close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Никулина Татьяна Александровна. Институт субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника-банкрота

код для вставки
5
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ......................................................................................................................6
1. ИНСТИТУТ СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В КОНКУРСНОМ
ПРАВЕ РОССИИ.........................................................................................................15
1.1 История развития законодательства и практика привлечения к
субсидиарной ответственности....................................................................................15
1.2 Зарубежный опыт применения положений о субсидиарной
ответственности..................................................................................................... ........26
2. ОСОБЕННОСТИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ О ПРИВЛЕЧЕНИИ К
СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ................................................................39
2.1 Особенности предмета доказывания и распределение бремени
доказывания в делах о привлечении к субсидиарной ответственности...................39
2.2 Субсидиарная ответственность за несвоевременную подачу заявления о
банкротстве должника........................................................................ ...........................54
ЗАКЛЮЧЕНИЕ..............................................................................................................65
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ………………….................................................................67
6
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. Федеральным законом от 29 июля
2017г.
№ 266-ФЗ
несостоятельности
«О
внесении изменений в Федеральный закон «О
(банкротстве)
и
Кодекс
Российской
Федерации
об
административных правонарушениях» были внесены глобальные изменения в
порядок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц.
Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» был дополнен
новой главой- «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле
о банкротстве».
Новые нормы, за исключением некоторых положений, вступили в силу 30
июля 2017 года. Полностью все изменения применяются с 1 сентября 2017 года.
При этом привлечение к субсидиарной ответственности по новым правилам также
распространяется на заявления, поданные с 1 июля 2017 года.
Положения новой главы - «Ответственность руководителя должника и иных
лиц в деле о банкротстве» коснулись всех материальных и процессуальных
аспектов привлечения к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве.
Существенным образом расширен перечень лиц, которые могут быть
признаны контролирующими должника лицами (далее - КДЛ). Более того,
указанный перечень является открытым. При наличии соответствующих
оснований суд может отнести к последним любое лицо.
Расширен перечень оснований для наступления субсидиарной
ответственности (ст. 61.11 Закона о банкротстве):
1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в
результате совершения сделок, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3
Закона о банкротстве;
2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности отсутствуют или не
содержат полную информацию об имуществе должника (информация искажена),
в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в
деле о банкротстве;
7
3) требования
кредиторов
третьей очереди по
основной сумме
задолженности, возникшие вследствие совершения контролирующим лицом
правонарушения, если такие требования превышают пятьдесят процентов общего
размера требований кредиторов;
4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с
законодательством Российской Федерации отсутствуют либо искажены;
5) не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с
федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о
юридическом лице.
В связи с неисполнением обязанности по подаче заявления о признании
должника банкротом введена новая обязанность лиц, уполномоченных на созыв
собраний для принятия такого решения.
КДЛ лицо несет субсидиарную ответственность по новым правилам также в
случае прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием
финансирования,
а
неплатежеспособности
также
не
если
должник
вследствие
стал
действий
отвечать
и
(или)
признакам
бездействия
контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и
(или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.
В
новых
положениях
законодатель
предусмотрел
основания
для
привлечения КДЛ ко взысканию убытков за нарушение положений закона о
банкротстве. Такая ответственность может наступить, в том числе, в случае
необоснованного возбуждения производства по делу о банкротстве, а также не
принятие мер по оспариванию требований кредиторов любой природы (как в
рамках дела о банкротстве, так и в общеисковом порядке).
Вместе с тем несмотря на позитивные изменения одна из главных проблем,
связанных с регулированием вопросов ответственности КДЛ, устранена не была,
а именно разграничение оснований наступления субсидиарной ответственности и
причинения убытков.
За широкими дискуссиями касательно пробелов уже принятых положений
новой главы Закона о банкротстве последует возникновение вопросов в судебно -
8
арбитражной практике, возможность разрешения которых требует детального
рассмотрения, в том числе путем написания большего количества научных работ
по данной проблематике, статей и монографий. Данные обстоятельства
обуславливают актуальность, теоретическую и практическую значимостью
вопросов, касающихся формирования и развития правового регулирования
субсидиарной ответственности в
процедурах,
применяемых в делах о
несостоятельности (банкротстве).
Целью написания выпускной квалификационной работы выступает
выявление
природы
правовых
основ
привлечения
к
субсидиарной
ответственности контролирующих лиц должника в делах о несостоятельности
(банкротстве).
Основными задачами являются:
- изучение истории развития законодательства и практики привлечения к
субсидиарной ответственности;
- рассмотрение зарубежного опыта применения положений законодательства о
субсидиарной ответственности;
- установление особенностей предмета доказывания и распределение бремени
доказывания в делах о привлечении к субсидиарной ответственности;
-
характеристика
правовой
конструкции
привлечения
к
субсидиарной
ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве должника;
Степень научной разработанности темы. Научная литература по данной
теме в основном посвящена вопросам соотношения солидарной и субсидиарной
ответственности (Н.В. Гурьянова), процессуальным аспектам рассмотрения
заявлений о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности
в арбитражных судах, реже – экономическому содержанию и правовой сущности
субсидиарной ответственности именно в делах о несостоятельности (банкротстве)
(Цепов Г.В.).
Отдельные
аспекты
особенностей
применения
субсидиарной
ответственности в делах о банкротстве раскрыты в работах А. Улезко, И.Рыкова,
9
Д. Бунькова, И.М. Шевченко, В.П. Камышанского, А.Н. Тарасенко, А.Ю.
Никитина, Е.В. Шестаковой и д.р.
Изучением сущностного содержания субсидиарной ответственности в
контексте доктрины снятия корпоративного покрова (корпоративной вуали)
занимались такие ученые как А.В. Егоров, К.А. Усачева
Вместе
с
тем,
комплексному
теоретико-правовому
исследованию
субсидиарная ответственность контролирующих лиц в экономико-правовом
ключе специально не подвергалась.
Методологическая база исследования. Методологическую основу работы
составляет комплекс общенаучных методов познания: наблюдение, анализ и
синтез, анализ документов, и некоторые частнонаучные методы: историко правовой, метод правового прогнозирования, сравнительно- правовой, метод
теоретической интерпретации.
Эмпирическую основу исследовательской базы составили положения
правовых актов, судебно-арбитражная практика (Постановления Пленума
Верховного суда РФ, Высшего арбитражного суда РФ, решения судов первой
инстанции), а также статистические данные Судебного Департамента при
Верховном Суде Российской Федерации.
Теоретической основой исследования, в том числе материальных и
процессуальных моментов в делах о привлечении контролирующих лиц к
субсидиарной ответственности являются положения и выводы отечественных
ученых и специалистов: В.А. Савиных, С.С. Покровского,
О.В. Гутникова, Д.В. Жуковой Ю.Д., Новака, С.В. Сарбаша, Суворова, А.Г.
Смирных, Зайцева О.Р., С.А. Карелиной, Г. Крюка, О.С. Бесединой, О.Н Фоминой
и д.р.
Важной основой для исследования теоретических положений правового
регулирования конкурсных отношений, отдельных вопросов, возникающих при
применении норм о субсидиарной ответственности, послужили положения и
выводы, изложенные в трудах А.Х. Гольмстена, Д.В. Шершеневича, а также М.И.
Брагинского, В.В. Витрянского, В.Ф.
10
Попондопуло, В.Ф. Яковлева, А.В. Егорова и др.
Объектом
исследования
являются
правоотношения
в
сфере
несостоятельности (банкротства), касающиеся привлечения к субсидиарной
ответственности контролирующих лиц должника.
Предметом исследования являются нормы гражданского законодательства,
законодательства о несостоятельности (банкротстве), а также судебные акты по
делам о несостоятельности (банкротстве).
Положения, выносимые на защиту:
1. С 30 июля 2017 года вступили в силу положения Федерального закона от
29.07.2017 N 266-ФЗ, внесшие нововведения в Федеральный закон от 26.10.2002
N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", изменения касаются в первую
очередь привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих
организацию-должника.
Теперь в законодательство введена новая глава III.2 "Ответственность
руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", включающая в себя 22
статьи,
в
которых уточнены
порядок и
основания
для
привлечения
контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.
2. Под контролирующим должника лицом (далее - КДЛ) понимается лицо,
которое имело возможность давать обязательные для исполнения должником
указания или возможность иным образом определять действия должника, в том
числе по совершению сделок и определению их условий.
Теперь при определении КДЛ учитывается контроль над компаниейдолжником за последние три года деятельности, а также причастность лица к
деятельности компании (например, в силу своего должностного положения).
Кроме того, суд может признать лицо КДЛ по любым иным основаниям.
Ранее считалось, что определять действия компании в силу своего
должностного положения может только руководитель, но теперь к КДЛ с
легкостью можно отнести и других сотрудников компании (например, главного
бухгалтера или финансового директора
11
3. Введены презумпции, в соответствии с которыми при недоказанности
иного предполагается, что лицо являлось контролирующим, если оно:
- являлось руководителем должника или управляющей организацией,
членом исполнительного органа, ликвидатором, членом ликвидационной
комиссии;
- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами
распоряжаться 50% и более голосующих акций, или более чем половиной долей
уставного капитала, или более чем половиной голосов в общем собрании
участников либо имело право назначать руководителя должника;
- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,
уполномоченных выступать от имени компании, членов коллегиальных органов и
лиц, определяющих действия компании.
4. В случае если руководитель организации по каким-то причинам не
обратится своевременно в суд с заявлением о банкротстве должника (например,
при возникновении признаков неплатежеспособности организации), то для
принятия решения о подаче такого заявления должно быть созвано внеочередное
общее собрание акционеров (участников). Такой созыв внеочередного общего
собрания инициируется в течение 10 календарных дней по истечении месяца,
отведенного на подачу заявления о банкротстве руководителем. В противном
случае к субсидиарной ответственности будут привлечены лица, имеющие право
на созыв внеочередного собрания, например участники ООО, доля которых
составляет более 1/10 уставного капитала, члены совета директоров и т.д.
5. Одним из важных нововведений в законодательство о банкротстве
является то, что теперь привлечь к субсидиарной ответственности (далее - СО)
можно не только в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, но
даже и вне дела о банкротстве (например, когда суд уже прекратил производство
по делу ввиду отсутствия денежных средств для несения расходов). Кроме того,
кредиторы могут подать заявление о привлечении к СО после завершения
конкурсного производства.
12
Для привлечения к СО инициатору (налоговому органу, кредитору,
арбитражному управляющему или другому лицу) необходимо доказать наличие у
ответчика:
- статуса КДЛ;
- негативных последствий в виде невозможности полного погашения
требований кредиторов;
- причинно-следственной связи (действия/бездействия) КДЛ с этими
последствиями.
6.
Федеральным
законом
от
29.07.2017
N
266-ФЗ
дополнены
существовавшие ранее презумпции причинно-следственной связи между
банкротством должника и действиями КДЛ следующими основаниями:
- контролирующее лицо к моменту введения наблюдения не обеспечило
хранение документов, хранение которых обязательно в соответствии с
законодательством РФ, или исказило сведения в них;
- на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие
внесению сведения (либо внесены недостоверные сведения) в ЕГРЮЛ или в
ЕФРСФДЮЛ.
По новым правилам при непредставлении отзыва на заявление о
привлечении к ответственности по неуважительным причинам или явной
неполноте
возражений
относительно
предъявленных
требований
бремя
доказывания отсутствия оснований для привлечения к СО может быть возложено
судом на лицо, привлекаемое к СО.
Так называемая презумпция виновности действует при искажении
отчетности или при отсутствии первичных документов, при причинении вреда
имущественным правам кредиторов в результате совершения подозрительных
сделок или сделок с предпочтением, при задолженности по обязательным
платежам, составляющей более 50% требований, включенных в реестр
требований кредиторов третьей очереди, и т.д.
Руководитель, учредитель или иное КДЛ могут быть привлечены к СО
также в случаях, если:
13
- компания стала неплатежеспособной не по их вине, но уже после этого их
действия (в т.ч. бездействие) ухудшили финансовое положение компаниидолжника;
- руководитель
или собственник компании признан виновным в
банкротстве, но производство по делу прекращено в связи с отсутствием средств,
достаточных для возмещения судебных расходов, либо заявление налогового
органа о признании должника банкротом возвращено.
7. Впервые на законодательном уровне используется такой термин как
"номинальный
руководитель",
который
представляет
собой
лицо,
осуществляющее функции органа управления номинально.
Теперь номинального руководителя могут полностью освободить от
ответственности, если он докажет, что:
- он не оказывал определяющего влияния на решения компании;
- а также номинальный руководитель должен помочь установить настоящее
контролирующее лицо и/или найти его сокрытое имущество или имущество
компании-банкрота.
8. Введен новый механизм, призванный обеспечить сохранность активов
КДЛ. Теперь суд вправе наложить арест не только на собственное имущество
лица, привлекаемого к СО, но и на имущество, принадлежащее лицам, в
отношении
которых
привлекаемое
к
ответственности
лицо
является
контролирующим по основанию распоряжения самостоятельно или совместно с
заинтересованными лицами 50% и более голосов либо имеет право назначать
(избирать) руководителя такого лица.
9. Раньше после окончания процедуры конкурсного производства уже
невозможно было привлечь руководителя и собственников компании-должника к
СО. Подать соответствующее заявление кредитор мог только в ходе конкурсного
производства. Теперь же это можно сделать на любой стадии процедуры
банкротства.
Кроме того, подать заявление о привлечении контролирующего лица к
ответственности можно в течение 3 лет со дня признания должника банкротом
14
(вынесения определения о прекращении дела о банкротстве из-за нехватки денег
либо определения о возврате заявления ИФНС о признании должника банкротом).
При этом должно пройти не более 10 лет со дня, когда имели место действия или
бездействие контролирующего лица, дающие основания требовать привлечения
его к СО. Но и это еще не все, ведь в случае пропуска срока по уважительной
причине суд может его восстановить.
Теоретическая и практическая значимость исследования.
Теоретическое значение работы состоит в развитии научных представлений
о правовых механизмах привлечения контролирующих лиц в делах о
несостоятельности (банкротстве).
Теоретические положения и выводы, сформулированные в результате
исследования, имеют целью способствовать развитию российского гражданского
и конкурсного права и могут быть использованы для дальнейших научных
разработок в сфере защиты прав лиц, участвующих в дела о несостоятельности
(банкротстве)
(как
на
стороне
конкурсных
кредиторов,
арбитражных
управляющих, так и на стороне лиц, в отношении которых подано заявление о
привлечении их к субсидиарной ответственности), а также могут быть учтены в
процессе законотворческой и правоприменительной деятельности.
Результаты выпускной квалификационной работы могут быть полезны в
процессе преподавания учебных дисциплин: «Несостоятельность (банкротство)»,
а
также
в
процессе
правоприменительной
деятельности
арбитражных
управляющих, работников суда, юристов, интересующихся данной категорией
споров.
Область применения и возможность практической реализации.
В выпускной квалификационной работе изложены некоторые практические
рекомендации
по
совершенствованию
законодательства
в
области
несостоятельности (банкротства), которые могут быть учтены в процессе
законотворческой и правоприменительной деятельности.
Структура. Выпускная квалификационная работа состоит из введения,
двух глав, заключения, списка литературы.
15
1. ИНСТИТУТ СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В
КОНКУРСНОМ ПРАВЕ РОССИИ
1.1 История развития законодательства и практика привлечения к
субсидиарной ответственности
Разработка, введение и реальное применение норм о субсидиарной
ответственности в банкнотном законодательстве России имеет длительную
историю.
Первым
актом
нормативного
банкротства является
регулирования
отношений
в
сфере
Закон РФ от 19 ноября 1992 г. №3929-1 «О
несостоятельности (банкротстве) предприятий», который действовал до 1 марта
1998 г. Понятие «субсидиарная ответственность» в нем отсутствовало [1.7].
Официальное
ответственность
закрепление
как
термин,
в
правовом
имеющий
обороте
отношение
к
субсидиарная
руководителям
хозяйствующих субъектов, получило 1 января 1995 г. в Гражданском кодексе РФ.
В п. 3 ст. 56 ГК РФ (до внесения изменений в связи с принятием Федерального
закона
от
05.05.2014г.
№99-ФЗ)
(банкротство) юридического
указывалось: «если
несостоятельность
лица вызвана учредителями
(участниками),
собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые
имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо
иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в
случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена
субсидиарная ответственность по его обязательствам» [1.1].
Указанные нормы, посредством их взаимосвязи с положениями ст. 115 ГК
РФ и п. 5 ст. 6 Федерального закона от 30 ноября 1994 г. №52-ФЗ «О введении в
действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» помимо
юридических лиц, распространялись также на индивидуальные частные
предприятия, что нашло свое подтверждение в выводах ВАС РФ в Постановлении
Президиума от 20 февраля 1996 г. №6852/95[1.22].
Дублирование положений п. 3 ст. 56 ГК РФ произошло также в
Федеральном законе от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных
16
обществах», а позднее в Федеральном законе от 8 февраля 1998 г. №14-ФЗ «Об
обществах с ограниченной ответственностью» [1.8, 1.9]
Нормы, изложенные в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской
Федерации были разъяснены в Постановлении Пленума Верховного Суда
Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской
Федерации от 01.07.1996г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с
применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [1.19].
В пункте 22 данного Постановления было установлено, что «при
разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников)
юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его
имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого
юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять
его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской
Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к
субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность
(банкротство) юридического
лица вызвана их указаниями или иными
действиями».
В связи с тем, что бремя доказывания умышленного принятия решений,
способствующих наступлению банкротства, было возложено на заявителя
конкурсного управляющего, у которого соответствующие полномочия по
получению необходимых доказательств отсутствовали. С учетом указанных
разъяснений, имеющийся механизм привлечения к субсидиарной ответственности
на практике практически не применялся.
Таким образом, содержание правовой нормы п. 3 ст. 56 ГК не
предусматривало законных оснований для привлечения к ответственности за
доведение юридического лица до состояния фиктивного или преднамеренного
банкротства.
Исключения могли лишь составлять дела о банкротстве, в рамках которых
были возбуждены уголовные дела о неправомерном либо преднамеренном
банкротстве, ответственность за которые предусматривается ст. 196 УК РФ.
17
В качестве состава уголовного преступления (ст. 196 УК РФ) под
преднамеренным
увеличение
банкротством
понимается
неплатежеспособности,
собственником
коммерческой
«умышленное
совершенное
организации,
а
создание
руководителем
равно
или
или
индивидуальным
предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц, причинившее
крупный ущерб либо иные тяжкие последствия» [1.3]. Максимальная санкция по
данной статье составляла 6 лет лишения свободы.
С принятием Федерального закона от 8 января 1998 г. №6-ФЗ «О
несостоятельности (банкротстве)» понятие субсидиарная ответственность было
легально закреплено не только в своем сущностном содержании, но и получило
расширительное толкование в части перечня оснований и круга лиц, к которым
такая ответственность могла быть применена.
Дополнительным основанием для применения положений о субсидиарной
ответственности
становится
неисполнение
обязанности
по
обращению
руководителя должника, ликвидатора, председателя ликвидационной комиссии в
арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (п. 1 ст. 9, п.2,
ст. 176 Закона 1998 г.).
В п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве появились положения о субсидиарной
ответственности учредителей и иных лиц, а именно: «в случае банкротства
должника по вине его учредителей (участников) или иных лиц, в том числе по
вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для
должника указания либо имеют возможность иным образом определять его
действия (преднамеренное банкротство), на учредителей (участников) должника юридического лица или иных лиц в случае недостаточности имущества должника
может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам»
[1.6].
При этом было уточнено, что в качестве привлекаемого к ответственности
лица может выступать и руководитель организации.
Вместе с тем проблема доказывания оснований для привлечения к
субсидиарной ответственности (а главное умысла в доведении организации до
18
банкротства) формальным изменением норм о субсидиарной ответственности
решена не была.
В связи с чем, арбитражные суды отказывали в привлечении к
субсидиарной ответственности за недоказанностью того, что собственник
имущества умышленно совершал какие-либо действия или давал указания,
способствующие банкротству (например, Постановление ФАС Восточно
Сибирского округа от 10 ноября 2005 г. №А19-335/05-46-Ф02-5555/05-С2)[1.41].
Также в судебной практике имеются отказы в привлечении лиц к
субсидиарной ответственности:
- в связи с истечением срока исковой давности (Постановление ФАС ВолгоВятского округа от 21.02.2006г. по делу №А28-6035/2005- 227/17)[1.42];
- в связи с ненадлежащим заявителем по делу (с заявлением обратился
конкурсный кредитор, в то время как подобными полномочиями был наделен
только конкурсный управляющий, Постановление ФАС Поволжского округа
от 27 марта 2003 года по делу №А12-10359/02-С32) [1.43].
В первоначальной редакции ныне действующего Закона о банкротстве от 26
октября 2002 г. №127-ФЗ нормы о субсидиарной ответственности коренным
образом не отличались от аналогичных положений Закона о банкротстве 1998
года.
Принципиальные
изменения
касательно
норм
о
субсидиарной
ответственности можно отметить с момента принятия Федерального закона от 28
апреля 2009 г. №73-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации» (первая волна изменений), а позднее - с момента
принятия Федерального закона от 28 июня 2013 г. №134-Ф3 «О внесении
изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части
противодействия
незаконным
финансовым
операциям»
(вторая
волна
изменений)[1.11, 1.12].
В таблице 1 приведены основные положения норм о субсидиарной
ответственности Закона о банкротстве 2002 года в озвученных выше редакциях.
Ряд последовательных изменений (как первой, так и второй волны)
коснулся процессуальных особенностей процедуры рассмотрения теперь уже
19
исключительно арбитражным судом дел о привлечении к субсидиарной
ответственности.
Таблица 1 - Сравнительная характеристика материальных норм о
субсидиарной ответственности Закона о банкротстве 2002 года
В редакции
Федерального
закона от
28.06.2013г.
№134-Ф3
Общие
положения об
ответственности
В редакции Федерального
закона
от 26.10.2002г.
№127-ФЗ
В редакции
Федерального закона от
28.04.2009г. №73-Ф3.
В редакции
Федерального
закона от 28.06.2013г.
№134-Ф3
В случае нарушения руководителем должника или учредителем
(участником) должника, собственником имущества должника унитарного
предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной
комиссии (ликвидатором), гражданином- должником положений настоящего
Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные
в результате такого нарушения.
Ответственность
за неподачу в
арбитражный суд
заявления о
признании
банкротом
Неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок,
которые установлены статьей 9 Закона влечет за собой субсидиарную
ответственность лиц, на которых Законом возложена обязанность по
принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче
такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения
срока, предусмотренного ст.9. Отличие- в первоначальной редакции - общий
месячный срок, в двух последующих для ликвидируемого должника - 10 дней.
Ответственность
за
необоснованную
подачу заявления
В случае, если заявление должника подано должником в арбитражный суд при
наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в
полном объеме или должник не принял меры по оспариванию необоснованных
требований заявителя, должник несет перед кредиторами ответственность за
убытки, причиненные возбуждением производства по делу о банкротстве или
необоснованным признанием требований кредиторов.
Ответственность
наступает
В случае банкротства
должника по вине
учредителей
(участников)
должника,
собственника
имущества
должника унитарного
предприятия
или иных лиц,
в том числе по вине
руководителя
должника, которые
имеют право давать
обязательные
для
должника
указания или
Для
контролирующих
лиц должника
(солидарно) в
Результате
исполнения указаний
контролирующих
должника лиц, или
исполнения текущих
обязательств при
недостаточности его
имущества,
составляю щего
конкурсную массу.
Для руководителя если отсутствуют
документы
бухгалтерского учета
Если должник признан
несостоятельным
(банкротом) вследствие
действий и (или)
бездействия
контролирующих должника
лиц.
Презюмируется, если:
причинен вред
имущественным правам
кредиторов в результате
совершения сделок;
документы
бухгалтерского учета
отсутствуют или не
содержат исчерпывающую
информацию об имуществе
должника (информация
20
Размер
субсидиарной
ответственности
имеют
возможность
иным образом
определять его
действия.
(информация в них
искажена).
Контролирующее
должника лицо
не отвечает за вред,
причиненный
имущественным
правам кредиторов,
если докажет, что
действовало
добросовестно и
разумно в интересах
должника.
искажена). Обязательно
следствие - затруднено
проведение процедур,
применяемых в деле о
банкротстве.
Освобождается, если
докажет отсутствие вины, а
также совершение действий
в интересах должника.
специально не
определен
устанавливается
исходя из разницы
между определяемым
на момент закрытия
реестра размером
требований
кредиторов,
включенных в реестр
и размером
удовлетворенных
требований
кредиторов на момент
приостановления
расчетов с
кредиторами или
исполнения текущих
обязательств
равен совокупному размеру
требований кредиторов,
включенных в реестр
требований кредиторов, а
также заявленных после
закрытия реестра
требований кредиторов и
требований кредиторов по
текущим платежам,
оставшихся не
погашенными по причине
недостаточности
имущества должника.
До изменения подведомственности рассмотрения данной категории споров
на практике применялись разъяснения, изложенные в п. 7 Постановления ВАС РФ
от 15.12.2004г.№ 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального
закона «О несостоятельности (банкротстве)», а именно: «Иски конкурсных
управляющих о привлечении этих лиц к ответственности рассматриваются
судами
по
установленной
процессуальным
законодательством
подведомственности. Предъявление такого иска может служить основанием для
отложения рассмотрения вопроса о завершении конкурсного производства (статьи
147, 149 Закона). В тех случаях, когда указанные лица не были привлечены к
субсидиарной ответственности в таком порядке, соответствующие исковые
требования могут быть предъявлены к ним каждым кредитором или
уполномоченным органом (пункт 3 статьи 56 ГК РФ)» [1.20].
21
Интегрирование заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности
в судебный процесс по делу о банкротстве позволило упростить судебное
разбирательство. Лица, в отношении которых были поданы соответствующие
заявления, получили права участников дела о банкротстве, что также нашло свое
отражение в п. 15 Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012г. №35 «О
некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о
банкротстве»[1.21].
Вместе с тем, что касается судебной практики, то не все предусмотренные
законодателем изменения нашли свое реальное воплощение.
До принятий первой волны изменений судами в исключительных случаях
удовлетворялись заявления о привлечении учредителей (руководителей) к
субсидиарной ответственности, в основном только тогда, когда преднамеренное
банкротство было очевидным, как, например, в деле о банкротстве кредитной
организации (банка) №А40-41229/07-86-131 (Постановление ФАС Московского
округа от 1 апреля 2009 г. №КГ- А40/13380-08)[1.44].
В остальных случаях суды предпочитали не рассматривать дела по
существу, а 43 вынесение отказных решений процессуальными основаниями
например, Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.01.2005г. по делу
№АЗ 1-802/20, Постановление ФАС Северо-Западного округа от 22.09.2004г. по
делу №56-24844/03)[ 1.45, 1.46].
После первой волны изменений существенных изменений в судебной
практике не произошло. Позиция судов в части возложения бремени доказывания
вины уже контролирующих лиц исключительно на конкурсного управляющего
оставалась незыблемой. Например, в Постановлении ФАС Московского округа от
26 августа 2010 г. №КГ-А41/9175-10 по делу №А41- 1694/09 конкурсный
управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с иском к
муниципальному о взыскании в порядке субсидиарной ответственности более 54
млн. руб. В рассматриваемом Постановлении указано, что «суд, отказывая в
удовлетворении иска, обоснованно исходил из недоказанности истцом наличия
совокупности условий, в силу положений пункта 4 статьи 10 Федерального закона
22
"О несостоятельности (банкротстве)", пунктов 2, 3 статьи 56 Гражданского
кодекса Российской Федерации, в том числе причинно-следственной связи между
действиями ответчика и банкротством муниципального унитарного предприятия
«...», а также из недоказанности того, что именно изъятие имущества из
хозяйственного ведения в соответствии с постановлениями администрации
Муниципального образования повлекло образование задолженности, и как
следствие этого банкротство Предприятия» [1.47].
Подобные отказы, изложенные в мотивировочной части судебных актов,
имели место также в Постановлениях ФАС Поволжского округа от 13 декабря
2012 г. по делу №А65-459/2011; ФАС Северо-Западного округа от 1 октября 2012
г. по делу №А44-3244/2012[1.48, 1.49].
Одним из поворотных моментов в судебной практике по возможности
возложения субсидиарной ответственности на руководителя должника ввиду не
передачи бухгалтерской документации явилось Постановление Президиума ВАС
РФ от 06.11.2012г. №9127/2012, в котором было направлено на новое
рассмотрение решение об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.
Мотивация ВАС РФ была следующей: «суды не исследовали обстоятельств,
связанных с принятием руководителем общества всех мер для исполнения
обязанностей, перечисленных в пункте 1 статьи 6, пункте 3 статьи 17 Закона о
бухгалтерском учете, а также не выяснили, проявлялись ли при принятии данных
мер требуемые степени заботливости и осмотрительности, например, не
выяснили, каким образом обеспечивалась сохранность документации; какие меры
принимались лицом для восстановления документации в случае ее гибели, если
таковая имела место по не зависящим от него основаниям; явилась ли гибель
документации следствием ненадлежащего ее хранения либо совершением лицом
иных действий без должной заботы и осмотрительности»[1.23].
Также в указанном Постановлении ВАС РФ был озвучен принципиальный
вывод - отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной
ответственности (в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского
кодекса).
23
Вместе с тем, положения Закона о привлечении к субсидиарной
ответственности за доведение организации до банкротства оставались попрежнему неработающими из-за недостаточной четкости формулировок в п. 4 ст.
10 Закона о банкротстве 2002 г.
Несмотря на возложение бремени доказывания на контролирующее лицо,
суды полагали, что для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной
ответственности по данному основанию необходимо доказать одновременное
наличие четырех квалифицирующих признаков:
- наличие права давать обязательные указания для должника либо иным
образом определять его действия;
- совершение ответчиками действий, свидетельствующих об использовании
такого права и (или) возможности;
-
наличие
причинно-следственной
связи
между
использованием
ответчиками своих прав и (или) возможностей в отношении должника и
действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность
(банкротство);
- обязательное установление вины ответчиков в банкротстве должника.
Повлиять на ход событий был призван Федеральный закон от 28 июня 2013
г. №134-Ф3, который позволил несколько «оживить» бланкетные нормы. Суды
стали выносить акты о привлечении к субсидиарной ответственности за
доведение организации до банкротства (Определение ВАС РФ от 14 июля 2014 г.
№ВАС-8953/14, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27
августа
2015
г.
№Ф06-27010/2015
по
делу
№А12-12410/2014,
Второго
арбитражного апелляционного суда от 11 июля 2016 г. № 02АП-4382/2016 по делу
№А29-4016/2014)[1.50, 1.51].
Вместе с тем большое количество решений по прежнему были отказными
(Определение ВС РФ от 24.10.2014г. №306-ЭС14-3019, Определение ВС РФ от
28.08.2015г. по делу №305-ЭС 15-9740, где судом было указано на то, что
«невозможность пополнения конкурсной массы связана с объективным
24
отсутствием у должника имущества, а не искажением или не передачей
конкурсному управляющему документов должника») [1.24,1.25].
Знаковым судебным решением, позволяющим «узаконить» распоряжение
дебиторской задолженностью (по удовлетворенному заявлению о привлечении
руководителя к субсидиарной ответственности) в виде возможности прямой
передачи спорной дебиторской задолженности отступным без выставления ее на
торги при отсутствии нарушенных прав и законных интересов лиц, участвующих
в деле о банкротстве, в арбитражном процессе по делу о банкротстве, иных лиц
является Постановление Президиума ВАС РФ от 11.06.2013г. №15419/12 по делу
№ А04- 5355/2010[1.265].
Федеральными законами от 29.06.2015г. №186-ФЗ №0 внесении изменений
в отдельные законодательные акты Российской Федерации», от 29.06.2015г.
№154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на
территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о
внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»,
от 23.06.2016г. №222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации» также частично корректировались нормы о
субсидиарной ответственности в процедурах банкротства (третья волна
изменений)[1.14, 1.15].
В целях усиления защиты прав работников (бывших работников)
организаций-банкротов Закон №186-ФЗ предоставил им право самостоятельно
инициировать в деле о банкротстве иск о привлечении контролирующих
должника лиц к субсидиарной ответственности. Указанная норма была
скорректирована в том числе с учетом позиции Конституционного суда РФ,
изложенной в Определении от 25.09.2014г. №2119-0[1.17].
С 01.09.2016 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. Закона №222ФЗ)дополнен дополнительным составом правонарушения, при совершении
которого
контролирующее
субсидиарной
должника
ответственности
по
лицо
подлежит
обязательствам
привлечению
должника.
к
Такое
правонарушение должно быть подтверждено вступившим в силу решением о
25
привлечении должника или его должностных лиц к уголовной, административной
или иной ответственности за налоговые правонарушения либо основано на
требовании об уплате задолженности, выявленной в результате производства по
делам о таких правонарушениях.
Следует отметить, что расширение практики применения положений о
субсидиарной
ответственности
и
их
направленность
на
повышение
эффективности привлечения к ответственности контролирующих должника лиц,
ответственных за банкротство должника одной из целей плана мероприятий
«Совершенствование процедур несостоятельности (банкротства)», утвержденного
Распоряжением Правительства РФ от 24.07.2014г. №1385-р.[1.16].
Важным эволюционным моментом в расширении практики привлечения
контролирующих лиц к субсидиарной ответственности является толкование п.2
ст. 10 Закона о банкротстве, изложенное в «Обзоре судебной практики № 2» (2016
г.). Высшая судебная инстанция пришла к выводу « о наличии причинноследственной связи между противоправным и виновным бездействием
руководителя организации в виде неподачи заявления о признании должника
банкротом и вредом, причиненным кредиторам организации из-за невозможности
удовлетворения возросшей перед ними задолженности» [1.27].
Также Верховный суд в своем определении от 21.04.2016г. по делу № 302ЭС14-1472
сделал вывод
о
презумпции субсидиарной ответственности
участников при аккумулировании выведенных денежных средств на счетах
учредителей, а также немотивированном разумными причинами изъятии
имущества производственного назначения[1.29]. А в Определении ВС РФ от
31.03.2016г
№309-15ЭС-16713
был
впервые
сформулирован
принцип
«добросовестности в преддоговорных отношениях», который заключается в
своевременном оповещении кредиторов об ухудшении финансового положения
компании [1.30].
Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ внесены очередные
изменения
в
порядок
контролирующих
лиц
привлечения
(третья
волна
к
субсидиарной
изменений).
ответственности
Принятая
глава III.2
26
«Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве»,
выступила своеобразным итогом законодательной и правоприменительной
работы на пути к полноценному применению положений о субсидиарной
ответственности законодательства о банкротстве, которые будут являться
предметом исследования и критического анализа в разделах 2,3 настоящей
работы.
1.2 Зарубежный опыт применения положений о субсидиарной
Ответственности
В соответствии с п.1 ст. 48 ГК РФ «юридическим лицом признается
организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим
обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские
права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде»[1.1].
Зачастую собственники бизнеса используют учрежденные ими компании
как прикрытие («вуаль») для поиска лазеек в законодательстве и получения
персональной прибыли. Поэтому юридическое лицо обладает лишь условной
самостоятельностью, а на самом деле зависит от своего владельца, являясь его
«продолжением» своего владельца (alter ego). Доктрина «снятия корпоративной
вуали» (corporate veil (доктрина «срывания корпоративных покровов», доктрина
«проникновения за корпоративную вуаль», возникла в американской судебной
практике в начал XX в. и получила там широкое применение. Суть ее заключается
в том, что в целях защиты интересов добросовестных кредиторов при
определенных обстоятельствах ограниченная ответственность юридического лица
игнорируется и причиненные организацией убытки взыскиваются с реальных
владельцев бизнеса[2.14].
Отправной
точкой
доктрины
снятия
«корпоративной
вуали»
в
англоамериканском праве является общий принцип, согласно которому
юридическая конструкция не получает признания со стороны позитивного права
при использовании ее со злоупотреблением или недопустимым осуществлением
27
права. В гражданском праве этот принцип подробно изложен в ст. 10 ГК РФ
«Пределы осуществления гражданских прав»: «Не допускаются осуществление
гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,
действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо
недобросовестное
осуществление
гражданских
прав
(злоупотребление
правом)»[1.1].
Однако четких параметров, при наличии которых можно однозначно
сделать вывод о возможности «снятия корпоративной вуали», данная доктрина не
выработала. Американские суды, например, полагаются на судейское усмотрение
в каждом конкретном случае, используя те или иные критерии (факт
доминирования участника над учрежденным им обществом и использование
этого доминирования для обмана и т.д. - рисунок 1)[2.6].
Применения доктрины «снятие корпоративной «вуали»
6
КРЕДИТОР
2
КОНТРОЛИРУЮЩ ЕЕ
ЛИЦО
ДОЛЖНИК
3
1
4
АРБИТРАЖНЫЙ
СУД
5
28
1
Наличие обстоятельств определяющих факт
доминирования лица над организацией и использования
этого доминирования для обмана
2
Возникновение обязательств должника перед
кредиторами
3
Неудовлетворение обязательств должника перед
кредитором и невозможность их удовлетворения за счет
имущества должника
4
Обращение добросовестного кредитора в Арбитражный
суд о взыскания убытков с контролирующих лиц
5
Вынесение Арбитражным судом решения о взыскании
убытков с контролирующих лиц
6
Взыскание денежных средств и убытков с
контролирующих лиц в пользу должника и затем с
должника в пользу кредиторов
Рисунок 1 - Порядок применения доктрины «снятия корпоративной вуали»
в американской судебной системе.
В исследовании «Субсидиарная
ответственность
за доведение до
банкротства - неудачный эквивалент западной доктрины снятия корпоративного
покрова» Егоров А.В., Усачева К.А. предприняли попытку «сравнить правила
доктрины снятия корпоративного покрова в англоамериканском и германском
праве с положениями о субсидиарной ответственности контролирующих лиц за
доведения должника до банкротства в российском праве»[3.3].
В работе авторы отмечают, что поскольку англо-американское право не дает
четкого ответа на вопрос когда и почему снимают корпоративный покров, являясь
уже чем-то абстрактным, «окутанным туманом метафор».
29
Типичные критерии, которые встречаются в американских судебных
решениях при вынесении положительного решения о снятии корпоративного
покрова являются следующие:
- объединено
ли имущество компании с имуществом участника,
использовалось ли оно для его частных целей;
- достаточно ли четко соблюдается корпоративное законодательство,
ведется корпоративная документация
- были ли одни и те же лица руководителями двух различных предприятий;
- имелись ли справедливые притязания двух или более лиц на один
имущественный объект компании
-была ли компания достаточно наделена активами;
-использовалась ли компания как «фирма-однодневка»;
-являются ли участники компании аффинированными лицами;
-используется ли юридический адрес компании для регистрации иных
юридических лиц;
-имеет ли участник и его компания одинаковый штат сотрудников,
задействован ли этот штат в других компаниях;
- имелось ли имущество у юридического помимо имущества участника;
-имело ли место сокрытие или искажение документов об имуществе
предприятия;
-имело ли место пренебрежение правовыми принципами экономической
самостоятельности и независимости;
-создавалась ли компания с целью принятия на себя обязательств иного
физического или юридического лица;
- использовалась ли компания как исключительный контрагент иного
физического или юридического лица;
- были ли распределены между ними активы таким образом, что на одной
стороне имелись активы, а на другую переводились пассивы;
- использовалась ли организация в незаконных хозяйственных операциях,
была ли одной из сторон незаконных сделок.
30
Указанный перечень, безусловно, открыт и может быть расширен в
значительных пределах. Вместе с тем и обозначенные категории критериев снятия
корпоративного покрова имеют весьма широкое толкование, поэтому сделать
выводы о том, какими обстоятельствами будет руководствоваться суд при
принятии решения о снятии корпоративного покрова весьма проблематично.
Очевидно, что такое многообразие признаков, по которым суд может
принять решение о взыскании долгов компании с ее участников, создает
неопределенность для владельцев компаний и предприятий. Это в значительной
мере умаляет те преимущества, которые обычно дает корпоративная форма
юридического лица. Вместе с тем такой подход обеспечивает наибольшую
гибкость системы, а значит, и более надежную защиту интересов кредиторов при
неправомочных действиях контролирующих лиц.
Наиболее распространенными подхода (теориями), применяемыми судами
США и позволяющими учредителям избежать ответственности за свои действия,
являются (рисунок 2):
теория "принятия"
(adoption)
теория
"одобрения"
(ratification)
теория длящейся оферты
(acceptance of a continuing
offer)
Теоретическая база ухода от
ответственности
учредителей (по
теория "новации"
(novation)
законодательству США)
создание новой сделки
(formation of a new
contract)
теория договора в пользу
третьего лица (third party
beneficiary)
Рисунок 2 - Теоретическая база ухода от ответственно учредителей
(согласно практике применения законодательства США
31
1) теория "одобрения" (ratification);
2) теория "принятия" (adoption);
3) теория длящейся оферты (acceptance of a continuing offer);
4) создание новой сделки (formation of a new contract);
5) теория договора в пользу третьего лица (third party beneficiary);
6) теория "новации" (novation)
При этом в случае возникновения неуверенности относительно применения
одной из вышеназванных концепций американская судебная практика идет по
пути возложения ответственности на учредителей (Таблица 2).
Таблица 2 - Сравнительная характеристика подходов освобождения
учредителей от ответственности в практике применения законодательства США
№
Подход
Описание
Проблема применения
1
теория
"одобрения"
Агентская доктрина "одобрения"
позволяет принципалу утвердить
несанкционированное действие лица,
осуществленное от имени
принципала
Данный
подход
неприменим
в ситуации с учредителями.
Концепция "одобрения"
предусматривает, что
принципал фактически
одобрял сделку в момент ее
совершения, однако
формально,
ввиду
различных
обстоятельств, не
уполномочил агента на ее
совершение.
2
теория
"принятия"
В соответствии с данной концепцией
корпорация, которая фактически
пользуется правами, вытекающими
из договора, заключенного
организаторами, а также принимает
на себя обязанности из такой сделки,
тем самым считается стороной в
подобной сделке.
Учредители также несут
субсидиарную обязанность
по таким сделкам.
3
теория
длящейся
оферты
В соответствии с теорией "длящейся
оферты" договоры управляющих
рассматриваются в качестве оферты,
в то время как выступление
корпорации стороной в таком
договоре - как акцепт.
Основной
проблемой
данной
теории американские
юристы называют
возможность третьего лица
аннулировать такую сделку
4
теория
договора в
пользу третьего
лица
В случае, когда заключенная
учредителями сделка способна быть
переуступлена (assignable),
корпорация может рассматриваться
как правопреемник учредителей по
32
ней. Кроме того, она может быть
признана выгодоприобретателем по
сделке, заключенной ее
учредителями. При этом бенефициар
не обязательно должен существовать
в момент заключения сделки в его
пользу
5
теория
"новации"
Теория новации позволяет
организации становиться стороной
договора, заключенного
учредителем, с момента своего
возникновения в случае, когда другая
сторона договора была согласна на
такую новацию в момент его
заключения
Использование доктрины
новации позволяет
учредителям не нести
никакой ответственности (в
том числе субсидиарной) с
момента возникновения
корпорации
Как указывает В. Багаев, в Великобритании используются те же основные
критерии для «снятия корпоративной вуали», а именно:
- искусственное разделение бизнеса на несколько формально независимых
юридических лиц;
- применение незаконных и мошеннических схем с участием компании;
- использование компании с целью уклонения от исполнения обязанности
перед кредиторами [3.1].
Вместе с тем, суды Великобритании применяют доктрину «снятия
корпоративной вуали» в случае исчерпания других правовых средств защиты
кредиторов.
В
Германии
эквивалентом
англо-американской
доктрины
«снятия
корпоративной вуали» выступает концепция «пронизывающей ответственности».
«Пронизывающая ответственность» - это подход к отказу от принципа
самостоятельной ответственности корпорации по своим долгам и переложение
ответственности на участника объединения при явных признаках зависимости.
Егоров А.В., Усачева К.А. пишут, что «от "пронизывающей ответственности"
следует
отличать
ситуации,
когда
участник несет перед
кредиторами
юридического лица ответственность из самостоятельного основания (а не из того
же основания, что и само юридическое лицо) наряду с корпорацией или вместо
нее. Например на основании § 826 Германского гражданского уложения (ГГУ)
(недозволенные действия, деликт), § 765 ГГУ (поручительство), принятия на себя
33
чужого обязательства совместно с первоначальным должником или вступления в
долг (Schuldbeitritt)».
Применявшаяся ранее в Германии практика, допускавшая применение
"пронизывающей ответственности" контролирующего лица была изменена.
Защита
подконтрольного
общества
(организации)
от
вмешательства
единственного участника теперь ограничивается обязанностью поддерживать
достаточный основной капитал, за что также несет ответственность руководитель
общества. Учредители, нарушающие данную обязанность, несут солидарную
ответственность перед обществом и государством за причиненный вред.
Одним
из
краеугольных
понятий,
используемых
в
концепции
«пронизывающей ответственности», является «смешение имущества». Имеется в
виду такое смешение имущества общества и иного имущества участника, при
котором отсутствует его разделение, а значит, правило об ограничении
ответственности имуществом общества не может применяться.
Кроме того, не соблюдаются предписания об обеспечении капиталом,
выполнение которых обязательно для ограничения ответственности. Для того,
чтобы
смешение
имущества
выступило
основанием
для
применения
«пронизывающей ответственности», недостаточно только того обстоятельства,
что определенные объекты нельзя однозначно отнести к тому или иному
имуществу. Необходимо, чтобы субъекты права не были понятным образом
разграничены друг от друга. Таким может быть случай, когда разделение личного
имущества участника и имущества общества затруднено из-за непрозрачного
(undurchsichtige) ведения бухгалтерского учета.
Кроме того, как отмечается в литературе, изложенное выше о возможности
привлечения участника к ответственности по долгам общества в случае смешения
имущества действует только в отношении тех участников, чье поведение
повлекло смешение имущества или способствовало ему, либо по меньшей мере
тех, кому было известно об этом. Но не в отношении не имеющих никакого
представления о смешении имущества миноритарных участников, которые не
34
осуществляли никакого влияния и в силу этого не ответственны за смешение
имущества.
Личная
"пронизывающая
ответственность"
предполагает
наряду
с
объективным составом смешения имущества то, что участник знал или должен
был знать об обстоятельствах, вызвавших смешение имущества, и что именно он
в силу своего влияния ответствен за это смешение.
В последнее время в судебной практике Германии обозначилась тенденция
к тому, чтобы с участников общества долги взыскивались не в пользу
конкретного кредитора, а в пользу организации - то есть применяется общая
норма об ответственности за причинение вреда. После этого кредиторы могут
предъявить требования к организации, в том числе в рамках процедуры
банкротства.
Рисунок 3 - Зарубежный опыт ответственности учредителей при
банкротстве организаций
35
На рисунке 3 рассмотрены положительные и отрицательные стороны
применения механизма ответственности учредителей по долгам корпораций в
странах, принадлежащих к наиболее распространенным правовым семьям.
Другие страны активно перенимают опыт США и Великобритании,
интегрируя его в свои правовые системы с учетом национальных особенностей.
Реализация механизма ответственности учредителя по долгам организации в
Китае построена по принципу, более свойственному государствам прецедентного
права (таким как США и Великобритания). Пока применение в Китае положений
о
солидарной
ответственности
владельцев
компаний
не
отличается
единообразием. Более того, при, казалось бы, схожих обстоятельствах суд в
одном случае может привлечь участника фирмы к такой ответственности, а в
другом - нет[3.4].
Суды КНР, обобщая свою практику, а также практику США и
Великобритании (откуда, собственно, и был заимствован этот механизм
солидарной ответственности), пытаются выработать определенный перечень
условий, при которых можно выйти за рамки ограниченной ответственности
юридического лица и возложить ответственность по его долгам на учредителей.
Наиболее распространенные случаи, при которых суды в Китае применяют
солидарную ответственность контролирующих лиц: создание подставных фирм;
использование организации в качестве прикрытия, «фасада»; недостаточная
капитализация компании, т.е. ведение деятельности, связанной с высоким
финансовым риском, заведомо зная, что имущество компании не покроет этот
риск; формальное разделение бизнеса на несколько юридических лиц, фактически
представляющих собой единое целое.
У
судов
КНР
нет
единого
понимания
термина
«солидарная
ответственность».
Одни считают, что в рамках такой ответственности пострадавший кредитор
может предъявить требования, как к самой организации, так и к ее владельцу. В
других случаях исходят из того, что требование кредитора должно быть
36
предъявлено сначала организации и только в неудовлетворенной части - ее
владельцу (по сути это субсидиарная ответственность) [3.4].
Как отмечает Юрзин П.Н., во французском законодательстве отсутствует
специальное понятие, близкое понятию субсидиарной ответственности[3.26].
Вместе с тем некоторые из известных ему правовых форм отвечают критериям
таковой. Во-первых, это поручительство, субсидиарность которого имеет более
выраженный характер, чем по российскому законодательству. Предполагается не
просто отказ основного должника от исполнения обязательства, но и
необходимость обращения взыскания на его активы. Вместе с тем она базируется
на волевом решении поручителя, а не на императивном установлении закона.
Другой областью отношений, в правовом регулировании которых следует
искать субсидиарную ответственность, являются обязательства с участием
юридических лиц. Здесь выделяется два принципиально разных случая
возможного использования такой правовой формы. Первый из них связан с
признанием за некоторой организацией правосубъектности, но непризнанием
ограничения риска убытков стоящих за ней лиц лишь переданным ей
имуществом. Второй имеет место при возложении на таких лиц ответственности
за их противоправные деяния.
Использование льготы ограничения ответственности в противоправных
целях вынудило законодателя и правоприменителя создавать инструменты для
защиты третьих лиц от злоупотреблений. Во Франции одним из них стал иск о
восполнении пассива (action en comblement de passif), который позволяет в рамках
банкротства
организации
возложить
неисполненные
обязательства
на
контролирующих ее лиц, если недостаточность имущества вызвана их
бесхозяйственными действиями (бездействием).
Таким образом, несмотря на единое понимание общей концепции
ответственности учредителей, ни одной из рассмотренных стран пока не
выработан четкий и понятный всем участникам механизм ее реализации.
Очевидно, что решающую роль в этом вопросе играет судебная практика,
поскольку в каждом конкретном случае им нужно находить ту точку равновесия,
37
в которой максимально полно и справедливо реализуются права кредиторов, но
при этом не подрывается главный принцип существования такой корпоративной
формы, как юридическое лицо с ограниченной ответственностью.
Для Японии характерно, что при наступлении банкротства компании ее
руководители должны оплатить накопленный долг. В случае недостаточности
личных средств для оплаты долга компании менеджеры проходят процедуру
персонального банкротства Относительно персонального банкротства в Японии
не удалось найти достаточной информации для сравнительного анализа с другими
странами. Однако, многие источники содержат сведения о том, что банкротство в
данной стране процедура унизительная, и сопряженная с большими сложностями
и
лишениями,
например,
пожизненного
лишения
права
заниматься
определенными видами деятельности. По причине банкротства в Японии
ежегодно совершается значительное число самоубийств.
В российском законодательстве не содержится правил, позволяющих в
полной мере применять доктрину «снятия корпоративной вуали» в ее
международном толковании. Вместе с тем имеются примеры закрепления ее
отдельных инструментов в отечественном праве (Рисунок 5).
На необходимость внедрения в российскую правовую систему доктрины
«снятия корпоративной вуали» указывал Председатель ВАС РФ Иванов А. А. в
своем выступлении на итоговом совещании председателей арбитражных
судов[2.5]. Впервые же доктрина была упомянута и фактически изложена в
Постановлении Президиума ВАС РФ от 24 апреля 2012 г. №16404/11, в котором
судом были признаны созданные на территории Российской Федерации
представительства
латвийских
юридических
лиц
представительствами
латвийского банка, в то время как юридической точки зрения их отношения не
были очевидными[1.31].
Таким образом, ВАС РФ, приняв несколько формально независимых
юридических лиц за единое целое, применил доктрину «снятия корпоративной
вуали» в ее «классическом» смысле. Вместе с тем, суды первой инстанции
зачастую отклоняют доводы о необходимости применения доктрины «снятия
38
корпоративной вуали», мотивируют свой отказ тем, что «обстоятельства того или
иного дела отличны от тех, что были предметом рассмотрения Президиумом ВАС
РФ (Постановление АС МО от 21 января 2015 г. № Ф05-15548/2014,
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 10 февраля 2014 г. по делу
№ A33-6328/2013)[1.39, 1.40].
Рисунок 4 - Виды обстоятельств, при которых допускается выход за
пределы ограниченной ответственности юридического лица.
Мировая практика показала, что столь привлекательная для рыночной
экономики корпоративная форма юридического лица имеет и обратную сторону.
Очевидно, что такое многообразие признаков, по которым суд может принять
решение о взыскании долгов компании с ее участников, создает неопределенность
для владельцев компаний. Это в значительной мере умаляет те преимущества,
которые обычно дает корпоративная форма юридического лица. Вместе с тем
такой подход обеспечивает наибольшую гибкость системы, а значит, и более
надежную защиту интересов кредиторов.
39
2. ОСОБЕННОСТИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ О ПРИВЛЕЧЕНИИ К
СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
2.1 Особенности предмета доказывания и распределение бремени
доказывания в делах о привлечении к субсидиарной ответственности
Разрешая
спор,
суды
руководствуются
нормами
действующего
законодательства, определяя юридически значимые обстоятельства. Данные
обстоятельства должны быть подтверждены материалами дела (доказательствами)
и исследованы судом. Правильный подход при определении предмета
доказывания по делу позволяет заблаговременно подготовиться к судебному
разбирательству и представить все необходимые доказательства по делу. Что
может гарантировать успешный исход дела и существенное сокращение сроков
его разбирательства.
Предмет доказывания неразрывно связан с положениями законодательства,
порождающими материальные права и обязанности участников спора.
Как было отмечено еще в Постановлении Президиума ВАС РФ от 6 ноября
2012 г. №9127/12, «субсидиарная ответственность хотя и имеет специальный
характер, однако является гражданско-правовой, в связи с чем, применяются
соответствующие положения гражданского законодательства в части, не
противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве (гл. 25 и 59 ГК РФ об
ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие
причинения вреда)» [1.23].
В Проекте Постановления Пленума ВС РФ «О некоторых вопросах,
связанных с привлечением контролирующих лиц должника к ответственности при
банкротстве» (далее - Проект), посвященному раскрытию судейского видения
новых правил применения субсидиарной ответственности и размещенном на
официальном сайте Верховного
суда РФ указанная позиция Высшего
арбитражного
как
суда
обозначена
один
из
принципов
контролирующих лиц должника к ответственности [1.57].
привлечения
40
Первым и самым главным элементом доказывания по новым правилам
главы III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о
банкротстве» Закона о банкротстве является определение надлежащего субъекта
ответственности.
В Законе о банкротстве появилось более развернутое, вместе с тем менее
определенное по содержанию определение понятия «контролирующее должника
лицо» (КДЛ).
В ранее действовавшее редакции понятие КДЛ было отражено в абзаце 34
ст. 2 Закона о банкротстве и было нами процитировано во введении к настоящей
работе.
В актуальной редакции понятие КДЛ содержится в отдельной статье 61.10
Закона о банкротстве и звучит следующим образом: «под контролирующим
должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо
имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков
банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом
заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для
исполнения должником указания или возможность иным образом определять
действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их
условий».
В Проекте подчеркнуто, что фактический контроль над должником
возможен вне зависимости наличия (отсутствия) формально-юридических
признаков аффилированности, а также указывается на возможность привлечения
КДЛ к иной ответственности, в том числе, предусмотренной корпоративным
законодательством,
за
пределами трехлетнего
периода
Лица,
имеющие
возможность определять действия должника (ВОДД), могут быть отнесенными к
КДЛ, если находятся с должником (руководителем или членами органов
управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного
положения, а также при наличии полномочий совершать сделки от имени
должника (на основании доверенности, нормативном правовом акте либо ином
специальном полномочии).
41
Презумпции отнесения лиц, задействованных в управлении организацией, к
контролирующим должника лицам согласно новой редакции Закона о
банкротстве, представлены на рисунке 5.
Рисунок 5 - Презумпции отнесения лиц, задействованных в управлении
организацией, к контролирующим должника лицам
42
Вопрос указания обстоятельств признания действий недобросовестными
уточнен разъяснениями к нормативной базе. На рисунке 7, представлены
обстоятельства признания недобросовестности действий (бездействия) директора
организации согласно постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации от 30 июля 2013 г. №62 «О некоторых вопросах
возмещения убытков лицам, входящим в состав органов юридического лица»
[1.33].
Рисунок 6 - Обстоятельства признания (доказательства) действий
(бездействий) директора организации недобросовестными
43
При этом в законе специально оговорено, что лица, имеющие фактическую
ВОДД, в том числе возможность давать указания соответствующим лицам,
обязаны действовать «в интересах юридического лица разумно и добросовестно и
несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу».
Данные критерии добросовестности на сегодняшний день являются
определяющими для судебной практики ВОДД может достигаться: также в силу
должностного положения (например, замещения должности главного бухгалтера,
финансового директора должника либо лиц, указанных в пункте 2 презумпции, а
также иной должности, предоставляющей возможность определять действия
организации).
ВОДД может проявляться иным образом, в том числе путем принуждения
руководителя или членов органов управления должника либо оказания
определяющего влияния на руководителя или членов органов управления
должника иным образом.
Вместе с тем, как уже нами отмечалось ранее ,перечень признаков для
отнесения лица к КДЛ является открытым. Согласно п.5 ст.61.10 «арбитражный
суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным
основаниям».
В Законе также имеются исключения: к КДЛ «не могут быть отнесены лица,
если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем
десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением
обычного дохода, связанного с этим владением» (п.6 ст.6.1.10).
Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия
которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет
субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности
полного погашения требований кредиторов отсутствует.
Контролирующее лицо не подлежит привлечению к субсидиарной
ответственности,
если
оно
действовало
согласно
обычным
условиям
гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его
учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права
44
кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения
еще большего ущерба интересам кредиторов (п. 10 ст.61.11 Закона).
В п.9 ст.61.11 Закона о банкротстве введено понятие о номинальном
руководителе, с которым связано еще одно условие уменьшения или полного
освобождения от субсидиарной ответственности.
Лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать, что
оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника)
юридического лица фактически не оказывало ВОДД (осуществляло функции
органа
управления
номинально)
и
если,
благодаря
предоставленным
номинальным руководителем сведениям, установлено фактически КДЛ и (или)
обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) КДЛ.
В Проекте подчеркивается, что фактический и номинальный руководитель
несут ответственность солидарно. Вместе с тем, рассматривая вопрос об
уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального директора
(речь не идет о полном его освобождении) судом должно быть учтено насколько
его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению
имущественных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (п.1
ст. 1064 ГК РФ).
В п.7 Проекта частично раскрывается презумпция признания КДЛ
бенефициара, получившего, например, по цепочке последовательных сделок
существенный актив должника на заведомо невыгодных условиях или с заведомо
неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой- однодневкой») либо с
использованием формального документооборота. При этом, судя по всему, вопрос
о существенном активе будет рассматриваться и оцениваться судом в каждом
деле с учетом масштабов деятельности должника.
И также подчеркивается, что бремя опровержения данной презумпции
лежит
на
выгодоприобретателе.,
добросовестность
который
доказательствами,
может
подтвердить
подтверждающими
свою
возмездность
приобретения имущества в отсутствие конфликта интересов на условиях, на
которых при сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки
45
Законодательство и судебная практика оперировали термином «контролирующее
лицо» - бенефициар еще и до вступления в силу новой редакции Закона о
банкротстве. Так, например, в Постановлении АС МО от 30 апреля 2015 г. по делу
№А40-119763/10 при рассмотрении вопроса о привлечении лица к субсидиарной
ответственности были установлены следующие обстоятельства: «участвовал в
переговорах от имени банка; проводил собеседования топ-менеджеров, определял
вознаграждение; указан в качестве контролирующего лица в ряде документов;
согласовывал ключевые решения
(с
помощью штампа «Согласовано»);
использовал многоуровневую структуру владения банком с помощью оффшоров,
цель которых - скрыть реального бенефициара» [1.3 9].
В результате лицо как реальный владелец был привлечен судом к
субсидиарной ответственности в размере 75 млрд. руб. По делам о банкротстве
№А60-32798/2007 и №А60-1260/2009 одно лицо - президент третьей компании
был привлечен к субсидиарной ответственности в размере более 213 млн. руб. и
более 6 млрд. соответственно. Судом было установлено, что привлекаемое лицо
фактически осуществляло управление компанией, основываясь на следующей
совокупности доказательств: организации-банкроты были участником холдинга
лица; лица, входящие в советы директоров, в разное время работали на разных
должностях в холдинге и фактически не были независимыми; ряд свидетельских
показаний
подтверждал,
что
фактически
всеми
компаниями управляет
привлекаемое к ответственности лицо.
Таким образом, новые нормы - это воплощение тенденций судебной
практики по делам о привлечении к субсидиарной ответственности реальных
владельцев (бенефициаров) компании со всеми вытекающими последствиями.
Резюмируя изложенное в части, касающейся КДЛ и его критериям, можно
сделать вывод о том, что в настоящее время привлечь к субсидиарной
ответственности можно любого лица (а не только директора, учредителя, члена
иного коллегиального органа управления), у которого имеется ВОДД в силу
должностного положения. На наш взгляд расширение круга субъектов
ответственности в данном направлении не вполне удачно, поскольку размывает
46
границы ответственности органов управления «высшего звена». В то время как
именно лицо, входящее в состав органов юридического лица, обязано действовать
в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК
РФ).
Привлечение
же
к
субсидиарной
ответственности
фактических
бенефициаров должника в целом рассматривается как норма, позволяющая нести
ответственность каждого члена экономического сообщества за свои действия,
вместе с тем, помимо системы «доносов» в Законе полностью отсутствует
механизм по их установлению (особенно когда идет речь о цепочке сделок).
Также не лишним законодателю было бы раскрыть смысл содержания
понятия «существенный актив должника» (5-10-20% балансовой стоимости),
рассчитывая, очевидно, на его определение будущей судебной практикой.
Вместе с тем усиливая и «раскручивая» одни нормы, которые являлись
камнем преткновения у судов, заявителей и ответчиков в правоприменительной
практике Закона о банкротстве предыдущей редакции, законодатель создает
очередной простор для творчества.
Представляется, что разумным критерием для определения размера
существенного актива должника при заключении сделки или несколько
взаимосвязанных между собой сделок, связанных с приобретением, отчуждением
или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника,
балансовая стоимость которого составляет более 25% балансовой стоимости
активов должника на дату ее совершения (по аналогии с корпоративным
законодательством о крупных сделках).
Что касается оснований для привлечения КДЛ к ответственности, то
следует отметить следующее.
В силу п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что полное
погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)
бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из
следующих обстоятельств:
47
1) «причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в
результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим
лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по
указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о
банкротстве;
2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по
ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством
Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении
наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой
организации) или принятия решения о признании должника банкротом
отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных
законодательством Российской Федерации, формирование которой является
обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо
указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено
проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе
формирование и реализация конкурсной массы;
3)
требования
кредиторов
третьей
очереди
по
основной сумме
задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого
вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц,
являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к
уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые
правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в
результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают
пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по
основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов».
Относительного пп.З п.2 ст. 61.11, в Проекте (п.26) содержится следующее
разъяснение:
должник
привлечен
к
налоговой
ответственности
за
неуплату/неполную уплату сумм налога в результате занижения налоговой базы,
иного неправильного исчисления налога, иных неправомерных действий;
доначисленные по результатам налогового контроля суммы налога составили
48
более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед
реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.
Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной
ответственности руководителя должника (как фактического, так и номинального),
иных лиц, признанных КДЛ на момент совершения налогового правонарушения.
В новой главе Закона о банкротстве добавлены две презумпции, в силу
которых
предполагается
наличие
причинно-следственной
связи
между
действиями контролирующих должника лиц и невозможностью погашения
требований кредиторов должника.
Так, в силу подпунктов 4 и 5 п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве
предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно
вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если:
-«документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с
законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке
ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной
ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях
и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту
вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения
временной администрации финансовой организации) или принятия решения о
признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;
-на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие
обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо
внесены
недостоверные
сведения
о
юридическом
лице:
в
единый
государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким
юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о
фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по
внесению которых возложена на юридическое лицо».
Указанные положения несколько тождественны положениям пп. 2 п. 2
ст.61.11 Закона о банкротстве, закрепляющими презумпцию наличия причинноследственной связи между действиями контролирующего лица и невозможностью
49
удовлетворения
требований
кредиторов
в
случае,
«если
документы
бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению)
и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к
моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню
назначения временной администрации финансовой организации) или принятия
решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат
необходимую информацию».
Вместе с тем следует отметить, что пп. 2 п. 2 содержит важное условие:
отсутствие
документации
«должно
повлечь
существенное
затруднение
проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе
формирование и реализация конкурсной массы».
В Проекте «под существенным затруднением понимается, в том числе,
невозможность выявления всего круга контролирующих должника лиц, его
основных контрагентов, а также выявление (идентификация) основных активов
должника, определения совершенных в период подозрительности сделок и их
условий, не позволившая проанализоровать данные сделки и рассмотреть вопрос
об их оспаривании в целях пополнения конкурсной массы, установления
содержания принятых органами управления решений, исключившая проведение
оценки этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и
потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами
данных органов».
Положения же подпунктов 4 и 5 п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве
аналогичных условий не содержат, что вызывает риск оценки данных положений
как формальных составов.
Вместе с тем в Проекте (п.25) презумпции, касающиеся невнесения
информации в ЕГРЮЛ или Единый Федеральный Реестр сведений о фактах
деятельности юридических лиц (либо внесение в эти реестры недостоверной
информации), заявитель также должен доказать, что отсутствие в реестре
информации (ее искажение) существенно затруднило проведение процедур,
применяемых в
деле о банкротстве. КДЛ также несет субсидиарную
50
ответственность в случае, если после появления признаков неплатежеспособности
такое лицо совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие
финансовое положение должника.
Ранее такой подход был высказан Верховным Судом РФ в Определении ВС
РФ от 21.04.2016 по делу №302-ЭС14-1472. Верховный суд указал, что «сам по
себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего
субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности
(банкротства).
Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в
результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а
он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требовани
кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного
уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица» [1.44].
В рассматриваемом деле ухудшение финансового положения компании на
фоне недостаточности денежных средств было связано с совершением
контролирующего предприятия действий по изъятию выручки и имущества,
используемого в производственных целях. Указанные действия усугубили и без
того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к
банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным.
Если КДЛ совершило (одобрило) одну либо несколько убыточных сделок,
его вина в банкротстве организации презюмируется. Указанная норма была также
закреплена уже в предыдущей редакции закона,
Вместе с тем судебной практике часто встречалась позиция, что убыточная
сделка - это еще не основание для привлечения к ответственности.
Нужно исследовать и доказывать вопрос добросовестности действий
руководителя. В судебной практике имеются решения, в которых был установлен
факт недобросовестного поведения руководителя должника при совершении
подобных сделок.
Так в Постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 8 мая 2014 г. по
делу №А45-11328/2010 исследовался вопрос о передаче руководителем товарно-
51
материальных ценностей
субподрядчику формально в счет исполнения
встречного обязательства по выполнению строительных работ.
Пример 1: обращаясь в суд, заявитель указал, что строительные работы
выполнены не были, а значит, у организации не было оснований передавать
товарно-материальные ценности. Судом заявление о привлечении к субсидиарной
ответственности было удовлетворено, при этом установлена недобросовестность
действий в виде сокрытия от конкурсного управляющего информации о
совершенной сделке, удержание у себя документации после прекращения своих
полномочий, касающиеся выполнения работ по договору субподряда, совершение
сделки по передаче ТМЦ без одобрения соответствующих органов юридического
лица[1.52].
Пример 2: в ином деле (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от
16 июня 2011 г. по делу №А03-6321/2009) руководитель с согласия учредителя
приобрел векселя, которые впоследствии не были оплачены векселедателем.
Вскоре последовало банкротство организации[1.53].
Привлекая
солидарно
руководителя
и
учредителя
организации
к
субсидиарной ответственности, суд отметил, что «их действия по приобретению
векселей третьих лиц, не обеспеченных какими-либо активами и невозможных к
взысканию, привели к утрате должником значительных денежных средств и
сделали
невозможным
удовлетворение
требований
кредиторов.
Это
свидетельствует о недобросовестности поведения данных лиц и нарушении
указанными действиями прав и законных интересов конкурсных кредиторов».
В проекте Пленума указывается: «Вина руководителя организации и иных
контролирующих ее лиц при несостоятельности (банкротстве) выражается в
неисполнении обязанностей принимать должные меры, направленные на
соблюдение прав третьих лиц, а также в не проявлении должной степени
разумности, заботливости и осмотрительности.
В рассмотренном случае руководитель должника и его учредитель являлись
лицами, к компетенции которых отнесен анализ результатов финансовой и
хозяйственной деятельности должника, контроль за выявлением, надлежащей
52
оценкой предпринимательских рисков, связанных с совершаемыми сделками, и
принятием мер, направленных на их минимизацию».
Особенности доказательства недобросовестности контролирующих лиц
представлены на рисунке 7.
Рисунок 7 - Особенности доказательства недобросовестности (согласно
применению презумпции доведения до банкротства в результате совершения
существенно невыгодной сделки, изложенной в Проекте Постановления Пленума)
контролирующих должника лиц
53
Таким образом, прогнозируя перспективы развития судебной практики по
рассмотренным нами отдельным основаниям для привлечения к субсидиарной
ответственности, следует отметить, что резкого возрастания количества
удовлетворенных заявлений не будет (при общем росте количества поданных
заявлений).
Самый сложный предмет доказывания был и остается по сделкам,
причинившим вред имущественным правам кредиторам. По невнесению
информации в государственные реестры (внесению ее в искаженном виде)
развитие (а точнее, наличие) судебной практики будет зависеть от включения в
окончательную редакцию Пленума положений о взаимосвязи данного состава с
существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о
банкротстве.
В заключение, особое внимание хотелось обратить на нововведение, в
соответствии с которым непредставлении отзыва на заявление о привлечении к
ответственности по неуважительным причинам или явной неполноте возражений
относительно предъявленных требований бремя доказывания отсутствия
оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть
возложено судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.
Важно осознавать, что согласно механизму, предложенному в Законе о
банкротстве и сформулированному Верховным Судом РФ (пока в качестве
Проекта), на КДЛ возлагается обязанность доказывать и отнесение лица к
таковым, и правомерность своих действий, и отсутствие вины, цели причинения
вреда кредиторам (для опровержения презумпций). В связи с чем, уклонение от
участия
в
судебном
процессе
лица,
привлекаемого
к
субсидиарной
ответственности, перелагает на него бремя доказывания непосредственно
оснований (презумпций), фактически предрешая для себя отрицательный исход
дела.
54
2.2 Субсидиарная ответственность за несвоевременную подачу
заявления о банкротстве должника
Субсидиарная ответственность за несвоевременную подачу заявления о
признании должника банкротом выполняет важную роль в системе правового
регулирования процедур несостоятельности (банкротства).
Для того, чтобы понять, какие факты предстоит доказать в деле о
субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника, нужно
установить, как сформулированы нормы в новой редакции Закона о банкротстве,
которые предусматривают эту ответственность.
В соответствии с п. 1,2 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника
обязан обратиться в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты
возникновения соответствующих обстоятельств с заявлением должника в
арбитражный суд в случае, если:
- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов
приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или
обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном
объеме перед другими кредиторами;
-органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными
документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об
обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
-органом,
уполномоченным собственником имущества должника -
унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с
заявлением должника;
-обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или
сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;
-должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам
недостаточности имущества;
-имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине
недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных
55
пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику
выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с
трудовым законодательством;
-имеются иные случаи.
В соответствии с п.З Закона о банкротстве ликвидационная комиссия
должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в
течение десяти дней в случае, если при проведении ликвидации юридическое
лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам
недостаточности имущества. Федеральным законом от 29.07.2017г. №266-ФЗ
введены новые нормы (п.3.1), в соответствии с которыми если в течение
месячного срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с
заявлением должника и не устранены обстоятельства, послужившие основаниями
для такого обращения, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого
срока:
- собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан
принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
- лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего
собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие
должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа
управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации
должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением
о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее
десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.
Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с
заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства,
послужившие основаниями для такого обращения.
В п. 13 Проекта указывается, что субъектом ответственности по данному
основанию может быть иное лицо. Принцип отнесения такого лица к субъекту
ответственно представлен на рисунке 8.
56
Рисунок 8 - Признаки отнесения иного лица к субъектам ответственности за
несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом
Исходя из п. 1 ст. 61.12 указанного Закона лицо может быть привлечено к
субсидиарной ответственности, если по подаче заявления должника в
арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в
арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в
случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве.
При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица
отвечают солидарно. Проект содержит следующее разъяснение, относящееся к
данному пункту. Если обязанность по подаче заявления должника о собственном
банкротстве не была исполнена последовательно сменившими друг друга
руководителями первый из них несет субсидиарную ответственность по
57
обязательствам должника, возникшим в период со дня исчисления месячного
срока до дня возбуждения дела о банкротстве.
Последующие - со дня истечения на один месяц разумного срока,
необходимого ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон
связывает возникновение обязанности по подаче заявления, до даты возбуждения
дела о банкротстве. Для ликвидаторов, членов ликвидационной комиссии
месячный срок заменяется десятидневным.
Также в Проекте подчеркивается (п. 10), что исполнение обязанности по
подаче заявления не ставится в зависимость от наличия у должника средств,
достаточных для финансирования процедуры банкротства. По смыслу положений
ст. 61, 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника необходимые
средства должны быть предоставлены его участниками (учредителями).
Размер субсидиарной ответственности по данному основанию равен
размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам),
возникших после истечения месячного либо десятидневного срока, и до
возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного
органа о признания должника банкротом). В размер ответственности не
включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал
или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения
обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, за исключением
требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из
договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента
должника.
Как уже отмечалось ранее, Верховным судом в Определении РФ от
31.03.2016 №309-ЭС15-16713 устанавливалась, по сути, новая обязанность для
руководителя должника - оповещать будущих контрагентов о «плачевном
состоянии
дел».
То
есть
реализация
принципа
добросовестности
в
преддоговорных отношениях. Говоря о сокрытии информации суд указывает, что
«подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным
должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда
58
не
могут
быть
исполнены
существующие,
заведомую
невозможность
удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты
действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих
новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику
исполнения[1.30].
Указанная позиция высшей судебной инстанции нашла свое воплощение в
п.1 ст. 30 Закона о банкротстве, в соответствии с которой в случае возникновения
признаков банкротства, установленных ст. 3, 8, 9 Закона о банкротстве,
руководитель должника обязан включить сведения о наличии таких обстоятельств
в ЕФРСБ лиц в течение десяти рабочих дней с даты, когда руководителю стало
или должно было стать известно об их возникновении, а также в разумный срок
предпринять все зависящие от него разумные необходимые меры, направленные
на предупреждение банкротства должника.
Таким
образом,
ответственности
норма об
является
исключении обязательств
продолжением
указанной
из
размера
формулировки.
«Осведомленный» контрагент, все-таки заключивший договор, не может
рассчитывать
на
включение
своей
задолженности
в
общий
размер
ответственности, вменяемой лицу, которое было обязано совершить действия по
подаче заявления (созыва коллегиального органа управление для принятия такого
решения).
П. 15 Проекта содержит следующее положение: «бывший руководитель
должника, публично сообщивший неограниченному кругу лиц о сроке
возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве и
неисполнении им соответствующей обязанности, не отвечает по обязательствам
должника, возникшим со дня, следующего за днем такого публичного
сообщения».
Выявлять факты нарушения обязанности по подаче заявления должника в
арбитражный суд в случаях и в срок, которые предусмотрены статьей 9 Закона о
банкротстве, и принимать меры по привлечению лица, виновного в нарушении, к
субсидиарной ответственности, а также сообщать о выявленном нарушении в
59
налоговые
органы
для
составления
протокола
о
соответствующем
правонарушении в соответствии с положениями п.2 ст.20.3 относится к прямым
обязанностям арбитражных управляющих.
С учетом изложенного, можно говорить о том, что доказыванию по данному
основанию для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат
следующие факты (их обязан доказать заявитель), представленные на рисунке 10:
- возникновение обстоятельств, при которых у лица возникла обязанность
по подаче заявления в арбитражный суд (совершения иных действий,
направленных на принятие решения о подаче заявления);
- пропуск срока для подачи этого заявления;
- возникновение долга, который хочет взыскать кредитор, после того как
истек срок на подачу заявления должника;
- размер субсидиарной ответственности и др.
Рисунок 9 - Факты доказывания при привлечении к субсидиарной
ответственности при определении несвоевременной подаче заявлений о
признании должника банкротом
60
Эти факты являются основными и должны доказываться в каждом деле
рассматриваемой категории споров. В свою очередь каждый из этих фактов
может иметь свой самостоятельный предмет доказывания.
В иных делах суды считают возможным привлечь лицо к субсидиарной
ответственности при наличии совокупности следующих условий (Постановление
Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 2 апреля 2015 г. по делу №А796939/2012):
- возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве
обстоятельств;
- неподача уполномоченными на то лицами заявления о банкротстве
должника
в
течение месяца с
даты
возникновения
соответствующего
обстоятельства;
- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица
привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока,
предусмотренного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве [1.54].
В Постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 2
февраля 2015 г. по делу № А76-7775/2010 суд пришел к выводу, что «истец
должен был доказать не только момент возникновения такой обязанности, но и
размер обязательств, возникших после истечения определенного заявителем
срока, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех
требований кредиторов. В противном случае основания для привлечения к
субсидиарной ответственности отсутствовали»[1.55].
Верховным судом в Определении РФ от 31.03.2016г. №309-ЭС15-16713
указано, что «в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к
ответственности, входит установление следующих обстоятельств: возникновение
одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент
возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о
банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего
условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного
срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве». «Не соответствующее
61
принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от
исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче
заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой
под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным,
виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и
публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов
гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства» [1.30].
Согласно п.2 ст.61.12 презюмируется наличие причинно-следственнойсвязи
между неподачей заявления должника уполномоченным на то лицом и
негативными последствиями для кредиторов, уполномоченного органа в виде
невозможности удовлетворения возросшей задолженности.
Бремя доказывания отсутствия причинной связи между нарушением
обязанности, предусмотренной ст.9 Закона о банкротстве, и невозможностью
удовлетворения требований кредитора и нарушением лежит на привлекаемом к
ответственности лице (лицах).
Так, например, одним из условий появления обязанности подать заявление
должника о признании его банкротом является наличие у организации признаков
неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.
Для того чтобы обосновать недостаточность имущества, нужно представить
суду доказательства, свидетельствующие о том, что сумма обязательств
организации
превышает
стоимость
ее активов.
А для
подтверждения
неплатежеспособности нужно доказать, что юридическое лицо не в состоянии
исполнять свои обязательства по причине недостаточности денежных средств.
В Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29 июня
2015 г. по делу №А56-71045/2012 суд признал правомерным отказ в привлечении
бывшего
руководителя
общества
с
ограниченной
ответственностью
к
субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Поскольку « само по
себе наличие кредиторской задолженности и судебных актов, принятых не в
пользу должника, не является безусловным основанием для вывода о
невозможности должника рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами
62
либо для вывода о том, что удовлетворение требований одного кредитора
приведет к невозможности удовлетворения требований других кредиторов»[1.55].
Действительно, причины, по которым должник не исполняет свои
обязательства, могут быть различными. Например, обжалование судебного акта о
взыскании задолженности в судах вышестоящих инстанций. При этом заявитель,
утверждающий
о
нарушении
руководителем
должника
обязанности,
предусмотренной ст. 9 Закона о банкротстве, в соответствии с ч. 1 ст. 65
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан доказать
обстоятельства, на которые он ссылается.
Вместе с тем не вполне справедливо возлагать бремя доказывания данного
обстоятельства исключительно на заявителя, поскольку необходимо доказать, что
неплатежеспособность должника наступила в конкретный момент, который
обосновать заявителю весьма затруднительно.
В п. 26 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием
уполномоченного органа в делах о банкротстве и применяемых в этих делах
процедурах банкротства», утвержденной Президиумом ВС РФ 20.12.2016г.
указано, что по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве
обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в
момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и
разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был
узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо
недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в
исполнении обязанности по уплате обязательных платежей [1.56].
Приняв во внимание обычные условия делового оборота, суды учли, что
директор должника должен был знать о фактическом наличии вмененной
недоимки, отслеживание информации о состоянии расчетов с бюджетом по
налогам входит в круг его обязанностей. К тому же задолженность по
обязательным платежам доначислена налоговым органом ввиду выявления схемы
оптимизации налогообложения, о незаконности которой директор должен был
знать, поскольку судебная практика по вопросу о правомерности использования
63
подобной схемы на протяжении длительного периода времени являлась
устоявшейся и единообразной. При таких условиях суды пришли к выводу, что
бывший руководитель должен был знать о наличии признаков недостаточности
имущества должника и был обязан обратиться в суд с заявлением должника.
В определении ВС РФ от 23.08.2017г. №310-ЭС17-8699 о признании
незаконным бездействия ликвидационной комиссии общества, выразившегося в
неисполнении обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о
признании должника(банка) банкротом ВС РФ была высказана следующая
позиция.
Обязанность ликвидационной комиссии действовать добросовестно и
разумно в интересах ликвидируемого юридического лица и его кредиторов (пункт
4 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации) предполагает также
необходимость осуществлять возложенные на нее полномочия с учетом
требований независимости и равного подхода ко всем заинтересованным в итогах
процедуры ликвидации лицам.
В то же время законодательная модель добровольной ликвидации
юридического лица устроена таким образом, что полномочиями по назначению
ликвидатора или лиц, входящих в ликвидационную комиссию, обладают по
общему правилу учредители (участники) юридического лица (пункт 3 статьи 62 Г
ражданского кодекса Российской Федерации).
Наделение ликвидационной комиссии, с одной стороны, публичными
функциями, а с другой, назначение ее членов участниками должника при
определенных обстоятельствах может давать весомые основания сомневаться в
добросовестности, независимости и беспристрастности членов ликвидационной
комиссии при осуществлении названных функций.
Отменяя судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанции,
ВС РФ указал на нарушение ликвидационной комиссией общества положений
абзаца 6 пункта 1 статьи 9 и пункта 2 статьи 224 Закона о банкротстве. В связи с
этим Судебная коллегия по экономическим спорам сочла правильным вывод суда
первой инстанции о незаконности бездействия ликвидационной комиссии, а
64
также об обязанности ее обратиться в суд с заявлением о банкротстве
общества[1.35].
Заслуживающей отдельного внимания является позиция Верховного суда,
изложенная в Определении от 20.07.2017г. по делу №309-ЭС17-1801, в
соответствии с которой «если руководитель должника докажет, что само по себе
возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных
в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не
свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который
должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном
объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате
обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые
затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок,
приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя
экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых
принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по
общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности
на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным» [1.36]. Указанные
выводы нашли свое отражение в п.9 Проекта.
Таким
образом,
правонарушение,
заключающееся
в
неподаче
в
арбитражный суд заявления должника, имеет весьма сложный состав. В предмет
доказывания по таким делам входит не менее десятка фактов. При отсутствии
доказательств хотя бы по одному из них в привлечении директора к субсидиарной
ответственности может быть отказано.
Для того чтобы полноценно работали обновленные нормы о субсидиарной
ответственности за несвоевременное обращение с заявлением о признании
должника банкротом, необходимо исходить из динамического подхода к
распределению бремени доказывания, принимать во внимание принцип удобства
и возможность представления сторонами доказательств.
65
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Субсидиарная ответственность - это вид дополнительной, гражданско
правовой ответственности, которая применяется в отношении третьего лица.
Ее наступлению должна предшествовать невозможность основного
должника погасить свои обязательства перед кредиторами.
Ранее в
процедурах,
применяемых в
делах о
несостоятельности
(банкротстве) контролирующие лица должника могли быть привлечены судом к
субсидиарной ответственности, если несостоятельность организации стала
прямым последствием действий (бездействий) или указаний названных лиц.
Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ была введена гл. III.2
«Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве»,
включающая в себя 22 статьи, уточняющие порядок и основания для привлечения
контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.
Наиболее существенные положения новой главы Закона о банкротстве,
анализ которых имел место в настоящей работе.
1. Расширение понятия КДЛ для минимизации ухода от ответственности
реальных владельцев бизнеса, виновных в причинении ущерба кредиторам. Суд
наделен правом признавать лиц КДЛ также по тем основаниям, которые не
указаны прямо в законе (ст. 61.10).
2. Впервые законодатель использует термин «номинальный руководитель»
и также вводит основания для освобождения такого лица от субсидиарной
ответственности или уменьшения ее размера. Так, указанное лицо не подлежит
привлечению к субсидиарной ответственности при условии, что докажет, что не
оказывало определяющего влияния на решения компании-банкрота, и поможет
установить настоящее контролирующее лицо и/или найти его сокрытое
имущество или имущество компании-банкрота (п. 9 ст. 61.11).
3. Существовавшие ранее презумпции причинно-следственной связи между
банкротством должника и действиями контролирующего лица (пп. 1 - 3 п. 2 ст.
61.11) были дополнены новыми (пп. 4 - 5 п. 2 ст. 61.11, абз. 2 п. 2 ст. 61.12).
66
4. КДЛ не освобождается от субсидиарной ответственности, даже если (п.
12 ст. 61.11): должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не
вследствие деятельности этого КДЛ, но при этом судом будет установлено, что
уже после возникновения признаков банкротства это лицо совершило действия и
(или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника;
производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием
финансирования или заявление уполномоченного органа о признании должника
банкротом возвращено.
5. Предусмотрено право суда перераспределить бремя доказывания и в
случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности,
отзыва по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или
явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований,
обязать привлекаемое к ответственности лицо самому доказывать свою
невиновность и/или отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной
ответственности (п. 4 ст. 61.16).
Вместе с тем, несмотря на указные выше позитивные изменения одна из
главных проблем, связанных с регулированием вопросов ответственности
контролирующих
лиц,
устранена
не
была,
а
именно
параллельное
сосуществование субсидиарной ответственности и ответственности деликтной.
В работе были изложены и разъяснены спорные положения о субсидиарной
ответственности, складывающиеся в действующей судебной практике с учетом
возможности использования их выводов при применении норм о субсидиарной
ответственности в новой редакции.
В
результате
проведенного
исследования
еще
более
актуальным
представляется вопрос о направлении реформирования данного института,
который может быть раскрыт в новом исследовании.
67
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА
1.1 Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. ФЗ от 30
ноября 1994 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. - 1994. - № 32. - Ст. 3301. В редакции
Федерального закона от 26.07.2017г. №199-ФЗ// СЗ РФ. - 2017г. - №31. - 4748.
1.2. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.
ФЗ от 30.12.2001г. №195-ФЗ // СЗ РФ. - 2002г. - №1. - Ст. 1; В редакции
Федерального закона от 30.10.2017г.. №310-Ф3 // СЗ РФ. - 2017г. - №45 - Ст. 6584.
1.3 Уголовный кодекс Российской Федерации. ФЗ от 13.06.1996г. №63-Ф3 //
СЗ РФ. - 1996. - №25. - Ст. 2955. В редакции Федерального закона от 29.07.2017г.
№250-ФЗ // СЗ РФ. - 2017г. - №31. - Ст. 4799.
1.4 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации. ФЗ №95
от 24.02.2002г. // СЗ РФ. - 2002. - №30. - Ст. 3012. В редакции Федерального
закона от 29.07.2017г. №223-Ф3// СЗ РФ . - 2017. - №31 - Ст. 4772.
1.5 Федеральный закон от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)» // СЗ РФ. - 2002. - №43. - Ст. 4190. В редакции Федерального
закона от 29.07.2017г.г. №266-ФЗ // СЗ РФ. - 2017г. - №31. - Ст.4815.
1.6Федеральный закон от 8 января 1998г. №6-ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)» // СЗ РФ. - 1998г. - №2. - Ст. 222. (Утратил силу).
1.7 Закон РФ от 19 ноября 1992 г. №3929-1 «О несостоятельности
(банкротстве) предприятий»// «Российская газета», № 279, 30.12.1992.
1.8Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. №52-ФЗ «О введении в действие
части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»//С3 РФ.-1994 г. №32. - Ст.3302.
1.9 Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных
обществах» // СЗ РФ. - 1996. - №1. - Ст. 1. В редакции Федерального закона от
29.07.2017г.г. №233-Ф3 // СЗ РФ. - 2017г. - №31. - Ст.4782
68
1.10 Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. №14-ФЗ «Об обществах с
ограниченной ответственностью» // СЗ РФ. - 1998г.-№7,- Ст.. 785. В редакции
Федерального закона от 29.07.2017г.г. №233-Ф3 // СЗ РФ. - 2017г. -№31.-Ст.4782.
1.11 Федеральный закон от 28 апреля 2009 г. №73-Ф3 «О внесении
изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»//С3 РФ. 2009г. - №18(1ч). - Ст. 2153. В редакции Федерального закона от 29.07.2017г.г.
№266-ФЗ // СЗ РФ. - 2017г. - №31. - Ст.4815.
1.12 Федеральный закон от 28 июня 2013 г. №134-Ф3 «О внесении
изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части
противодействия незаконным финансовым операциям»//СЗ РФ. - 2013. 01.07.2013. -№ 26. - Ст. 3207. В редакции Федерального закона от 29.07.2017г.г.
№266-ФЗ // СЗ РФ. - 2017г. - №31. - Ст.4815.
1.13 Федеральный закон от 29.06.2015г. №186-ФЗ №0 внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации»// СЗ РФ. - 2015. - №27,Ст.3977. В редакции Федерального закона от 29.07.2017г.г. №266-ФЗ // СЗ РФ. 2017г. - №31. - Ст.4815.
1.14 Федеральный закон от 29.06.2015г. №154-ФЗ «Об урегулировании
особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым
и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации»//С3 РФ. - 2015г. - №27.
- Ст.3945.
1.15 Федеральный закон от 23.06.2016г. №222-ФЗ «О внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации» //СЗ РФ. - 2016г.. №36(ч.1). - Ст.3891.
1.16 Распоряжение Правительства РФ от 24.07.2014г. №1385-р «Об
утверждении плана мероприятий (дорожная карта) «Совершенствование процедур
несостоятельности (банкротства)»//СЗ РФ,- 2014г.. -№31. - ст.4440.
1.17 Определение конституционного суда Российской Федерации от
25.09.2014г. №2119-0 // Официально не опубликовано. Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
69
1.18 Определение Конституционного суда Российской Федерации от 16
декабря 2008 г. №1072-0-0// Официально не опубликовано. Справочно- правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.19 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и
Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996г.
№6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации» // Официально не опубликовано.
Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.20 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004г.№ 29 «О некоторых
вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности
(банкротстве)» // Официально не опубликовано. Справочно-правовая система
(СПС) «Консультант Плюс».
1.21 Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012г. №35 «О некоторых
процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» //
Официально не опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
1.22 Постановлении Президиума ВАС от 20 февраля 1996 г. №6852/95//
Официально не опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
1.23 Постановление Президиума ВАС от 06.11.2012г. №9127/2012//
Официально не опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
1.24 Определение Верховного Суда Российской Федераци от 24.10.2014г.
№306-ЭС14-3019// Официально не опубликовано. Справочно-правовая система
(СПС) «Консультант Плюс».
1.25 Определение Верховного суда Российской Федерации от 28.08.2015г.
по делу №305-ЭС 15-9740// Официально не опубликовано. Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
70
1.26 Постановление Президиума ВАС РФ от 11.06.2013г. №15419/12 по
делу № А04-5355/2010// Официально не опубликовано. Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.27 Обзор судебной практики № 2 (2016 г.), утвержденный Президиумом
Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016г. // Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.28 Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием
уполномоченного органа в делах о банкротстве и применяемых в этих делах
процедурах
банкротства,
утвержденный Президиумом Верховного
Суда
Российской Федерации 20.12.2016г. // Справочно-правовая система (СПС)
«Консультант Плюс».
1.29 Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 по
делу №302-ЭС14-1472 по делу A33-1677/13 Справочно-правовая система (СПС)
«Консультант Плюс».
1.30 Определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016г
№309-15ЭС-16713 // Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.31 Постановление Президиума ВАС РФ от 24 апреля 2012 г. №16404/11//
Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.32 Постановление Президиума ВАС РФ от 6 ноября 2012 г. №9127/12//
Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.33 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской
Федерации от 30 июля 2013 г. №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков
лицам, входящим в состав органов юридического лица» // Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.34 Определение Верховного Суда Российской Федерации РФ от
21.04.2016 по делу №302-ЭС14-1472// Справочно-правовая система (СПС)
«Консультант Плюс».
1.35 Определение Верховного Суда Российской Федерации РФ от
23.08.2017г.
№310-ЭС
«Консультант Плюс».
17-8699//
Справочно-правовая
система
(СПС)
71
1.36 Определение Верховного Суда Российской Федерации РФ от
20.07.2017г. по делу №309-ЭС17-1801 // Справочно-правовая система (СПС)
«Консультант Плюс».
1.37 Постановление Пленума Верховного Суда РФ постановления Пленума
Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых
положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за
нарушение обязательств» // Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
1.38 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21 января
2015 г. № Ф05-15548/2014//Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
1.39 Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 10 февраля 2014
г. по делу N АЗЗ-6328/2013// Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
1.40 Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 10 ноября 2005 г.
№А19-335/05-46-Ф02-5555/05-С2 Определение ВАС РФ от 14 июля 2014 г.
№ВАС-8953/140пределение ВАС РФ от 14 июля 2014 г. №ВАС-8953/14
Определение ВАС РФ от 14 июля 2014 г. №ВАС-8953/14.
1.41 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.02.2006г. по делу
№А28-6035/2005-227/17 // Официально не опубликовано. Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.42 Постановление ФАС Поволжского округа от 27 марта 2003 года по
делу №А12-10359/02-С32 // Официально не опубликовано. Справочно- правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.43 Постановление ФАС Московского округа от 1 апреля 2009 г. №КГА40/13380-08// Официально не опубликовано. Справочно-правовая система
(СПС) «Консультант Плюс».
1.44 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.01.2005г. по делу
№АЗ 1-802/20 // Официально не опубликовано. Справочно-правовая система
(СПС) «Консультант Плюс».
72
1.45 Постановление ФАС Северо-Западного округа от 22.09.2004г. по делу
№56-24844/03// Официально не опубликовано. Справочно-правовая система
(СПС) «Консультант Плюс».
1.46 Постановлении ФАС Московского округа от 26 августа 2010 г. №КГА41/9175-10 по делу №А41-16954/09 // Официально не опубликовано. Справочноправовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.47 Постановление ФАС Поволжского округа от 13 декабря 2012 г. по делу
№А65-459/2011// Официально не опубликовано. Справочно-правовая система
(СПС) «Консультант Плюс».
1.48 Постановление ФАС Северо-Западного округа от 1 октября 2012 г. по
делу №А44-3244/2012// Официально не опубликовано. Справочно-правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.49 Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27 августа
2015
г.
№Ф06-27010/2015
по
делу
№А12-12410/2014//
Официально
не
опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.50 Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 11 июля
2016 г. №02АП-4382/2016 по делу №А29-4016/2014) // Официально не
опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.51 Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 8 мая 2014 г. По
делу №А45-11328/2010 // Официально не опубликовано. Справочно- правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.52 Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 16 июня 2011 г. по
делу №А03-6321/2009 // Официально не опубликовано. Справочно- правовая
система (СПС) «Консультант Плюс».
1.53 Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 2 апреля
2015 г. по делу №А79-6939/2012 // Официально не опубликовано. Справочноправовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.54 Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от
2 февраля 2015 г. по делу № А76-7775/2010// Официально не опубликовано.
Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
73
1.55 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29
июня 2015 г. по делу №А56-71045/2012// Официально не опубликовано.
Справочно-правовая система (СПС) «Консультант Плюс».
1.56 Постановление АС Московского округа от 29.06.2017г. по делу №А4162766/15// Официально не опубликовано. Справочно-правовая система (СПС)
«Консультант Плюс».
1.57 Проект Постановления Пленума ВС РФ «О некоторых вопросах,
связанных с привлечением контролирующих лиц должника к ответственности при
банкротстве»
.[Электронный
ресурс].
http://bankrot.fedresurs.ru/help/files/npoeKT
–
Режим
пленума
по
доступа:
URL:
контролирующим
лицам перед KOMHCCHefi.pdf - Дата доступа: 20.04.2018 г.
2. СПЕЦИАЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА
2.1 Андреев В.К. Лаптев В.А. Корпоративное право современной России:
Монография (2-е издание, переработанное и дополненное).М:Проспект, 2017. 231с.
2.2
Валягин
В.В.
Институт
несостоятельности
(банкротства)
в
законодательстве Российской Федерации и Германии: сравнительно- правовой
анализ // Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 2007.
2.3 Витрянский В. В. Научно-практический комментарий к федеральному
закону «О несостоятельности (Банкротстве)». М.: Статут, 2003. - 391 с.
2.4
Витрянский
В.В.,
Новак
Д.В.,
Сарбаш
С.В.
Банкротство.
Научнопрактический комментарий новелл законодательства и практики его
применения/ отв. ред. В.В. Витрянский. - М.: Статут, 2010. - 336 с.
2.5 Выступление Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской
Федерации А.А. Иванова на итоговом совещании председателей арбитражных
судов России 8 апреля 2011 г.[Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL:
http://www.arbitr.ru/press-centr/news/speeches/34406.html.
27.04.2018 г.
-
Дата
доступа:
74
2.6 Егорова М. А., Крылов В.Г., Романов А.К. Деликтные обязательства и
деликтная ответственность в английском, немецком и французском праве:
Учебное пособие/отв. ред. М. А. Егорова. -М.: Юстицинформ, 2017. - 182с.
2.7
Карелина
С.А.
правовое
регулирование
несостоятельности
(банкротства): учеб.-практ. пособие.: М.: Волтере Клувер, 2007. - 360 с.
2.8 Кораев К.Б. Неплатежеспособность: Новый институт правового
регулирования финансового оздоровления и несостоятельности (банкротства):
Монография. -М.Проспект, 2017. -219с.
2.9 Крашенников П.В. Постатейный комментарий к гражданскому кодексу
Российской федерации, части первой / Под ред. П.В. Крашенникова //
Официально не опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
2.10
Научно-практическая
конференция
по
теме
«Субсидиарная
ответственность при банкротстве» [Электронный ресурс]. - Режим доступа:
URL:https://zakon.ru/blog/2017/4/5/uchenvecivilistv i praktiki obsudili problemnve
voprosv subsidiarnoi otvetstvennosti pri bankrotstv - Дата доступа: 20.11.2017 г.
2.11 Попондопуло
В.Ф.
Комментарий к Федеральному закону О
несостоятельности (банкротстве) (постатейный)/ Отв. ред. В.Ф, Попондополо 3-е
изд., перераб. и доп. - М.: Проспект, 2011. - 776 с.
2.12
Рыков
И.
Субсидиарная
ответственность
в
Российской
Федерации.М.Статут, 2017. - 101с.
2.13 Суворов Е.Д. Банкротство в практике Президиума ВАС РФ за 2014 г.:
прецеденты и комментарии. М.: Статут, 2015. - 399 с.
2.14 Фомина О.Н. Правовое положение предпринимательской корпорации в
США и акционерного общества в Российской Федерации: Сравнительно-правовой
анализ: Монография. -М.: (Статут, 2016. - 111с.
2.15 Шишмарева Т.П. Институт несостоятельности в России и Германии:
монография: М.: Статут, 2015. - 332 с.
2.16 Яковлев В.Ф. Избранные труды. Арбитражные суды: становление и
развитие: Том 3. М.: Статут. 2013. - 56 с.
75
3. ПУБЛИКАЦИИ В ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЯХ
3.1 Багаев В. Правила поднятия «корпоративной вуали. Пленум ВС обсудил
ответственность контролирующих лиц при банкротстве. [Электронный ресурс]. –
Режимдоступа:URL:https://zakon.ru/discussion/2017/ll/28/pravila_podnyatiya_korpor
ativnoj_vuali__plenum_vs_obsudil_otvetstvennost_kontrolimyuschih_lic_pri_b- Дата
доступа:30.11.2017 г.
3.2 Буньков Д. Субсидиарная ответственность контролирующих лиц // ЭЖЮрист. - 2017. - №9. - С.8-9.
3.3 Егоров А.В., Усачева К.А. Субсидиарная ответственность за доведение
до
банкротства
-
неудачный
эквивалент
западной
доктрины
снятия
корпоративного покрова // Вестник высшего арбитражного суда Российской
Федерации (ныне Вестник экономического правосудия). - 2004. - №9. - С. 15-42.
3.4 Галихайдаров Е.В. Применение доктрины "piercing the corporate veil" в
гражданском
праве
Китайской
Народной
Республики.
Ч.
1:
Анализ
законодательства// Арбитражный и гражданский процесс. - 2010. -N 5. С. 38 -41.
3.5 Гурьянова Н.В. Солидарная и субсидиарная ответственность // //
Официально не опубликовано. Справочно-правовая система (СПС) «Консультант
Плюс».
3.6 Жукова Ю.Д. Реализация принципа виновной ответственности членов
органов управления хозяйственного общества: пути устранения противоречий//
Журнал предпринимательского и корпоративного права. - 2017. -№3. С.8-15.
3.7 Ефименко Е. Тонкий подход и новые презумпции: ВС РФ обсудил
новый Пленум о «субсидиарке». [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL:
http://www.vsrf.ru/press_center/mass_media/26075/ - Дата доступа: 28.11.2017 г.
3.8 Камышанский В.П., Тарасенко А.Н. Некоторые проблемы института
субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц// Гражданское
право. - 2016г. №1 - с.8-15.
3.9
Колесникова
ответственности
членов
С.Г.
Применение
органов
норм
управления
о
и
гражданско-правовой
контролирующих
хозяйственных обществ // Арбитражные споры. - 2016. - №1. - С. 10-11.
лиц
76
3.10 Мороз А. Круг субъектов расширился. Субсидиарная ответственность
контролирующих лиц неотвратима // ЭЖ-Юрист. -2017. - № 34. - С.5-9.
3.11 Обзор статистических данных о рассмотрении в Верховном Суде
Российской Федерации в первом полугодии 2017 года административных,
гражданских дел, дел по разрешению экономических споров, дел об
административных правонарушениях и уголовных дел. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: www.vsrf.ru/documents/statistics/?year=2017 - Дата доступа:
25.11.2017 г.
3.12 О движении России в рейтинге Всемирного банка Doing Buiness 2016
[Электронный
ресурс].
-
Режим
доступа:
URL:
http://economv.gov.ni/wps/wcm/comiect/.- Дата оступа:20.04.2018г.
3.13 Пирогова Ю.С., Жукова Ю.Д. Обеспечение эффективности правового
регулирования
субсидиарной
ответственности
контролирующих
лиц.
Перспективы развития законодательства о банкротстве //Вестник арбитражной
практики. - №2012. - №5. - С. 13-15.
3.14 Пирогова Е.С., Жукова Ю.Д. Правовые проблемы формирования
критериев доведения до банкротства в законодательстве и судебной практике
//Предпринимательское право, 2016. -N 4. -С.8-12.
3.15 Покровский С.С. Субсидиарная ответственность: проблемы правового
регулирования и правоприменения //Вестник экономического правосудия
Российской Федерации, 2015. - №7. - С.8-15.
3.16 Россия заняла 35-е место в рейтинге Doing Buiness – 2018
[Электронный ресурс]. - Режим доступа: URL:https://pravo.ru/news/view/145535/Дата доступа: 20.04.2018 г.
3.17 Россия поднялась в рейтинге Doing Buiness до 35 места.[Электронный
ресурс]. - Режим доступа: URL: http://tass.ru/ekonomika/4690859. - дата доступа:
20.04.2018г.
3.18 Рябинин А., Королькова В. Реформа законодательства о банкротстве в
части положений о привлечении лиц к субсидиарной ответственности //
Банковское обозрение. Приложение "БанкНадзор. - 2017. - №2. - С.8-10.
77
3.19
Савиных
В.А.
Субсидиарная
ответственность: экономическое
содержание и правовая сущность // Вестник высшего арбитражного суда
Российской Федерации (ныне Вестник экономического правосудия). - 2012. №12.-С.9-15.
3.20 Саркисян А.С. Обязанность контролирующего лица добросовестно и
разумно действовать в интересах должника // Юрист. - 2016. -№27. -С.5-6.
3.21
Семенихин
В.
Прекращение недействующего
юрлица.
Новая
субсидиарная ответственность контролирующих лиц // Финансовая газета. - 2017.
-№24.-С.5-6.
3.22 Слоневская А.Ю. Институт субсидиарной ответственности лиц,
контролирующих должника-банкрота//Вестник экономического правосудии. 2017. -№1.-С.25-29.
3.23 Суворов Е.Д. Объективное банкротство .Предложения к проекту
постановления Пленума ВС РФ по вопросам субсидиарной ответственности.
[Электронный
ресурс].
-
Режим
доступа:
URL:
https://zakon.ru/blog/2017/ll/29/obektivnoe_bankrotstvo__predlozheniya_k_proe
ktu_postanovleniya_plenuma_vs_rf _po_voprosam_subsidiamo - Дата доступа:
26.11.2017 г.
3.24 Суворов Е.Д. Субсидиарная ответственность по обязательствам
должника: вопросы правоприменения// Закон. - 2013. - №12. - С.5-9.
3.25 Цеппов Г.В. Можно ли судить за алчность? Ответственность
контролирующих лиц коммерческой корпорации перед кредиторами за принятие
чрезмерного предпринимательского риска при угрозе несостоятельности//Закон. 2016. - №8. - с.98-120.
3.26 Юрзин П.Н. Субсидиарная ответственность в частном праве Франции
//Гражданское право. -2017. - №5. - С.15-17.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа