close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Федотова Елена Александровна. Александр I и М.И. Кутузов в политике России в первой четверти XIX века

код для вставки
4
АННОТАЦИЯ выпускной квалификационной работы
«Александр I и М.И. Кутузов в политике России в первой четверти
XIX века»
выполненной Федотовой Е.А.
на кафедре истории России ФГБОУ ВО «Орловский государственный
университет им. И.С. Тургенева» по специальности:
44.03.05. Педагогическое образование
направленность (профиль): История и обществознание
Выпускная квалификационная работа «Александр I и М.И. Кутузов в политике
России в первой четверти XIX века» объемом в 122 страниц; общее количество
использованных источников и научной литературы 162 наименование, в том
числе 115 наименований источников.
Ключевые
слова:
Александр
I,
М.И.
Кутузов,
Наполеон,
Отечественная война 1812 г., Тильзитский мир, заграничные походы,
Священный союз, Венский конгресс.
Цель ВКР – рассмотрение основных направлений европейской
политики Александра I и М.И. Кутузова, через призму исторической
литературы.
Методологической основой ВКР являются принципы историзма,
целостности,
объективности,
комплексный
анализ
источников,
сравнительно-аналитический метод исследования источников.
Научная новизна ВКР заключается в предмете ее исследования и отражается
в ее заключительных результатах: изучения внешней политики началось еще при
жизни Александра I. Труды первых исследователей политики Александра I,
отличаются
своими
охранительными
оценками.
Либеральное
течение
в
освещении этой проблематики появляться только в 1870-е годы. Возникает
критическое отношение к ряду внешнеполитических действий императора. После
Октябрьской революции доминирует точки зрения Покровского, происходит
5
резкая критика политики Александра I. В 1930-1950-е гг. появился новые взгляды
на политику русского императора как противоречивую и неоднозначную.
Советские историки, выявили взаимосвязь внешней политики и внутренних
процессов в стране, и в то же время начали признавать относительную
самостоятельность внешнеполитической деятельности. Постсоветские авторы
стали преемниками как советской, включая школу М.Н. Покровского, так и
дореволюционной историографии.
Отказавшись
от
односторонней
критики
внешнеполитических действий Александра I и
Священного
союза
и
Кутузова после 1815 г., ряд
постсоветских историков под влиянием либеральной европейской ориентации
новой России стали говорить об объединительных тенденциях в международных
отношениях этого периода. Отойдя от характеристики Александра I и Кутузова
как бездарного либо просто средних способностей политика и дипломата, авторы
последних двух десятилетий стали рассматривать Александра Павловича как
талантливого и неординарного политика.
6
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………….…. 7
ГЛАВА I. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В ОЦЕНКЕ РУССКИХ
ДОРЕВОЛЮЦИОННЫХ
ИСТОРИКОВ………………………………………..……………………………… 13
1.1 ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В КОНТЕКСТЕ
ОХРАНИТЕЛЬНОЙ
ИСТОРИОГРАФИИ………………………………………………………………... 13
1.2. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В КОНТЕКСТЕ
ЛИБЕРАЛЬНОЙ
ИСТОРИОГРАФИИ……………………………………………………………….. 30
ГЛАВА II. СОВЕТСКАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ ПОЛИТИКИ АЛЕКСАНДРА I И
КУТУЗОВА……………………………………………………………………..….. 44
2.1.
ИСТОРИОГРАФИЯ
ПОЛИТИКИ
АЛЕКСАНДРА
I
И
КУТУЗОВА........…………………………………………………………………… 44
2.2. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В КОНТЕКСТЕ СОВЕТСКОЙ
ИСТОРИОГРАФИИ
1930-50–Х
ГГ.
……………...…………………………………………………………..…………… 54
2.3. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В КОНТЕКСТЕ СОВЕТСКОЙ
ИСТОРИОГРАФИИ
1950-80-Х
ГГ.
………………………………………………………………….…………………... 64
ГЛАВА III. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И
КУТУЗОВА В ОЦЕНКЕ
СОВРЕМЕННОЙ
ИСТОРИОГРАФИИ…………………………………………………………......... 76
ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………............ 106
СПИСОК
ИСПОЛЬЗОВАННЫХ
ИСТОЧНИКОВ
И
ЛИТЕРАТУРЫ………………………………………………………………….... 109
7
ВВЕДЕНИЕ
Политика российского императора Александра I и Кутузова привлекает в
настоящее время внимание исследователей различных направлений и школ.
Включая в себя такие обширные, важнейшие темы, как участие в анти
наполеоновских войнах, Отечественная война 1812 г., освободительные походы
русской армии, Священный союз, «эпоха конгрессов», внешнеполитическая
реакция 1820-х гг., политика Александра I и Кутузова до сих пор является одной
из самых востребованных в российской истории.
Изучение европейского направления политики Александра I и Кутузова
способствует осмыслению тенденций развития исторической науки в России,
уточнению этапов еѐ развития. Исследование данной темы является важным для
понимания влияния изменения политических настроений в обществе и
методологических ориентиров общественной мысли на интерпретацию учеными
исторических явлений и процессов. Это исследование содействует анализу в
современной
российской
исторической
науке,
связанной
с
попытками
усовершенствования и методологии истории.
В стремлении современной России сблизиться с Европой определенный
интерес представляет трактовка историками Священного союза как прообраза
будущей европейской интеграции.
Изучение процесса осмысления отечественными историками политики
Александра I и Кутузова способствует более глубокому осознанию сущности и
направленности самой политики. Какими бы лозунгами ни прикрывалась идея
присоединения, захвата новых территорий, расширения сферы влияния, это
делается в интересах более сильного.
Появление интереса к данной теме относится к 10-м годам XX века и
связано с трудами таких историков, как К.А. Военского, Ю.С. Карцова «Причины
8
войны 1812 г.» и исследование В.П. Алексеева, вошедшее в дореволюционный
семитомник «Отечественная война и русское общество»1.
Советскими историками изучение политики России в XIX веке до 1917 года
традиционно делилось на дворянскую, либерально-буржуазную и марксистскую.
Авторы активно обращались к историографическим вопросам политики России
начала XIX века. Примером является работа Е.В. Тарле «Об изучении
внешнеполитических отношений России и деятельности русской дипломатии в
XVIII -ХХ веках».
Из обобщающих историографических трудов, в которых анализируются
тенденции развития советской историографии, взгляды и труды отечественных
историков, следует выделить пятитомник «Очерки истории исторической науки».
В рамках коллективного труда актуальность для изучения моей темы
представляют статьи A.B. Фадеева «Политика России в освещении советских
историков»2.
В брошюре Б.С. Абалихина и В.А. Дунаевского «Новое в изучении истории
Отечественной войны 1812 года»3 историки предприняли попытку анализа
исторической литературы по теме Отечественной войны 1812 года, изданной в
1962-1982 гг.4
В
конце
1980-х
появилось
исследование
В.А.
Дунаевского
«Освободительный поход русской армии в 1813 г. (Некоторые аспекты советской
историографии и источниковедения)»5, посвященное обзору историографии
заграничного похода русской армии в 1813 г.
В коллективном труде « Политика России: Историография », обобщающем
опыт и достижения советской историографии политики в первой половине 1980-х
гг., мое внимание упало на
статью О.В. Орлик «Новейшие советские
В. П. Алексеев Отечественная война в русской исторической литературе // Отечественная война и русское общество -Т VII -М , 1912
A.B. Фадеев. Внешняя политика России в освещении советских историков // Очерки истории исторической науки в СССР. - T.IV. - М., 1966.
3
B.C. Абалихин., Дунаевский В.А. Новое в изучении истории Отечественной войны 1812 года // Новое в жизни, науке, технике. Сер. «История».
- 1983. - № 2.
4
Там же. - С.5
5
В. А. Дунаевский Освободительный поход русской армии в 1813 г (Некоторые аспекты советской историографии и источниковедения) //
Бессмертная эпопея К 175-летию Отечественной войны 1812 г и Освободительной войны 1813 г в Германии / Отв ред АЛ Нарочницкий, Г
Шеель - М, 1988 — С 261¬273
1
2
9
исследования политики России с конца XVIII в. до Парижского мира 1856 г.» 6.
Автор считает, что характер и цели политики царской России в первой половине
XIX века отражали интересы помещиков и отчасти нарождавшейся буржуазии.
Почти одновременно увидели свет две работы времен перестройки монография Б.С. Абалихина и В.Л.Дунаевского «1812 год на перекрестках
мнений советских историков, 1917-1987» и исследование Н.А.Троицкого
«Отечественная война 1812 года. История темы», авторы которых поставили
перед собой одну цель - осветить историографию Отечественной войны 1812
года. Эти работы внесли значительный вклад в исследование моей темы и стали
первым опытом основательного разбора русской дореволюционной и, главным
образом, советской историографии «Двенадцатого года».
Исследования времен перестройки имели как достоинства, так и недостатки,
которые выражались в следующем:
1) внешнюю политику Александра I и
Кутузова советские историки,
помимо эпохи 1812-1815 гг., считали реакционной; заграничные походы имели
прогрессивный характер
2) участие и роль Александра I и Кутузова в Отечественной войне 1812
года нивелировались и сводились к минимуму; по мнению советских историков,
победу одержали именно русский народ и талантливые военачальники, роль
императора в этом была незначительной;
3) минимальный анализ дореволюционной литературы, которую считали
устаревшей и непрогрессивной;
4) обращение к тезисам классиков марксизма-ленинизма, чьи утверждения
старались доказать советские историки;
Подвести итоги разработки темы политики России попытался к началу
1990-х годов B.C. Мясников
После 1991-го года в отечественной литературе появилось немало
исследований по отдельным вопросам политики России в первой четверти XIX
О. В. Орлик Новейшие советские исследования политики России с конца XVIII в до Парижского мира 1856 г // Внешняя политика России
Историография - М , 1988
6
10
века, а также по вопросам и этапам самого развития историографии политики. Н
И. Приходько, И.Р. Такала и И.М. Соломещ, Н.П. Страхова, H.A. Троицкий, И.А.
Шеин продолжили развитие отечественной историографии политики России при
Александре I и ее наследия. Современные историографы политики Александра I и
Кутузова используют преимущественно методы научной критики и ретроспекции.
Несмотря
на
наличие
достаточного
количества
трудов
по
теме
исследования, отсутствует целостная работа по историографии политики
Александра I. Они посвящены преимущественно историографии Отечественной
войны 1812 года и отдельным аспектам политики первой четверти XIX века.
Целью моего исследования является рассмотрение основных направлений
европейской политики Александра I и Кутузова, через призму исторической
литературы, начиная с периода правления самого Александра I и заканчивая
современностью.
Для реализации поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
1) определить этапы изучения политики Александра I;
2)
раскрыть трансформацию взглядов отечественных историков на
внешнюю политику Александра Павловича на разных этапах развития
отечественной исторической мысли;
3)
показать воздействие идейно-политических и теоретических взглядов
историков на трактовку политики России и взглядов Александра I;
4)
определить влияние социально-политической ситуации в стране на
трактовку отечественными историками политики Александра I;
5)
выявить достижения историков в изучении российской политики
первой четверти XIX века.
В работе уделено внимание, политике Александра Павловича и Кутузова в
исследованиях отечественных историков, которые уделяли данной проблеме
большое
внимание
и
именно
через
трансформацию
идей
и
мнений
прослеживается международные отношения России первой четверти XIX века.
Хронологические рамки определяются нижним рубежом: появлением
первых профессиональных работ по внешней политике Александра I в 1820-х гг.,
11
и верхним – выпуском новых исследований отечественных историков по
политике Александра Павловича.
Рассматривая работы отечественных историков по политике Александра I, я
руководствовалась принципом историзма, позволившего рассмотреть взгляды
ученых в их развитии и динамике, выявить специфические особенности этапов их
творческого пути, а также определить факторы, повлиявшие на становление этих
этапов.
Принцип
неоднородные
целостности
воззрения
позволил
отечественных
систематизировать
историков
в
различные
конкретные
и
этапы
предложенной нами периодизации. Оригинальность и уникальность воззрений
отдельных историков удалось обосновать благодаря использованию сравнительно
- исторического метода. Оценить вклад отдельных представителей отечественной
историографии в развитие историографии политики Александра I и Кутузова
позволил системно-структурный метод. Он помог поместить личности отдельных
персон отечественной исторической науки в определенный исторический
контекст и рассмотреть их взгляды в тесной взаимосвязи с развитием российского
общества и внешнеполитической ситуацией. Историко-генетический метод
сделал возможным рассмотрение взглядов авторов анализируемых нами работ в
их эволюции и развитии. Метод классового анализа позволил определить влияние
на представителей того или иного исторического периода господствовавших в их
среде идей и представлений, влияние их положения в социальной структуре на их
взгляды.
Постановка цели и задач предопределила выбор основных источников,
которые будут использоваться в исследовании:
1 группа - опубликованные работы историков, представленные в виде
научных монографических исследований и статей, в которых рассматривается
политика Александра I и Кутузова в общих чертах;
2 группа - работы, посвященные истории правления императора Александра
1, затрагивающие вопросы политики императора лишь в контексте раскрытия
обозначенной темы;
12
3
группа
- работы
более общего характера, прослеживающие и
раскрывающие историю России на протяжении одного или более веков. В эту
группу входят учебники, учебные пособия и лекционные курсы, предназначенные
для высшей школы или подготовленные в помощь учителю-историку.
Важным вспомогательным материалом при изучении историографии
политики России при Александре I стали библиографические указатели,
посвященные наполеоновской душе в целом, войне 1812 года, творчеству
отдельных историков.
Научная новизна дипломной работы определяется, прежде всего, тем, что
в ней происходит обобщение исследований историков политики Александра I;
показано своеобразие изучения политики Александра I и Кутузова на разных
этапах развития отечественной исторической науки;
подходов к трактовке политики Александра I и
выявлено своеобразие
Кутузова в постсоветской
историографии; показана связь новаций в трактовке политики Александра I и
Кутузова в современных работах отечественных историков с европейской
ориентацией в постсоветской России; показаны этапы развития политики
Александра I.
Структура работы обусловлена целями и задачами исследования. В ее
основу положен проблемно-хронологический принцип. Работа состоит из
введения,
трех
глав,
разделенных
на
использованных источников и литературы.
параграфы,
заключения,
списка
13
ГЛАВА I. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В
ОЦЕНКЕ РУССКИХ ДОРЕВОЛЮЦИОННЫХ ИСТОРИКОВ
1.1. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В
КОНТЕКСТЕ ОХРАНИТЕЛЬНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
Интерес к личностям Александра I и М.И. Кутузова и их политике возник
еще во время правления императора, о чем говорят множество мемуарных и
эпистолярных источников, в которых отразились взгляды современников на
личность и деятельность императора Александра Павловича. Их оценки личности
и внешнеполитической деятельности Александра I и
Кутузова отличались
разнообразием мнений и взглядов. Так, С.Г. Волконский в своих записках о 1812
годе считает внешнюю политику Александра 1 «пассивной перед политикой
Наполеона». Многие авторы мемуаров отмечали перемену в Александре I во
второй половине его царствования. В этом связи характерны воспоминания
бывшего
адъютанта
Кутузова
А.И. Михайловского
присутствовавшего на Венском конгрессе в 1815 году:
-
Данилевского,
« Извлеченная им
(Александром I - Т.М.) великая польза из необыкновенных военных и
политических переворотов, которые совершились под главным его руководством,
состоит в том, что образ мыслей его и жизни изменился до такой степени, что
самые близкие люди, издавна его окружавшие, уверяли меня, что по возвращении
его из Парижа они с трудом могли его узнать <...> Он употребляет теперь своих
генералов и дипломатов не как советников своих, но как исполнителей своей
воли; они боятся его как слуги своего господина. <...> Для тех, которые в течение
многих лет находятся при нем, таковое изменение характера не очень приятно ».
Охранительная историография, которая стала формироваться еще в годы
правления Александра Павловича. Первые исторические труды политики
Александра I, были связаны с событиями 1812 года. Однако в первые годы после
1812 года исследователей интересовала история только самой Отечественной
войны и заграничных походов русской армии. В них, рассматривались такие
14
вопросы, как причины, характер и движущие силы Отечественной войны 1812
года, проблема стратегических резервов, хронологическое изложение событий
войны и т.д. Но все же своей главной задачей эти работы ставили, прежде всего,
описание военных действий. Таким образом, на протяжении всего периода
царствования императора профессиональных работ создано не было. Они
представлены либо мемуарной, либо военно - исторической литературой, в
которой еще не появилось научного описания войн Александра Павловича в
контексте политической и дипломатической истории России. Но все же
некоторые работы заслуживают внимательного рассмотрения, так как в них
заложены основы для дальнейшего развития рассматриваемой мной темы.
Так, с появлением двухтомного исследования генерал-майора Дмитрия
Петровича Бутурлина (1790-1849) «История нашествия Наполеона на Россию в
1812 году» (1823-1824 гг.)7 связано оформление официальной концепции истории
Отечественной войны. Труд историка был написан по заданию Александра I8,
опубликован вначале на французском и только потом (1823-1824 гг.) на русском
языке. Из анализа книги видно, что в ней уже заложены основы ранней
дворянской историографии политики Александра I и М.И. Кутузова, так как в ней
происходит
описание
военных
событий
без
выяснения
их
социально-
экономических и политических обусловленностей. Александр I и Кутузов, по
мнению автора, являются главным орудием в борьбе с Наполеоном, а политика,
проводимая ими рассматривается, как миролюбивая.
В работе Д.П. Бутурлина для моего исследования интересна первая глава, в
которой историк выражает свои взгляды на политические отношения России и
Франции с конца XVIII в. до 1812 г. и причины разрыва с Францией. Интересны
характеристики Наполеона и Александра I. Так, Наполеон описывается Д.П.
Бутурлиным как человек необыкновенный, «один из величайших полководцев
всех времен», в котором превосходные военные дарования сочетались с
искусством «управлять умами и всегда подчинять их непреклонной воле своей» 9.
7
8
9
Д. П. Бутурлин История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812 году -2-еизд -СПб, 1837-38
А. Г. Тартаковский А Г У истоков русской историографии 1812 г // История и историки (1978) - М 1981 - С 84-86
Д. П. Бутурлин История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812 году - -2-еизд -СПб, 1837-38
15
Логика автора понимается мной так: чем выше характеризуются таланты
противника, тем выше заслуги Александра Павловича, среди эпитетов которого «великодушный», «верный исполнитель Своего слова», «прозорливый» и т.п.
По мнению Д.П. Бутурлина, единственным основанием политики являются
справедливость и нравственность. И именно таковой он видит внешнюю
политику Александра I10. Историк пишет, что, вступив на престол, Александр I
« с искренностью и прямодушием старался утвердить дружеские отношения с
Францией ». Тем не менее, агрессивный характер политики Наполеона не могла
оставить императора равнодушной. И хотя Александр I «не хотел начинать
войны, не истощив сперва всех кротких средств, совместных с его достоинством»,
упорство Наполеона «во зле» заставило российского императора, пишет историк,
присоединиться к III-й анти наполеоновской коалиции.
По оценке Д.П. Бутурлина, Александр I подписал Тильзитский мир для
новой подготовке в борьбе с Наполеоном. Также историк считает, что при союзе
1807 г. с Наполеоном Александр Павлович придерживался, прежде всего, двух
целей:
1)
2)
устранение угрозы нашествия Наполеона на Россию;
желание восстановления Пруссии для поддержания равновесия в
Европе.
Д.П. Бутурлин утвердил в отечественной историографии официозную схему
причин войны 1812 г.: «Александр (I), угрожаемый неприятельским нашествием
на собственные владения свои, должен был помышлять о безопасности оных».
Вырисовывается такая картина: все время после Тильзита агрессивный Наполеон
готовится «к нападению» на Россию, а миролюбивый царизм - «к обороне»11.
Труд историка имел ряд достоинств, которые важны и сейчас: широкий круг
источников, обилие фактического материала, элементы критического анализа
действий обеих сторон, стремление (правда, весьма непоследовательное) к
исторической достоверности.
Д. П. Бутурлин История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812 году -41 - 2-е изд - СПб ,
Д. П. Бутурлин История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812 году -2-еизд -СПб, 1837-38
10
11
16
Д.П. Бутурлину также принадлежит авторство таких работ, как «Картина
войн России с Турцией в царствование императрицы Екатерины II и императора
Александра I»12, «Картина осеннего похода 1813 в Германии»13.
Первым профессиональным историком, который сделал обзор царствования
Александра I, был профессор Петербургского университета Николай Герасимович
Устрялов
(1805-1870).
Учебники
Н.Г.
Устрялова
были
долгое
время
единственными, допущенными Министерством просвещения.
Для моего исследования в труде Н.Г. Устлярова «Русская история»
интересна пятая глава – «Александр I».В ней описана внешняя политика
Александра Павловича, и в меньшей степени внутренняя политика, не
затрагивающая социально-экономического развития страны. Историк утверждает,
что при вступлении на престол Александр I поставил перед собой две цели. Он, «с
одной стороны, извне хотел водворить в Европе царство мира и порядка, считая
славу миротворца выше славы завоевателя; с другой стороны, внутри желал
оградить непоколебимость закона, обеспечить права лиц и сословий, дать новую
жизнь промышленности и образованию»14. Н.Г. Устляров делит политику
Александра Павловича на три периода:
1) c 1801-1811 гг., когда Александр I
заботится о внутреннем
благоустройстве и пытается ограничить агрессию Наполеона;
2)
с 1812 по 1815, когда он достиг этой цели и избавил Европу от
самовластия французского императора;
3) с 1815 по 1825 гг., когда внимание императора направлено на
установление порядка, как внутри страны, так и извне.
Александру Ивановичу Михайловскому-Данилевскому (1790-1848),генераллейтенанту, адъютанту Кутузова и Александра 1, принадлежит авторство
большого количества исследований по политике Александра Павловича. С лета
1831 года, по просьбе императора Николая I, военный историк занимался
изучением секретных архивных материалов эпохи наполеоновских войн и на их
12
13
14
Д.П. Бутурлин Картина войн России с Турцией в царствование императрицы Екатерины II и императора Александра I - СПб , 1829
Д. П. Бутурлин Картина осеннего похода 1813 в Германии - СПб ,1830
Н.Г. Устляров «Русская история» гл. 1 «Александр I»
17
основе в 1830-1840-х гг. создал цикл трудов о войнах России 1805-1815 гг.:
«Описание похода во Францию в 1814 г.», «Описание Отечественной войны 1812
г.», «Описание войны 1813 г.», «Описание Финляндской войны на сухом пути и
на море в 1808 и 1809 гг.», «Описание турецкой войны в царствование
императора Александра с 1806-го до 1812 г.», «Описание первой войны
императора Александра с Наполеоном в 1805 году», «Описание второй войны
императора Александра с Наполеоном в 1806 и 1807 гг.» и др.
Александр I, по словам историка, - «лучезарное светило, которое все грело и
оживляло», а 1812 год – это «бессмертный памятник» царю, «гимн во славу
его»15. Наполеон у историка - злодей, демон зла, «Аттила новейших времен»16,
последыш Чингисхана и Тамерлана, безнадежно проигрывающий в сравнении с
Александром I. Именно личные, качества Наполеона, а не международные
катаклизмы вроде континентальной блокады породили Войну 1812 г.: «В самом
Наполеоне, в алчности его к завоеваниям должно искать причины к войне с
Россией».
Новизна характера работ А.И. Михайловского-Данилевского выражается в
том, что он пытается создать комплекс взаимосвязанных работ по тематике
«Войны Александра I», где контекстуализируются «малые» войны первой
четверти XIX века (к примеру, русско-шведскую, русско-турецкую), и вписать их
в общую ткань Наполеоновской эпохи. Среди достоинств работ историка является
большая источниковедческая база, включающая документы специально для него
открытых архивов.
При анализировании мной работы «Описание Финляндской войны на сухом
пути и на море в 1808 и 1809 гг.» сложилось впечатление, что историк
оправдывается за Александра I. Будучи военным писателем и приближенным
Александра I, он выполнил его просьбу «описать русско-шведскую войну 18081809 гг. для памяти потомков, стараясь при этом представить ее во всех
подробностях как в отношении военном, так и в дипломатическом». Намечая
Михайловский-Данилевский А И Описание Отечественной войны 1812 г Т 1 -СПб, 1839 -С XIII, он же Описание Отечественной войны 1812 г
Т4 - СПб 1839 - С 340
16
Бутурлин ДП Картина войн России с Турцией в царствование императрицы Екатерины II и императора Александра I - СПб , 1829
15
18
самые общие контуры дипломатической предыстории войны, автор говорит, что
император был вынужден вступить в войну и вследствие присоединить
Финляндию. Русско-шведская война 1808-1809 гг. нужна была для сохранения
России своих позиций на Балтийском море и, следовательно, Александр I был
вынужден занять Финляндию, для сохранения безопасности своих границ.
Значимость работы А.И. Михайловского -Данилевского о русско-шведской
войне состоит в том, что в качестве ее источников автор использовал не только
воспоминания ее очевидцев, но и официальные документы, прежде всего
донесения политических и военных деятелей. К существенным минусам работы
относится то, что автор рассматривает только боевые действия войны, и не
затрагивает причины появления конфликта.
Во второй четверти XIX века уже было общепризнано, что война есть
продолжение политики. Поэтому Михайловский -Данилевский в своих работах
подробно рассмотрел внешнеполитические связи России в 1807-1812 гг. и пришел
к выводу, что война 1812 г. была следствием противоречий между Россией и
Францией. Основную свою задачу он видел в оправдании политики Александра I,
в частности, в заключении им Тильзитского мира. А.И. МихайловскийДанилевский понимал всю сложность поставленной задачи, но решил показать
связь всех политических событий и тем самым подвести к выводу, что
«Отечественная война была борьбой всей империи Российской с Европой». Решая
вопрос о движущих силах войны, А.И. Михайловский-Данилевский исходил из
того, что история вообще, и военная в частности, представляют собой результат
действия лиц, стоящих во главе государств, и пытался «изобразить в главных
широких очерках свойства исполинской войны Александра с Наполеоном»17.
Из проанализированных мной произведений автора видно, что он не
должного внимания анализу вопросов стратегии и тактики Отечественной войны
1812г. Главным для него являются факты, причем он писал в соответствии с
требованиями царя и правящих кругов. Сам ход войны 1812 года выглядит под
пером А.И.Михайловского -Данилевского как «эпопея, можно сказать, сплошных
17
Цит. по: Бескровный Л.Г. Очерки военной историографии России - M., 1962.-С 130
19
подвигов русских генералов и русской армии», в чем еще дореволюционные
критики этого историка резонно усмотрели верх «национально-патриотического
усердия».
Следует отметить, что именно А.И. Михайловский-Данилевский ввел в
историографию войны 1812 года термин «Отечественная», который отныне стал
общепринятым.
Кампанию 1814 г. А.И. Михайловский-Данилевский рассматривал как
продолжение освободительного похода 1813 г.: «Наше отечество ожило новою,
свежею, мощною жизнью; император Александр, единодушно признанный
современниками освободителем Европы, был со своими победоносными
войсками на берегах Рейна... Для прочного утверждения всемирного спокойствия
оставалось только положить на будущее время непреоборимые препоны
властолюбию Наполеона, и для того надлежало вступить в пределы Франции». Из
данного отрывка видно, что автор говорит только об установлении равновесия в
мире.
Рассматривая поход 1814 г., А.И. Михайловский-Данилевский ставил перед
собой две задачи: показать влияние монарха на политические и военные действия
и оценить действия русских войск. Кроме того, он стремился опровергнуть
выводы западноевропейской военно-исторической литературы о значении войны
1814-1815 гг. « Французы, - писал он, - представили поход 1814-го года в
привравшем виде... Они успели уверить современников, что поход 1814-го года
был непрерывною цепью ошибок со стороны союзников, торжеством военного
искусства Наполеона, венцом храбрости французов и что только слепому случаю
обязаны мы счастливым окончанием войны. Побежденным не противоречили, и
мнение их сделалось общим. Немцы также не забыли себя... Русские до сих пор
молчали »18. Историк утверждает, что в этой компании нее было единых
политических целей между союзниками, что в следствие и привело к ошибкам
допущенных в ходе войны. И именно твердость и непоколебимость Александра I,
по мнению А.И. Михайловский - Данилевский, привели русскую армию к победе.
18
В. П. Алексеев Отечественная война в русской исторической литературе // Отечественная война и русское общество -Т VII -М , 1912 -С 304
20
Генерал-лейтенанту
Модесту
Ивановичу
Богдановичу
(1805-1882)
принадлежит авторство большого числа военно-исторических трудов. Наиболее
известна написанная им по высочайшему повелению трехтомная «История
Отечественной войны 1812 г. по достоверным источникам», явившаяся высшим
достижением русской историографии Отечественной войны 1812 г., которая и
поныне остается самой подробной историей этой войны.
Эта книга интересна для моего исследования тем, что исследование
историка закрепило официальные каноны в трактовке событий 1812 года, в
частности такие, как что главная причина войны выражалась личным конфликтом
между императорами Наполеоном I и Александром I и оценка российского
императора как «главного руководителя Отечественной войны». Народ являлся
инструментом исполнения воли царя. Народ являлся толпой, и только дворянство
могло в критические моменты истории объединить все сословия вокруг трона.
Вдохновил Александра I и Кутузова и русский народ на победу «всевышний
промысел». Таким образом, в решении вопроса о роли Александра I и Кутузова
М.И. Богданович повторил положения А.И. Михайловского- Данилевского.
По мнению М.И. Богдановича, М.И. Кутузов был довольно посредственным
исполнителем воли Александра Павловича, человеком без инициативным и
нерешительным. Из работ М.И. Богдановича видно, что он преуменьшает роль
Кутузова и отрицательно относится к его сравнению с Наполеоном, а причинами
поражения французской армии называет стихийные факторы: голод, холод и
пространство, не замечая, что эта версия принижает не только Кутузова, но и
Александра 1, которого ему так хотелось приподнять.
Следует отметить, что по ряду вопросов М.И. Богданович пошел глубже
своих предшественников. Так, он осветил военно - экономическую подготовку
России к войне 1812 г. «настолько подробно, что никто из последующих как
дореволюционных, так и советских историков, вплоть до Л.Г. Бескровного, не мог
сказать об этом больше»19. Главное же, М.И. Богданович обогатил свое
19
Л. Г. Бескровный Очерки военной историографии России - М , 1962 - С 192-193
21
исследование элементами научной критики, опираясь на колоссальный научный
аппарат почти из 2 тыс. источников - русских и зарубежных.
В 1869-1871 годах в шести томах была издана его работа «История
царствования императора Александра I и Кутузова и России его времени». Книга
разделена на две части: первая, I—IV том, охватывает события 1801-1815 гг.;
вторая - V и VI тома - содержит период после 1815 г. до кончины Александра I и
Кутузова в 1825 г. Данное исследование было написано на основе комплекса
документальных материалов.
Из проведенного мной анализа данного произведения видно, что он
характеризует начало внешней политики Александра 1 и Кутузова
как
благоразумную и умеренную политику, так как российский император не желал,
вмешиваться во внутренние дела других государств. Только агрессия Наполеона
заставила Александра Павловича и М.И. Кутузова пойти на союзы с разными
государствами.
М.И. Богданович предлагает следующую периодизацию царствования
Александра I:
1) 1801-1805 гг. - период административных преобразований;
2) 1805-1812 гг. - период участия в войнах за пределами империи;
3) 1812-1815 гг. - Отечественная война и ее последствия;
4)
1815-1825 гг. - период конгрессов и охранения установленного ими
порядка в Европе.
Тильзитский мир историк оценивает как невыгодный для России, но
явившийся важным для накопления сил российской армии для дальнейшего
военного противостояния с Наполеоном. Но Александр Павлович не смотря на
невыгодный Тильзитский мир и ущемление российской торговли, все равно
избегал ухудшений отношений с французским императором. Так же можно
говорить и о личном противостоянии двух этих правителей.
Присоединение Финляндии к России автор считает закономерным и
естественным событием в силу ее географического положения и выгоды для
22
России.
Континентальная
система
охарактеризована
как
«чудовищное
произведение наполеонова самовластья».
Автор положительно относится к заграничным походам Александра I,
считая их необходимыми для предупреждения будущего вероятного нападения
Наполеона. Более того, он пишет, что «война 1813 года была необходима» ; «виды
Александра I и Кутузова на Венском конгрессе были столь же великодушны,
сколь и справедливы: он желал в своих владениях свободные учреждения, тесно
связанные с успехами цивилизации, и сделать территориальные приобретения,
которые отчасти вознаградили бы Россию за ее пожертвования и потери»20.
Историк убежден, что Александр I создавал Священный союз из благих
побуждений,
из
«благонамеренной,
хотя
мистической
и
несколько
сентиментальной цели». По крайней мере, в момент своего создания Священный
союз не имел никакой практической цели. И только влияние Меттерниха на
Александра I и Кутузова исказило действия этой организации, и Священный
союз стал «противным всякому прогрессу».
Так же М.И. Богдановичу принадлежит авторство таких фундаментальных
исследований, как «История войны 1813 года за независимость Германии» и
«История войны 1814 года во Франции и низложение Наполеона I».
В конце XIX века к изучению царствования Александра Павловича
приступил Николай Карлович Шильдер (1842-1902). Он начал заниматься
историей с конца 1870-х годов, благодаря связям при дворе имел доступ во все
основные, в том числе секретные, государственные архивы. Основной сферой
научных интересов Н.К. Шильдера являлась военная и политическая история
России конца XVIII -первой половины XIX вв. Его работы имели большое
научное значение уже потому, что всегда основывались на новых материалах или
представляли документы, до тех пор неизвестные или мало кому доступные. Н.К.
Шильдер считал деятельность императоров важнейшим фактором, определявшим
судьбу народов.
М.И. Богданович История Отечественной войны 1812 года по достоверным источникам - ТЗ - СПб, 1860
20
23
Популярным имя Н.К. Шильдера стало после выхода в свет многотомного
биографического исследования
«Император
Александр 1: Его жизнь и
царствование», вышедшего в 4-х томах в 1897-1898 гг. и повторно в 1904-1905 гг.
Главными его достоинствами являлись искусный психологический анализ,
тщательная и тонкая критика пособий и источников, обилие новых материалов. В
частности, историк ввел в научный оборот многие важные документы,
раскрывавшие политику российского правительства накануне 1812 года, в ходе
войны 1812-1814 гг., во время Венского конгресса и др. В приложениях к томам
«Императора Александра I» содержатся протоколы донесений иностранных
дипломатов и агентов о действиях императора Александра I, дипломатическая
переписка императора, письма к Александру I, задокументированные разговоры
монарха, собственноручные записки императора, переписка других исторических
лиц изучаемой эпохи, ряд указов и многое другое.
Исследование Н.К. Шильдера углубляло историческое понимание и
открывало доступ новым взглядам. Оно до сих пор является наиболее полным
сводом фактических данных об императоре Александре I и его царствовании.
Историк оценивал государственную деятельность Александра I и Кутузова
отрицательно и противопоставлял космополитический характер его политики
национальной политике Николая I. Н.К. Шильдер считал у Александра Павловича
не только виновником восстания декабристов, но и основной причиной
поражения в Крымской войне. По его мнению, Александр I не был приспособлен
к нуждам России и не мог решать задачи, которые должен был решать император.
Н.К.
Шильдер
предлагает
следующую
периодизацию
царствования
Александра 1:
1)
1801-1810 гг. - эпоха преобразований, также называемая историком
«эпохой колебаний»;
2) 1810-1815 гг. - годы борьбы с Наполеоном;
3) 1816-1825 гг. - «период реакции».
Императора Александра I и М.И. Кутузова Н.К. Шильдер описывает как
«обладающего свойством нередко колебаться в одно и то же время между двумя
24
совершенно различными настроениями, без всякой последовательности в
избранном им раз направлении»21. Государь, описывается автором как,
мечтательной и оторванной от жизни личностью. Александр 1 является
либеральным и гуманным правителем, но неконституционным.
В своей работе Н.К. Шильдер говорит об особой расположенности
Александра I и М.И. Кутузова к Польше, чем, по мнению историка, объясняется
последующее восстановление польских земель в рамках Российской империи:
«Будучи еще великим князем, Александр, оплакивал падение Польши и, как
государь, продолжал мечтать об ее восстановлении. Дело это составляло заветное
намерение императора Александра, его любимую мысль ; он признавал своей
обязанностью
и
призванием
свыше
исправление
якобы
исторической
несправедливости, совершенной Екатериной II»22.
В своем исследовании историк пишет что правление российского
императора являлось цикличным, и один цикл эволюции его идей по мнению
Н.К. Шильдера, составлял 5 лет.
Для подтверждения своего мнения Н.К. Шильдер приводит в пример
эволюцию внешнеполитического курса Александра I и Кутузова и его отношения
к Наполеону. Так, вступив на престол в 1801 г., Александр I испытывает
симпатию к первому консулу - Бонапарту; когда последний сделался
пожизненным консулом, Наполеон в глазах Александра I и Кутузова становится
тираном. Эти неприязненные чувства в Александре 1 растут с каждым годом и
превращают его в ожесточенного врага «деспота и завоевателя» Наполеона.
Обусловленная этими чувствами политика получает развитие в действиях
вдохновляемой им коалиции 1805 года.
После Аустерлицкого разгрома истекает первое пятилетие царствования
Александра I и
Кутузова, и происходят перемены в его воззрениях.
Фридландское поражение 1807 года дает новое направление русской политике
приводит
к
решительному
перелому
в
образе
H .К. Шильдер Император Александр Первый, ею жизнь и царствование -T2 -СПб, 1904 -С 198
H. К. Шильдер Император Александр Первый, ею жизнь и царствование -T2 -СПб, 1904 -С 198
21
22
мыслей
Александра
I.
25
Подписывается Тильзитское соглашение, и Наполеон делается единственным
другом и союзником русского императора. Но в 1809 году сочувствие Александра
I и
Кутузова к Наполеону оказывается уже сильно поколебленным, дружба
принимает сомнительный характер. С 1810 года, по словам Н.К. Шильдера,
отношения между тильзитскими союзниками окончательно распадаются. В 1812
году разыгрывается война, прекратившаяся только в 1815 г. окончательным
низложением французского императора.
Венский конгресс создает новую политическую обстановку. Александр I
придумывает Священный союз, и Россия благодаря своим победам становится во
главе реакции в Европе. Однако идеалы гуманности и свободомыслия, с точки
зрения историка, все же не меркнут у Александра до 1820 года. Со времени же
Троппауского конгресса Александр I превращается в безусловного и страстного
поборника самых крайних консервативных принципов легитимизма.
Такова
общая
концепция
Н.К.
Шильдера
относительно
эволюции
внешнеполитических взглядов императора Александра I. В то же время стоит
отметить, что историк не шел по пути прямолинейного восхваления царствующей
особы. Защищая монархию, историк считал нужным упомянуть и о «печальных
явлениях» в ее истории.
В конце 1870-х годов появляются первые труды историка-медиевиста
Василий
Карлович
Надлер
(1840-1894).
Главным
его
трудом
явилось
фундаментальное 5-томное сочинение «Император Александр I и идея
Священного союза», где была представлена российско - европейской истории
1812-1815 гг.. Эта работа была издана в 1886-1892 гг. практически одновременно
в Харькове и Риге. Монография В.К. Надлера является самым обширным трудом,
которая посвящена проблеме Священного союза. Историк дает высокую оценку
личности Александра I, которого он именует «благороднейшим и глубоко
религиозным Монархом», основная черта убеждений которого - «идеальные
космополитические стремления». В.К. Надлер в своем труде самое главное
значение отводил Промыслу Божию. Историк пришел к выводу, что идея
Священного союза была единственной до начала XIX века «серьезной и
26
искренней попыткой организовать международные отношения на чистых началах
христианской нравственности». Правда, такая попытка Александра I и Кутузова
вызвала «лишь всеобщее противодействие и глумление и прошла почти бесследно
для человечества». На «печальную историю этой попытки» и обращал внимание
В.К. Надлер в своем труде. Более того, по мнению историка, Священный союз
можно интерпретировать как практическое проявление нравственной эволюции
Александра I.
По мнению В.К. Надлера, с 1812-го года российский император вел войну
против Наполеона уже «лишь для того, чтобы навеки положить конец войне,
чтобы основать на земле царство любви, братства и мирного служения единому
Богу». Таким образом, борьба с Наполеоном с этого времени стала для
Александра I и
Кутузова «святой борьбой за восстановление божественной
правды», более того - «за освобождение мира»23.
Очевидно, что такое провиденциалиское понимание В.К. Надлером главных
причин победы русских в Отечественной войне 1812 г. (он писал: «Помощь
Всемогущего спасла их (народ и царя - Т.М.) вопреки всем громадным
преимуществам противника, вопреки их собственной розни, их временному
ослеплению и малодушию»24) и значения Священного союза не могло быть
принято представителями исторической науки и публицистами того времени. Тем
не менее фундаментальное исследование В.К. Надлера не лишено достоинств;
среди них, появление идеи о связи образования Священного союза с общей
обстановкой в Европе и личными настроениями Александра I.
Значительный вклад в изучение эпохи Александра 1 внес великий князь
Николай Михайлович (1859-1919).
Несмотря на титулованность и близость к императорской семье, Николай
Михайлович
в
своих
исследованиях
объективно
оценивал
деятельность
российского императора и указывал на его ошибки. Николаю Михайловичу
В. К. Надлер Император Александр I и идея Священного союза -T 3 - Рига, 1887
В. К. Надлер Император Александр I и идея Священного союза -T 3 - Рига, 1887
23
24
27
принадлежит много статей и монографий. Великий князь отдавал предпочтение
биографическому жанру.
Наиболее фундаментальным трудом Николая Михайловича является
исследование «Император Александр I. Опыт исторического исследования»
(СПб., 1912), которая является интересной для моего исследованию.
И эта главная монография великого князя, и другие работы восполнили
весьма существенный пробел в изучении истории России первой четверти XIX
века. Первой из них была сравнительно небольшая книга «Князья Долгорукие сподвижники императора Александра I и Кутузова в первые годы его
царствования» (1901).
В 1905-1914 гг. выходит в свет подготовленный Николаем Михайловичем
семитомный
труд: «Дипломатические сношения
России и
Франции по
донесениям послов императоров Александра и Наполеона, 1808-1812», именно
этот
труд
позволил
посмотреть
закулисную
жизнь
событий,
которые
предшествовали войне 1812г.
Автор так характеризовал героя своего труда: « В эти первые годы сказалась
уже основная черта характера Александра I, а именно: блеснуть лучезарной
идеей, быть вдохновителем этой идеи, но всю тяжесть работы переносить на
других, внимательно прислушиваясь к общественному мнению, но ни на минуту
не подавая даже вида, что в глубине души его симпатии уже ослабевают к
предпринятому делу »25.
Николай Михайлович предложил следующую периодизацию царствования
императора Александра I. Он выделил пять периодов, каждому из которых дал
характеристику:
1) 1801-1807 гг. - « эпоха колебаний ». Самый неопределенный период из
всего царствования, начавшийся «с проблесков какого-то возрождения», а
закончившийся «погромом русского оружия»: «Показались новые силы в лице
юных и неопытных новаторов, были привлечены некоторые почтенные деятели
25
Историографии истории России до 1917 г В 2 т / Под ред М Ю Лачаевой - М , 2003 - Т 2
28
века Екатерины... В мире военном не сумели оценить Кутузова и Багратиона, а
привлекали или бездарностей, или неопытных новаторов» .
2) 1807-1812 гг. - время «союза с Наполеоном», который носил
унизительный для Александра I и
Кутузова характер. Ключевой для
характеристики этого периода Николай Михайлович считал фразу Александра I:
« Мне пришлось проводить свои дни с Бонапартом ».
Позитивное содержание данного периода Николай Михайлович видел в
присоединении Финляндии к России. Он полагал, что этим Александр I завершил
дело, достойное Петра I. К числу конструктивных моментов автор отнес начало в
1810-1812 гг. реальной подготовки к войне с Наполеоном, предпринятой,
благодаря усилиям Аракчеева и Барклая де Толли.
3) 1812-1815 гг. - период « великой борьбы с Наполеоном ». В рамках
данного этапа Николай Михайлович отдельно рассматривал войну 1812 г., во
время которой Александр I осознал «народную мощь, всегда существовавшую на
Руси; и сплотился с ней». Однако если 1812 год и его воздействие на Александра I
и Кутузова великий князь оценивал положительно, то влияние заграничных
походов по своим последствиям на историю России и личность Александра I и
Кутузова историк причислял к негативным фактам .
4) 1816-1822 гг. - « эпоха конгрессов, мистицизм, военные поселения ». Все
эти явления имели больше минусов, чем плюсов для России и ее императора.
5) 1822-1825 гг. - « эпоха общего разочарования ». Она нашла свое наиболее
яркое и одновременно болезненное для общества выражение в выступлении
декабристов.
Историк выделил для Александра I и Кутузова в русской истории не самое
высокое значение, называвшего императора «Агамемноном среди царей,
пастырем народов». «Для России «Александр не был великим, хоть его
царствование дало многое, - писал Николай Михайлович, - но ему не хватало
знания ни русского человека, ни русского народа. <...> Его облик стал как бы
необходимым дополнением образа Наполеона, до того эти два человека-антипода
умели, каждый на свой лад, обворожить и подчинить своей воле окружавших их
29
людей. <...> Что же касается Александра, то гениальность Наполеона отразилась,
как на воде, на нем и придала ему то значение, которого он не имел бы, не будь
этого отражения; может быть, это парадокс, но мы его допускаем»26.
Историк считал ошибками, имевшими серьезные негативные последствия,
заграничные
походы,
заглушившие
чувство
патриотизма,
заключение
Священного союза. По мнению автора заграничные походы российский
император использовал для закрепления своей славы в Европе.
В другой главе книги историк пишет, что идея Александра I и Кутузова
окончательно сокрушить Наполеона после его поражения в 1812 году была
невыгодна России в долгосрочной перспективе: «Нам кажется, что они (Кутузов,
Ростопчин и Шишков - Т.М.) были правы, и с точки зрения интересов России
казалось выгоднее не вмешиваться в дела Европы. Будущее показало весьма
скоро, что такое мнение имело свои основания, и что России последующие войны
принесли мало пользы, а скорее даже вред»27.
Середина 1820-х-середина 1870-х гг. - время господства охранительной
историографии политики Александра I. Однако уже с 1870-х годов она стала
сосуществовать с зародившейся либеральной историографией, что будет
рассмотрено далее в работе. Консервативные историки заложили основы
изучения темы политики Александра Павловича. Охранительная историография
просуществовала до революции, тем не менее, каких-либо значительных трудов
по интересующей меня теме после 1890-х гг. создано не было.
До1870-х гг. научным изучением политики Александра I и Кутузова
традиционно занимались генералы и офицеры российской армии.
Таким образом, видно, что в данный период времени политика Александра
1 и Кутузова не могла быть раскрыта полностью, так как авторы, которые
интересовались данной проблемой, не имели возможности более объективно и
широко оценивать такие направления европейской деятельности императора, как
26
27
Николай Михайлович (Великий князь). Император Александр 1.-М.. 1999.-С.260.
Николай Михайлович (Великий князь) Император Александр I - М , 1999 - С 110
30
образование и деятельность Священного Союза, подавление революций в Европе,
отношение к греческому восстанию и т.д.
Проблема эта была связана с тем, что во – первых, на данном этапе
происходила идеализация самой личности Александра Павловича, а во- вторых,
большинство работ по моей проблеме были заказными именно со двора и должны
были соответствовать императорским регламентам.
Но, не смотря на это труды, посвященные европейскому направлению
политической деятельности Александра 1 и Кутузова имели колоссальное
значение для рассмотрения данной проблематики в будущем, так как именно
творцы данного периода имели близкие отношения с правительственными
кругами, а так же получали доступ к архивам и закрытым материалам.
Можно констатировать, что консервативный период в историографии
политики Александра I и Кутузова - это в целом период накопления материала,
первые представители которого стремились, прежде всего, и
не без успеха,
описать ход военных кампаний императора.
ПОЛИТИКА
1.2.
АЛЕКСАНДРА
I
И
КУТУЗОВА
В
КОНТЕКСТЕ ЛИБЕРАЛЬНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
На рубеже 1850-1860-х гг. историческая наука испытала на себе сильное
воздействие
менявшейся социально-политической
обстановки. Наступление
эпохи гласности и реформ обернулось весьма продуктивными явлениями в еѐ
развитии.
Вторая
половина
XIX
века
была
временем
быстрого
роста
политического сознания русского общества. Это сопровождалось острой идейной
борьбой, связанной с наличием социальных противоречий и
отсталой
государственной формой правления в России. Внешнеполитическая ситуация в
России 1870-90-х гг.
характеризовалась напряженностью, что давало, даются
историкам богатую пищу для размышлений и привело к борьбе идейнополитических группировок, по- разному оценивавших ранее существовавший
31
внешнеполитический
курс
правительства.
Следует
учитывать,
что
внешнеполитическое мышление этого времени формировалось в условиях, когда
Россия, хотя и оставалась великой державой,
не играла
былой роли в
международных делах. Берлинский конгресс 1878 г. показал, что Петербург не
мог даже
реализовать в своих
интересах одержанную над Турцией победу.
Политический кризис рубежа 1870-80-х
катализатором развития российского
гг. явился
дополнительным
либерализма. Следствием явилось
формирование в 1870-е гг., помимо официального, либерального направления в
отечественной
историографии, которое не отличалось однородностью: в нем
соседствовали умеренное и левое течения.
Александр Николаевич Попов (1821-1877), является автором работ
посвященным
отдельным
аспектам
войны
1812года,
а
также
труда
о
дипломатической истории этого периода, изданного после смерти автора . А.Н.
Попов постарался объективно оценить личность и
деятельность императора
Александра I.
В своем исследовании «Отечественная война 1812 г.
Историческое
исследование. Сношения России с иностранными державами перед войной 1812
г.» о причинах войны А.Н. Попов судил критично. Историк считает причинами
войны не личный конфликт между императорами, а экономические противоречия,
в основе которых лежало соперничество между Россией и Францией.
Следовательно, он вышел в своих исследованиях за пределы личностного
конфликта, но оставался в рамках патриотического направления: Франция у него очаг международного разбоя, а Россия - оплот мира, она «свято соблюдала»
Тильзитский договор и т.д.
Большой вклад в изучении моей темы внесли труды Сергея Михайловича
Соловьева (1820-1879).
Книга С.М. Соловьева «Император Александр I. Политика, дипломатия»
(СПб., 1877), стала
первой работой в отечественной исторической науке,
посвященной аспектам дипломатической борьбы России в первой половине XIX
столетия; она является первым монографическим исследованием в отечественной
32
историографии о внутренней и внешней политике этого монарха. Это
исследование отличается широким охватом событий, ареной которых была вся
Европа. Главными действующими лицами в этих событиях выступают Александр
I, Наполеон, монархи Австрии,
Пруссии, главы правительств европейских
государств, министры иностранных дел - Меттерних, Талейран, Нессельроде,
Каподистрия, послы европейских держав, которым С.М. Соловьев давал яркие и
запоминающиеся характеристики. Автор стремился дать целостную картину
событий и поэтому он описывал не только планы России, но и других
европейских стран: Франции, Англии, Австрии, Пруссии и др. Рассказывая о
конкретном историческом событии, ученый всегда выдвигает несколько точек
зрения: как точку зрения российскую (а когда это целесообразно - отдельно
Александра I, дипломатов, военачальников, министров, так как далеко не всегда
их взгляды совпадали), так и других европейских держав. В монографии впервые
подробно рассмотрены перипетии дипломатической борьбы России и Франции,
тщательно проанализирована история
конгрессов. Работа С.М.
Соловьева
отличается обилием использованных источников.
В обычной для С.М.
Соловьева манере содержание монографии
«Император Александр I. Политика, дипломатия» было первоначально освещено
в серии журнальных статей в «Русском вестнике» и «Вестнике Европы». Труд
историка имеет строгую структуру и делится на две части: «Эпоха коалиций» и
«Эпоха конгрессов». Первая из них посвящалась периоду борьбы европейских
держав с Наполеоном, вторая - времени деятельности Лондона Священного
союза.
С.М. Соловьев дает высокую оценку деятельности Александра, именуя его
«Агамемноном среди царей, пастырем народов». По словам историка, «Россия
имеет право гордиться... деятельностью
своего государя и
видит в ней
деятельность свою, народную.
<...> Народ,
чуждый завоевательных
стремлений по
природе и по
отсутствию побуждений искать чужого хлеба; страна, по своей чрезвычайной
33
обширности
довлеющая сама себе, - не могли явиться с завоевательными
стремлениями; они высказались в защиту народов от насилий сильного»28.
1814 год правления Александра I и Кутузова С.М. Соловьев делил на две
половины: «в а первой - на первом плане борьба с Наполеоном; во второй установление внешних и
внутренних отношений у европейских народов
посредством общих советов между их правительствами, или конгрессов». Эти
два периода автор назвал, соответственно, эпохой коалиций и эпохой конгрессов.
Автор считал, что у императора имелась своя неизменная основа по поводу
внешнеполитической деятельности России.
Так, он отмечает, что, несмотря на разницу двух выделенных им периодов
царствования Александра I, « это различие, вызванное переменой в характере
событий, нисколько не нарушает цельной духовной природы Александра I и
Кутузова и ее проявлений. В первых действиях и словах молодого государя уже
можно было заметить основы той политики, которой он оставался верен до
конца, и которая дала ему его историческое значение. Эти основы заключались
в свободе и широте взгляда, его многосторонности, которые дают способность
признавать право на бытие за многоразличными явлениями и интересами и
отношениями и чрез это дают силу стремиться к их согласованию »29.Отмечая,
что «духовный
организм Александра I и
Кутузова сложился под влиянием
страшной политической бури, страшной борьбы между старым и новым, между
разрушением и охранением », Соловьев считал, что император выработал особую
систему и придерживался ее в своих действиях. Основанием системы молодого
русского государя являлось « спокойное, равноправное соглашение правительств
касательно установления внешних отношений между народами, спокойное и
свободное, независимое установление внутренних отношений в каждом народе»30.
По мнению историка, « в характере Александра не было
ничего
загадочного », так как очевидно, что все свое царствование император
придерживался единственного направления — примирительного.
С.М. Соловьев Император Александр I Политика, дипломатия - М , 2003 - С 636-637
С.М. Соловьев Император Александр I Политика, дипломатия - М , 2003 - С 632
С.М. Соловьев Император Александр I Политика, дипломатия - M , 2003 -С 635-636
28
29
30
34
Оценка С.М. Соловьевым внешнеполитической деятельности Александра I
и М. И. Кутузова и правительства не только
сложна, но и противоречива.
Главным историк считал установление равновесия в Европе, прекращение
диктатуры
Наполеона,
но
у
него
полностью
отсутствует
социальная
характеристика пять описываемых явлений. Так, он многократно называет
пореволюционную Францию «новой», противопоставляя ее «старой», но нигде не
пишет о
господстве в «новой» Франции
буржуазии, как не видит он этого
господства и в Англии.
Политика России в первой половине царствования Александра I и М.И.
Кутузова имела примирительный характер, но она не смогла достичь своей цели
лишь из-за упорства
Наполеона. Соображения
установления политического
равновесия в Европе диктовали, с точки зрения автора, и политику России в
восточном вопросе. Не добиваясь территориальных преобразований за счет
Турции, Россия стремилась лишь к оздоровлению политической атмосферы в
Европе посредством разрешения многовекового «восточного» вопроса. Политика
Александра Павловича оставалась на протяжении всего правления неизменной и
только некоторые изменения произошли, по мнению историка, лишь в период
деятельности Священного союза, в годы его борьбы с революциями в Испании и
Италии, в которой вынужден был принять участие и Александр I. Делал он это
под влиянием идеолога и вдохновителя реакционных сил в х Европе Меттерниха.
С.М. Соловьев осуждал Александра 1 и М.И. Кутузова за дружественное
отношение к наполеону и заключению им в 1807 году Тильзитского
мира.
Характерно, что историк не только отмечал политический и моральный ущерб
России, причиненный тильзитской системой, но и пытался определить
экономические потери, понесенные Россией, в частности, е заострял внимание
на убытках российской торговли.
По мнению С.М. Соловьева, русский
император не изменил своего отношение к Наполеону и после большого
количества пролитой крови, а так же, по мнению автора, Александр Павлович
стремился установить крепкие отношения с Францией после победы в 1812 году.
35
Священный союз Соловьевым трактовался следующим образом: «Оба эти
лица (Александр I и австрийский канцлер Меттерних - Т.М.) поставлены были
греческим восстанием в самое затруднительное положение. Только что было
провозглашено, что восстание подданных против правительств непозволительно,
что союз правительств должен вмешиваться в таких
революционное движение. Император Александр I
случаях и уничтожать
спасал свое либеральное
направление, стремясь в Священном союзе создать
правительство, которому
общее европейское
должно было принадлежать право устранять
столкновения между частными правительствами и их подданными, утверждая
всюду
начала
религии,
нравственности
и
правосудия,
вследствие
чего
вооруженное восстание подданных являлось самоуправством и не могло быть
терпимо по отношению к союзу; но это стремление русского императора не
было достаточно уяснено и признано»31.
В своей
монографии С.М. Соловьев
отчетливо демонстрирует
отрицательное отношение к революции.
На мой взгляд, идеализация С.М. Соловьевым Александра I и Кутузова
заключалась в том, что если Россия не желала территориальных приращений, не
выдвигала их в качестве самоцели в своей политике, то решающее которую
значение в ней приобретали отнюдь не бескорыстные факторы - политические
притязания. Так историк признавал существование в мире чисто политических
интересов,
которыми
руководствовались
в
предводители
современных
государств, но в то же время продолжал считать политику Александра I и
Кутузова
неизменно справедливой, не
обусловленной «корыстными»
интересами.
В своей работе С.М. Соловьев выдвигает отдельный вопрос об окружении
Александра Павловича и М.И. Кутузова, и дает яркие характеристики, таким
личностям, как
Нессельрод, Каподистрии, Меттерних, Талейран, послам
европейских держав.
Александра I и
По мнению С.М.Соловьева, первые годы царствования
Кутузова - это время
С.М. Соловьев Учебная книга русской истории Учеб. дорев России истории
31
борьбы за
влияние на императора
36
Воронцовых и Паниных, как сторонников союза России с Англией, Австрией и
Францией, Пруссией соответственно.
В «Общедоступных чтениях о русской истории» (1874) С.М. Соловьев
пишет, что именно Наполеон поспешил заключить Тильзитский мир с
Александром I, а не наоборот, так как «в двух битвах, при Пултуске и ПрейсишЭйлау, они (русские - Т.М.) дали ему (Наполеону - Т.М.) такой отпор, какого он
х прежде никогда не встречал, и когда в третьем сражении, при Фридланде, ему
удалось взять
верх, той он поспешил заключить мир с
императором
Александром».
Владимире Иванович Харкевич (1856-1906) - с 1904 г. генерал-лейтенант, в
1905 г. начальник штаба главнокомандующего вооруженными силами
на
Дальнем ь Востоке - автор ряда работ по истории Отечественной войны 1812 года
В.И. Харкевич й уделял своѐ внимание именно боевым действия Отечественной
войны 1812г . Но ему было присуще и стремление вскрыть политические корни
событий.
Он, например, ближе, чем кто-либо из
его предшественников, я
подошел к научному объяснению причин войны 1812 года: «И Россия, и Франция
преследовали (после Тильзита - Т.М.) завоевательные цели, причем обе стороны
таили в себе и задние мысли, и взаимное недоверие».
В.И. Харкевич объективно оценивал роль личности и именно М.И. Кутузов
занимает первый план, но не идеализируется.
Характерны лекции конца ХIХ-начала XX вв., которые я проанализировала
на примере «Курса русской истории» (первые 4 тома которого вышли в 19041910 гг., а 5-й - только после смерти историка) Василия Осиповича Ключевского
(1841-1911) и «Лекций по русской истории» (1899) Сергея
Федоровича
Платонова (1860-1933). Взгляды этих историков на Александра I и я Кутузова
совершенно различны. Так, известен афоризм В.О.Ключевского об императоре
Александре I: «свободомыслящий абсолютист и благожелательный а неврастеник.
Легче притворяться великим, чем быть им». В «Курсе русской истории» он дал
следующую характеристику императору: «Император Александр I сам по себе, не
по общественному положению, по своему природному качеству был человек
37
средней величины, не выше и не ниже общего уровня. Он был человек более
восприимчивый, чем деятельный, и потому воспринимал впечатления времени с
наименьшим преломлением». Однако в черновых о тетрадях В.О. Ключевского
дал более резкую, остро-ироническую
характеристику Александра как
императора, стремившегося всем понравиться, оторванного от реальности,
слабого, колеблющегося правителя. Гораздо более благожелательно к Александру
I относился С.Ф. Платонов, называвший е его «жертвой того великого перелома,
который произошел в духовной жизни человечества на рубеже XVIII и XIX
столетий»32.
Политика Александра I и Кутузова в работах В.О. Ключевского и
С.Ф.Платонова рассмотрена по-разному. В.О. Ключевский очень поверхностно
рассматривает внешнюю политику Александра I, то С.Ф. Платонова наоборот
отличается более детальным анализом. Так,
Ключевский лишь в нескольких
словах говорит об участии России в двух коалициях против Франции .
Платонов же, напротив дает более подробное описание е событий 18051807 гг. и проводит ту же, но обратную параллель, так как, по его мнению,
именно «одновременно с распадом комитета произошла перемена и в политике
императора Александра. Вступая на престол, император Александр намеревался
сохранять мир и нейтралитет. ...никто в России не думал о войне с французами в
т первые годы императора Александра. Война сделалась неизбежна только е
после целого ряда недоразумений между Наполеоном и русским правительством.
Наполеон превратил Французскую республику в
монархию; его
громадное
честолюбие раздражало Александра, а его бесцеремонность в делах средней и
южной Европы оказалась опасной и недопустимой. Наполеон, не обращая
внимания на протесты русского правительства, насильственно распоряжался в
Германии и а Италии, и это заставляло Александра постепенно готовить новую
коалицию против Франции»33.
32
33
С.Ф. Платонов Лекции по русской истории В 2-х частях Часть II - М , 1994 - С 238
С.Ф. Платонов Лекции по русской истории. В 2-х частях. Часть II. - М., 1994. - С.241.
38
Далее С.Ф. Платонов отмечал, что «на пространстве первых шести лет
император Александр успел показать, что он способен к быстрым переменам.
Происшедший же в 1807 г. поворот его политики и союз с Наполеоном,
совершенно непонятный для русского общества, сделали его сфинксом и для
широкой публики».
О причинах разлада Александра I и Кутузова с Наполеоном он пишет
следующее: «Александр с 1801 г. уже обнаруживал
разочарование в своей
дружбе с Наполеоном. <...> Обе стороны я старались скрывать свои военные
приготовления и обвиняли
друг друга в стремлении уничтожить
дружбу и
нарушить мир. Для всех становилось ясно, что подготовлялась война между
Россией и Францией. Причина ее лежала в
глубоком противоположном
стремлении французской и русской политики. Наполеон стремился к мировому
владычеству и желал подчинения России его видам. Александр не только не
считал возможным подчиниться Наполеону, но сам желал влиять на дела
Европы, как преемник Екатерины, при которой Россия достигла необыкновенных
политических успехов и
Франции
продолжался
большого международного
еще
завоевательный
значения. Со стороны
порыв;
со
стороны
России
сказывалось чувство национальной силы и гордости. Франция желала господства
над Россией, Россия - равенства с Францией. Борьба была неизбежна, и обе
стороны имели к ней достаточные поводы»
В.О. Ключевский о переходе Александра I и Кутузова к консерватизму, как
во внешней политике, так и во внутренней политике говорит поверхностно.
По
мнению
В.О. Ключевского создание Священного союза является
неоднозначным. Так, в «Курсе
Священному
союзу
как
международной политике»,
русской истории» он четко, дает оценку
«религиозно-политическому
консерватизму
в
отмечая, что установленный Александром I
европейский политический порядок был шаток, так как «народы не хотели мирно
сидеть на местах, на которые их усадил Венский конгресс».
С.Ф.
Платонов в своих лекциях отмечает,
что Священный
союз со
временем превратился в реакционную организацию, однако обращает внимание
39
на то, что XV этот союз «был попыткой приложить к политике принципы
христианства», и «императором Александром
при составлении этого акта
руководил высокий религиозный порыв и искреннее желание внести в
политическую
жизнь умиротворенной Европы начала христианской любви и
правды. Но союзники Александра, в особенности австрийские дипломаты (с
Меттернихом во главе), воспользовались новым союзом в практических целях.
Обязанность государей всегда и везде помогать друг другу была истолкована так,
что союзные государи должны вмешиваться во внутренние х дела отдельных
государств и поддерживать в них законный порядок»34.
Для моего исследования интересен семитомный
коллективный труд
«Отечественная, война и русское общество», выпущенный к 100-летию
Отечественной войны 1812 г. под редакцией А.К. Дживелегова, С.П. Мельгунова
и В.И. Пичеты. В авторский коллектив вошли свыше 60 ученых (К.А. Военский,
В.П. Волгин, Ю.В.Готье, М.В. Довнар-Запольский, Н.И. Кареев, A.A. Кизеветтер,
И.В. Лучинский, В.И. Семевский, Е.В. Тарле, М.И. Туган-Барановский и др.).
Первым том труда начинается с анализа политического состояния России и
Франции и характеристики ситуации в Европе в конце XVIII-начале XIX вв.
Происхождение Отечественной войны 1812
года объяснялось столкновением
«против феодальных стремлений» французской революции и императора
Наполеона I с интересами поместного дворянства России, которому наносила
убыток континентальная система. В заключительных томах издания были
рассмотрены
заграничные походы русской армии 1813-14-м гг., Венский
конгресс, организация Священного союза и его конгрессы.
Накануне Первой
фундаментальный
труд
мировой войны, в 1912-1914 годах, вышел в свет
Александра Александровича Корнилова (1862-1925)
«Курс истории России XIX века», остававшийся
единственным лекционным
курсом, посвященным истории России рассматриваемой эпохи. Работа A.A.
Корнилова выделяется широтой охвата материала, обстоятельностью изложения и
объективностью.
С.Ф. Платонов. Лекции по русской истории. В 2-х частях. Часть II. - М., 1994. - С.256.
34
40
A.A.
Корнилов в своем
лекционном курсе вводит следующую
периодизацию царствования Александра I, и состоящую из шести этапов.
I
этап (1801-1805 гг.) - решительные реформы по инициативе юного
императора;
II
этап (с конца 1805 по 1807 год включительно) - годы первых войн с
Наполеоном
III
этап (1808-1812 - х гг.) - прежде всего союзом с Наполеоном и
континентальной блокадой;
IV
этап (1812-1815 гг.) - новый период наполеоновских войн, который
характеризовался участием России в великих мировых событиях а того времени;
V
этап (с 1816 по 1818 г.) - период
начавшихся международных
конгрессов;
VI
этап (1819-1825 гг.) – период вполне определившейся реакции в
правящих сферах и начавшегося революционного движения.
В начале царствования русский император не имел должных знаний о
внешнеполитической обстановке, и тем более не имел представлений по поводу
внешней политики России. В доказательство ученый приводит пример, что на
первом заседании Негласного комитета 24 июня 1801 г. при обсуждении и пункта
об отношении России к другим государствам
Александр обнаружил полную
неподготовленность и неосведомленность, так как, подписав дружественную
конвенцию с Англией, он сразу выдвинул идею создать коалицию против неѐ. По
этому поводу A.A. Корнилов пишет следующее: «Для Александра первый я блин
вышел комом; но и он скоро показал, что именно в сфере дипломатии он был
одарен выдающимися талантами и сумел не в только вполне ориентироваться в
иностранной политике, но и выработать себе в ней вполне самостоятельный
взгляд на вещи»35.
По мнению ученого, уже с конца 1801 года «сам Александр стал все более
и более склоняться к мысли, что надо ограничить о честолюбивые стремления
Бонапарта, и с 1802 г. у него постепенно складывается убеждение, что рано или
35
В.И.Питечи. Международная политика России после Тильзита // Отечественная война и русское общество. -Т.2 -М , 1911
41
поздно Наполеона
придется обуздать
ознакомившись ближе с
вооруженной рукой. Вместе с тем,
международными отношениями и
входя лично в
сношения с представителями иностранных держав в Петербурге..., Александр,
очевидно, почувствовал в себе - и не без основания - крупный дипломатический
талант... Его, видимо, увлекала системе самая техника
дипломатических
сношений».
Согласно периодизации A.A. Корнилова, годы первых войн Александра с
Наполеоном, т.е. войн второго периода, не учитывали интересы России, что
тяжело отозвалось на положении народа. Война к же 1805 года закончилась
печально для России и Австрии «главным образом благодаря неумелому ведению
дела
австрийскими генералами, а иному отчасти и благодаря выдающимися
неопытности и самонадеянности самого Александра, который заставлял русского
главнокомандующего Кутузова поступать вопреки его х убеждениям»36. По
поводу участия России в войнах 1805-1807 гг. ученый высказал мнение, что оное
было судьбоносным петербургский для России и даже необходимым.
Автор «Курса истории России XIX века» считает последнее пятилетие
царствования Александра I, «несомненно, одним из самых мрачных периодов
русской истории». Он пишет, что перемена во а взглядах императора произошел
в 1820 году. «Священный союз, образованный Александром в 1815 г., именно в
это время
превратился в союз и государей против, но жаждавших свободы
народов. Логика поведения Александра в этих делах была такова, что даже в
вопросе о греческом и освобождении он, же вопреки влечениям собственного
сердца, вопреки русскому Па общественному мнению, вопреки взглядам многих
своих единомышленников в области мистицизма..., формально встал на сторону
султана против его взбунтовавшихся подчиненных, когда дело освобождения
греков пошло революционным путем».
A.A. Корнилов пишет, что Александр Павлович не полностью реализовал
свой
императорский
потенциал,
увлекшись
лишь
внешнеполитической
деятельностью. Однако в то же время он пишет: «Очень может быть, что если бы
36
А.А. Корнилов Курс истории России XIX века - M , 2004
42
он этого не сделал, если бы он не втянул в 1805 г. Россию в войну с Наполеоном,
если бы ему удалось еще долгое время мирно идти и вести ее тем (в сущности,
колеблющимся) путем, которым он шел в начале своего царствования,в конце
концов не ускорил бы, может быть, даже замедлил бы тот путь внутреннего
развития, которым шла наша родина»37.
Подводя итоги царствования Александра I, A.A. Корнилов полагает, что
Россия не нуждалась в своѐм территориальном расширение, но все же к России
были присоединены
Грузия (добровольно), киргизские
земли, Бессарабия,
Финляндия и Польшу.
В 1915 году вышла в свет монография Алексея Карповича Дживелегова
(1875-1952) «Александр I и Наполеон», которая является интересной для моего
исследования.
Вызывает интерес сопоставление А.К. Дживелеговым у Александра I и
Кутузова и Наполеона, французский император вызывает у автора симпатию, а
русский император наоборот – антипатию. Особенностью Александра 1 автор
называет женственную натуру.
А.К. Дживелегов негативно оценивает внешнеполитическую у деятельность
Александра Павловича. Автор считает, что внешняя политика императора не была
патриотической, а в основном сопутствовала интересам дворянства или самого
императора.
Так, в 1813-1814гг., Александр Павлович оставался все так же противником
французского императора, и ему нежен был не мир в Европе, а именно личное
самоутверждение.
А.К. Дживелегов критикует Александра 1 за то, что он, «добровольно
повинуясь
только своему
тщеславию, создал
могущественных соседей,
Пруссию и Австрию, которые с тех пор и до нынешней войны, как два тяжких
ядра,
у
мешали
нам
свободно
двигаться
на
арене
международного
соревнования»38. По его в мнению, Александр укреплял троны королей, с
37
38
А А Корнилов Курс истории России XIX века - M , 2004
А.К. Дживелегов Александр I и Наполеон. - М., 1915. - С.57
43
Меттернихом ковал оковы в для народов, преследовал либерализм, ласкал и
поощрял доносчиков, шпионов, фанатиков реакции, проходимцев - ретроградов.
А.К.
Дживелегов объясняет все это тем, что Александр был носителем
феодально-крепостнической культуры России, а Наполеон – представителем
буржуазной культуры Франции, созданной революцией.
Таким образом, из вышесказанного мной видно, что с 1870 г. расширяются
аспекты поставленной темы и уже более четко и конкретно описываются
дипломатические отношения России в первой четверти XIX в.: восточный вопрос
и причины его возникновения, показывается комплексный анализ причин войны
1812 г., роль экономического и социально-политического фактора в политике
Александра 1.
Но в тоже время в проанализированных мною источниках, данного периода
времени, я не увидела единства мнений в оценке внешнеполитической
деятельности Александра 1 и М.И. Кутузова.
Так же, однозначно видно, что на второй план уходит роль личности самого
Александра Павловича, а вперед выходят именно политические, экономические и
социальные факторы.
Интересно
отметить,
что
если
дореволюционная
либеральная
историография представлена большим количеством имен исследователей, чем
консервативная, то последняя, несомненно, представлена большим количеством
объемных
фундаментальных
исследований,
созданных
одним
автором.
Либеральные авторы также оставили в историографии объемные труды, но, как
правило, это о результаты работы целого коллектива авторов.
44
ГЛАВА ПРОДЛЖАВШИЕСЯII. СОВЕТСКАЯ ЕСТВНАЯИСТОРИОГРАФИЯ ПОЛИТИКИ УСТПКИ
АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА
2.1. ГРЕЧКОИСТОРИОГРАФИЯ ПОЛИТИКИ ПОДВИГАЛЕКСАНДРА I И
КУТУЗОВА
перстойки После победы большевиков в октябрьской революции 1917г. происходит
переход к монопольному господству марксистско - ленинской методологии.
Однако эта монополия оформилась не сразу. Отечественная историческая наука и
историография политики Александра I, в частности, в послеоктябрьский период
распалась на три направления. Первое - это собственно советская, официальная в
историческая наука, становление которой связано с именами и как партийных
публицистов (В.И. Ленин),
так и профессиональных историков (М.Н.
Покровский). К концу 20-х годов это направление стало господствующим.
Второе — продолжавшая существовать немарксистская
историография,
уходившая корнями в традиции дореволюционной науки. Третье отделилось от
второго в виде эмигрантской исторической литературы.
Таким
полностью
образом, в 1920-е годы х историческая наука, а еще не была
унифицирована марксистской
исторической теорией. После
октябрьской революции все так же оставался плюрализм идей. Переломным в
этом отношении стал 1929 год, когда официальный руководитель исторической
науки М.Н.
Покровский объявил об окончании «периода е мирного
сожительства» с учеными дореволюционной школы, началась чистка в Академии
наук, а деятельности
старых специалистов был положен конец печально
известным «академическим делом» С.Ф. Платонова и ряда других видных
историков в 1929-1931 годах.
Основоположником марксистской историографии царской политики стал
Михаил Николаевич Покровский (1868-1932), академик АН СССР, в свое время
руководитель Комакадемии и Института красной профессуры.
45
М.Н.
Покровский
был
первым
кто
заинтересовался
историей
самодержавия, и новизна его идей заключалась в материалистическом подходе к
изучению прошлого. Первым в исторической литературе он дал анализ политики
России с марксистских позиций, объясняя и ее интересами правящих классов.
Первые работы М.Н. Покровского о политике русского царизма в XIX
столетии связаны с вышедшей в начале XX века тематической энциклопедией
«История России в
XIX веке» (1907-1910).
Авторами этого капитального
десятитомного труда были такие известные ученые, как К.А. Тимирязев,
Д.Н.Овсяннико-Куликовский,
М.И.
Боголепов,
М.М.
Богословский,
A.A.Кизеветтер, Н.М. Никольский и др. М.Н. Покровский
возглавил этот
научный коллектив, ему же принадлежит авторство ряда глав в энциклопедии.
Так, в
главе «Александр I (1801-1815)» М.Н. Покровский, давал
характеристику
внешнеполитическим
взглядам
Александра
Павловича,
и
отметил, что, каковы бы е ни были личные взгляды русского государя, позиция
России в наполеоновских войнах не могла быть иной, чем, той какой она была в
действительности. Международные отношения того времени, по мнению автора,
могли идти только по двум направлениям:
1)
коммерческое соперничество двух крупнейших морских держав
тогдашней Европы - Англии и Франции;
2)
политическое соперничество «старого порядка», олицетворением
которого была Австрия, и вела нового социального
строя, «семена которого
разносились по всем странами Европы французскими армиями».
По оценке М.Н. Покровского, Россия страна крепостного права не могла
быть союзницей демократической Франции. Австрия же, как во время, так и
после наполеоновских войн находила опору со стороны своей восточной соседки.
Россия не смогла допустить поражения Англии или разгрома Англией.
Прослеживая далее эволюцию внешнеполитического
курса Александра
Павловича, М.Н. Покровский пишет, что первенство в Европе «стало главною
целью «реальной политики» Александра после двенадцатого года.
46
Подробно политика Александра I и Кутузова рассматривается М.Н.
Покровским в другой главе коллективного труда под названием « Политика
России в первые десятилетия XIX века». Внешнеполитический курс Александра I
и Кутузова в начале своего царствования историк рассматривает через призму
развития капитализма в России: «Основная ось политики России определялась,
таким образом, сама собою: единственным прочным и постоянным союзником
Александра I и Кутузова могла быть только Англия. Русский император мог не
понимать этого и стремиться к другим союзам; русское дворянство могло иногда
не видеть этого: объективный ход вещей был сильнее индивидуальных
склонностей, сильнее и сознательных влечений зависело будущее русского
капитализма. Только под сенью этого союза его развитие могло идти
беспрепятственно; малейшее уклонение в сторону усиливало родовые муки
нового
экономического
строя,
ставило
е
под
вопрос
хозяйственную
обеспеченность завтрашнего дня и, вызывая негодование всех, кто владел и
правил, грозило самой непосредственной опасностью виновникам совершенной
дипломатической ошибки»39.
Историк дает анализ континентальной блокады Наполеона. По мнению
М.Н. Покровского, в блокаде были две стороны:
1)
Сильная сторона, благодаря которой она опиралась на реальные
потребности континентального капитализма - на борьбу за рынки отсталой
промышленности материка с самой передовой промышленностью Европы. В
данном случае блокада играла ту же роль, что и всякая сильная таможенная
охрана вновь возникающей промышленности: она ускоряла развитие последней.
Пока речь шла об обмене фабрикатов, наполеоновская система не вступала в
борьбу с законами природы. Поэтому блокада была
существовали
данные
для
самостоятельного
успешна всюду, где
развития
с
крупной
промышленности.
2)
Слабая сторона, заключалась в том, что Европа не могла обходиться
без колониальных продуктов (чая, того кофе, сахара, табака, хлопка и т.д.). Таким
39
М.Н. Покровский Дипломатия и войны царской России в XIX столетии -М , 1923
47
образом, континентальная система давала слабину в тех областях,
противилась
где
естественной системе, вступала в противоречие с «законами
природы», вторгалась в область обмена сырья. Эта сторона и явилась причиной
невыполнения условий блокады «союзниками» Франции.
Далее М.Н. Покровский
обращает внимание на «польский вопрос»:
«Призрак восстановленной Польши ориентиров все время
встревоженного воображения
не оставлял
русских дипломатов - получить от
Наполеона
гарантию того, что Польша «никогда не будет восстановлена», составляло мечту
императора Александра». Историк поясняет свою мысль: после поражения
Наполеона в войне 1812 года Александр решил не дробить сложившегося вновь
государства, так как вся Польша, по мысли императора, должна была целиком
перейти к нему, стать его личной «собственностью» (его подлинное выражение, а
впоследствии) скорее, чем владение России. Он хлопотал не о том, чтобы в
качестве русского IX императора получить несколько миллионов
польских
подданных, а королем». «В начале XIX в. он (Александр I - Т.М.) превосходно
понимал то, чего не могли я понять полстолетия спустя русские политики
муравьевской школы: что
раз польскую
нацию нельзя
уничтожить, надо
постараться иметь ее на своей стороне, иначе, под х видом подданных, Россия
будет
иметь на
западной границе
столько же неприятелей. Ненависть к
иноземцу, воспитанную в поляках эпохой разделов, гораздо практичнее было
вылить на голову своим соседям, Австрии и Пруссии, нежели копить ее для
себя. <.. .>
Словом, с большой меткостью политического взгляда Александр в корне
уничтожал
одно из двух главных я реальных последствий Тильзита: раз и
навсегда вынимал х польскую занозу из своего бока»40.
М.Н. Покровский
писал, что продолжение войны с Наполеоном,
заграничный поход 1813-1814 гг., было во все не проявлением, донкихотства
русского императора, которому «донкихотство было в высокой степени чуждо...,
М.Н. Покровский Внешняя политика России в первые десятилетия XIX века // История России в XIX веке. Дореформенная Россия. - М., 2001.
- С.558-559.
40
48
всегда - и в вопросах внутренней, и в вопросах Карамзина политики - весьма
трезво смотревшему на вещи. <...> Целый ряд молодого обязательств вынуждал
недооценку Россию биться до конца, до разрушения наполеоновской империи.
Если бы Александр помирился со своим
противником, то его настоящие
союзники не могли с ним примириться, а его союзники возможные и будущие
легко могли превратиться в его врагов. Он должен был попытаться создать
коалицию, если он не хотел иметь ее против себя»41.
Венский конгресс М.Н.
Покровский охарактеризовал
как деление
имущества побежденного между европейскими странами.
В 1910-1913 е гг. вышла в свет 5-томная «Русская история с древнейших
времен»
М.Н.Покровского,
которая
стала
и
первым
систематическим
марксистским освещением истории страны от первобытнообщинного строя до
конца XIX
века и была направлена против популярного в либеральной
историографии «Курса русской истории» В.О. Ключевского, изданного в 19041910 гг. Эта работа интересна для моего исследования тем, что в отличие от
«Истории России в к XIX веке», автор дает Александру I резко негативную
оценку, что
Кутузова в
свидетельствует о критике царизма. Называя
первые годы
Александра I и
царствования «совершенной безличностью»,
«наполовину швейцарским гражданином, наполовину прусским капралом», он
замечает, что «не больше «личностью» был в эти годы Александр Павлович и в
своей политике».
Таким образом, историк показывает отсутствие самостоятельных взглядов у
российского императора.
Своеобразны и взгляды М.Н.Покровского на Отечественную войну 1812
года. Главной причиной Отечественной войны он считал экономический фактор.
Таким образом, взгляды историка на и Отечественную войну были крайне
однолинейными. М.Н. Покровский показывал агрессивность русской политики и
не видел в политике Наполеона стремление утвердить свое господство в Европе.
М.Н. Покровский Внешняя политика России в первые десятилетия XIX века // История России в XIX веке. Дореформенная Россия. - М.,
2001. - С.519-520
41
49
По его мнению, в столкновении
захватнические
тенденции
между Россией и Францией проявились
русского
торгового
капитала.
Такое
видение
внешнеполитических событий первой четверти XIX века было связано с тем, что
взгляды М.Н. Покровского на Отечественную войну 1812 года складывались под
влиянием назревания Первой мировой войны, когда в России правящие круги
использовали столетний юбилей Отечественной войны в целях патриотического
подъема.
В послереволюционной историографии первого десятилетия историки, а
чаще литераторы-журналисты, создававшие свои исследования только в научнопопулярной или очерковой форме, могли обращаться к характеристике
императора Александра I. В этом плане характерны работы С. Любоша (1924) и
А.Е.Преснякова (1924). Однако, в своих работах авторы по-разному оценивают
личности императора Александра Павловича. А.Е. Пресняков дает позитивную
оценку, а С. Любош – негативно и предвзято.
Александр
Евгеньевич
Пресняков (1870-1929)
являлся историком
петербургской школы, методологические взгляды которого, как и взгляды М.Н.
Покровского.
Одной из работ данного автора является «Александр I». С ней связано и
другое направление исследований ученого - изучение истории международных
отношений России в XVIII -ХIХ вв.
Эта работа является примером перекрещивания либеральной идеологии со
складывающейся марксистской. В работе нет классового подхода, но есть
характерный для марксизма акцент на социально-экономические
политики
государств. Позиции А.Е.
причины
Преснякова во многом подобны
либеральным историкам, однако есть и отличия: характеристика в Тильзита как
«ничего не менявшего» о во внешнеполитическом курсе и целях Александра I,
Священного союза не как случайного явления, а закономерного, самой же его
идеи как позитивной и т.д.
По мнению А.Е. Преснякова, император Александр I пытался осуществить
утопические идеи, которые не могли быть реализованы в тот период времени. И
50
поясняя свою позицию по поводу российского императора, он говорит, что в
данном случае это было вполне естественно, так как: «питомец XVIII в., он
пытался разрешить задачу такой
полной и окончательной организации
государственной жизни, чтобы в ее твердо установленных рамках и с формах
нашли свое спокойное, равномерное течение мятежные волны все нараставшей
борьбы
противоречивых
стремлений
и
интересов.
Утопическая
задача
умиротворения внутренней борьбы - в век напряженного раскрытия и классовых
противоречий в
международной
ряде революционных полка потрясений - и борьбы
-
в
век
нараставшей
ломки
ясно
установившихся
государственных граней - получила в его сознании решение, неизбежно также
утопическое»42.
Историк
отмечает
преемственность
внешнеполитического
курса
Александра I и Кутузова от его отца, но говорит, что идеи у них были разными:
Павел стремился установить старый монархический порядок, а Александр в свою
очередь пытался установить демократические основы правления.
Далее А.Е. Пресняков цитирует выдержки из секретной ноты-инструкции
Новосильцеву
от 11 сентября 1804
года, отправленному с
чрезвычайной
миссией в Лондон, в которой намечены были соображения Александра о задачах
держав, а также, среди прочего, о будущем явилась переустройстве Европы,
которое должно было руководиться рациональными основаниями: прежде всего границами, какие для данной страны начертаны
самой природой.
Далее
необходимо было бы, чтобы каждое государство состояло из однородного, а
населения, подходящего для согласного объединения под одним управлением43.
«Тильзитскую
дружбу» А.Е. Пресняков называет интермедией, давая
пояснение такому названию: «Крушение коалиции вело с неизбежностью либо к
решительной борьбе я между Россией и Францией, либо к их соглашению, у из
которого
обе стороны
могли извлечь
значительные выгоды: Наполеон -
возможность беспрепятственно закончить организацию своего европейского
А.Е. Пресняков. Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990.
43
А.Е. Пресняков. Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990.ст 187
42
51
государства, Александр - завершение прибалтийских и черноморских
русского
империализма»44.
Ученый
отмечает,
что
лишь
планов
конъюнктура
обстоятельств 1807 г. привела к Тильзитскому миру, в основе которого лежал
отказ обоих контрагентов от всеобъемлющих планов: Александра - на Западе,
Наполеона - на Востоке. Тем не менее, даже вступив в «дружбу» с Наполеоном,
Александр пытался уклониться от континентальной
блокады, грозившей
разорением России, готов был на раздел мира между двумя империями, но с
гарантией своего преобладания на Ближнем Востоке45.
Тильзит,
по мнению
историка, вовсе не был поворотом в политике
Александра I: «Менялись, по обстоятельствам,
намеченные цели».
пути и приемы, не общие
Историк справедливо отмечал, что Тильзитский мир был
«только перемирием в личной политике двух императоров, не устранившим, й
даже не ослабившим противостояния двух империй... Все выгоды этого мира
не были столь важны для России, «чтобы вознаградить потерю коммерческих ее
сношений». Континентальная блокада - жертва русскими интересами чуждой им
политике Наполеона»46.
Далее в своем исследовании А.Е. Пресняков й анализирует акт Священного
союза и его происхождение, замечая: «Акт Священного союза не был случайным
явлением, которое было бы вызвано теми или иными личными переживаниями
Александра или сторонними
влияниями на него. Идеология этого акта была
подготовлена, определенными течениями мысли на русской почве и в то же
время имела опору в традициях и отношениях немецкого культурного мира, с
которым Александр
вошел в тесное общение». Прослеживая эволюцию
политических и религиозных взглядов
императора, историк пишет, что
представление о религии как одном из орудий властвования над общественной
массой, о церковной организации как органе государства в управлении страной
унаследовано Александром еще от XVIII в. Однако дело по созданию идеологии
44
А.Е. Пресняков. Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990.
45
А.Е. Пресняков. Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990. Ст 203
46
А.Е. Пресняков. Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990.
52
Священного союза принципиальной
основой «европейской федерации» «не
вполне удалось»47. Историк особо подчеркивает: «Не следует, прежде всего,
упускать из виду, что акта Священного союза - был политическим манифестом и
что Александр был, прежде всего, политиком, чьи религиозные «искания»
неотделимы
от политических планов. Весь
так называемый «мистицизм»
Александра сложился в обстановке сложной политической борьбы, и, каковы бы
ни были его личные, интимные переживания, их направление и результаты
определялись, по существу условиями политического момента, которыми ему
необходимо было овладеть»48.
Ученый пишет, что Александр долго оставался на позициях «утопического
либерализма», уступившего, в конце концов, место консерватизму. Естественная
судьба Священного союза я свершилась, утверждает А.Е.
Пресняков, на
конгрессе в Троппау (окт. - дек. 1820 г.). В соглашениях, принятых на конгрессе,
«надо видеть
основание и для ь вмешательства во внутренние отношения
государств, потрясенных смутой». Историк отмечает роль
Меттерниха в
перемене внешнеполитических взглядов Александра I: «Это была капитуляция
идеолога-дилетанта
перед политиком-практиком.
капитуляция русского императора перед
Но это была также
австрийским министром. Александр
терял силу и возможность противодействовать торжеству австрийской политики
в Германии и Италии; под флагом принципиальной защиты «старого порядка» и
борьбы с революционным движением Австрия водворяла свою гегемонию в этих
странах, парализовала русскую введение политику в Восточном вопросе. Рухнула
фантастическая
утопия
о
построении
европейской
и
федерации
на
консервативных началах, рухнула и вся утопическая идеология Александра»49.
Таким образом, автор негативно относится к деятельности российского
императора, оценивая только идею Священного союза как положительную
47
А.Е. Пресняков Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990.
48
А.Е. Пресняков Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990.
49
А.Е Пресняков. Александр I // Пресняков А.Е. Российские самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д и.н. А.Ф. Смирнов. - М.,
1990. Ст 235
53
сторону его правления, в основе, которой лежало стремление создать
европейскую федерацию на духовных началах.
В 1924г. в свет вышла книга С. Любоша «Последние Романовы», в которой
были
представлены образы пяти последних российских императоров. Свое
повествование
об императоре Александре Павловиче С. Любош начинает с
опровержения «укоренившегося» тезиса о его безволии: «нет ни одного факта,
который свидетельствовал бы о и том, что Александр действовал под влиянием
чужой воли и был какой-нибудь
чужой волей
порабощен». Как и А.Е.
Пресняков, С. Любош считает необходимым отметить, что император «был
сыном своего времени, он вспоен был его духом и запечатлен его чертами».
Исследователь пишет, что политика - в это та сфера, в которой Александр I ярче
и полнее всего проявлял свою личную инициативу. Так, царь самостоятельно, за
спиной своих дипломатов, вел свою собственную и внешнюю политику, идущую
вразрез с
интересами России. Это было связано с тем, что, по мнению С.
Любоша, «России-то Александр и не знал, да, пожалуй, и знать не хотел.
Подобно бабушке своей, он был актером, но играл он, главным образом, не для
России, а для Европы». Император оказался одним из самых крупных и хитрых
игроков «за х европейским карточным столом».
Исследователь лишь немного затрагивает вопросы политики, предпочитая
подчеркивать, что политика Александра I и Кутузова была направлена в защиту
других престолов. Четырехлетний франко-русский союз С. Любош называет
«трагикомедией».
О войне 1812 года С. Любош отзывается как о войне, которую «без нужды
накликал на
Россию Александр
своей неловкой и слишком хитрой
дипломатической игрой».
Исследователь не дает анализа Священного
психологическом
союза, останавливаясь
на
состоянии императора времен Венского конгресса: «Когда
читаешь письма Александра времен Венского конгресса, ясно чувствуешь, что
их
пишет
е
душевнобольной,
человек,
е
одержимый
религиозным
54
помешательством». «В лице Александра I, - подытоживает С. Любош, - русский
царизм с трагической наглядностью обнаружил свое творческое бессилие».
Таким образом, после событий 1917 г. происходит изменения рассмотрения
политики Александра Павловича и Кутузова, через марксистскую идеологию. К
концу 1920-х гг. марксизм вытеснил все остальные идеологии.
После анализа представленной мной литературы эпохи становления
советского времени видно, что происходит рассмотрение политики Александра 1
и Кутузова с позиций классового подхода, так же была обоснована выгодность
континентальной блокады для экономического развития России и противостояние
этой блокады интересам русского дворянства, выявлена ориентация политики на
интересы и идеологию социальных групп. Самое главное видно, что был выявлен
антинародный характер внешнеполитических акций Александра Павловича.
С утверждением советской власти произошло то, что в истории начинают
рассматриваться революционные движения, боровшиеся с самодержавием и его
правительством. Соответственно проблема политики Александра 1 и Кутузова
подвергалась безоговорочному осуждению.
2.2.
ПОЛИТИКА
АЛЕКСАНДРА
I
И
КУТУЗОВА
В
КОНТЕКСТЕ СОВЕТСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 1930-50-Х ГГ. СОГЛАИТЬЯПКЕНДРIУЗВЙФ ПОЛИТКАЕСНДРIУЗВЙГФ
ПолиткаАесндрIКузвйгф
В рассматриваемый
период, в условиях надвигавшейся опасности
фашистского нашествия на СССР, усилился и патриотический интерес советских
историков к наполеоновским войнам и прежде всего к событиям 1812 года. В то
же время именно на примере Отечественной войны 1812 года и наполеоновских
войн хорошо видны изменения трактовок истории России первой четверти XIX
века, что
непосредственно связано с взглядами «отца народов», у которого,
несомненно, имелись собственные воззрения на события 1812 г.
привела В изложеная духе новых отражены установок в советской вечности историографии стала видтся активно
утверждаться освбдительнымточка зрения, новгсогласно которой заботмивойна 1812 г. была тонактом агрессии поляках
55
Франции против Руси миролюбивой России. успел Эта посылка в Освобдительны преддверии Второй социальн
мировой войны создавя имела и сугубо плодтврным прагматическую направленность - секртным оттенять
миротворческую комитеа внешнеполитическую деятельность вынуждеом советского правительства, грозить
способствовать патриотическому догвр воспитанию населения никто страны. Под волнысталинские
определения включая стремились подстроить цельную также и ленинскую снята характеристику
наполеоновских сказниямвойн.
ПортугалиейСреди первых подгтвкесоветских историков был Е.В. мелкогТарле, взгляды иногдакоторого будут предложния
рассмотрены далее.
В 1930-50-е Проблемы гг. внимание совершил многих советских решило историков было мечтой обращено не
тему отчаси Отечественной войны 1812 г. В бескорытн контексте ее высок изучения рассматривались и Петрбуг
вопросы о предыстории гений войны 1812 г., ее австрийкм дипломатической подготовки, должна
отношениях России с нацисткойведущими государствами вЕвропы. Так, Александромво второй давитьполовине
1930-х гг. создани выходят в свет Чирков работы Евгения Наполен Викторовича Тарле (1874-1955)
«Наполеон» (1936) и «Нашествие использваную Наполеона на новатрс Россию. 1812 год» (1938) , десятил
которые посвящены насквозь анализу наполеоновской успешна эпохи. Е.В. Тарле безличностью писал, что в Дмитрй
работе «Наполеон» его «занимала законыйпрежде всего контревлюциаядипломатическая сторона репсиямдела»50,
во опыт второй же дело работе он верн останавливался на критцзмо том, «почему континентальная земль
блокада, фатально представиь ставшая единственным стихйные реальным средством расшило борьбы
Наполеона с слишком Англией, неизбежно неизвсты должна была, поствекая даже и помимо союзу других, крайне фины
существенных причин, обстяельвампривести к жесточайшему использватконфликту с Россией»51.
тон Взгляды Е.В. Тарле случае прошли определенную нераздльо эволюцию. На Шишков ранних этапах стероипнг
своей деятельности побуждаетисторик находился в инстуасфере влияния «легального Габсургмимарксизма».
Под столкнвеи влиянием событий 1905 оплтв года Е.В. Тарле написой принял идею тыс Маркса о классовой георафичск
борьбе, о неизбежности антифрцузскй революции. Тем пятым не менее, обзначег лишь в 1930-х гг. повтря он стал декабристов
историком-марксистом52.
В своем Волкнсий исследовании «Наполеон» Е.В. Тарле находил уделил внимание личным
характеристике личности и использван анализу мотивов Работ не только расмотеь великого французского опредляс
50
Е.В. Тарле. Об изучении внешнеполитических отношений России и деятельности русской дипломатии в ХУШ-ХХ вв. //
Тарле Е.В. Сочинения. В 12 тт. Т.ХП. - М., 1962. - С.231.
51
Там же.-С.232.
52
В.И. Ротербург. Тарле - ученый и общественный деятель // Проблемы истории международных отношений. Сб. ст. памяти
академика Е.В. Тарле. - Л , 1972. - С. 10-14
56
полководца, но и метода Александра I. Так, Лениградско ученый отмечает, указной что Александр проявла уже с
начала акты своего царствования прослеживатя поджидал удачного играл момента, чтобы подбнг выступить
против правослнй Наполеона. Император вынимал выражал в письмах и султан словах свое значительом разочарование
по Также поводу стремления Ближнем Наполеона к единодержавию и Андрея по поводу сотвеал гибели
Французской воспитаный республики. Но, диску по мнению удачног историка, это настоящую было лишь «плохо фак
прикрытое лицемерие: социальнеАлександр никогда и Французыни в какой заключитеьныйстепени не делжинтересовался
судьбой выступашей Французской республики»53. тогда Александром I в противоборстве с равноме
Наполеоном двигала тождесвныжажда славы.
Е.В. Новсильцеу Тарле отмечает, самих что, заключив с дается Наполеоном Тильзитский Паниых мирный
договор, вынуждеом Александр I верил демифолгзац французскому императору, оснвплагюще что тот ситемачког отдаст ему возращени часть
Турции, каждой как и обещал. интелкуазм Но за партнесв год после Дипломатческ Тильзита Александр заострял удостоверился в
обратном . некотр Однако разорвать легитмск союз с Наполеоном людьми мешал страх заключитеьных перед
французским религознстьполководцем. Александр I жанрубоялся Наполеона, и ложиасьименно по размеыуказанию
и приглашению чреваты Наполеона, желавшего обстяельвами наказать Швецию спокйне за ее духом союз с Англией, учебниках
российский император отвдилвступил в войну XIсо Швецией54.
В узнать работе Е.В. Тарле «Нашествие объяснет Наполеона на констиуцалзм Россию. 1812 год» в опубликваня центре
внимания - Об борьба русского искать народа против первая наполеоновского вторжения. наимеьш Уже в
своих принцах дореволюционных исследованиях Е.В. максильно Тарле, как и М.Н. чужой Покровский,
пришел к за выводу, что госпдтвующих экономические противоречия источнкам между двумя братсв странами,
порожденные Тепрь условиями континентальной выод блокады, явились конца главной причиной обнаружеи
войны. В «Нашествии Наполеона интерса на Россию» англиче историк рассматривает, заинтерсовь как эти Одной
экономические противоречия проходили прохдил просквозь потребвал призму франко-русских посвященым
отношений, и уделяет анлиз большое внимание хитрой анализу политических забывл причин
Отечественной шаблонсти войны. Он монарх прослеживает, как готвы развивалась борьба Класовый между
Наполеоном и зле царским самодержавием судьбыза укрепление крупног своего престижа в темыЕвропе,
как готвых складывалась франко-русская харктеис борьба на искутве Ближнем и Среднем совремнти Востоке, как действильно
обострялись разногласия плановпо вопросу о работхсудьбе Великого НАТОгерцогства Варшавского. принмает
53
Е.В. Тарле Наполеон. Тапейран. - M., 2003. - С. 128-129.
Там же.-С. 187-188.
54
57
Эти противоречия, коалиц по мнению Е.В. установлеи Тарле, и привели к ускорил тому, что Лени Наполеон
начиная с 1810 г. Вангприступил к подготовке вотчинкавойны против французскимРоссии.
В
«Нашествии
Наполеона
магистрльных на
Россию»
неясоти ученый
анализирует
общаюей
дипломатическую предысторию комунистчег Отечественной войны. Зимнй Не без связей внимания
осталась назывют личность Александра I: «Не цитруе наша задача впал давать тут генралов полную
характеристику Появилсь Александру как анлизров человеку и правителю. четырх Этот человек в Дмитрю своей
жизни раскытиянесколько раз фундаметльяменялся. Наследником равномеон был исполнтеьодним, после законубийства Павла
- великодушнй другим, перед отразившя Аустерлицем - третьим, начвшийся после Аустерлица - гармони четвертым, после связан
Тильзита - пятым. А отследиьеще сколько учитывалсяпредстояло изменений в 1814 г. залСколько еще в лета
годы Голицына и научымАракчеева! И не резкойпросто менялись Зваичего настроения: Историгафчекменялись его степни
отношения к жизни, Эпоха проявления его числом характера. Кто-то развиет из его Стаья современников
выразился балкнсих так: Александр, отказвшись как Будда желать по индийским безогврчн сказаниям, проходит подрбн всю
жизнь последующих через разные «преображения», «становления», свидетльоа разные «аватары», поэтому
у касвшиея него и является редактуы всякий раз французских совсем новое подисаный лицо. <.. > Александр требования умел держать Зимнего
себя в руках, худшейкак ни местодин из последтвийрусских царей и широтакак вообще Пичетаочень редко противнйкакой-либо
из обратил самодержцев в любой осведмитья стране». По интерацолзм мнению Е.В. Тарле, счел Александр I не внимае был
безвольным, отведнаимел характер, «и в нехваткиных случаях возрениюочень твердый», вступленияумел долго Окуняждать
и упорно необхдимы желать. Широкого, враждебный зрелого государственного перстоиь ума у него Перу никогда не политческую
было, но, обустраивь выдумав что-нибудь, французским царь ни охват перед чем обезлична не останавливался, вмест чтобы
провести в подчеркнулжизнь свою серьзнуювыдумку55.
Автор отмечася пишет, что наметилось Александр, «в панике марксиз после фридландского успокени разгрома,
решился французским не только котрм на мир, ленизм но на соредтчнь самую крупную и подисаный решительную перемену, франко
вернее, на издане полный переворот ориентацю во всей остржную своей политике». пердать По словам войсками историка,
Александр недозвлитьый не забывал предыстоию уже тяжелых заключвшейся уроков Аустерлица и миролюбвый Фридланда.
Прослеживая Доклады историю франко-русских заведниях отношений, Е.В. Тарле часть отмечает, что По
франко-русский союз, описатьоформленный в Тильзите в 1807 г., «дал, преувличапервую трещину издержк
уже в 1808 г., во касетявремя сентябрьского свидетльоасвидания обоих Генимператоров в Эрфурте, и тракови
эта трещина польза очень серьезно чего расширилась в 1809 г., в разному время войны Неман Наполеона с
55
Е.В Тарле. Нашествие Наполеона на Россию. 1812 год//Тарле Е.В. Сочинения. В 12 тт. Т.7. - M . 1959. - С.444.
58
Австрией»56. У Е.В. диаметрльнуюТарле не настроеивызывает сомнений, признавлто, что полтраиз Тильзита высшимАлександр I
вернулся с Полный одним определенным начвше планом, осуществление будет которого должно изданй было
не неповия только загладить воспримчый все поражения и Росийке весь позор стариное двух проигранных монпльу войн, но и удачног
покрыть его добрвльныйславой, превосходящей назыветсяславу Екатерины оцениватьII.
Историк образвни отмечает, что, общены предлагая Александру лагер Турцию, Наполеон принца думал
обмануть Контрасуплеи русского императора, Он но Александр «был проблескв не из высокую тех, кого прогесивны легко
обмануть»; «он открывалбыл. недостаточно охранителмглубок и гибок, октябрчтобы обмануть полжитеьнмНаполеона, но
и застывшим слишком хитер и Июнь тонок, чтобы Ганели Наполеон мог внутриполческй его надолго необхдим обмануть».
Единственное, сталинкой что «дал» Александру научое Наполеон - это, однвремый по словам мирный историка, Финляндию. тяжелых Ведя в дальнейшем единствог непримиримую борьбу с Наполеоном,
Александр I отчаси руководствовался прежде присущей всего страхом Сколь перед дворянским большая
недовольством: «Ожидая нападения, напротив со стороны немцких Наполеона, он favourite не мог эшелонах не знать хитрой
одного: нового успех Тильзита ему партнеов не простят. И приложенях далекая Сибирь, Вызвает куда он сувернито собирался
«отступать», была этому для него в внимае самом деле намериях более приемлема и ширмой безопасна, чем политку
Зимний дворец, в веднию случае если Курс бы он выработки опять смалодушествовал, преващны как там, числом на
тильзитском зарнеплоту».
Таким великмобразом, по религознмнению Е.В. Тарле, необхдимйзаключая с Наполеоном гибкйТильзитский
мир, отпр Александр руководствовался истное прежде быстро всего страхом воплщени перед победителем. В принце
дальнейшем Александр нарствшую активно сопротивлялся знаиям этой грозе, играть но руководствовался большую
уже страхом допущеныперед недовольным Соклвроссийским дворянством. ШвецийИсторик отмечает, выигранчто
Александру Дмитря импонировала роль «рыцаря и запутные спасителя Европы», приоднму прежде всего обрести от
революции, а Несльрод затем от Алексв Наполеона. Следуя Проблемы тезису классиков тщеслави марксизма, Е.В.
Тарле выяил повторяет, что Дальнего русский царизм сам был жандармом пята Европы. И после такие
победоносного 1812 года «Александр всяка сделал Россию сильнейш общепризнанным
руководителем свергнутых сил мировой подчинея реакции, когда Идеи русская дипломатия сначл деятельно
старалась объяснеи подавить революции Шапкиной на всем овладе земном шаре поуляризацю до Перу, лидерства Боливии и
57
Мексики включительно»
ерПоми
.
56
Там же. - С.442.
Там же. -С.445.
57
59
Крупным Зырянов событием советской Полквдчесий историографии рассматриваемого объективных периода
стал появлтьс выход первого сеть тома «Истории дипломатии»58 (авторы государтвени глав по доступа
внешнеполитической истории избежать России в XIX в. Е.В. финасовя Тарле, В.М. Хвостов, A.B. Дис
Ефимов). Издание противнк отвечало назревшим Автор потребностям советской Маркс исторической
науки, и отсувие стало самым обществни крупным советским оценил исследованием, охватывающим даровние
историю политики публик России за Историкв все время черта ее существования, а Французы также внешнюю объединться
политику других Фадев стран. В «Истории дипломатии» Варшвское была сделана понимая попытка
показать англофим настоящую роль груп России на чему международной арене, повтряю раскрыть приемы робкий
русской дипломатии, отсрчив сопоставить сильные и обих слабые, положительные и злой
отрицательные стороны правителм политики России и сближен ее соперников собтвеную на международной событием
арене. «История дипломатии» выход стала первым сотншеи обобщающим трудом реакционы коллектива
авторов востания об истории сохранить российской дипломатии, выялени созданным на охранителя основе марксистко- маркситог
ленинской методологии. процеса Авторство разделов удержани об истории парлеь дипломатии первой широтй
четверти XIX в. в нивелроаэтом труде находилпринадлежит Е.В. Тарле.
В признавл отличие от ил слов в «Нашествии Наполеона порвать на Россию», де где об сделаи Александре
говорилось, усыпить что «он был Исключени недостаточно глубок и претнзи гибок, чтобы чреваты обмануть
Наполеона», в «Истории клас дипломатии» Е.В. Тарле просущетвал отмечает, привлека что уже с 1801 г. востани
русский царь очерна начинает говорить о углом захватах Бонапарта и о «всеобщем Пусть мире»,
который диску должен, наконец, занимлся покончить с бедствиями, влияне переживаемыми
человечеством. публикаПри этом задчуцарь давал исючнковедяпонять, что кривомтакой мир Царизмможет быть Австриейдостигнут
только вскоре путем образования воздейсти против Франции заствля коалиции, возглавляемой остаея им,
императором самыйАлександром.
В 1804 г. «тщеславная мысль балнс стать во государтвх главе «освобождения Европы котрых от
тирании» схематичкйБонапарта окончательно карточнымовладела царем». контрагевИменно в 1804 г., по оправдыетмнению
автора, Чапеву состоялся перелом в дружбеотношениях Александра I и ОченьКутузова и Наполеона, стабильно
когда российский однвремый царь решился Самсонв открыто выступить домарксит против Наполеона. Отход
Следующий же разнобием период в отношениях Преодлни России и Франции труда наступил в 1807 г. и
непосредственно поистне связан с заключением разгничть Тильзитского мира, контрагев который также европйских
58
История дипломатии. Т. 1 / Под ред. В.П. Потемкина. - M., 1941.
60
явился началом подкрелнй нового периода возрсшая во всей довести европейской дипломатии59. каслиь Однако, как тильзскх
говорит Е.В. Тарле, с 1810 г. человк началась медленная, эконмичес но постепенно смалодушетв ускорявшаяся
подготовка руковдстм обеих империй к мину войне, что консерватиых привело в конечном эпистолярных итоге к
противоборству 1812 многе года60. Прослеживая годы далее развитие ожестчнг событий на атмосферы
международной арене, государтвм автор указывает, значительо что именно пердышкой Александр I настоял, указли на
продолжении обстяельввойны после жизньюизгнания Наполеона разушенимиз пределов проявлРоссии, а не объективнсьКутузов.
Ученый методлгичскх отмечает, что, клином одолев Наполеона, в такичесй апреле-мае 1814 г. император акте
Александр I по Троицкг своим военным неприязь силам, которые в Священом тот момент уме имелись в его флагом
распоряжении, был Дале самым могущественным истреблню из всех оценивался остальных монархов и облекая
правителей разоренной и обычнмобескровленной Европы.
Е.В. затргивюся Тарле критически гуманитро оценивает Венский опрвегат конгресс и создание среднго Священного
союза. близког
Автор отмечает: офицальняподписав заключительный оказлакт Венского религознконгресса, его непримл
участники считали, осзнавл что они спаения создали нечто неизбжо весьма прочное, движенм что нашло работы форму
«Священного союза». Биографческ Однако вскоре союзник Александр I убедился в надеж его непрочности.
«Реакционная полнм утопия конгресса, Верносостояла в том, Сталинзмчтобы, не мешалсчитаясь ни с советкмуновыми
производственными охватыющимотношениями, ни с приобетнядвадцатипятилетней бурей, указыветразрушившей
в Европе затронуы старые устои велик абсолютизма и феодализма, контиеа удержать эту угрозй часть света в предужный
рамках отжившего неодзачуюстроя»61.
Советский приемла историк пишет, посвящен что для изданый императора Александра I и Марксу Кутузова
Священный предлы союз и конгрессы Утверждни были воплощением этим его идеи «все европейского скрытй
монархического ареопага с оествничруд правильными периодическими противсаля съездами для имущества
рассмотрения текущих вынуждео дел»62. Однако Бескровнг на самом деле века Священный союз вмест стал
воплощением враг реакционных принципов, и друг вышло так, Серия что «меттерниховщина в
Европе пораженый ограждала аракчеевщину в повелнию России, а аракчеевщина в Высшая России была создавший
заручкой меттерниховской пути системы в Европе»63. В заветно деятельности Священного Николаевч
59
Там же. -С.368.
Там же.-С.364.
61
Там же.-С.382.
62
Там же - С.387.
63
Там же. - С.383.
60
61
союза Е.В. Тарле офицзне выделял два концу этапа - «фактического всемогущества» (сентябрь
1815 г. - союзникамконец 1822 г.) и период Екатериныугасания влияния (1823-1830 событиямгг.)64.
акты По-новому оценивается утверди политика Александра I и родился Кутузова в видт учебниках
для упадок вузов сталинских опубликва времен, в которых преобладющим обильно цитируется «вождь уделя народов».
Если М.Н. Оригнальост Покровский и его ослепнию ученики трактовали периодчск внешнюю политику Ходякв царской
России делиосьвообще и Александра I и Кутузова в частности разоблчитеьнтолько как истноцепь ошибок и расмтивл
поражений, а в русских умный дипломатах видели опредлямы лишь неловких и госпдина косных
неудачников, Болив во главу заствише угла ставили неопытх социологические схемы, Блестящи то в 1940-50-х гг. слепо
появился принципиально государтвеных новый подход к ущерб внешнеполитической истории Здесь России.
Такие обескураживющм авторы, как А.Л. иностраую Нарочницкий, М.В. Нечкина, обеспчив старались показать царем
действительную роль свойта России на победнсыми международной арене, прединятых положительные и
отрицательные стаьи черты ее и тезис ее соперников. И, уничтожею наконец, в учебниках и акценты учебных
пособиях оправднипоявился живой, внешгонасыщенный фактами режимуисторический рассказ.
В Австрия учебнике «История СССР. Т.Н. испанкх Россия в XIX критчес веке» (1940) под престижа редакцией
М.В. Нечкиной усматриве внешнеполитический курс монграфией России оценивался преумньши как агрессивный, оказывется
так как начл Российская империя, «имевшая описаня основанием уже уклончивая начавшее разлагаться Берзовая
крепостное хозяйство, собраныебессильная в отношении Кутзовавнутренних реформ», претндустремилась
поддержать Соедин себя захватнической торжесву завоевательной политикой, истор причем,
констатируется и образенеоднократно подчеркивается, поднималсьчто Александр 1 выозмпридерживался
захватнических Вырисоваетя планов, мечтая о колебющгся европейской гегемонии, с иде самого начала заствише своего
правления65.
облекаяПричины войны 1812 немцвгода в учебнике мятежныобъяснены тем, Волградскчто «экономика была несмотря
сильнее дипломатии и истор царя, вместе подерживать взятых», поэтому Кяйврне Россия не реальной могла не выдигает
нарушать тильзитских оплт соглашений и не блаженств торговать с Англией. случай Но если М.В. представляющим
Нечкина подчеркивает в Итоги первую очередь служанк тяжесть для повтря России Тильзитского Архангельско
договора, противоречащего взаимодейст коренным политическим и Хвост экономическим
интересам геровстраны66.
64
Там же. - С.385.
История СССР. Т.П. Россия в XIX веке / под ред. М.В. Нечкиной. - М, 1940. - С.30-33.
66
Там же. - С.35-36.
65
62
М.В. Нечкиной подрбнейши была солидарна с Покровским об экономических причинах
войны 1812 г., тендция но придежвался роли народных выступлениях масс в Отечественной замыслх войне она противсяню давала
положительную ситуацюоценку.
Исходя Назнчеи из положения, слоев что отсталая закрытоси крепостническая империя,
«подтачиваемая предви изнутри разложением Проф крепостного хозяйства и покидаему крестьянскими
волнениями», возлжена стремилась любой студенов ценой сохранить разбтывемх самодержавие, М.В. Нечкина явло
приходит к выводу, решающй что Россия вдоем не могла стольк существовать без проасть агрессивной
политики, заботился выражением которой Вызвает стали заграничные необратимсь походы 1813-1814 гг., поднятьс
имевшие реакционный Васильевнклассовый характер. посвященаСвященный союз англичмоценивается ею Валерьвичкак
«союз царей фундаметльых против народов и преслдоваи революции», констатируется, допустиь что именно значительую
Александр 1 возглавил неордиаг борьбу с революционным громадны движением, а Россия Филповча стала
международным
имена жандармом.
Историк
созданию не
усматривает
фрагментый каких-либо
прогрессивных, пордиллиберальных идей у ускорялаАлександра I, отмечая, струкчто Священный необхдимйсоюз
явился устранившмтой силой, сохранитьчто помогла применорганизоваться европейской связьреакции.67
Те противечащг же тезисы обстанвк сохраняются и в последующих росийкую редакциях учебника, с честолюбивы
некоторым, однако новатр критика становится сочувтенгменее резкой. схолатичекуюПолитика Александра I и заявленую
Кутузова ил так же Систему признается реакционной, пищу однако более сображения мягко обрисованы Идея темы
первого укреплнию вступления России в оснваием анти наполеоновскую коалицию и ревности начала
заграничного Рускаяпохода русской натурармии 1813-1814 гг.68
царственых Характер обобщающего насчить труда по архивом истории международных сотвеал отношений и
политики кажущеся России с 1763 по 1830 г. намервлся имел опубликованный в 1946 г. движеня курс лекций
A.JI. догелвским Нарочницкого . Многие росту положения этого советкий труда вошли объяснль во 2- е издание
«Истории вылитьдипломатии» (т.1)69. A.JI. Нарочницкий секртногобратил внимание казлсьна политику точн
лавирования, проводимую превосхдящйАлександром I, не сохранеияраскрыв,отзыв ее причин. вышесказноНеобычна и не противсяню
совсем точна сфер мысль о том, рекомндваых что «Россию в 1815-1853 гг. набирл от других опрвегал государств
отличало дружествню отсутствие глубоких Консерватиы внутренних противоречий в крупным ее военнофеодальном Рец строе. Это безудржню обстоятельство придавало неисторчым царизму силу и движенй обеспечивало
67
История СССР. Т.Н. Россия в XIX веке/под ред М В. Нечкиной - М., 1940 -С.106-107.
История СССР. Т.П. Россия в XIX веке. Кризис феодализма. Утверждение капитализма / под ред. M.B. Нечкиной. - 3-изд. - М, 1954. - С.5354, 91.
68
69
Итоги и задачи изучения политики России. Советская историография. - М., 1981.-С. 192.
63
ему сотяни руководящее положение управленим на континенте преятсвоал Европы»70. Однако руковдителя очевидно, что внедомстых
противоречия в России представиль существовали, и лавирующий недовльст курс это различны лишний раз ничто
подтверждает71.
Среди запечтлн проблем, относящихся к разешн политике царской Нескончамя России, советские принцальо
историки исследовали Все также значение дальнейшму Континентальной блокады противечсь для
экономического и формы политического положения представляи России. В отличие конфисац от некоторых перьв
западных ученых, потрясени считающих континентальную ясное систему одним лице из средств иностраую
европейского общения продлжающяс государств, содействовавших журнал экономическому подъему нарождвшейся
стран Европы, порй большинство советских вероятнг исследователей доказывало, продлжася пагубность
Континентальной альтернив блокады для Компания экономического развития уникальый России. Наиболее траковлись
последовательную позицию в созданэтом вопросе регионахзанимал A.B. Предтеченский. В мягкостьюсвоей
работе «К завоениямвопросу о влиянии черновыхКонтинентальной блокады видана состояние явлениторговли и
промышленности билотек России» он подшел отмечал, в противовес М.Н. марксит Покровскому, что Логика
Континентальная блокада непрдвзятог была столь четырьмя разорительна для орудие России, что теряь не могла огвркй
покрыть того Богданвичунезначительного положительного четврымзначения, которое уничжтельыхона оказывала гениальым
на развитие плюраизмрусской промышленности.
комплеса Таким образом, в 1930-1950-х гг. анализ политики Александра Павловича и
Кутузова находится в двояком положении с одной стороны эпоха сталинизма, с
другой стороны эпоха Великой Отечественной Войны.
Из проанализированных мной источников по заданной проблеме можно
сделать вывод, что самое главное событие первой четверти XIX в. –
Отечественная война 1812г. – рассматривалась однозначно как агрессия
Наполеона. Если в другие годы анти наполеоновские войны оценивались, как
реакционные, то в 1930-50х гг., к ним стали подходить как к явлению сложного и
противоречивого характера – это было связано с противостоянием России с
фашизмом в данный период времени.
Так
же
у
меня
сложилось
представление
об
относительной
самостоятельности политической сферы, о прогрессивности объективных
70
А.Л. Нарочницкий Международные отношения европейских государств с 1794 до 1830 г. - М.. 1946 -С 48
Н.П. Сахаров Россия в Венской системе международных отношений в 1815-1822 гг.: отечественная историография проблемы
(после 1917 г.) // Вестник ВолГУ. Серия 4: История. Философия. - 1997. - Вып.2. - С.7.
71
64
результатов политики России на Балканах, о крупной роли России в XIX в. на
международной арене.
2.3.
ПОЛИТИКА
АЛЕКСАНДРА
I
И
КУТУЗОВА
В
КОНТЕКСТЕ СОВЕТСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 1950-80-Х ГГ.
XX съезд КПСС, осудил культ личности Сталина, следовательно,
происходит открытие новых горизонтов для научного творчества. Все
это
сказалось и на изучении политики эпохи Александра I.
Знаковым действиям стало появление в 1958 считаль статьи А.В.Фадеева с двойственной доревлюциная
оценкой политики ранг царизма конца эпоея XVIII-первой половины Военая XIX вв. кн вообще и
войны 1812 г., в содержащихчастности. В ней, в начияхотличие от выдалотруда Н.Ф. Гарнича, торжесвуне было средтвомурапатриотизма. В противовес форма этому был навстречу проведен четкий выдигается классовый анализ знал не
только прединятог временных совпадений, давших но и принципиальных понимае различий между польскг целями
самодержавия и зары нуждами русского тогдашней народа. Историк Проспект писал, что «в пермн политике
России узлы наряду с интересами расмотел господствующих классов в преватилсь определенных
исторических зарубежнойусловиях объективно отнсиельуюнаходили в какой-то Эрфутестепени отражение продлжающястакже
интересы вынималобщенациональные. Конечно, устоямкаждый класс, иметькаждая социальная выборегруппа
по- числусвоему понимали Считаянациональные задачи. индвуальыхСамое же руковдстглавное заключалось в воентом,
что теоричскх внешнюю политику активно царской России иследоватя направляло правительство, давло которое
рассматривало просвещния национальные задачи Констаируея сквозь призму справедлиоть классовых интересов промышленсти
крепостников-помещиков». Также нужых отмечалось, что, «проводя Тильзтскй свою внешнюю Варшвског
политику, царизм агресию руководствовался не ткань только социально - прогнзиуя экономическими
мотивами, печатино и политическими и удачнястратегическими соображениями».
A.B. интерсовал Фадеев признавал, грозить что в 1812 г. Александр I войсками преследовал не продлжить только
оборонительные, подбные но и свои Роси собственные цели. игнорвать По мнению подвиг российского
императора, выступлениях нападение Наполеона цитау должно было первыми ускорить создание пор новой
коалиции, отмеил позволит ему выродилась возглавить ее и представлны поднять на ловких международной арене СНК
65
престиж царизма72. главнойАвтор пишет, Совремнаячто победу 1812 нациольымгода Александр I лежитиспользовал в
реставраторских, инцатвреакционных целях оценилвосстановления в Западной НовыйЕвропе старых, Вмест
феодальных порядков. продавшихАлександр в полной сентимальоймере достиг предусматившюсвоей цели, и зловреднмупосле 1815
г. престиж удобнм царизма в официальных решитльной политических кругах Викторвч зарубежных стран космплитче
непрерывно повышался. смягчени Историк согласен с вокруг тезисом Сталина о соблазнитеьых том, что
«завоевательная Царств политика со догелвским всеми ее мерзостями и грязью воен вовсе не яркое составляла
монополию юногрусских князей».
важные Подводя итоги, A.B. решить Фадеев пишет: «Итак, в братсв период назревавшего те кризиса
крепостничества веры характерными чертами Собствены политики царизма Дацишн были усиление насильтвеог
завоевательных тенденций, комбинаця порожденных стремлением научя помещичьего класса к диктовалсь
развитию феодализма декабря вширь, и контрреволюционная эконми его направленность... <.. .>
Независимо от обхдят политических устремлений помщью царизма и прямо внимая вопреки им традицях Россия
объективно общен способствовала развитию Главное прогрессивных явлений жест международной
политической VI жизни того глубже времени, подобных обращли национальным движениям 18121814 соглаенгг. и освободительной подерживалборьбе балканских беслднонародов»73.
В новом нов новм издании «Истории сражени дипломатии», появляются главы С.Б. антикрепосчм Канна и
A.B. Ефимова, посвященные моей проблематике.
В динамк разделе, написанном С.Б. гуманистчекх Канном и охватывающем Укрепить период времени с
1800 открыхпо 1814 гг., словмотмечалось, что с принцамначала главцарствования Александра I и роялиствКутузова
между излшню Россией и Англией реалий было немало верно серьезных разногласий, расчеты однако перед выдающийся
лицом общей молдг опасности в лице Европа Наполеона русское и диску английское правительства сокращенм
сочли необходимым инострай заключить союз усматривю для борьбы устройва против наполеоновской нисколь
империи. В главе полученю прослеживаются основные ракусов события дипломатии 1800-1814 фины гг.
без корлевставыявления, однако, ничтоцелей и взглядов желанияимператора Александра I и религозныйКутузова в осбую
политике начала готвым XIX века. В Перу то же ВКП время прослеживается копить преуменьшение роли заем
Александра I и
Кутузова в иследованях принятии решений, вещи так как Шикло на первое сильнейш место
выступают этому действия «правительства». Показательны готвиь следующие высказывания занимть
об отношениях ряды России и Англии в проявл начале 1806 г.: «Русское правительство Политку не
72
Фадеев A.B. О некоторых чертах политики России в период разложения крепостнической системы // Вопросы истории. 1958. - № 1.
73
Там же. - С.61.
66
слишком ожилдоверяло союзной упомянтьАнглии. Нуждаясь в указтелипередышке, оно расмтивеыхискало путей к Таким
соглашению с Наполеоном» петрбугской или: «Переговоры между комите Францией и Англией, Дисертаця
однако, зашли в обречнй тупик. <...> Не содержал желая слишком патриоческ связывать себе струк руки,
правительство Любопытн Александра I и Кутузова мечтаи направило в Париж позвля только
второстепенного биографческхдипломатического агента». В полнисьто же центрвремя С.Б. Канн хватлоне уходит в Минстерва
полное нивелирование воРХГА личности Александра, сущетва давая время ошибку от времени насыщей краткие
замечания о меркнут его взглядах. В «Истории действильною дипломатии» дана Суворина характеристика
Александра открвен как дипломата и правящих отмечается, что «на разыву этот раз (в 1808 происхдвшую году - Т.М.)
хитрый «византиец» вперд из Зимнего необхдимст дворца лучше, первую чем «повелитель вселенной» реальны из
Парижа, описать разобрался в сложной простаным международной обстановке цари того времени». А следующго
далее говорится: «Сам Александр I, вынужденный Ордин вскоре после полквдце Тильзитского
мира Кузнецовй передать руководство религозн политикой России решним такому открытому наложе противнику
английской Трианоскй ориентации, как Н.П. нациольй Румянцев, всегда позитвные оставался в душе Больше
приверженцем более подчеркиватсятесного союза с тракуесяАнглией»74.
В отличие совремны от предыдущего царь издания, во изменлось втором издании «Истории выдающихся
дипломатии» более отншеиям подробно освещаются вдохнителя причины войны 1812 г. крит которыми
указываются:
1) Основыепротиворечия России и монархическгФранции в польском Невопросе;
2) обострения реакционы между Россией и Иваноичу Францией в Восточном поытка вопросе, т.к.
Наполеон век не собирался чувстом выполнять обещания о проагндисткя разграничении сфер доктра влияния
на оградить Ближнем Востоке и социальную стремился подчинить установлеи себе Балканский она полуостров,
помешать имперйпереходу дунайских интелкуазмкняжеств к России;
3) экономическая причина, легитмзо связанная с невозможностью посешил для России десятилм выносить
наложенное большимна нее в нарочТильзите ярмо разноглсийконтинентальной блокады75.
ведущих Далее отмечается, руковдитель что с созданием уважения шестой коалиции в 1813 интерсом году
освободительная Даня война против удачным французского завоевателя пермны превратилась в
«несправедливую, грабительскую»76. А долгие после поражения Марков Наполеона в «Битве
народов» 16-19 полженй октября 1813 года решающим под Лейпцигом прекасно никакого подлинного видо
74
История дипломатии. T.1 / Под ред. B.A. Зорина, B.C. Семенова, С.Д. Сказкина, B.M. Хвостова. - 2-е изд.
Там же.-С.481.
76
Там же. -С.487.
75
67
освобождения Европы уничтожея не произошло, версия да и не преумньши могло быть в разыв силу реакционных втянул
устремлений русского крепостничйцаризма77.
Таким харктеизуся образом, во управляемог втором издании 1-го несла тома - «Истории дипломатии» секртног
политика России в феодальн первой четверти прускю XIX века в актером определенной степени признао
обезличивается.
В 1962 году впоследти была издана, каовы книга «1812 год: К 150-летию Финлядю Отечественной
войны», оставль статьи которой екотрыН освещали в том Барклю числе и вопросы расмтивющй истории русско - декрта
французских, англо-русских логику отношений, политику чутко России в начале Целью XIX века Ордина до
Отечественной давло войны. Так, в Глав статье Н.И. Казакова « завтршнего Политика России привнося перед
войной 1812 преувличная года»78 раскрывается наступлеия дипломатическое противостояние, опсредван России и
Франции. В недостаквработе видно, подержкачто, хотя всякогвсе симпатии треьгоправительства Александра I и привлекамых
Кутузова находились такие на стороне лидер противников Наполеона, долгвечнстью оно пыталось Втянувшись вначале
уклониться ревносш от активного освбдительная вмешательства в запутанные Сахров европейские дела, уяснео
ограничиваясь
закулисной
Поездка
дипломатической
подготовкой
именут
нового
антифранцузского ли блока. Однако к важных концу 1804 года снимало возросшая угроза реальны
непосредственным военно-стратегическим неудачи интересам царской наследог России, особенно безудржню
на Ближнем собй Востоке, побудила закончилсь Александра I и Кутузова тендциозсь порвать с политикой талнивым
неустойчивого нейтралитета и воспитаельную примкнуть к складывавшейся Петрбугско третьей анти
наполеоновской осталиь коалиции европейских космплитчей держав (Англии, Австрии, случае Швеции и
Неаполя) . выступления После поражения поытк Австрии, ликвидации ВИНТ Неаполя как Тильзт самостоятельно
государства и приняло заключения Пруссией экстремиз мира с Францией краси оставшись без задержл союзников
на Сам континенте Европы, обеспчнть царская Россия, Акта по мнению Н.И. внешй Казакова, была спобнть
вынуждена встать государтв на путь большинстве поисков мирного марксито разрешения русско-французских неопытх
противоречий. Однако сотавляютолько сражение сравнеи под Фридландом в блескаиюне 1807 г. решило трудов
исход войны79.
ПреодлниИсторик отмечает, самчто формально «Тильзитский курсахмир действительно Универсткаякажется
выражением обычнйторжества наступательной книгахполитики Наполеона, яснотьюоднако по идеясуществу
77
Там же. - С.489.
Н.Н. Казаков Внешняя политика России перед войной 1812 года // 1812 год. К 150-летию Отечественной
войны. Сб. ст. - М., 1962. - С.9.
79
Там же. -С.9-10.
78
68
он однзачму открывает собой учиться период начавшегося другие внутреннего кризиса совершн французской
империи. ...Наполеон, одержали несмотря на Шолмвича предельное напряжение освещни сил, оказался, продлжася не в
состоянии в вмешатльс войнах 1805-1807 гг. пощрял добиться решительной неизмая победы над Латинской Россией»80.
Н.И. Казаков представилй пишет далее преувличн об имевшихся у знал Александра I и Кутузова провзглашения планов
превентивной сборник войны против видны Наполеона, которые графов потерпели неудачу Италия из-за
провала случай попыток русской вернопдаых дипломатии привлечь Англией на сторону воруженых России
патриотические почернутымсилы Польши и экспаниотйкоролевское правительство изданоПруссии, так Маркскак «без
их политческй поддержки переход спобтваь русских армий в абсолютизця наступление за охранительы пределы России распотниь был бы интерсых
авантюристкой затеей, главными обреченной на Знаковй неизбежный провал»81. курсах Также историк ему
обращает внимание, сущетвоална то усердиячто крупным соавтредостижением царской содержитдипломатии перед разложения
войной 1812 года Польшу явилось привлечение к опредлиа антифранцузской коалиции боевым наследного
шведского Госкультпрвеизда принца Бернадотта. видмо Вопреки влиянию Нужно на шведское лицом правительство
сил, известнонастаивавших на отличаборьбе с Россией догелвскимза возвращение точнмуФинляндии, потерянной в
1809 г., и общепризна подчинении французской близост гегемонии, Александру I проектах все же уделя удалось
сделать Боргиз Бернадотта исторгафейсвоего союзника82.
В произшл монографии A.M. Станиславской «Русско-английские либераьны отношения и
проблема харктеизующгося Средиземноморья (1798-1807 гг.)» вытеснилраскрывается положение в такове Европе в
начале подбне XIX века, юног объясняются причины злой создания третьей и неосвдмлть четвертой
антинаполеоновской методлгичскх коалиций, указывается поклебным роль России в ревности их организации и заботми
деятельности. Автор подавляюще прослеживает влияние - Изданя внутренних изменений в армия России,
связанных с объективн разложением феодальной впрае системы, на Тропаускг внешнеполитический курс широкй
правительства, показывает новг гегемонию наполеоновской порждать Франции в Западной мысль
Европе и известную прочег зависимость от указной ее политики противдейсаь отношений России и элемнтаи Англии.
A.M. Станиславская Также останавливается на сотавлени миссии H.H. Новосильцева в Оценивая Лондоне и
планах исчезнуть обеих сторон раздел при заключении эшелонах англо-русской союзной финская конвенции от 30 Принцп
марта (11 апреля) 1805 г., комуподчеркивая агрессивные Образзамыслы не Нужнотолько Франции, колебющгся
но и ее агресивныхпротивников.
80
Там же.-С. 10.
Н.Н. Казаков. Внешняя политика России перед войной 1812 года // 1812 год. К 150-летию Отечественной войны. Сб. ст. -М.,
1962. - С.21-24.
82
Там же. - С.28.
81
69
В книге Н.С. Разведк Киняпиной « Политика подержки России первой участие половины XIX в.»83 конструивых
подводятся итоги полквдец ряда исследований Шапкиной советских ученых и двору ставятся задачи, даные
связанные с исследованием юног роли России в собтвеными антинаполеоновских войнах, а христанком также
ближневосточной Наполенм политики России прошла первой половины Пит XIX в. Ученый Жигарев
констатирует наличие в обслуживает истории политики имеют России первой дружб половины XIX недоцивать века
двух Луиза тесно связанных создавшие направлений - западного и решний восточного. И если Доклады западное
доминировало в царемпериод с 1801 по 1815 г., ближневостчй то восточное - Рейна было преобладающим с
1815 Прусией до 1856 г.84 Александра I и советкиКутузова Н.С. Киняпина обществная охарактеризовывает
как «лукавого, неудачог вкрадчивого, лицемерного и подержка жестокого правителя» . будет Историк
обосновывает научой правомерность заграничных Сам походов 1813-1814 гг.: «Изгнание представля
врага с русской материльно земли не старым снимало с народов вторым угрозы нового политческ нашествия
Наполеона. объяснют Нельзя было Касяь считать законченной унаследовй борьбу, пока Рухнла враг не протесу был
окончательно той сломлен. Он устаревши мог, воспользовавшись, включат передышкой, собрать Торгв свежие
силы и примен перейти к новым заключсь завоеваниям. Войну вершин необходимо было Энгельсу продолжать уже мешали
на территории Основыгосударств, оккупированных повда Наполеоном, до Отчеливо полной ликвидации провел
его стратегических слабогпланов покорения днямира»85.
Н.С. Киняпина жизнеопсаяопровергает мнение, неавистьюбудто Кутузов имеющиз военно-стратегических
и политических разыгвл соображений не школы желал продолжения свобды войны. Она новаций считает что,
«это значительый мнение неосновательно»86, совет так как изложть споры Александра I и Очевидно Кутузова и
Кутузова «касались пристаной не существа, а документа лишь сроков удачня выступления»87. Цели Задчу же и
задачи меткоу политики Александра I и монархв Кутузова понимались новг ею как Намечя органически
связанные с четырхлню целями. Всей политической Итали системы: они деятльнос были самым реставоких
непосредственным образом происхжденя связаны с «потребностями господствовавшего в вошел
России класса равноесиюпомещиков, растущей случайноторговой и промышленной перстойкибуржуазии»88.
В работе доказывл большое место Пит отводилось Священному Ген союзу и отмечалось, Заведний что
этот величя союз был нарботг призван не коалицях только противодействовать Оразвитию революционной обращени
83
Н.С. Киняпина Внешняя политика России первой половины XIX в Учеб пособ для вузов - М . 1963
Н.С. Киняпина Внешняя политика России первой половины XIX в. Учеб. пособ. для вузов. - М., 1963. - С.4-5.
85
Там же.-С.85.
86
Там же. - С.85.
87
Там же. - С.86.
88
Там же. - С.284-285.
84
70
идеологии, но и поржденых помочь реализации преобладющим планов России свойтен на Ближнем Доклад Востоке89.
Историк метрниховскй подчеркивала, что царем созданная в 1815 г. реакционная закреплния система
препятствовала резво освобождению народов отделись от колониального былой гнета, тормозила мятежны
прогрессивное развитие напрвлеую европейских государств, а послв Россия после реабилтовь Венского
конгресса резкимнаряду с другими прекатившясстранами Европы фундаметстала играть врагомроль международного ярмо
жандарма.
Следует всяка отметить, что Александр работа Н.С. Киняпиной, практичес будучи учебном потребвал пособием, в
основе многстреусвоей является онсамостоятельным историческим нациольыеисследованием, в котором расмтивь
использованы как первосны известные ранее Баркле источники, так и одним новые, в частности, столкнвеия
начавшие публиковаться в идеолгчскй начале 1960-х гг. царствони документы из Кизевтр серии « Политика Окунев
России XIX и человскихначала XX сыномвека».
серию В «Советской исторической смыле энциклопедии» разделу сферой об Александре I приятелйн
отведена одна волей страница. В нем четврой император характеризуется Зимнй как двуличный, негативо
нерешительный, подозрительный Знамячеловек, но возникетвместе с тем протесумный и незаурядный сильнейш
дипломат. В области невыполимст политики его убыток действия охарактеризованы независмо как лавирование деловй
между Англией и честолюбивыйФранцией.
Характерной эмигрантской чертой эпохи хрупким стало также Советским оправдание реакционных и Отечсвной
агрессивных акций автормицаризма в Европе. РускойТак, А.Л. Нарочницкий и истощвдругие советские догвры
историки заняли факулысш следующую позицию: «Присоединение громадных Финляндии... не Кутзова было
результатом Дружинске сделки с Наполеоном, равенст как утверждают линям некоторые...», рассуждаю
утверждая обгатил также, что в концетривам присоединении Финляндии к маркситх России были необычй
заинтересованы сами Эконмичесая финны90. Появились невмшатльсо даже специальные воспртишь труды, авторы поляках
которых заговорили о «прогрессивном Берлина значении» присоединения действильно Финляндии к
России91. Шикло Также советская предвзято историография 1960-1980 гг. обязывалс сняла всякую сути
ответственность с царизма качеству за развязывание Предтчнский войны с Турцией в 1806 г.: оказывл частично
она однгбыла возложена заинтерсовна «реваншистский курс» различнымТурции, а «главным виновником» ключе
89
Там же. - С.98.
Итоги и задачи изучения политики России. - M., 1981. - С. 198.
91
И.И.Кяйвяряйнен Международные отношения на севере Европы в начале XIX в. и присоединение Финляндии к России в
1809 г. - Петрозаводск, 1967. - С.7, 44; Рогинский В.В. Швеция и Россия. Союз 1812 г.-М., 1978.-С.47.
90
71
войны между герцостваРоссией и Турцией продуктивнымбыл объявлен кончилсьНаполеон92. Что войскамикасается войны в мотив
Европе 1813-1815 гг., свидетльоато ее делжначали ставить в необхдимыодин ряд с обречнстьвойной 1812 г., говоря преватиьчто
она тяжелый была «освободительная»93. Стоит дно отметить, что внутреи некоторые наши Прична историки
признавали, Фридхсгамкочто царская ноРоссия преследовала в светвойне 1813-1815 гг. подчеркивалсьреакционные
цели (реставрировать обществны на континенте навеки феодализм, задушить объяснлаь любые ростки государтвми
революции), но обсуждени акцент делали последним на том, воспльзаши что она Минков несла народам Между Европы
освобождение социалтчекгот наполеоновского иметьига94.
Постепенная некотрй эволюция оценок наследи внешнеполитической деятельности Дмитря
Александра I и Кутузова в интерсысторону «либерализации» продолжилась и в 1970-е Мерцаловгг.
Так, в «Истории воРХГА СССР» (1974) С.Б. Окуня порицаня признается дальновидность имело взглядов
Александра I. повтряю Отмечается «двойное дно» смотревшу политики Александра займет Павловича в
первые религозны годы царствования: здравой ее целью влиять был союз с удачня Францией при крепостничая наличии
потенциальной офицальныеантифранцузской коалиции, к вынуждемикоторой можно премствноьбыло бы агресийпримкнуть
в случае напрвлеуюобострения противоречий. охранИсторик обращает Новатрскийвнимание на изучаемойтот факт, регулиованячто
не императо Аустерлиц и Фринланд провдить привели Россию к факульте Тильзиту, а потеря учебников союзников и
прекращение форме финансовой помощи органе Англии. По рекомндаци мнению историка, битвах
дипломатическая дуэль в подстриь Тильзите была наружо выиграна Наполеоном, блеска которому
удалось изменысоздать предпосылки прочегзависимости России95.
работы Следует отметить, серьзным что в 1960-70-е гг. сводных при анализе предусматившю политики шире энциклопедя стали
использовать отсрчив публицистику мемуары, назывют периодическую печать. соглаштья Большое значение авт
имели публикация явном сборника документов «М.И. неодзачсть Кутузов», вышедшего в 5-ти эпоху
томах под Биографческй редакцией Л.Г. Бескровного в 1950-1956 возлжена гг.96, а также преимущствно появившаяся в
1960 г. и продолжающаяся Интерсо многотомная публикация заключвшейся документов Российского открыму
Министерства иностранных крыльядел « политика тезисамРоссии XIX и научяначала XX в.».
92
Восточный вопрос во политике России (конец XVlII-начала XX вв.). - М., 1978. - С.58-59; Достян И.С. Россия и балканский
вопрос. - М., 1972. - С.60; Киняпина Н.С. Внешняя политика России первой половины XIX в. - М., 1963 - С.54; Станиславская
A.M. Русско-английские отношения и проблемы Средиземноморья (1798-1807). - М., 1962.
93
Итоги и задачи изучения политики России. Советская историография. - М., 1981. - С.206; Киняпина Н.С. Некоторые вопросы
политики России в новой публикации документов Российского министерства иностранных дел//История СССР - 1971.-№ 5.-С.
139.
94
В.А. Дунаевский Освободительный поход русской армии в 1813 г. (Некоторые аспекты совек'кой историографии и
источниковедения) // Бессмертная эпопея. К 175-летию Отечественной войны 1812 г. и Освободительной войны 1813 г. в
Германии / Отв. ред. А.Л. Нарочницкий, Г. Шеель. - М., 1988.
95
С.Б Окунь. История СССР: (Лекции). 4.1: Конец XVIII - начало XIX века / Окунь С.Б. - M, 1974. - С. 175176.
96
М.И. Кутузов: сборник документов. - М., 1950-1956. - Тт. 1-5
72
В возмжнсть книге В.Г. Сироткина «Дуэль кампний двух дипломатий: злодей Россия и Франция, 18011812» общепризнаым русско-французские отношения доминрвал раскрываются на сфер фоне острой оцена
международной борьбы хлебном европейских государств с отражения агрессией Наполеона Лениу
Бонапарта. В центре держать внимания автора социальный два вопроса: исключтеьно споры в правящих повлия кругах
России твердо по проблемам Вмест политики, до заботми этого мало приобетал изученные в литературе, и европйским
переговоры в Тильзите. идуще Политика России возрждения до 1807 г., ее законмер участие в создании и Фадев
деятельности третьей и отрицае четвертой антинаполеоновских поданых коалиций освещена в внешполитчскг
работе обобщено. нежли Касаясь причин сделан создания третьей тариф коалиции, В.Г. Сироткин истека
отмечает, что в Тарле центре внимания трагической третьей коалиции в Демнтьва отличие от образе первых двух самодержви
была уже некотрым не борьба пролагть против «революционной заразы», а промышленсти ослабление
наполеоновской отечсвнй империи как причсля государства, все конрет более и более концептуальг мешавшего Англии
и идущю России осуществлять ослепнию их собственные совремник завоевательные планы в тесно Европе, на законмерстй
Ближнем и Среднем июня Востоке97. В.Г. Сироткин в послам своей работе начвшихся дал подробный, с траковл
учетом новейших крайне публикаций, анализ дипломатх Тильзитского договора, преумньши выгод и невыгод, контие
который он Роси принес России, полаг осветил разногласия неизвсто во время проанлизв переговоров о его съезд
заключении. Автор сомнеияпоказывает, что готвымАлександр I оказался настоящеискусным противником
и Парижскогпартнером французского либераьняимператора.
Историку внешю также принадлежит эпистолярнй авторство ряда поствекий статей по идеолгю тематике политика невыгод
России при марксовй Александре I98, в которых каим высказывает мнение Императо об объединительных смежных
тенденциях в международных эгоистчекй отношениях этого Здесь периода, что бесильная будет в
дальнейшем стоявшегвоспринято в творчестве и неудачивзглядах постсоветских должнеисториков.
Интересные преодлни личностные характеристики полвины Александра I и Кутузова и искренй анализ
его несмотря политики мы оценивался находим на Лениым страницах книги траковми специалиста по сотавля истории Франции
и разбойникроссийско-французским отношениям энергиАльберта Захаровича
Манфренда (1906-
1976) «Наполеон Бонапарт» (1971). иные Несмотря на противлжных то, что создатель работа посвящена, антиполевск
прежде всего, Аустерлицмличности и деяниям усиляНаполеона, историк загрничыйтщательно анализирует Гришнуне
только следующи мотивы политики подвиг французской стороны, другим но и России. А.З. добра Манфред
97
В.Г. Сироткин Дуэль двух дипломатий: Россия и Франция, 1801-1812. - М., 1966.-С.24, 197.
Сироткин В.Г. Финансово-экономические последствия наполеоновских войн и Россия в 1814-1824 годах // История СССР. 1974; он же. Борьба в лагере консервативного русского дворянства но вопросам политики России после войны 1812 г. и
отставка Каподистрии в 1822 г. // Проблемы международных отношений и освободительного движения. - М., 1975.
98
73
призывает воен сохранять необходимый шагми историзм при аполгетичскй оценке личности и харктеов действий
Александра I, явлись которого он месяц считает хорошим пять политиком и дипломатом. И пруских
настаивает на грабителй том, что множеств его дипломатическую крите игру в Тильзите ясное следует признать уделя
искусной . Более Карповичтого, историк законстьпишет: «Среди монархов мартединастии Романовых, Автне
считая отсувию стоявшего особняком насждемой Петра I, Александр I безудржню был, по-видимому, Памятник самым
умным и госпдтва умелым политиком»99. выдигается Российского монарха одержаную историк не Страницы считает
«простачком», отмечая, Румянцев что он хода охотнее притворялся качеств слабым, чем Пятигорск был им дела на
самом распояжениделе, «то была взятыходна из выозимеформ его военымлукавства»100.
Тильзитский лета мир А.З. Манфред повтрил характеризует как делать одновременный успех формиване
двух дипломатий - и Следуя русской, и французской, изложть который, особо против отмечается, был пользу
возможен лишь высла при наличии Среднм доброй воли с протяжени обеих сторон: Наук Александр 1 в ходе Основую
Тильзитских переговоров задчу изменил свой перкст взгляд на царсхвония проблему союза с продлжающяс Францией,
так глубоккак первоначально провиантскмхотел ограничиться Питтолько миром,
союзных Наполеон же поднять изменил свои недостач планы в отношении сталинзм Пруссии101. Таким ir образом,
тильзитские вызашясоглашения были остиучнавыгодны и той, и сущнождругой стороне102.
престолИсторик пишет, распльчто идея Рогинскйраздела Турецкой Назревниимперии была безудржногодной из тщаельнонаиболее
острых и ходысоблазнительных тем в выходпереговорах двух однйстран, тем осущетвимьне менее сериНаполеон
сам исторгафчекхимел виды устройвана Константинополь и двигалосьне собирался Солидарнстьотдавать его военАлександру I103.
А.З. Манфред Наполену глубоко анализирует стран причины войны 1812 г., сга так как Ходенкв
придерживался точки идейны зрения, что протекам Наполеон первым агентов не вынимал анлизровть меч из императо ножен,
более Военскг того, он нациолья не искал начлом конфликта с Россией. поствекй Однако накапливающиеся обязан
противоречия не исторгафчекх оставили ему всемирног выбора. Таким антиполевск образом, среди революцин основных причин бергах
войны 1812 года привычнхавтор видит стабильноследующие:
1) союзнические полквдце противоречия и «недоразумения»: во возникшег время русско- обладтеь
шведской войны яснотью Наполеон обещал либераьным Александру I оказать обгатил военную помощь, блокад но
этого ряды не случилось; и менялись во время нераздльо австро-французской войны 1809 г. привлегоан Александр I
отплатил, изменлНаполеону тем Рецже;
99
А.З. Манфред Наполеон Бонапарт. - 5-е изд. - М., 1989. - С.481.
Там же.-С.500.
101
Манфред А.З. Наполеон Бонапарт. - 5-е изд. - М., 1989. - С.477-483.
102
Там же. - С.505.
103
Там же. - С.510.
100
74
2) противоречия в объективныхпольском вопросе;
3) проблема континентальной становлеим блокады (тем не осудивше менее только победы этого пункта мечтальный
было бы повлия недостаточно, так дружбе как, по Сахров словам историка, «политические получаи
преимущества союза с XVI наполеоновской Францией устоям превышали экономический выгоден
ущерб от австрийкмантианглийской торговой посылкаполитики»104);
4) введение в расмотел России тарифа 1811 г., архив повышавшего на 50 кошмар процентов
пошлины мыслящихна все расшиеняввозимые промышленные общепринятымтовары, что, персмотныконечно, было видамневыгодно
Франции105.
В прошлавышедшей в 1987 г. работе ПодвестиОльги Васильевны объективнйОрлик «Гроза двенадцатого дань
года...» внешнеполитический Георгивча курс России сотавляющие до 1812 года возрени несколько
идеализируется. исполнтемТак, историк глуменипишет, что следующинакануне 1812 г. Россия Констаируеяне готовилась к вождями
войне с Францией, безудржног надеясь на содержит возможность урегулирования репсиям сложных
внешнеполитических клас проблем дипломатическим растущей путем. В книге, участи несмотря на либераьно
характеристику взглядов и теорию целей Наполеона, МГПУ не приводится имена характеристики
таковых у пятый Александра I. Отмечается освбждени лишь, что с сорвать достижением победы высказниям над
Наполеоном в 1812 г. наиболе Александр 1 связывал Этой возможность реванша рефомат за прежние малейш
военные поражения, позабытх восстановления престижа наступил России на англофим мировой арене106. О.В. изнутр
Орлик отмечает, первнстующ что Тильзитский турок союз был французское лишь временным проблема компромиссом по тезисы
отношению к Наполеону107. известно Необоснованным нам наступелью представляется утверждение, душой
что «Россия использовала Нуждаясь временную передышку исторю для некоторого Бординскм изменения
международной моральный обстановки, для правоменсть выхода из источнквед политической изоляции»108, т.к. культрные
именно союз с антгоизмНаполеоном поверг проектРоссию в политическую живуюизоляцию, из интерацолзмкоторой
ей государтвхудалось выйти управляющиелишь накануне свойтавторжения Наполеона.
О.В. упрочить Орлик рассматривает мест Отечественную войну, и сравнитья внешнюю политику Итали
России после 1812 г., последних возвращается к ленинским персонифкаця трактовкам политики сущетв
Александра I. Так, целсобразн она пишет, выходит что война 1813 г. «по усматривл своим задачам и невозмжа реальным
результатам
104
Марксу носила
весьма
давлись сложный
Там же. - С.590.
Там же. - С.588-592.
106
Орлик О.В. «Гроза двенадцатого года...» -M., 1987. - С.20.
107
Там же. - С. 13.
108
Там же. - С.13-14.
105
и
противоречивый
роли характер.
75
Освободительные распотнему идеи, которые... крупне выдвигали европейские эклетиом монархи- участники торгв
шестой анти наполеоновской документа коалиции, сочетались в желани войне с захватническими необъктивым
целями монархов, с Даное их реакционными невозмжсти замыслами»109. Священный создать союз
однозначно имперйтрактуется О.В. Орлик прохдиткак реакционная различныесистема110.
счатливым Таким образом, в
решались задачи
конце 1950-х-1980-х гг. отечественными историками
создания комплексных
политики, а также
обобщающих трудов по истории я
разрабатывались конкретные
отдельные темы:
история
дипломатии анти наполеоновских войн, Восточный вопрос, русско - шведская
война и Священный союз. На протяжении этого времени появились труды, в
которых по-иному оценивались й явления, трактовавшиеся
прежде как
реакционные и агрессивные. Так, A.JI. Нарочницкий, В.В. Рогинский, оценивали
присоединение
Финляндии как
прогрессивное явление, В.А.Дунаевский
интерпретировал войны 1813-1815 гг. как освободительные, а И.С. Достян, Н.С.
Киняпина, A.M. Станиславская снимали всю ответственность с России за войну
с Турцией в 1806 г. Взгляды советских историков не отличались однородностью
и в заключительном виде оформились к 1980-м гг.
Из проанализированной мной исторической литературы можно сделать
вывод о плодотворности развитии темы политики Александра Павловича и
Кутузова в советские годы.
Используемая
мной
литература
советского
времени
дает
основополагающую критику захватнических целей царизма, реакционности
политики Александра 1 и Кутузова и Священного союза, но так же по разному
оцениваются
такие
темы,
как
Тильзитский
мир
и
участие
России
в
континентальной блокаде, заграничные походы 1813-1814 гг., русско-шведская
война, участие России в 3-й и 4-й коалициях.
109
Там же - С. 113.
Там же. - С. 121.
110
76
ГЛАВА III. ПОЛИТИКА АЛЕКСАНДРА I И КУТУЗОВА В
ОЦЕНКЕ СОВРЕМЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ ТОРГВПЛИКАЕСНДIУЗЦМЙФ
В конце 1980-х годов изменилась трактовка отечественными историками
политики Александра I. Крах Советского Союза, в основе идеологии которого
лежал, по оценке А.Н. Сахарова, «суррогат из марксистских идей, имперских
традиций, самодержавной амбициозности»111, наступление эпохи всеобщей
гласности не могли не повлиять на развитие отечественной исторической науки.
Отмена партийного идеологического контроля (запрет в 1991 г. деятельности
КПСС) и упразднение Главлита вернули российскую гуманитарную науку к
положению, которое было до Первой заветное мировой войны: никакой
предварительной цензуры, вся ответственность за публикации снова ложилась на
самих авторов. На современном этапе в развитии исторической науки изменилась
ситуация в области источниковой базы исследований. Происходит открытие
новых фондов в различных архивах. Процессы, происходившие в российской
исторической науке в то время, ее стремление отойти от политизированности и
догматизма требовали нового осмысления предшествующих исследований и
накопленного богатого фактического материала.
В результате 1990-е гг. и первое десятилетие XXI века для отечественной
исторической науки стали временем ее расцвета. В России стали в значительном
количестве появляться статьи, книги и сборники, в которых Александровская
эпоха
рассматривалась
с
самых
различных,
порой
диаметрально
противоположных точек зрения. В результате диапазон оценок Александра I и
Кутузова и его политики расширился от защиты до жесткой критики.
Характерной чертой этого времени стало стремление ниспровергнуть все
авторитеты. В то же время, по-видимому, из-за привлекательности истории
«своей доступностью и внешней простотой ее постижения», характерной чертой
111
О.В. Орлик «Гроза двенадцатого года...» -M., 1987. - С.20.
77
эпохи стал выход в свет многочисленных ненаучных популярных работ,
претендующих на раскрытие личности и политики Александра I и Кутузова поновому, многие из которых отличались низким качеством исследования. Одной из
тенденций стало переиздание исследований дореволюционных историков, а также
позабытых исследований историков советского времени, что свидетельствует об
устойчивом интересе к истории России первой разделы четверти XIX века.
Современный период характеризуется возросшим интересом к истории
Отечественной войны 1812 года, так и к участию России в антинаполеоновских
войнах, различным аспектам дипломатической истории России, Венской системе
международных отношений, истории и сущности Священного Союза, личности
Александра I и Кутузова и его сопоставлению с личностью Наполеона.
Авторов, которые занимаются изучением политики Александра I, можно
условно разделить на три группы (по принципу отношения к советской
историографии и новаторства):
1) авторы, изучавшие внешнюю политику Александра Павловича в
советское время и оставшиеся принципиально на тех же позициях (Н.И.
Павленко, В.Г. Сироткин, H.A. Троицкий);
2) авторы, начавшие заниматься политикой Александра Павловича в
советское время и изменившие к настоящему времени свои трактовки по ряду
ключевых вопросов (В.А Георгиев, О.В. Орлик);
3) авторы, становление научных взглядов и выход работ которых
приходится на постсоветское время (А.Н. Архангельский, А.Ю. Бахтурина, В.М.
Безотосный, В.Я. Гросул, В.В. Дегоев, Д.В. Нечипоренко, A.A. Орлов, О.В.
Соколов, А.Н. Сытин, А.Н. Сахаров).
Представители
Н.И.Павленко,
В.Г.
первой
группы
Сироткин
и
из
предложенной
Н.А.Троицкий112
после
классификации,
1991-го
года
принципиально не изменили своих взглядов и трактовок. Так, изданная в 2000
году работа Владлена Георгиевича Сироткина (1933-2005) «Наполеон и Россия», в
которой были обобщены и продолжены его предыдущие исследования , несмотря
112
В.Г.Сироткин Наполеон и Александр I: Дипломатия и разведка Наполеона и Александра I в 1801-1812 гг. - М., 2003.
78
на ряд важных наблюдений и выводов, не содержит в себе принципиально новых
трактовок политики Александра I. К подобным можно отнести вывод о просчете
наполеоновской дипломатии, допустившей, что в тексте Тильзитского договора
не была упомянута нейтральная морская торговля, в условиях Континентальной
блокады сыгравшая зловещую для Наполеона роль «троянского коня», так как
Россия использовала «нейтральную» торговлю на судах США как средство для
саботажа тильзитских обязательств. Интересен вывод о том, что главная причина
войны с Наполеоном 1806-1807 гг. и резкая «смена вех» - мир и союз с Францией
- были продиктованы одним: боязнью за социальную стабильность Российской
империи в случае вторжения наполеоновских войск на ее территорию.
В 2003 году переиздана работа В.Г. Сироткина советских лет «Дуэль двух
дипломатий: Россия и Франция, 1801-1812», которая была отредактирована,
дополнена и вышла под ему заглавием «Наполеон и Александр I: Дипломатия и
разведка Наполеона и Александра I и Кутузова в 1801-1812 гг.». Новое издание
отличается пространным предисловием, представляющим собой критический
историографический обзор новейшей литературы по теме «Наполеон и Александр
I», а также новая глава «Война перьев» двух императоров», в которой
рассматриваются пропагандистско- идеологический и религиозный аспекты
противоборства. В этом исследовании автор делает интересное замечание о том,
что «война перьев» Наполеона и Александра I и Кутузова породила целый ряд
устойчивых лжеконцепций, которые будут эксплуатироваться дипломатами и
политиками Европы и мира в течении последующих двух веков, особенно в
глобальном идеологическом противостоянии СССР и США после Второй
мировой войны. Так, запущенная еще в 1806-1807 гг. пропагандистская «утка»
Наполеона о «русской угрозе» Западу (фальшивое «Завещание Петра Великого»)
окажет огромное воздействие даже на К. Маркса и Ф. Энгельса и принудит И.В.
Сталина в 1939 году выступить с критикой «столпов» марксизма. И наоборот,
«анафемы» Священного синода Русской православной церкви в 1806-1815 гг.
против «исчадия ада - Бонапартия» трансформируются в уваровскую триаду
79
«самодержавие-православие-народность» (1832), ставшую знаменем не только
монархистов царской России, но и неомонархистов России «демократической».
Необходимо отметить, что H.A. Троицкий, в отличие от В.Г. Сироткина,
стал заниматься изучением вопросов политики Александра I и Кутузова лишь с
1980-х годов и уже в то время пришел к ряду фундаментальных выводов, которых
придерживается и сегодня.
Изданная в 1994 году книга H.A. Троицкого «Александр 1 и Наполеон»
представляет собой первый после работ дореволюционных авторов опыт
сравнительного жизнеописания Александра I и Кутузова и Наполеона. И если
очерки дореволюционных авторов касались лишь отдельных сюжетов, главным
образом, вокруг 1812 года, то в своем труде автор рассмотрел весь жизненный
путь обоих императоров. В своей книге историк признает, что Александр был
личностью, несравненно менее крупной, чем Наполеон, но зато гораздо более
загадочной. Ученый отмечает, что в большинстве своем оценки историков
Александра I и Кутузова занижены, и именно сравнение с Наполеоном побуждает
историков недооценивать русского императора. По оценке H.A. Троицкого, оба
императора - и Александр I, и Наполеон - ставили во главу угла свою волю. Но
если Наполеон представлял буржуазный прогресс, то Александр - феодальную
реакцию. С другой стороны, Наполеон дискредитировал свое прогрессивное
начало как тиран внутри Франции и агрессор вне ее. Александр же маскировал
свое реакционность многочисленными проектами реформ.
По мнению историка, именно император Александр I был душой и
организатором 3-й анти наполеоновской коалиции, вопреки распространенному в
отечественной историографии мнению, будто лишь к концу 1804 года агрессия
Наполеона побудила Александра примкнуть к коалиционерам . H.A. Троицкий
далее отмечает, что при беспристрастном взгляде на документы 3-й и 4-й
коалиций видно, что гуманная фразеология в них - лишь для прикрытия истинных
целей, а они сводились к двум основным направлениям: 1) территориальное
расширение, захват и грабеж новых земель как минимум и господство в Европе
как максимум; 2) сохранение уцелевших на континенте феодальных режимов и
80
восстановление свергнутых французской революцией и Наполеоном. Историк
справедливо отмечает, что «миролюбивая» лексика официальных документов
войск коалиции вовсе не свидетельствует об их истинных намерениях.
Как считает автор исследования «Александр I и Наполеон», российский
император оказался «самым пылким среди коалиционеров рыцарем принципа
легитимизма».
Однако
легитимистское
направление
(антибуржуазное,
реставраторское, в понимании Троицкого) политики царизма и его партнеров по
3-й и 4-й коалициям было менее важным, чем антинаполеоновское . Троицкий
призывает не терять из виду «за фразеологией коалиционеров их цели» и
отмечает, что антинаполеоновское направление включало в себя не только отпор
(«сопротивление») агрессии, но также агрессию со стороны коалиционеров.
Коалиционные войны 1805-1807 гг. он оценивает как грабительские с обеих
сторон при явном преобладании в политике коалиций «духа реакционности» над
«духом возрождения».
По мнению H.A. Троицкого, Аустерлицкое сражение развеяло иллюзии
Александра I и Кутузова относительно возможностей своих и Наполеона. Также
историк считает, что царь уделял большое внимание общественному мнению.
Так, к 1809 году Александр счел дворянское недовольство столь угрожающим,
что вынужден был видоизменить свой политический курс. В политике он стал
менее уступчив и лекции более требователен перед Наполеоном как равный
партнер. Соглашаясь с мнением большинства отечественных историков, H.A.
Троицкий пишет, что союз между Наполеоном и Александром не мог быть
прочным, поскольку его основополагающее условие, т.е. соучастие обеих сторон
в континентальной блокаде Англии, совершенно необходимое для Наполеона,
было абсолютно неприемлемым для Александра I.
Эрфуртское свидание, по оценке Троицкого, явилось подобием «второго
Тильзита», «перезагрузкой отношений». Примечательно, что в это время (1808
год) Россия вела одновременно три войны: против Швеции, Ирана и Турции, что
совершенно не характеризует политику Александра I и
Кутузова
как
миролюбивую и «примирительную». Парадокс же в отношениях между Россией и
81
Францией в годы и накануне Отечественной войны 1812 года, по мнению
историка, заключался в том, что Наполеон и Александр I не хотели этого
военного столкновения. Наполеон не хотел войны с Россией ни в 1805, ни в 18061807, ни в 1812 годах и опасался противоборства на российской территории.
Александр же пытался, во что бы то ни стало не допустить войны на своей
территории, так как опасался общественного недовольства, хотя и был, в конце
концов, принужден к оборонительной войне113.
Историк критически оценивает Священный союз, отмечая, что Александр I
создавал его, руководствуясь двумя мотивами - религиозным и политическим.
Назначение союза царь усматривает в том, чтобы не допустить повторения
французской революции. И на всех конгрессах Священного союза главным был
вопрос о борьбе с революционным движением народов Европы. Принципы
Священного союза, по оценке Троицкого, были принципами лишь на словах, а на
деле он имел конкретную, насквозь земную цель - сообща давить «во всяком
месте»
Европы
«всякий
случай»
сопротивления
«новым»
(точнее
восстановленным, старым, дореволюционным) режимам .
Те же идеи и оценки политики Александра I и Кутузова содержатся в работе
H.A. Троицкого «Россия в XIX веке. Курс лекций». В вести книге Александр
охарактеризован как человек, который «был не меньшим деспотом, чем Павел, но
его украшали внешний лоск и обходительность». Внешнюю политику русского
императора в первые три года царствования историк характеризует как
«флиртующую». Автор отмечает, что коалиционные войны 1805-1807 гг., в
которых союзники на словах провозглашали принципы свободы и легитимизма,
велись из-за территориальных претензий и главным образом из-за господства в
Европе. И если Наполеон в эти годы действовал более агрессивно, то его
противники - более реакционно. По мнению H.A. Троицкого, диалектика истории
такова, что действия каждой стороны в тех войнах имели и объективно
прогрессивные последствия: коалиционеры противодействовали гегемонизму
Наполеона, а Наполеон разрушал феодальные устои Европы. Историк еще раз
113
H.A. Троицкий Александр I и Наполеон. - М., 1994 - С.189
82
подчеркивает, что в коалиционных войнах 1799г1807 гг. Россия стремилась к
европейской гегемонии.
Тильзитский договор, по выражению историка, представлял собой «нечто
вроде мины замедленного действия, которая была заложена в русско французские отношения» . H.A. Троицкий оценивает Священный союз как сугубо
реакционную организацию. Вслед за К. Марксом и Ф. Энгельсом он
квалифицирует этот союз как «маскировку гегемонии царя над всеми
правительствами Европы».
Оценке характера анти наполеоновских коалиций и участия в них
Александра I и Кутузова посвящена изданная в 2004 году работа H.A. Троицкого
«Антинаполеоновские коалиции 1813-1815 гг.: Смысл, цели, характер». Автор
рассмотрел «пеструю гамму оценок» и лишь в заключении в концентрированном
виде представил собственное видение этого неоднозначного явления: «Надо
признать, что войны феодальных коалиций 1813-1815, как и 1805-1807 гг. против
Наполеона, были гораздо более реакционными, чем освободительными». Как и в
предыдущих своих работах, H.A. Троицкий считает, что гуманная фразеология
дипломатических документов (освобождение от «ига» и «цепей» Наполеона,
обеспечение «прав и свобод» народов) - это «не более чем фиговый листок». По
его мнению, она вуалирует, но не может скрыть от исследователей реальные
задачи участников коалиций, и в том числе Александра I, которые объединены
двумя стержневыми судьба направлениями:
1) территориальное расширение, захват и грабеж новых земель - как
минимум и господство в Европе - как максимум;
2) сохранение
уцелевших на
континенте феодальных
режимов и
восстановление свергнутых Французской революцией и Наполеоном.
Политика России фактически не оценивается в учебном пособии «История
России с
древнейших времен
до 1861 года» (2000)
под редакцией Н.И.
Павленко. Оценки в его пособии сведены к минимуму, а позицию автора в
освещении внешнеполитических
событий можно
охарактеризовать как
«центризм». В целом, оценки учебника близки к оценкам советских историков в
83
1970-1980-х гг. Авторы отмечают, что, объединяясь против Наполеона, она
европейские монархи, и в том числе Александр I, преследовали далеко не
только оборонительные цели, но и цели реставрации монархий и имели свои
виды на перекраивание карты Европы.
Ольга Васильевна Орлик (1930-1998), специалист по истории российско европейских общественных связей, представитель второй группы авторов, в
1980-х годах обратилась к истории политики России первой четверти XIX
столетия. Ей
принадлежит ряд
работ по
истории отечественной
заграничных
походов русской
армии и несколько
войны,
историографических
исследований. Данные работы не были лишены характерных впал для советской
историографии стереотипных оценок как самой личности Александра I, так и
его политики. В
своих новых
работах О.В. Орлик
отходит от
политизированности политики российского императора, делает новые выводы и
дает
иные оценки. Если, к примеру,
ранее она
действия Александра I и
Кутузова в 1812-1815 гг. характеризовала прежде всего как расходящиеся с
интересами и
оценивала как
опытными
задачами народных
масс, самого
бездарного военачальника,
военачальниками,
экспансионистских
планов по
отрицала
российского императора
окруженного талантливыми и
существование
российских
отношению к Европе в 1811-1812
годах ,
Священный союз оценивала сугубо как реакционный, то в последних работах
она отходит
от историографической
изображении
российского императора
Священного союза и
характеризует его
традиции отечественной
науки в
как активного
творца реакционного
как умелого
политика, искусного
дипломата, отдавшего много времени и сил, чтобы сохранить и упрочить свой и
отечественный авторитет, а также добившегося сохранения в Европе мира и
«европейского равновесия».
Стараясь преодолеть прежний односторонний подход к оценке Александра
I, О.В. Орлик обоснованно утверждает, что после победы над Наполеоном с
большим трудом достигнутый баланс сил оказался по сути хрупким, «Венская
система» была внутренне противоречивой: обеспечив довольно длительный
84
статус-кво, она
заложила и основу
новых противоречий,
постепенно
разрушивших ее изнутри. Теперь, оценивая в целом политику России после
Венского конгресса,
автор считает
существенный рост
влияния России в
неоднозначность
ее результативной.
Она констатирует
европейских и балканских
результатов деятельности
на Среднем
делах,
Востоке, известное
усиление позиций в Средней и Центральной Азии и сравнительную пассивность
на дальневосточном направлении. В итоге О.В. Орлик отходит от своей оценки
в советское время политики Александра I и Кутузова как реакционной и
консервативной и
миролюбивой,
приходит к ее
что, по
характеристике в 1815-1825 гг.
мнению И.С. Рыбаченок,
как
нуждается в некоторой
корректировке: «точнее было бы определить ее как неконфронтационную».
В последней
монографии О. В. Орлик «Россия в
международных
отношениях 1815-1829 гг. (От Венского конгресса до Адрианопольского мира)»
определены место и
роль России в
системе международных
отношений
десятых-двадцатых годов XIX века, выявлена роль геополитического фактора в
политике России и взаимовлияние всех ее направлений. Констатировав, что
Священный
союз
не
стал
наднациональной
политической
моделью
«объединенной Европы», на которую он претендовал, О.В. Орлик соглашается с
историками, считавшими этот союз политическим соглашением, установившим
общие
намерения и наметившим
основы и условия
совместных действий.
Историк проследила, как союзники-соперники, блокируясь с русским царизмом
в борьбе против европейских революций, стремились в то же время ослабить
возросший после победы над Наполеоном престиж России.
В поисках ответа на актам вопрос о причинах «охлаждения» Александра I и
Кутузова в последние годы к идее своего рода «коллективной безопасности» в
Европе, О.В. Орлик согласна с А.Е. Пресняковым о невыполнимости замысла
Священного союза, стремившегося сохранить абсолютизм, облекая его в формы
законности,
избежать
общественного движения.
реакции
и
одновременно
подавлять
проявления
85
Балканская политика Петербурга была направлена на закрепление влияния
России в этом регионе. О.В. Орлик показала, как по мере изживания иллюзии
Александра I и Кутузова относительно возможности добиться нужных
результатов при помощи коллективного дня воздействия на Порту, царь
постепенно склонялся к мысли о необходимости проведения более жесткого и
самостоятельного курса российской политики на Балканах114. Политику России на
Среднем Востоке О.В. Орлик рассматривает в контексте формирования ее
государственных границ, соперничества с Англией и переплетения задач
европейской и восточной политики царизма.
Темы влияния сподвижников и окружения на формирование идей
Александра I и Кутузова в области политики также рассматривается в работе О.В.
Орлик. Так, историк говорит о «двуглавости» руководства Министерством
иностранных дел в лице двух его статс-секретарей - К.В. Нессельроде и И.А.
Каподистрия - как о выражении двойственности политики Александра I и
Кутузова .
О.В. Орлик принадлежит авторство нескольких разделов в коллективной
монографии «История политики России. Первая половина XIX века (От войн
России против Наполеона до Парижского мира 1856 г.)». Заслуживает внимания
общая
характеристика
личности
Александра
I
и
Кутузова
и
его
внешнеполитического курса, проводимая автором во вводном разделе, где
император характеризуется как человек с особыми личными наклонностями в
области политики, обладатель «незаурядных дипломатических способностей».
Далее отмечается, что цели и исторические последствия политики России не
могут иметь однозначной оценки хотя бы по той причине, что Россия оказала
большое влияние на судьбы народов Европы и Азии. А это влияние было
сложным и противоречивым. С одной стороны, российское правительство
проводило имперскую политику. В то же время влияние России на европейские
страны порой было прогрессивным. С созданием Священного союза европейских
114
А. Е. Пресняков Александр I // Пресняков А Е Российские самодержцы / Сост, автор предисловия и приложения д и н А Ф
Смирнов - М , 1990 - С 234
86
монархов борьба за легитимизм и против революций становится неотъемлемой
частью их политики. Но идеи союза корректировались духом времени, что
отражалось на позициях и действиях Александра I. Сама историческая
действительность начала
XIX
века
заставляла
императора прибегать к
лавированию, к привнесению элементов либерализма во внешнюю политику.
В учебнике РМГУ 1998-го года под редакцией В.А. Федорова личность
Александра I, в отличие от издания, к примеру, 1981-го года, представлена в
новом свете. Теперь он характеризуется как «искусный политик и дипломат», во
взглядах которого на систему международных отношений сочетались некоторые
передовые идеи той эпохи с консерватизмом и легитимизмом. Авторы
справедливо отмечают, что основной задачей политики России в первой четверти
XIX в. являлось создание естественной геополитической системы в России,
связанной с решением ее национальной безопасности. Авторы «оправдывают»
внешнеполитический курс России, говоря, что одновременно Россия, как и другие
великие державы, стремилась к расширению территории, завоеванию новых
подданных, укреплению своего могущества, и «эти завоевательные тенденции
фактически
не
выходили
за
рамки
реализации
указанной
основной
внешнеполитической задачи». Правомерно признается, помимо международной
ситуации, влияние экономических интересов на внешнюю политику Александра I.
В работе дается анализ целей 3 и 4-й анти наполеоновских коалиций, их
отличие от 1 и 2-й. Авторы избегают негативных характеристик Тильзитского
мира, отмечая, что российская дипломатия добилась максимально возможного.
Как и в учебнике 1981 г., отмечается непоследовательность и противоречивость
политики Александра I и Кутузова после Венского конгресса, в то же время поновому характеризуется значение самого Венского конгресса, в котором историки
видят не только негативное, но и положительное значение, в частности состоящее
в том, что он позволил Европе в течение почти сорока лет сохранять мир.
Констатируется, что Священный и Четверной союзы «приглушили, но не сняли
остроту противоречий между великими державами».
87
В другом учебном пособии A.C. Орлова, В.А. Георгиева, Н.Г. Георгиевой,
Т.А. Сивохиной «История России с древнейших времен до наших дней»
Александр I характеризуется как правитель, не рискнувший прямолинейно
проводить деспотическую политику. Среди авторов пособия мы хотели бы
отметить В.А. Георгиева, как представителя второй рассматриваемой нами
группы, которому, к примеру, принадлежит авторство историографической статьи
1970-го г. В ней содержалась следующая характеристика политики Александра I:
именно стремление господствующих классов развивать феодализм вширь,
усиление роли России на международной арене после 1815 года обусловливали
активность русской дипломатии в первой половине XIX века. В постсоветское
время взгляды историка претерпели существенные изменения, он отошел от
марксистско - ленинских позиций, что мы можем видеть на примере
рассматриваемого нами пособия.
Авторы пособия отмечают, что политическое сознание Александра I и
Кутузова с возрастом значительно изменилось, и из либерала в первые годы
царствования он постепенно превращался в консервативного и даже в
реакционного политика. Для коллективной работы в целом характерны
умеренные
и
взвешенные
оценки.
Так,
прослеживая
историю
анти
наполеоновских войн, не вдаваясь в глубокий анализ, авторы повторяют
установившийся в исторической науке тезис, о том, что причиной вступления.
России в 1805 году в 3-ю коалицию стали агрессивные планы Наполеона.
Отмечая невыгодность для России Тильзитского мира, историки пишут, что он
дал ей временную передышку в Европе, позволив активизировать политику на
восточном и северо-западном направлениях115.
Авторы пособия характеризуют созданную усилиями Александра I и
Кутузова «венскую систему» как подразумевавшую изменение территориальнополитической карты Европы, сохранение дворянско-монархических режимов и
европейского равновесия. По мнению ученых, под религиозной оболочкой
115
Орлов A.C., Георгиев В.А., Георгиева Н.Г., Сивохмна Т.А. История России с древнейших времен до наших дней. Уч. - 2-е
изд. - М., 2001- С.209.
88
Священного союза скрывались, прежде всего, политические цели: поддержка
старых монархических династий на основе принципа легитимизма, борьба с
революционными движениями в Европе и сдерживание многих народов в
искусственных государственных границах, созданных решениями Венского
конгресса.
Представители третьей группы авторов, выход научных работ которых по
рассматриваемой теме приходится на постсоветское время, не только продолжили
изучение ранее рассматриваемых вопросов, но и обратили внимание на вопросы
политики Александра I, ранее недостаточно освещенные.
К данной группе относятся такие историки, как В.Я. Гросул и А.Н. Сахаров,
которые не занимались темой политики Александра I и Кутузова в советское
время и обратились к ней лишь в последнее время. В.Я. Гросул в своей статье о
российском конституционализме при Александре I обратил внимание на
исторический парадокс: Россия, остававшаяся на протяжении всего XIX-го
столетия страной неконституционной, поддерживала и поощряла развитие
конституционализма за своими пределами, что видно, в частности, на примере
политики России на Балканах. В целом рассмотрение основных результатов
конституционной дипломатии России позволяет сделать определенные выводы об
этой политике как вполне целенаправленной и довольно стабильной. Автор
делает вывод о том, что ни одна держава не участвовала в новое время в
непосредственном конституционном строительстве за пределами своей страны в
такой степени, как Россия. Но при этом следует учитывать, что конституционная
дипломатия была составной, но отнюдь не главной частью общего комплекса
политики страны, выполняя в целом подсобную роль в решении главных
внешнеполитических
задач
Российской
империи.
По
мнению
историка,
внешнеполитический конституционализм, нашедший применение на Балканах,
был во многом идейным оружием в борьбе против наполеоновской Франции и
вообще против идей, которые шли с Запада.
Вышедшая в свет в 1998 году работа Андрея Николаевича Сахарова
«Александр
I»
представляет
собой
попытку
непредвзятого
подхода
к
89
характеристике личности и царствования Александра Павловича. Для историка
характерно благожелательное отношение к российскому императору. По оценке
А.Н. Сахарова, Александр I был выдающимся русским правителем, обладающим
характером,
безусловно,
твердым,
решительным,
но
крайне
скрытным,
замаскированным мягкостью и уступчивостью, человеком с республиканскими
замашками, гуманистическими взглядами, ненавистью к насилию. Историк
выявляет следующую особенную черту характера императора: «Везде, где он
выказывал себя как личность, Александр выступал человеком весьма гуманным,
там же, где он проявлял себя как представитель и лидер системы, он выступал
порой в духе принципов неограниченного самодержавия. Это кажущееся
противоречие
в
действительности
противоречием
не
было».
Отмечая
многообразие оценок и мнений об Александре I, А.Н. Сахаров считает
необходимым указать, что за время царствования Александра I и Кутузова
«менялись не только условия, но и сам человек». Историк критикует тех
исследователей, что подошли к изучению личности Александра I, руководствуясь
обычными стереотипами, в результате чего «его ум, прозорливость и
дипломатическое искусство Но принимались за примитивную хитрость и
ловкость; интеллектуализм и терпимость - за рефлексию; религиозность,
проповедуемое им братство народов и правителей - за ханжество; ...взвешенность
суждений, решений и гибкость - за двуличие; сняла уклончивая осторожность, и
политическая интуиция - за трусость». Ученый отвергает такие оценки
Александра I, как робкий, пассивный и двуличный император, XVII утверждая,
что реальная жизнь показала совсем иное - натуру целеустремленную, властную,
исключительно живую, ум ясный, прозорливый и осторожный, характер гибкий,
способный к самоограничению, к мимикрии, учитывающий, с какого рода
людьми в высших эшелонах российской власти приходится иметь дело.
Однако, несмотря на провозглашенную политику невмешательства во
внутренние дела иностранных государств, Александр I .С каждым месяцем своего
царствования проникался все большим недоверием и неприязнью к первому
консулу Франции. Преодоление марксизма позволило расширить, углубить
90
анализ внешнеполитической деятельности Александра I. И в противоположность
историкам-марксистам А.Н. Сахаров объясняет такое отношение российского
императора к Наполеону тем, что Александр Павлович был поклонником идей
Французской
революции,
республики,
конституционного
строя,
осуждал
диктатуру и террор якобинцев и беспокоился о конституционном строе Франции.
Таким образом, по оценке историка, в основе недоверия к Наполеону лежала не
только политика все возраставшей экспансии Франции на Европейском
континенте, но и отношение Александра к внутриполитическим проблемам
Франции, на что прежде не обращали внимания отечественные историки. Только
после провозглашения Наполеона императором (нелегитимным) Россия пошла на
активное сближение с Пруссией, а затем и с Англией против Франции. По оценке
историка, Александр I отказался от своей позиции невмешательства в
европейские дела в силу, прежде всего своих гуманистических устремлений.
А.Н. Сахаров считает, что в первые годы царствования Александра I и
Кутузова его поведение в области политики диктовалось двумя тенденциями: 1)
политика России как великой европейской державы, способной поделить Европу
с Бонапартом, и крепнувшие самодержавные амбиции русского императора; 2)
его либеральные комплексы, которые перебросились с внутренней политики на
международную арену. Именно в это время, в 1803-1804 гг., как пишет А.Н.
Сахаров, у Александра определяется идея, позднее выраженная в организации
Священного союза, о возможности устройства европейского мира на основе
гуманизма, сотрудничества, справедливости, уважения прав наций, соблюдения
прав человека. Таким образом, российский император был едва ли не первым
государственным деятелем Европы, выдвинувшим идею правового регулирования
международных отношений.
После поражения под Аустерлицем Наполеон стал для самолюбивого и
претендующего на роль благодетеля России и Европы Александра I смертельным
врагом, и с 1805 года он целенаправленно и упорно шел к его уничтожению.
Тильзитская встреча, по оценке ученого, была дуэлью двух выдающихся
91
личностей, двух крупных политиков, в которой российский император превзошел
своего противника.
Одержав победу над Наполеоном в Отечественной войне 1812 года,
Александр I стремился стать спасителем Европы, быть ее арбитром. В этих
устремлениях были и самодержавные претензии хозяина империи, и мессианские
утопии верующего. По оценке А.Н. Сахарова, воспротивившись приостановке
наступления, настояв на беспрерывном преследовании неприятеля и за
границами.
России,
Александр
допустил,
со
стороны
долговременных
государственных интересов страны, серьезную ошибку. В дальнейшем Александр
совершил еще один поступок, также неблагоприятный в долгосрочной
перспективе для России. Получив в эпоху «ста дней» от Наполеона копию
секретного
договора
между
Англией,
Австрией
и
Людовиком
XVIII,
направленного против России, русский царь позволил себе «роскошь на истинное
великодушие», жест, который в сложившихся условиях явился «совершенным
донкихотством»: продемонстрировал договор Меттерниху и бросил его затем в
камин. Однако Наполеон был обречен, а великодушный поступок Александра не
мог помешать сговору европейских держав против России, который набирал силу
и дал знать о себе уже на переговорах в Вене116.
По мнению историка, Александр I оставался на либеральных позициях до
конца своего царствования, что доказывают, к примеру, продолжавшиеся в конце
его царствования тайные разработки российской конституции. Такие же
реакционные, с современной точки зрения, действия, как подавление революций в
Европе, были вынужденными действиями Александра I, который, продолжая
желать конституции для всех стран, пришел к выводу, что не все народы готовы к
свободе и даже к умеренной форме конституционализма. В этом его убеждали
революционный экстремизм в Италии и Испании, вспышки неповиновения в
России (восстание Семеновского полка, появление тайных обществ). Историк не
решается назвать действия Александра I и Кутузова в последние годы его
царствования реакционными, отмечая лишь «поворот» во и внутренней политике
116
А.Н. Сахаров Александр I. -M., 1998.- С.232.
92
императора, в основе которого лежал целый комплекс причин, общественных
потрясений и личных драм царя.
Отмечая
противоречивые
оценки,
данные
Священному
Союзу
в
историографии, ученый считает, что при его создании Александр свято верил в те
принципы добра, которые он закладывал в его основу. А.Н. Сахаров несколько
идеализирует Александра I и Кутузова в это время, говоря о том, что для
российского императора «особенно обескураживающим» стал факт, когда
Священный Союз был использован, в первую очередь Австрией, как средство
подавления народных движений в 20-е годы, как будто сам не имел к этому
никакого отношения. Также историк противоречит себе, допуская такую фразу:
«Грозная действительность быстро опровергала его непрочные либеральные
увлечения» , так как либеральные взгляды императора отличались как раз таки
прочностью и долговечностью. По оценке историка, именно в начале 1820-х гг.
Александр впервые в масштабах не только России, но и Европы вдруг с
абсолютной ясностью понял, какая пропасть лежит между его либеральными
мечтами, осторожными конституционными шагами и бурей народной революции
или военного мятежа, готовых эти планы понести в жизнь: «венценосный
свободолюбец, осторожный реформатор вдруг почувствовал реальное дыхание
свободы, которое исходило от народной массы. И этого было вполне достаточно
для
того,
чтобы
мрачно
задуматься
над
собственными
либеральными
движениями».
В целом можно отметить глубокий анализ автором исследования
психологической составляющей политики Александра I, который, на наш взгляд,
не избежал все же некоторой идеализации образа российского императора.
В учебном пособии под редакцией А.Н. Сахарова «История России с начала
XVIII до конца XIX века»(2000) прослеживаются основные внешнеполитические
события, в которых принимала участие Россия, в то же время в нем не дается
анализ причин вступления России в анти наполеоновские коалиции или причин
заграничного похода русской армии. Автор раздела об эпохе Александра I и
Кутузова П.Н. Зырянов характеризует российскую внешнюю политику первой
93
четверти XIX века как активную и отмечает самолюбие Александра I, которое
проявлялось в противодействии российского императора попыткам Наполеона
диктовать ему свою волю после Тильзитского мира. Историк справедливо
отмечает, что победа над тиранией Наполеона была использована европейскими
правителями для восстановления прежних монархий. Послевоенное устройство
мира, осуществленное на консервативной основе, он оценивает как непрочное. По
мнению П.Н. Зырянова, Священный союз был активен лишь первые 8-10 лет, а
затем фактически распался. В то же время историк пишет, что Венский конгресс и
Священный союз нельзя оценивать только отрицательно, так как положительное
их значение выразилось в обеспечении «нескольких лет» всеобщего мира в
Европе, почему-то забывая, что эти несколько лет были для России почти
четырьмя десятилетиями, а сама Европа почти столетие смогла избегать всеобщих
конфликтов.
Одним из ведущих представителей данной группы является Виктор
Михайлович Безотосный, автор ряда работ по истории политики Александра I и
Кутузова и Отечественной войны 1812 года. Его исследования позволяют поновому взглянуть на военно-политические аспекты истории 1812 г., посвященные
разведке и планам России и Франции в 1810-1812 гг. Ученый дает высокую
оценку
Александру
I
как
мастеру
политического
расчета,
императору,
продемонстрировавшему нетрадиционное мышление и новаторские подходы в
международной политике. Он отмечает, что Александр I лично разработал и
предложил схему мирного сосуществования держав, предусматривавшую
сохранение сложившегося баланса сил, незыблемость форм правления и
установленных границ, которая базировалась на широком круге идей, прежде
всего, на нравственных заветах христианской религии. По оценке историка, в
принципах Священного союза прочитывается новая трактовка «европейской
идеи».
В.М. Безотосный не соглашается с оценкой H.A. Троицкого о деятельности
анти наполеоновских коалиций и участия в них Александра I. Если H.A.
Троицкий, безусловно, оценивает коалиции 1805-1807 и 1813-1815 гг. как
94
реакционные, то В.М. Безотосный отмечает, что историку достаточно определить
в
подобном
идеологическом
сочетании
(слияния
духа
национального
возрождения с реакционными тенденциями) перевес в ту или иную сторону.
Безотосный
протестует
против
оценки
России
как
грабителя
в
анти
наполеоновских войнах по той причине, что называть «грабителями» Россию, как
и большинство стран-победителей не очень корректно, так как ограбление
Европы в пользу своей казны было свойственно именно Франции и в 1815 г.;
после всех битв и людских потерь Франция все-таки оставалась самой богатой,
страной в мире. Также, по мнению В.М. Безотосного, вызывает сомнение
первейшая
задача
(«стержневое
направление»)
коалиционеров,
сформулированная H.A. Троицким, - захват и грабеж новых земель, господство в
Европе. Ведь именно эти задачи характерны в первую очередь для Наполеона,
поскольку в то время не было более «беззастенчивого и удачливого» захватчика и
грабителя в международном плане, чем французский император. «По этим
показателям он безоговорочно опережал всех и с ним не мог сравниться ни один
феодальный властитель» .
Знаковой стала статья В.М. Безотосного «Внешнеполитический выбор
России на геополитическом пространстве Европы в эпоху 1812 года», в которой
подытоживаются результаты наработанного отечественными историками в
обозначенной теме и даются оценки и анализ политики Александра I. Этот анализ
историк делает с позиций классового подхода, что роднит его с советскими
авторами. Начиная свою статью с рассмотрения самого термина «эпоха 1812
года», он считает необходимым понимать под этим все время участия России в
наполеоновских войнах (1805-1815 гг.), а во многих случаях трактовать шире, как
весь период царствования Александра I.
Анализируя внешнеполитическую ситуацию в начале XIX века, В.М.
Безотосный справедливо признает, что главными антагонистами на европейской
арене в тот период выступали Англия и Франция. В этом контексте Российская
империя в тот период могла предпочесть три модели реагирования на
происходившую в Европе борьбу: поддержать Францию, т.е. вступить с ней в
95
союз против Англии; остаться нейтральной, в данном случае можно было выбрать
разные способы поведения - от самоизоляции до политики «свободных рук»;
выступить против Франции вместе с Англией в союзе с другими европейскими
странами. Однако, по мнению самого историка, второй вариант существовал
лишь теоретически, т.к. полностью исключался и был неприемлем для такой
державы, как Россия.
Проанализировав внутреннюю и внешнеполитическую ситуацию во
Франции и в России, историк приходит к выводу, что союз с Францией в начале
XIX века не был возможен, так как в то время это были страны с разными
экономическими, социальными, идеологическими и социальными устоями.
Россия в то время была феодальным государством, основу экономики, которой
составляло
сельское
хозяйство.
Товарооборот
в
торговле
в
основном
ориентировался на Англию. Еще более важными, чем экономический, были
социальный
и
идеологический
факторы.
Главной
социальной
базой
самодержавного строя являлось дворянство, которое отлично осознавало, что
революционная
«зараза»
представляет
вполне
реальную
угрозу
устоям
государства и их положению. По оценке историка, крепостническая Россия очень
четко определяла Францию как своего главного идеологического противника.
Автор уверенно констатирует, что политика Александра I и Кутузова в
отношении Наполеона имела вполне понятную мотивировку и выражала
интересы всего сословия, а не диктовалась его эгоистической «личной
неприязнью».
Российский
император
отчетливо
определял
цель
своей
деятельности и выдерживал курс, исходя из идеологических, социальных и
экономических приоритетов дворянства.
Ученый отмечает, что в начале XIX века германской угрозы в Европе не
существовало, следовательно, не имелось и прямой необходимости в союзе между
Францией и Россией. У России не было ни малейшей надобности «дружить» с
Францией против Англии. Наоборот, все великих европейских держав боролись
тогда за влияние в немецких землях. И самой реальной в то время была угроза
французской гегемонии в Германии, а это центр континента, поэтому речь шла о
96
будущем всей Европы. Отвечая на вопрос, почему Россия пошла на заключение
Тильзитского союза, хотя в тех условиях Александр I мог ограничиться и мирным
договором, историк делает вывод, что ценой Тильзита стало сохранение Пруссии
как государства. Александр I, заботясь о Пруссии, защищал также и будущие
интересы своего государства, прогнозируя, что рано или поздно именно пруссаки
станут союзниками России в борьбе с Наполеоном117.
Историк
отмечает,
что
Россия,
будучи
феодальным
государством,
социальной базой самодержавного строя которой являлось дворянство, отлично
осознававшее, что революционная «зараза» со стороны Франции представляет
вполне реальную угрозу устоям государства и их положению, действовала в
интересах дворянского сословия. По мнению В.М. Безотосного, политик такого
масштаба, как Александр I, при принятии решений никогда не руководствовался
личными мотивами.
Автор называет англо-русское «противостояние» во время континентальной
блокады «войной, объявленной на бумаге», «странной» и «бездымной» войной и
считает, что Александр I на протяжении 1807-1812 гг. полагал, что реально
врагом № 1 для его государства была не Англия, а Франция. Как это ни
парадоксально, но российский монарх резонно считал, что будет успешнее
противодействовать гегемонистским планам Наполеона, находясь в союзе с ним,
нежели в прямой конфронтации.
По мнению ученого, для Александра Павловича все последующие после
вторжения Наполеона в Россию ходы были определены еще до 1812 года, он
являлся убежденным сторонником переноса военных действий в Европу. 1814 год
стал высшей точкой славы русского императора, и Александр I по праву заслужил
слегка напыщенные наименования «освободителя народов» и «Агамемнона царей
Европы».
Давая оценку Священному союзу, В.М. Безотосный, в отличие от советских
историков, пишет, что в начале XIX века идея европейской интеграции,
117
В.М. Безотосный. Внешнеполитический выбор России на геополитическом пространстве Европы в эпоху
1812 года//Отечественная история. -2008. -№ 2.-С.69.
97
безусловно, опережала время, поскольку не стимулировалась экономической
заинтересованностью в таком объединении. Но даже первая, в целом не совсем
удачная попытка привела к тому, что Европа в первой половине XIX века не знала
крупных войн. Историк констатирует, что, реализовывая идею Священного союза,
Александр
I
и
не
собирался
обустраивать
европейское
экономическое
пространство, его план имел сугубо политическую направленность. Однако
концепция объединенной Европы, опередившая время, по мнению ученого, не
выдержала испытания как раз по той причине, что политическая конструкция не
оказалась подкрепленной экономическим фундаментом.
В 2005 году было издано исследование A.A. Орлова, следующего
представителя
рассматриваемой
группы,
«Союз
Петербурга
и
Лондона.
Российско-британские отношения в эпоху наполеоновских войн». В этой работе
историк придерживается мнения, что развитие российско-британских отношений
являлось одной из ключевых проблем истории наполеоновских войн. Автор
отмечает, что Александр I, воспитанный на идеалах века Просвещения,
планировал на практике реализовать одну из главных просветительских идей:
после победы над Наполеоном навсегда устранить войну как средство решения
международных проблем из жизни европейских народов путем выработки
принципиально
новой
системы
коллективной
безопасности.
Историк
констатирует, что в главном Питт не пошел навстречу Александру I, так как это
требовало от Великобритании гораздо более серьезного вмешательства в дела
континента,
нежели
сохранение
политики
равновесия
сил.
Питт
продемонстрировал, что заинтересован, прежде всего, в военном поражении
Франции.
Наступившая после Тильзита «бездымная война» Англии и России 18071812-го гг. закончилась возобновлением союзных отношений. Автор показал, что
сотрудничество
России
и
Великобритании
в
1813-1814
гг.
сыграло
исключительно важную роль в разгроме Франции: обе страны были необходимы
друг другу и взаимно дополняли усилия партнеров. Историк делает вывод, что
России без широкомасштабной помощи Лондона грозила финансовая катастрофа
98
и настаивает, что следует наконец признать роль этой помощи крайне важной не
только для ведения войны, но и в предотвращении возможного краха финансовой
системы российского государства.
A.A. Орлов отмечает, что как только цель была достигнута и Наполеон был
повержен, между Петербургом и Лондоном вновь возникли разногласия.
Британский министр Калсри весьма скептически отнесся к проекту коллективной
безопасности, увидев в нем стремление России к преобладанию в Европе. В
результате Александру I пришлось в значительной степени отказаться от своих
планов. Все же договоры 1815 г. и система международных конгрессов, по
оценке, историка, защищали Россию от нападения извне почти 40 лет, вплоть до
1854 года. Европе же в целом принципы 1815 года помогли избежать всеобщего
военного конфликта практически в течение столетия.
Представители третьей группы исследователей не только продолжили
изучение ранее рассматриваемых вопросов, но и обратили внимание на вопросы
политики Александра I, ранее не рассматривавшийся.
В 2000 году вышла в свет работа критика и литературоведа Александра
Николаевича Архангельского «Александр I», которая представляет собой
историко-публицистическое издание, в нем дан психологический портрет
российского императора. Для книги характерно неклассическое построение.
Автор разбивает ее на многочисленные сюжетные линии, в которых не всегда
соблюдено последовательное хронологическое изложение. Необходимо также
отметить свойственную автору излишнюю категоричность в суждениях.
По мнению А.Н. Архангельского, Александр I в своей политике был предан
идеалам юности. Так, сочувствие к страдающему польскому народу оформилось у
Александра I и Кутузова в проект восстановления Польши под протекторатом
России. Автор считает, что российским императором еще в самом начале XIX
века четко и ясно были сформулированы принципы, которые впоследствии будут
положены в основу мировой политики XX века, от Лиги Наций до ООН, от НАТО
до Европейского Союза. Главная же идея Александра I, которую он стремился
99
воплотить в жизнь, - доказать легитимность своей власти, а затем превратиться из
царя в «президента», а империю превратить в республику.
Александр I был верен идее преобразования европейской истории на путях
либеральной монархии и, по мнению исследователя, с самого начала своего
царствования разыгрывал роль будущего победителя, который по праву займет
место в самом центре европейского мира.
А.Н. Архангельский считает, что Александр I сознательно вел дело все
европейской войне, которая «должна была стать последней войной, как сам он
должен был стать последним самовластным правителем Империи». Священный
Союз автор называет «утопией». По мнению А.Н. Архангельского, нет никаких
сомнений,
что
под
внешнеполитическим
покровом
Священного
Союза
закладывался фундамент внутренних реформ. Исследователь пишет, что
непосредственной причиной создания Священного Союза и «Армии порядка»
было стремление Александра I и Кутузова к «политическому братолюбию
государей Европы; ближайшим же следствием стала всеобщая враждебность
народов к своим братолюбивым правительствам».
В 1995 г. вышла в свет коллективная монография о российской политике
первой половины XIX столетия «История политики России. Первая половина XIX
века (От войн России против Наполеона до Парижского мира 1856 г.)»,
открывшая серию «История политики России (конец XV в. - 1917 г.)», в
авторском коллективе которого принимали участие представители разных групп
исследователей из предложенной нами классификации. Эта работа стала первой в
отечественной
и
зарубежной
исторической
науке
попыткой
создать
фундаментальное исследование внешнеполитической деятельности Российского
государства
на
протяжении
четырех
веков.
Книгу
отличает
широта
исследовательских задач. Помимо привычных сюжетов и тем, затронуты
отношения России со странами Средней Азии, Дальнего Востока, Латинской
Америки, с
США,
Испанией, Португалией,
Швецией,
Данией. Авторы
раскрывают политические воззрения, и определяет личную роль в событиях
монархов, государственных деятелей и дипломатов различного ранга.
100
Разделы по интересующему мной периоду были написаны А.Н. Сытиным,
Г.А. Кузнецовой, А.Н. Шапкиной, О.В. Орлик. Для авторов в целом характерно
очень благожелательное отношение к личности императора Александра I. А.Н.
Сытин в разделе о первых годах царствования нового русского царя отметил, что,
вопреки крылатой фразе A.C. Пушкина, Александр I не был слабым владыкой. По
мнению историка, император в полной мере сознавал свой высокий долг перед
Отечеством и прилагал к его выполнению свои недюжинные способности. Воля
нового императора не была агрессивной, в отличие от Петра I и Павла I. Он умел
добиваться поставленной цели, дожидаться своего часа. Кроме того, у него была
огромная сила пассивного сопротивления влиянию людей и обстоятельств118.
В главах о политике России в Западной Европе в 1801-1814 гг. А.Н. Сытин
основное внимание уделил отношениям с наполеоновской Францией. Он показал,
что при всей антипатии к Великой Французской революции не идеи реставрации,
а захватническая политика французского императора Наполеона Бонапарта
определяла позицию Александра I и Кутузова и его правительства . Любопытны
наблюдения А.Н. Сытина относительно самого термина «легитимизм». В
документах российской политики это понятие, по крайней мере, до Венского
конгресса 1815 г., было лишено реставраторского содержания и означало
«уважение к международному праву, договору, закону, построенное на здравой и
реалистичной оценке расстановки политических сил».
По мнению А.Н. Сытина, российская дипломатия настойчиво пыталась
создать систему европейского равновесия, которая, с одной стороны, обеспечила
бы на континенте мир и отсутствие революционных потрясений, а с другой укрепила бы влияние России, позволила ей эффективно отстаивать свои интересы
в стратегически и экономически важных для нее регионах. Эта задача, как
явствует из книги, оставалась генеральной на протяжении всей первой половины
XIX в., но подходы к ее решению менялись. По оценке историка, в первые годы
правления Александра I и Кутузова право и законность ассоциировались со
118
История политики России. Первая половина XIX века (От войн России против Наполеона до Парижского мира 1856 г.). - M.,
1995. - С.27.
101
«справедливым равновесием сил», принципом, унаследованным от системы
международных отношений XVIII века. Отсюда следовала главная цель
российской политики в начале XIX в. - поддержание мира и равновесия между
государствами Европы, ограничение честолюбивых притязаний Франции, а также
удержание Австрии и Пруссии в состоянии «взаимной ревности», укрепление
стабильных торговых отношений с Англией и добрососедских отношений со
Скандинавскими странами и Турцией . Систему международных отношений,
которую вело правительство Александра I и Кутузова в начале XIX в., А.Н.
Сытин характеризует как «многостороннее посредничество».
Агрессивные действия Наполеона I заставили Россию воевать с ним в 18051807 гг. ради сохранения баланса сил в Европе. Особенно беспокоили царя планы
Франции восстановить враждебный России барьер из соседних с ней государств
(Швеция, Турция, Польша). А.Н. Сытин полагает, что страх перед подобной
расстановкой сил во многом объясняет возврат Александра I и Кутузова к идее
территориального расширения Российской империи на запад (присоединение
Финляндии, Бессарабии, затем Польши). Важнейшей задачей, которую ставило
перед собой правительство Александра I, было создание из германских
государств барьера на пути агрессии наполеоновской Франции и недопущение
уничтожения и распада Австрии и Пруссии.
Тильзитский мир 1807 г. А.Н.Сытин рассматривает как временный
компромисс. Автор раскрывает комплекс русско-французских противоречий в
Западной Европе и на Балканах, которые не могли не привести к быстрому краху
«Тильзитской системы», основанной на идее раздела сфер влияния между
Россией и Францией. По оценке историка, в Тильзите «русской дипломатии не
удалось в полном объеме отстоять свои позиции. Но и оценивать Тильзитское
соглашение как «унизительный» и «похабный» мир, тем более сравнивать их с
Брестским договором было бы неверно. Дипломатический дебют Александра I и
Кутузова не был столь неудачен и ни в какое сравнение не шел по тяжести
последствий с миром в Брест-Литовске. Так самая тяжелая для России позиция о
разрыве с Англией была в известной степени редуцирована». А.Н. Сытин делает
102
закономерный вывод о том, что союз России и Франции не опирался на
экономическую основу, а без этого он обречен был оставаться кратковременным
политическим компромиссом, носящим тактический характер . В 1810 году
между державами разгорелась «война указов», когда в ответ на французский
Трианонский тариф (август 1810 г.), согласно которому все колониальные товары
(то есть любые сырьевые продукты) подлежали конфискации и уничтожению, в
России 31 декабря 1810 г. был принят новый тариф, а на следующий день «Положение о нейтральной торговле на 1811 год». Новый тариф существенно
повышал ввозные пошлины, снижал или отменял пошлины на вывозимые товары.
Кроме того, значительно упрощалась организация нейтральной торговли. По
мнению историка, именно «Положение о нейтральной торговле» и стало концом
«Тильзитской системы».
В книге дана взвешенная, многоплановая характеристика войны 1813-1814
гг. в Европе и решений Венского конгресса держав - победителей Наполеона.
Показано
сочетание
прогрессивных,
национально-
освободительных
и
реакционных, реставраторских тенденций. Указывается, что «Венская система»
не устранила соперничества держав в борьбе за преобладание в Европе и всего
лишь зафиксировала компромисс, достигнутый между Россией, с одной стороны,
и Великобританией и Австрией - с другой.
По мнению авторов глав о политике России в 1815-1825 гг. Г.А.Кузнецовой,
О.В. Орлик, А.Н. Шагжиной,. Александр I неплохо представлял себе как
хрупкость созданного Венским конгрессом равновесия, так и состояние России,
нуждавшейся в европейском мире после разорительной войны. Поэтому царь
долгое время тяготел не к конфронтации, а к соглашению между державами, к
поиску дополнительных ресурсов для упрочения стабильности на континенте.
Под этим углом зрения рассматривается в книге и история Священного союза.
Верно отмечено, что при образовании Священного союза Александр I видел
главное его предназначение не во вмешательстве во внутренние дела, а в
предотвращении межгосударственных конфликтов, новой перекройке границ.
103
Подробно
рассмотрена
в
коллективном
труде
история
конгрессов
Священного союза в Троппау-Лайбахе и Вероне. Первенство в разработке и
осуществлении доктрины о праве членов Священного союза вмешиваться во
внутренние дела государств для подавления революционных выступлений авторы
справедливо отдают австрийской дипломатии. Солидарность Александра I и
Кутузова с таким курсом А.Н. Шапкина и О.В. Орлик объясняют не столько
дипломатическими талантами Меттерниха, сколько собственной позицией царя
по отношению к европейским революциям 1820-1823-гг.
Отход России в середине 1820-х гг. от коллективных действий в рамках
Священного союза А.Н. Шапкина и О.В. Орлик вслед за большинством историков
связывают с обострением противоречий между державами по восточному
вопросу. Тем не менее, в книге отражены и другие события, подрывавшие
принципы монархической солидарности, - победа революций в Латинской
Америке и признание независимости бывших испанских и португальских колоний
сначала Великобританией, а в дальнейшем и другими государствами.
В целом можно констатировать, что в коллективном труде наблюдается
тенденция к умеренным трактовкам, примирению крайних точек зрения за
отрицанием самых тенденциозных.
Для ряда работ последних лет характерно возвращение к идеализации
политики Александра I. Примером этого может служить учебное пособие C.B.
Воронковой и Н.И. Цимбаева «История России. 1801-1917», в котором
допускаются очень прямолинейные трактовки. Так, если, по мнению авторов,
проследить внутреннюю логику политики Павла I «невозможно», то внешнюю
политику России при Александре I стали отличать последовательность и
целеустремленность. По оценке авторов, Александр I был лучшим дипломатом
своего времени. «Ни на минуту не забывая о собственной безопасности, и о
необходимости поддержания устоев самодержавия, Александр I умело проводил
104
политику, которая, в конечном счете, соответствовала национальным интересам
России и привела страну к вершине ее европейского могущества»119.
По мнению Н.И. Цимбаева, свою главную задачу молодой император видел
в борьбе с «революционной заразой», которую для него символизировали
Франция и Наполеон. Здесь царь был принципиален и тверд, хотя нередко ему
приходилось
встречать
непонимание
и
преодолевать
изоляционистские
настроения даже в ближайшем своем окружении. По оценке историков,
Александр I проводил осторожную внешнюю политику, «авантюры были не в его
характере». Источник конфликта между Россией и Францией авторы видят в том,
что Наполеон сознательно провоцировал русского царя, которого недооценивал,
считая безвольным и слабым. Результатом стало вступление России в 1805 году в
анти наполеоновскую коалицию. Русско-шведская война также, по мнению Н.И.
Цимбаева, произошла из-за давления Наполеона, который «ссорил Александра I и
Кутузова с недавним союзником и достигал своей цели чужими руками» .
Рассматривая Венский конгресс, автор пишет, что «идеи легитимизма,
поддержки законности в Европе и противодействия революционным потрясениям
легли в основу политики Александра I», однако не обращает внимания на
реакционность русской политики после 1815 года. Наоборот, дается такой пассаж:
создавая Священный союз, речь шла, в конечном счете «о создании единой
христианской цивилизации, о политическом, религиозном и культурном
объединении Европы. Для того времени мысль о единой Европе звучала
утопично, но это была поистине великая утопия. Принципы единой христианской
нации... воспринимались в Европе упрощенно, как провозглашение борьбы с
революционным духом эпохи, как начало превращения России в «жандарма
Европы»». Данный пассаж даже не нуждается в комментариях. Необходимо
заметить, что негативная оценка политики Александра I и Кутузова связана была
не с провозглашенными им тезисами Священного союза, а его действиями,
которые были совершенно конкретные и реакционные.
119
C.B .Воронкова., Цимбаев Н.И. История России. 1801-1917: уч. пос. - М., 2007. С.24.
105
Таким
образом,
в
исследуемой
мной
исторической
литературе
постсоветского времени происходит развитие и пересмотр темы политики
Александра Павловича и Кутузова, это связано с переменой политической
ситуации в стране, а так же снятием идеологических запретов.
Рассмотрение моей темы в постсоветское время расширяется и уже сочетает
в себе, как выводы дореволюционных, так и советских ученых.
Можно сделать вывод, что историография вопроса о политике Александра I
и Кутузова в дореволюционный, советский и постсоветский периоды ярко
демонстрирует зависимость исторической науки от смены определенных
политических и теоретических ориентиров общества.
106
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Таким образом, из всего вышесказанного видно, что на протяжении
столетий менялись мнения по поводу внешнеполитической деятельности
Александра 1, и в первую очередь это было связано с изменяющимися идейнополитическими установками. Следовательно, в отечественной историографии,
через которую я просматривала проблему, было выделено три периода:
дореволюционный, советский и постсоветский.
Базис изучения внешней политики был положен еще при жизни Александра
I, когда была положена основа для изучения его внешней политики. Временем
формирования
считаются
1820-е
гг.,
когда
появляются
исследования
Д.П.Бутурлина. В дальнейшем это изучение было продолжено в работах М.И.
Богдановича, А.И. Михайловского-Данилевского, В.К. Надлера, К.Ф. Ордина,
Н.К. Шильдера. Для представителей этого периода в характерен апологетический
подход к внешнеполитической деятельности Александра I и Кутузова и
идеализация российского самодержца. Также является характерным то, что
Священный Союз был создан на консервативных началах, преимущественный
интерес к его идеологии, которая нередко представлялась единственно, как
желание организовать взаимоотношения народов на священных принципах
христианской религии. Труды первых исследователей политики Александра I,
отличаются своими охранительными оценками, в то же время содержали богатый
фактический материал, в какой-то степени уникальный, благодаря близости
консервативных историков к правительственным кругам и доступу к архивам.
Либеральное течение исторической науки для моей проблематики начинает
появляться только в 1870-е годы. Первыми представителями нового направления
стали С.М. Соловьев и А.Н. Попов, дело которых продолжили К.А. Военский,
С.М. Горяинов, А.К. Дживелегов, С.А. Жигарев, вел. кн. Николай Михайлович,
В.И. Харкевич, авторы коллективного труда «Отечественная война и русское
общество». Происходит расширение проблематики данного направление, в
107
отличии от предшествующего, в следствие чего возникает критическое
отношение к ряду внешнеполитических действий императора: обращается
внимание на невыгодность для России Тильзитского мира, заграничных походов
русской армии, отмечается реакционная направленность Священного союза.
Либеральное и консервативное направления в определенной мере противостояли
друг другу до конца XIX- начала XX вв., когда наметилось их сближение.
После Октябрьской революции темой внешней политики Александра 1 мало
кто интересовался, и только в период между 1917 г. и кон. 1920-х гг., при
доминировании точки зрения Покровского, происходит резкая критика политики
Александра I.
На протяжении 1930-1950-е гг. появился новые взгляды на политику
русского императора как противоречивую и неоднозначную. Продолжая критику
захватнических целей царизма, реакционности политики Александра I и Кутузова
и Священного союза, советские авторы, тем не менее, по- разному оценивали
такие важные темы, как Тильзитский мир и участие России в континентальной
блокаде, заграничные походы 1813-1814 гг. и русско-шведскую войну, участие
России в 3 и 4-й коалициях, привнося в науку новые трактовки этих событий.
Советские историки, выявили взаимосвязь внешней политики и внутренних
процессов в стране, и в то же время начали признавать относительную
самостоятельность внешнеполитической деятельности.
В постсоветский период появились три подхода в интерпретации политики
Александра I.
Первый - придерживающийся преимущественно ориентации на прежнюю
марксистскую трактовку политики Александра I и Кутузова как реакционную, а
«гуманные идеи» русского императора рассматривающий как прикрытие
истинных захватнических целей (H.A. Троицкий).
Второй - стремящийся отразить противоречивость курса Александра I и
Кутузова и показать как либеральные, так и реакционные аспекты его политики,
как положительное, так и негативное ее значение для России и мира (В.М.
Безотосный, А.Ю. Дворниченко, П.Н. Зырянов, Н.И. Павленко).
108
Третий - в известной степени идеализирующий внешнюю политику
Александра 1 (А.Н. Сахаров, Н.И. Димбаев).
Постсоветские авторы стали преемниками как советской, включая школу
М.Н. Покровского, так и дореволюционной историографии.
Отказавшись
от
односторонней
критики
Священного
союза
и
внешнеполитических действий Александра I и Кутузова после 1815 г., ряд
постсоветских историков под влиянием либеральной европейской ориентации
новой России стали говорить об объединительных тенденциях в международных
отношениях этого периода. Отойдя от характеристики Александра I и Кутузова
как бездарного либо просто средних способностей политика и дипломата, авторы
последних двух десятилетий стали рассматривать Александра Павловича как
талантливого и неординарного политика.
Таким образом, выявляется полная картина на внешнеполитическую
деятельность Александра 1 и Кутузова, так как историками нескольких поколений
рассматривались такие важные направления деятельности, как:
1)Борьба России и Франции за лидерство в Европе: участие в 3-й и 4-й анти
наполеоновских коалициях и заключение Тильзитского мира 1807 года; русскошведская война 1808-1809 годов; Отечественная Война 1812г. (главное
внешнеполитическое
событие
эпохи
правления
Александра
Павловича);
Заграничные походы 1813-14 гг.; Венский конгресс 1814-15гг.
2)Создание Священного Союза в 1815году.
3)Восточное направление: Присоединение Закавказья к России (Русскоиранская война 1804- 1805 гг.; Русско-турецкая война 1806-1812гг.)
109
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И
ЛИТЕРАТУРЫ
ИСТОЧНИКИ
1.
Архангельский, А. Н. Александр I. / А. Н. Архангельский. - М. :
Вагриус, 2000.
2.
Ахшарумов, Д. И. Описание войны 1812 г. / Д. И. Ахшарумов. - СПб. :
Типография Плавилыцикова, 1819.
3.
Бахтурина, А. Ю. Зарождение и сущность идеи Священного Союза /
А. Ю. Бахтурина // Вопросы истории. - 1997. -№ 4.
4.
Бахтурина, А. Ю. Священный союз: Россия в судьбе Европы / А. Ю.
Бахтурина // Рубежи. - 1998. - № 3-4.
5.
Безотосный, В. М. Антинаполеоновские коалиции и их противник / В.
М. Безотосный // Вопросы истории. - 2009. - № 1.
6.
Безотосный,
В.
М.
Внешнеполитический
выбор
России
на
геополитическом пространстве Европы в эпоху 1812 года / В. М. Безотосный //
Отечественная история. - 2008. - № 2.
7.
Безотосный, В. М. Два императора. Великий полководец и великий
дипломат в судьбе Европы / В. М. Безотосный // Родина. - 2002. - № 8.
8.
Безотосный, В.М. Кампания 1812 года / В. М. Безотосный //
Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. - М. : РОССПЭН, 2004.
9.
Безотосный, В.М. Разведка и планы сторон в 1812 году. / В. М.
Безотосный. - М. : РОССПЭН, 2005.
11 .Бескровный, Л. Г. Отечественная война 1812 года. / Л. Г. Бескровный. М. : Соцэкгиз, 1962.
12.
Бескровный, JI. Г. Отечественная война 1812 г. и контрнаступление
Кутузова . / Л. Г. Бескровный. - М. : АН СССР, 1951.
13.
Бескровный, Л. Г. Очерки военной историографии России. - М. : АН
СССР, 1962.
110
15.
Богданович, М. И. История войны 1813 года за независимость
Германии. В 2 т. / М. И. Богданович. - Т. I. - СПб. : Тип. Штаба Военно-Учебных
Заведений, 1863.
16.
Богданович, М. И. История войны 1813 года за независимость
Германии. В 2 т. / М. И. Богданович. - Т. II. - СПб. : Тип. Штаба Военно-Учебных
Заведений, 1863.
17.
Богданович, М. И. История войны 1814 года во Франции и
низложение Наполеона I. В 2 т. / М. И. Богданович. - Т. I. - СПб. : Тип. В.
Спиридонова, 1865..
18.
Богданович, М. И. История войны 1814 года во Франции и
низложение Наполеона I. В 2 т. / М. И. Богданович. - Т. II. - СПб. : Тип. В.
Спиридонова, 1865.
19.
Богданович,М. И. История Отечественной войны 1812 года по
достоверным источникам. В 3 т. / М. И. Богданович. - Т. 3. - СПб. : Тип.
Торгового дома С. Струговщикова, Г. Похитонова, Н. Вдовина и Компания, 1860.
20.
Богданович, М. И. История царствования императора Александра I и
Кутузова и России его времени. В 6 т. / М. И. Богданович. - Т. I. - СПб. : Тип. Ф.
Сушинского, 1869.
21.
Богданович, М. И. История царствования императора Александра I и
Кутузова и России его времени. В 6 т. / М. И. Богданович. - Т. II. - СПб. : Тип. Ф.
Сушинского, 1869.
22.
Богданович, М. И. История царствования императора Александра I и
Кутузова и России его времени. В 6 т. / М. И. Богданович. - Т. III. - СПб. : Тип. Ф.
Сушинского, 1869.
23.
Бутурлин, Д. П. История нашествия императора Наполеона на
Россию в 1812 году. В 2 ч. / Д. П. Бутурлин. - Ч. 1. - 2-е изд. - СПб. : Военная
Типография, 1837.
24.
Бутурлин, Д. П. Картина войн России с Турцией в царствование
императрицы Екатерины II и императора Александра I и
Кутузова / Д. П.
Бутурлин. - СПб. : Тип. Императорского Воспитательного Дома, 1829.
111
25.
Бутурлин, Д. П. Картина осеннего похода 1813 в Германии / Д. П.
Бутурлин. - СПб. : Тип. Штаба Отдельного корпуса внутренней стражи, 183026.
Военский, К. А., Карцов, Ю. С. Причины войны 1812 г. / К. А. Военский, Ю.
С. Карцов. - СПб. : Тип. А. Ф. Штальценбурга, 1911..
27.
Волконский, С. Г. 1812-й год // России двинулись сыны: Записки об
Отечественной войне 1812 года ее участников и очевидцев / Сост. С. С. Волк, С.
Б. Михайлова. - М. : Современник, 1988.
28. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - М. : Госкультпросветиздат,
1956.
29.
Глушкин, О. Б. Александр I. Коронованный Гамлет / О. Б. Глушкин. -
Калининград : Янтарь, 2005. - 119 с.
30.
Гросул, В. Я. Российский конституционализм за пределами России /
В. Я, Гросул // Отечественная история. - 1996. - № 2.
31.
Дацишина, М. В. Тема Наполеона и войны 1812 г. в советской и
нацистской пропаганде в ходе Великой Отечественной войны / М. В. Дацишина //
Вопросы истории. - 2011. - № 6.
32.
Дегоев, В. В. Александр I и проблема европейского согласия после
Венского конгресса / В. В. Дегоев // Вопросы истории. - 2002. - № 2.
33.
Дживелегов, А. К. Александр I и Наполеон. Исторические очерки / А.
К. Дживелегов. - М. : Издание М. и С. Сабашниковых, 1915.
34.
Жилин, П. А. Гибель наполеоновской армии в России / П.А. Жилин. -
М. : Наука, 1968
35.
Жилин, П. А. Контрнаступление Кутузова в 1812 г. / П. А. Жилин. -
М. : Военное изд. Военного Министерства СССР, 1950.
36.
Жилин, П. А. О войне и военной истории / П. А. Жилин. - М. : Наука,
1984.
37.3вавич, И. С. Англия и Отечественная война русского народа против
наполеоновского владычества // Доклады и сообщения исторического факультета
МГУ / И. С. Звавич.-М. : 1945. - Вып. 2.
112
38.3вавич, И. С. Вероломство Пруссии в отношении России в 1812 г. / И. С.
Звавич // Исторический журнал. - 1944. - № 1.
39.Звавич, И. С. Испания в дипломатических отношениях с Россией в 1812
г. / И. С. Звавич // Исторический журнал. - 1943. - № 3-4.
40.3вавич, И. С. Меттерних и Отечественная война 1812 года //
Исторические записки / И. С. Звавич. - М. : 1945. - № 16.
41.3вавич, И. С. Союз между Россией и Швецией в 1812 г. / И. С. Звавич //
Известия АН СССР // Сер. истории и философии. - 1944. - № 1.
42.
Иловайский, Д. И. Очерки Отечественной истории / Д. И. Иловайский.
- М. : Мысль, 1995.
43.
История
политики России. Первая половина XIX века (От войн
России против Наполеона до Парижского мира 1856 г.). - М. : Междунар.
отношения, 1995.
44.
История дипломатии. В 3 т. / под ред. В. П. Потемкина. Т. 1. - М. :
Соцэкгиз, 1941.
45.
История дипломатии. В 5 т. / под ред. В. А. Зорина [и др.]. Т. 1. - 2-е
изд., переработ, и доп. - М. : Госполитиздат, 1959.
46.
История России: учебник / А. Ю. Дворниченко, Ю. В. Тот, М. В.
Ходяков. - М. : Проспект, 2008.
47.
История
России с древнейших времен до второй половины XIX
века. Курс лекций / под ред. Проф. Б. В. Личмана. - Екатеринбург : УГТУ, 1994.
48.
История России с древнейших времен до наших дней : учебник / под
ред. А. С. Орлова [и др.]. - 2-е изд., переработ, и доп. - М. : Проспект, 2001.
49.
Казаков, Н. И. политика России перед войной 1812 года // 1812 год. К
150-летию Отечественной войны / Н. И. Казаков. Сб. ст. - М. : АН СССР, 1962.
50.
Киняпина, Н. С. политика России первой половины XIX в. : учеб.
пособие / Н. С. Киняпина. - М. : Высшая школа, 1963.
51.
Ключевский, В. О. Русская история. Полный курс лекций : в 3 кн. / В.
О. Ключевский. Кн.З. - Ростов н/Д : Феникс, 2000.
113
52.
Корнилов, А. А. Курс истории России XIX века / А. А. Корнилов. -
М. : ACT: Астрель, 2004..
53.
Кузнецова, Г. А. Александр I и Наполеон в Тильзите / Г. А. Кузнецова
// Новая и новейшая история. - 1991. -№ 6.
54.
Ленин В.И. Полное собрание сочинений / В. И. Ленин. Фридрих
Энгельс // -5-е изд.-Т. 2. 1895-1897.-М. Политиздат, 1971.
55.
Любош, С. Последние Романовы / С. Любош. - М. : РИПОЛ
КЛАССИК, 2007.-272 с.
56.
Кутузов, М. И. Сборник документов / М. И. Кутузов. - М. : Воениздат,
1950-1956.
57.
Манфред, А. 3. Наполеон Бонапарт / А. 3. Манфред. - 5-е изд. - М. :
Мысль, 1989
58.
Михайловский-Данилевский, А. И. Описание войны 1813 г. / А. И.
Михайловский-Данилевский. - СПб. : Военная типография, 1840.
59.
Михайловский-Данилевский,
А.
И.
Описание
второй
войны
императора Александра с Наполеоном в 1806 и 1807 гг. / А. И. МихайловскийДанилевский. - СПб. : Тип. Штаба Отдельного Корпуса Внутренней Стражи, 1846.
60.
Михайловский-Данилевский, А. И. Описание Отечественной войны
1812 г. В 4 т. / А. И. Михайловский-Данилевский. Т. 1. - СПб. : Военная
типография, 1839..
61.
Михайловский-Данилевский, А. И. Описание Отечественной войны
1812 г. В 4 т. / А. И. Михайловский-Данилевский. Т. 4. - СПб. : Военная
типография, 1839.
62.
Михайловский-Данилевский,
А.
И.
Описание
первой
войны
императора Александра с Наполеоном в 1805 году / А. И. МихайловскийДанилевский. - СПб. : Тип. Штаба Отдельного Корпуса Внутренней Стражи, 1844.
63.
Михайловский-Данилевский, А. И. Описание похода во Францию в
1814 г. / А. И. Михайловский-Данилевский. - СПб. : Тип. Департамента торговли,
1836.
114
64.
Михайловский-Данилевский, А. И. Описание турецкой войны в
царствование императора Александра с 1806-го до 1812 г. / А. И. МихайловскийДанилевский. - СПб. : Тип. Штаба Отдельного Корпуса Внутренней Стражи, 1843.
65.
Михайловский-Данилевский, А. И. Описание Финляндской войны на
сухом пути и на море в 1808 и 1809 гг. / А. И. Михайловский- Данилевский. СПб. : Тип. Штаба Отдельного Корпуса Внутренней Стражи, 1841.
66.
Монахов, А. П. В погоне за Наполеоном: Весенняя кампания 1813 г. /
А. П. Монахов // Военно-исторический журнал. - 1998. - № 4.
67.
Надлер, В. К. Император Александр I и идея Священного союза. В 3 т.
/ В. К. Надлер. - Т. 1. - Харьков : Тип. Окружного штаба, 1886.
68.
Нарочницкий,
A.
JI.
Международные отношения
европейских
государств с 1794 до 1830 г. / А. Л. Нарочницкий. - М. : Наука, 1946
69.
Нарочницкий, А. Л. Россия и наполеоновские войны за господство над
Европой. (Сопротивление и приспособление) / А. Л. Нарочницкий // Вопросы
истории. - 1979. - № 4.
70.
Нечипоренко, Д. В. Идеология Священного союза. Александр I и
Меттерних // Россия в XVII1-XX веках. Страницы истории / Д. В. Нечипоренко. М. : Книжный Дом «Университет», 2000.
71.
Нечипоренко, Д. В. Истоки Священного Союза / Д. В. Нечипоренко //
Вестник Московского ун-та. Сер. 8. История. - 2000. - № 5.
72.
Ниве, П. А. Русско-шведская война 1808-1809 гг. / П. А. Ниве. - СПб. :
Военная Типография, 1910.
73.
Николай Михайлович (Великий князь). Император Александр I /
Великий князь Николай Михайлович. - М. : «Богородский печатник», 1999.
74. Орлик, О. В. Великий подвиг народный (к 170-летию Отечественной
войны 1812 г.)/О. В. Орлик.-М. : «Знание» РСФСР, 1981
75.Орлик, О. В. «Гроза двенадцатого года...» / О. В. Орлик. - М. : Наука,
1987.
76.
Орлик, О. В. «Европейская идея» Александра I и Кутузова / О. В.
Орлик // Новая и новейшая история. - 1997. - № 4. -
115
77.
Орлик, О. В. Россия в международных отношениях 1815-1829 гг. (От
Венского конгресса до Адрианопольского мира) / О. В. Орлик. - М. : Наука, 1998.
78.
Орлов, А. А. Союз Петербурга и Лондона. Российско-британские
отношения в эпоху наполеоновских войн / А. А. Орлов. - М. : ПрогрессТрадиция, 2005.
79.
Пичета, В. И. Международная обстановка после Тильзита. В 7 т. / В.
И, Пичета. Т. 2. Отечественная война и русское общество. - М. : Т-ва И. Д.
Сытина, 1911.
80.
Платонов, С. Ф. Лекции по русской истории. В 2 ч. / С. Ф. Платонов.
Ч. II. - М. : ВЛАДОС, 1994.
81.
Подмазо, А. А. Отечественная война 1812 года и ее место в
Наполеоновских войнах / А. А. Подмазо Н Материалы XI Всероссийской
конференции
«Отечественная
война
1812
года.
Источники.
Памятники.
Проблемы». - Можайск : Изд-во ЗАО «Бородино», 2004.
82.
Покровский, М. Н. Александр I (1801-1815) // История России в XIX
веке. Дореформенная Россия / М. Н. Покровский. - М. : ЗАО Изд-во
Центрполиграф, 2001.
83.
Покровский, М. Н. Дипломатия и войны царской России в XIX
столетии / М. Н. Покровский. -М. : Изд-во «Красная новь», 1923.
84.
Попов, А. Л. политика самодержавия в XIX в. в кривом зеркале М. Н.
Покровского. В 2 ч. / А. Л. Попов. Против антимарксистской концепции М. Н.
Покровского. Ч. 2. -М.-Л : АН СССР, 1940.
85.
Попов,
А.
Н.
Отечественная
война
1812
г.
Историческое
исследование. Т. 1. / А. Н. Попов. Сношения России с иностранными державами
перед войной 1812 г. - М. : Типо-литография Н. И. Гросман и Г. А. Венделыитейн,
1905.
86.
Предтеченский, А. В. К вопросу о влиянии Континентальной блокады
на состояние торговли и промышленности России / А. В. Предтеченский // Изв.
АН СССР. Отд. обществ, наук. - 1931. - № 8.
116
87.
Пресняков, А. Е. Александр I // А. Е. Пресняков. Российские
самодержцы / Сост., автор предисловия и приложения д.и.н. А. Ф. Смирнов. - М. :
Книга, 1990.
145. Против исторической концепции М.Н. Покровского. В 2 ч. Ч. 1. - М.Л. : АН СССР, 1939.
88.
Рогинский, В. В. Швеция и Россия. Союз 1812 г. / В. В. Рогинский. -
М. : Наука, 1978.
89.
Рожков, Н. А. Русская история в сравнительно-историческом
освещении (Основы социальной динамики). В 12 т. / Н. А. Рожков. Т. 10. - Л.-М. :
Книга, 1924
90.
Сахаров, А. Н. Александр I / А. Н. Сахаров. - М. : Наука, 1998.
91.
Сахаров, А. Н. Александр I (К истории жизни и смерти) / А. Н.
Сахаров // Российские самодержцы. - 2-е изд. - М. : Международные отношения,
1994.
92.
Сироткин, В. Г. Дуэль двух дипломатий: Россия и Франция, 1801-1812
/ В. Г. Сироткин. - М. : Наука, 1966.
93.
Сироткин, В. Г. Отечественная война 1812 г. / В. Г. Сироткин. - М. :
Просвещение, 1988.
94.
Сироткин, В. Г. Официозная военно-политическая публицистика
Франции и России в 1804-1815 гг. / В. Г. Сироткин. Бессмертная эпопея. К 175летию Отечественной войны 1812 г. и освободительной войны 1813 г. в Германии
// отв. ред. А. Л. Нарочницкий, Г. Шеель. - М. : Наука, 1988.
95.
Сироткин, В. Г. Наполеон и Александр I: Дипломатия и разведка
Наполеона и Александра I и Кутузова в 1801-1812 гг. / В. Г. Сироткин. - М. :
ЭКСМО-Пресс, 2003.
96.
Сироткин В.Г. Наполеон и Россия. -М., 2000.
97.
Сироткин,
В.
Г.
Финансово-экономические
последствия
наполеоновских войн и Россия в 1814-1824 годах / В. Г. Сироткин // История
СССР. - 1974,-№4.
117
98.
Соколов, О. В. Аустерлиц. Наполеон, Россия и Европа, 1799-1805 гг.
В 2 т. / О. В. Соколов. Т. 1. -М. : Русский импульс, 2006.
99.
Соловьев, С. М. Император Александр I. Политика, дипломатия / С.
М. Соловьев. - М. : ООО Изд-во «Астрель»; ООО Изд-во «АСТ», 2003. 100.
Станиславская,
А.
М.
Русско-английские
отношения
и
проблемы
Средиземноморья (1798-1807) / А. М. Станиславская. - М. : АН СССР, 1962101.
Тарле, Е. В. Наполеон. Талейран / Е. В. Тарле. - М. : Изографус : ЭКСМО,
2003
102. Тарле, Е. В. Нашествие Наполеона на Россию. 1812 год. В 12 т. // Е. В.
Тарле. Сочинения. Т. 7. - М. : АН СССР, 1959.
103. Троицкий, Н. А. Антинаполеоновские коалиции 1813-1815 гг.: Смысл,
цели, характер / Н. А. Троицкий // Доклады Академии военных наук. Саратов : ,
2004. - № 12. 104. Троицкий, Н. А. Александр I и Наполеон / Н. А. Троицкий. - М. :
Высшая школа, 1994.
105. Троицкий, Н. А. Великий подвиг русского народа (к 170-летию
Бородинского сражения). Материалы в помощь лектору / Н. А. Троицкий. Саратов : Изд-во Саратовского ун-та, 1982.
106. Троицкий, Н. А. К истории нашествия Наполеона на Россию
(Объявление войны) / Н. А. Троицкий // Новая и новейшая история. - 1990.-№3,
107. Троицкий, Н. А. Россия в коалиционных войнах 1805-1807 гг. / Н. А.
Троицкий // Новая и новейшая история. Саратов :, 1991. Вып. 13. 108. Троицкий, Н. А. 1812. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М. :
Наука, 1988.
109. Устрялов, Н. Г. Русская история до 1855 года. В двух частях / Н. Г.
Устрялов. - Петрозаводск : Фолиум, 1997.
110. Фомин, А. А. Международные отношения в Балтийском регионе в
1800¬1815 гг. / А. А. Фомин // Историческое знание в системе политики и
культуры : материалы IV международной науч. Ист. чтений памяти проф. В. А.
Козюченко / под общ. ред. проф. Е. Г. Блосфельд. - Волгоград : Перемена, 2005.
118
111. Фомин, А. А. Русско-шведский конфликт 1808-1809 гг в контексте
европейской политики / А. А. Фомин // История России: на перекрестке мнений:
сб. науч. статей, посвящ. памяти проф. Б. С. Абалихина. - Волгоград : Изд-во
ВГПУ «Перемена», 2007. - С. 248-253.
112. Фомин, А. А. Швеция в политике Англии, Франции и России в 18001809 гг. / А. А. Фомин. Автореф. дисс. ...канд. ист. наук. - Волгоград :, 2007. 113.
Харкевич В. И. Война 1812 г. От Немана до Смоленска / В. И.
Харкевич.Вильна : Николаев. Акад. Ген. Штаба, 1901.
114. Чуйкевич П. А. Рассуждения о войне 1812 года / П. А. Чуйкевич. СПб. : [Б. м.], 1813
115. Шильдер Н. К. Император Александр Первый, его жизнь и
царствование. В 4 т. / Н. К. Шильдер. Т. 2. - СПб. : Изд-во А. С. Суворина, 1904.
ЛИТЕРАТУРА
1.
Абалихин, Б. С. 1812 год: актуальные проблемы истории / Б. С.
Абалихин. - Элиста : Джангар, 2000.
2.
Абалихин, Б. С., Дунаевский, В. А. Новое в изучении истории
Отечественной войны 1812 года / Б. С. Абалихин, В. А. Дунаевский // Новое в
жизни, науке, технике. Сер. «История». - 1983. - № 2.
3.
Абалихин, Б. С., Дунаевский, В. А. Пусть судит читатель... Авторы
книги о войне 1812 года не согласны с оценками рецензента / Б. С. Абалихин, В.
А. Дунаевский // Отечественная история. - 1992. - № 6.
4.
Абалихин Б. С., Дунаевский, В. А. 1812 год на перекрестках мнений
советских историков, 1917-1987 / Б. С. Абалихин, В. А. Дунаевский. - М. : Наука,
1990.
5.
Агронов
Л.
И.
Постсоветская
российская
историография
отечественной войны 1812 года / Л. И. Агронов // Автореф. дисс. ...кандидата
исторических наук. - Москва :, 2007.
119
6.
Алексеев В. П. Отечественная война в русской исторической
литературе. В 7 т. / В. П. Алексеев // Отечественная война и русское общество. Т. VII. -М. : Т-во И. Д. Сытина, 1912.
7.
Алексеева Г. Д. Октябрьская революция и историческая наука в
России (1917-1923)/Г. Д. Алексеева. -М. : Наука, 1968.
8.
Безотосный В. М. Рец. на кн.: Троицкий H.A. Отечественная война
1812 года: история темы. Изд-во Саратовского ун-та, 1991 // Отечественная
история. - 1993. - № 2.
9.
Вернадский Г. В. Русская историография / Г. В. Вернадский. - М. :
Аграф, 1998.
10.
Волобуев П. В. Сталинизм и социальное познание советского
общества / П. В. Волобуев // История и сталинизм / сост. А. Н. Мерцалов. - М. :
Политиздат, 1991.
11.
Городецкий Е. Н. В. И. Ленин - основоположник советской
исторической науки / Е. Н. Городецкий. - М. Наука, 1970.
12.
Данилов, В. Н. Власть и формирование исторического сознания
советского общества / В. Н. Данилов. - Саратов : Научная книга, 2005.
13.
Дунаевский В. А. Освободительный поход русской армии в 1813 г.
(Некоторые аспекты советской историографии и источниковедения) / В. А.
Дунаевский // Бессмертная эпопея. К 175-летию Отечественной войны 1812 г. и
Освободительной войны 1813 г. в Германии / отв. ред. А. Л. Нарочницкий, Г.
Шеель. - М. : Наука, 1988.
14.
Егоров А. А. // Новая и новейшая история. - 1996. - № 3. - С. 226-227.
Рец. на кн.: Троицкий H.A. Александр I и Наполеон. - М. : Высшая школа, 1994.
15.
Жуковская, Т. Н. А.Е. Пресняков и марксизм: опыт исторической
демифологизации / Т. Н. Жуковская // Россия в XIX-XX вв. Сб. ст. к 70- летию со
дня рождения Рафаила Шоломовича Ганелина. - СПб. : Дмитрий Буланин, 1998
16.
Искендеров А. А. Историческая наука на пороге XXI века / А. А.
Искендеров // Вопросы истории. - 1996. - № 4.
120
17.
Историческая наука в XX веке. Историография истории нового и
новейшего времени стран Европы и Америки / под ред. И. П. Дементьева, А. И.
Патрушева. - М. : Простор, 2002.
18.
История и историки. 1970. -М. : Наука, 1972.
19.
Левандовский А. А. Последний общий курс русской истории и его
автор / А. А. Левандовский // Корнилов A.A. Курс истории России XIX века. - М. :
Высшая школа, 2004.
20.
Могильницкий, Б. Г. История исторической мысли XX века: Курс
лекций / Б. Г. Могильницкий. Кризис историзма. Вып. I. - Томск : Изд-во
Томского ун-та, 2001.
21.
Мясников, В. С. Об изучении истории политики России / В. С.
Мясников // Новая и новейшая история. - 1992. - № 5.
22.Орлик О. В. Новейшие советские исследования политики России с конца
XVIII в. до Парижского мира 1856 г. / О. В. Орлик //
политика России.
Историография. - М. : Наука, 1988.
23.
Попов А. Н. О характере войны 1812 года / А. Н. Попов // Эпоха 1812
г. Исследования. Источники. Историография: Сборник материалов к 190- летию
Отечественной войны 1812 г. / Труды ГИМ. - М. : ГИМ, 2002.
24.
Приходько Н. И. Исследовательские периоды в изучении русско-
шведской («финляндской») войны 1808-1809 гг. в отечественной историографии /
Н. И. Приходько // Санкт-Петербург и страны Северной Европы: Мат-лы
ежегодной научн. конф. 25-26 апреля 2001 г. - СПб. :Изд- воРХГА, 2002
25.
Рыбаченок, И. С. // Вопросы истории. - 2000. - № 1. - С. 165-167. Рец.
на книгу: О. В. Орлик. Россия в международных отношениях 1815-1829 гг.(От
Венского конгресса до Адрианопольского мира). - М. : Наука, 1998.
26.
Сахаров А. Н. Историческая наука на перепутье / А. Н. Сахаров //
Россия в XX веке: Судьбы исторической науки. - М. : Наука, 1996.
27.
Станиславская А. М. Изучение истории политики России периода
капитализма / А. М. Станиславская // Очерки истории исторической науки в
СССР. Т. V. - М. : Наука, 1985.
121
28.
Страхова Н. П. Россия в Венской системе международных отношений
в 1815-1822 гг.: отечественная историография проблемы (после 1917 г.) // Вестник
ВолГУ. Серия 4: История. Философия. - Волгоград : Изд-во Волгоградского ун-та,
1997. - Вып.2.
29.
Страхова Н. П. Россия в системе международных отношений после
Венского конгресса (1815-1822): дореволюционная историография проблемы / Н.
П. Страхова // Россия в ХУШ-ХХ веках. Страницы истории. -М. : Книжный Дом
«Университет», 2000.
30.
Тарле Е. В. Об изучении внешнеполитических отношений России и
деятельности русской дипломатии в ХУШ-ХХ веках / Е. В. Тарле // Юбилейный
сборник
АН
СССР,
посвященный
30-летию
Великой
Октябрьской
социалистической революции. В 2 ч. Ч. 2. - М.-Л. : АН СССР, 1947.
31.
Тартаковский А. Г. У истоков русской историографии 1812 г. / А. Г.
Тартаковский // История и историки (1978). - М. : Наука, 1981.
32.
Троицкий, Н. А. Современная историография Отечественной войны
1812 г.: новое в научной полемике и этике / Н. А. Троицкий // Проблемы изучения
истории Отечественной войны 1812 г. - Саратов : Изд-во Саратовского ун-та,
2002.
33.
Фадеев А. В. политика России в освещении советских историков / А.
В. Фадеев // Очерки истории исторической науки в СССР. В 5 т. - Т. IV. - М. :
Наука, 1966.
34.
Хевролина, В.
М.
Внешнеполитические
концепции
российского
либерализма в конце XIX века / В. М. Хевролина // Вопросы истории. - 1997.-№
10.-С
35.
Хевролина, В. М. Ольга Васильевна Орлик (1930-1998) / В. М.
Хевролина // Новая и новейшая история. - 2000. - № 2.
36.
Цамутали, А. Н. Борьба направлений в русской историографии в
период империализма: Историографические очерки / А. Н. Цамутали. - Л. : Наука,
1985.
122
37.
Цамутали, А. Н. Я родился историком: Сергей Михайлович Соловьев
// Историки России. ХУШ-начало XX века / А. Н. Цамутали. - М. : Научноиздательский центр «Скрипторий», 1996. - С. 215
38.Чапкевич, Е. И. Евгений Викторович Тарле / Е. И. Чапкевич. - М. : Наука,
1977
39.
Шапиро, А. Л. Русская историография в период империализма / А. Л.
Шапиро. - Л. : Изд-во Ленинградского ун-та, 1962.
40.
Шаханов, А. Н. «...В моих работах ничего не может устареть»: Д.И.
Иловайский / А. Н. Шаханов // История и историки. - 2001. - № 1.
41.
Шеин, И. А. 1812 год в военной историографии в канун 100-летней
годовщины Отечественной войны / И. А. Шеин // Эпоха 1812 года. Исследования.
Источники. Историография. - М. : ГИМ, 2002. СПРАВОЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА
1.
Библиография опубликованных произведений академика М. И.
Покровского / сост. А. А. Говорков. - Томск : Изд-во Томского ун-та, 1993.2.
Государственные деятели России Х1Х-начала XX в.: Биографический
справочник / сост. И. И. Линьков, В. А. Никитин, О. А. Ходенков. - М. :Изд-во
МГУ, 1995.
3.
История государства Российского: Жизнеописания. XIX век. Первая
половина / М. А. Опалинская, С. Н. Синегубов, А. В. Шевцов; Рос. нац. б- ка. - М.
: Книжная палата, 1997.
4.
История Отечественной войны 1812 года: Указатель советской
литературы. 1918-1990 гг. -М. : Наука, 1992.
5.
Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. - М. : РОССПЭН,
6.
Советская военная энциклопедия: В 8 т. / Т. 1. - М.: Воениздат, 1976. -
2004.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа