощаются в тексте приговора или иного окончательного решения по
делу. Поскольку внутреннее убеждение у судей складывается по мере
исследования доказательств, постольку в ходе представления и исследования
фактических данных в судебном заседании последние оцениваются судьей как
достоверные или ложные [45, c. 160].
9
Согласно второй точке зрения доказательства имеют двойственное
понимание. С одной стороны, это факты, на основе которых можно установить
наличие преступления либо его отсутствие, виновность или невиновность лица. С
другой стороны, это предусмотренные законом источники, с помощью которых
следствие и суд могут получить сведения о фактах, которые имеют значение для
дела, и посредством которых они эти факты устанавливают.
Мы придерживаемся третьей точки зрения относительно природы и
сущности доказательств, согласно которой «доказательства представляют собой
неразрывное единство сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, и
процессуальной формы, в которую они обличены.»
Легальное определение понятия «доказательства» дано в ч. 1 ст. 74 УПК РФ.
Так, «доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе
которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном
настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,
подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных
обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела». В данной норме
используется словосочетание «любые сведения», но неопределённость данного
понятия необходимо устранить, поскольку не всякие сведения, имеющие значение
для дела, признаются доказательствами. Мы полагаем, что под доказательствами
необходимо понимать «сведения, на основе которых устанавливается наличие или
отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по
уголовному делу, полученные из источников, указанных в законе, в порядке и
способом, предусмотренным законом» [12, c. 121,122].
Доказательств не существует в готовом виде. На начальном этапе
расследования следователь,
дознаватель могут получить лишь сведения,
содержащие информацию доказательственного характера, которые становятся
доказательствами в ходе их проверки и оценки [48, c. 180].
Оценка собранных доказательств – центральный элемент доказывания. Она
осуществляется в ходе мыслительной деятельности и заключается в решении об их
относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Результатом оценки
10
доказательств является убеждение о наличии либо отсутствии у доказательств
вышеуказанных свойств. В оценке сочетаются различного рода аспекты, такие как
нравственные, юридические, логические, психологические и ряд других.
Доказательства и доказывание являются основными вопросами, которые
определяют сущность и содержание уголовного процесса. Так как процесс
доказывания
представляет
собой
сущность
деятельности
в
уголовном
судопроизводстве, то он осуществляется на каждой стадии. Нормы, регулирующие
производство по уголовному делу на различных этапах, являются процессуальной
формой
доказывания,
которая
имеет
особенности
на
каждой
стадии
судопроизводства [46, c. 136].
Доказывание – это познание обстоятельств исследуемого события, поэтому в
данном процессе используются только строго определённые логические правила.
Сначала собирается фактический материал, который затем подвергается анализу.
В дальнейшем он делится на части, происходит выяснение отдельных деталей,
сторон изучаемых фактов. Мыслительная деятельность завершается обобщающим
выводом, касающимся всего исследуемого события [13, c. 224].
Процесс доказывания имеет свои особенности, одной из которых является
неразрывная связь познавательного и удостоверительного аспектов. В ходе
доказывания происходит не только познание неизвестных обстоятельств на основе
известных, но и процесс удостоверения устанавливаемых фактов с целью принятия
убедительного решения для каждого, кто с ним ознакомится [46, c. 137].
Сущность познавательного аспекта заключается в получении и приобретении
знаний, а удостоверительного – в их проверке и последующем закреплении в
процессуальной форме. Эти две стороны процесса доказывания неразрывно
связаны между собой, так как познавательная деятельность всегда сопровождается
удостоверением познанного. Сделанный нами вывод подтверждается ст. 85 УПК
РФ, впервые закрепившей понятие доказывания в российском уголовнопроцессуальном законодательстве.
Процесс доказывания регламентирован определённым и установленным
законом порядком, облачён в строгие процессуальные формы. Это является
11
объективной гарантией того, что обстоятельства и факты, которые будут
установлены
в
данном
процессе,
будут
реальными,
соответствующими
действительности [22, c. 6]. В ходе доказывания необходимо обеспечивать
соблюдение прав и свобод личности. Это является важным и необходимым
условием, так как уголовный процесс является той отраслью права, которая
включает большое количество мер принуждения, пресечения и процессуальных
действий, ограничивающих права, свободы человека и гражданина в ходе
собирания доказательств [24, c. 104].
Доказывание может быть досудебным и судебным. Досудебное доказывание
проводится органами обвинительной власти, поэтому в ходе него не может быть
установлена объективная, то есть признанная судом истина. На данном этапе
собирается только фактический материал, подлежащий исследованию в судебном
следствии на предмет выявления в нем судебных фактов для решения по делу.
Материалы дела содержат сведения, которые нельзя считать фактом, иначе говоря
достоверным знанием, на основании которого суд устанавливает обстоятельства,
входящие в предмет доказывания. Таким образом, итог досудебного доказывания
– формирование источников, материальных предпосылок фактов, но не самих
судебных фактов (знаний). Судебное доказывание является обязательной и
завершающей стадией уголовно-процессуального доказывания в том случае, если
уголовно-правовой спор разрешается до конца [15, c. 289].
Состязательная модель доказывания основывается на том, что каждая
сторона самостоятельно формирует свои доказательства и представляет их суду,
который является независимым и беспристрастным. Установление фактов из
материалов, представленных сторонами, удостоверяются судьей по результатам
состязательного
«судоговорения».
Сущность
состязательности
–
борьба
противоположностей, которая является одной из наиболее общих динамических
закономерностей развития любого явления или процесса действительности [45, c.
161].
В рамках уголовного судопроизводства подобная «коммуникация» между
участниками уголовного процесса осуществляется строго в рамках правового поля.
12
Такое общение характеризуется огромным количеством как формальных, так и
неформальных
связей.
Уголовно-процессуальное
доказывание
является
разновидностью культурной коммуникации его участников, поэтому оно
основывается на процессе добычи значимой информации, уяснения её сути, а также
обмена информацией сторон по уголовному делу друг с другом. Таким образом, от
уровня
коммуникации
между
участниками
зависит
эффективность
правоприменительных процедур и фактический исход принятого по делу решения
[54, c. 722].
Относительно цели доказывания в уголовно-процессуальной науке нет
расхождений во взглядах процессуалистов. Значительная часть из них высказывает
мнение о всеобщности процесса познания, в связи с чем под целью доказывания
понимается установление объективной истины по уголовному делу. Объективная
истина должна иметь признаки, являющимися очевидными для всех познающих, а
не конкретного субъекта познания.
Необходимо отметить, что отечественное уголовное судопроизводство и
справедливость правосудия традиционно связывались с истиной. Это вполне
логично и объяснимо, так как невозможно вынести справедливый приговор,
основываясь на недостоверных или неполных знаниях. «Этот правовой институт,
имеющий своей целью всестороннее
и объективное
исследование
всех
обстоятельств дела, имеет длительную историю. Он был закреплён еще в Уставе
уголовного судопроизводства Российской империи 1864 года, УПК РСФСР 1922
года, УПК РСФСР 1960 года. Однако из УПК РФ 2002 года он был неоправданно
исключён» [29, c. 330].
В процессуальной литературе предлагаются различные определения понятия
«объективная истина». Например, по мнению А.С. Скудина и О.Е. Тимошенко [50],
«объективная истина (в уголовном процессе): это – вывод, сделанный субъектом
доказывания по уголовным делам на основании познания предметов и
событий, относящихся
к
обстоятельствам
совершения
преступления,
являющийся очевидным для всех участников уголовного судопроизводства».
и
13
В ходе анализа УПК РФ можно прийти к выводу, что объективная истина как
цель доказывания играет большую роль в уголовном судопроизводстве. Например,
ст. 389.16 УПК РФ называется несоответствие выводов суда, изложенных в
приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, что, по сути,
представляет собой необоснованность приговора. Таким образом, обоснованным
приговор будет являться только в том случае, когда он соответствует фактическим
обстоятельствам дела, то есть в его основу положена объективная истина [17, c. 37].
На основе вышесказанного можно сделать вывод, что установление
объективной истины – это одно из необходимых условий правильного разрешения
уголовного дела и отправления справедливого правосудия. Объективная истина
играет большую роль в защите прав и свобод человека и гражданина в ходе
расследования и рассмотрения уголовного дела по существу.
Любому познавательному процессу присуща вопросно-ответная форма
развития знаний, поэтому и познание в ходе доказывания по уголовному делу не
является исключением. Например, если вопрос сформулирован правильно, то
уклонение от ответа на него свидетельствует о том, что допрашиваемый
заинтересован в сокрытии истины. Ошибочная же постановка вопроса затрудняет,
а иногда и вовсе исключает получение ответа. Процесс познания в ходе
расследования уголовного дела для субъекта доказывания – это постановка
вопросов и поиск ответов на них. Установление объективной истины во многом
зависит от умения правильно ставить вопросы [36, c. 18, 19].
Необходимо разграничивать два понятия: пределы и предмет доказывания. В
процессуальной литературе под пределами доказывания понимается некая
совокупность доказательств, которая является необходимой и достаточной для
принятия окончательного решения по уголовному делу. Они рассматриваются как
итог преобразования вероятности в достоверность. Пределы доказывания являются
тем, на что направлена вся познавательная деятельность [30, c. 60]. Они имеют
большое
значение
для
достижения
наибольшей
объективности
в
ходе
расследования и рассмотрения уголовного дела по существу, поскольку позволяют
установить истину. Истинный приговор по уголовному делу немыслим без
14
правильного определения пределов доказывания, являющихся одним из ключевых
элементов достижения истины. Если они будут неверно определены, то имеется
вероятность того, что выводы субъектов доказывания не будут обоснованы.
Следовательно, говорить о достижении объективной истины как цели доказывания
и вынесении справедливого итогового процессуального решения будет нельзя [17,
c. 36, 37].
Предмет доказывания – это совокупность фактов (основных), подлежащих
доказыванию по делу в обязательном порядке, а также иных существенных фактов,
являющихся предметом расследования и уголовно-правового спора. Предмет
доказывания составляют факты, доказанность наличия или отсутствия которых
позволяют сторонам обосновать свои требования к суду. Суд, в свою очередь,
может решить главный вопрос уголовного дела – о виновности или невиновности
лица в совершении конкретного преступления [37, c. 316]. В зависимости от
материальной составляющей дела, то есть от того, что требуется уголовным
законом для состава данного преступления, какие обстоятельства принимаются во
внимание при индивидуализации виновности конкретного лица, решается
проблема того, что подлежит доказыванию в каждом отдельном случае [51, c. 121].
Из вышеизложенного следует вывод, что если предмет доказывания
составляет «главный вопрос дела», с ответом на который связано применение или
неприменение уголовного закона в конкретном случае, то пределы доказывания –
это факты, которые нужны для того, чтобы прийти к выводу о наличии предмета
доказывания или невозможности доказать таковой без разумных сомнений [37, c.
316].
Доказывание осуществляется определёнными участниками уголовного
процесса, именуемыми в теории субъектами доказывания. Не все участники
уголовного процесса являются ими, а только те, которые имеют в нём
самостоятельный или представляемый процессуальный интерес [34, c. 34].
В уголовно-процессуальной литературе имеется точка зрения, согласно
которой субъектов доказывания разделяют на две группы в зависимости от «пути
получения знаний о рассматриваемых обстоятельствах». Первая группа включает
15
в себя суд, прокурора, следователя и дознавателя (ст. 74 УПК РФ). Они
осуществляют доказывание на профессиональной основе с помощью производства
следственных и иных процессуальных действий, несут ответственность за его ход
и результаты, наделены полномочиями по принятию процессуально значимых
решений. Вторую группу субъектов доказывания составляют лица, отстаивающие
свои интересы в суде, а именно подозреваемый, обвиняемый, потерпевший,
гражданский истец, гражданский ответчик и их представители [16, c. 414].
Дискуссионным в настоящее время является вопрос о роли суда в процессе
доказывания, который имеет неоднозначное решение в науке. Ряд авторов
полагает,
что
суд
является
субъектом
доказывания,
который
обладает
специфической активностью в процессе доказывания и полномочиями по
собиранию, проверке, оценке доказательств по уголовному делу, то есть суд обязан
принимать все необходимые меры для установления истины.
Некоторые
теоретики
уголовного
доказывания
высказывают
противоположную точку зрения относительно процессуального положения суда в
процессе доказывания. По их мнению, придание суду функции субъекта
доказывания противоречит пониманию и принципам отправления правосудия. Суд
стоит над сторонами в процессе, он судит, а не доказывает. Иными словами, суд не
обязан доказывать ни вину, ни невиновность подсудимого.
Таким образом, согласно этой позиции в состязательном процессе суд
осуществляет роль пассивного арбитра, лишь разрешающего правовой спор,
поэтому субъектом доказывания он не является. При исследовании доказательств
суд не вправе вставать на сторону обвинения или защиты, восполняя при этом
слабость правовой позиции одной из сторон. В противном случае может быть
нарушен принцип состязательности, который определяет положение суда в
качестве наблюдателя. Он следит, чтобы не нарушался процессуальный регламент,
однако при этом включается в исследование доказательств в случаях, когда
остались невыясненными какие-либо важные для дела обстоятельства, то есть
активность суда может только дополнять деятельность сторон.
16
Третий подход заключается в том, что суд является адресатом доказывания,
иными
словами,
участником
уголовного
процесса,
которому
субъекты
доказывания обязаны аргументированно представить свою точку зрения по
уголовному делу. Основная задача суда в доказывании – это свободная, не
зависящая от мнения других субъектов оценка доказательств по внутреннему
убеждению, обоснованному совокупностью доказательств.
Мы полагаем, что осуществление судом функции разрешения дела в
уголовном процессе предполагает ограничение его активности в таком элементе
процесса доказывания, как собирание доказательств, но не лишает его права
активно участвовать в их проверке и оценке. Достоверность выводов суда в
решении по уголовному делу предполагает его внутреннее убеждение в их
истинности.
Вывод: доказывание как способ установления фактических обстоятельств по
уголовному
делу
представляет
собой
регламентированную
уголовно-
процессуальным законом познавательную деятельность уполномоченных на то
субъектов,
направленную
на
установление
обстоятельств,
подлежащих
доказыванию, осуществляемую посредством собирания, проверки и оценки
доказательств.
1.2 Принцип свободы оценки доказательств в системе принципов уголовного
судопроизводства
Оценка доказательств является одной из актуальных проблем, стоящих перед
современным уголовно-процессуальным правом. Её актуальность проявляется в
том, что в конечном итоге судьба лица, которое подвергается уголовному
преследованию, будет прямо зависеть от того, насколько правильно была
проведена подобная оценка. Эта проблема постоянно находится в центре внимания
ученых-процессуалистов,
однако
вопросы,
связанные
с
данным
видом
деятельности, всё еще остаются нерешёнными [44, c. 74].
Оценка доказательств является одним из элементов процедуры уголовнопроцессуального доказывания, именно поэтому она сопровождает весь путь
17
достижения истины по уголовному делу. В ч. 2 ст. 50 Конституции Российской
Федерации закреплено, что «при осуществлении правосудия не допускается
использовать доказательства, полученные с нарушением федерального закона» [1],
в нашем случае УПК РФ. В противном случае это может привести к
недопустимости доказательств, которые не будут иметь юридической силы.
Учение об оценке доказательств – это мощнейший синтез юридических
вопросов со сложнейшими проблемами мировоззрения, теории познания, логики,
психологии и других наук, поэтому научный интерес к процессу доказывания
полностью оправдан и не является случайным. Принятие по уголовному делу
законного, обоснованного и справедливого решения напрямую зависит от
надлежащей оценки сведений о фактах. Зачастую ошибка в оценке допустимости
доказательств, их неполное исследование может привести к отмене или изменению
принятого судом решения [21, c. 128, 129].
Давая определение слову «оценка», можно привести два значения: вопервых, это «мнение о ценности, уровне или значении кого-чего-нибудь», вовторых, это «то же, что отметка». В уголовно-процессуальном праве подобный
двоякий смысл проявляется в том, оценка одновременно является и процессом, и
результатом выражения субъектом своего мнения и суждения относительно
свойств доказательств [33, c. 68, 69].
УПК РФ, в отличие от УПК РСФСР, закрепляет принципы уголовного
судопроизводства, которым посвящена Глава 2. Законодатель устанавливает
систему исходных положений и общих требований, в соответствии с которыми
должна
осуществляться
уголовно-процессуальная
деятельность
участников
уголовного процесса и государственных органов на любых стадиях уголовного
судопроизводства [19, c. 75]. Большинство учёных-процессуалистов вкладывают в
понятие «принципы уголовного судопроизводства» подобный смысл.
Принцип свободы оценки доказательств закреплён в ст. 17 УПК РФ и
является положением уголовно-процессуального закона, согласно которому
«судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель
оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на
18
совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при
этом законом и совестью». В ходе оценки вышеуказанные субъекты не придают
никаким доказательствам заранее установленной силы. Заранее не установленная
сила доказательств проявляется в том, что субъекты оценки не связаны чьим-либо
мнением о значении и соответствии доказательств требованиям закона. Вопрос о
пригодности, достоверности, силе и значении доказательств решается ими
самостоятельно, а окончательный вывод об этом делает суд. Выводы суда
вышестоящей инстанции по вопросу оценки доказательств не являются
обязательными для суда нижестоящей инстанции, повторно рассматривающего
дело
по
существу.
Следовательно,
данный
принцип
служит
гарантией
независимости как суда, так и процессуальной самостоятельности прокурора,
следователя и дознавателя [13, c. 226].
С одной стороны, из указанного принципа вытекает «внутренняя свобода»
суда
в
ходе
оценки
доказательств,
которая
не
связана
формальными
предписаниями о том, каким образом должны быть установлены конкретные
обстоятельства уголовного дела, какие из имеющихся доказательств должны иметь
преимущественное значение, каким должен быть их количественный состав для
определения их достаточности для разрешения уголовного дела. Необходимо
отметить, что в УПК РФ нет конкретного указания на количество доказательств,
необходимых для достоверного установления виновности или невиновности
конкретного лица, поскольку это противоречило бы свободе оценки доказательств.
«Внутренняя свобода» суда также не должна быть подвержена разного рода
внешним влияниям, которые направлены на то, чтобы судья отступил от свободной
и самостоятельной оценки доказательств. С другой стороны, «свобода» суда при
оценке доказательств не может быть произвольной и абсолютной, поскольку она
должна соответствовать установленным законом требованиям, что исключает ее
низведения до обычной интуиции судьи [54, c. 723].
По мнению ряда авторов, при закреплении принципа свободы оценки
доказательств в российском уголовном процессе законодатель объединил в нём
несколько
относительно
самостоятельных
и
основополагающих
правил,
19
необходимых для субъектов оценки в ходе осуществляемой ими деятельности. Они
полагают, что в ст. 17 УПК РФ имеют место четыре взаимосвязанных между собой
положения, каждый из которых несет специфический смысл и назначение. К
данным положениям они относят: 1) оценку доказательств по внутреннему
убеждению; 2) оценку, основанную на всестороннем, полном и объективном
исследовании всех доказательств, взятых в их совокупности; 3) оценку,
основанную на руководстве законом и правосознанием и 4) оценку, при которой
никакие доказательства для дознавателя, следователя, прокурора и суда не имеют
заранее установленной силы [19, c. 77].
Исходя из принципа свободы оценки доказательств, суд оценивает
представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости,
достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности
для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88 УПК РФ).
Первым свойством доказательств является относимость, предполагающая их
сопоставление с обстоятельствами, входящими в предмет доказывания по
конкретному уголовному делу. Доказательство признается относящимся к делу,
если оно само по себе или в совокупности с другими доказательствами
подтверждает, опровергает или ставит под сомнение вывод о существовании
обстоятельств, составляющих предмет доказывания.
В ходе проверки допустимости доказательств происходит их сопоставление
с
соответствующими
процессуальными
правилами,
заканчивающееся
ус-
тановлением факта их соблюдения или несоблюдения. Также указанное свойство
доказательств означает их пригодность с точки зрения законности источников и
приемов получения доказательственной информации.
Под
достоверностью
доказательств
следует
понимать
адекватность
отражения в сведениях, полученных в ходе доказывания, свойств и иных
характеристик изучаемой в ходе расследования (судебного разбирательства) объективной действительности [34, c. 68].
Завершающим этапом является оценка доказательств с точки зрения
достаточности.
В первую очередь суд устанавливает, были ли соблюдены
20
формально-юридические
требования
в
доказывании,
образующие
его
процессуальную форму. В случае обнаружения каких-либо нарушений суд
устанавливает
наличие
или
отсутствие
в
них
существенности
(фундаментальности). Выявленное нарушение считается существенным в том
случае, если оно привело к невозможности вынесения законного, обоснованного и
справедливого приговора. Следовательно, оцениваемое доказательство не может
быть использовано в доказывании и положено в основу судебного решения. Такой
подход в оценке доказательств имеет сходства с использовавшимся в
Древнерусском частноисковом судопроизводстве принципом судебной оценки
доказательств,
называемый
рядом
специалистов
«связанным»
судейским
убеждением [42, c. 231].
Подводя итог вышесказанному, мы приходим к выводу, что определяя
критерий допустимости доказательств в судебном процессе по конкретному
уголовному делу, суд основывается на нормах ст. 75 УПК РФ, которые закрепляют,
что недопустимыми считаются доказательства, добытые с нарушением норм
уголовно-процессуального закона, а также на других правовых актах, в том числе
на Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 «О некоторых
вопросах применения судами
Конституции Российской Федерации при
осуществлении правосудия» [4].
Принцип свободы оценки доказательств является одним из элементов
процессуальной независимости судьи. Понятие «независимость» и «свобода»
синонимичны,
поэтому
данный
принцип
иначе
можно
определить
как
независимость в оценке доказательств. Очевидно, что она присуща не только судье,
но и таким субъектам уголовного процесса, как присяжные заседатели, прокурор,
следователь и дознаватель. Стоит отметить, что процессуальная функция
предполагает определенную психологическую установку. В связи с этим о
подлинной свободе оценки доказательств можно говорить только в отношении
судьи, который беспристрастно разрешает дело и не связан позициями сторон [18,
c. 139].
21
В процессуальной науке утвердился взгляд на независимость судей как
понятие,
охватывающее
свободу
оценки
доказательств.
Данная
позиция
подтверждается и решениями Конституционного суда РФ, указывающего, что
нормы ст. 17 УПК РФ направлены на исключение какого бы то ни было внешнего
воздействия на суд и позволяют обеспечить действие конституционного принципа
независимости судей при осуществлении правосудия [9].
Независимость судей не должна обосновывать правил оценки доказательств,
поскольку они необходимы не только судье, но и другим субъектам доказывания,
перечисленным в ст. 88 УПК РФ. Она проявляется в оценке доказательств по
внутреннему убеждению, в отсутствие которой о каком-либо усмотрении судьи не
может быть и речи. Единственным связующим звеном между независимостью
судей и свободой оценки доказательств является законность.
Принцип свободы оценки доказательств отражает черты действующего УПК
РФ,
являющегося
состязательным.
Конструирование
состязательности
в
Конституции Российской Федерации, нормах УПК РФ и других процессуальных
отраслях права обусловлено многими политико-правовыми факторами. Среди них
преобладающее значение имеют теоретические положения о приоритете прав и
свобод человека и гражданина над государственными и общественными
интересами [31, c. 37].
Оценка осуществляется в соответствии с принципом состязательности
сторон, в котором заключается логика сторон с противоположным процессуальновыигрышным интересом. Это означает, что сторона обвинения (например,
следователь) будет оценивать доказательства по конкретному уголовному делу с
позиции достаточности обвинительных доказательств для того, чтобы выиграть
процесс у стороны защиты. Последняя, в свою очередь, заинтересована в
выигрыше дела в свою пользу, поэтому она всегда будет стараться опровергнуть
доказательства, собранные стороной обвинения, считая их необоснованными,
несостоятельными, ненадлежащим образом процессуально оформленными. Иначе
говоря, сторона защиты будет стараться показать суду, что сторона обвинения не
доказала предъявленное обвинение, не предоставила надлежащих доказательств
22
виновности обвиняемого, не опровергла презумпцию невиновности обвиняемого и
что победу в правовом споре сторон необходимо присудить именно ей.
В ст. 20 УПК РСФСР закреплялся принцип всесторонности, полноты и
объективности рассмотрения всех обстоятельств дела в их совокупности, с
реализацией которого всегда была связана оценка судом доказательств по
уголовному делу. В качестве цели указанного принципа рассматривалось
ограничение субъективизма при рассмотрении уголовного дела и предвзятости,
ведущих к обвинительному уклону. Он распространялся не только на деятельность
судей, но и органов предварительного расследования, прокурора. Нормы прежнего
УПК РСФСР предусматривали полномочия суда, в которых явно прослеживался
обвинительный уклон, устранение которого законодателем начало происходить
незадолго до принятия УПК РФ. Одним из наиболее частых оснований отмены
приговоров вышестоящими судебными инстанциями являлось нарушение
принципа
всесторонности,
полноты
и
объективности
рассмотрения
всех
обстоятельств дела в их совокупности.
По нашему мнению, всесторонность может означать выдвижение всех
возможных версий происшедшего, полнота – учет всех «за» и «против» по каждой
версии; объективность – с одной стороны, беспристрастность в выдвижении и
проверке версий, с другой – стремление к познанию материальной истины.
В настоящее время УПК РФ не содержит принципа всесторонности, полноты
и объективности исследования всех обстоятельств дела, ведущего к объективной
истине. В связи с этим, законодатель предписал оценивать доказательства, исходя
из «совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств», отказавшись от
традиционной и ранее применявшейся практики формирования внутреннего
убеждения субъекта оценки доказательств.
Ввиду отсутствия в уголовно-процессуальном законе данного принципа
Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 постановления «О судебном приговоре»
разъясняет, что «в силу положений статьи 240 УПК РФ выводы суда, изложенные
в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем
порядке
судебного
разбирательства,
должны
быть
основаны
на
тех
23
доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном
заседании» [7].
К
сожалению,
данное
разъяснение,
необходимое
для
обеспечения
единообразия судебной практики, игнорируется судами не так уж и редко. Не
только вышеуказанное, но и другие законодательные требования воспринимаются
судом через призму своей совести, являющейся субъективной категорией из-за
зависимости от конкретного человека с его собственными качествами и свойствами
личности. Анализ складывающейся судебной практики по уголовным делам
позволяет сделать вывод, что в судейском понимании категории «совесть» также
присутствует субъективизм. Например, судья при отсутствии достаточных
доказательств вины подсудимого, игнорируя противоречия в исследованных
доказательствах, а также доводы и доказательства стороны защиты, формулируя в
приговоре противоречивые выводы, а также выводы, не основывающиеся на
исследованных доказательствах, выносит обвинительный приговор [10].
Также в судебной практике бывают случаи, когда суд формально подходит к
оценке доказательств, проявляя при этом обвинительный уклон. Он не
устанавливает содержание предоставленных стороной защиты доказательств и не
уясняет их смысла. Это подтверждают выводы суда о том, что «позиция стороны
защиты является несостоятельной» без какой-либо конкретной аргументации
причины прихода к такому выводу, кроме как признанной судом согласованности
тех доказательств, которые были приняты им во внимание [10]. Подобная оценка
доказательств свидетельствует о
целенаправленном игнорировании судом
требований закона и несоблюдении принципа свободы оценки доказательств,
требующего нравственного самоконтроля судьи при рассмотрении уголовного
дела.
Активность суда в уголовном процессе должна быть направлена на
преодоление
информационной
неопределенности
с
целью
формирования
внутреннего судебного убеждения, позволяющего принять обоснованное решение.
В связи с этим мы полагаем, что ч. 1 ст. 17 УПК РФ целесообразно изложить в
следующей редакции: «Судья, присяжные заседатели, а также прокурор,
24
следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему
убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании
имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью».
Выводы: свобода оценки доказательств как один из принципов уголовного
судопроизводства представляет собой мыслительную, логическую деятельность
судьи, который, руководствуясь законом и совестью, формирует свое внутреннее
убеждение о наличии (отсутствии) обстоятельств, имеющих значение для
правильного разрешения уголовного дела. Соблюдение норм российского
законодательства в ходе оценки доказательств позволяет повысить эффективность
уголовного судопроизводства, а также обеспечить защиту прав и законных
интересов всех его участников.
25
ГЛАВА 2. ВНУТРЕННЕЕ СУДЕБНОЕ УБЕЖДЕНИЕ КАК ОСНОВА
СВОБОДНОЙ ОЦЕНКИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ
2.1 Понятие, закономерности формирования и значение внутреннего
судебного убеждения
Переход от теории формальных доказательств к их свободной оценке
предоставил суду возможность оценивать доказательства по своему внутреннему
убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле
доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Теория формальных
доказательств долгое время была господствующей в уголовном процессе. Её суть
состояла в том, что уголовно-процессуальный закон заранее определял значение
того или иного доказательства, необходимого для разрешения уголовного дела.
Роль суда заключалась в установлении тождества между закреплёнными в законе
доказательствами и устанавливаемыми в суде обстоятельствами. Доказательства
согласно данной теории имели заранее установленную силу в рамках судебного
разбирательства. В настоящее время на законодательном уровне закреплён отказ
от формальной системы оценки доказательств и установлен принцип их свободной
оценки (ст. 17 УПК РФ) [55, c. 93].
При исследовании проблемы внутреннего судебного убеждения необходимо
определить его место и роль в процессе уголовно-процессуального доказывания. В
науке складываются различные точки зрения по данному вопросу. Ряд авторов
считает, что внутреннее убеждение – это метод (способ) оценки доказательств. Они
полагают, что оно представляет собой метод оценки доказательств по свойствам,
им присущим, а также метод подхода к определению их характера и значения по
делу. Другие авторы вкладывают в данное понятие психологический момент,
связанный с эмоционально окрашенным отношением субъекта доказывания к
истинности результатов познания объектов. Третьи рассматривают внутреннее
убеждение и как метод оценки доказательств, и как результат такой оценки. Оно
выражает уверенность судей в правильности выводов, к которым они пришли в
ходе уголовно-процессуального доказывания [39, c. 87].
26
В
уголовно-процессуальной
формулировки
понятия
литературе
«внутреннее
предлагаются
убеждение».
разнообразные
Во-первых,
внутреннее
убеждение судьи следует понимать как собственное отношение к своим знаниям,
решениям, действиям. Во-вторых, убеждение называется внутренним, потому что
оно формируется в сознании оценивающего субъекта; наличная совокупность
доказательств является «единственным убежищем», в котором находится истина
[39, c. 87]. В-третьих, внутреннее убеждение связывается со способностью
субъектов принимать решение, не руководствуясь ничьими указаниями. Вчетвертых, под внутренним убеждением понимает принцип оценки доказательств,
в основе которого должно лежать всестороннее, полное и объективное
рассмотрение всех обстоятельств в их совокупности. Мы полагаем, что внутреннее
убеждение представляет собой «уверенность лиц, принимающих уголовнопроцессуальные
решения
относительно
допустимости,
относимости,
достоверности и достаточности доказательств, а также тех выводов, которые
следуют из совокупности этих доказательств» [14, c. 39].
Внутреннее убеждение является основой принципа свободы оценки
доказательств и представляет собой достаточно сложную правовую категорию,
рассматриваемую в различных аспектах. Юридический аспект связан с тем, что
внутреннее
убеждение
имеет
закрепление
на
законодательном
уровне.
Психологический аспект означает состояние сознания, которое характеризуется
чувством
уверенности в
достоверности
своих
выводов
о
соответствии
оцениваемого доказательства требованиям закона, а также отсутствие сомнений.
Познавательный аспект заключается в таком объёме знаний, который позволяет
выработать твёрдое убеждение по поводу результата оценки. Наконец, выделяют
нравственный, этический аспекты, поскольку внутреннее убеждение судей – это
следование ими голосу своей совести и разрешение дела в соответствии с ней.
«Убеждение» как понятие, согласно толковому словарю русского языка,
означает прочно сложившееся мнение, уверенный взгляд на что-нибудь, точка
зрения. «Внутреннее», то есть про себя, в душе. Другими словами, внутреннее
убеждение субъекта оценки доказательств представляет собой его личное,
27
субъективное убеждение, сформировавшееся внутри и сугубо личным сознанием.
Безусловно, оно не формируется на пустом месте. Объём информации, который
необходимо осмысливать, анализировать и оценивать суду зависит от конкретного
уголовного дела. Иначе говоря, от того, что предстоит оценивать: отдельное
доказательство, их совокупность или вывод об обстоятельствах, которые должны
быть установлены [19, c. 79]. Оценка всей совокупности доказательств, которые
подлежат доказыванию, ложится в основу принимаемого судом законного,
обоснованного и справедливого решения по уголовному делу.
Внутреннее убеждение судьи является самоубеждением, поскольку оно
складывается из собственного суждения относительно обстоятельств уголовного
дела, исследованных доказательств, и их личной оценки. При оценке доказательств
суд руководствуется своей совестью, которая является неким социальнонравственным ориентиром, расширяющим границы его «внутренней свободы».
Убеждение должно иметь объективное основание, то есть быть основанным на
совокупности имеющихся в деле доказательств.
Психологические явления, например интуиция, догадка являются способами
непосредственного познания существа социального явления без обоснования того,
что познаётся с помощью доказательств. Внутреннее судебное убеждение не
допустимо смешивать с подобными психологическими явлениями. Безусловно, эти
бессознательные чувства имеют место в области человеческой деятельности,
поскольку
запретить
человеку
мыслить
и
чувствовать
что-либо
на
подсознательном уровне просто невозможно. Однако выводы, делаемые в
уголовно-процессуальном отношении, и принимаемые решения можно делать
только
на
основе
соответствующих
доказательств,
отвечающих
всем
предъявляемым к ним требованиям. Таким образом, оценка доказательств по
внутреннему убеждению означает строго обоснованную уверенность в истинности
своих суждений и обладание необходимым для этого объективным материалом [33,
c. 69].
При рассмотрении содержания понятия внутреннего убеждения учёнымипроцессуалистами выделяются его субъективные и объективные составляющие.
28
Проявление субъективной стороны заключается в следующем: 1) внутреннее
убеждение является сугубо индивидуальным итогом познавательной деятельности
конкретного человека; 2) идеальный образ, который создаётся в процессе уголовнопроцессуального познания, носит субъективный характер, что объясняется
опосредованным характером такой деятельности. Объективность внутреннего
убеждения заключается в независимости результата познания от желания и воли
субъекта. Однако подобное объяснение критерия объективности является
достаточно спорным. Если понимать внутреннее убеждение как метод оценки
доказательств, то оно означает, что субъекты доказывания свободны в выборе пути
достижения истины по конкретному делу. Таким образом, представляется
довольно проблематичным разделить в исследуемом явлении субъективный и
объективный критерии, потому что они имеют тесную взаимосвязь, в которой
проявляется сущность внутреннего убеждения. Двоякое содержание также
проявляется в том, что убеждение одновременно является как гарантом
независимости субъектов оценки доказательств от чьей-либо воли, так и их
собственной предвзятости [43, c. 196, 197]. Правильное сочетание субъективного и
объективного при оценке доказательств судом по своему внутреннему убеждению,
согласно позиции законодателя, должно привести к единственно возможному
обоснованному решению.
Внутреннее
судебное
убеждение
является
весьма
противоречивым
феноменом. Оценка доказательств требует от правоприменителя, чтобы в
результате индивидуального (субъективного) анализа каждого доказательства и
всей их совокупности он получал в итоге объективный результат. Иначе говоря,
такой результат, к которому может прийти на основании имеющейся совокупности
доказательств. Всё это вполне легко реализовать, если разрешение уголовного дела
является весьма очевидным, например есть совокупность прямых доказательств,
подтверждающих вину подсудимого. Но может сложиться такая ситуация, когда
картина преступления является достаточно спорной. В связи с этим судья,
разрешая дело по своему внутреннему убеждению, может прийти к выводу о
виновности подсудимого. Другой же судья может сделать противоположный
29
вывод. Оба из них обоснуют и мотивируют принятые ими решения, ссылаясь при
этом на оценённые доказательства и использование своего внутреннего убеждения
при их оценке [43, c. 197].
По
нашему
мнению,
следует
различать
внутреннее
убеждение
и
убеждённость. Первое понятие связано рациональной основой деятельности и
глубоко укоренившихся в сознании человека представлениях морального плана,
которые мотивируют его решения и поступки. Убеждённость – это субъективное
отношение человека к своим поступкам и убеждениям, иначе говоря уверенность в
собственной правоте. Данные понятия взаимосвязаны и при сложности их
различения часто трактуются в едином контексте [39, c. 88].
Необходимо разграничивать внутреннее судебное убеждение и судейское
усмотрение, поскольку это разноплановые понятия, отличающиеся по своей
сущности. Отличие между ними заключается в том, на достижение какой цели они
направлены. Первое из них направлено на совокупную оценку доказательств для
выяснения вопроса о виновности либо невиновности подсудимого. Судейское же
усмотрение направлено на оценку нормативного материала с целью выбора
законного основания для разрешения правовой коллизии. Таким образом, понятие
судейского усмотрения шире оценки доказательств по внутреннему убеждению,
поскольку оно является не только элементом процессуального доказывания, но и
более ёмким понятием, которое охватывает выбор возможных альтернатив при
проведении различных процессуальных действий и принятии процессуальных
решений. Внутреннее убеждение судьи при применении судейского усмотрения
необходимо для того, чтобы такое усмотрение не превратилось в произвол. Оно
позволяет объективизировать судебное усмотрение, обосновать его теми
доказательствами, которые отвечают предъявляемым к ним требованиям [40, c. 35,
36].
Оценка доказательств по внутреннему убеждению тесно связана с
независимостью судьи, поскольку только независимый и беспристрастный суд
может защитить права и законные интересы граждан, обеспечить равенство всех
участников судебного разбирательства и вершить правосудие в соответствии с
30
Конституцией Российской Федерации и федеральными законами. Принцип
независимости судей возлагает на них обязанность пресекать любые попытки
вмешательства в разрешение конкретных дел и гарантирует объективность и
справедливость принятых им решений [32, c. 56]. Таким образом, независимость
судьи как субъекта усмотрения в уголовном судопроизводстве выражается в
свободе его внутреннего убеждения при оценки доказательств, а независимость и
свобода внутреннего убеждения судьи позволяет ему сохранить независимость как
субъекта государственно-властных полномочий.
Процесс формирования внутреннего убеждения судьи не регламентирован
УПК РФ, однако достаточно полно исследован в уголовно-процессуальной науке.
Основой его формирования является исследование судом доказательств в ходе
судебного разбирательства. Именно оно способствует формированию у судьи
личного отношения к рассматриваемому уголовному делу и позволяет выстроить
логику дальнейших действий. Процесс формирования внутреннего убеждения
начинается с совокупности знаний, которая позволяет выдвинуть судебную
версию. Она содержит объяснение события или факта, в ней можно увидеть
первоначальное отношение судьи к достоверности знаний, на основе которых
судебная версия была построена. На данном этапе психическое состояние судей
характеризуется наличием сомнений, неуверенностью, поскольку имеющиеся
знания еще не были подвержены проверке. Сомнение преобладает над убеждением,
так как суд только изучает и оценивает полученную информацию, идёт процесс
формирования познавательных проблем. Результатом борьбы между чувством
уверенности и сомнением является судебное убеждение. Разумеется, что на
предварительном слушании по уголовному делу самостоятельная судебная версия
еще не сформирована. Не может быть речи и о сформированном внутреннем
убеждении, поскольку оно складывается параллельно с выдвигаемыми версиями
стороны обвинения и защиты. Внутреннее убеждение судьи в достоверности его
выводов по поводу исследуемых событий формируется в ходе мыслительной
деятельности. Если в ходе неё не было обнаружено фактов, вызывающих сомнение
в точности полученных результатов, то вывод является достоверным [55, c. 94].
31
По мнению представителей теории внутреннего убеждения, процесс его
возникновения и формирования происходит преимущественно стихийно и
безотчётно, помимо воли человека и без всякой с его стороны проверки действия
законов мышления. Когда суд готов сформировать вывод по рассматриваемому
делу в рамках уголовного процесса, он становится правомочным принять
отвечающее нормам закона процессуальное решение. Как мы видим, внутреннее
убеждение является субъективной уверенностью в фактическом и процессуальном
качестве оцениваемого доказательства [38, c. 239, 240].
Значение оценки доказательств по внутреннему убеждению состоит в том,
чтобы оградить суд от воздействия на него внешних факторов, способных привести
к принятию незаконного и необоснованного решения.
Выводы: внутреннее судебное убеждение имеет сложное содержание и
характеризуется с точки зрения нескольких аспектов. Оно представляет собой
состояние твёрдой и сознательной уверенности в установлении истины по
уголовному
делу.
Его
формированию
предшествует
сложный
процесс
исследования доказательств в состязательном уголовном процессе. Предпосылкой
к формированию убеждения являются результат познавательной деятельности
судьи и достоверные знания. В свою очередь, знания являются содержанием
убеждения и идеальным образом отражаемого явления действительности.
Существование убеждения без знаний является немыслимым. Внутреннее
убеждение судьи является основным инструментом, который, с одной стороны,
позволяет оценить свойства доказательств, а с другой – имеет решающую роль при
оценке обстоятельств дела, поскольку позволяет установить достаточность
собранных доказательств для вывода о доказанности наличия в объективной
действительности исследуемого факта.
2.2 Объективные и субъективные факторы, воздействующие на внутреннее
судебное убеждение
Внутреннее убеждение складывается в ходе мыслительной деятельности
судьи, поэтому оно формируется под влиянием ряда факторов, носящих как
32
объективный (внешний), так и субъективный (внутренний) характер. Постараемся
рассмотреть и охарактеризовать каждый из них.
В ст. 17 УПК РФ указано, что при оценке доказательств судье необходимо
руководствоваться законом, то есть внутреннее убеждение не может быть
безотчётным и произвольным, оно формируется в соответствии с правовыми
нормами. На законодательном уровне регламентируются такие вопросы, как
установление структуры суда и его полномочий, принципы, цели и назначение всей
его деятельности. В частности, УПК РФ определяет основу формирования
внутреннего
доказыванию;
убеждения
средства,
судьи,
устанавливая
позволяющие
обстоятельства,
установить
входящие
подлежащие
в
предмет
доказывания сведения; правила оценки доказательств. Знание судьями уголовнопроцессуальных норм, убеждение в следовании им воздействуют на формирование
их внутреннего убеждения. Его цель, основы, пределы формирования и внешнего
выражения в решениях суда определяются установками государства. Таким
образом, первым объективным фактором является уголовно-процессуальное
законодательство.
Второй объективный фактор, воздействующий на внутреннее убеждение
судьи, – это изучение уголовного дела в стадии назначения судебного заседания.
Так,
мнение
о
доказанности
фактических
обстоятельств
дела
может
сформироваться уже при знакомстве с его письменными материалами, что в
дальнейшем может повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности
лица в совершении конкретного преступления. В ходе изучения материалов у судьи
может сформироваться вывод о наличии достаточной совокупности относимых,
допустимых и достоверных доказательств. Однако основная его задача на данном
этапе состоит не в оценке трёх вышеперечисленных свойств, а в решении вопроса
о достаточности собранных доказательств для рассмотрения дела в судебном
заседании [15, c. 313].
УПК РФ допускает возможность рассмотрения коллегией из трех судей
федерального суда общей юрисдикции уголовного дела по первой инстанции. В
такой коллегии увеличивается вероятность принятия решения одним лидером,
33
который может в последующем оказать воздействие на двух других судей с целью
поддержки принятого им решения.
Таким образом, оно может быть принято
«активным меньшинством», коллегиальность в данном случае будет утрачена.
Когда судьи удаляются в совещательную комнату для обсуждения обстоятельств
дела, руководствуясь сформированным у каждого из них внутренним убеждением,
и приходят к общим выводам, фактор коллегиальности проявляется особенно
отчётливо. Здесь внутреннее убеждение каждого судьи оказывает влияние на
формирование убеждения его коллег, следовательно, итоговое решение отражает
не только оценку процесса поиска общего решения, но и оценку доказательств
конкретным судьей. Стоит отметить, что к общим выводам коллегия приходит не
всегда, разногласия могут возникнуть по различным вопросам, например о
доказанности обстоятельств дела, виновности подсудимого или о мере наказания.
Таким образом, судьи могут принять решение, даже если не будут с ним согласны
и убеждены в его правильности, полагаясь на мнение большинства. Безусловно, у
решений, принятых коллегиально, есть достоинство: уменьшается риск их
немотивированности, потому что судьи совещаются между собой и ищут более
удачные формулировки для отражения своего внутреннего убеждения в принятом
по делу решении. В единоличном рассмотрении спора этого сделать невозможно
[16, c. 514].
На внутреннее убеждение судьи также оказывает влияние судебная практика,
то есть сложившиеся ориентиры, имеющиеся на уровне вышестоящих судебных
инстанций, но не являющиеся обязательными для применения. Это могут быть
постановления и определения Конституционного Суда РФ, постановления
Пленума Верховного Суда РФ, обзоры практики и определения (постановления) по
конкретным делам. В судебной практике содержатся результаты оценки
доказательств в обобщённом виде с анализом ошибок, допущенных в процессе
такой оценки. Её влияние на формирование внутреннего убеждения судьи – это
вполне естественный и закономерный процесс, который объясняется стремлением
судебной системы унифицировать применение правовых и процессуальных норм.
34
Нередко выносятся и вступают в законную силу неправосудные приговоры,
в которых внутреннее убеждение судьи превращено в необоснованное видение
обстоятельств
уголовного
дела,
самоуверенность
или
бесконтрольную
убежденность в правильности вынесенного решения. По нашему мнению, решение
этой проблемы возможно путём изменения складывающейся судебной практики,
которая явно формируется с обвинительным уклоном и пренебрежением
законодательных предписаний [53, c. 82].
Проанализировав основные объективные факторы, оказывающие влияние на
формирование внутреннего судебного убеждения, мы пришли к выводу, что
существуют недостатки и пробелы как предписаний закона, так и судебной
практики. Преломление этих фактов может привести к искажению, неправильному
формированию, а также невозможности выражения внутреннего убеждения судьи
в принятом по делу решении.
Ст. 17 УПК РФ призывает судью при оценке доказательств по внутреннему
убеждению руководствоваться совестью. Данное требование является одним из
важнейших нравственных ориентиров в его деятельности. Не случайно, принося
присягу, судья клянется «честно и добросовестно исполнять свои обязанности,
осуществлять правосудие, подчиняясь только закону, быть беспристрастным и
справедливым, как велят ему долг судьи и его совесть [3].
Совесть является элементом нравственно развитой личности. В связи с этим,
в толковом словаре русского языка она описывается как «чувство нравственной
ответственности за свое поведение, поступки перед окружающими людьми,
обществом». Нравственная ответственность означает свободу выбора поведения
субъекта, его способность действовать со знанием дела ради достижения
избранной
цели,
в
соответствии
с
объективными
условиями
реальной
действительности [39, c. 90]. Совесть является внутренним критерием соблюдения
правил, который обеспечивает независимость и свободу при выражении своего
убеждения, уверенность в беспристрастности и справедливости вынесенного
решения.
35
Совесть, по логике законодателя, должна влиять на правильную оценку
доказательств.
Ряд
учёных
называют
её
«нравственно-психологическим
элементом», «нравственным критерием» оценки доказательств. Совесть имеет
свою внутреннюю логику развития и соотносится как частное с общим со
справедливостью. Справедливая оценка доказательств по уголовному делу и
вынесение законного приговора невозможны без руководства ею. В данном случае
справедливость
не
понимается
как
беспристрастность,
а
является
интеллектуальной и психологической вовлеченностью суда в процесс уголовного
судопроизводства, в ходе которого решается вопрос о виновности или
невиновности лица, привлекаемого к уголовной ответственности [28, c. 132].
Совесть выступает как разумное осознание судьей нравственного значения
совершаемых им действий, ответственности за них исходя из нравственных норм и
таких понятий, как добро и зло. Она является этической категорией и характеризует
способность личности формулировать для себя нравственные обязанности и
требовать от себя их выполнения. Соответственно, когда судья оценивает
доказательства, то совесть позволяет ему поступать так, как подсказывает
собственное
внутреннее
убеждение,
основанное
на
началах
морали
и
нравственности, а не убеждение каких-либо других лиц. Можно говорить о том,
что совесть является особым психологическим стержнем [19, c. 81].
Как мы видим, совесть является не в полной мере прояснённым юридическим
понятием, что создаёт проблемы в понимании того, как суду необходимо ею
руководствоваться при оценке доказательств. Последствия этого пробела нельзя
недооценивать, поскольку нормы ст. 17 УПК РФ являются фундаментальными для
формирования правовой позиции по уголовному делу которая, в свою очередь,
отражается в приговоре.
Согласно ст. 71 УПК РСФСР при оценке доказательств суду необходимо
было
руководствоваться
правосознанием.
Последнее
представляет
собой
совокупность мысленных и чувственных оценок правовых явлений, правовых
отношений. В научной литературе под правосознанием понимается часть
36
общественного сознания, в содержание которого входят взгляды, убеждения, идеи,
относящиеся к праву.
В настоящее время в уголовно-процессуальной науке ведутся споры
относительно целесообразности исключения данного понятия из УПК РФ. По
мнению ряда учёных, замена в законе понятия «правосознание» на понятие
«совесть» не является удачной. Это связано с тем, что совесть с социальной и
этической стороны является весьма сложной и неоднозначной категорией, а также
частью общего по отношению к ней понятия – правосознания. Также
законодателем в данном случае упускается вторая составляющая правового
сознания – правовая идеология, оказывающая большое влияние на процесс
формирования внутреннего убеждения правоприменителя [19, c. 81].
Некоторые
исследователи
полагают,
что
правосознание
позволяет
приспособить общие нормы к сложившейся в уголовном процессе единичной
ситуации, служит средством восполнения по аналогии пробелов закона, является
результатом восприятия судьей системы юридических норм [52, c. 118].
По нашему мнению, законодатель вполне обоснованно исключил из УПК РФ
норму об оценке доказательстве на основе правосознания. Правосознание само по
себе неразрывно связано с правом и направлено на реализацию законности и
правопорядка. Совесть судьи, который оценивает доказательства, уже включает в
себя правосознание, так как речь идёт не о совести вообще, а о совести субъекта
доказывания
как
профессионально
руководствующегося
правовыми
необходимой
нормами
в
составляющей
ходе
человека,
осуществляемой
им
деятельности.
При исследовании обстоятельств уголовного дела, когда формируется
внутреннее убеждение, судья оценивает и переживает все воспринимаемое.
Чувство сопричастности и сопереживания свойственно человеку, поэтому в
процессе оценки доказательств возрастает возможность сочувствия к лицу. Такое
чувство не должно становиться препятствием на пути правильного формирования
внутреннего судебного убеждения. Однако судья также не должен быть
37
равнодушным к рассматриваемому делу, поскольку это может привести к
безразличию и утрате ответственности за результаты своей деятельности.
Наконец, важнейшим субъективным фактором внутреннего убеждения судьи
является здравый смысл, являющийся интеллектуальной основой в уголовном
процессе. В научной литературе он именуется мудростью, которая характеризует
личность судьи как здравомыслящего человека, обладающего определёнными
знаниями,
житейским
опытом,
применяемыми
в
его
профессиональной
деятельности. В основе мудрости лежат как прошлый опыт, так и возможность
реалистической оценки ситуации, логические приёмы с точки зрения возможных
последствий [27, c. 99].
Вывод: объективные и субъективные факторы, оказывающие влияние на
формирование внутреннего убеждения судьи в ходе оценки доказательств по
уголовному делу, позволяют судить о качестве вынесенного приговора, который
должен быть законным, обоснованным и справедливым.
38
ГЛАВА 3. ВЫРАЖЕНИЕ ВНУТРЕННЕГО СУДЕБНОГО УБЕЖДЕНИЯ В
ОБОСНОВАНИИ И МОТИВИРОВКЕ СУДЕБНЫХ АКТОВ
3.1 Выражение внутреннего убеждения в решениях суда первой инстанции
Внутреннее убеждение судьи содержится в принятом по делу решении,
которое является объективной формой выражения данной субъективной категории.
Доказывание по уголовному делу в значении «обоснование решения» и его
взаимосвязь с внутренним убеждением – те вопросы, которые имеют интерес для
нашего исследования.
Согласно п. 33 ст. 5 УПК РФ процессуальное решение представляет собой
«решение, принимаемое судом, прокурором, следователем, органом дознания,
начальником
органа
дознания,
начальником
подразделения
дознания,
дознавателем в порядке, установленном настоящим Кодексом». Мы остановимся
на изучении судебного решения, которое является документом, облечённым в
строго установленную процессуальную форму. В нём судья в соответствии со
своей компетенцией, предоставленной в установленном законом порядке,
указывает, какие обстоятельства по делу им установлены или не установлены. В
конечном итоге он даёт ответы на отдельные правовые вопросы или по делу в
целом, которые включают волеизъявление о действиях, направленных на
достижение назначения уголовного судопроизводства.
Выработка решения является сложнейшим процессом познания, который
сочетает в себе оценку судьей доказательств по внутреннему убеждению, его
усмотрение, применение научных методов анализа ситуаций, проблем и способов
их разрешения с учетом имеющихся сил и средств, оценку альтернативных
вариантов и выбор оптимального решения [41, c. 10].
Вопрос об исследовании доказательств в суде первой инстанции является
особо актуальным в связи с тем, что рассмотрение дела по существу является
центральной стадией уголовного судопроизводства. В общем порядке в судебном
разбирательстве
все
доказательства
по
уголовному
делу
подлежат
непосредственному исследованию. Процесс исследования доказательств состоит
39
из нескольких этапов, таких как действия судьи по подготовке к судебному
следствию,
непосредственное
восприятие
им
представленных
сторонами
доказательств, подведение итогов судебного следствия и подготовка к прениям
сторон. Необходимо отметить, что прения сторон имеют важное информационное
значение, поскольку позиции сторон обвинения и защиты позволяют посмотреть
на одни и те же доказательства по уголовному делу с разных ракурсов [23, c. 85].
Механизм
принятия
решения
в
сфере
уголовно-процессуального
регулирования можно представить следующим образом. Изначально необходимо
прийти к выводу о наличии оснований для его формирования. Знание о
фактических обстоятельствах дела судья приобретает в ходе оценки достаточного
количества доказательств, составляющих обоснование решения. На основе
фактических обстоятельств дела можно принять несколько взаимоисключающих
решений, поэтому судья на основе имеющихся и достоверно установленных в ходе
оценки доказательств данных по своему усмотрению выбирает одно из них.
Обоснование выбора того или иного решения отражается в его мотивировочной
части. В конечном итоге внутреннее убеждение судьи выражается в принятом по
делу решении. Вышеприведённый механизм обладает достаточной долей
условности, поскольку мы пытались описать общие черты принятия всех
процессуальных решений, которые могут быть вынесены в ходе судебного
производства.
В суде первой инстанции могут быть вынесены определение суда и
постановление судьи, к которым УПК РФ предъявляет к определённые требования,
такие как законность, обоснованность и мотивированность. Первое из них
предполагает принятие решения в установленном законом порядке и должностным
лицом, которое имеет право на вынесение такого акта (в нашем случае им является
судья). Критерий обоснованности отражается в мотивировочной части и означает
подтверждение решения фактами, доводами, то есть его убедительность. Для
принятия обоснованного решения судье необходимо опираться на материалы дела
и доказательства в совокупности. Наконец, мотивированность заключается в
указании на доказательства, их анализ и оценку.
40
Анализ судебной практики свидетельствует о том, что обоснованность и
мотивированность решения неразрывно связаны, поэтому отграничить эти
требования друг друга не представляется невозможным. Так, Пленум Верховного
суда РФ указывает, что «решение является обоснованным тогда, когда имеющие
значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами,
удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или
обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно
содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов»
[5].
По вопросам, которые разрешаются во время судебного заседания в первой
инстанции, могут быть вынесены определение (постановление) о возвращении
уголовного дела прокурору, о прекращении уголовного дела, об избрании,
изменении или отмене меры пресечения в отношении подсудимого и другие
решения (ч. 2 ст. 256 УПК РФ). Рассмотрим выражение внутреннего убеждения
судьи в первых двух из них более подробно.
В связи с темой нашего исследования особый интерес представляет стадия
назначения судебного заседания. УПК РФ не устанавливает, что в ходе неё
необходимо решить вопрос о достаточности собранных доказательств для
рассмотрения дела в судебном заседании. Однако это не значит, что на стадии
назначения судебного заседания не производится оценка доказательств по
внутреннему убеждению. После того, когда судья установит, что дело ему
подсудно, он должен решить вопрос о наличии оснований для производства
предварительного слушания (ст. 229 УПК РФ), в частности, есть ли основания для
возвращения уголовного дела прокурору (например, в связи с нарушением
требований уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного
заключения, акта или постановления).
Во время ознакомления с материалами уголовного дела у судьи может
сформироваться убеждение в необходимости его возвращения прокурору, однако
такая поспешность не должна повлечь за собой принятие необоснованного
решения. Судья может вернуть дело прокурору только в том случае, если он сам
41
не может устранить существенные процессуальные нарушения при составлении
обвинительного заключения, акта или постановления, которые могут привести к
принятию незаконного приговора.
Зачастую уголовные дела возвращаются прокурору в связи с ошибочным
выводом
о
невозможности
самостоятельного
устранения
вышеуказанных
нарушений в судебном заседании. Причина подобной ошибки состоит в том, что
судьи пытаются сделать вывод о невосполнимости допущенных нарушений,
основываясь на обвинительном заключении, отдельно от доказательств, собранных
по уголовному делу. Также нередко уголовные дела возвращаются прокурору для
восполнения доказательств, а не для устранения процессуальных нарушений,
однако это не является допустимым, потому что судья должен изучать материалы
с позиций возможности постановления приговора или вынесения иного решения
на основании обвинительного заключения, акта или постановления.
Таким образом, при решении вопроса о возвращении уголовного дела
прокурору внутреннее убеждение судьи ограничено в предмете оценки, поскольку
он исследует только вещественные доказательства и протоколы. В данном случае
оценка доказательств не носит окончательного характера и в последующем может
измениться. Главное, чтобы внутреннее убеждение судьи как результат такой
оценки на стадии назначения судебного заседания не привело к однозначному
выводу о невозможности принятия итогового процессуального решения. Кроме
того, в постановлении о возращении уголовного дела прокурору является
недопустимым решение вопроса о виновности лица в совершении преступления.
Иным образом происходит формирование внутреннего убеждения судьи при
решении вопроса о прекращении уголовного дела как на этапе предварительного
слушания, так и в судебном заседании. В данном случае судье необходимо оценить
доказанность факта совершения преступления, иначе он не будет вправе вынести
постановление о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в
связи
с
обстоятельствами,
исключающими
восстановление
прав
лица,
необоснованно подвергнутого уголовному преследованию. В таком постановлении
содержится итоговая оценка собранных доказательств, так как оно является одним
42
из вариантов окончания производства по делу. Когда решается вопрос о
достоверности доказательств в случае прекращения уголовного дела, то
необходимо установить одновременное наличие следующих условий: вывод об их
достоверности следует из имеющихся в деле письменных материалов и не
ухудшает положения обвиняемого, а также содержание имеющихся в деле
доказательств является очевидным и непротиворечивым.
Внутреннее судебное убеждение наиболее полно выражается в приговоре,
являющимся итоговым актом по делу. Рассмотрим некоторые вопросы его
содержания.
Согласно п. 28 ст. 5 УПК РФ приговор представляет собой «решение о
невиновности или виновности подсудимого и назначении ему наказания либо об
освобождении его от наказания, вынесенное судом первой или апелляционной
инстанции». Данное определение, которое закреплено на законодательном уровне,
отражает главную сущность приговора – только в нём лицо может быть признано
виновным или невиновным в совершении преступления и подвергнуто уголовному
наказанию.
Приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым (ч. 1
ст. 297 УПК РФ). Как мы видим, требование о его мотивированности в законе не
содержится, однако это не значит, что он не должен быть таким. В структуре
приговора имеется описательно-мотивировочная часть, которая, например,
содержит мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные
стороной обвинения (в том случае, если приговор является оправдательным) или
мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания,
освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия (в
том случае, если приговор является обвинительным). В уголовно-процессуальной
литературе
отмечают,
что обоснованность приговора
неразрывна
с
его
мотивированностью, поэтому это требование в УПК РФ не указано в качестве
самостоятельного.
Верховный Суд РФ придает особую важность требованию справедливости,
подчеркивая, что «рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции в
43
точном соответствии с установленным законом порядком, отвечающим критериям
справедливого судебного разбирательства, служит надежной гарантией защиты
прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, и
защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения,
ограничения ее прав и свобод» [8]. Также суды должны всячески пресекать факты
назначения
несправедливого
наказания.
Таким
образом,
требование
справедливости пронизывает всё правовое поле Российской Федерации.
Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания
являются одной из задач уголовного судопроизводства. По нашему мнению,
справедливость приговора предполагает не только справедливость назначенного
наказания, но и правильное разрешение уголовного дела как по существу, так и по
форме, основанное на законности примененной процедуры и обоснованности
принятого решения [20, c. 159].
Механизм принятия решения по каждому вопросу, указанному в ст. 299 УПК
РФ, можно представить следующим образом: оценка доказательств – вывод о
наличии обстоятельств – выбор решения – выражение решения в соответствующем
акте. Ответы на вопросы: доказано ли, что имело место деяние, в совершении
которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что деяние совершил подсудимый;
виновен ли подсудимый в совершении данного деяния и другие вопросы являются
выражением итога оценки доказательств по внутреннему судебному убеждению.
Внутреннее убеждение судьи выражается в описательно-мотивировочной
части приговора, поэтому она представляет для нас особый интерес. Как было
отмечено ранее, приговор может быть оправдательным или обвинительным.
Описательно-мотивировочная часть первого из них является относительно
простой, так как в ней судье необходимо изложить существо предъявленного
обвинения и обстоятельства, установленные им при оценке собранных по делу
доказательств. Специфичная черта процесса доказывания заключается в том, что
он направлен на опровержение юридической презумпции – считающегося
достоверным
утверждения
о
невиновности
лица.
Следовательно,
если
доказательств для опровержения собрано недостаточно, то постанавливается
44
оправдательный приговор. В таком случае внутреннее убеждение судьи в
виновности лица может сформироваться при отсутствии достаточных оснований
для вынесения обвинительного приговора, то есть при наличии неустранимых
сомнений в виновности подсудимого.
Обвинительный приговор представляет не меньший интерес с позиции
отражения в нём внутреннего убеждения судьи. Он «не может быть основан на
предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного
разбирательства
виновность
подсудимого
в
совершении
преступления
подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств» (ч. 4 ст. 302
УПК РФ). Его описательно-мотивировочная часть начинается с описания
преступного деяния, а не предъявленного обвинения, иными словами судья должен
изложить
обстоятельства,
которые
он
считает
доказанными
или
нет,
руководствуясь своим внутренним убеждением. Оно формируется не только в
совещательной комнате при ответе на вопросы, сформулированные в законе.
Оценка доказательств происходит в течение всего судебного заседания. Когда
судья придёт к убеждению в виновности лица, то ему необходимо указать, какие
доказательства убедили его в наличии или отсутствии тех или иных фактов, и
изложить их в приговоре. Приговор может утратить обоснованность, являющуюся
одним из важнейших его свойств, если такие доказательства не будут приведены
судьей в обоснование принятого им решения.
Мотивировка приговора выполняет две основных функции и является одним
из сложнейших вопросов, встречающихся в практической деятельности судьи. С
одной стороны, она даёт судье возможность самому проверить свои выводы; с
другой стороны, требует от него такого изложения доводов против доказательств,
отвергнутых им в ходе процесса их оценки, которые будут убедительны для всех
участников процесса и вышестоящих судов.
Постановление приговора обычно происходит в условиях показаний
обвиняемых, потерпевших и свидетелей, которые являются противоречивыми,
поскольку кто-то из них сознательно даёт ложные показания, а кто-то может
добросовестно заблуждаться. Именно поэтому мотивировка приговора при
45
устранении подобных противоречий требует, чтобы суд указывал, почему одни
показания были отвергнуты, а другие признаны достоверными. Доводы,
приведённые в приговоре, должны нести доказательственную информацию и
выражать внутреннее убеждение судьи.
Вывод: решение суда первой инстанции является индивидуальным
правоприменительным
уголовного
актом,
направленным
на
реализацию
выраженным
в
установленной
судопроизводства,
назначения
законом
процессуальной форме, в котором суд или судья в пределах своих полномочий в
определенном
законом
порядке
формулирует
выводы
о
законности
и
обоснованности действий и решений органов, ведущих процесс, а также о
рассмотрении уголовного дела по существу.
3.2 Особенности формирования внутреннего убеждения судей, проверяющих
приговоры в кассационном порядке
Производство в суде кассационной инстанции – важнейшее средство
исправления ошибок, допущенных судом первой инстанции, что обусловливает
интерес к особенностям оценки доказательств в кассации. Задачи и правила
проверки уголовного дела в суде кассационной инстанции влияют на особенности
формирования внутреннего убеждения судьи при проверке законности и
обоснованности приговора.
Из ст. 401.3 УПК РФ следует правило инстанционности, свойственное для
всех проверочных стадий уголовного судопроизводства. Оно предполагает, что
уголовное дело должно поступательно двигаться по судебным инстанциям, что
каждая последующая из них не должна приступать к пересмотру судебных актов
ранее, чем это сделает нижестоящий суд. Данное правило имеет еще одно
проявление: производство в каждой инстанции должно быть полноценным и
безукоризненным с точки зрения процедуры рассмотрения дела, с соблюдением
всех гарантий, направленных на обеспечение правильного разрешения дела или
жалоб (представлений) [47, c. 66].
46
Предметом судебного разбирательства в суде кассационной инстанции
является законность приговора, определения или постановления суда, вступивших
в законную силу (ст. 401.1 УПК РФ). Относительно данного вопроса Пленум
Верховного суда РФ в п. 10 постановления «О применении норм главы 47.1
Уголовно-процессуального
кодекса
Российской
Федерации,
регулирующих
производство в суде кассационной инстанции» разъясняет, что «в силу статьи 401.1
УПК РФ при рассмотрении кассационных жалобы, представления суд (судья)
кассационной инстанции проверяет только законность судебных решений, то есть
правильность применения норм уголовного и норм уголовно-процессуального
права (вопросы права). С учетом данного ограничения доводы кассационных
жалобы, представления, если в них оспаривается правильность установления судом
фактических обстоятельств дела (вопросы факта), проверке не подлежат» [6].
Можно посчитать, что проверка фактических обстоятельств дела теперь
возможна только однажды, после чего приговор вступает в законную силу, и
вышестоящая инстанция больше не будет обращаться к проверке вопросов факта,
то есть создается правовая основа для формирования окончательного приговора
[49, c. 75]. Однако в данном постановлении дано важное разъяснение относительно
того, что «если в кассационных жалобе, представлении содержится указание на
допущенные
судом
нарушения
уголовно-процессуального
закона
при
исследовании или оценке доказательств (например, обоснование приговора
недопустимыми доказательствами), повлиявшие на правильность установления
судом фактических обстоятельств дела и приведшие к судебной ошибке, такие
доводы не должны быть оставлены без проверки». Стоит отметить, что внутреннее
убеждение судьи, основанное на недопустимых доказательствах, не всегда
является ошибочным, а исключение подобных доказательств из всей их
совокупности не изменяет доказанности тех или иных обстоятельств дела. Таким
образом, суд кассационной инстанции не пересматривает уголовного дела по
существу, не собирает и не исследует доказательства. Однако в ряде случаев он
обязан (вынужден) давать оценку фактическим обстоятельствам дела.
47
Случаи, когда судом первой инстанции нарушаются требования уголовнопроцессуального закона, можно найти в судебной практике. Так, Кассационным
определением от 26 февраля 2014 г. по делу № 18-УД13-3 Судебная коллегия по
уголовным делам Верховного Суда РФ, обнаружив существенное нарушение
уголовно-процессуального
заинтересованного
лица
закона,
о
дате
выразившееся
судебного
в
не
извещении
разбирательства,
отменила
постановление президиума Краснодарского краевого суда, но не направила на
новое рассмотрение другой нижестоящей кассационной инстанции, а сама
непосредственно рассмотрела доводы кассационной жалобы, которая явилась
поводом для возбуждения кассационного производства в Краснодарском краевом
суде [11].
В качестве обстоятельства, подтверждающего невозможность считать
законность единственным предметом проверки судов кассационной инстанции,
является возможность требовать ухудшения положения осуждённого или
оправданного лица. В данном случае, отменяя судебное решение и направляя
уголовное дело на новое судебное рассмотрение, вышестоящий суд фактически
признает несправедливость итогового судебного акта, признав притязания
заинтересованных лиц в этом вопросе и законными, и обоснованными [35, c. 275].
В настоящее время на законодательном уровне было исключено требование
о годичном сроке для обжалования приговоров в кассационном порядке, которое
было воспринято в науке и правоприменительной практике неоднозначно.
Необходимо отметить, что ранее существовавшее ограничение предельного срока
пересмотра приговоров, вступивших в законную силу, было направлено на
устранение
длительной
правовой
неопределенности,
ранее
неоднократно
являвшейся предметом нарекания со стороны Европейского суда по правам
человека [26, c. 66].
Мы полагаем, что законодатель сделал верный шаг, исключив годичный срок
для обжалования приговоров в кассационном порядке, поскольку приоритетным в
данном случае должен выступать принцип полного исключения судебных ошибок
48
всеми доступными правовыми средствами, использование которых не должно быть
необоснованно ограничено во времени.
Согласно ст. 401.7 УПК РФ кассационные жалоба, представление, поданные
в соответствии с правилами, установленными статьями 401.2-401.4 данного закона,
изучаются
в
президиуме
второго
звена
судебной
системы
–
судьей
соответствующего суда. В связи с этим, необходимо также обратить внимание на
запрет для судьи, вынесшего постановление о передаче кассационной жалобы,
представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда
кассационной инстанции, участвовать в рассмотрении данного уголовного дела.
Мы полагаем, что логика законодателя в установлении подобного запрета
объясняется лишь одним обстоятельством – заинтересованностью, возможной
необъективностью судьи в предстоящем судебном заседании [25, c. 157]. Иными
словами, внутреннее убеждение этого судьи может повлиять на его формирование
у других судей.
Существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального
закона, повлиявшие на исход дела, либо выявление данных, свидетельствующих о
несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных
досудебным соглашением о сотрудничестве (ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ) – вот те
основания, на основе которых могут быть отменены или изменены приговор,
определение или постановление суда при рассмотрении уголовного дела в
кассационном порядке.
Рассмотрим основные этапы формирования внутреннего убеждения суда в
кассационной
инстанции.
Сначала
ему необходимо определить пределы
рассмотрения дела, а затем выделить из жалобы (представления) доводы
подавшего ее лица, основания и мотивы, приводимые им в пользу изложенного в
жалобе (представлении). Необходимо отметить, что суд кассационной инстанции
не связан доводами кассационных жалобы или представления и вправе проверить
производство по уголовному делу в полном объеме (ч. 1 ст. 401.16 УПК РФ).
Затем суд кассационной инстанции исследует материалы дела. В отличие от
суда первой инстанции он не имеет возможности непосредственно знакомиться со
49
всеми доказательствами. На внутреннем убеждении судьи может сказаться сам
факт повторности изучения дела, поскольку наряду с исследованными судом
первой инстанции письменными доказательствами также изучается и протокол
судебного заседания, из которого виден процесс их исследования, заявленные и
отклонённые ходатайства, и сам приговор, отражающий внутреннее убеждение
суда первой инстанции. Мнение кассации относительно доказанности тех или иных
обстоятельств дела может не соответствовать изложенному в приговоре, тогда
необходимо решить, в чем состоит это несоответствие. Для этого судьи
сопоставляют свои выводы об относимости, допустимости, достоверности и
достаточности совокупности исследованных доказательств с выводами суда
первой инстанции.
Почему же могут отличаться результаты оценки доказательств в судах
разных инстанций? По нашему мнению, неправильная их оценка может быть
первой
причиной
несовпадения
внутреннего
убеждения
суда
первой
и
кассационной инстанции. Первый из них осуществляет живое, непосредственное
познание обстоятельств дела, поэтому на формирование его внутреннего
убеждения могут оказать влияние объективные и субъективные факторы. В связи
с этим увеличивается вероятность допущения им ошибки в оценке. Например, она
может быть связана с неправильностью мысли, то есть ошибка в логических
построениях.
Суд
кассационной
инстанции
не
имеет
возможности
непосредственно воспринимать доказательства. Посылки формирования его
внутреннего убеждения ограничены, как правило, документами. Следовательно,
ему удается избежать ошибок, связанных с непосредственным восприятием,
влияющим на оценку доказательств.
Когда суд кассационной инстанции делает вывод о несовпадении своей
оценки с той, которую дал суд первой инстанции, то коллегия изучает приговор с
точки
зрения
его
непротиворечивости
и
последовательности.
Так,
его
несоответствие изложенным требованиям может привести к сомнению в
правильности формирования и отражения внутреннего убеждения судьи,
постановившего этот приговор. Например, в приговоре могут быть не указаны
50
основания, по которым отвергнуты одни и приняты другие доказательства, то есть
не ясно, как сформировалось внутреннее убеждение у суда первой инстанции; или
приговор может быть основан на существенной противоречивости изложенных в
нём выводов.
В УПК РФ не предусмотрена возможность выражения внутреннего
убеждения судьи, не согласившегося с решением остальных судей при
кассационном
пересмотре,
поскольку
все
вопросы
решаются
простым
большинством голосов. Судьи исследуют доказательства, формируя своё
внутреннее убеждение, а в совещательной комнате сопоставляют имеющиеся
мнения. В случае возникновения разногласий мотивируют их, в итоге приходя к
общему решению.
Уголовно-процессуальный
закон
закрепляет
возможность
выражения
особого мнения по поставленному приговору в суде первой инстанции, в
кассационной инстанции этого не предусмотрено. Однако особое мнение судьи в
кассации может оказаться не менее важным, поскольку в нём также будут
отражены мотивы и основания, по которым судья не согласен с коллегией.
Отсутствие этого института в кассационной инстанции ограничивает свободу
выражения внутреннего судебного убеждения.
Вывод: причины несовпадения внутреннего убеждения судьи суда первой
инстанции и судей кассационной инстанции заключаются в следующем. Вопервых, неправильная оценка доказательств, проведенная судьей первой
инстанции, поскольку на его внутреннее убеждение воздействуют объективные и
субъективные факторы. Во-вторых, несоблюдение требований закона при
рассмотрении уголовного дела и при выражении убеждения в решении по нему. Втретьих, логические ошибки при формировании и выражении внутреннего
судебного убеждения.
51
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
На основе изучения материала, собранного в ходе написания работы, и
проведённых нами исследований, отметим выводы, к которым мы пришли.
1. Процесс доказывания регламентирован определённым и установленным
законом порядком, облачён в строгие процессуальные формы. Это является
объективной гарантией того, что обстоятельства и факты, которые будут
установлены
в
данном
процессе,
будут
реальными,
соответствующими
действительности. В ходе доказывания необходимо обеспечивать соблюдение прав
и свобод личности. Таким образом, доказывание как способ установления
фактических
обстоятельств
регламентированную
по
уголовному
делу
уголовно-процессуальным
представляет
законом
собой
познавательную
деятельность уполномоченных на то субъектов, направленную на установление
обстоятельств,
подлежащих
доказыванию,
осуществляемую
посредством
собирания, проверки и оценки доказательств.
2. Внутреннее судебное убеждение – основа принципа свободы оценки
доказательств. Закономерности его формирования не отражены в УПК РФ, но
достаточно полно исследованы в уголовно-процессуальной науке. Основа
формирования внутреннего убеждения судьи в уголовном процессе – исследование
судом доказательств в ходе судебного разбирательства. Его формированию
предшествует сложный процесс исследования доказательств в состязательном
уголовном процессе. Предпосылкой к формированию убеждения являются
результат познавательной деятельности судьи и достоверные знания. В свою
очередь знания являются содержанием убеждения и идеальным образом
отражаемого явления действительности. Существование убеждения без знаний
является немыслимым. Внутреннее убеждение судьи является основным
инструментом,
который,
с
одной стороны,
позволяет оценить свойства
доказательств, а с другой – имеет решающую роль при оценке обстоятельств дела,
поскольку позволяет установить достаточность собранных доказательств для
52
вывода о доказанности наличия в объективной действительности исследуемого
факта.
3. Внутреннее убеждение складывается в ходе мыслительной деятельности
судьи, поэтому оно формируется под влиянием ряда факторов, носящих как
объективный (внешний), так и субъективный (внутренний) характер.
объективным
факторам
необходимо
отнести:
К
уголовно-процессуальное
законодательство, непосредственное изучение материалов уголовного дела в суде
первой инстанции, судебную практику. Субъективные факторы, воздействующие
на внутреннее судебное убеждение: личность судьи, совесть, правосознание,
сочувствие к обвиняемому, здравый смысл (мудрость). Таким образом,
объективные и субъективные факторы, оказывающие влияние на формирование
внутреннего убеждения судьи в ходе оценки доказательств по уголовному делу,
позволяют судить о качестве вынесенного приговора, который должен быть
законным, обоснованным и справедливым.
4. По вопросам, которые разрешаются во время судебного заседания в первой
инстанции, могут быть вынесены определение (постановление) о возвращении
уголовного дела прокурору, о прекращении уголовного дела, об избрании,
изменении или отмене меры пресечения в отношении подсудимого и другие
решения. Внутреннее судебное убеждение наиболее полно отражается в приговоре,
являющимся итоговым актом по делу. Внутреннее убеждение судьи выражается в
описательно-мотивировочной
части
приговора,
который
может
быть
оправдательным или обвинительным. Описательно-мотивировочная часть первого
из них является относительно простой, так как в ней судье необходимо изложить
существо предъявленного обвинения и обстоятельства, установленные им при
оценке собранных по делу доказательств. Описательно-мотивировочная часть
обвинительного приговора начинается с описания преступного деяния, а не
предъявленного обвинения, то есть судья должен изложить обстоятельства,
которые он считает доказанными или нет, руководствуясь своим внутренним
убеждением.
53
5. Формирование внутреннего убеждения судей, проверяющих приговоры в
кассационном порядке, включает три основных этапа. Во-первых, это изучение
кассационной жалобы или представления. Во-вторых, сопоставление своих
выводов об относимости, допустимости, достоверности и достаточности
совокупности исследованных доказательств с выводами суда первой инстанции. Втретьих, исследование приговора на предмет его непротиворечивости и
последовательности. Особенность формирования внутреннего убеждения судей в
кассационной инстанции заключается в том, что в отличие от суда первой
инстанции они не имеют возможности непосредственно знакомиться со всеми
доказательствами. Следовательно, на внутреннем убеждении судьи может
сказаться
сам
факт
повторности
изучения
дела,
поскольку
наряду
с
исследованными судом первой инстанции письменными доказательствами
изучается и протокол судебного заседания, из которого виден процесс их
исследования, заявленные и отклонённые ходатайства, и сам приговор,
отражающий внутреннее убеждение суда первой инстанции.
54
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА
1. Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании
12 декабря 1993 года) (с учетом поправок, внесенных законами РФ о
поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6 – ФКЗ, от 30.12.2008 №7 –
ФКЗ, от 05.02.2014 №2 – ФКЗ, от 21.07.2014 № 11 – ФКЗ) // СЗ РФ. – 2009. –
№ 4. – Ст. 445; 2014. – № 31. – Ст. 4398.
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. ФЗ РФ от
18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 23.04.2018) // СЗ РФ. – 2001. – № 52 (часть I).
– Ст. 4921; 2017. – № 31 (часть I). – Ст. 4800; 2018. – №9 (часть I). – Ст. 1288.
3. Закон РФ от 26.06.1992 № 3132 – I «О статусе судей в Российской
Федерации» (ред. от 03.07.2016, с изм. от 19.12.2016) // Российская газета. –
1992. – № 170; СЗ РФ. 2016. – № 1 (часть I). – Ст. 29.
4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 (ред. от
03.03.2015) «О некоторых вопросах применения судами Конституции
Российской Федерации при осуществлении правосудия» // Бюллетень
Верховного суда РФ. – 1996. – № 1; 2015. – № 5.
5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 (ред. от
23.06.2015) «О судебном решении» // Бюллетень Верховного Суда РФ. –
2004. – № 2; 2015. – № 8.
6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.01.2014 № 2 (ред. от
03.03.2015) «О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального
кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде
кассационной инстанции» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2014. – № 4.
7. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О
судебном приговоре» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2017. – № 1.
8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 № 51 «О
практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в
55
суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» // Бюллетень
Верховного Суда РФ. – 2018. – № 3.
9. Определение Конституционного Суда РФ от 25.01.2005 № 45-О «Об отказе
в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бутусова Михаила
Сергеевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи
17
Уголовно-процессуального
кодекса
Российской
Федерации»
//
Официально не опубликовано. СПС «КонсультантПлюс». Версия 2018.
10. Решение Ковылкинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия
от 21.06.2012 по делу № 1-1/2012 // Официально не опубликовано. СПС
«КонсультантПлюс». Версия 2018.
11. Определение Верховного Суда РФ от 26.02.2014 № 18-УД13-3 //
Официально не опубликовано. СПС «КонсультантПлюс». Версия 2018.
СПЕЦИАЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА
12. Андреева О.И. Уголовный процесс: учебник для бакалавриата юридических
вузов / под ред. О.И. Андреевой, А.Д. Назарова, Н.Г. Стойко и А.Г. Тузова.
– Ростов н/Д: Феникс, 2015. – 445 с.
13. Калиновский К.Б. Уголовный процесс: учебник / К. Б. Калиновский, А. В.
Смирнов: под общ. ред. А. В. Смирнова. – 7-е изд., перераб. и доп. – М.:
Норма: ИНФРА-М, 2017. – 752 с.
14. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации
/ под общ. ред. А.И. Бастрыкина. – М.: Юрайт, 2016. – 944с.
15. Уголовный процесс: учебник / под ред. В. П. Божьева. – 5-е изд., перераб. и
доп. – М.: Юрайт, 2016. – 469 с.
16. Уголовный процесс: учебник / под. ред. А.И. Бастрыкина, А.А. Усачёва. –
4-е изд., перераб. и доп. – М. : Юрайт, 2017. – 642 с.
56
ПУБЛИКАЦИИ В ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЯХ
17. Азаров В.А., Пелих И.А. Взаимосвязь объективной истины и пределов
доказывания по уголовному делу // Вестник Южно – Уральского
государственного университета. Серия: Право. – 2015. - № 2 / том 15. – С. 35
– 42.
18. Астафьев А.Ю. Свобода оценки доказательств как гарантия эффективности
судебной деятельности // Вестник Воронежского института МВД России. –
2013. - № 1. – С. 139 – 143.
19. Балакшин В.С. Принцип свободы оценки доказательств в системе принцип
российского
уголовного
судопроизводства
//
Вестник
Удмуртского
университета. Серия «Экономика и право». – 2015. - № 4. – С. 75 – 83.
20. Баранова М.А., Халилова Г.Р. Справедливость приговора суда первой
инстанции в уголовном процессе России // Вестник Саратовской
государственной юридической академии. – 2014. - № 4 (99). – С. 158 – 163.
21. Безгласная О.А. Некоторые актуальные проблемы оценки доказательств в
уголовном судопроизводстве // Актуальные проблемы российского права. –
2015. - № 1. – С. 128 – 132.
22. Безрядин В.И. О некоторых проблемах доказывания в уголовном
судопроизводстве // Царскосельские чтения. – 2013. - № XVII / том IV. – С.
5 – 9.
23. Брянская Е.В. Исследование доказательств по уголовным делам в суде
первой инстанции // Сибирский юридический вестник. – 2014. - № 3. – С. 85
– 91.
24. Брянская Е.В. Международные стандарты и процесс доказывания по
уголовному делу в России // Сибирский юридический вестник. – 2015. - № 2.
– С. 102 – 108.
25. Борисевич Г.Я. О едином подходе регулирования института кассационного
производства в соответствии с УПК, ГПК, АПК РФ // Вестник Самарского
государственного университета. – 2014. - № 11-2 (122). – С. 154 – 160.
57
26. Бородинова Т.Г. О процессуальных сроках пересмотра приговоров в
современном уголовном судопроизводстве России // Общество: политика,
экономика, право. – 2015. - № 6. – С. 66 – 68.
27. Веретенникова Е.В. Объективные и субъективные факторы внутреннего
убеждения судьи в оценке доказательств // Сибирский юридический
вестник. – 2011. - № 3. – С. 95 – 100.
28. Герций В.М. Совесть как мера вины и справедливости в уголовном процессе
// Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. – 2015.
- № 4. – С. 131 – 134.
29. Жук И.О. К вопросу о цели доказывания в связи с введением института
установления объективной истины по уголовному делу // Юридическая
наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. – 2014. № 1 (25). – С. 330 – 332.
30. Зотов Д.В. Пределы доказывания в уголовном процессе: формально –
количественное исследование // Вестник Самарского государственного
университета. – 2014. - № 11/2 (122). – С. 59 – 66.
31. Ищенко Е.П., Ищенко П.П. О состязательности и свободе оценки судебных
доказательств // Академический юридический журнал. – 2016. - № 1 (63). –
С. 29 – 39.
32. Камардина
А.А.
Независимость
судей
как
принцип
уголовного
судопроизводства // Актуальные вопросы борьбы с преступлениями. – 2017.
- № 2. – С. 56 – 58.
33. Камардина А.А. Реализация принципа свободы оценки доказательств при
производстве по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с
исполнением приговора // Вестник Оренбургского государственного
университета. – 2012. - № 3 (139). – С. 67 – 71.
34. Карягина А.В. Процессуальное положение суда в системе доказывания по
уголовным делам // Вестник Таганрогского института управления и
экономики. – 2014. - № 2 (20). – С. 34 – 36.
58
35. Качалова О.В. Предмет проверки судом кассационной инстанции
вступивших в законную силу приговоров, вынесенных в особом порядке
судебного разбирательства // Актуальные проблемы экономики и права. –
2015. - № 4 (36). – С. 273 – 278.
36. Корнакова С.В. Вопрос как эффективное средство познания в процессе
доказывания
по
уголовному
делу
//
Юридическая
наука
и
правоохранительная практика. – 2016. - № 3 (37). – С. 17 – 23.
37. Кучина Я.О. Пределы доказывания по уголовным делам и их соотношение
с
пределами
уголовной
ответственности
//
Известия
Тульского
государственного университета. Экономические и юридические науки. –
2016. - № 3(2). – С. 313 – 322.
38. Лавренко А.П. Закономерности формирования внутреннего убеждения
судей в российском уголовном судопроизводстве // Общество и право. –
2011. - № 4 (36). – С. 238 – 240.
39. Левченко О.В. Внутреннее убеждение как метод оценки доказательств в
уголовном судопроизводстве // Вестник Волжского университета им. В.Н.
Татищева. – 2013. - № 2 (78). – С. 87 – 91.
40. Марина Е.А. Значение внутреннего убеждения судьи при применении
судейского усмотрения // Вестник Оренбургского государственного
университета. – 2014. - № 3 (164). – С. 34 – 37.
41. Меретуков Г.М. Правовая природа и виды решений суда первой инстанции
в
российском
уголовном
процессе
//
Политематический
сетевой
электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного
университета. – 2012. - № 76. – С. 1 – 26.
42. Никифорова Е.С. Принципы оценки доказательств в современном
«Смешанном» судопроизводстве // Юридическая наука и практика: Вестник
Нижегородской академии МВД России. – 2017. - № 21. – С. 230 – 232.
43. Нурбаев Д.М. Понятие внутреннего убеждения как основы свободной
оценки доказательств в уголовном судопроизводстве // Вестник Омского
университета. Серия «Право». – 2013. - № 1(34). – С. 196 – 199.
59
44. Осипов М.Ю. Вопросы предоставления и оценки доказательств в уголовном
процессе в свете требований конституционного и международного права //
Уголовная юстиция. – 2016. - № 1 (7) . – С. 74 – 77.
45. Пастухов П.С. Доказывание по уголовному делу до суда и в суде //
Общество и право. – 2013. - № 2 (44). – С. 159 – 163.
46. Попов К.И. Доказывание в уголовном процессе // Правопорядок: история,
теория, практика. – 2014. - № 2 (3). – С. 136 – 139.
47. Прошляков
А.Д.,
Мерзлякова
М.В.
Влияние
принципа
правовой
определенности на реализацию правила инстанционности в практике судов
кассационной инстанции // Вестник Южно – Уральского государственного
университета. Серия: Право. – 2015. - № 2 / том 15. – С. 66 – 69.
48. Рудин А.В. Проверка доказательств в системе элементов процесса
доказывания
по
уголовным
делам
//
Гуманитарные,
социально-
экономические и общественные науки. – 2015. - № 4. – С. 179 – 183.
49. Рукавишникова А.А. Производство в суде кассационной инстанции в
системе проверки судебных решений в уголовном процессе России //
Вестник Томского государственного университета. Право. – 2017. - № 4 (18).
– С. 70 – 79.
50. Скудин А.С., Тимошенко О.Е. К вопросу об установлении «Объективной
истины» в процессе доказывания по уголовным делам // Вестник
Новгородского государственного университета им. Ярослава Мудрого. –
2013. - № 73 / том 1. – С. 151 – 154.
51. Смирнова И.С. Предмет доказывания по сложному уголовному делу //
Вестник Омской юридической академии. – 2013. - № 2 (21). – С. 119 – 122.
52. Сундюкова А.Р. Прения сторон как средство формирования внутреннего
убеждения судьи // Сибирский юридический вестник. – 2011. - № 2. – С. 117
– 121.
53. Сухова О.А. Проблемы реализации судом свободы оценки доказательств по
уголовным делам // Социально – политические науки. – 2012. - № 4. – С. 80
– 82.
60
54. Табункина Т.А. Уголовно – процессуальное доказывание как разновидность
культурной коммуникации участников производства по уголовному делу //
Юридическая техника. – 2016. - № 10. – С. 722 – 724.
55. Шарафутдинова З.И. Формирование внутреннего убеждения у судьи в
состязательном уголовном процессе // Основы экономики, управления и
права. – 2014. - № 2 (14). – С. 93 – 95.
61
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа