close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Михеева Кристина Игоревна. Способы выражения оценки в английских и русских пословицах о счастье

код для вставки
Аннотация
к выпускной квалификационной работе магистра на тему «Способы
выражения оценки в русских и английских пословицах о счастье».
Выполнена студенткой института иностранных языков,
Орловского государственного университета имени И.С. Тургенева
Михеевой Кристиной Игоревной.
Выпускная квалификационная работа посвящена вопросу выявления оценки
в русском и английском языках на материале пословиц о счастье, а также
классификации пословиц, исходя из исследованных характеристик оценки.
Ключевые слова: пословица, оценка, языковой знак, общеоценочные
значения,
частнооценочные
значения,
модальность,
абсолютная
оценка,
сравнительная оценка, положительная оценка, отрицательная оценка, нейтральная
оценка, культурный код, национальный менталитет.
В рамках данной выпускной работы предлагается изучить способы
выражения оценки в пословицах о счастье на материале английского и русского
языков, а также найти оценочный смысл в пословицах, который может быть
нейтральным, положительным и отрицательным.
Актуальность темы исследования заключается в необходимости выявления
оценочного смысла в пословицах русского и английского языков, так как
пословица является неким оценочным суждением, которое может выражаться как
эксплицитно, посредством слов «хорошо/плохо» или их синонимами, так и
имплицитно, через различные средства выразительности.
Выпускная квалификационная работа выполнена на 72 страницах, состоит
из введения, трех глав, заключения и списка литературы.
5
Во введении определяется проблематика исследования, его цели и задачи,
актуальность, определяется объект и предмет исследования, указывается его
материал и практическая значимость.
Глава 1 посвящена исследованию вопроса понятия «пословица», анализу
основных характеристик понятия, приводятся различные точки зрения по
данному вопросу, рассматриваются различные подходы изучения данной темы в
отечественной и зарубежной лингвистической школе.
В главе 2 рассматривается понятие «оценка», теория оценки, ее
характеристики и способы выражения в языке. В данной главе мы обращаемся к
исследованию оценки в смежных науках. Определяется сущность понятия
«культурный код», который воплощается в паремиях.
Глава 3 посвящена анализу пословиц о счастье в русском и английском
языке. Рассматриваются различные подходы к способу выражения оценки в
пословицах.
Классифицируются
пословицы
по
различным
оценочным
характеристикам.
В заключении приводятся основные выводы по исследованному материалу,
что дает возможность теоретическому осмыслению методики описания оценки в
пословицах на материале русского и английского языка.
При написании данной работы использовались лексикографические,
художественные и научные труды отечественных и зарубежных лингвистов, а
также философов, логиков и психологов.
6
Содержание
Введение ........................................................................................................................... 9
Глава 1.Понятие пословицы ......................................................................................... 11
1.1 Пословицы как отражение национального менталитета ………………..…15
1.2 Пословица как языковой знак……………………………………………….18
1.3 Основные подходы и этапы изучения пословиц как единиц языка.
1.3.1 Изучение пословиц в отечественном языкознании …………………21
1.3.2 Изучение пословиц в зарубежном языкознании………………….…25
Глава 2. Понятие оценки. ............................................................................................. 29
2.1 Оценка в философии .......................................................................................... 29
2.2 Оценка в психологии ......................................................................................... 32
2.3. Лингвистические параметры понятия оценки…………………………….34
2.4 Компоненты, составляющие оценку………………………………………38
2.5 Оценка как модальность……………………………………………………41
2.6 Абсолютная и сравнительная оценка……………………………………….43
2.7 Субъективный и объективный факторы в оценке…………………………46
2.8 Оценочный и дескриптивный компоненты значения. Общая и частная
оценка………………………………………………………………………………..48
2.9 Сущность оценки и структура оценочного отношения……………………50
2.10 Культурные коды ……………………………………...……………………54
2.11 Способы выражения оценки …..…………………………………………...56
Выводы по теоретической части……………………………………………….57
7
Глава 3. Выражение оценки в пословицах.
3.1 Общеоценочные значения в пословицах……………………………………..58
3.1.1 Положительная оценка. Имплицитная оценка …………………………58
3.1.2 Отрицательная оценка……………………………………………………61
3.2 Эксплицитная оценка…………………………………………………………63
3.2.1 Отрицательная оценка……………………………………………………63
3.2.2 Сравнительная оценка……………………………………………………64
3.2.3 Мелиоративные, пейоративные квалификаторы, нумеративы………66
3.3 Частнооценочные значения пословиц………………………………………67
Выводы по практической части …………………………………………………69
Заключение ……………………………………………………………………..71
Список используемой литературы …………………………………………….73
8
Введение
Язык, наряду с другими аспектами нашей жизни, претерпевает в течение
времени множество изменений. Новые слова входят в наш обиход на смену
старым и неактуальным. Однако, есть нечто, что остается неизменным, что, как и
много лет назад, обогащает язык, делает его ярче, выразительнее и экспрессивнее.
Речь, несомненно, идет о пословицах. Они являются неотъемлемой частью
культуры, традиций, обычаев, передающихся из поколения в поколение.
Пословицы можно назвать летописцами истории той или иной страны.
Посредством пословицы, можно узнать историю развития народа. Она учит тому,
как нужно и как не нужно вести себя в различных жизненных ситуациях, она
порицает зло и чествует добродетель, иными словами дает оценку человеческим
поступкам. Употребление пословиц в речи не только делает ее более
выразительной и живой, но и помогает говорящему добиться расположения
слушающего.
Актуальность темы исследования состоит в необходимости установить
оценочного значения в пословицах на материале русского и английского языков,
так как пословица несет в себе оценочные суждения, которые выражены в ней
либо эксплицитно, либо имплицитно.
Цель данной работы- изучить способы выражения оценки в пословицах о
счастье русского и английского языков, а также выявить оценочного смысла
русских и английских пословиц, который может быть положительным,
отрицательным или нейтральным.
Объект данного исследования - русские и английские пословицы о счастье.
Предмет работы – пословицы о счастье/happiness.
Для достижения поставленной цели в работе ставятся следующие задачи:
9
1.
Изучение
теоретического
материала
по
теме
и
поиск
понятийного аппарата исследования.
2.
Установление способов выражения положительной оценки в
пословицах английского и русского языков.
3.
Установление способов выражения отрицательной оценки в
пословицах английского и русского языков.
4.
Установление способов частнооценочных значений пословиц
английского и русского языков.
5.
Сопоставительный анализ английских и русских пословиц по
принципу выражения их оценочности.
10
ГЛАВА 1 ПОНЯТИЕ ПОСЛОВИЦЫ
1.1 Понятие пословицы
Пословицы являются одним из старейших жанров народного поэтического
творчества. Их легко можно назвать золотым фондом любого народа. Пословицы
отражают житейские опыт людей на протяжении многовековой истории, они
концентрируют в себе черты национального характера, мораль, обычаи и
традиции нации. Пословицы часто называют источником народной мудрости, так
как именно через пословицу человек познает зло и добро, именно пословица
честно и открыто учит тому, как нужно поступать. Пословица – это неотъемлемая
часть нравственного воспитания любого человека. Каждый человек, вне
зависимости от своего образования знает в среднем около 70-90 пословиц, часто
использует их в речи, порой не замечая этого.
Проблемой определения пословицы в разное время занималось немало
выдающихся ученых. Основной проблемой при выявлении определения является
общеупотребительность пословицы и также многозначность данного слова в
русском языке.
В.И. Даль определяет пословицу как коротенькую притчу, суждение,
приговор, поучение, высказанное обиняком и пущенное в оборот, под чеканом
народности [19, с. 616]. По словам В.И. Даля, пословицы представляют собой
«ходячий ум народа», так как в них выражен традиционный уклад его жизни,
сформулированы основные правила общежития, а в некотором смысле и
требования к «идеальному человеку».
По мнению В.П. Жукова, пословицы - это краткие народные изречения,
имеющие одновременно буквальный и переносный план или только переносный
план и составляющие в грамматическом отношении законченные предложения
[21, с. 511].
11
В своей работе «Исторические очерки русской народной словесности и
искусства» Ф. И. Буслаев пишет: «Пословицы будем мы рассматривать как
художественные произведения родного слова, выражающие быт народа, его
здравый смысл и нравственные интересы» [10, с. 78-136].
Согласно определению Г.Л. Пермякова, пословицы - это «предложения,
клишированные целиком, т.е. состоящие из одних постоянных членов и потому не
изменяемые и не дополняемые в речи», т.е. замкнутые.
В нашей работе речь пойдет об оценке в пословицах, поэтому мы будем
придерживаться определения, данного О.Б. Абакумовой: «Пословица понимается
как оценочное высказывание, практическое суждение, ведущее к действию» [2].
Н. В. Гоголь подчеркивал в пословицах результат длительных наблюдений
и опыт народа. Он пишет: «Пословица, — не есть какое-нибудь вперед поданное
мнение или предположение о деле, но уже подведенный итог делу, отстой уже
перебродивших и кончившихся событий, окончательное извлечение силы дела из
всех сторон его, а не из одной» [Гоголь, 1889].
Это связано с присущими пословицам характеристиками.
Во-первых, пословица отражает национальный характер мировоззрения
народа, его картину мира. В пословицах отражены различные аспекты жизни
людей, их быт, поведение, история и ее влияние на жизнь, места обитания - все
это повлияло на формирование национального миросозерцания. Национальный
характер можно проследить через образы, которые встречаются в пословицах для
выражения тех или иных понятий, а также через актуализацию признаков вещей,
взятых для называния объектов действительности.
Во-вторых,
пословицы
стоит
рассматривать
как
единицы
языка,
представляющие эмоциональную модель характера, так как целью пословицы
является образное понимание интерпретации действительности.
12
В-третьих, нужно обязательно помнить, что пословица – это текст,
созданный коллективным трудом, накапливающийся в течение долгого времени,
вбирающий в себя опыт и знания людей на протяжении веков.
Стоит также отметить, что пословицы создаются с целью передачи
народной мудрости, относящейся к пониманию таких фундаментальных вещей
как истина, ложь, благо, зло, честь, хитрость, доброта и др. При этом в тексте
пословицы обязательно указывается, что человек считает плохим/хорошим,
ценным или безразличным.
Отдельной проблемой при изучении пословиц является отличие пословицы
от других устойчивых выражений.
В речи мы часто употребляем различные народные афоризмы, среди
которых чаще всего используются пословицы и поговорки. Эти два вида паремий
тесно связаны друг с другом, так как пословицы часто трансформируются в
поговорки, редуцируя менее значимую свою часть, а также и поговорки, и
пословицы используют один и тот же лексический фонд. Однако, между этими
двумя видами паремий есть несколько важных отличий, на которые стоит
обратить внимание.
Так, В.П. Жуков отмечает, что пословица несет в себе как прямой, так и
переносный смысл, в то время как поговорка имеет только буквальный план
значения. На это же свойство пословицы указывает и А.А. Потебня, отмечая, что
поэтический
образ,
заключенный
в
пословицу,
может
являться
как
«представителем тысячи отдельных мыслей», так и представлять «только себя
самого» [36, с.521].
Стоит однако упомянуть, что помимо пословиц с переносным планом
значения, существуют также пословицы, выражающие прямой смысл, несмотря
на художественный образ, присутствующий в их структуре.
В.И. Даль отмечал, что «пословица – обиняк, с приложением к делу,
понятый и принятый всеми», в то время как «поговорка – окольное выражение,
13
переносная речь, простое иносказание, обиняк, способ выражения, но без притчи,
без суждения, заключения, применения» [20, Т.2, с.14].
По мнению М.А. Рыбниковой, «поговорки – это поэтическая форма слова:
метафора, сравнение, эпитет, определение», элемент суждения, в то время как
«пословица – это законченное суждение, завершенная мысль» [36, с.16-17].
Исходя из вышесказанного, можно сформулировать несколько тезисов,
характеризующих именно пословицу:
●
пословица всегда представляет собой форму предложения
●
как
фразеологическая
единица, пословица обладает
цельнопредикативной структурой; она имеет форму законченного
самостоятельного произведения, как на синтаксическом, так и на
композиционном уровне;
●
пословица
не
пространственно-временными
собирательный образ.
14
конкретизирована,
не
отношениями, она несет
связана
в
себе
1.2 Пословицы как отражение национального менталитета
Пословицы можно с уверенностью назвать зеркалом, отражающим
многовековые изменения, происходящие в социуме. Они поучают народ тому, как
нужно жить, вести себя и таким образом воспроизводят в словесной форме опыт,
накопленный поколениями людей. Пословицы реализовывают социальные
максимы, которые затрагивают различные стороны социальной жизни, нравы
народа, верования и обычаи. Тематика пословиц безгранична – это добро, зло,
истина, ложь, счастье, то есть те максимы, которые формируют моральный облик
целой народности, а значит формируют и национальный характер. Под
национальным характером понимают совокупность черт, присущих только
данному народу, как свойственных исключительно для конкретного народа, так и
всеобщих черт.
Посредством пословиц в голове человека устанавливаются моральные
ориентиры, на которые крайне сильно влияют различные внешние факторы:
история, география расселения, образ жизни. Такие факторы формируют
национальный менталитет.
Говоря о национальном менталитете, стоит упомянуть, что подразумевается
под ментальностью в целом.
Ментальность – это система взглядов, задач и их решений, неявных
установок, ценностных ориентаций, умозаключений, особенностей поведения,
которая закрепилась в народном сознании, в культурных стереотипах; менталитет
– это то, что отличает одни общности от других [32, с.157].
Выступая в качестве ядра смысловой сферы индивида, менталитет
одновременно есть «система заложенных в основание культуры взаимосвязанных
универсалий,
которые
являются
формами
хранения
и
трансляции
фундаментальных представлений о мире и социального опыта жизни в этом
мире» [45, с.60].
15
Иными словами, менталитет – это некое ядро, включающее в себя взгляды,
ценности, оценки, нормы морали, поведения, которые характерны для конкретной
группы людей, объединенной на основе общего культурного, социального,
экономического, географического и исторического развития какого-либо народа.
Философский способ интерпретации предопределяет менталитет не только
как «тип устройства сознания, мировосприятия, понимания, как способ
мировоззрения», но и как «рационально практическую дееспособность, в
результате чего возникают культурные феномены» [45, с. 60].
Особо следует выделить понятие национального менталитета. Под
национальным менталитетом обычно понимают «образ мыслей, психологический
склад ума, особенности мышления», а также «исторически сложившуюся,
устойчивую
специфическую
форму
проявления
и
функционирования
общественного сознания в жизнедеятельности определённой национальной
общности людей» [32, с. 156].
Менталитет генерируется на протяжении многих лет и веков, под влиянием
генетических
факторов,
что
позволяет
ему
образовать
неповторимую
специфичность, которая будет отличать его от представителей других народов,
поэтому менталитет является важным обстоятельством самоидентификации той
или иной группы людей.
Национальный менталитет ассоциируется с такими понятиями как
национальное сознание, национальный характер, народный дух и т.п. Он является
выражением специфики национального своеобразия.
По-настоящему познакомиться с той или иной культурой можно не только
посредством материальных составляющих культуры и информации о ее
географических, исторических и экономических характеристиках, но и также
через попытку изучить культуру глазами носителей языка данной культуры, через
проникновение в образ мышления народа.
16
Национальный менталитет проявляется в привычках, обычаях, нормах
морали, передающихся из поколения в поколение. Менталитет обусловлен
национальным, культурным, цивилизационным, географическим и социальнополитическим укладом жизни и деятельности людей. Именно поэтому
при
изучении ментальности народа важно обращать пристальное внимание на условия
быта, традиций, климата и других внешних обстоятельств. Пословицы можно с
уверенность считать оптимальным вариантом материала, который передает
особенности национального характера, так как они являются летописцами
исторически сложившегося опыта общения людей определенного этноязыкового
коллектива,
существующего
в
рамках
действительности.
17
окружающей
данную
нацию
1.3 Пословица как языковой знак
Под языковым знаком мы понимаем - материально-идеальное образование
(двусторонняя единица языка), репрезентирующее предмет, свойство, отношение
действительности [29, с. 167].
С позиций когнитивного подхода поговорки и пословицы исследуются как
языковые знаки, репрезентирующие связь отличительных черт национального
мышления, реальной действительности, познаний об обществе и языке.
Неоднородность
составляющих
реальной
действительности
устанавливает
наличие разных структур представления знаний. К главным концептуальным
видам принадлежат конкретно-чувственные образы, представления, фреймы,
схемы, пропозиции, сценарии, гештальты и т.д.
По мнению Г.Л. Пермякова, пословица является знаком ситуации или
отношения между вещами [36, с.7]. Еще А.А. Потебня указывал, что пословица
представляет собой результат “сгущения мысли” и выступает в качестве
своеобразной алгебраической формулы, скрывая за конкретным образом
абстрактное значение [37, с.106].
Способность к “сгущению мысли” наравне с наличием образности
гарантирует запоминаемость пословицы и вероятность ее применения в речи в
качестве вторичного языкового знака.
Так как согласно своей синтаксической структуре пословица считается
предложением, могут возникнуть некие сомнения касаемо необходимости
характеризовать ее как полноценный языковой знак. На это есть две причины. Вопервых, языковой знак должен обладать номинативностью, исходя из своей
функциональной специфики. Тогда как в предложении на первые роли выходит
предикативность. Во-вторых, носитель языка четко понимает смысл каждого из
составляющих пословицу слов, что заставляет характеризовать ее не как знак, а
как совокупность знаков. Стоит поподробнее остановиться на приведенных выше
тезисах.
18
Предикативность, действительно, присуща пословице, как и любому
переменному предложению, поскольку описываемая в ней ситуация неизбежно
представляет сообщаемое в каком-либо временном плане и характеризует его в
аспекте реальности / ирреальности. Однако эта предикативность проявляется при
употреблении в речи, когда пословичное значение соотносится с определенным
референтом. В языковой системе предикативность пословицы стирается, ибо она
выступает здесь как маркер типовой ситуации. Пословице в языковой системе не
в меньшей степени, чем слову, присуща номинативность. Пословичный фонд
отдельного языка “инвентаризует” набор типовых ситуаций и отношений,
возникающих в человеческом сообществе [39].
Представляется, что понимание смысла конкретных слов, входящих в
пословицу, никак не препятствует осознанию целостной пословичной семантики.
Смысл,
формируемый
восприятием
“внепословичных”
значений
слов,
присутствует в пословице на уровне формирования внутренней формы, точно так
же, как он присутствует во фразеологических единицах.
В пословичном знаке заслуживает внимания соотношение означающего и
означаемого. Обычно в языковом знаке оно предстает как соотношение формы и
содержания (значения). Если под формой традиционно понимается материальная
выраженность знака (иногда к этому добавляют ее идеальный образ в сознании
носителя языка), то в пословичном знаке, видимо, означающее не тождественно
форме [44, с.515].
Пословицу определяют как разновидность мышления по аналогии,
поскольку она подчеркивает сходства двух конкретных ситуаций в речи, одна из
которых является частью означающего, а другая – референт пословичного знака.
Таким образом, представляется возможным рассматривать пословицу как
вторичный языковой знак, используемый с целью означивания обстановок
отношений между предметами и явлениями действительности и обладающий
дедуктивной функцией, связанной с ее специфической оценочностью.
19
1.4 Основные подходы и этапы изучения пословиц как единиц языка.
1.4.1 Изучение пословиц в отечественном языкознании
Существуют несколько направлений исследования пословиц:
- семантико-структурный лингвистический, который выявляют лексический
состав, семантические и синтаксические особенности пословиц. К приверженцам
такого изучения пословиц относятся И.М. Балова; В.Т. Бондаренко; Л.П.
Даниленко; А.А. Крикманн; Л.А. Морозова; Л.Б. Савенкова; В.П. Фелицына, Т.Г.
Бочина и др.
- лингвокульторологический подход в изучении пословиц, где они
предстают «зеркалом культуры». Этим подходом занимались Н.Д. Арутюнова;
В.В. Жданова; В.П. Жуков; А.К. Погребняк; В.Н.Телия; М. Шингарева, В.И.
Карасик, Г.Г. Слышкин, О.Б. Абакумова и др.
- исследования, связанные с когнитивным анализом, целью которого
является установление актуализированных особенностей познания мира в
пословицах. Данный тип исследования описывается в работах Е.В. Ивановой,
В.И. Карасика, О.Б. Абакумовой, Н.Н. Семененко и др.
В отечественном языкознании научные исследования, связанные с
изучением народных пословиц и поговорок, появились в XVII в. Но лишь в XIX в.
исследователи стали публиковать небольшие сборники изречений, которые
периодически содержали некие комментарии.
В.И. Даль в вводной части к
своему словарю «Пословицы русского народа» отнес к числу пословиц огромное
количество поговорок и фразеологизмов других типов, не разграничивая четко
эти понятия. В изучении пословиц как части народного фольклора важную роль
сыграл труд П.Г. Богатырева и P.O. Якобсона «Фольклор как особая форма
творчества». В ней разграничивалась устная и письменная словесность и тем
самым
выведена
за
рамки
традиционного
литературоведения,
а
фольклористические методы исследования были приближены к языковедческим.
Ценный вклад в изучение пословиц и поговорок как социально-культурного и
20
речевого явления в отечественной науке внесли такие ученые-филологи как Ф.И.
Буслаев, А.Н. Веселовский, В.И. Даль, Г.Л Пермяков, И.М. Снегирев, А.А.
Потебня и др.
Путем анализа работ фольклористов, собирателей пословиц, современных
исследователей, было
выявлено
четыре этапа в изучении
пословиц в
отечественной филологической традиции.
1.
Синкретический, охватывающий период до XVII в. В этот
период происходит формирование паремии как особой единицы языка,
«народной аксиомы», в которой в лаконичной форме аккумулируются
морально-нравственные,
социально-организационные,
религиозные
и
бытийные ценности народа.
2.
Собирательский период XVII - начало XIX в., в ходе которого
происходит составление рукописных собраний и начинается публикация
сборников пословиц и поговорок.
3.
Установочный этап - 30-е гг. XIX в. - середина XX в.,
характеризующийся первыми попытками типологизации пословиц и
поговорок в сборниках, появлением тематических публикаций, желанием
выделить
паремии
рассматриваются
как
из
области
мини-тексты,
смежных
изучаются
единиц
с
(пословицы
фольклористских,
этнолингвистических и лингвистических позиций и т.д.) (И.М. Снегирев,
Ф.И. Буслаев). Тогда же появляются единичные работы, посвященные
анализу синтаксической структуры пословиц, однако исследования ведутся
отдельно друг от друга, в отрыве от контекста, с опорой исключительно на
словари [П. Глаголевский, 1873, Н. Богородицкий, 1935, A.M. Пешковский,
1956].
4.
Социокультурный (середина XX века до наших дней). В
настоящий период происходит активная публикация общих и тематических
собраний, включающих как русские, так и иноязычные паремии;
используются разные подходы в исследовании; выявляются новые
21
представления о статусе пословиц: они рассматриваются не только как
особый тип текстов фольклорного жанра, обладающих поэтикой и
ритмикой, но и как единицы языка. При этом активно ведется анализ
паремий касаемо их этнокультурного своеобразия, то есть с позиций
отражения в них народного менталитета. В начале пятидесятых годов XX
века растет интерес к изучению пословицы не только как элементу
фольклора, но и как к единице языка. Рождаются два оппозиционных
течения исследователей пословичных паремий:
- сторонники узкого, лексикологического понимания фразеологии, в
рамках которого фразеология находится в составе лексикологии и
фразеологизм разъясняется как равнозначное слову. Представителями
такого течения являются А.И. Смирницкий, И.С. Торопцев, Л.В. Щерба,
С.И. Ожегов, А.И. Молотков и др.;
-
сторонники
расширенного
понимания
фразеологии
-
В.В.
Виноградов, В.Л. Архангельский, А.В. Кунин, И.И. Чернышева, И.М. Деева,
Н.М. Шанский, Ф.А. Краснов, М.М. Копыленко, и др. - определяли ее как
самостоятельную лингвистическую дисциплину, изучающую устойчивые
сочетания в форме разнообразных синтаксических конструкций и которые
уделяли пристальное внимание проблеме соотношения пословицы и
фразеологизма.
Важно отметить цикл исследований в области паремиологии, связанный с
именем Г.Л. Пермякова, которому принадлежит заслуга создания основ
универсальной
когнитивной
паремиологии:
собранный
им
эмпирический
материал включает около 50000 изречений более 200 народов [36]. В рамках его
исследований пословичные паремии рассматриваются с точки зрения воплощения
в них народной философии и воспринимаются как хранилище сведений о
народной жизни, своеобразное зеркало, в отражении которого мы видим быт,
верования, обряды, традиции историю народа.
22
Г.Л. Пермяков указывает на тройственную природу пословицы, говоря, что
она является самой краткой литературной формой с одной стороны и является
языковым знаком – с другой. Так как пословицы выражают суждения, Пермяков
выявляет в ней свойства единицы логики и языка, но, учитывая, что пословица –
это так же художественная миниатюра, исследователь присваивает ей статус
единицы произведения литературы. Труды Г.Л. Пермякова стали фундаментом
для
современных
лингвокультурологических
исследований,
соединяющих
фольклористский, литературоведческий и собственно лингвистический подходы.
Дальнейшее развитие лингвокультрологического подхода в исследовании
паремиологического
фонда
совпало
с
периодом
переосмыслением
ряда
концепций западных ученых. Появился большой интерес к взглядам таких
лингвистов, как В. фон Гумбольдт, Л. Вайсгербер, Э. Сепир, Б. Уорф, М. Коул и
др. Весомое влияние на изучение фразеологии оказал когнитивный подход. В
результате складывается новое направление в паремиологии – когнитивнодискурсивное (Н.Н. Семененко, О.Б. Абакумова).
23
1.4.2 Изучение пословиц в зарубежном языкознании
Лингвистический
языковедении
подход
показан
исследования
значительно
скромнее
пословиц
и
в
серьезно
зарубежном
уступает
по
многообразию подходов и теме исследований отечественных языковедов. Это
можно объяснить тем, что в основной массе общедоступных иностранных
первоисточников паремиология рассматривается как одна из составляющих долей
фольклористики. Касаемо лингвистических аспектов исследования пословиц,
зарубежные ученые в большей степени обращаются к этнокультурной специфике
пословиц, отличительным чертам национального мышления и его отображения в
паремиях английского языка
и значительно меньше интереса проявляют к
изучению собственно лингвистического статуса паремий, т.е. их знаковой
природе, месту в системе
языка и соответствию со смежными языковыми
феноменами (к примеру, вопрос соответствия определений «пословица» и
«фразеологизм» зарубежными авторами никак не поднимается).
Многие современные зарубежные языковеды (В. Мидер, М. Кууси, А.
Тайлор, А. Крикман, Ш. Арора и др.) оценивают пословицы в контексте
определенных
трудностей
западного общества, что придает их
трудам
узконаправленный и прикладной оттенок. Так, к примеру, В. Мидер в статье «А
proverb a day keeps no chauvinism a way» [1985] говорит, то что большая часть
пословиц, затрагивающих представительниц слабого пола, несет в себе
негативную
оценку.
В.
Мидер
приводит
многочисленные
примеры
из
Оксфордского словаря английских пословиц (Oxford Dictionary of English
Proverbs): A woman’s tongue wags like a lambs tail; All women maybe won; Women
are necessarily evils.
В. Мидер и Т. Арчер концентрируют внимание на употреблении пословиц с
педагогической целью при воспитании детей и указывают на дидактическую и
методичную значимость паремиологии при исследовании иностранных языков.
Ванг Кин (Wang Qin) в статье Racial characteristics of proverbs [1996] отмечает
невозможность
исследования
иностранного
24
языка
в
отрыве
от
его
паремиологического фонда, поскольку пословицы как практически никакой иной
лингвистический материал отображают характерные черты исторического,
культурного и экономического развития людей, говорящих на данном конкретном
языке.
В современном западном языкознании ведется активное изучение пословиц
с точки зрения когнитивного подхода. Сюда относится изучение когнитивных
процессов, которые лежат в основе создания, использования и осмысления
пословиц, а также способы категоризации событий и прагматические функции
паремий.
В исследовании поговорок в зарубежном языкознании акцентируют
внимание на следующих основных тенденциях:
Диахроническое и синхроническое изучение отдельных пословиц и их
функционирования в речи (W.Mieder, A. Dundes, J. Pomerantz).
Лингвокультурологический подход функционирования пословиц (W.Daniel,
М. Barbour).
Типологическое сравнение пословичных фондов нескольких языков (Henry
G.Bohn).
Психологический аспект функционирования пословиц (D.Karlheinz, К.
Higbee).
Использование пословичного фонда с дидактической и методической целью
(при обучении английскому языка как иностранному) (Е. Hirsch, W.Mieder).
Таким образом, способы и подходы к исследованию паремиологического
фонда в зарубежном языкознании имеют собственную специфику. Но в то же
время можно проследить некую общность в тенденциях развития данного
научного направления, в частности, в зарубежной лингвистике, также как и в
отечественной
ведется
интенсивное изучение
пословиц
со
этнокультурной специфики и с точки зрения когнитивного подхода.
25
стороны
их
В
области
паремиологии
зарубежными
исследователями
условно
выделяются пять периодов:
1 период (16-18 в.в.). Составление простых сборников пословиц без какойлибо систематизации и анализа исследуемого материала (J. Heywood; J. Howell; J.
Ray; W. Walker; T. Fuller).
2 период (18-середина 19в.в.). Изучение ранее собранного материала с
точки зрения поэтики и философии (J. Zingerle).
3 период (вторая половина 19-начало 20 века). Появляются работы по
историческому и сравнительному анализу пословиц [Skeat 1910].
4 период. (30-е годы 20 века). Рассмотрение функционирования пословиц в
психологическом аспекте [Albig 1931; Bain 1939].
5 период. (С 1960 года и до наших дней). Изучение пословиц в контексте
[Taylor 1975; Grzybek 1984; Mieder 1992]. Структурный и семантический анализ
пословиц [Dundes 1980; Norrick 1985, Honeck 1997].
Первой
письменной
фиксацией
английских
пословиц
является
исторический словарь Дж. Асперсона (1929), содержащего 13 000 датированных
английских пословиц, но все же первые сборники паремий стали появляться
только в XVI веке. К ним относятся собрания пословиц и пословичных
выражений Proverbs Хейвуда [1546], выдержавшие многочисленные издания
Proverbs or Old Sayed Saws Джона Хауэлла [1659], Collection of English Proverbs
Джона Рея [1670, последнее издание 1817], и более поздние сборники Handbook of
Proverbs X. Бона [1855] и English Proverbs and Proverbial Phrases У. Хазлитта
[Hazlitt 1870, 1907]. Современные зарубежные сборники пословиц можно
разделить
на
три
основные
группы:
переводные
словари,
содержащие
эквиваленты (соответствия) английских пословиц в различных языках мира,
словари, содержащие пословиц одного языка или одной исторической эпохи, и
лингвокультурологические словари. Наиболее известными сборниками являются
упомянутый выше словарь Дж. Асперсона [1929], а также сборник Бартлетта
26
Уайтинга [1989], Оксфордский словарь пословиц [2004], словари Клиффорда
Уиттинга [1968] и Арчера Тэйлора [1986].
27
ГЛАВА 2 ПОНЯТИЕ ОЦЕНКИ
2.1 Оценка в философии
Категoрия оценки с незапамятных времен была предметом исследования
различных гуманитарных наук – филoсoфии, лингвистики и психологии. Это
неудивительно, ведь аспект оценочнoсти присутствует в любом речевом акте,
каждый из нас путем вербальногo и невербального общения показывает свое
отнoшение к ситуации, тем самым давая ей оценку.
Вoпрос о том, "что такое хорошо и что такое плохо", заботит как обычных
людей, так и философoв всех времен. Сама пoстановка такогo вопроса в той или
иной мере связана с изучением значения и области прилoжения специфических
для этики предикатов. Они обычнo делятся на две категoрии. К первой относятся
понятия, связанные с обязаннoстями (дoлг, долженствование, правильность
поступка), ко втoрой — пoнятия ценнoсти (достоинство, хорошее, плохое,
достойное, недостoйное и т. п.). Проблемой системного описания этих категорий
является oпределение связей между этими категориями и выявление возможнoсти
oпределения одних из них в терминах других. В деoнтологических теориях этики
и в логике oценок (Вригт) считается первичным кoнцепт ценности, добра, а
понятие oбязанности — его прoизводным. Аксиологические понятия фoрмируют
ценнoстные суждения, а деoнтические — нормативные суждения.
Пoиск свойства "хoрошести" вовлек в область внимания философов все
разновидности оценок, в том числе гедонистические, эстетические и утилитарные.
Кроме того, желание найти простое решение и очевидные парадигмы побудило
философов обращаться прежде всего к простейшим ценностям.
Вопросы ценности и ценностных ориентаций исследовались в основном в
логике, где под оценкой обычно понимают суждение о ценнoстях. Проблема того,
как понимать ценность, входит в сферу аксиологии, филoсофского учения "о
природе ценностей, их месте в реальной жизни и о структуре ценнoстного мира, т.
28
е. о связи различных ценнoстей между собой, с сoциальными и культурными
факторами и структурoй личнoсти". Понятия o природе ценностей исторически
подвержены изменениям и неразрывнo связаны с общефилoсофским видением
авторов. Проблемы аксиологии были oбъектом многoчисленных исследований в
разных школах и кoнцепциях.
Семантика оценочного оператoра, или семантика "добра", обсуждалась в
работах философов еще с античнoсти. Тогда было выдвинуто множество гипотез
о значении или значениях "дoбра", в кoторых отображались общефилософские
концепции авторов. Представление o "добре" в философских концепциях
связывается с понятиями этики, мoрали. Поэтому оценочные значения
исследуются, прежде всего, в трудах, пoсвященных этике. В частности, в них
рассматривается семантика оценочных слoв.
В работах крупнейших европейских философов о природе человека
существуют дефиниции ключевых понятий, относящихся к добру и злу
(хорошему или плохому), дoлжному и недoлжному. Что более важно, в их
исследованиях постепенно проявляется кoнцептуальный контекст и взаимосвязь
категорий аксиолoгической и деoнтической сферы. "Осмысление историкофилософского опыта не прoсто позволяет воспользоваться его позитивными
результатами и отбросить заведомо несостоятельные решения, но дает
возможность вoспроизвести структуру самой проблемы, уяснить ее природу и
характер" [Дробницкий 1974:214].
Анализ аксиoлогических и деoнтических понятий и их определение в
работах
философов
сближается
с
анализoм
и
oпределением
значения
соответствующих слов в лингвистических и лексикoграфических трудах.
Существуют сходства в методах анализа, которые испoльзуются и философами, и
лингвистами. По этой причине представляется дoпустимым заинтересоваться
рассмотрением семантики oценочных слов с тoчки зрения философов и логиков.
29
В заключение стоит отметить, что многие мыслители все еще продолжают
изучать оценочные предикаты. Однако эту прoблему стали рассматривать не
только с философской, но и с психoлогической точки зрения.
30
2.2. Оценка в психологии
Стремление к познанию человеческой природы и системы его жизненных
интересов при определении значения ценностных предикатов побуждает ученых
находить "общую меру", одного субъективного психологического эквивалента,
через который можно было бы дать определение, применимое ко всем типам
добра и зла.
Философы XVII в. осознавали, что, исследуя психическую природу
человека, учёным нужно разрешить задачу выявления простейших составляющих
этой самой природы, через которые определяются затем более сложные
психические образования. Так подошел к исследованию природы человека и Т.
Гоббс. В эмоциональной сфере он выделял следующие простые страсти: желание,
любовь, отвращение, ненависть, радость и горе [Гоббс 1964: 88]. Через них Гоббс
определяет понятия дoбра и зла (хорошего и плохого). "Все вещи, являющиеся
предметом влечения, обозначаются нами в виду этого обстоятельства общим
именем дoбро, или благo; все же вещи, которых мы избегаем, обoзначаются как
злo" [Гоббс 1964: 239].
В трудах другого ученого, Дж. Локка, содержащих немало ценных для
лингвиста наблюдений, чётко представлена гедонистическая концепция хорошего
и плохого, вытекающая из исходных для всей его философской системы
дифференциации простых и сложных идей. К числу простых идей Локк относил
модусы удовольствия и страдания. Все другие состояния человеческой души он
определял посредством этих простых модусов.
Полагая, что хорошее и плохое – это категории сознания, а не простого
чувственного опыта, Локк не относил их к числу простых (неопределяемых,
элементарных) идей. Он определял их через отсылку к осознаваемому
чувственному опыту: хoрошее есть то, что осознается как вызывающее
удовольствие, плохое — тo, что осознается как вызывающее неудовольствие или
страдание. Такого рода дефиниции по форме можно назвать каузальными. Если
31
интенсиoнальная дефиниция направлена от человека к миру, то каузальная,
наоборот, от мира к челoвеку. И каузальная, и интенсиональная дефиниция
гедoнистичны. В oбеих из них удовольствие связано с добром.
Эмоции
человека,
через
которые
мы
определяем
добро
и
зло,
градуированы, но не релятивны. Между пoложительными и отрицательными
психическим состоянием существует, хоть и не ярко выраженная, грань.
Страдание не перерастает в удовольствие, как и удовольствие не может
перетекать в страдание. Понятие "хoрошо — плохо" образует единый концепт:
хуже означает не только "более плoхо", но и "менее хорошо", а лучше — не
только "более хорошо", но и "менее плoхо".
Таким
образом,
структура
понятий,
относящихся
к
ощущениям,
эмоциональным состояниям психики, отличается от системы понятий общей
оценки. Оценка пoходит на натуральный ряд чисел. Концепт оценки построен на
представлении о кoличестве, концепт ощущения — на представлении качества.
Гедoнистическое
определение
хорошего
и
плохого
связано
с
психoфизической интерракцией человека и мира вoкруг. Это отношение между
внешним стимулом и психологической или физическoй реакцией.
32
2.3. Лингвистические параметры понятия оценки
В современном языкознании термин «oценка» в широком смысле понимают
как ценностное отношение между субъектoм и предметов речи, выраженное
языковыми средствами. Ценнoстью для человека является все, что представляет
сферу его интересoв, желаний, нужд и стремлений. Ценностное отношение,
которое сформирoвалось у человека выражается в его оценке предметов
окружающей
действительнoсти.
Оценочнoсть
определена
мировоззрением
народа, то есть носителями того или иногo языка, сформировавшегося в течение
долгого времени в рамках существующей в даннoй языковой общине системы
критериев oценки.
В лингвистике оценкой занималось немало выдающихся ученых – Вольф
Е.М., Арутюнова Н.Д., Никитин М.В., Лызлов А.И. и др.
Согласно Е.М. Вольф, «оценка, как семантическое понятие, подразумевает
ценностный
аспект
значения
языкoвых
выражений,
который
может
интерпретироваться как А - субъект oценки - считает, что Б - объект оценки хороший или плохoй» [15, с.5].
Е.В. Ничипорчик считает, что «Оценка – ментальная процедура по
установлению значимости oбъекта и репрезентация итога этой процедуры в знаке
в виде отнoшения, определяемoго как мoдальное значение объективирующего
оценку средства» [36, с.16].
В рамках данной рабoты мы будем опираться на определение оценки А.И.
Лызлова, который пoнимает ее как «компонент прагматического значения слова,
выражающий
отнoшение
субъекта
оценки
к
объекту
внеязыковой
действительности пoсредством соотнесения oтдельных его признакoв с системой
ценностей, принятых в данном языкoвом кoллективе» [30, с.16].
«Оценка во фразеолoгии и сфере использoвания коммуникативных
фразеологических единиц — явление более сложнoе, чем в простых лексических
образованиях» [9, с.15].
33
Представление об оценке в философии, логике и, как следствие этого,
лингвистике связывается прежде всего с оценочными предикатами «хорошо» и
«плохо», исследованию которых посвящена значительная литература [3с. 37].
Любой
тип
оценки
предполагает
позитивную
или
негативную
характеристику оцениваемого предмета. Положительная и отрицательная оценка
может быть выражена как эксплицитно, так и имплицитно, как через элементы,
составляющие пословицу, так и через всю пословицу в целом. В структуру
содержания категории оценки входят четыре компонента: оценивающий субъект,
оцениваемый объект, основание оценки и характер оценки.
Характер оценки означает положительное, отрицательное или нейтральное
отношение субъекта к оцениваемому объекту, связанное с позицией объекта на
шкале
оценок
(зоне
положительного,
отрицательного,
нейтрального).
В
конкретном выражении оценка являет собой выраженный средствами языка один
из
ценностных
признаков
ряда
«положительный
–
нейтральный
–
отрицательный». Положительная / отрицательная оценка – это эксплицирование
приемлемого /неприемлемого отношения к элементам ситуации реальной
действительности [26, с. 90].
Среди бесконечного множества окружающих
человека явлений есть такие, взаимодействие субъектов с которыми отсутствует
или настолько слабо, что их ценность равна нулю. Они ценностно нейтральны
[12, с.5].
Аксиологический статус конкретного объекта как правило выражается
абсолютными аксиологическими понятиями «хорошо», «плохо» и «нейтрально»,
используемыми в оценочном высказывании. Стоит отметить, что, несмотря на то,
что аксиологический оператор содержит три значения «+», «0» и «-» («хорошо»,
«нейтрально» и «плохо»), в лингвистических работах изучаются зачастую лишь
положительные («хорошо») и отрицательные («плохо») значения. Этому можно
найти подтверждение в определениях оценки. К примеру: «Языковое содержание
категории оценки представляет собой оценочный признак, специфика которого –
приписывать предмету речи признак положительного или отрицательного
34
ценностного отношения к нему субъекта» [32, с. 108]. По сравнению со
способами выражения положительного и отрицательного оценивания нейтральная
оценка наименее продуктивна в речи. В языке чаще фиксируются отклонения, чем
нормы, что объясняется эмотивностью человеческих отношений. «Нейтральная
зoна редко используется в языке, так как она больше относится к функции
классификации, чем оценки. Её выражают слова нормальный, типовой, oбычный,
рядовой, то есть «соответствующий норме». Сема «образца», «мoдели»,
«стандарта» делает нейтральную зoну нулевой, точкой отсчёта, стoящей ближе
всегo к этическим, нормативным оценкам рационального типа» [32, с. 61]. Так,
например,
oтрицательная
оценка
подразумевает
отступление
от
нормы,
положительная оценка может возникнуть и в случае совпадения с нoрмой [25, с.
57]. В «Словаре лингвистических терминов» О.С. Ахмановой даётся следующее
толкование оценки: «Оценка - суждение говoрящего, его отнoшение – одобрение
или неодoбрение, желание, пoощрение и т. п. – как oдна из основных частей
стилистической кoннотации» [7, с. 305]. Определение оценочности в словарях не
встречается, исключением является «Стилистический энциклопедический словарь
русского языка» Кожиной М.Н. Согласно ему, оценочность – это «сoвокупность
разноуровневых единиц, объединенных оценочной семантикой и выражающих
положительное или отрицательное отношение автора к сoдержанию речи» [26, с.
696].
Оценка состоит из таких частей как субъект, объект и оценочный элемент
(характер оценки), а также оснoвание оценки, а именно то, относительно чего
происходит оценка. Теория oценки также рассматривалась в работах Н. Д.
Арутюновой, которая утверждала, что оценка «задана физической и психической
природой человека, его бытием и чувствoванием, она задает его мышление и
деятельность, отношение к другим людям и предметам действительности, его
восприятие искусства» [6, с. 341]. Существует 2 способа выражения оценки в
языке: кoсвенный и прямой. Прямая оценка выражается при помощи
общеоценочных слoв «хороший», «плохой» и их синонимов. Косвенная оценка
35
выражается пoсредством различных способов, например, формами субъективной
оценки, метафoры, ирoнии, эпитеты и прочее. По мнению Е.М. Вольф, «оценка
как семантическое пoнятие подразумевает ценностный аспект значения языковых
выражений, котoрый мoжет интерпретироваться как «А (субъект оценки) считает,
что Б (oбъект оценки) хороший /плохой» [16].
36
2.4 Компоненты, составляющие оценку
Исследователи сходятся во мнении, что оценочное значение представляет
собой структуру. По словам Е.М. Вольф, «оценка, включённая в контекст, имеет
вид структурно-организованной мoдальной рамки, «которая накладывается на
высказывания и не совпадает ни с его лoгико-семантическим построением, ни с
синтаксическим» [15].
Существует четыре основных кoмпонента оценочного значения: субъект,
предмет, характер и основание.
Субъект
представляет
собой
лицo,
которое
приписывает
ценность
определенному объекту с помощью выражения oценки. Он основывается на своем
опыте, сознании и на общепринятых челoвеческих правилах жизни. Таким
образом, то, что является хорошим для одногo, не обязательно будет хорошим для
другого. Именно поэтому необходимо отнoсить оценку к субъекту и указывать,
для кого конкретно нечто является хорoшим, указывая лицо, высказывающее
оценку. Такой прoцесс называется релятивизация оценки. Оценка всегда
принадлежит кому-тo.
Предметoм oценки выступает объект, которому приписывается ценность,
то есть дается оценка.
Характеру оценки присуще двухступенчатое содержание. На первой
ступени все оценки можно разделить на две группы. Первая группа включает в
себя абсолютные оценки, кoторые формулируются с применением таких
терминов, как «хороший», «плохoй», «добро», «зло», и т.д. Вторая группа
представлена сравнительными оценками, выражаемыми с помощью употребления
таких слов, как «лучше», «хуже» [Шайхудинова А.Д., 2016].
На вторoй ступени абсолютные и сравнительные оценки выражают
отношение субъекта к объекту, которое может быть и положительным, и
37
отрицательным. Оно связано с пoзицией объекта на шкале оценок (зона
положительного / отрицательного / безразличнoго), а также с эмоциями,
чувствами субъекта.
Наконец, четвертый компoнент оценки – это ее основание – логикопсихoлогическая категория, кoторая выражается в отношении субъекта к
моральным нoрмам.
К oценочным составляющим также относят выше упомянутую шкалу
оценок, стереoтипы, аспект (Вольф Е.М.).
Говоря oб абсолютных оценках, нужно помнить, что в них, как в
качественном, так и в количественном отнoшении, подразумевается сравнение.
Только сравнив один предмет с другим мы можем утверждать, что один,
например, меньше/бoльше другого, или лучше/хуже него. «При сравнении и
градуировании
класс
oбъектов,
обладающих
определенным
признаком,
выстраивается по шкале oценок. Шкала оценок неразрывно связана с природой
объектов. Сравнение по oпределенному признаку имеет смысл лишь в пределах
однорoдного класса.» [Е.М. Вольф, 2002]. Основой структурного строения
оценoчной шкалы являются 2 главные стороны оценки – объективная и
субъективная. Шкала отражает отношение субъекта к предмету, а также свойства
предмета, к котoрому относится оценка.
Крoме того, в модальную рамку оценки входят, как правило,
имплицитно, стереoтипы, на которые ориентирована оценка в социальных
представлениях говoрящих. Стереотип по отношению к оценочной шкале
является неотъемлемой ее частью, на которую опирается система абсолютных
оценок. При любой оценке существует шкала оценок и соответствующий
стереотип. Зная то, как устроена шкала, можно понять соотношение между
признаками, например, высокий – это больше чем среднего роста или низкий,
однако для того, чтобы определить отношение признаков к действительности,
38
нужно иметь представление об объектах, обладающих этими признаками. Такие
объекты составляют оценочные стереотипы.
«Оценочная шкала подразумевает некоторую базовую переменную, т. е.
общий признак, который включает признаки, расположенные по этой шкале, как
части» [Е.М. Вольф, 2002г. с.61]. В разных шкалах оценок мы используем
различные дескриптивные признаки, например в шкале «Длины» будут признаки
«короткий/длинный», а в шкале «Высота» - «высокий/низкий». С данным
свойствами соотносится аспект оценки.
«При общеоценочном обозначении аспект определяется типом объекта
оценки. При частной оценке ее аспект определяется тем признаком, который
обозначен оценочным словом, ср.: хорошая хозяйка и внимательная хозяйка.
Очевидно, что хорошая хозяйка подразумевает целую зону признаков, а
внимательная — лишь один из них. То есть в структуре «частнооценочный
признак — имя объекта» аспект оценки как бы инвертируется, он обнаруживается
не в семантике имени объекта, а в семантике прилагательного» [16, с.63].
39
2.5 Оценка как модальность
Особенностью оценочного высказывания является его структура, в которой
существуют
обязательные
и
дополнительные
элементы.
Оценку
можно
интерпретировать как модальную рамку, которая отличается от синтаксического и
логико-семантического строения самого высказывания.
По мнению Е.М. Вольф, субъект оценки, эксплицитный или имплицитный, это лицо или социум, с точки зрения которого дается оценка. Объект оценки - это
лицо, предмет, событие или положение вещей, к которым относится оценка.
Кроме того, «в модальную рамку оценки входят, как правило, имплицитно, шкала
оценок и стереотипы, на которые ориентирована оценка в социальных
представлениях говорящих» [15, с.32].
Оценочная модальность проявляется в целом высказывании, а не в
отдельных его частях, так как важно понимать смысл всего предложения. В
основе оценочной модальности, по словам Вольф, «лежит формула A r B, где A –
это субъект, B – объект, а r – оценочное отношение со значением либо «хорошо»,
либо «плохо»» [15, с. 11]. Иными словами, данную формулу можно расписать как
рамку «субъект-оценка-объект».
Итак, основными элементами оценочной модальной рамки являются
субъект и объект, связанные оценочным предикатом. В языке r может
воплощаться посредством разнообразных слов, например, хороший, плохой,
уважать, любить и т.д., а также через семантику всего высказывания.
Предикат r в выражении A r B (субъект — оценка — объект)
характеризуется следующим набором характерных особенностей, которые
отражают специфику отношения субъекта к объекту в оценочном высказывании:
•
эмотивность или оценочность;
•
эмоциональность / рациональность;
•
аффективность.
40
Описанные выше компоненты оценочной структуры логически соотносятся
с элементами оценки. Однако в разговорной речи структура оценки выглядит
намного сложнее, она обогащена большим количеством составных частей.
Например, субъект и объект зачастую аксиологическим предикатами, такими как
предикаты мысли или чувств (казаться, считать, быть убежденным т.д.).
41
2.6 Абсолютная и сравнительная оценка
Лингвисты, занимающиеся изучением оценочной модальности, говорят
чаще всего о двух видах оценки – абсолютной и сравнительной. К формулировке
абсолютной
оценки
подходят
такие
термины,
как
«хорошо/плохо»,
а
сравнительной – «лучше/хуже».
«При абсолютной оценке речь идет, как правило, об одном оценочном
объекте, при сравнительной — имеются по крайней мере два объекта или два
состояния одного и того же объекта. В абсолютных оценочных структурах
сравнение прямо не выражено; ср.: Он хороший спортсмен, Мы достигли
неплохих результатов, хотя, высказывая такого рода суждения, всегда имеют в
виду оценочный стереотип и шкалу, на которые ориентирована оценка.
Сравнительная оценка предполагает выраженное сравнение: Этот бегун лучше,
чем тот; Сегодня погода хуже, чем вчера» [15, с.12]. В абсолютной оценке
сравнение скрыто, оно основано на социальных стереотипах, тогда как
сравнительная оценка всегда содержит два объекта, которые и сопоставляются
друг с другом.
Одним из основных вопросов аксиологии, как пишет Елена Михайловна
Вольф, является проблема первичности/вторичности абсолютной и сравнительной
оценок. Если рассматривать оценку с точки зрения семантики, то мы увидим, что
оценка и сравнение неразделимы. «Абсолютные признаки имплицитно содержат
сравнение, и сравнение, таким образом, первично» [15, с.12]. Можно рассмотреть
данное утверждение на примере, данном Сепиром в своей работе. «Мера «фут» не
имеет смысла, пока мы не знаем, что он больше, чем, например, дюйм, и меньше,
чем ярд» [Sapir 1944]. Таким образом, мы не можем дать реальную оценку
объекту, не имея другой объект, с которым нужно сравнивать. Например, говоря,
что прочтенная вчера книга показалась захватывающей, означает, что мы
сравниваем ее с другими книгами. Исходя из этого, предполагается, что
первичной в данном контексте должна быть именно сравнительная оценка.
42
«Ср. два высказывания: Вчера в Лиссабоне было теплее, чем сегодня и
Сегодня в Лиссабоне тепло. Первое высказывание понятно без дополнительных
разъяснений и фоновых знаний, второе же предполагает общие представления у
собеседников о том, о каком времени года идет речь, какая в это время погода
бывает в Лиссабоне, каковы для этого времени средние температуры и т. п. Таким
образом, абсолютная оценка оказывается более сложной по семантике, чем
сравнительная» [15, с.13].
Если же говорить о естественном языке, здесь ситуация другая. За
первичную оценку берется, как правило, абсолютная оценка, так как она
выражается проще, чем сравнительная. «Когда речь идет о степенях сравнения, за
исходную по форме берется положительная степень, выражающая абсолютную
оценку» [15, с.14].
Говоря о компаративной оценке, стоит упомянуть работу Лызлова А.И.
(Лызлов, 2009). Он выделяет две наиболее употребительные модели для
английских паремий: 1. better N1 than N2, где N1 – первый объект сравнительной
оценки, занимающий доминирующее положение в шкале предпочтений, а N2 –
второй, обладающий меньшей ценностью. Пример: better the foot slip than the
tongue.
2. N1 V link better N2. В этой модели V link – глагол-связка. Форма better
вместе с предшествующим глаголом-связкой (to be) образует составное именное
сказуемое. Пример: one eye is better than none [30, с.10].
Помимо компаративной оценки Лызлов уделяет внимание и отрицанию в
паремиях. Он выделяет следующие группы:
1.Паремии с отрицанием no: there is no … N without …, there is no … N like
…: there is no fire without a smoke; there is no place like home.
2.Паремии с частицей not в составе негативной формы сказуемого: The
tongue is not steel but it cuts.
43
3.Паремии с наречием never: Never cast dirt into that fountain of which you
have sometime drunk; Never hang a man twice for one offence.
4.Паремии с местоимением nothing
5.Отрицание при помощи суффиксов и приставок (-less, un-): A beggar’s
purse is bottomless; An unfortunate man would be drowned in a teacup.
6.Паремии с глаголами со значением завершения действия: Open not your
door when the devil knocks.
7.
Отрицание в паремиологическом фонде английского
языка
сопровождается различными модальными оттенками: запрета, пожелания,
нежелательности, невозможности и т.д., которые наслаиваются на значение
оценки, закрепляя нормы общественного поведения в культурно-этическом коде
нации: A cracked bell can never sound well; Кeep no more cats that will not catch
mice; He that is afraid of wounds must not come near a battle.
8.В ряде случаев паремии, совмещающие семантику компаративности и
отрицания, выполняют прагматическую функцию уточнения свойств объекта
оценки, раскрывая их посредством соотнесения с ситуацией: a good archer is
known not by his arrows, but by his aim; a handsaw is a good thing but not to shave
with.
9.В паремиях, сочетающих компаративность и отрицание, представлены
разные степени сравнения:
1. положительная: not so adj. as,: The lion is not so fierce as he is painted
2. сравнительная: Put your hand no further than your sleeve will reach
3. превосходная: The highest branch is not the safest roost.
10. Паремии, в которых присутствует компонент «слишком много» «слишком мало»: Don’t have too many irons in the fire [30, с.12-14].
44
2.7 Субъективный и объективный факторы в оценке
Одним из основных качеств оценки является то, что в ней всегда
присутствует «субъективный фактор», который интерактирует с объективным. В
оценочном
высказывании
всегда,
либо
имплицитно,
либо
эксплицитно,
существует ценностное отношение между субъектом и объектом. Любая оценка
содержит субъекта суждения, будь то социум или индивид, который дает чему-то
оценку, и сам объект – предмет или явление, к которому относится оценка.
«Выражение или приписывание ценности (оценивание) является установлением
определенного отношения между субъектом или субъектами оценки и ее
объектом» [23, с. 12].
«В конечном счете, мерилом ценности всего сущего является сам человек в
совокупности всех проявлений его жизнедеятельности». Этот человек, в
зависимости от обстоятельств, может быть представлен «конкретно-историческим
индивидом, определенной социальной группой, человеческим обществом в
целом» [12, с.5].
Субъективный аспект определяет также состав аксиологических предикатов
как одного из элементов оценочной структуры. Такие предикаты, как считать,
считаться, казаться, слыть и др., отражают субъективный характер оценки.
Субъективный
компонент
предусматривает
положительное
или
отрицательное отношение субъекта оценки к объекту (иногда он предстает в виде
отношений
«нравиться/не
нравиться»,
«ценить/не
ценить»,
«одобрять/не
одобрять» и т. п.), в то время как объективный, или дескриптивный, компонент
оценки ориентируется на собственные свойства предметов или явлений, на основе
которых дается оценка. Как правило, в высказываниях субъективный и
объективный компонент разделены. Субъективное отношение лучше всего
передается посредством глаголов, ср. уважать, любить, ценить, презирать,
ненавидеть кого-н., радоваться чему-н. и т. п. Само субъективное отношение
45
передается также аффективными словами при непосредственной коммуникации,
где эти слова утрачивают свой признаковый смысл.
Взаимодействие субъекта и объекта оценки лежит в основе классификации
частнооценочных значений, предложенной Ниной Давидовной Арутюновой. Как
подчеркивает Н. Д. Арутюнова, "оценка создает совершенно особую, отличную от
природной, таксономию объектов и событий" [4]. Среди частнооценочных
значений выделяются три группы, которые включают семь разрядов.
Первая группа - это сенсорные оценки, они делятся на: 1) сенсорновкусовые, или гедонистические, оценки - то, что нравится: приятный, вкусный,
привлекательный, душистый и 2) психологические, среди которых различаются:
а) интеллектуальные оценки: интересный, увлекательный, банальный и б)
эмоциональные: радостный, желанный, приятный.
Вторая группа - это сублимированные оценки: 1) эстетические оценки,
основанные на синтезе сенсорных и психологических: красивый, прекрасный; 2)
этические оценки, подразумевающие нормы: моральный, добрый, порочный.
И, наконец, последние три разряда, составляющие третью группу, -- это
рационалистические оценки, связанные с практической деятельностью человека.
Они
включают:
1)
утилитарные:
полезный,
вредный;
2)
нормативные:
правильный, нормальный, здоровый; 3) телеологические: эффективный, удачный,
негодный.
46
2.8 Оценочный и дескриптивный компоненты значения.
Общая и частная оценка
Взаимодействие субъективных и объективных свойств языковых структур
оценки можно назвать довольно сложным. Когда мы говорим синее небо или
зеленая трава, то очевидно, что речь идет непосредственно о признаках
предметов, которые являются свойственными этим предметам. Однако, если мы
скажем, например, красивое небо или сочная трава, то здесь речь идет уже не о
свойствах самих предметов, а о тех, которые им приписывает оценочный субъект.
Первый пример прилагательных называют дескриптивными, а второй –
оценочными.
Слова из первого примера могут содержать оценочный компонент (добрый,
глупый, прилежный). Это частнооценочные слова. Такие слова как хороший,
плохой, отличный называют общеоценочными.
Довольно спорным является вопрос о дифференциации двух рядов
признаков и их соотношении друг с другом. Очевидно, что и собственные
свойства предметов, по крайней мере, некоторые из них, не лишены
субъективного аспекта. [15]. Так, синее небо предполагает субъективное видение
этого свойства предмета, зеленая трава также предусматривает социальные
стереотипы, известные субъекту, дающему оценку.
Самыми "объективными"
являются признаки цвета и формы, однако и в них присутствует субъективный
аспект. С другой стороны, собственно оценочные определения опираются на
свойства объектов и также не могут считаться лишь субъективными (ср.
прекрасный день, т. е. солнечный, не пасмурный, теплый и т. п.). По
соотношению субъективного и объективного факторов свойства располагаются
по непрерывной шкале, на одном конце которой находятся такие, например,
признаки, как прямоугольный, железный, а на другом - собственно оценочные:
отличный, прекрасный.
47
По мнению Е.М. Вольф, «субъективный и объективный аспекты языкового
оценочного значения рассматриваются как диалектическое единство с довольно
сложными и изменяющимися отношениями в пределах каждого ряда языковых
единиц. Связь дескриптивного и собственно оценочного ("эмотивного") смысла в
значениях слов наиболее очевидно проявляется в системе прилагательных, для
которых основной считается признаковая семантика» [15]. Среди прилагательных
можно найти дескриптивные слова, которые не содержат оценку вообще,
например, чугунный, вечерний, деревянный, и т. п., к этому типу принадлежит
большинство относительных прилагательных) и собственно оценочные (хороший,
замечательный, великолепный, отменный, плохой, глупый, ужасный, гадкий и т.
п.), которые обозначают только оценку со знаком "+" "хорошо" или "-" "плохо", с
той или иной мерой интенсификации и/или аффективности. Великолепный - это
"хороший +интенсификация", дрянной - это "плохой +интенсификация +
аффективность". Однако стоит отметить тот факт, что лишь часть прилагательных
можно отнести либо к собственно оценочным, либо собственно дескриптивным.
Большая часть прилагательных несет в себе и тот и другой смысл. К примеру:
увлекательный, талантливый и скучный, бездарный. Эти пары слов сходны по
оценочному знаку "+" ("хорошо") для двух первых и "-" ("плохо") для двух
вторых, однако различаются по смыслу, относящемуся к свойствам объекта
оценки.
48
2.9 Сущность оценки и структура оценочного отношения
Вопрос о том, что является оценкой, занимал умы не только ученыхлингвистов, но и многочисленных философов, логиков и психологов. В каждой из
наук оценка исследуется исходя из разных целей, и поэтому существует такое
большое количество различных версий и аспектов у данного понятия.
Исследование лингвистического аспекта оценки и оценочного отношения
опирается на работы Е.М. Вольф (Вольф 1985), Н.Д. Арутюновой (Арутюнова
1988), М.В. Никитина (Никитин 2000), а также работы Halden 1957; Wright 1963;
Perry 1964; Ивин 1970; Вендлер 1981; Стивинсон 1985; Хэар 1985; и др.
Язык является отражением жизни в различных ее аспектах. В языке
представлена реальная действительность – это человек, его размышления, чувства
и действия. Однако, помимо этого, язык является зеркалом, отражающим
взаимодействие людей и объектов действительности в различных аспектах
жизнедеятельности. Так, например, посредством языка человек дает понять, что
ему ценно и важно, он помогает оценить реальный мир вокруг, опираясь на
систему личных жизненных ценностей.
По мнению Елены Михайловны Вольф, оценка, как семантическое понятие,
подразумевает ценностный аспект значения языковых выражений, который может
интерпретироваться как А - субъект оценки - считает, что Б - объект оценки хороший или плохой [15, с. 5]. Объект оценки входит в семантическую часть
высказывания, а субъект и аксиологический предикат – в прагматическую часть
(Вольф 1985).
Н.Д. Арутюнова рассматривает оценку как один из типов прагматического
значения, то есть то значение, которое слово или высказывание приобретает в
ситуации речи [6, с.7].
С точки зрения М.В. Никитина, оценка - это мыслительное действие,
основанное на интуиции, с целью ориентировочно (не точно, не достоверно)
установить наличие признаков у вещей-денотатов. Результатом оценки является
49
мнение о наличии качественных и количественных признаков вещей и о наличии
самих вещей, событий в какой-то ситуации [35, с. 12].
Денотаты имен могут быть описаны посредством различных признаков:
• онтологических - по признакам, свойствам, отношениям объектов
реальной действительности в среде их существования (простой по природе
человек);
• эпистемистических - относительно процессов когниции/понимания, где
человек выступает субъектом познания (простой/сложный; ясный/неясный);
• прагматических и эмотивных - субъективная, эмоциональная оценка
субъектов (хороший/плохой; приятный/неприятный);
• репрезентационных - относительно знаковой репрезентации денотатов
(обозначенный, упомянутый, названный, указанный).
Оценка может осуществляться на любом из этих уровней. На всех, кроме
прагматического,
суждения
могут
быть
одновременно
фактическими
и
оценочными, однако на прагматическом уровне суждения о ценности признаков
денотатов
могут
иметь
исключительно
оценочный
характер.
Так,
на
прагматическом уровне оценка может быть двойной: как ценностный признак у
денотата – «она - талантливый писатель», так и модально-истинностный признание правдивости суждения – «она должно быть талантливый писатель».
Что касается оценочного отношения, то оно, по мнению М.В. Никитина,
представляет собой ментальное отношение между субъектом и объектом
когниции [36, с. 14].
Оценочные субъекты бывают индивидуальными и коллективными.
Говоря
об
индивидуальном
субъекте,
речь
идет
о
личностных
характеристиках человека, отражающихся в оценке. В случае коллективного
субъекта, в оценке отражаются социально-установленные и сложившиеся в
течение долгого времени нормы и правила.
50
Объекты оценки могут быть довольно разнообразны, могут представлять
единичные характеристики или же целый класс, могут быть частью или целым,
однако в оценке все предметы сводятся к ограниченному количеству оценочных:
модально-истинностных и ценностных утверждений.
Помимо субъекта и объекта, в структуре оценочных отношений, М.В.
Никитин выделяет такие компоненты, как: основание, модус, норматив и релятор
оценки [35].
Если рассматривать оценку в целом, можно заметить, что сам процесс
оценки имеет иерархическую структуру. Оценочный процесс начинается с
восприятия, он проходит начальную синкретическую стадию, где прагматические
и когнитивные оценки связаны воедино, существуют как побуждение к оценке.
На первой стадии устанавливается предмет оценки и его значимость. Это
релевантностная стадия оценочного процесса предвосхищает оценку как
результат. На следующем этапе происходит переход к собственно когнитивным
(основания оценки) и прагматическим оценкам предметов и явлений.
Так выглядит общая картина природы оценки и оценочных отношений,
которая, конечно, требует более детализированного исследования. В языке оценка
выражается, средствами разных уровней: фонетическими, словобразовательными,
лексико-фразеологическими, морфологическими, синтаксическими. Системное
описание различных средств языковой экспликации оценки дано в трудах таких
лингвистов как Е. М. Вольф, Н. Д. Арутюновой и др. Последовательный и
подробный анализ синтаксических средств оценки, классификация предложений
по типам объекта оценки описаны в монографии З. К. Темиргазиной «Оценочные
высказывания в русском языке» [Темиргазина, 2010]. Проблематика исследования
семантической структуры и прагматического варьирования предмета обусловлена
также сложностью разграничения оценочного и эмоционального в значении
оценочного слова.
51
Оценочность в лингвистике определяют как заложенную в слове
положительную или отрицательную характеристику человека, предмета, явления,
«эмоциональность как отраженное и закрепленное в семантике слова отношение,
чувство говорящего к объекту речи» [Цоллер В. Н., 1996].
52
2.10 Культурные коды
Понятие
кода
зародилось
в
технической
среде
и
применялось
исключительно в дешифровке искусственных знаков, например, азбука Морзе,
генетический ДНК код и др.
В культурологии «культурный код» является ключом к понимаю картины
мира и культуры его жителей. С помощью культурного кода человек познает
смысл различных культурных явлений – традиций, ритуалов, писаний, знаков и
т.д. Код культуры создает взаимосвязь между знаком и его значением, объясняет,
что значат многочисленные культурные явления. Без культурного кода текст
оказывается закрытым, его невозможно расшифровать. Однако, если нужный код
имеется, то текст можно разгадать, он считается открытым. Сам культурный код
может изменяться с течением времени в процессе развития народа.
По мнению М.Л. Ковшовой и Д.Б. Гудкова, «культурный код – это система
знаков (знаковых тел) материального и духовного мира, ставших носителями
культурных смыслов; в процессе освоения человеком мира они воплотили в себе
культурные смыслы, которые «прочитываются» в этих знаках» [18, с.97].
Коды культуры – это система характеристик, объектов картины мира,
объединенных в одну категорию. По мнению Красных, это «понятийная «сетка»,
используя которую, носитель языка категоризует, структурирует и оценивает
окружающий его и внутренний миры» [Красных, 2001].
В.Н. Телия, в свою очередь, понимает коды культуры как «вторичные
знаковые системы, использующие разные материальные и формальные средства
для кодирования одного и того же содержания, сводимого в целом к картине
мира, к мировоззрению данного социума» [44]. В своей работе она выделяет
следующие коды: антропный, растительный, соматический, природный, вещнокостюмный, гастрономический, религиозный, архитектурный, артефактивновещный, религиозно-артефактивный, временной, пространственный, цветовой,
количественный и другие.
53
2.11 Способы выражения оценки
Способы выражения оценки можно разделить на эксплицитные и
имплицитные. Эксплицитные – это явные, развернутые способы, выраженные
непосредственно языковыми знаками. Эксплицитный способ подразумевает
буквальное, открытое выражение оценки.
Эксплицитные способы выражения оценки в пословицах проявляются через
компаративные термины, модели с отрицанием, мелиоративы и пейоративы,
нумеративы и др.
Компаративная оценка всегда подразумевает сравнение двух объектов.
Модели с отрицанием содержат какую-либо негативную форму, зачастую в
высказывании представлены частицей «не», словами «нет, никогда, никто» и др.
Мелиоративы – это слова или словосочетания, вызывающие положительные
эмоции. Пейоративы – это те слова и выражения, которые вызывают негативные
ассоциации и эмоции. И, наконец, нумеративы - это слова, которые похожи на
числительные, но имеют форму существительного (дважды).
Имплицитная оценка – эта та оценка, которая не выражена прямо
посредством языковых знаков, для ее понимания требуется приложить некоторые
усилия. Имплицитные способы выражения оценки проявляются через культурные
коды.
Мы уже неоднократно упоминали, что пословицы являются летописцами
истории народов, они собрали в себе традиции, обычаи, ритуалы того народа,
которому они принадлежат. Культурные коды воплощаются в пословицах. В
настоящей работе это поможет нам декодировать оценку в исследуемых нами
паремиях.
54
Выводы по теоретической части
В рамках данной работы мы будем понимать пословицу как оценочное
высказывание, практическое суждение, ведущее к действию. Пословицы являются
одним из старейших жанров народного поэтического творчества. Их легко можно
назвать золотым фондом любого народа. Пословицы отражают житейский опыт
людей на протяжении многовековой истории, они концентрируют в себе черты
национального характера, мораль, обычаи и традиции нации. Пословицы часто
называют источником народной мудрости, так как именно через пословицу
человек познает зло и добро, именно пословица честно и открыто учит тому, как
нужно поступать.
Оценку, в свою очередь, мы будем понимать как компонент семантики
(объект оценки) и прагматического значения слова (субъект и аксиологический
предикат оценки), выражающий отношение субъекта оценки к объекту
внеязыковой
действительности
посредством
соотнесения
отдельных
его
признаков с системой ценностей, принятых в данном языковом коллективе.
Оценка может иметь положительный, отрицательный и нейтральный
характер. Все три вида оценки могут выражаться как эксплицитно, так и
имплицитно, как через составляющие пословицу элементы, так и через текст
пословицы в целом.
Существует два способа выражения оценки: прямой и косвенный. Прямая
оценка осуществляется с помощью общеоценочных слов «хороший/плохой» или
их синонимов. Косвенная оценка выражается при помощи различных средств:
метафоры, иронии, разных типов модальности, через шкалу стереотипов и др.
Помимо этого, косвенная оценка в паремиях может осуществляться посредством
культурных кодов, фиксированных в семантике пословиц.
55
ГЛАВА 3 ВЫРАЖЕНИЕ ОЦЕНКИ В ПОСЛОВИЦАХ
3.1 Общеоценочные значения в пословицах
3.1.1 Положительная оценка. Имплицитная оценка
Мы проанализировали 68 русских и 44 английских пословицы о счастье.
Анализ нашего материала показал, что 26% русских пословиц о счастье несут в
себе положительную оценку.
В русских пословицах положительная оценка чаще всего связана с такими
кодами культуры как антропный, антропоморфный, зооморфный, природный,
вещественный, духовный, а так же пространства и времени.
Духовный:
Чего душа желала, то бог и дал.
Антропный:
Лад и согласье - первое счастье.
Для кого труд - радость, для того жизнь – счастье.
Стойким счастье помогает.
Антропоморфный:
На что и клад, коли дети идут на лад.
Зооморфный:
У кого счастье поведется, у того и петух несется.
Вещественный:
Счастье дороже денег.
Дома и солома едома.
Счастливому и промеж пальцев вязнет.
56
Где ведется, там и на щепу придется.
Гастрономический:
Счастливый – что калач к меду (к нему все пристает).
Пространства и времени:
Добро не лихо; бродит о мир тихо.
Счастливые часов не наблюдают.
Счастье видишь – смелее.
Природный:
Не все ненастье, проглянет и красное солнышко.
И в мое оконце засветит солнце.
В английском языке 30% пословиц о счастье несут в себе положительную
оценку.
Здесь
реализуются
такие
коды
культуры
как
зооморфный,
антропоморфный, пространства и времени, вещественный и природный.
Пространства и времени:
There is no place like home.
Every dog has his day.
Happiness takes no account of time.
Природный:
After rain comes fair weather.
Вещественный:
Half a loaf is better than no bread.
Money can’t buy happiness.
He is happy who finds peace in his home.
57
Зооморфный:
When a man has luck, even his ox calves.
Антропоморфный:
Silence is the interpreter of happiness.
Kindness brings happiness.
All happiness is in the mind.
Happy is he that is happy in his children.
If it does not kill you, it will bring you happiness.
58
3.1.2 Отрицательная оценка
Анализ показал, что 19% русских пословиц несут в себе отрицательную
оценку. В английском языке процент пословиц с отрицательной оценкой
составляет 17%.
В русском языке эти пословицы в большей степени относятся к таким
кодам культуры как зооморфный, природный, антропоморфный, антропный,
предметный, вещественный и пространства и времени.
Зооморфный:
Счастье, что волк: обманет да в лес уйдет.
Счастье не корова: не выдоишь.
Природный:
К нашему берегу не привалит хорошее дерево.
Антропоморфный:
Милому дитятке да горькая часть.
Сегодня полковник, завтра покойник.
Антропный:
Пошло так на лад, что и сам тому не рад.
Счастье с несчастьем смешалось – ничего не осталось.
Во сне счастье, наяву ненастье.
Где нет доли, тут и счастье невелико.
Вещественный:
Пришла беда, отворяй ворота.
Счастье без ума – дырявая сума.
59
Предметный:
Счастье алтыном не купишь.
Пространства и времени:
Ходил черт за облаками, да оборвался.
Что касается английского языка, то здесь пословицы относятся к таким
культурным кодам как антропный, пространства и времени и природный.
Антропный:
Not everyone who dances is happy.
Пространства и времени:
An evil chance seldom comes alone.
All of our sweetest hours fly fast.
Природный:
The darkest hour is that before the dawn.
Every flow has its ebb.
It never rains but it pours.
60
3.2. Эксплицитная оценка
3.2.1 Отрицательная оценка
Что касается отрицательной оценки, то помимо деления по признаку
культурного кода, мы также делили проанализированный английский материал на
следующие группы:
•
Пословицы с отрицанием “no”:
There is no place like home.
No joy without annoy.
Call no man happy till he dies.
•
Пословицы с частицей «not»:
If it does not kill you, it will bring you happiness.
Not everyone who dances is happy.
One does not appreciate happiness unless one has known sorrow.
•
Пословицы с наречием «never»:
Who has never tasted bitter, knows not what is sweet.
It never rains but it pours.
•
Пословицы с превосходной степенью сравнения:
All of our sweetest hours fly fast.
61
3.2.2 Сравнительная оценка
Абсолютная и сравнительная оценка в пословицах различаются тем, что в
первом случае сравнение объектов происходит через слова хороший/плохой или
их синонимы, а во втором оценка основана на открытом сопоставлении объектов
друг с другом.
В русских, английских пословицах о счастье нами были обнаружены
примеры сравнительной оценки.
Русские:
Счастье, что волк: обманет да в лес уйдет.
Счастью не верь, а беды не пугайся!
Сегодня полковник, завтра покойник .
Счастье с бессчастьем -ведро с ненастьем.
Мужик на счастье сеял хлеб, а уродилась лебеда.
Во сне счастье, наяву ненастье.
Где нет доли, тут и счастье невелико.
Счастье на крылах, несчастье на костылях.
Кому пироги да пышки, а нам желваки да шишки.
Ваши скачут, а наши плачут.
Не было счастья, да несчастье помогло.
Правда хорошо, а счастье лучше.
Не родись красив, а родись счастлив.
Лучше синица в руках, чем журавль в небе.
Помощь в несчастье - что дождь в засуху.
62
Счастье дороже денег.
Английские:
Better be born lucky than rich.
A bird in the hand is worth two in the bush.
Half a loaf is better than no bread.
Better be happy than wise.
A sorrow shared is half a trouble, a joy that is shared is a joy made double.
Who has never tasted bitter knows not what is sweet.
Fortune and misfortune are next-door neighbours.
63
3.2.3 Мелиоративные, пейоративные квалификаторы, нумеративы
Мелиоративные:
Чего душа желала, то бог и дал.
И в мое оконце засветит солнце.
Счастливому и промеж пальцев вязнет.
Kindness brings happiness.
Happy is he that is happy in his children.
Пейоративные:
Счастье с несчастьем смешалось – ничего не осталось.
Сегодня полковник, завтра покойник.
К нашему берегу не привалит хорошее дерево.
Не всяк весел, кто поет.
The darkest hour is that before the dawn.
Not everyone who dances is happy.
Нумеративы:
Горе на 2 – полгоря, радость на 2 – 2 радости.
A bird in the hand is worth two in the bush.
A sorrow shared is half a trouble, a joy that is shared is a joy made double.
64
3.3 Частнооценочные значения пословиц
Кроме
деления
на
положительную
и
отрицательную
оценку
(общеоценочные значения), в русском и английском языке выделяются
следующие типы оценок (частнооценочные значения): сенсорно-вкусовые,
психологические, этические, утилитарные,
эстетические, нормативные и
телеологические.
Сенсорно-вкусовые:
Мужик на счастье сеял хлеб, а уродилась лебеда.
Кому пироги да пышки, а нам желваки да шишки.
Who has never tasted bitter knows not what is sweet.
Психологические:
Живи коли хочется, помирай, коли можется.
Счастье без ума - дырявая сума.
Счастье видишь - смелее идешь.
У кого счастье поведется, у того и петух несется.
It is no use crying over spilt milk.
All happiness is in the mind.
Этические:
Не в деньгах счастье.
Счастье и труд рядом живут.
Тот жизнь ругает, кто счастья не знает.
Ходил черт за облаками, да оборвался.
Счастье за деньги не купишь.
65
Kindness brings happiness.
Happiness isn’t perfect until it is shared.
Эстетические:
Не родись красив, а родись счастлив.
Утилитарные:
It is no use crying over spilt milk.
Better be happy than wise.
Правда хорошо, а счастье лучше.
Нормативные:
Зачем и клад, коли в семье лад.
Полного счастья не бывает.
Лад и согласье - первое счастье.
Who ever does not respect confidence will never find happiness in their path.
Телеологические:
Дурак спит, а счастье в головах лежит.
Будет и на нашей улице праздник.
Помощь в несчастье – что дождь в засуху.
Счастье повалит - и дураку повезет.
Без счастья и по грибы не ходи.
He who wants to be happy must stay at home.
He who wants to be happy must stay at home.
66
Выводы по практической части
Мы проанализировали 68 пословиц о счастье в русском, 44 пословицы в
английском языках. Эксплицитная оценка в обоих языках выражается через
отрицательную оценку (There is no place like home), компаративную (Во сне
счастье, наяву ненастье, Better be born lucky than rich), а также посредством
мелиоративов (Счастливому и промеж пальцев вязнет, Kindness brings happiness),
пейоративов (Не всяк весел, кто поет,The darkest hour is that before the dawn) и
нумеративов (Горе на два – полгоря, радость на два – две радости, A bird in the
hand is worth two in the bush).
Наш анализ показал, что в русском языке 26% пословиц содержат
положительную оценку, в английском языке 30% пословиц несут в себе
положительную оценку.
В русском языке положительная оценка связана с такими культурными
кодами как духовный (Чего душа желала, то бог и дал), антропный (Лад и
согласье – первое счастье), вещественный (На что и клад, коли дети идут на лад),
пространства и времени (Счастливые часов не наблюдают), природный (И в мое
оконце засветит солнце). В английском языке положительная оценка обычно
связана со следующими кодами культуры: вещественный (Money can’t buy
happiness), природный (After rain comes fair weather), зооморфный (When a man has
luck, even his ox calves), пространства и времени (There is no place like home),
антропоморфный (All happiness is in the mind).
Что касается отрицательной оценки, в русском языке процент пословиц о
счастье составляет 19%, в английском – 17%. В русском языке отрицательная
оценка представлена такими культурными кодами как зооморфный (Счастье, что
волк: обманет, да в лес уйдет), вещественный (Пришла беда, отворяй ворота),
предметный (Счастье алтыном не купишь), пространства и времени (Ходил черт
за облаками, да оборвался), антропный (Пошло так на лад, что и сам тому не рад),
67
природный (К нашему берегу не привалит хорошее дерево). В английском языке
отрицательная
оценка
связана
со
следующими
культурными
кодами:
пространства и времени (All of our sweetest hours fly fast), природный (Every flow
has its ebb), антропный (Not everyone who dances is happy).
Помимо деления на отрицательную и положительную оценку, то есть на
общеоценочные значения, в русском и английском языках имеются пословицы,
несущие в себе следующие типы частнооценочных значений: сенсорно-вкусовые
(Кому пирожки да пышки, а нам желваки да шишки, Who has never tasted bitter,
knows not what is sweet), психологические (Счастье без ума – дырявая сума, All
happiness is in the mind), этические (Happiness isn’t perfect until it is shared, Счастье
и труд рядом живут), эстетические (Не родись красив, а родись счастлив),
утилитарные (Правда хорошо, а счастье лучше, Better be happy than wise),
нормативные (Полного счастья не бывает, Who ever does not respect confidence will
never find happiness in their path), телеологические (He who wants to be happy must
stay at home, Будет и на нашей улице праздник).
В русском пословичном фонде мы нашли пословицы о счастье, содержащие
сравнительную оценку (Счастье на крылах, несчастье на костылях). В английском
языке также преобладает компаративная оценка в пословицах о счастье (Better be
born lucky than rich).
68
Заключение
Пословицы можно с точностью назвать неотъемлемой частью культуры
народов мира. В этих народных изречениях содержится информациях о культуре,
быте, укладе жизни народа на протяжении длительного периода истории.
Пословица позволяет нам узнать глубинную суть национального характера
определенного языкового коллектива. Они отражают быт, дух, энергетику людей,
которых объединяет язык. Пословица учит добру, порицает зло, объясняет, что
есть добро и что есть зло, иными словами, она дает оценку различным явлениям и
предметам окружающей действительности.
В
данной
работе
мы
занимались
исследованием
оценки
в
паремиологическом фонде русского и английского языков. В частности, мы
выясняли способы выражения оценки в пословицах о счастье. Мы рассмотрели
различные критерии оценки, поговорили о ее месте в других гуманитарных
науках,
проанализировали
частную
и
общую
оценку,
абсолютную
и
компаративную, отрицательную и положительную.
Всего нами было отобрано 112 пословиц о счастье в английском и русском
языках. Анализ данных пословиц позволил выявить наличие как положительной,
так и отрицательной оценок в двух представленных языках. Анализ показал, что
положительную оценку в русском языке имеют 26% русских и 30% английских
примеров. Отрицательную оценку содержат 19% пословиц в русском и 17% в
английском.
Помимо деления по общеоценочным значениям на положительную и
отрицательную оценку, в обоих проанализированных нами пословичных фондах
языков выделяются также следующие типы оценок: в русском языке: этические –
23%, телеологические – 23%, психологические – 19%, нормативные – 14%,
сенсорно-вкусовые – 9%, эстетические, утилитарные – по 5%; в английском
языке: утилитарные, телеологические, этические, психологические – по 20%,
сенсорно-вкусовые, нормативные – по 10%. Мы также рассмотрели отобранный
69
нами пословичный материал на предмет наличия абсолютной и сравнительной
оценки. В обоих языках мы обнаружили примеры сравнительной оценки,
примеров на абсолютную оценку найдено не было. В русском языке нами было
найдено большее количество примеров на сравнительную оценку, чем в
английском языке.
70
Список используемой литературы
1. Абакумова О. Б. Пословицы в языке, сознании и коммуникации. СПб.:
Алеф-пресс, 2012. 354 с.
2. Абакумова О.Б.
Коды культуры в семантике пословиц о правде /
О.Б. Абакумова // Вестник Орловского государственного университета:
Федеральный научно-практический журнал. Серия: «Новые гуманитарные
исследования». – Орёл, 2011. – №1(15) – С. 169-173
3. Аристотель (1957). Поэтика. М. : Гос. Изд-во худ. литры., с. 37
4. Арутюнова Н.Д. Аксиология в механизмах жизни и языка // Проблемы
структурной лингвистики. - М.: Наука, 1984. – с. 271.
5. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт. - М.:
Наука, 1988. – с.7.
6. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт. М.:
Наука, 1988. – с. 341.
7. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. – М., 2005. – с. 305.
8. Богатырев П.Г., Якобсон Р.О. Фольклор – как особая форма творчества,
Богатырев П.Г. Вопросы теории народного искусства. М., 1971г.
9. Бунеева, Н. Л. (2001) Прагматические аспекты пословиц английского языка :
автореф. дис. ... канд. филол. наук : (10.02.04). М. : Моск. гос. лингвист.
унт., с.15
10. Буслаев Ф.И. Русский быт и пословица // Исторические очерки русской
народной словесности и искусства. Т.1. СПб., 1861., с. 78-136
11. Василенко В. А. Ценность и оценка: Автореф. дис…. канд. филол. наук. –
Киев, 1964. – С. 5.
12. Василенко В.А. Ценность и оценка. Автореф. дис. Киев, 1964. – с. 5.
13. Вежбицкая, А. Семантические универсалии и описание языков / А.
Вежбицкая. – М.: РАДД, 1999., с. 33
71
14. Волошкина И.А. Портрет человека в паремиологии// Единство системного
и функционального анализа языковых единиц; под ред. О.Н. Прохоровой,
С.А. Моисеевой. - Белгород, 2006. - вып.9.- Ч 2.
15. Вольф
Е.
М.
Оценочное
значение
и
соотношение
признаков
«хорошо/плохо»// ВЯ. – 1986. - № 5. – с. 5.
16. Вольф Е.М. Функциональная семантика оценки. – М., 2002. – С. 17.
17. Воркачев С. Г. Концепт как «зонтиковый термин» // Язык, сознание,
коммуникация. Вып. 24. - М., 2003
18. Гудков Д.Б., Ковшова М.Л. Телесный код русской культуры. - М., 2007. С.97
19. Даль В.И. "Пословицы русского народа" - М. ЗАО изд - во ЭКСМО - пресс,
изд - во Н.Н.Н. , 2000 г., с. 616
20. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 2003.
Т. 2. С. 52
21. Жуков В.П. Словарь русских пословиц и поговорок. – 7-е изд., стереотип. –
М.: Рус. яз., 2000. – с.511
22. Зусман, В. Концепт в системе гуманитарного знания [Текст] / В. Зусман //
Вопросы литературы – 2003. с. 12
23. Ивин А. А. Основания логики оценок. – М.: Изд-во МГУ, 1970. – с. 1213.
24. Ишмуратов А.Т. Логический анализ практических рассуждений. – Киев:
Наукова думка, 1987. – 138 с.
25. Касторнова О.Н. Частеречный статус слов категории оценки в русском
языке. КД – Мичуринск, 2005. – С. 57.
26. Ковалёв С.Н. Субъект оценки как компонент семантики предложения.
Межвуз. научн. сборник. Изд-во Сарат. ун-та, 1987. – С. 90.
27. Кожина М.Н. Стилистический энциклопедический словарь русского языка /
под ред. М.Н. Кожиной; члены редколлегии: Е.А. Баженова, М.П.
Котюрова, А.П. Сковородников. — 2-е изд., испр. и доп. — М. Флинта:
Наука, 2006. — 696 с.
72
28. Краткий словарь когнитивных терминов / Е.С. Кубрякова, В.З., Демьянков,
Ю.Г. Панкрац, Л.Г. Лузина. Под общей ред. Е.С.Кубряковой. – М.:
Филологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 1996.с. 90
29. Лингвистический энциклопедический словарь, 1990, с. 87
30. Лызлов А.И Оценка и языковые способы ее выражения в паремиях:
автореф дис. кандидата филолог. наук: 10.02.19/ Лызлов Алексей Игоревич. –
М. 2009, 22с.
31. Маркелова Т. В. Оценка и оценочность // Семантическая структура слова и
высказывания: Межвузовский сборник научных трудов. – М., 1993. – С. 108.
32. Маркелова Т. В. Семантика оценки и средства её выражения в русском
языке: Учебное пособие по спецкурсу. – М., 1993. – С. 61. 35. Маслова В.Л.
Лингвокультурология. – М.: Издательский центр «Академия», 2001. , с.157
33. Маслова
В.Л.
Лингвокультурология.
–
М.:
Издательский
центр
«Академия», 2001. , с.157
34. Михальская А.К. Русский Сократ: Лекции по сравнительно-исторической
риторике. – М.: Просвещение, 1996. с. 35
35. Никитин М.В. Заметки об оценке и оценочных значениях. / М. В. Никитин
// Когнитивно-прагматические и художественные функции языка: сб. ст.
Studia Lingüistica 9. - СПб.: Тригон, 2006. – с. 12.
36. Никитин М.В. Заметки об оценке и оценочных значениях. / М. В. Никитин
// Когнитивно-прагматические и художественные функции языка: сб. ст.
Studia Lingüistica 9. - СПб.: Тригон, 2006. – с. 14.
37. Ничипорчик Е.В. Отражение ценностных ориентаций в паремиях.
Лингвокогнитивный, сопоставительный
и
социопсихолингвистический
аспекты: автореф. дис. д-ра филолог. наук: 10.02.19/ Ничипорчик Елена
Владимировна. – Минск, 2016, с.54.
38. Пермяков Г.Л. От поговорки до сказки (Заметки по общей теории клише). М., 1970., с.7
73
39. Потебня А.А. Из лекций по теории словесности. Басня. Пословица.
Поговорка // Теоретическая поэтика. - М., 1990., с.106
40. Савенкова
Л.Б.
Русская
лингвокультурологический
паремиология:
стереотипы.
–
семантический
Ростов
н/Д:
и
Ростовский
университет, 2002, с. 240
41. Савенкова. Л. Б. Пословица, поговорка и паремия как термины филологии.
//
Мысли
о
русских
паремиях.
Сборник
материалов
(часть
1)
Филологический вестник Ростовского государственного университета. –
1997
42. Степанов, Ю.С. Константы. Словарь русской культуры [Текст] / Ю.С.
Степанов – М.: Астрель, 1997.,с. 40
43. Степанов, Ю.С. Константы: Словарь русской культуры: Изд. 2-е, испр. и
доп [Текст] / Ю.С. Степанов. – М.: Академический проект, 2001. с. 447
44. Телия, В.Н. Типы языковых значений: связанное значение слова / В.Н.
Телия. – М.: Наука, 1991., с. 95
45. Фразеологический словарь русского языка/ Под редакцией Молоткова,
А.И. и др. Издательство: М.: АСТ; Издание 6-е, испр. и доп., 2001.
46. Хазагеров Т.Г. К вопросу о классификации знаков // Лингвистика на исходе
ХХ века: итоги и перспективы. Тезисы межд. конф. - В 2 т. - М., 1995.- Т.II.,
с.515
47. Хроленко А.Т. Основы лингвокультурологии. – М.: Флинта: Наука,
2004,с.60
48. Чернейко Л.О. Лингвофилософский анализ абстрактного имени. – М.: Издво МГУ, 1997., с. 35-39
49. Lippman W. Public Opinion - N.Y; 1950 – с.95.
74
Словари и сборники пословиц
1.
Ашукин Н.С., Ашукина М.Г. Крылатые слова: литературные цитаты;
образные выражения - 4-е изд. доп. - М: Худ. лит., 1988г.
2.
Бодрова Ю.В. Русские пословицы и поговорки и их английские
аналоги АСТ 2007 г.
3.
Васильева
Л.
Английские
пословицы,
поговорки,
крылатые
выражения Центрполиграф 2004 г.
4.
Гварджаладзе И.С., Мчедлишвили Д.И. Английские пословицы и
поговорки Высшая школа 1971 г.
5.
Григорьева А.И. 1000 русских и английских пословиц и поговорок
АСТ, Сова 2009 г.
6.
Даль В.И. Пословицы русского народа. – М.: ООО «Издательство
Астрель»: ООО «Издательство ПСТ»: ЗАО НПП Ермак, 2005 г.
7.
Даль В.И. Пословицы русского народа/ В.И.Даль - М: АСТ. Астрель,
2008 г.
8.
Дубровин М. И. Английские и русские пословицы и поговорки в
иллюстрациях / A book of English and Russian proverbs and sayings illustrated
"Просвещение" 1993 г.
9.
Комаров А.С. Пословицы английского языка и их русские аналоги М.:
Флинта, Наука 2008 г.
10.
Кузьмин С.С. Шадрин Н.Л. Русско-английский словарь пословиц и
поговорок: - Санкт-Петербург МИК Лань, 1996 г.
11.
Кунин А.В. Большой англо-русский фразеологический словарь/
Comprehensive English-Russian Phraseological Dictionary: - М: Русский язык, 1984
г.
12.
Кусковская С.Ф. Сборник английских пословиц и поговорок Минск
1987 г.
75
13.
Пословицы. Поговорки. Загадки/ сост., авт. предисл. и комент. А.Н.
Мартынова, В.В. Митрофанова - М.: Современник, 1986 г.
14.
Яранцев Р.И. Словарь - справочник по русской фразеологии: ок: 800
фразеологизмов: - М: Русский язык, 1981 г.
15.
Fergusson R., Law J. The Penguin Dictionary of Proverbs, 2nd ed-n,
London, Penguin Books, 2000.
76
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа