close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

Ампилогова Татьяна Вячеславовна. Деревянное зодчество Русского Севера: проблемы сохранения, реставрации и экспонирования

код для вставки
5
Содержание
Введение…………………………………………………………………...............
6
Глава 1. Деревянная архитектура Русского Севера - уникальная часть
культурно-исторического наследия
России…………………………………………..
1.1. Материалы и инструменты деревянного зодчества………………………...
16
1.2.Технологии строительства и основные конструктивные элементы……….
26
1.3. Особенности архитектурных форм………………………………………….
33
1.4. Домовая резьба на гражданских и культовых постройках………………...
Глава 2. Основные вехи развития и концепции реставрационного дела от
античности до
современности………………………………………………………
2.1. Развитие теории и практики реставрационных работ в архитектуре
Европы……………………………………………………………………………
…...
2.2.Теория и практика реставрационного дела в архитектуре России………...
45
2.3.Проблемы реставрации памятников деревянного зодчества в России…….
67
Глава 3. Музеи архитектуры под открытым небом как способ
экспонирования и популяризации деревянного зодчества в
России…………………………
3.1. Основные этапы развития музея-заповедника «Кижи»……………………
82
19
50
50
60
82
3.2. Деревянная архитектура Карелии. Главные экспонаты музеязаповедника «Кижи»………………………………………………………………
88
3.3. История создания и этапы развития музея «Малые Корелы»……………..
95
3.4. Деятельность музеев «Кижи» и «Малые Корелы» по популяризации
народного деревянного зодчества Русского Севера……………………………
98
Заключение………………………………………………………………………...
102
Библиография……………………………………………………………………...
106
Приложения
6
Введение
Актуальность исследования. Дерево как строительный материал издавна
применялось русским народом для возведения жилых, хозяйственных и
культовых сооружений, мощения дорог. Его также применяли для изготовления
мебели, игрушек, предметов домашнего обихода.
Предпочтение
дереву как традиционному строительному материалу
отдавалось по нескольким причинам. Во-первых, из-за его доступности, так как
значительные территории России занимали леса, из которых более 80% -таёжные.
Во-вторых, древесина относительно легко поддается обработке, в отличие от
других строительных материалов, таких как камень.
Территорию Русского Севера практически полностью покрывает тайга,
наличие качественной древесины из хвойных пород деревьев (сосна, лиственница,
ель), которая меньше других подвержена процессам гниения,и суровые
климатические условия способствовали тому, что именно здесь народное
деревянное зодчество достигло вершины своего развития. Именно в деревянном
зодчестве
Русского
Севера
прослеживается
огромное
разнообразие
архитектурных форм: жилые и хозяйственные постройки,
общественные
сооружения, православные храмы, колокольни, мельницы.
В то время, когда в других регионах страны появилось значительное число
каменных построек, на Русском Севере деревянная архитектура всегда занимала
главенствующие
позиции.
Удалённость
от
центра
северных
территорий
послужила фактором консервации культурных традиций народа, сохранению черт
самобытности.
Под
Русским
Севером
подразумевается
территория
нынешних
Архангельской, Вологодской, Мурманской и Ленинградской областей, а также
республик Карелии и Коми, Ненецкого автономного округа. Именно здесь
сосредоточено
более 85%
деревянного зодчества.
выявленных в настоящее время памятников
7
Когда-то
зданий
деревянной
народной
архитектуры
насчитывалось
огромное количество, но с течением времени их осталось не так уж много – 8899
выявленных на настоящий момент. Безусловно, это не окончательная цифра и она
может измениться за счёт вновь выявленных памятников, однако изменения
могут быть и отрицательными вследствие их утраты. В отличие от Норвегии, где
до сегодняшнего дня сохранены каркасные мачтовые церкви – ставкирки,
датируемые 11-16вв., и прочих стран, сохранивших свои памятники деревянной
архитектуры, на территории нашей страны имеется свой уникальный стиль
деревянного
зодчества.
Уникальность
русской
деревянной
архитектуры
заключается в срубной технике возведения построек, аналогов которой в мире
нет. Важно не допустить полной утраты такой яркой и самобытной части
культурного и исторического наследия России. Поэтому актуальность выбранной
темы в будущем будет только возрастать.
Необходимость реставрации деревянных памятников с каждым годом
становится все более актуальной, ведь именно по причине её отсутствия уже
безвозвратно утрачен огромный пласт народной деревянной архитектуры. Дерево
как строительный материал без должного ухода не долговечно, по сравнению с
тем же камнем и прочими строительными материалами. Основными факторами
разрушения древесины являются: неблагоприятные климатические условия
(избыточная влажность воздуха, частые осадки, чередующиеся с высокими
перепадами
температур),
поражение
вредными
организмами
(грибами,
насекомые, мхи и лишайники и др.), а также горючесть.
Сохранить деревянное зодчество Русского Севера необходимо потому, что
оно является живой материальной и духовной частью нашего прошлого, отражает
народное
мировоззрение
прошедших
эпох,
демонстрирует
эволюцию
производительных сил и вклад нашего народа в развитие мировой цивилизации.
Появление в России в 60-80 годы 20 века значительного количества
музеевдеревянного зодчества под открытым небом не случайно, ведь в музее
памятник становится объектом показа (экспонатам), играющим культурно-
8
образовательную роль. На базе
памятников деревянного зодчества возможно
развитие тематического туризма, направленного на привлечение не только
отечественных экскурсантов, но и зарубежных гостей.Сохранение культурного
наследия необходимо для передачи его будущим поколениям.
Объект исследования. Деревянное народное зодчество Русского Севера 14
- начала 20вв. (Жилые постройки и культовые сооружения).
Предмет исследования.
Реставрация
и экспонирование
деревянной
архитектуры на примере музеев «Кижи» и «Малые Корелы».
Хронологические рамки исследования. Настоящая работа посвящена
рассмотрению деревянной народной архитектуры Русского Севера 14 – начала 20
вв. Выбор нижней границы исследования обусловлен тем, что самые ранние
дошедшие до настоящего времени деревянные постройки датируются 14 веком,
как например, церковь Воскрешения Лазаря. Самые поздние образцы деревянной
архитектурыв музеях под открытым небом датируются началом 20 века. Это
время, когда сельская культура северной деревни не уступила место городской и
не утратила связи с народными традициями.
Историография. Интерес к своей национальной культуре в России стал
ярко проявляться с первой половины 19 века. Территория Русского Севера
начинает привлекать исследователей, так как на ней особенно бережно были
сохранены этнокультурная самобытность, исконные пласты русского языка,
традиционный уклад жизни, народное деревянное зодчество. Вплоть до конца 19
и начала 20 веков в районы Русского Севера организуются экспедиции
художников, архитекторов (Л.В. Даль, В.В. Суслов), фольклористов и писателей
(М.М. Пришвин, Н.А. Клюев). Деревянная архитектура Русского Севера находит
своё отражение в творчестве художника И.Я. Билибина, который в 1903 году по
заданию этнографического отдела Музея Александра III посещал Олонецкую и
Вологодскую губернии для того, чтобы сфотографировать деревянные постройки.
В 1911 году художник-пейзажист Иегошуа
Шлуглейт написал картину
«На далеком Севере» с общим видом Кижского погоста, которая была
9
приобретена императором Николаем II. Любовь к Северной природе ярко
представлена в творчестве художника Н.К. Рериха. В Российской империи
начинают выпускать марки с изображением церквей на острове Кижи.
Большой вклад в изучение памятников деревянного зодчества в до и
послереволюционное время внёс И.Э. Грабарь. Ему принадлежат публикации с
описанием памятников деревянного зодчества северных губерний на основе
материалов неоднократных экспедиций (1902, 1920, 1925, 1926 гг.). Им же было
отснято большое количество фотоматериалов, написаны картины («Северная
деревня», «Ветряные мельницы», «Пермогорье», «Погост в с. Ракулы»,
«Красноборск», «Церковь в с. Панилове»)1.
В первые годы советской власти памятникам деревянного зодчества не
уделялось должного внимания, несмотря на то, что в этот период появляются
декреты, призванные сохранить культурное наследие 2.
После Великой
Отечественной Войны, на фоне масштабных разрушений и возникшей угрозы
уничтожения историко-культурного наследия народов СССР, все большее
количество специалистов различных отраслей науки обратили свое внимание на
проблему сохранения памятников деревянного зодчества Русского Севера, а
именно реставраторы, искусствоведы и музеологи. В этот же период значительно
увеличивается количество публикаций, посвящённых данной проблеме.
Литературу по теме исследования можно разделить на 4 тематические
группы:
Во-первых, работы, посвященные особенностям народной деревянной
архитектуры различных областей Русского Севера.
Данные издания рассказывают обистории развития народного зодчества.
Предпринимаются попытки графических реконструкций давно утраченных
построек на основе исторических письменных источников, таких как летописи,
порядные, чертежи, иконописные изображения, документы судебных тяжб и
1
2
Грабарь И.Э. Моя жизнь. М. «Республика», 2001. С.258
Декреты Советской власти. Т. I. М.: Гос. изд-во полит.литературы, 1957 С. 47.
10
данные на основе археологического материала. К таким работам можно отнести
труды М.И. Мильчика и Ю.С. Ушакова3, а также И.В. Маковецкого.4 Особенно
полезными в изучении темы исследования оказались книги, посвящённые теме
архитектурно-конструктивных особенностей срубных построек Русского Севера,
таких авторов как А.А. Соболев5, описывающих каждый этап строительства,
начиная с заготовки древесины и кончая кровлей. Таким же значительным
является фундаментальное издание М.В. Красовского 6, содержащее информацию
о типах крестьянских дворов и изб, древнерусских деревянных храмов,
устройстве и эволюции колоколен. Аналогичной тематике посвящены книги
А.В.Ополовникова7, Я.В.Малкова. С интерьерами крестьянских изб Севера нас
знакомят публикации В.Г. Смолицкого8, А.Б. Пермиловской9 Информация о
традициях украшения северных домов резьбой и о её видах была почерпнута в
изданиях Н.Н.Соболева10 и О.Кругловой.11
Вторую группу составляютработы по истории развития реставрации
архитектуры.
Сведения о развитии реставрации как научного знания со времен
античности и до 20 в. отражены в работе Е.В. Михайловского.12. Автор уделяет
вниманиеразвитию как европейской школы реставрации, так и российской. Опыт
реставраторов прошлого важен накоплением и систематизацией практических и
теоретических основ процесса реставрации. Михайловский приводит примеры
того, как ненаучный подход к реставрации стал причиной утраты подлинности
Мильчик М.И, Ушаков Ю.С. Деревянная архитектура Русского Севера. – Л., 1981.
Маковецкий И.В. Архитектура русского народного жилища: Север и Верхнее Поволжье. – М., Изд-во АН СССР,
1962.
5
Соболев А.А. Деревянный дом. Секреты старых мастеров. – Архангельск, 2003.
6
Красовский М.В. Энциклопедия русской архитектуры. Деревянное зодчество. – СПб, Изд-во САТИСЬ, 2002.
7
Ополовников А.В. Русское деревянное зодчество. – М., Изд-во Искусство, 1983; Ополовников А.В. Сокровища
Русского Севера. – М, 1989.
8
Смолицкий В.Г. Русь избяная. – М., ГРЦРФ, 1993.
9
Пермиловская А.Б. Крестьянский дом в культуре Русского Севера (XIX-XXвв.) – Архангельск: Правда Севера,
2005.
10
Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. – СПб, ACADEMIA, 1984.
11
Круглова О. Русская народная резьба и роспись по дереву. – М., Изд-во Изобразительное искусство, 1983.
12
Михайловский Е.В. Реставрация памятников архитектуры. – М., 1971.
3
4
11
памятников
архитектуры.
Аналогичной
проблеме
посвященаработа
А.Л.Баталова.13Реставрация памятников в России рассматривается в исследовании
С.С. Подъяпольского.14В нем подробно описывается деятельность Императорской
археологической
комиссии,
а
также
Московского
и
Петербургского
археологических обществ.
Третья группа работ посвящена методике реставрации памятников
деревянного зодчества.
Эта группа представлена статьями И. Шургина и других авторов.15Шургин
является одним из основных действующих теоретиков и практиков в деле
реставрации деревянного зодчества. Автор рассуждает о современном состоянии
памятников деревянной архитектуры, а также о проблемах и перспективах их
сохранения; дает неутешительный прогноз для данной категории культурного
наследия из-за ряда причин, связанных с несовершенством законодательной базы,
отсутствием
достаточного
отношениемвластей
практические
и
количества
социума
рекомендации
по
к
данной
консервации
квалифицированных
проблеме.
и
кадров,
Непосредственно
реставрации
деревянных
памятников представлены в статье А.Ю. Любимцева, а также Т.И.Вахрамеевой и
Е.В. Вахромеева.16Ценные
данные по методике реставрационного процесса
представлены в интервью, данном реставратором-практиком А. Поповым
17
,
главой реставрационного центра «Архитектура-Производство-Обучение».
Четвёртую группу составляют публикации об истории создания, развития и
деятельности музеев деревянного зодчества, изучению истории конкретных
деревянных памятников, путеводители.
Баталов А.Л. Отношение к достоверности формы и подлинности материалов в русской реставрационной
практике второй половины XIXв./ История и теория реставрации памятников архитектуры. Сборник. – М., 1986.
14
Подъяпольский С.С., Бессонов Г.Б., Беляев Л.А., Постникова Т.М. Реставрация памятников архитектуры. – М.,
2000.
15
Шургин И. О деревянном архитектурном наследии в России. Вестник Европы № 11, 2004; Шургин И. Судьба
деревянного зодчества в России: проблемы и решения. Изд-во РИА «АРД».
16
Вахрамеева Т.И., Вахрамеев Е.В., Любимцев А.Ю. Методические рекомендации. Приемы и способы реставрации
памятников деревянного зодчества. Обследование и подготовка проектной документации на противоаварийные
работы на памятниках деревянного зодчества. – Петрозаводск, 2013.
17
Александр Попов: «Главный принцип реставратора – максимально сохранить подлинное»: [Электронный
ресурс]. - Режим доступа: http:// cultinfo.ru/infoproject/recovery/index.php?id=75 . - Дата доступа 13.05.18.
13
12
Данная тематика отображена в работах научных сотрудников музеязаповедника «Кижи»В.А. Гущиной и Б.А. Гущина
18
и музея «Малые Корелы»
Е.Б. Заручевской19 и многих других авторов.
Огромный вклад в сохранение Кижского погоста (ныне – объекта
всемирного
культурного
наследия
ЮНЕСКО)
принадлежит
финскому
исследователю Л. Петтерссону. Во время оккупации войсками Финляндии
территории Заонежья (1942-1944гг.) он выполнил обмеры Преображенской и
Покровской церквей, а также совместно с О .Хелениусом выполнил акварельные
зарисовки данных объектов. На основе собранного материала в 1950 году
Петтерссоном была написана диссертация. В 1989 году Ларс Петтерссон вновь
посетил Кижский погост. В дар музею он передал копии своих исследовательских
материалов и акварельных зарисовок, которые и сейчас хранятся в музеезаповеднике «Кижи».
Отдельной частью литературы являются путеводители по Русскому Северу,
дающие
краткую
информацию
об
объектах,
иллюстрированные
фотоматериалами, снабжённые картами с вариантами маршрутов. Одним из
первых таких изданий был «Путеводитель по северу России», изданный в СанктПетербурге в 1898 году Д.Н. Островским20, русским консулом в Норвегии и
Германии, вице-губернатором Архангельска. В нём подробно описываются
маршруты
по
Архангельску,
Белому
морю,
Соловецкому
монастырю,
Мурманскому берегу, Новой земле, Печоре.
В качестве источников были использованы законы Российской Федерации,
документы решений международных конференций, Концепция сохранения
памятников деревянного зодчества и включения их в культурный оборот до 2025
года,разработанная в министерстве культуры РФ, фото и видео материалы.
Гущина В.А, Гущин Б.А. Документы и материалы по истории Кижского архитектурного ансамбля (1946–1979 гг.)
Карельский научный центр РАН. - Петрозаводск. 2014. 138 с.
19
Зарубчевская Е.Б. Культовая архитектура в экспозициях музея «Малые Корелы». – Архангельск, 2015.
20
Островский Д.Н. Путеводитель по северу России. – СПб, Типография А. Бенке, 1898. [Электронный ресурс]. –
Режим
доступа: :http://
kolanord.ru/html_public/col_saami/Ostrovskiy_Putevoditel_po_severu_1898/Ostrovskiy_Putevoditel_po_severu_1898.html#
3/z. - Дата доступа 15.05.18.
18
13
Федеральный закон «Об объектах культурного наследия (памятниках
истории и культуры) народов Российской Федерации» от 25.06.2002 г.21 Даёт
определение и классификацию объектов культурно-исторического наследия
народов РФ, а также регламентирует порядок их использования и режим охраны.
Так как памятники деревянного зодчества являются неотъемлемой частью
исторического наследия нашей Родины, то данный ФЗ имеет непосредственное к
ним отношения.
Важным документом, определившим понятия реставрации и консервации,
установившим их основные принципы, стала принятая в 1964 г.
на II
Международном конгрессе архитекторов и технических специалистов по
историческим памятникам в Венеции «Венецианская хартия»22. Данный документ
рассматривает реставрационные работы как крайнюю меру для памятников
(теперь предпочтение отдается консервации), которая должна проводиться с
опорой на достоверные источники. Приоритетом является сохранение подлинных
частей памятника, привносимые восстановленные элементы должны быть
маркированы с указанием года реставрации.
В 1999 году на 12 генеральной ассамблее Международного совета по
сохранению памятников и достопримечательных мест (ИКОМОС) в Мексике
(Мехико), были приняты Принципы сохранения исторических деревянных
построек23.
Важность
данного
документа
заключается
в
том,
чтобы
реставрационные работы на деревянных памятниках проходили с применением
«исторических
технологий».
Данный
термин
подразумевает
применение
специальной методики проведения реставрации, а именно использование
технологий, инструментов и материалов, использовавшихся при возведении
памятников. Документ подтвердил положение
«Венецианской хартии» в
Федеральный закон "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской
Федерации" от 25.06.2002 N 73-ФЗ (последняя редакция) [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://
consultant.ru/document/cons_doc_LAW_37318/ . - Дата доступа 5.05.18.
22
Реставрация музейных ценностей. Вестник. 1998. №1. С. 55-58.
23
Принцип сохранения исторических деревянных построек. [Электронный ресурc]. – Режим доступа: http://sergeikulikov.livejournal.com/17056.html. - Дата доступа 18.05.18.
21
14
следующем: новые составные элементы памятника, привнесенные в ходе
реставрации, маркируются, чтобы упростить процесс подготовки к следующей
реставрации, и не вводить в заблуждение исследователей.
Концепция сохранения памятников деревянного зодчества и включение их в
культурный оборот до 2025 года, разработанная Министерством культуры РФ
дает
анализ
современном
положения
этапе;
несовершенством
памятников
обозначает
законодательной
деревянного
основные
базы,
зодчества
проблемы,
недостатком
России
на
связанные
с
квалифицированных
специалистов, отсутствием должного финансирования24.
К отдельной категории источников можно отнести фото и видеоматериалы.
К ним, например, относятся фотографии, выполненные И.Я. Билибиным и И.Я
Грабарем. Они как нельзя точно передают облик памятников на определенный
момент времени. Благодаря этой информации исследователи могут судить о
многообразии архитектурных форм, существовавших в прошлом.
Во время реставрационного процесса обязательно фиксируются все его
этапы с помощью фото- и видеотехники. Впоследствии эти данные будут
необходимы при проведении следующих реставраций, что обусловливает их
важность.
Видеоисточники представлены документальными фильмами о музеях
«Кижи» и «Малые Корелы»25.
Целью настоящего исследования является выявление современных проблем
и путей их решения в сохранении, реставрации и экспонировании памятников
народного деревянного зодчества Русского Севера как уникальной части
культурно-исторического наследия России.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
 выявить особенности деревянной архитектуры Русского Севера;
Концепция сохранения памятников деревянного зодчества и включение их в культурный оборот до 2025 года
[Электронный ресурс]. – Режим доступа::http://www.orthedu.ru/kraeved/17279-koncepciya-sohraneniya-pamyatnikovderevyannogo-zodchestva-i-vklyucheniya-ih-v-kulturnyy-oborot-do-2025-goda.html. - Дата доступа 18.05.18.
25
[Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.youtube.com/watch?v=_9MzjR_QQbU. - Дата доступа
19.05.18.
24
15
 рассмотреть материалы, инструменты и технологии строительства, а
также основные конструктивные элементы срубных построек;
 определить особенности архитектурных форм и домовой резьбы на
гражданских и культовых сооружениях;
 выявить основные вехи развития и концепции реставрационного дела
от античности до современности в архитектуре Европы и России;
 изучить основы и методику реставрационных работ на деревянных
памятниках;
 рассмотреть музеефикацию памятников деревянного зодчества с
целью их сохранения, экспонирования и включения в культурный
оборот на примере деятельности музеев под открытым небом «Кижи»
и «Малые Корелы».
 Выявить основные направления культурно-просветительскоц работы
в музеях «Кижи» и «Малые Корелы».
Методы исследования. Основополагающим в работе является принцип
историзма, который позволил проследить динамику в развитии подходов к
реставрации.
Также использовались общенаучные методы теоретического
исследования, такие, как сравнение (при рассмотрении деятельности музеев) и
анализ (конкретизация проблем сохранения памятников деревянного зодчества).
Структура работы состоит из введения, трёх глав, заключения, списка
использованной литературы и источников, а также приложения.
16
Глава 1. Деревянная архитектура Русского Севера - уникальная часть
культурно-исторического наследия России
Архитектура, согласно определению, данному в словаре С.И. Ожегова 26, это
искусство
проектирования
и
строения
зданий,
сооружений,
зодчество.
Действительно, нельзя не согласиться с этим толкованием, ибо деревянную
архитектуру Русского Севера иначе как искусством не назовёшь.
Издревле основным строительным материалом на Руси было дерево.
Строившиеся из него селения часто так и называли – деревни, то есть дословно те
участки леса, которые были освобождены от деревьев для будущей пашни.
Деревянное
зодчество
было
традиционным
для
всего
Древнерусского
государства, но именно на его северных территориях оно достигло своего
рассвета. Хотя первые каменные сооружения появляются на Руси ещё в 10 веке
под влиянием Византийской культуры, в основном они были представлены
храмовыми постройками и богатыми княжескими дворами. Но до 17 столетия
основным материалом для строительства выступает дерево, особенно это
характерно для северных районов страны, где обилие хвойных лесов позволяло
обеспечить местных жителей всем необходимым не только для возведения
срубов,
церковных
и
хозяйственных
построек,
сооружения
мостов,
оборонительных укреплений и мощения улиц, но и для изготовления практически
всех бытовых предметов обихода.
Особенно высокого мастерства в работе с деревом достигли новгородцы.
Ещё с 11 века в Новгороде существовал Плотницкий конец – специальное место,
где жили плотники. В летописях можно встретить огромное количество
сообщений о возведении деревянных городов-укреплений. Одна из ранних
записей 988 года: «…И поча нарубати мужи лучшие от словен, и от кривич, и от
чуди, и от вятич, и от сих насели грады», «…и сруби город над Волховом и
См.: Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. [Электронный ресурc]. – Режим
http://www.вокабула.рф/словари/толковый-словарь-ожегова/архитектура. - Дата доступа 12.10.17.
26
доступа:
17
прозваша и Новгород»27. Есть упоминания и о постройках деревянных церквей,
хотя их и меньше. Дело в том, что строительство деревянных церквей на Руси
было делом обыденным и в летописи такие события отражались лишь в том
случае, если в облике храма было что то необычное. Например, по поводу
сгоревшей в 1471 году церкви святого Николы в Пскове летописец сообщает:
«велми преудивлена и чудна, таковое не было во всей Псковской волости, о
полътретью десяти углах»28.
Одной из основных бед средневековой Руси являлись пожары. Страницы
летописей всех городов буквально пестрят отчётами о сгоревших не только
дворах и церквях, но и целых поселений. Так, например, о Москве 15 века
хроника летописи сообщает о пожарах в 1415, 1418, 1422, 1445, 1451, 1453, 1458,
1468, 1470, 1473, 1475, 1480, 1485 и 1488 годах, а в 1493 году город подвергался
опустошительным сильнейшим пожарам дважды. В 1636 году «…сгоре в городе
Архангельске монастырь, церкви, и кельи, и воеводской двор, и полгорода от
Двины реки»29, а в 1670 году снова «…Архангельской город, и острог, и съезжая
изба, и воеводской дом, и государевы житница с хлебом, и амбары, и лавки…все
погорело без остатка»30.
Так как пожары были явлением распространённым, то для того, чтобы
быстро восстановить утраченные постройки, в старину по всей России были
распространены «щепные» базары. Одной из особенностей русского деревянного
строительства является сборность конструкции, и именно на щепных базарах
можно было приобрести все необходимые детали для постройки дома, церкви,
амбара и всего того, что пользовалось спросом у населения. Поставщиками
стройматериалов на такие базары являлись в основном жители деревень. А
главными покупателями такого товара были люди из городов и пригородов.
Цит. По: Мильчик М.И., Ушаков Ю.С. Деревянная архитектура русского Севера. Страницы истории. М., 1981.
С.124.
28
Цит. По: Мильчик М.И., Ушаков Ю.С. Деревянная архитектура русского Севера. Страницы истории. М., 1981.С.
130.
29
Там же.
30
Там же.
27
18
Деревянные постройки весьма недолговечны и связано это не только с тем,
что дерево хорошо горит. Без должного ухода жилые постройки стоят не дольше
100-120 лет, культовые здания, даже при условии, что у них своевременно
перекрывают кровлю и заменяют сгнившие брёвна – 300-350 лет. Продлить их
срок службы можно, если только периодически проводить полную переборку
сруба, да и то ненадолго. Именно поэтому большинство из сохранившихся
крестьянских домов относятся к периоду первой половины 19 века, большая часть
церквей к 18 веку, гораздо меньше к 17 и лишь единицы к 16 столетию. Среди
наиболее ранних из сохранившихся деревянных построек дошедших до наших
дней можно назвать три памятника –это церковь Лазаря Муромского (находится
на
территории
Кижского
исследователей
14-16
заповедника),
веком;
датируемая
Ризположенская
по
церковь
версии
села
разных
Бородавы
Вологодской области (сейчас находится на территории Кирилло-Белозерского
монастыря) – 1486 год; Георгиевская церковь из Юксовичей (находится на своём
историческом месте в Ленинградской области) срублена в 1493 году.
Деревянное
зодчество,
как
часть
русской
народной
культуры,
на
протяжении всего средневековья наглядно показывало уровень развития
цивилизации,
производительных
сил,
траекторию
совершенствования
национальной культуры, которая в полной мере отражала жизнь народа, его
верования, его историю. Долгое время среди исследователей существовало
мнение о том, что жилище, особенно деревянное, мало изменялось. Забелин Е.И.
–историк, археолог и один из крупнейших знатоков древней культуры Руси
считал так: «…теперешний крестьянский двор Великой Руси точно так же
ставится, как ставился, может быть, за триста, четыреста и даже за тысячу лет» 31.
Однако по мере накопления археологического материала стало ясно, что это
убеждение было ошибочным. Следовательно, изучение древнейших форм
деревянного зодчества на памятниках архитектуры 16-18 веков невозможно.
Цит. По: Мильчик М.И., Ушаков Ю.С. Деревянная архитектура русского Севера. Страницы истории. М., 1981.
С.134.
31
19
20
1.1.Материалы и инструменты деревянного зодчества
В старину хозяин знал, как построить дом, какое дерево для этого подойдёт
и когда его заготовить. Все эти знания передавались из поколения в поколение.
Лес давал человеку всё необходимое для жизни. Бытовала даже такая поговорка:
«Лесная сторона не только волка, а и мужика досыта накормит». Лес называли
вторым полем, так как он тоже кормил людей, давая и продукты питания (ягоды,
грибы, дичь, мёд) и пушнину и древесину. Не случайно в Архангельской
губернии лес называли «радой».
Дерево для славянских народов всегда было священно. В древности оно
олицетворяло собой ось Вселенной, объединяя три стихии. Корни его уходили
глубоко в землю, а вершина кроны упиралась в небеса. Отношение к деревьям
было особенным, поэтому перед началом строительства их тщательно отбирали.
Запрещалось использовать так называемые «священные деревья». К ним
относились деревья, выросшие на месте разрушенной церкви, часовни, могиле
или если ствол имел какие-нибудь аномалии. Запрещалось рубить старые деревья.
В Вологодской губернии говорили так: «Грешит тяжко даже тот, кто решается
срубить всякое старое дерево, отнимая у него таким образом заслуженное право
на ветровал, то есть на естественную стихийную смерть». Также в Вологодской
губернии не рубили липу, так как считалось, что тот, кто это сделает – заблудится
в лесу. Осина была проклятым деревом, так как «на ней удавился Иуда». В
строительстве никогда не использовали деревья, выращенные человеком. Это
лишь некоторые поверья, приметы и обычаи северян по отношению к деревьям.
Они помогают глубже понять и почувствовать отношение наших предков к
окружающему миру.
Лучшим деревом для строительства являлась лиственница, потому что она
намного долговечнее других пород деревьев, жаро-и морозоустойчива, не боится
осадков. Если лиственницы было немного, то из неё возводили фасад дома, а там
где её совсем нет – рубили из сосны или ели. Присматривали деревья для
21
будущего строительства задолго до начала рубки. Хорошим считается тот лес,
возраст которого был не менее 100 лет. Такой лес называют «отстойным». На
срубе деревьев видны тонкие годовые кольца. Качество древесины зависит и от
времени
года
рубки.
Оптимальным
является
декабрь.
Связанно
это
с
проницаемостью дерева водой, так как с началом морозов из ствола уходит вся
лишняя влага и такая древесина меньше подвержена гниению.
Прекрасным материалом для строительства является сухостойная сосна.
Сухостоем называют погибшее вследствие различных причин: пожара, паразитов
или сильного повреждения ствола, дерево, ствол которого вместе с корнем так и
остался стоять в лесу. Простоять в таком состоянии хвойное дерево может
значительное количество времени и оно не только прекрасно сохранится, но и
приобретет уникальные свойства. Когда дерево погибает, начинается процесс его
высыхания от корневой системы и под воздействием внешних факторов
окружающей среды древесина
становится
невероятно прочной.
Самыми
благоприятными зонами для произрастания сухостойной сосны по праву
считаются Финляндия и Северная Карелия, поскольку зон, где имеется
совокупность благоприятных факторов крайне
мало.
Сухостойная
сосна
устойчива к механическим повреждениям, не подвержена гниению и грибковым
заболеваниям и не даёт усадки, поэтому не требует дополнительной обработки.
Из лиственницы и сосны строили главным образом стены, а ель была
хорошим материалом для крыши. Лемех для кровли изготавливали в основном из
осины.
На
сруб
четырёхстенок
необходимо
было
заготовить
около
ста
семиметровых брёвен. Средний диаметр бревна мог быть 25-40 см, но в
некоторых постройках, в основном в культовых, он мог доходить и до 60-80 см.
Нужные деревья на делянке замечали, и начиналась работа. Срубленные стволы
непосредственно к месту строительства перевозили на лошадях в специальных
санях – дровнях. Для того чтобы лошади было легче тянуть дровни, в колею на
22
протяжении всего пути подливали воду – такие дороги назывались ледянками.
Полозья саней также леденили, и трение становилось минимальным. В тёплое
время года заготовленную древесину сплавляли по рекам. Делянку по окончании
работ за собой убирали, весь мусор, ветки и сучья собирали в кучи и при тихом
ветре сжигали.
По весне, когда брёвна отошли от мороза и обмякли, их корят, то есть при
помощи топора очищают от коры, делая поверхность совершенно гладкой. После
такой процедуры необходимо время на просушку. Готовность для строительства
мастер мог определить по звуку от удара обухом топора о бревно. Если раздаётся
звонкий мелодичный звук – можно приступать к возведению сруба.
Лучшим считалось начинать строительство дома Великим постом (ранней
весной) и так, чтобы процесс постройки включал в себя по срокам праздник
Троицы, бытовала такая пословица: "Без Троицы дом не строится".
Место под будущий дом тоже выбирали тщательно. В более ранние времена
у славян существовало огромное количество обрядов, гаданий и поверий по
которым определяли место для строительства. Так, начинали работу обязательно
утром. Хорошим знаком считалось, если начало строительства приходится на
растущую фазу луны. Никогда не строили в том месте, где ранее проходила
дорога, были обнаружены человеческие останки или где хищный зверь загрыз
домашний скот. Недобрым знаком считалось, когда на предполагаемом месте
строительства человек получал травмы до крови, опрокидывалась повозка или
что-то ломалось. При помощи гаданий также пытались определить благополучие
выбранного места, например, выпекали хлеб и загадывали, если он получиться
пышным, то новый дом в выбранном месте будет «полная чаша», а если нет, то
строить там не стоило.
В языческие времена существовала традиция в выбранном месте приносить
жертву. В Мезени и Новгороде закалывали коня, о чем свидетельствуют находки
23
археологов. В основании целого ряда срубов 10-14 веков были найдены конские
черепа32.
Долгое время основным инструментом являлся топор. Не случайно в
старину говорили не построить, а срубить церковь или хоромы.Существовало
большое их видовое количество приспособленных для выполнения практически
всех строительных работ. Лесорубный топор предназначался для заготовки
брёвен. Он имел узкое лезвие. Если сравнивать лесорубный топор с плотницким,
то можно заметить, что у первого режущая кромка значительно дальше отстояла
от топорища. Это было необходимо для того, чтобы топор при ударе глубоко
наискось входил в слои дерева, но при этом не увязал в древесине. Бревна, плахи
и доски отесывали протесом, имеющим широкое закругленное лезвие. Для
обтёски стен изнутри использовали специальный топор, лезвие его было прямым
и длиннее, чем у обычного плотницкого топора. Рукоять для него изготовляли из
изогнутого древесного ствола. Работать таким инструментом было удобно, а
благодаря особой форме рукояти можно было не бояться отбить руки. Каждый
мастер имел обязательно свой инструмент. Лезвие изготавливалось из стали, а
ручка-топорище из берёзы длиной около полутора метра, имела прямую, а не
изогнутую как в современных инструментах форму, за исключением выше
названного специального для внутренней обтёски топора.
Поперечная пила в 16-17 вв. была инструментом еще достаточно редким, но
и позднее, вплоть до 18-19 вв., она почти не применялась, так как при распилке
бревна нарушалась структура древесины, и торцы таких брёвен начинали
впитывать влагу. В том случае как топор уплотнял волокна бревна, что позволяло
уберечь его от скорого гниения.
Плотницкий топор служил для обтёски брёвен, рубки чаш, применялся для
изготовления декоративных элементов и многого другого. Многие музеи имеют в
своих экспозициях топоры, найденные в археологических экспедициях, в лучшем
32
См.: Соболев А.А. Деревянный дом. Секреты старых мастеров. – Архангельск, 2003. С 164.
24
случае они атрибутированы, в худшем - вообще отсутствует датировка. Между
тем современный исследовательский опыт реставраторов позволяет рассказать о
топоре довольно много. Самые древние деревянные постройки на территории
России имеют следы топора с коротким лезвием
от 7 до 10см. Собственно
археология подтверждает наличие топора далекого по форме и размерам от
современного инструмента. При раскопках в Вологде в слоях 15 века был найден
топор, который был взят за образец при реставрации церкви Ризоположения
(1486) из деревни Бородава. Следы топора, оставляемые на бревнах такие же, как
и
от старого инструмента, однако современные исследователи отметили, что
таким инструментом крайне неудобно обтёсывать брёвна, зато им было
сподручно рубить чаши.
К 17-18 векам топор претерпевает изменения. Увеличивается размер лезвия
и вес инструмента. Этот топор принято называть "колунообразный". Его
характерное отличие - это скругленное лезвие длиной 11-12 см и клиновидная
форма. Именно такой топор позволяет сделать характерные для 17 века
скругленные
затески оконных и дверных проемов.
При
работе
таким
инструментом, он оставляет на бревне характерный след «ёлочку», но при всей
рельефности о такую поверхность нельзя было получить занозу.При дальнейшем
развитии инструмента наблюдается тенденция к увеличению длины лезвия.
Помимо плотницкого, был ещё и столярный топор, который был меньше по
размеру и легче. Служил он для обработки деталей конструкции. Носок
столярного топора острый, а лезвие прямое.
Наряду с топором, одним из древнейших плотницких инструментов
является скобель или струг, представляющий собой дугообразное или прямое
лезвие с двумя ручками. Предназначался скобель для снятия с бревна коры,
причём этот инструмент не повреждает верхний слой древесины, что в
значительной мере влияет на долговечность сруба. Для аналогичных целей могла
применяться лопата-корилка. У этого инструмента нужно обрезать носик и
25
заточить нижнюю кромку стального полотна. Но работать с ней несколько
сложнее, чем со стругом.
Тесло – инструмент плотника, напоминающий по внешнему виду топор на
длинном прямом топорище, перпендикулярно которому расположено лезвие в
виде черпака. Теслом мастер делал продольные пазы в брёвнах сруба. Им же
выскребали желоб для водостока.
Долото́ — плотничий или столярный инструмент, предназначенный для
выдалбливания отверстий, гнёзд, пазов. Обычно имеет вид насаженного на
рукоятку,
изготовленную
и
твёрдой
породы
дерева,
продолговатого
металлического бруса с заточенным рабочим концом. С торцевой стороны на
рукоятку обязательно насаживается металлическое кольцо, для предотвращения
раскалывания рукоятки от ударов молотка или киянки. При работе долото обычно
держат одной рукой, прикладывая режущим концом к обрабатываемой детали, а
другой рукой нанося удары молотком или киянкой по рукоятке.
Черта - самый распространенный инструмент для прочерчивания на
поверхности древесины параллельных прямых или кривых линий с целью
последующей обтески или распиловки бревен и строительных деталей. Для этого
аккуратно, "по нитке" отесывали кромку одной доски. Прикладывали к этой
кромке следующую доску и, плотно прижимая черту к выправленной кромке,
процарапывали, прочерчивали металлическим острием глубокую параллельную
царапину на прилегающей доске или примыкающей конструкции. По этой
царапине-черте и отесывали примыкающую кромку. Отметка чертой требует
аккуратности, так как оставленный след - глубокая царапина: это не карандашная
помета - не сотрешь. Ослабляя или затягивая обмотку черты или фиксируя
расстояние клинышком и кольцом, изменяли расстояние между острыми концами
черты. Чертой причерчивали бревна для выборки продольного паза, чтобы
добиться плотного примыкания бревен в стенах, чашу в бревнах перед ее
чистовой обработкой. С помощью черты причерчивали (отбивали) и затем
26
выстрагивали ровную кромку плах и досок для плотного их примыкания
(укладывали в черту или впричерт), Чертой отмечали места соединения элементов
и делали другие пометы, которые теперь плотники отмечают карандашом.
Впоследствии наряду с чертой использовали плотничий циркуль.
Постройки, как правило, утепляли (за исключением летней избы или
летнего храма), для этого между венцами сруба прокладывали мох, а с 18 века
стали применять паклю. Эта операция выполнялась при помощи специального
инструмента – конопатки. Представлял он собой деревянную лопатку из берёзы
или клёна. Этот инструмент имел три разновидности: широкая плоская - для
обычных участков, узкая плоская - для проблемных участков, узкая полукруглая для угловых врубок – чаш. Для работы с конопатками использовали киянку –
деревянный молоток.
Как мы видим, инструментальный набор довольно разнообразен, однако
главенствующая роль всегда отводилась топору.[см. Приложение 1]
27
1.2. Технологии строительства и основные конструктивные элементы
В деревянном зодчестве существовали определенные требования, которые
непременно соблюдались при строительстве. Так, срубы ставили, как правило, без
фундамента, прямо на землю. Но если местность была болотистая, то под углы
будущей постройки подкладывали валуны или врытые в землю обрезы толстых
брёвен – «стулья». Поверхность их обжигали, чтобы предотвратить гниение. В
среднем на постройку было необходимо 8-12 стульев, которые устанавливали на
расстоянии примерно в два метра. Если почва была довольно зыбкой, то в грунт
на глубину метра и более вколачивали сваи.
Поморы, расселявшиеся главным образом по берегам северных рек и
морских побережий, изобилующих рыбой, вынуждены были укреплять берега
вместе с основаниями свои домов специальными подпорными стенкамиобрубами. Они должны были защищать постройку от разрушительных приливов
и отливов. Такая стенка представляет собой поднимающиеся от земли или со дна
реки срубы, на дне и стенах которых между брёвнами имелись небольшие
промежутки, а сверху покрыты деревянными широкими мостовыми из толстых
плах. Для устойчивости вовнутрь этой конструкции помещали тяжёлые камни
или засыпали грунт.
В Холмогорах, например, берега рек укрепляли шпунтовым свайным рядом
из толстых брёвен. В Архангельске и севернее можно увидеть дома с
укреплёнными основаниями. Для этого вокруг дома сооружают ряж – опору,
срубленную из двух венцов по периметру дома. Пространство между стенами
ряжа и дома заваливали камнями и засыпали песком.
Итак, площадка под строительство укреплена, если это было необходимо, и
после этого приступали к возведению сруба. Основным конструктивным
элементом рубленого здания являлся венец – сочетание четырех бревен,
составлявших в плане прямоугольник или квадрат, врубленных своими концами
28
друг в друга. Если уложить один ряд венцов на другой, образуется сруб, –
замкнутая по контуру постройка, обладающая необходимой устойчивостью и
жесткостью.
В
русском
деревянном
зодчестве
сруб
являлся
основной
конструктивной формой. Самым ответственным этапом считается закладка
окладного венца, так как раньше не составляли никаких предварительных планов
и схем, то окладной венец являлся как бы чертежом будущей постройки в
натуральную величину. На первый венец брали самые толстые брёвна. Чтобы он
был ровным, после его укладки брали пеньковую верёвку и сравнивали диагонали
получившегося прямоугольника. По традиции под один из углов окладного венца
клали символические предметы: монету для богатства, кусочек овечьей шерсти
для тепла, ладан для святости.
При возведении стен существовало большое количество вариантов
соединения брёвен в венце.
Самый распространённый и древний способ рубка «в чашу» или «в обло» 33.
Стопа (старинное название четырёхугольного сруба) сложена из ряда венцов с
выступающими по углам концами брёвен. Хотя расход материала будет большой,
но в таком доме лучше сохраняется тепло. Чаша представляет собой
вырубленный полукруглый паз, линия дна которого совпадает с верхней кромкой
бревна из нижележащего венца. То есть получается, что чаша вырубается в
брёвнах накладываемых сверху венцов, но когда-то существовал и ещё один
вариант рубки в чашу. Например, в церкви Лазаря Муромского, которая сейчас
находится на территории музея-заповедника Кижи. В этой постройке брёвна
уложены пазами к верху. Такой приём менее практичен и более архаичен, так как
при таком расположении чаши многократно возрастает риск попадания в сруб
влаги, именно поэтому такой вариант расположения пазов встречается крайне
редко.
33
См.: Соболев А.А. Деревянный дом. Секреты старых мастеров. – Архангельск, 2003.
29
Ещё одним способом возведения сруба, является рубка «в лапу». Лапа —
это обработанный в 5 граней конец бревна. Данный способ более экономичен, так
как длина стены сруба соответствует длине бревна. Однако углы соединённые
таким образом хуже сохраняют тепло. Сложность такого метода будет состоять в
том, что все элементы должны очень тщательно подбираться и подгоняться
между собой. Это позволит обеспечить наиболее мелкие зазоры между венцами
строения.«Лапа» может быть прямой, косой («ласточкин хвост») и косой с
присеком (пазом). Широкое распространение рубка в лапу получила в городах к
концу 19 началу 20 века, из-за более эстетичного вида.
Соединения «в чашу» и в «лапу» были самыми часто употребляемыми. Но
помимо такого соединения, для большей надёжности и жёсткости конструкции, в
каждом венце вырубался ещё и продольный паз, а в 17 веке применяли
двойнуюприпазовку – сверху и снизу.
Кроме вышеперечисленных способов соединения существовали ещё такие
как: «в охряпку», «в крюк», «в иглу», «в погон», «в столб».
«В охряпку» - это один из простых и надёжных способов соединения
брёвен. Также как и при рубке «в чашу» здесь оставляют припуски-остатки с
внешней стороны углов. В бревне делают два прямоугольных углубления, чуть
меньше четверти диаметра и шириной под размер такой же врубки в бревне,
укладываемом сверху.
Рубка «в крюк» представляет собой сложную и трудоёмкую работу. Этот
способ соединения имеет два варианта. Первый – с внешней стороны углы будут
иметь остатки. В бревне вырубаются чаши с нижней и верхней стороны,
получившаяся форма должна напоминать песочные часы. Второй вариант рубки
«в крюк» предполагает обтёску брёвен с внутренней стороны, таким образом,
получается прямой угол с ровными стенками внутри. Бревно отлафечивается
примерно на четверть диаметра, а шип-присек делается ровным по длине
30
величины затёса. При сборке замка, шип зацепляется за неотёсанную часть
бревна.
Способ
рубки
«в иглу» применялся
в основном
для
возведения
хозяйственных построек. Для такого способа подойдут деревья, у которых сильно
отличается диаметр комля, от диаметра вершины. Брёвна в срубе укладывают так,
что бы с каждого угла получилось чередование комля и узкой части бревна, то
есть укладывали попеременно то в одну сторону комлем, то в другую. И так –
венец за венцом. Соединяли брёвна при помощи полукруглых пазов – чаш, так же
как и при рубке «в обло». Тонкую вершинную часть бревна затесывали с двух
сторон на клин, который вставляли в прорезь у комля.
Рубка «в погон» применялась в том случае, если у плотника в распоряжении
было небольшое количество толстых брёвен. Тогда их соединяли при помощи
вырубленных чаш, но таким образом, чтобы между венцами из толстых брёвен
остался зазор, который заполняли более тонкие брёвна, затёсанные с обеих сторон
на клин34.
Рубка «в столб» применялась также как и «в погон» для хозяйственных
построек. Распространена была в древнем Новгороде. В землю вкапывали четыре
столба с вырубленными в них продольными пазами. На концах бревен вырезали
шипы, которые плотно входили в эти пазы.[см. Приложение 2]
По мере возведения стен сруба сразу укладывался пол и потолок,
представлявшие собой нижнее и верхнее перекрытия. Так как на Севере дома
ставили на высокийподклёт, то балки для нижнего перекрытия часто врубали на
уровне 4-5 венцов, они направлены вдоль короткой стены. Чем меньше между
ними расстояние, тем больше прочность перекрытия. Плахи пола настилались
вдоль длинной стены. Для того чтобы дом был более тёплым в начале устраивали
чёрный пол, а потом белый. Плахи укладывали как можно ближе друг к другу
горбами кверху. Набирать перекрытие начинают от краёв, так чтобы последней
34
См.: Ополовников А.В. Сокровища Русского Севера. – М, 1989.
31
легла центральная плаха. Стыки между плахами заливали глиной, а затем
черновой пол засыпали слоем просеянной сухой земли или речного песка.
Уровень насыпи доходил почти до белого пола. Настилка плах для чистого пола
производится по той же технологии, как и для чёрного, только укладывают их уже
не горбатой, а обтёсанной стороной вверх. Готовый пол острагивают, но делают
это уже после завершения отделочных работ. Перекрытие для потолка возводят
точно так же как и пол. Потолочные плахи опираются на полки, которые
вырублены по всему периметру на уровне матицы – большой балки
удерживающей крышу. Так они не будут прогибаться. Так же как и пол, потолок
утепляли глиной, землёй или песком.
Затем переходили к рубке оконных и дверных проёмов. Окна в северных
постройках могли быть волоковыми и косящатыми. Волоковое окно вырубалось в
двух расположенных друг над другом брёвнах венца, с внутренней стороны оно
закрывалось задвижкой из доски. Эту доску как бы волочили, отсюда и название.
По размеру волоковые окна были небольшими, свет через низ проникал слабо,
зато через такое окно потеря тепла была не такой сильной. В 17-18 веках
признаком состоятельности хозяина дома служили косящатые окна, то есть
обрамлённые косяками. Их ещё называли красными, то есть красивыми,
пропускающими много света. Косящатые окна имели слюдяную окончину. Чаще
всего такие окна делали в сенях.
Дверной проём делали широким, но невысоким. Так, гость при входе в избу
волей-неволей должен был поклониться хозяевам. Порог сантиметров на тридцать
возвышался над уровнем пола, таким образом, холодный воздух не задувал в
избу.
Следующим этапом строительства является устройство крыши. В Северной
деревянной
архитектуре
широкое
распространение
получила
самцовая
конструкция кровли. Такая крыша делалась без использования гвоздей.
Конструкция этой двускатной крыши имела следующий вид. Самцы – это брёвна,
32
поднимающиеся от фронтона до самого конька, являясь как бы продолжением
всего дома. Они постепенно укорачиваются, образуя треугольное чело избы. В
него врубаются длинные горизонтальные брёвна – слеги, на которые укладывали,
как правило, в два слоя тёс – дощатый деревянный настил, используемый для
облицовки крыши.Бревна для слег должны быть толстыми и прочными, чтобы
кровля не прогибалась под тяжестью снега. Чтобы усилить слеги в середине
крыши устанавливают дополнительные опоры – стропильные ноги. На коньковый
край теснин уложенных по обоим скатам крыши водружают тяжёлое бревно с
треугольным или округлым пазом – «охлупень» или «шелом». А снизу тесины
упираются в поток (желоб или водотечник), который отводит воду подальше от
сруба. Желоба, в свою очередь, лежат крючьях – курицах. Изготавливали курицы
из нетолстых еловых стволов: у них чаще всего встречаются корни, отходящие от
ствола почти под прямым углом, - готовый крюк. Верхние концы куриц врубались
в нижние слеги. Данные археологии свидетельствуют о том, что самцовая
конструкция кровли была характерна для древнерусских построек, начиная с 9
века.[см. Приложение 3]
Модификацией самцовой двускатной крыши является - «бочка»35. Точное
время появления такого типа кровли не установлено, однако наиболее широко она
была распространена в период 17-18 веков. Бочка – русский традиционный вид
крыши для гражданских и церковных зданий. Её сложная конфигурация
представляет собой незамкнутый цилиндр или реже полуцилиндр, с повышенным
и заострённым верхом. Крыша напоминает перевёрнутую вверх кителем лодку.
Кителевидный фронтон напоминает храмовую главу – «луковицу» в разрезе. В
деревянной архитектуре одна из форм покрытия четвериковых срубов в виде двух
бочек, соединенных под прямым углом образует «крещатую бочку» или кубовое
покрытие.[см. Приложение 4]
35
2002.
См.: Красовский М.В. Энциклопедия русской архитектуры. Деревянное зодчество. – СПб, Изд-во САТИСЬ,
33
Самцовая крыша и бочка наиболее часто встречались в постройках на
Русском Севере, однако, но гораздо реже строили так называемые круглые крыши
и «лабазом». Круглая крыша имеет четыре ската без фронтонов, такая
конструкция по расходу затраченного материала экономнее двускатной самцовой
крыши, но более трудоёмка. Часто на четырёхскатных крышах устраивали одну
или две светёлки – небольшие комнатки, где в летнее время могли жить старшие
дочери. Крыша «лабазом» встречалась чаше в северных районах, представляя
собой односкатную кровлю. Крыши такого типа делали на охотничьих избушках
и временных сенокосных домиках.
Изготовление и сборка всех необходимых конструктивных элементов для
верхних венцов, крыши и потолка производились на земле, после чего их
разбирали и поднимали наверх, где уже и устанавливали каждую деталь на своё
место. Это значительно облегчало работу плотников, так как изготавливать и
править детали на высоте значительно труднее.
Ещё одним характерным архитектурным элементом в постройках Русского
Севера является рундук, который играл не только практическую, но и
декоративную роль. Рундук – это крытое крыльцо перед входом, находящееся на
возвышении с одной или двумя лестницами. Ставили его следующим образом:
для опорного столба выбирают бревно диаметром около пятидесяти сантиметров,
длину определяют из расчёта, что около полутора метра будет вкопано в землю,
иногда на дно ямы для бревна клали каменную плиту, чтобы не допустить
оседание рундука. Перед вкапыванием опорный столб, чтобы уберечь его от
быстрого гниения опаливали на костре. В столбе вырубают паз, в который
вставляют брусья служащие опорой для остальных элементов крыльца: пола,
столбов, крыши и лестниц с перилами.[см. Приложение 5]
Удивительным является то, что на протяжении всего строительства зодчий
не использовал гвоздей. Стоили они тогда дорого, да и благодаря тому, что весь
сруб от основания до кровли собирался при помощи различных видов пазов,
34
словно конструктор, гвозди были не нужны. Выражение «сделано на гвоздях»
означало тогда плохую работу.
35
1.3. Особенности архитектурных форм
Хоромы
Хоромы – это совокупное название деревянных жилых и хозяйственных
комплексов включавших в себя: избы, горницы, повалуши, сени, клети, погреба,
мшаники, повети, конюшни, хлева, сенники, амбары, сараи, житницы, гумна,
овины.
В
период
17-18
веков
происходило
формирование
крестьянской
строительной культуры на Русском Севере, которая к середине 19 столетия
достигает своего рассвета, характеризующегося разнообразием архитектурных
форм и строительных приёмов. К этому времени складывается тип северного
дома. Жилые постройки различались планировочной конструкции, типу крыш и
этажности здания. Каждый тип дома имеет свою географию, то есть область
распространения. Так в Архангельской и Вологодской областях большинство
домов составляют высокие пятистенки с двускатными крышами.
На Русском Севере дома рубили либо самостоятельно, прибегая к помощи
родственников и соседей – этот способ носил название «помочи». Либо для
возведения жилья нанимали специальные плотничные артели.
Изба – самый простой тип крестьянского жилья, состоящая из клети
(утеплённой) и сеней. У таких построек, как правило, не было двора, и они
принадлежали бедной части крестьянства, у которых не было лошади и крупного
рогатого скота. Владельцы изб зачастую занимались отхожими промыслами или
нанимались в работники к более зажиточным крестьянам. В плане изба была
квадратной, поставлена на высокий подклёт, в него можно было попасть по
лестнице возле печи. Высота жилого помещения составляла около 3-5 метров.
Волоковые окна на фасаде имеют треугольное расположение. Этнограф Е.Э.
Бломквист объясняла это размещение оконных проёмов так: через верхнее оконце
36
выходит дым, так как изба топилась по-чёрному и через него проникает свет;
левое окно – переднее, расположено у красного угла, свет от него падает на
обеденный стол; правое – судное, находилось напротив устья печи. Пол и потолок
утеплены землёй и глиной, представляют собой плотно примыкающие друг к
другу плахи, уложенные на балки. Стены с внутренней стороны гладко вытесаны
на высоту человеческого роста.
Внутреннее убранство состоит из глинобитной печи на деревянном
фундаменте (опечке), между ней и стеной настланы полати, под ними могла
стоять кровать, которую занавешивали полотном или же тут мог быть
организован подполатный угол (подпорожъе) – место хозяина дома, где он хранил
свои инструменты. С другой стороны печи располагалось запечье, там хранили
конскую упряжь или кухонную утварь. С боку печи, возле входной двери
пристраивали голбец – место для отдыха. Через дверь голбца спускались по
лестнице в подклёт, который служил местом хранения припасов. В углу по
диагонали от печи располагался красный угол, обращён он был на юг или восток.
В нём находились семейные иконы, там же стоял большой обеденный стол, вдоль
стен расставлены лавки, а над ними врублены полки – воронцы. Напротив устья
печи находился кутный (бабий) угол, место, где хозяйка дома готовила пищу.
Зачастую кут был огорожен от основного пространства избы занавеской или
деревянной стенкой36.
Жилище середняка, занимавшегося земледелием и скотоводством, было
больше по площади. Окна были шире, да и их количество могло быть увеличено.
Есть двор с хозяйственными постройками и помещениями для скота, которые
располагались
под
одной
с
избой
крышей.
В
интерьере
появляется
художественная обработка деталей внутренней обстановки.
Возможны и другие модификации четырёхстенного сруба. Он мог состоять
из двух одинаковых по высоте частей. Верхняя часть была жилой, а в нижней –
36
См.: Пермиловская А.Б. Крестьянский дом в культуре Русского Севера (XIX-XX вв.) – Архангельск: Правда
Севера, 2005.
37
подзыбице,
хранили хлеб, овощи, имущество.Вход в каждую из частей был
отдельный. Разделение дома на два этажа с внешней стороны подчёркивалось
небольшим навесом – прикроем. Такой элемент характерен для новгородского
зодчества, где подобные конструкции были найдены археологами в слоях 13 века.
Прикрой, представлявший собой дощатый навес, опирался на вертикальные
стойки, которые могли быть украшены резьбой. Прикрой закрывал нижнюю часть
сруба от дождей, оставляя сухим помост перед входом в подзыбицу. Он мог быть,
как только на фасаде дома, так и опоясывать его с трёх сторон.
Ещё одним вариантом четырёхстенного сруба является изба с трёхчастной
планировкой. Такая постройка состояла из сеней, за которыми появляется
дополнительное помещение – горница и затем клети на высокомподклёте.
Горница предназначалась для проживания в летнее время, так как она не
отапливалась. В более раннее время хоромы с трёхчастными связями возводили
так: каждый сруб под отдельной кровлей, со временем неотъемлемым признаком
всех северных домов стала единая крыша для всех элементов хором: сеней,
горниц и клетей.
Со второй половины 18 века на Русском Севере широкое распространение
получают пятистенки. Их появление связано с необходимостью увеличения для
крестьянской
семьи
количества
жилых
помещений.
Зачастую
в
одном
крестьянском дворе проживало от 10 до 20 человек, поэтому для расширения
жилой площади к основному срубу избы пристраивали дополнительные
помещения. Или же жилую прямоугольную постройку делили на два помещения
внутренней поперечнойстеной.
В зависимости от местности изменялось местоположение печи в доме, так в
Прионежских районах печь располагалась ближе к центру комнаты, а в домах
бассейна Северной Двины - ставилась в угол.
Кроме четырёх-ипятистенной избы в русском народном зодчестве широкое
распространение получил ещё один тип крестьянского жилья – шестистенок.
38
Конструктивно такая постройка состояла из связанных между собой шести
капитальных
стен:
перпендикулярно.
две
расположены
Предшественником
параллельно
шестистенка
улице,
является
а
четыре
изба-двойня,
появившаяся ещё в древнерусском зодчестве. Она представляет собой два
отдельных сруба плотно пристроенных друг к другу, имеющих общую крышу и
сени. Первый сруб имел три окна на фасаде и два на боковой стороне. Стоявшая в
нём печь находилась у входной двери и немного отодвинута от боковой стены. В
остальном же внутренняя планировка была традиционной. Второй сруб был
неотапливаемым – летняя горница. Наличие перегородки в виде двойной
бревенчатой стены делало постройку более долговечной, та как две стены с
небольшим
пространством
между
собой
обеспечивали
естественное
проветривание, предотвращая загнивание стен.
Шестистенная изба на Севере имеет две основных разновидности. Первый
тип представляет собой три жилых помещения расположенных в передней части
дома, сенями, идущими в поперечном направлении и отделяющими жилье от
двора, и крыльцами, устроенными с боковой стороны. Во втором типе изба и
горница расположены также, но между ними вместо заулка сделаны сени.
Перемещение сеней на продольную ось здания существенно изменило его облик
за счет устройства на фасаде парадного крыльца.
Перемещение главного входа и высокого крыльца с парадной лестницей с
боковой стороны на уличный фасад здания значительно обогащало пластическую
выразительность постройки, позволяло зодчему создать сильный объемно
пространственный центр всей композиции дома.
Ещё одной архитектурной формой в крестьянском домовом строительстве
можно назвать избу-кошелем. Такая постройка представляет собой единство
жилой части и двора, который примыкал с боковой стороны. Эти обе части
находились под одной двускатной крышей, причём жилая часть могла быть
представлена избой-клетью, избой-двойней, пятистенком или шестистенком.
Дворовая часть была большой по площади. В кошеле объединяются сразу изба,
39
горница, сарай, хлев, кладовая, амбар, скотные дворы с сеновалами. Иногда на
таких домах делали ассиметричную крышу, один скат был длиннее другого.
Постройки такого типа распространены в низовьях Печоры, Верхнем Прикамье,
на побережье Белого моря, но наиболее часто встречаются на островах Онежского
озера. Для Заонежья это наиболее архаичный тип постройки, их жилые
помещения не имели перегородок, полатей и голбцов у печи, поэтому кажутся
очень просторными.
Отдельный
тип
составляют
дома-усадьбы.
Существовало
большое
количество их разновидностей в зависимости от расположения хозяйственной
части – двора. «Брус» - дом и хозяйственная часть объединены однорядной
связью, расположены под одной двускатной симметричной
крышей. В
Каргопольском районе встречается разновидность такой усадьбы – это «брус с
уширенным сараем», то есть хозяйственная часть шире жилой. «Глаголь» хозяйственная часть находиться сбоку и позади жилой, в плане напоминает букву
«Г». «Т-образная связь» - распространена в Каргополье. Представляет собой
жилой дом из двух срубов, соединённых сенями. Длинной стороной дом выходит
на улицу, а двор примыкает к противоположной стене к сеням. «Двухрядная
связь» - дом и двор расположены параллельно друг другу.
Этажность построек, а также разнообразие украшений на фасаде зависели
от достатка владельца. Стоимость дома в зависимости от сложности могла
колебаться от 30 до 500 рублей 37.
Храмы
Среди
культовых
построек
Русского
Севера
различают
два
вида
ансамблевых композиций. В первом варианте ставилась церковь и подле неё
колокольня, а во втором сочетались три постройки: летняя и зимняя церкви и
колокольня, так называемый северный «тройник». До 18 века в ансамбле из двух
См.: Типы жилых построек Русского Севера. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://mder.ru/store/10006298/10006335/10006345/10014551/. – Дата доступа 12. 10.17.
37
40
построек колокольня ставилась по диагонали и на значительном расстоянии от
церкви, это было необходимо для того, чтобы постройки не перекрывали друг
друга и хорошо просматривались с любой стороны. Позже, под влиянием
каменного строительства, колокольни стали ставить ближе к церкви, соединены
они были крытым переходом, хотя смещение по диагонали сохранялось. Со
второй половины 18-19 веков колокольню и церковь стали строить на одной оси.
Северный «тройник» - это ансамбль, в котором постройки располагались
либо по диагонали, либо в вершинах треугольника 38.
Храмы были центрами не только религиозной, но и общественной жизни. В
17 веке церковное и административное деление, как правило, совпадало, поэтому
погост являлся одновременно и волостным центром. В церковной трапезной
проходили волостные сходы – «мирской совет», на которых происходили суды,
собирались
подати,
читались
перед
народом
жалобы-явки,
заключались
всевозможные сделки. В трапезной находился архив мирских документов. Здесь
же по праздникам устраивали складчины с питьём общественного пива, хотя
церковные власти этого не одобряли. Теперь становится понятно, почему
зачинщиками на ремонт или постройку нового храма выступали сами крестьяне.
Прежде чем приступить к рубке церкви, необходимо было получить на то
специальное разрешение – благословенную грамоту. После этого нанимали
плотничную артель. Такие артели были известны с 15 по 19 века, состояли они из
главных мастеров и подсобных людей, которые могли не только постоянно
состоять в артели, но и набираться из населения на месте будущего
строительства. Договор – порядную с мастерами заключали церковный староста с
выбранными людьми из числа общинников, они же были обязаны следить за
работой плотников и вести учёт всех расходов. Подписание порядной
происходило в присутствии свидетелей. В договоре могли фигурировать и
поручители, которые несли ответственность за исполнение мастерами всех
38
См.:
Объект всемирного наследия ЮНЕСКО «Кижский погост» // Музей-заповедник «Кижи».
[Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://kizhi.karelia.ru/info/about/unesco. – Дата доступа: 14.03.18.
41
условий договора, а также за качество и сроки выполнения работы. Поручители
привлекались в том случае, когда нанимаемые мастера не имели ещё большого
авторитета. Заказчик – мир обладал правом взымать с поручителей убытки и
неустойки, если они происходили по вине плотников. Мир должен был содержать
мастеров на время их работы, а также предоставлять весь необходимый материал
для строительства. Крестьяне сами производили заготовку брёвен и тёса,
помогали плотникам при ошкуривании древесины.
Храмовое строение состояло из трапезной – самая большая часть, церкви и
за ней алтарь, имеющий в основании, чаще всего, форму пятигранника, иногда
строились и приделы. В процессе строительства можно выделить основные этапы
работы: закладка окладного венца, возведение основного сруба до кровли, работы
по покрытию храма, завершение внутренних работ. Строительство считалось
завершённым после окончания работ в трапезной и пределах. Плату за работу мир
выдавал главному мастеру – «плотнику первой руки» после завершения каждого
этапа, а он уже сам распределял её между всеми остальными работниками.
На Русском Севере распространение получили несколько типов церковных
построек.
Изучение
сохранившимся
до
храмовой
настоящего
деревянной
времени
архитектуры
образцам,
возможно
по
преимущественно
относящимся к концу 16 до 18 века. После 18 века вместо плотников для
возведения церквей начинают присылать городских архитекторов, и уже не сам
народ решает, как должны выглядеть эти сооружения.
Самым простым и ранним по своему возникновению является «клётский»
тип храма. В самом названии его кроется ответ о том, как он выглядел. В
основании такой церкви лежит клеть, крытая двускатной крышей. Такая
постройка была не особо большого размера и походила своим внешним обликом
на обычную крестьянскую избу, отличие состояло в воздвигнутой на крыше
главе, поставленной на шею, с крестом. Главка с шеей крыта лемехом и в
конструкции здания играет лишь декоративную роль, размещалась она либо на
42
коньке, либо врубалась прямо в скат. В дальнейшем своём развитии, чтобы
выделить церковь среди простых жилых домов, её ставили на высокий подклёт, а
крышу старались сделать более крутой и высокой, по форме напоминающей
острый треугольник или клин. При устройстве крутого подъема кровли строители
столкнулись с тем обстоятельством, что чем круче кровля, тем ближе
подвигаются к стенам ее сливы, что за отсутствием желобов чрезвычайно
невыгодно отражалось на нижнем основании клетей храма, подвергавшихся
быстрому гниению от западавших атмосферных осадков. Стремление устранить
этот недостаток заставило изобрести ту особую форму окончания верхних частей
клетей, которая называется “повалом” от слова “повалить”. Повалы эти в
клетских храмах образуются от постепенного удлинения верхних венцов
западных и восточных стен клетей. Таким образом, верхние венцы северных и
южных стен храма как бы сваливаются со стены, образуя дуговой подкарнизный
выгиб, что и будет “повалом”. Эти повалы служат основанием для устройства
“полиц”, или сливов, далеко отводящих воду от стен храма. К основному срубу
могли быть прирублены приделы, также увенчанные главками. Иногда вокруг
могла быть возведена галерея39.
Самую многочисленную группу храмов Русского Севера составляют
шатровые церкви. За свою высоту и подчёркнутое стремление вверх, они
получили народное название «древяна вверх». В таком типе храма сохраняется
традиционный состав: алтарь, главное помещение для молящихся, и трапезная.
Главное помещение имело обыкновенно форму восьмигранника, напоминало
башню крытую шатром – кровлей имеющей пирамидальную, чаще всего
восьмигранную форму. Позже также как и в кровле клётского храма, в шатровом
начинают делать повалы. Форма восьмигранника в основании имеет ряд
преимуществ, по сравнению с четырёхугольником. Во-первых, она более
39
См.: Островский Д.Н. Путеводитель по северу России. – СПб, Типография А. Бенке, 1898. [Электронный
ресурс].
Режим
доступа:
http://
kolanord.ru/html_public/col_saami/Ostrovskiy_Putevoditel_po_severu_1898/Ostrovskiy_Putevoditel_po_severu_1898.h
tml#3/z. - Дата доступа: 15.05.18.
43
устойчива и для её постройки подойдут брёвна гораздо меньшей длины, при этом
внутренняя площадь помещения не уменьшится. Во-вторых, самое важное
преимущество шатровых церквей заключается в их центральном приеме,
позволяющем придавать храму крестообразный вид, непринужденно окружать
его приделами, трапезными, галереями и придавать бочками и кокошниками
всему этому необыкновенно живописный и грандиозный вид. В более раннее
время стали применять и такой архитектурный приём как возведение восьмерика
на четверике. Однако с 17 века под влиянием реформ патриарха Никона была
предпринята попытка изжить шатровые церкви, на смену которым приходили
новые типы: пятиглавые, кубастые, многоглавые и ярусные.
Пятиглавые церкви, послужили толчком к возникновению многоглавия.
Главки на крыши располагались так: одна в центре и четыре по углам. В
дальнейшем прибавилось ещё четыре главы, и появились девятиглавые храмы.
Примером дошедшего до нас многоглавого храма может служить 22-главая
Преображенская церковь в Кижах.
Кубоватые храмы получили распространение во второй половине 17-18
веках. Чаще всего подобные церкви встречаются в бассейне реки Онеги и на
берегу Белого моря. Одной из возможных причин их появления можно назвать
запрет на строительство шатров. Именно форма «куба» очень удобна для
размещения пяти глав. В плане такое покрытие представляет собой квадрат,
образуется пересечением двух бочек, оно имеет одинаковый для всех фасадов
здания силуэт, сходный по очертаниям с луковичной главой. Кубоватое
завершение, как правило, имели те храмы, в основании которых был четверик.
Кубами покрывали основной сруб церкви, могли использовать для покрытия
приделов, но никогда – в качестве покрытий каких-либо иных частей здания.
Дальнейшее развитие такого типа церквей в 18-19 веках привело к увеличению
массивности основного сруба, крытого невысоким растянутым по ширине кубом с
пятью главами, уменьшается количество декоративных элементов. Основные
различия в устройстве кубоватых завершений заключаются, во-первых, в
44
пропорциях относительно четверикового основания, во-вторых, в самой форме
куба, в-третьих, в сочетании куба с главами. Первый признак определяет
композиционную значимость завершения в общем архитектурном облике здания.
Второй признак позволяет проследить видоизменения традиционной формы куба.
Третий признак, как правило, отличает постройки, расположенные внутри
основной части ареала распространения, от тех, что находятся на его окраинах.
Ещё один тип храмов бытовавших на Русском Севере – ярусные церкви.
Такие постройки состояли из нескольких, поставленных друг на друге срубов,
которые по возвышению вверх делались чуть меньшего размера. В плане они
могли быть как четырёх, так и восьмиугольными, количество ярусов колебалось
от двух до четырёх. И.Э. Грабарь считал, что подобная форма пришла с юга, а
именно из Украины40. Причиной такой распространенности украинских форм
служило массовое переселение с юга беглецов, искавших спасения от гнета
слишком усердствовавших доминиканцев. Но не одни только беглецы монахи и
низшее духовенство потянулись в московские пределы, a появились и
представители высшего духовенства. Назначение на важные епископские
кафедры украинцев было, начиная с Петра I, обычным явлением, и в течение
первых четырех десятилетий 18-го века мы видели, например, в Холмогорах и
Архангельске исключительно только архиереев из южноруссов и западноруссов.
Хотя приём восьмерик на четверике является исконно русским архитектурным
решением, возможно, именно поэтому новая ярусная форма была так легко
воспринята.
Отдельно хотелось бы отметить колокольни как часть храмового комплекса.
На протяжении всей своей истории они сохранили постоянство форм. Причиной
тому является сравнительно позднее их появление. У древних храмов не было
колоколен и прихожан для молитвы первоначально созывали ударами в «било»
или в деревянную или металлическую доску. Затем начинают появляться
См.: Грабарь И.Э. Деревянное зодчество Русского Севера : [Электронный ресурс]. - Режим
доступа: https://refdb.ru/look/1502485.html. – дата доступа: 18.10.17.
40
45
примитивные «колокольницы», представляющие собой навес, покоящийся на
пяти или восьми столбах. И в более позднее время мы уже встречаем шатровые
колокольни с основанием в форме восьмигранника.
При всём многообразии внешних форм храмов, внутреннее их убранство
чаще всего представляет собой типичную картину. Насколько бы грандиозна и
высока не была церковь, при входе сразу заметен диссонанс с её внутренними
помещениями. Связанно это было с климатическими условиями, небольшие
помещения легче отапливать. В любой культовой православной постройке
неизбежно присутствуют три главных помещения: центральное помещение для
молящихся, с востока прирублен алтарь, а с запада – трапезная.
Трапезная являет собой самое большое по площади помещение. Как уже
отмечалось, она предназначалась для совместного приёма пищи – «трапезы»,
особенно много народа приезжало в праздники и тогда в складчину устраивали
пиры. В старину дальние богомольцы размещались и в обыкновенные воскресные
дни после заутрени в трапезе и здесь подкреплялись пищей в ожидании обедни, и
здесь же трапезовали в дни поминовения усопших. Трапеза при таких условиях,
естественно, должна была быть отделена от главного храма рубленой стеной. Во
время больших праздников число молящихся было настолько велико, что все они
просто не помещались в главном помещении для молящихся,
и потому в
трапезной стене вырубались небольшие окошки для того, чтобы прихожане могли
следить оттуда за ходом службы.
Что же касается внутреннего убранства трапезной, то она сильно походила
на простую крестьянскую избу: стены гладко затёсаны, вдоль них расставлены
опушённые, т.е. обшитые резными досками лавки. Если храм был зимним, т.е.
отапливаемым, то именно в трапезной находилась печь, и она играла функцию
курной избы, защищая от дыма и копоти все остальные церковные помещения.
Само помещение было очень широким и для поддержки крыши и потолка ставили
один, а иногда и несколько столбов, на которые они опирались. Столбы обильно
46
украшались резьбой, находясь на виду, таким образом, служили украшением
интерьера.
Из трапезной через небольшую дверь мы попадаем в главное помещение
для молящихся. Оно несколько выше предыдущего. На стене отделяющей главное
помещение для молящихся от алтаря (место, где расположен престол) расположен
иконостас. Иконы размещены согласно определённой иерархии. В начале, снизу
вверх идут местные иконы, затем праздников, ещё выше апостолы и над ними
пророки. Удачным является решение размещения фигур с их последующим
уменьшением к верху, за счёт чего создаётся перспектива, делающая помещение
визуально выше.
Такова была архитектура храмовых ансамблей Русского Севера периода 1618 веков. Она в полной мере отражала народное мировосприятие, его
эстетические и культурные предпочтения.
47
1.4. Домовая резьба на гражданских и культовых постройках Русского
Севера
Появление резных орнаментов на фасаде домов относится к временам
глубокой древности. И изначальная её роль сводилась не к эстетическому, а
глубоко религиозному смыслу. Согласно представлению древних славян мир
населяли как добрые, так и злые, враждебные человеку духи. Чтобы уберечь своё
жилище от проникновения в него злых сил – «навий», люди наносили около
оконных и дверных проёмов орнамент, каждый элемент которого играл роль
оберега. Такой орнамент состоял из геометрических фигур: круг или полукруг –
солярные знаки, волнистые линии – символ воды, квадрат или ромб – символ
поля, земли. Нередко кроме выше
перечисленных фигур в орнаменте
использовались изображения животных или полумифических существ: коня,
сирина или русалки. Однако со временем сакральный смысл изображений
постепенно отошёл на второй план и в 18-19 веках приобретает в основном
декоративный характер.
Орнамент, применяемый в домовой резьбе, можно разделить на четыре
типа: геометрический, растительный, зооморфный и антропоморфный. Однако, не
редко для украшения применяли не один какой-то тип, а сочетали сразу
несколько, то же самое можно сказать и о видах резьбы.
Поселения
Русского
Севера
поражают
грандиозностью
построек,
строгостью форм и сдержанностью декора. Основными элементами сооружения,
наиболее часто украшаемые резьбой являются: «причелины», «карнизы»,
«полотенца», «подзоры», «балясины», дверные «притолоки» и наличники окон 41.
Наиболее обильно резьбой в северных постройках украшали рундук. Точёными
делали перила и столбы с вырезанными на них «дыньками», перехваченных
жгутом.
41
См.: Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. – СПб, ACADEMIA, 1984. С. 53
48
Украшенные резьбой детали выполняли не только декоративную, но и в
большинстве случаев практическую функцию. Например, причельные и торцовые
доски закрывали срезы брёвен на фронтоне крыши и углы постройки,
предотвращая, таким образом, попадания осадков и сохраняя сруб от быстрого
загнивания.
Самым древним типом резьбы является так называемая «плоская резьба».
Её незатейливый узор состоял из элементов бортных знаков, а значит, выполнялся
он зарубками, вырезами, надрезами и выемками. Поэтому получающийся рисунок
был практически лишён пластичности. Для её изготовления не требовалось
большого количества специальных инструментов, можно было обойтись одним
топором, отчасти этим объясняется её долгое бытование. Применение вплоть до
первой половины 17 века подобных технологий и примитивных инструментов
сделало мотивы плоской резьбы неизменными как для 17 века, так и для
предыдущих столетий, поэтому, по словам Забелина, работы 16 века, европейцы
по типу и способу изготовления, относили к 10 веку. Ещё одной причиной можно
назвать климатические условия, где она бытовала, из-за обилия осадков делать
глубокие надрезы в дереве было не практично.
За свой долгий период существования в крестьянском быту некоторые
элементы плоской резьбы получили особые названия: «городки», «киотцы»,
«клепики», «ложки», «прями», «косицы». Позже плоской резьбой выполнялись не
только орнаментального, но и жанрового характера 42.
На развитие плоской резьбы оказывали влияние ряд факторов. В период 1113 веков на технику и рисунок наших мастеров влияла византийская и восточная
плоская резьба. С 14 века это влияние сменяется западноевропейским, что было
связано с появлением в русских городах немецких и английских контор, а также
приездами купцов и мастеров. На резьбу Русского Севера особенно заметное
влияние оказали английские традиции, связано это было с открытием во второй
42
1983.
См.: Круглова О. Русская народная резьба и роспись по дереву. – М., Изд-во Изобразительное искусство,
49
половине 16 века свободного пути для английских купцов по Северной Двине
вплоть до Архангельска.
Помимо внешнего иноземного влияния на русскую резьбу оказали
воздействие и традиции иконописи. Дело в том, что по мере разделения труда
помимо мастера-резчика появляется специалист-рисовальщик – «знаменщик»,
занимающийся
нанесением
рисунка.
Большинство
знаменщиков
были
иконописцами.
В результате этих факторов характер резьбы изменялся, что привело к
возникновению «фряжской рези». Рисунок её имел более округлые, рельефные
формы, а над орнаментом начинают преобладать сюжетные изображения. Для
фряжской резьбы часто используются фигуры диковинных птиц, животных, трав
и человека. В Вологодском крае на фронтонах крыш часто встречаются
изображения двух львов с надписями: «Се лев», «Се кот». С виду два зверя очень
похожи между собой. Также в районах Русского Севера на крестьянских
постройках можно увидеть изображения единорога. Изображения этих животных
и мифических существ заимствованы с английских гербовых изображений.
Ещё одним видом резьбы, применяемым для украшения построек Русского
Севера, была скульптурная резьба. Она нашла своё применение при оформлении
верхнего бревна крыши – князька, оставляемое на таком бревне часть корня
служила для вырезания скульптуры в виде головы коня, оленя или какой-либо
птицы. Традиция такого украшения дома была известна ещё в языческие времена.
Вплоть до 19 века коньки на крышах являлись чем-то вроде оберега.
Для украшения столбов, подпорок и балясин использовали скульптурнообъёмную резьбу, которая носила название «облая».
Вплоть до 18 века традиция деревянной резьбы применялась и для
украшения каменных зданий, однако позже появляется обратная тенденция. Для
строительства каменных сооружений начали активно приглашать зодчих из
западноевропейских стран, которые украшали их согласно своей моде, широко
50
применяя стиль барокко. И под этим влиянием в деревянном зодчестве
воспроизводились декоративные формы типичные для каменных построек.
С 17-18 века под влиянием европейского стиля барокко в России стала
получать распространение «флемовая резьба». Ажурная барочная резьба
происходила из Голландии и Фландрии. В новой объемной резьбе преобладали
натуралистические растительные мотивы, прежде всего виноградной лозы, а
затем и других растений. Витые колонны с капителями, увитые лозой и несущие
антаблемент, заменили старые русские столбики и тябла.
Начиная с 19 века в народный обиход широко вошла пропильная резьба,
ставшая настоящей визитной карточкой Русского Севера. Она представляла собой
ажурный сквозной узор по дереву. Появление этого вида резьбы именно в 19 веке
и на северных территориях связано было с массовым выпуском тонких
фабричных пиловочных досок. Для их изготовления использовали древесину
сосны и лиственницы. Северный край славился обилием нужных пород дерева и
на его реках начали появляться лесопильные мельницы. Такие лесопильные
заведения появились гораздо ранее 19 века, так к 1720 году в России их работало
около 30. Но до 19 века производимая ими продукция на продажу жителям
практически не поступала. Предшественником пропильной резьбы был сквозной
узор.
Пропиловкой украшали причельные и торцовые доски, а также наличники
окон и притолоки дверей.
Процесс создания деревянного ажура включает в себя следующие этапы:
изготовление шаблона или же разу от руки нанесение рисунка на поверхность
доски, после этого в нужных местах узора проделывались отверстия для того
чтобы в них можно было вставить пилу и выпилить по контуру нанесённый
рисунок, после чего поверхность зачищают. Резка осуществлялась специальной
пилой и ножовкой-лобзиком.
51
Чаще всего в орнаменте использовались растительные и зооморфные
изображения.
Традиция украшения домов резьбой имеет глубокие исторические корни, а
благодаря устойчивости народных форм мы имеем представления о многих
архаичных типах резьбы, сохранившихся в малоизменённом виде в более поздних
работах мастеров. Каждый регион России имел свои особенности в украшениях
домов и храмов, для Русского Севера, как бы являясь отражением суровой и
прекрасной природы, характерны лаконичность, сдержанность, но в тоже время и
изящность декора, каким и стала пропильная ажурная резьба. Также следует
отметить, что в русском народном искусстве, и в резьбе в частности, проявилось
взаимное влияние деревянных и каменных форм, образуя своеобразный
декоративный синкретизм. Безусловно, на традиции резьбы Русского Севера со
временем оказывало влияние и иностранное искусство, но как отметил историк
Погодин: «Откуда бы что ни приходило – русская печь всё переваривала, и что из
неё выходило, то было уже не иностранное, хотя и сходное кое с чем
иностранным»43[см. Приложение 6].
43
Цит. по: Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. – СПб, ACADEMIA, 1984. С. 261
52
Глава 2. Основные вехи развития и концепции реставрационного дела
от античности до современности
2.1. Развитие теории и практики реставрационных работ в архитектуре
Европы
Появление предпосылок к зарождению такой научной дисциплины, как
реставрация архитектурных сооружений, относится ещё к эпохе античности.
Конечно, это не было реставрацией в современном понимании данного термина.
В античной Греции старались сохранить архитектурные сооружения как можно
дольше. В основном это можно увидеть на примере культовой архитектуры. По
мере обветшания храма он не покидался, а постепенно перестраивался, таким
образом, происходило то, что в современной терминологии называется
обновлением архитектурного сооружения. Аналогичная ситуация была и в
древнем Риме, где при «реставрации» здания обращали внимание лишь на его
мемориальное значение, зачастую не считаясь с художественными особенностями
реставрируемого памятника, что, в свою очередь, также вело к его обновлению.
Следует, однако, отметить, что при таких работах в новую постройку обычно
включались сохранившиеся части первоначального здания. Такой подход к
реставрации сохранялся до конца 17 века.
Новый этап в развитии реставрационного дела совпал с периодом эпохи
романтизма в общеевропейской культуре. Это время было связано с возросшим
интересом
народов
произведения
Европы
к
средневекового
своей
национальной
архитектурного
архитектуре,
искусства
когда
перестали
восприниматься как воплощение «отвратительного варварства». Большая заслуга
в этом принадлежит европейским писателям-романтикам 18-19 веков. Так, роман
Виктора Гюго «Собор Парижской богоматери» сделал, например, в то время
больше для охраны памятников архитектуры, чем могли сделать какие-либо
постановления французского правительства. Можно сказать, что Франция была
53
лидером среди европейских стран по охране и восстановлению архитектурных
памятников того периода, именно на неё ориентировались все остальные страны
Европы. Так, в 1830 году была восстановлена со времён Великой Французской
революции государственная система охраны памятников архитектуры в виде
Генеральной инспекции исторических памятников. Такая система явилась
образцом для других европейских стран.
Насколько
широко
был
распространен
романтизм
в
архитектуре
европейских стран во всех видах нового строительства, настолько широко были
распространены и реставрации «романтического» толка. В тот период не
осталось, пожалуй, ни одной страны на территории Европы, в которой
реставрации «романтического» толка не затронули бы значительного количества
построек, сохранившихся от прошлых столетий. В первую очередь опасностям
«романтических» реставраций подвергались наиболее прославленные, широко
известные архитектурные памятники. Всё дело в том, что часто при подобных
реставрационных работах архитекторы, имея цель «улучшить» памятник,
надстраивали по своему замыслу какие-либо дополнительные элементы или же
наоборот убирали исторические части здания, тем самым нарушая его
исторический
и
художественный
вид.
Подобная
реставрация
нанесла
значительный урон многим выдающимся памятникам средневекового зодчества, а
также наглядно показала, что для проведения подобного рода работ недостаточно
знаний и опыта одной архитектурной практики 44.
Вплоть до конца 19 века основным методом, при реставрационных работах
являлся метод подстановки. Вместо обветшавшего памятника древности на его
месте возводили новое здание, которому присваивались то же мемориальное и
общекультурное значение. По мере изменения отношения к древней архитектуре
и осознания её ценности всё чаще стал применяться эмпирический метод. В этом
случае постройку старались поддержать в хорошем состоянии при помощи
44
См.: Реставрация музейных ценностей. Вестник. 1998. №1. С. 55-58.
54
посильного ремонта, причём в каждом конкретном случае опираясь на опыт и
тщательное изучение фактов.
Ещё одним методом, широко распространённым в эпоху Романтизма стал
метод компиляции, то есть заимствования архитектурных форм других
сооружений
при
восстановлении
памятника.
Этот
метод
стал
широко
распространенным в ту эпоху отчасти и потому, что в архитектурной практике
архитекторы - романтики не создавали собственного стиля, а подражали
архитектурным стилям прошлых веков.
В эпоху романтизма вместе с «мемориальной» реставрацией начала
распространяться и «художественная» реставрация, которая со второй половины
19 века стала преобладающей для европейских стран. Такая реставрация ставила
перед собой задачу восстановления не просто общественного значения здания, но
и его древнего художественного облика.
В 19 веке большой интерес к памятникам архитектуры проявляли
археологи. В Европе начинают создаваться археологические общества: в 1834
году -
Французское археологическое общество, возглавляемое Арсиссом де
Комоном, в 1852 году
образовалась археологическая комиссия при Клубе
художников в Праге.
Со второй половины 19 века естественные науки уделяли большое
внимание
сравнительному
методу
исследования,
который
стал
широко
применяться и искусствоведами. Они пытались проследить историю искусства,
процесс его развития. Вопросы стиля приобретали главенствующее значение.
Таким образом, период «художественной» реставрации эпохи Романтизма
сменился эпохой стилистических реставраций. Главным его отличием стало то,
что восстановление первоначального художественного облика здания теперь
было основной целью реставрационных работ, а не средством усиления
мемориального
значения.
Стилистические
реставрации
являли
собой
модификацию художественной реставрации. Реставраторы такого периода
55
стремились к единству и чистоте стиля реставрируемого здания. В результате в
архитектуре 20 века развилось целое направление, получившее название
«пуризм»,
что
означает
чистый.
Данный
термин
появился
благодаря
французскому художнику АмедеОзанфану и архитектору Ле Корбюзье в 1918
году в художественном манифесте «Послекубизм», где были высказаны идеи,
отстаивающие простоту и единство стиля, стремление к идеальной пропорции в
живописи и архитектуре.
«Стилисты» считали, что реставрация должна пойти, руководствуясь в
первую очередь не художественными вкусами, а сообразуясь с научными
методами. Они утверждали, что по сохранившимся фрагментам здания можно
восстановить
его
целостный
первоначальный
облик.
Основоположником
стилизма считают французского архитектора Виоллеле Дюка45.
К сожалению, стилистические методы реставрации также были не
совершенны и нанесли много непоправимого ущерба историческим зданиям. Так,
ставя во главу угла один определённый стиль, они часто при реставрациях
уничтожали бесценные произведения искусства других эпох. Следует учесть, что
многие памятники архитектуры строились порой не одно десятилетие и даже не
одно столетие, включая в себя элементы меняющихся стилей. Позже данный
метод
получил
название
синтетического,
он
восстановлении архитектурного памятника в его
заключался
в
целостном
законченном виде и в
определенном конкретном стиле. Иногда такой метод называют ещё методом
целостной реставрации.
Со временем широкий общественный протест против «романтических» и
«стилистических» реставраций привёл к их прекращению, что послужило
толчком к развитию научного подхода к реставрационным работам. К тому
моменту уже был накоплен опыт по ведению реставраций, ошибки предыдущих
эпох начинают учитываться, а подходы переосмысляться. Наряду с действующей
45
См.: Михайловский Е.В. Реставрация памятников архитектуры. – М., 1971.
56
во Франции Комиссией исторических памятников, вместе с её Генеральной
инспекцией, в Австрийской империи и германских княжествах в 1850 году была
организована
Королевская
центральная
комиссия
для
поддержания
и
исследования памятников архитектуры, которая уже к 20 веку приобрела статус
научного учреждения. Таким образом, была подготовлена почва для развития
теоретических основ научной реставрации.
Немалую роль здесь сыграл выше упомянутый ВиоллелеДюк, который был
не только практиком, но и теоретиком зарождающийся научной дисциплины. Им
был написан «Словарь французской архитектуры от 11 до 16 века», в котором
была напечатана статья под заголовком «Реставрация». Одной из важных мыслей,
высказанных в статье, была необходимость в тщательном изучении объекта
реставрации перед тем, как приступить к выполнению любых работ. Важно
познакомится с историей памятника на основе исторических документов,
чертежей и рисунков, причём это относится не только в целом ко всему зданию,
но и к каждой отдельной его детали. Кроме того, реставратор должен владеть
обширными знаниями по архитектуре соответствующего периода, вплоть до
изучения особенностей каждой местной школы. В статье были затронуты и
вопросы методики реставрационных работ. Так, был поднят вопрос о том, как
поступать с более поздними наслоениями в памятнике, как быть с проблемой
использования аналогий в процессе восстановления утраченного элемента.
Однако на тот момент они так и остались не разрешёнными.
Современником
Виоллеле
Дюка,
оказавшим
влияние
на
закладку
теоретических основ реставрации, явился французский писатель, историк,
этнограф и археолог Проспер Мериме. В отличие от своих современников
«стилистов» его взгляды по вопросам реставрации наиболее приближены к
позиции современной теории. Так, он высказал мнение по поводу более
осторожного
использования
аналогий
при
реставрации,
определил
принципиально новое отношение к позднейшим наслоениям на памятнике
(отныне более поздние элементы памятника сохранялись). Новое отношение было
57
высказано
и
в
отношении
докомпоновки
при
реставрациях,
то
есть
восстановлении фрагментов архитектуры по методу аналогии при отсутствии
явных источников, свидетельствующих о внешнем облике утраченного элемента.
Подобные мысли высказывали не только французские, но и итальянские (К.
Бойто) и русские архитекторы-реставраторы (Г.И. Котов).
В начале 20 века были сделаны попытки классифицировать архитектурные
памятники и в зависимости от этого составить практические советы по
выполнению работ по их восстановлению. Так, бельгийский учёный Бюльс
разделил все памятники на 6 категорий. В основу классификации было положен
принцип
сохранности
архитектурного
монумента
на
период
перед
предполагаемой реставрацией. Бюльс выделял: неповреждённые, запущенные,
реставрированные или дополненные не в первоначальном стиле, незаконченные и
не поддающиеся реставрации памятники. В своих пояснениях по реставрации
того или иного памятника Бюльс говорил о том, что ремонт всегда
предпочтительнее реставрации, а реставрация - восстановлению. В своей статье
он говорит о важности подбора материала для восстановления утраченных
элементов, они должны быть идентичны старому материалу. При восстановлении
необходимо ссылаться на данные исторических источников.
Несмотря
на
всю
прогрессивность
высказанных
взглядов,
данная
классификация и подходы к реставрации оставались несовершенными. Вопервых, в такой классификации верно подмечено лишь то, что все памятники
можно разделить на руинированные и эксплуатируемые, так как всё остальное
деление весьма условно, ведь здание может быть одновременно, например, и
повреждённым, и незаконченным. Кроме того, почти никогда не встречаются
памятники, в том числе и запущенные, на которых не было бы никаких
позднейших наслоений, и т. д. Во-вторых, противоречие можно установить во
взглядах
Бюльса.
Для
памятников
запущенных
он
советовал
лучше
воздерживаться от работ, чем создавать подделку. Для памятников, не
поддающихся реставрации, предлагалось проводить целостную реконструкцию
58
здания, считая, что причиной неудачи может быть лишь неспособность
архитектора или плохое качество материала, т. е.Бюльс делал открытую ставку на
творческий процесс в противовес предыдущим советам ориентироваться в
основном на научные исследования.
Ещё одна классификация, изложенная во введении к проекту закона об
охране памятников в Австрии в 1903 году, была составлена главным хранителем
памятников Австрийской империи Алоизом Риглем. В её основу было положено
общественное значение памятника. Подход к реставрации зависел от той цели,
которую хотели достичь. Цели могли быть разными, чем объясняется различие
используемых приемов и кажущееся противоречие, когда один и тот же метод в
одном случае являлся недопустимым, а в другом случае был вполне приемлемым.
По Риглю для правильного выбора цели реставрации необходимо
понимание того, что именно мы ценим в архитектурных памятниках. В связи с
этим австрийский закон выделял историческую и современную, т.е. независящую
от
времени
создания,
ценность
памятника
архитектуры.
Особенность
современной ценности, по мнению Алоиза Ригля, заключалась в возможности
использовать здание по его назначению и в его художественной ценности как
произведения искусства. Эстетическая ценность так же имела двоякий смысл. С
одной стороны, произведение восхищает нас независимо от характера и стиля его,
как акт творчества («ценность новизны»), с другой, произведение может
нравиться нам потому, что отвечает вкусам конкретного времени («относительная
художественная ценность»). В таком случае
памятник
может
иметь
как
получается, что один и тот же
положительную,
так
и
отрицательную
художественную ценность. Ригль писал о том, что если здание обладает
«ценностью
новизны»,
положительной
«относительной
художественной
ценностью» или является эксплуатируемым, то необходимо реставрировать
памятник в его первоначальном виде или поддерживать его в хорошем состоянии,
в котором он до нас дошёл. Самым важным критерием памятника архитектуры
является его историческая ценность. Получается, что каждый памятник искусства
59
является памятником историческим, он представляет определённую ступень
развития изобразительного искусства.
В
австрийском
законе
устанавливались
три
основные
категории
памятников: 1) памятники как таковые (к ним были отнесены сооружения,
возведённые как напоминание о каких-либо исторических событиях, например,
триумфальные арки); 2) исторические памятники (это памятники, являющиеся
типичными представителями конкретной исторической эпохи, иллюстрирующие
соответствующую ступень развития общества); 3) памятники древности (древние
постройки, не относящиеся ни к первой, ни ко второй категории). Ригль не
допускал пристраивания новых частей или же удаления более поздних наслоений
на памятнике. В отношении руинированных памятников сообщалось, что их
нужно охранять от дальнейших разрушений, но не восстанавливать, чтобы
сохранялась «патина времени»46.
Данная классификация представляется более стройной, но всё же имеет
свои недостатки, так как общественное значение памятника не может быть
ограничено лишь эстетическими представлениями.
Итальянская
реставрационная
школа
не
отставала
от
европейских
тенденций того времени, и профессором ГуставоДжованнони была предложена
ещё одна классификация. В основу её были положены
приёмы реставрации,
среди которых специалист подбирает один из них в зависимости от конкретного
случая.
Джованнони
выделил:
во-первых,
консервацию
памятников
(предполагаемые работы рассчитаны для повышения статической устойчивости
памятника и защиту от внешних воздействий). Для этого необходимо
использовать все новейшие достижения науки и техники. Если в ходе работ
необходимо соединить детали памятника с укрепляющими конструкциями, это
должно быть произведено без
противоречивого конфликта
со старыми
элементами, но с сохранением различия между старыми и новыми деталями.
46
См.: Подъяпольский С.С., Бессонов Г.Б., Беляев Л.А., Постникова Т.М. Реставрация памятников
архитектуры. – М., 2000.
60
Во-вторых, Г. Джованнони выделял ремонтно - реставрационные работы.
Они
проводятся
в
том
случае,
если
есть
уверенность
в
том,
что
восстанавливаемые элементы действительно существовали в таком виде и именно
на этом месте. При этом новые элементы должны не подделываться поддревние,
чтобы сразу можно было понять, где подлинник, а где восстановленная часть. В
ситуации, когда возникала необходимость снятия декоративных элементов, чтобы
предотвратить их полное разрушение, при установке нового декора об этом
заранее оповещали. Старинные же элементы могли экспонироваться недалеко от
памятника.
Третий прием реставрации предполагал раскрытие памятника. При этом,
если
позднейшие
наслоения
представляли
собой
некую
композицию,
обладающую художественной ценностью, то их следовало сохранить. Подобные
вопросы должны были решаться путём свободной дискуссии.
В
четвертом
случае
Джованнони
имел
в
виду
реконструкцию:
восстановление целостности памятника путём воссоздания недостающих частей,
которые должны быть сдержанными и строгими, являясь лишь фоном для
подлинных элементов. В такой ситуации используются три метода для
проведения реконструкции: на основе древних остатков, по документальным
источникам и на основе логических заключений и аналогий. Пятым вариантом
реставрации было
восстановление и приспособление памятника к нуждам
современной жизни.
Такой подход принёс много пользы для развития реставрационной теории,
многие
положения
его
остаются
актуальными
и
сегодня.
Подобные
прогрессивные мысли были характерны не только для итальянской школы
реставрации, но и для французской, немецкой и русской.
Так постепенно развивалось и менялось отношение к памятникам
архитектуры.
К
восприниматься
началу
во
всей
20
века
своей
архитектурные
многогранности,
памятники
в
их
начинают
мемориальном,
61
художественном,
историко-художественном
и
историческом
значении.
Архитектурный памятник начинает постепенно трактоваться как исторический
источник, как научный документ, как надземная археологическая «находка».
Аналитический метод реставрации, зародившийся в конце 19 – начале 20
века и получивший широкое распространение после Первой мировой войны, был
хорош
для
«живых»,
эксплуатируемых
в
первоначальном
назначении
архитектурных зданий. Для реставрации руинированных памятников начал
применяться «метод анастилоза»47. Этот термин был предложен греческим
архитектором Николаусом Баланосом, занимавшимся в 19 веке консервацией и
реставрацией Афинского акрополя.
Он базируется на тех же принципах
археологического метода с той разницей, что для метода анастилоза главными
являются не ремонтно-реставрационные, а консервационные работы. Важно
законсервировать остаток памятника в неизменном, дошедшем до нас виде.
Допускается лишь установка на прежнее место подлинных древних деталей,
найденных возле здания. Широкое распространение подобного рода работы
получили при сохранении древних римских и греческих культовых и
общественных сооружений в Италии и Греции.
Таким образом, к началу 20 века основной целью реставрации становится не
восстановление
художественных
здания
в
первоначальном
элементов,
а
изучение,
виде
или
укрепление
воссоздание
и
поддержание
его
в
максимально устойчивом виде с целью максимального по времени сохранения.
При этом в работе широко используются археологические методы. Отныне,
согласно археологическому или аналитическому методу, памятник архитектуры –
это
исторический
источник,
при
укреплении
которого
вмешательство
реставратора должно быть минимальным, а вновь восстановленные элементы
должны отличаться от подлинных частей, а если для эксплуатации здания
См.: Михайловский Е.В. Реставрация памятников архитектуры. – М., 1971. [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://art-con.ru/node/4962. – Дата доступа: 25. 12.17.
47
62
необходимо сделать пристройки, то они должны быть выполнены в стиле
современном реставрации.
63
2.2. Теория и практика реставрационного дела в архитектуре России
Отношение к архитектуре в России в период средневековья было таким же,
как и в странах Европы: старинные постройки сохранялись, пока имели
практическое применение, нередко перестраивались, иногда восстанавливались,
иногда разбирались, например, как деревянный дворец Алексея Михайловича в
селе Коломенском, что был разобран из-за ветхости по приказу Екатерины II. Так
как Россия не столь активно была вовлечена в культурное течение Ренессанса, то
и интерес к сохранению культурного наследия проявился в значительно более
позднее время.
С 18 века, под влиянием реформ Петра l, происходит более тесное
знакомство с западноевропейской культурой, развитие светского мировоззрения и
идей гуманизма. Интерес к историческому прошлому, искусству и культуре в
целом проявился в коллекционировании ценных предметов и открытии первого
музея в России – Кунсткамеры (1714).
В России большое значение для привлечения общественного внимания к
истории своего народа, к его сокровищам монументальной архитектуры сыграли
труды выдающегося представителя сентиментализма в русской литературе и
крупного ученого Н. М. Карамзина. Особенно интересна в этом отношении его
известная «Записка о московских достопамятностях», написанная в 1829 г.
Существенными для пропаганды художественной и исторической ценности
памятников архитектуры России оказались издания профессора И.М. Снегирева и
археолога А. А. Мартынова, посвященные архитектурным памятникам Москвы и
других русских городов, монастырей и сел, иллюстрированные прекрасными и
очень точными рисунками описываемых зданий.
Помимо этих капитальных трудов уже с конца 18 в., после знаменитой речи
В. И. Баженова, в которой он превозносил архитектурные памятники древней
Москвы: Меншикову башню, Сухареву башню, церковь Успения на Покровке,
церковь Николы Большой крест и многие другие, в печати начали появляться как
64
отдельные книги и брошюры, так и другого рода издания, например
Географический словарь Щекатовых (1809 г.), которые пропагандировали
архитектурные памятники нашей страны, приводя исторические сведения о них,
давая их описания, а иногда даже их изображения.
Проведение
обветшавших
реставрационных
построек
в
России
работ
было
для
давно
укрепления
обычной
и
ремонта
практикой,
но
восстановление ради возрождения художественной ценности памятника берет
своё начало лишь в 19 веке. В то время в России, как и в европейских странах,
большое внимание стало уделяться национальной культуре. В этот период
появилось два интересных в этом отношении указа. В 1838 году - «О доставлении
сведений об остатках древних зданий в городах и о воспрещении разрушать
оные» и в 1839 году «О сохранении древних зданий по губерниям» 48. В них
говорилось о необходимости сохранения древних зданий не только от
разрушений, но и о проведении ремонтов, не переменяя их плана и фасада.
Со второй половины 19 века в странах Европы начинается период
стилистических реставраций, в то время как в России они не нашли широкого
распространения в экстерьере здания, а чаще применялись при восстановлении
старинных интерьеров. Среди реставраторов-стилистов той эпохи можно назвать
Ф.Г. Солнцева и В.В. Суслова.
Как и в Европе к концу 19 века в России началось осуждение
стилистических реставраций. В нашей стране в указанный период начинают поновому осознаваться цели и методы реставрационных работ. Так, академик
архитектуры 19 - 20 вв. П.П. Покрышкин в своих методических советах писал:
«Многие неудачные опыты реставрации памятников старины и искусства
привели, наконец, специалистов к выводу, что следует всемерно избегать
«реставрирования» и ограничиваться лишь простым, осторожным ремонтом». Как
См.: Михайловский Е.В. Реставрация памятников архитектуры. – М., 1971. [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://art-con.ru/node/4962. – Дата доступа: 25. 12.17.
48
65
и Г. Джованнони, Покрышкин отмечал необходимость отмечать особым знаком
вновь восстановленные элементы с нанесением даты реставрации. Сходных
суждений он придерживался и в вопросах раскрытия памятника от позднейших
наслоений.
Большой вклад для сохранения, изучения и реставрации памятников
архитектуры в России внесли археологические общества, в 1846 году возникло
Императорское Русское археологическое общество в Петербурге, в 1864 год было
создано Московское археологическое общество, возглавляемое А.С. Уваровым.
На регулярных съездах, в археологических обществах обсуждались вопросы
охраны,
исследования
и
реставрации
архитектурных
памятников.
Представляемые доклады нередко публиковались. В России на период конца 19 –
начала 20 века действовало 400 различных обществ, занимавшихся сбором
материалов, регистрацией и охраной культурных ценностей. В подобных
организациях наряду с профессионалами принимали участие все желающие и
неравнодушные к культурному наследию люди. Всё это привлекало внимание
общественности к вопросам сохранения культурно-исторического достояния,
формировало новое отношение к реставрации.
Московское археологическое общество состояло из археологов, историков,
архитекторов и людей, неравнодушных к культурному наследию. Оно выполняло
несколько функций. С одной стороны, общество могло выступать исполнителем
проводимых на памятнике работ, а с другой, - играть роль эксперта при решении
вопросов реставрации.
С 1870 года в составе общества была образована Комиссия по сохранению
древних памятников, в ядро которой вошли такие крупные специалисты, как И. Е.
Забелин, А. А. Мартынов, В. Е. Румянцев, Д. И. Иловайский, К. М. Быковский 49. С
1886 года Комиссия считалась самостоятельным отделением, подотчётным перед
49
См.: Баталов А.Л. Отношение к достоверности формы и подлинности материалов в русской
реставрационной практике второй половины XIX в./ История и теория реставрации памятников архитектуры.
Сборник. – М., 1986.
66
Московским археологическим обществом. Комиссия контролировала вопросы,
связанные с реставрацией или предполагаемым сносом древнего здания, для этого
члены её прибывали непосредственно на место, проводили обследование и
составляли
заключение.
Ещё
на
момент
образования
Московского
археологического общества Уваров обращал внимание не только на охрану
памятников, но и защиту их от произвольных реставраций. Отчасти этим и
объясняется столь небольшое распространение «стилистических» реставраций в
России.
Аналогичную роль в сфере археологии и сохранения древних произведений
искусства, в том числе и архитектурных памятников, игралa созданная ещё в 1846
году в Петербурге Археологическая комиссия Русского археологического
общества. Комиссии придавалось значение особого учреждения Министерства
императорского двора, следовательно, археологи в России, как ни в одной другой
стране, первыми получили узаконенное право контроля в сфере реставрации.
Императорская археологическая комиссия на практике перешла к комплексному
решению проблемы реставрации, начиная с устранения причин разрушения
памятника (грунтовые воды, перепады температуры, влияние солнечных лучей и
т.д.), заканчивая созданием микроклимата и благоприятных условий для
дальнейшего хранения произведений искусства. Стало обязательным физикохимическое исследование материалов, применяемых для реставрации.
Значительный
вклад
в
развитие
реставрационного
дела
внесли
и
складывавшиеся в 19 веке архитектурные общества: Рижское (1858), Одесское
(1862), Московское (1867), Петербургское (1875). Целью таких объединений
являлась
совместная
научно-практическая
деятельность,
составление
и
обсуждение проектов, чтение и переводы специализированной литературы,
издательская деятельность. Архитектурные общества часто выступали экспертами
при
решениях о
принятии
восстановления памятника.
того
или
иного
проекта
реставрации
или
67
Таким образом, археологические методы стали широко применяться при
реставрации в России. Однако применение метода анастилоза, как разновидности
археологической реставрации руинированных памятников,
в условиях менее
благоприятного климата, в отличие от европейских стран и на архитектурных
памятниках, выполненных из дерева, могло иметь лишь условный характер, так
как фрагменты памятника в таких случаях гораздо хуже сохраняются.
В начальный период советской власти лидирующие позиции в сфере
реставрации и консервации памятников искусства СССР, в том числе
архитектуры, принадлежали Центральным государственным реставрационным
мастерским (ЦГРМ), организованным в 1924 году. Им предшествовали
реставрационные мастерские, созданные при крупных музеях. Например, в 1922
году реставрационная мастерская появилась при Русском музее в СанктПетербурге, а в 1921 году состоялась Первая Всероссийская реставрационная
конференция. В состав мастерских вошли как опытные архитекторы, известные
своей
деятельностью
ещё
в
до-
революционный
период
(Д.П.Сухов,
И.В.Рыльский, И.П.Марковников, И.П.Мешков), так и специалисты более
позднего поколения (И.П.Засыпкин, Д.П.Барановский, И.Э. Грабарь). ЦГРМ
ставили перед собой задачи по сохранению и реставрации большого количества
архитектурных памятников не только в центральных областях страны, но и в
Крыму, на Кавказе, в Средней Азии, Сибири, районах Русского Севера. В этот
период
состоялся ряд экспедиций в Пинежье, Белозёрский край, Заонежье.
Воплощению замысла мешал ряд факторов того периода. Во-первых, нехватка
денежных
средств,
рабочей
силы
и
стройматериалов,
во-вторых,
неподготовленность общественного сознания к необходимости реставрации и
восстановления памятников старины. ЦГРМ просуществовали до 1934 года, после
чего были расформированы, но всё же невозможно недооценить тот вклад,
который был сделан ими в области охраны историко-культурного наследия за
десять лет.
68
Во время Отечественной войны, начиная с 1941 года, была организована
Комиссия по охране и восстановлению памятников искусства преимущественно
из студентов. В её обязанности входило обследование повреждённых сооружений,
составление обмеров и расчистка памятников от завалов, проведение экстренных
ремонтных работ. При восстановлении сооружений в мирное время отчёты
Комиссии имели исключительное значение50.
Несмотря на то, что декларация, принятая в 1931 году в Афинах,
провозглашала необходимость отказа от целостных реставраций и сохранения
позднейших различных по стилю наслоений, основной послевоенной тенденцией
в СССР становится восстановление первоначального облика разрушенного
памятника
и
создание
практически
новоделов.
Это
было
связано
с
восстановлением городской застройки. Если применение такого метода на
памятниках, разрушенных войной, ещё могло быть хоть как-то оправдано, то для
памятников на территориях,
не затронутых военными действиями, и
ветшающими от времени, целостная реставрация приносила больше вреда, чем
пользы.
С 1945-1948 года работой реставрации занимались Специальные научнореставрационные мастерские (СНРМ). Масштаб работ был настолько велик, что
на основе сделанных выводов удалось издать первые методические пособия.
Например, в 1950 году вышел сборник «Практика реставрационных работ», где
специалисты уже начали высказывать тревожные опасения о нецелесообразности
применения реставрационных работ без достаточного научного обоснования. Не
решённым оставался вопрос о позднейших наслоениях, так как иногда,
вследствие разрушения здания, вскрывались его самые ранние конструкции, и
памятник мог оказаться более древним, чем считалось ранее. Возникало желание
его восстановления в подлинном виде. Реставрацию целого внешнего облика
предполагалось производить на основе научно обоснованной «оптимальной
50
См.: Деревянное зодчество: проблемы, реставрация, исследования. Сборник Методическое
сопровождение мониторинга недвижимых памятников Вологодской области; Вологда, 2005.
69
даты».
Появляются
сторонники
полной
консервации
и
их
оппозиция,
выступающая за чистую консервацию. Принятая в 1964 году Венецианская хартия
повлияла на изменение приоритетов с целостной художественной реставрации и
компиляций, на сохранение подлинности и исторической ценности при помощи
консервационных работ.
В дальнейшем проводимые работы начали носить характер фрагментарных
реставраций, целостные отошли на второй план, однако утверждение консервации
как основного метода так и не произошло. Это обуславливается рядом причин:
часто в результате консервационных работ внешний вид памятника не отвечал
эстетическим требованиям, были трудности с включением памятника в
художественно-эстетическую экспозицию городской среды и приспособлением
его для современного использования. Поэтому к 70-м годам тенденция
«целостной реставрации» вновь набирает силу.
Однозначную оценку реставрации послевоенного и последующего периода
дать невозможно. С одной стороны, восстановление многих памятников не
соответствовало принципам довоенной методики и положениям Венецианской
хартии, но с другой, - в золотой фонд советской реставрации вошли
восстановленные
из
руин
памятники
Ленинграда,
Павловска,
Пушкина,
Петродворца, церквей Спаса-Нередицы и Спаса на Ковалеве в Новгороде,
Новгородский кремль, церковь Параскевы Пятницы в Чернигове, Верхний замок в
Вильнюсе и многие другие.
В послевоенный период и на современном этапе развития реставрационной
науки для сохранения различных памятников архитектуры используются
многообразные методы и виды работ. Применяются такие способы консервации и
ремонта,
как
инженерные
и
биохимические
укрепления,
анастилоз,
фрагментарная и целостная реставрация.
Таким образом, развитие реставрации как науки происходило постепенно.
Первые попытки проведения подобного рода, безусловно, не соответствовали
70
тому содержанию, которое на современном этапе мы вкладываем в понятие
реставрация. Однако всё это помогло накопить ценный опыт, на основе которого
постепенно изменялось отношение к памятникам архитектуры и разрабатывались
новые более совершенные методики. Если сравнить отечественный опыт с
общеевропейским, то можно заключить, что реставрация и консервация в России
развивалась в общем ключе с передовыми на тот момент в этой области странами,
такими как Франция, Италия и Великобритания.
71
2.3. Проблемы реставрации памятников деревянного зодчества в
России
Памятники деревянного зодчества России - одна из ценнейших и наиболее
уязвимых
категорий
национальной
культуры
исторического
наследия.
Существует целый ряд факторов, отрицательно сказывающихся на сохранности
деревянных построек.
Все причины разрушений памятников можно разделить на две большие
группы. К первой относятся естественные причины. Как и на любой
архитектурный объект, на памятники деревянного зодчества существенное
влияние оказывают факторы окружающей среды: солнечная радиация, ветер и
осадки, изменения температурного режима. Изменение гидрогеологических
условий территории, на которой расположен памятник, может привести к
деформациям сруба – загниванию нижних венцов вследствие повышенной
влажности или образованию трещин в пересушенной древесине. Изменение
температурно-влажностного режима влечёт за собой не только загнивание или
растрескивание древесины, но и образование биопоражений микроорганизмами,
грибками или насекомыми. Чем старше памятник, тем губительнее сказываются
на нём данные изменения.
Ко второй группе относят антропогенные факторы, то есть связанные с
деятельностью или бездействием человека. И тут важным критерием является
местоположение памятника. Подходы к сохранению архитектуры деревянного
зодчества в городской среде и сельской глубинке различны. В городах гибель
памятника часто обусловлена нежеланием городских властей должным образом
заниматься проблемами сохранения, которые зачастую предпочитают не
реставрировать старинную постройку, а заменить её современной копией. Или же
обветшавшие памятники сносятся, а площади, занимаемые ими, используются для
современной застройки. В сельских поселениях большое количество бесценных
72
памятников было утрачено по причине разрушения сельской культуры,
вымирания целых деревень и оттока населения в города. В результате очень часто
памятники в таких условиях оказывались безхозными, заброшенными. Сами
местные жители порой до конца не осознают их историческую, культурную и
художественную ценность и даже принимают участие в их разрушении.
Соответственно и решение проблемы в таких случаях имеет свои специфические
особенности51.
На современном этапе существует несколько вариантов мер по сохранению
памятников деревянного зодчества. Если здание, являющееся памятником
деревянной архитектуры, эксплуатируется по своему прямому назначению, то за
его состоянием пытаются следить и с возникновением необходимости проводить
ремонтно-реставрационные работы. К сожалению, на современном этапе в России
эта практика не получила широкого распространения, так как поддерживать
здания, особенно это касается жилых и хозяйственных построек, в рабочем
состоянии довольно дорого.
Если памятник не включён в общественную жизнь, то есть не
эксплуатируется, то ему грозит быстрое разрушение и, как следствие, полная его
утрата. В таком случае сохранить деревянную архитектуру возможно с помощью
музеефикации. В музейной практике данный термин обозначает направление
деятельности, связанное с преобразованием сооружения и прилегающей к нему
территории в объект экскурсионного показа. Для этого предварительно на
памятнике проводятся реставрационные и консервационные работы.
Музеефикация памятника деревянной архитектуры может быть выполнена
двумя способами. Во-первых, это консервация памятника на его историческом
месте. Такой метод хорош тем, что, оставаясь на своей исконной территории,
здание даёт максимально полные научные сведения о нём и о характерных
51
С.110- 119
См.: Никитин М.К., Мельникова Е.П. Химия в реставрации: справочное пособие. – Ленинград, 1990. –
73
культурных особенностях его региона. Не стоит забывать, что издревле поселения
Русского Севера отличались максимальной гармонией с природной средой и
включением жилых и особенно культовых построек в ландшафт местности.
Изучая, например, деревянный храм в историческом окружении, можно многое
узнать о его материале и чем обусловлен выбор той или иной формы, а при
проведении археологических раскопок станет возможным восстановление
утраченных элементов. Но такая форма музеефикации не подходит, если объект
находится в глухой сельской местности и он труднодоступен для туристического
маршрута, так как в таком случае утрачивается весь смысл музейного экспоната и
сохранить его становится сложнее.
Вторым вариантом музеефикации архитектуры стало создание скансенов
или музеев под открытым небом. Эта практика была заимствована из зарубежного
опыта сохранения наследия народной культуры. Первый такой музей появился в
Швеции в Стокгольме в 1891 году52. Его создатель, этнограф Артур Хазелиус,
обеспокоенный быстрыми темпами развития индустриального общества
и
постепенной утраты традиций самобытной национальной культуры своего
народа, разработал концепцию особого музея. Скансен, разделённый на секторы,
представлял собой всю Швецию в миниатюре. В музее представлена жизнь
шведского народа с 16 века по современный период. В экспозиции представлены
жилые и хозяйственные постройки, в которых размещены функционирующие
ремесленные мастерские, можно видеть национальные костюмы, в которые
облачены «жители деревни». Воссоздан ландшафт, флора и фауна Швеции. Таким
образом, Скансен стал живым музеем народной культуры, посвящённый целой
нации, а свезённые туда постройки не только отлично сохраняются, но и приносят
большую культурно-просветительскую пользу.
Вслед за Швецией, но, начиная со второй половины 20 века, в странах
Европы и в США начинают создаваться эко-музеи. Их появление связано с
См.: Скансен. Официальный сайт: [Электронный ресурс]. - Режим доступа:http://www.skansen.se/en/. –
Дата доступа: 18.02.18.
52
74
активной урбанизацией и утратой традиционного сельского уклада жизни. Такие
музеи представляли собой целые законсервированные районы, где сохранились
старинные жилые, хозяйственные, культовые или промышленные постройки, то
есть в отличие от скансенов постройки не перевозились в одно определённое
место, а реставрировались и восстанавливались на своём исконном месте. По сути
эко-музей можно считать заповедником. Ещё одной особенностью нового типа
музея стало то, что в его концепцию входило широкое привлечение населения на
всех этапах создания и деятельности музея. Среди самых первых из них хочется
отметить «Музей человека и промышленности» в Ле-Крезо, основанный
французским музеологом Джорджем Анри Ривьером в 1971 году. Территория
музея
представляет
собой
горнозаводской
и
угледобывающий
район
в
центральной Франции.
В России первые музеи деревянного зодчества под открытым небом стали
активно появляться в 60-80-е годы 20 века. Среди них: Малые Корелы
и Кенозерский
национальный
парк
в
Архангельской
области,
музей
Витославлицы в Великом Новгороде, музей Кижи в Карелии, Архитектурноэтнографический музей «Семенково» в Вологодской области, Ибресинский
этнографический музей в Чувашии, Архитектурно-этнографический заповедник
«Лудорвай» в Удмуртии, «Новый Иерусалим» в Истре Московской области,
Музей деревянного зодчества г. Суздаля, Костромская слобода — историкоархитектурный и ландшафтный музей в Костроме, Музей-заповедник им. И.
Самойлова в Нижней Синячихе Свердловской обл., Усадьба Богословка в С.Петербурге, Лесная Крепость в селе Спас-Клепики Рязанской обл., Щелоковский
Хутор в Нижнем Новгороде и другие. За исключением музея «Кижи» в Карелии,
где музей образовался вокруг деревянного погоста, все остальные образованы на
не исконных, а на искусственных территориях.
Несмотря на все видимые преимущества музеев под открытым небом, у них
имеются и свои недостатки. Например, часто при перевозке памятника на новую
территорию происходит повреждение обветшавших и прогнивших от времени
75
элементов постройки. Кроме того, памятник изымается из среды своего
исторического бытования, где изучение его было бы оптимально. Однако часто
создание подобных музеев является единственным способом сохранения
деревянной архитектуры.
История реставрации деревянного зодчества России занимает относительно
небольшой временной период. Первые подобные работы были начаты в
дореволюционное время, однако случаи эти были единичны. Ситуация немного
улучшается
после
революции.
Игорь Эммануилович Грабарь,
сравнивая
отношение к реставрации культурного наследия в России до и после революции,
говорил так: «не только от строго обдуманных и научно разработанных программ,
сколько от улыбки судьбы, – от каприза архиерея заинтересовавшегося историей
данного монастыря, от энергии губернатора, воспылавшего жаром к археологии,
или от усердия «благодетеля» – подрядчика,
теперь, несмотря на разруху,
удалось «поставить дело на такую высоту, накакой оно в мирное время у нас
никогда не стояло, и достигнуть результатов, о каких мы до революции и не
мечтали»53.
В дальнейшем в решении проблем памятников деревянного зодчества
последовал большой перерыв и к их решению вернулись уже в послевоенное
время. После крупномасштабных разрушений Второй мировой войны принципы
реставрации деревянных памятников были такими же, как и в каменной
архитектуре. Решался вопрос о позднейших наслоениях и наблюдалось
стремление к достижению художественной целостности композиции.
Для сохранения деревянного зодчества России многое было сделано
советским и российским учёным, архитектором, реставратором, академиком и
доктором архитектуры Александром Викторовичем Ополовниковым (1911-1994).
Его знакомство с памятниками Русского Севера началось ещё в 30-х годах 20
века. Свою работу по проведению обмеров, созданию графических реконструкций
Цит. по: Гущина В.А. Кижский архитектурный ансамбль. Покровская (зимняя) церковь. [Электронный ресурс]. –
Режим
доступа:
http://kizhi.karelia.ru/library/traditsionnaya-kultura-russkih-zaonezhya-dopolnitelnyiematerialyi/800.html. - Дата доступа 19.04.18.
53
76
и реставрации сооружений Ополовников продолжил уже в послевоенное время.
Он являлся одним из инициаторов создания музея на острове Кижи. Тогда же в
1958 году им была сформулирована цель реставрации деревянных архитектурных
памятников, состоящая в укреплении разрушающихся конструкций и частей,
восстановление первоначального внешнего вида. Также А.В. Ополовников
определил отношение к позднейшим наслоениям на деревянном памятнике. Он
разделил их на три группы: «прогрессивные», то есть относящиеся к народной
культуре, «чуждые», относящиеся к «официальной, господствующей» культуре и
«нейтральные» наслоения. Первые подлежали сохранению и укреплению, вторые
- уничтожению, а третьи, в зависимости от их ценности, могли быть сохранены.
Ещё одним крупным исследователем народной деревянной архитектуры
советского и российского периода являлся архитектор-реставратор Борис
Васильевич Гнедовский (1914-1998). Он с 1976 по 1988 годы являлся членом
советского комитета Международного совета по сохранению памятников и
достопримечательных мест (ИКОМОС), основанного в 1965 году при ЮНЕСКО.
Вопросами деревянного
зодчества
Б.В.
Гнедовский,
также
как и А.В.
Ополовников, начал заниматься уже после Второй мировой войны. Свою
деятельность реставратора деревянной архитектуры он начал в 1947 году.
Благодаря ему были отреставрированы и выявлены новые памятники в Карелии
для музея Кижи. Также Гнедовский известен как крупный исследователь СпасоПреображенской церкви в Кижах.
В 1952 году Борис Васильевич на основе своих исследований в Институте
истории искусств представил доклад об элементах карельского народного
зодчества, в котором привлёк внимание к национальным особенностям
карельской деревянной архитектуры. Его обмеры, чертежи и акварельные
рисунки памятников Карелии послужили ценнейшим материалом для их
дальнейшего изучения и реставрации.
Б.В.Гнедовский
стоял у истоков основания двух крупных музеев под
открытым небом в Архангельской области – «Малые Корелы» и в Красноярском
77
крае
–
историко-этнографического
Оптимальными
условиями
для
музея
сохранения
заповедника
архитектуры
«Шушенское».
он
считал
её
музеефикацию на исконных местах, создание музеев под открытым небом
производственного
профиля
или
музеи,
посвящённые
какой-либо
сельскохозяйственной отрасли. В вопросах о поздних наслоениях Гнедовский
считал, что тесовая обшивка 18-19 веков не должна сохраняться на памятниках
древнерусской архитектуры, так как она портит вид, скрывая от глаз зрителя
уникальную срубную технику древних плотников.
Вопросы
народной
деревянной
архитектуры
волновали
не
только
архитекторов, реставраторов, но и искусствоведов, среди которых хотелось бы
отметить Михаила Исаевича Мильчика (род. 1934), занимающегося изучением
изображений архитектуры на древнерусских иконах, памятников архитектуры
русского Севера и деревянных крепостных сооружений. М.И. Мильчик активно
занимается темой градостроительства и проблемами новой застройки в
исторических городах. Исследователь участвовал в большом количестве
экспедиций, (часто сам являлся их организатором), на русский Север, особенно
подробно изучил районы Архангельской области. На основании собранных
данных исследователем было издано большое количество книг, монографий,
фотоальбомов и статей с самой разнообразной тематикой.
Среди крупных специалистов по народному деревянному зодчеству
Русского Севера следует отметить Вячеслава Петровича Орфинского (род. 1929).
Деятельность его связана с Петрозаводском и изучением народной культуры
Карелии.
Для сохранения русской деревянной архитектуры на современном этапе
многое делает Игорь Николаевич Шургин (род. 1945), архитектор-реставратор
первой категории. Его учителем был А.В Оплоловников. Основной сферой
деятельности Шургина является проектирование музеев под открытым небом.В
1970—80-х годах под его руководством выполнены проекты Музея культуры и
быта народа саами в Мурманской области, архитектурно-этнографических музеев
78
в Коми и Удмуртии в том числе и широко известные в России и за рубежом
Музей-заповедник «Лудорвай» под городом Ижевском.И.Н.Шургин является
руководителем фонда «Поддержка памятников деревянного зодчества».
Среди современных архитекторов-реставраторов особые заслуги в области
сохранения деревянного зодчества принадлежат Александру Владимировичу
Попову (род. 1951).
Сразу после окончания Московского археологического
института для работы реставратором он отправился в Архангельскую область.
Один из первых отреставрированных им объектов – деревянная церковь Дмитрия
Солунского 18 века. На нём Попов впервые применил реставрацию с
воссозданием старинной технологии и инструмента. С тех пор все последующие
объекты реставрировались им с применением топоров, изготовленных по
образцам древних инструментов. В 1988 году Александр Владимирович основал
собственную реставрационную мастерскую. Попов является реставратором
памятников деревянного зодчества высшей категории. В настоящее время Попов
возглавляет реставрационный центр «Архитектура-Производство-Обучение»,
расположенный в Вологодской области, в городе Кириллове54. При центре
имеется кабинет исторического инструмента, где собрано около 500 экземпляров
старинного плотничного и столярного инструмента. Большинство экспонатов не
фабричного
производства,
имеются
не
только
русские
образцы,
но
и
американского, финского и шведского производства.
Также среди реставраторов и исследователей деревянного зодчества
Русского Севера современности известным деятелем является Андрей Борисович
Бодэ (род. 1967). В настоящее время он является ведущим научным сотрудником
Научно-исследовательского
градостроительства,
а
института
также
теории
работает
и
истории
архитектуры
архитектором-реставратором
и
в
Центральных научно-реставрационных проектных мастерских. Бодэ проводит
работу по популяризации деревянного зодчества, читая циклы публичных лекций
о деревянных храмах Русского Севера, по истории архитектуры и перспективах
54
См.: Реставрационный центр Александра Попова. Официальный сайт: [Электронный ресурс]. - Режим
доступа: https://kelohouse.ru/restavratcionnyi-tcentr-aleksandra-popova.html. – Дата доступа: 14.04.18.
79
сохранения исторического наследия, в рамках проекта «Общее дело». Данный
проект существует с 2006 года, основной его целью является возрождение
деревянных храмов Севера, находящихся на территориях Архангельской и
Вологодской областях, а также в республиках Карелии и Коми. Особенностью
проекта «Общее дело» является то, что в организуемых экспедициях по
проведению
противоаварийных
и
консервационных
работ
наряду
с
профессионалами участвуют волонтёры и все неравнодушные люди.
На современном этапе одной из главных причин некачественных
реставраций в России является проблема, связанная с отсутствием достаточного
количества высококвалифицированных специалистов в области реставрации
деревянного зодчества. В условиях старения существующего кадрового состава и
отсутствия притока молодых специалистов, реставрации проводятся либо не
качественно, либо подменяются ремонтом или хуже того – новоделами.
Отсутствие
специализированных
центров
по
подготовке
плотников-
реставраторов, это серьёзное препятствие на пути сохранения деревянного
зодчества России. В настоящее время в нашей стране существует всего лишь два
подобных центра – это плотницкий центр при музее-заповеднике Кижи и в
Кирилло-Белозерском монастыре.
Для овладения навыками профессии плотника-реставратора необходимо
усвоить не только теоретическую часть, но и особенно важно применять
полученные знания на практике. Существующая градация делит реставраторов
памятников деревянного зодчества, в зависимости от квалификации на разряды, с
3 по 7.
В феврале 2015 года появилась Общероссийская общественная организация
«Союз реставраторов России», призванная улучшить ситуацию в сфере
сохранения культурного наследия путём разработки нормативно-правовой базы и
правил
проведения
реставрационных
высококвалифицированных специалистов.
работ,
а
также
подготовки
80
Реставрация
начинается
с
исследовательских работ на
деревянном
памятнике, включающих в себя архитектурные и инженерно-технические
аспекты. Происходит сбор информации о постройке (архивные данные,
литература, а также не только письменные, но и иконографические источники),
призванный дать максимально полную, насколько это возможно, историю здания:
время постройки, материал, архитекторы, заказчики, владельцы, информация о
ранее производимых перестройках или реставрациях, сведения о возможных
природных
катаклизмах,
происходивших
на
данной
территории.
Если
письменных данных о времени возникновения здания нет, то для его определения
используют метод радиоуглеродного анализа. Он подходит для определения
возраста любого органического вещества, путём измерения продуктов распада
радиоактивного изотопа углерода-14, содержащегося в образцах материала.
Чаще всего для определения возраста древесины, из которой сделан
памятник, используют дендрохронологический метод 55, позволяющий установить
дату с точностью до года. В основе метода лежит изучение динамики изменения
толщины годичных колец дерева, зависящее от климатических условий. Исходят
из того, что деревья одной породы и на одной территории дают примерно
одинаковую толщину прироста
годового кольца,
составляются
графики.
Используя дендрохронологическую шкалу данной территории, можно точно
датировать каждый годовой слой древесины, а при сохранности на образце
внешнего слоя — также и время рубки дерева. Так как помимо общих
характеристик, каждое дерево имеет индивидуальные особенности, то для более
точного результата необходимо соблюсти условия. Во-первых, для каждого
возрастного определения необходимо отобрать, желательно не менее 10 образцов,
обычно представленных в виде спилов. Во-вторых, каждый из них должен иметь
достаточное число годовых колец, чтобы построенный по нему график обладал
требуемой представительностью, рекомендуется не менее 50. При реальном
55
См.: Юдина А.Ф. Реконструкция и техническая реставрация зданий и сооружений: учеб.пособие для студ.
учреждений сред. проф.образования / А.Ф. Юдина. – 3-е изд., стер. – М.: Издательский центр «Академия», 2014. –
С.320.
81
исследовании на практике эти условия не всегда соблюдаются, и это влияет на
точность результата. Также следует учитывать, что иногда при возведении сруба
могли использовать вторичную древесину, что также отразится на общей картине
исследования.
На следующем этапе производятся первичные обмеры и фиксация в виде
чертежей, зарисовка деталей и фотографии, а также словесная фиксация.
Делаются выводы о степени ценности памятника, выявляются его особенности,
даётся оценка технического состояния на момент реставрации: выявление
основных причин разрушения; степень поражения конструкций грибами,
насекомыми, микроорганизмами; изучение территории, на которой расположен
памятник. Для проведения некоторой части работ архитектору-реставратору
необходимо привлекать специалистов в области биологии, химии, физики,
геологии и ряда других естественнонаучных дисциплин.
Часто
для
изучения
памятника
деревянного
зодчества
возникает
необходимость вскрытия его обшивок, которое позволяет лучше обследовать
памятник, выявить его конструктивные особенности, возможно обнаружение
заложенных ранее оконных и дверных проёмов, а также следов от ранее
существовавших пристроек. Кроме того, появляется возможность оценить
степень поражения сруба. В период временного удаления обшивки важно
максимально защитить сруб от попадания влаги, так как в таком состоянии он
очень уязвим для разрушений, особенно при изменении температурновлажностного режима. После завершения исследования, тесовая обшивка должна
быть восстановлена. Если же принято решение о её полном удалении, как
элемента, искажающего исторический и художественный облик здания, то для
сохранения древесины сруба должна быть проведена химическая консервация
древесины и обработка специальным антисептиком.
На основании исследований составляется реставрационный проект. В
отличие от архитектурного проекта, в реставрационный постоянно вносятся
82
корректировки. Это связано с тем, что в процессе работ на памятнике часто
выявляются новые данные, влияющие на реставрацию, и получается, что не
архитектор, а как бы сам памятник диктует план дальнейших работ.
По мере проведения реставрационных работ необходимо поэтапно
производить документальную фиксацию, в том числе и фотофиксацию.
При
воспроизведении
некоторых
утраченных
элементов
строения
применяют исторические технологии в реставрации памятников деревянной
архитектуры, закреплённые в «Принципах сохранения исторических деревянных
сооружений», принятых на XII Генеральной ассамблее ИКОМОС в Мехико в
1999 году. Это означает, что новые включаемые элементы должны быть
изготовлены из того же материала, с применением реплик тех инструментов, что
использовались при постройке памятника и с соблюдением традиционной
технологии. Однако новые части должны быть маркированы для того, чтобы
отличить их от древних, подлинных элементов.56
Выбор методики реставрации для каждого конкретного деревянного
памятника зависит от ряда причин, таких как состояние объекта на момент
реставрации, полнота сведений об истории его возникновения и дальнейших
перестройках и так далее, поэтому в каждом случае необходим индивидуальный
подход к решению проблемы. Часто преобладает тенденция к полному раскрытию
памятника и воссозданию утраченного первоначального облика, что влечёт за
собой утрату большого количества подлинных элементов и привнесение
значительного
процента
новодела.
Если
при
реставрационных
работах
сохраняются все позднейшие наслоения, то это в значительной степени
препятствует полному раскрытию строительной истории памятника, а также не
даёт возможности в полной мере продемонстрировать наиболее интересные в
художественном и архитектурном отношении виды здания. Поэтому наиболее
См.: Принципы исторических деревянных сооружений.:[Электронный ресурc]. – Режим доступа: http://sergeikulikov.livejournal.com/17056.html. - Дата доступа 15.04.18.
56
83
оптимальным является фрагментарный подход к реставрации, когда при
сохранении подлинных частей, сохраняется возможность убрать некоторые
позднейшие наслоения.
В настоящее время для реставрации деревянной архитектуры используют
два основных конструктивных метода. Это метод переборки сруба и метод
лифтинга.
Что касается первого метода, то он очень древний и существует столько,
сколько существует деревянная архитектура. Вся суть переборки заключается в
том, чтобы разобрать сруб, найти пришедшие в негодность брёвна, заменить их на
новые,
при
этом
не
допускается
использование
какого-либо
другого
строительного материала, и собрать сруб обратно. Данный способ хорош в том
случае, если процент повреждённой древесины значителен. Работы, проведённые
по такому методу, обеспечивают поддержание постройки в хорошем состоянии на
долгие годы. Но, если с точки зрения ремонтных работ этот метод оптимален, то
для реставрации переборка имеет свой существенный недостаток, связанный со
значительной утратой подлинного материала.
Метод лифтинга также известен с давних времён. Сущность его
заключается в том, чтобы часть здания вывесить на специально установленных
конструкциях и затем происходит замена повреждённых брёвен. Положительной
стороной является то, что здание никуда не исчезает, даже на время, со своего
исторического места, тем самым обеспечивается основной принцип реставрации –
минимальное вмешательство. Особенно эффективен метод лифтинга, когда
необходимо сохранить внутренние интерьеры. Но такой метод подойдёт для
памятника, имеющего небольшой процент повреждений. В настоящее время
лифтинг активно используют в своей реставрационной практике норвежские
специалисты, но и в России на современном этапе он начинает применяться
довольно часто, так при помощи этого метода уже отреставрирована часть
объектов в Вологодской области и знаменитая Преображенская церковь Кижского
погоста в Карелии.
84
Метод переборки и лифтинга предполагает частичную замену поражённой,
ветхой древесины, поэтому важно учесть разницу в физических свойствах между
старыми и новыми брёвнами в конструкции сруба. Новый материал более
жёсткий и менее пластичный, более того влажность в нём выше и в дальнейшем
он может дать усадку, при которой в венцах могут появиться пустоты. Если всего
этого не учесть, то памятник после реставрации продолжит разрушаться.
Помимо
конструктивных
методов
реставрации
существуют
также
химические методы консервации. Консервирование древесины химическим
способом осуществляется путём введения специальных составов в глубокие слои
бревна или его пропитка снаружи. К химическим составам предъявляются такие
требования: они должны быть безопасны для человека и окружающей среды, не
изменять цвет древесины, а также не ухудшать её физические и механические
свойства. Химическая консервация направлена на предотвращение разрушения
памятника архитектуры путём биопоражений, проникновения влаги и появления
насекомых.
В
настоящее
время
она
всё
ещё
не
получила
широкого
распространения в силу того, что опыт в этой сфере не так велик.
Таким образом, мы видим, что проблема сохранения народного русского
деревянного зодчества поставлена довольно остро. С одной стороны она
становится всё более явной и постепенно начинает привлекать к себе внимание,
но с другой, ежегодно ветшают и разрушаются без должного ухода древние
памятники. Статистика показывает, что от того наследия деревянного зодчества
которое имелось в дореволюционный период, в настоящее время осталось лишь
треть. Сейчас на территории России зарегистрировано 8899 объектов культурного
наследия деревянного зодчества и больше четверти из них находится в
неудовлетворительном, аварийном или руинированном состоянии. Данные
анкетирования, приведённые в Концепции сохранения памятников деревянного
зодчества и включения их в культурный оборот до 2025 года, показывают, что за
период
1960–2016
гг. утрачено
1276
памятников. Наибольшее
количество
погибших памятников выявлено в Архангельской, Костромской, Ярославской
85
областях и Забайкальском крае. Прогноз не утешительный, так как в России
каждые 20 лет гибнет более 400 памятников57.
К сожалению, проведённая реставрация не является гарантией сохранения
памятника, так как за состоянием деревянной архитектуры необходимо вести
постоянный мониторинг, что часто по причине удалённости объекта является
трудноосуществимым. К существенным проблемам современности следует
отнести отсутствие должного количества специалистов-реставраторов памятников
деревянного зодчества, а также несовершенство нормативно-правовой базы в
данной сфере.
Перспективными направлениями для сохранения деревянной архитектуры
России в настоящее время являются создание музеев под открытым небом или
более совершенная форма – создание заповедников, а также развитие
тематического туризма, который поможет изменить отношение и привлечь
внимание людей к своему культурно-историческому наследию. Поэтому,
несмотря на все вышеизложенные проблемы, остаётся надежда на спасение и
включение в культурный оборот той части исторического наследия, которой
располагает Россия на настоящий момент.
[Электронный ресурс]. – Режим доступа:http://www.orthedu.ru/kraeved/17279-koncepciya-sohraneniya-pamyatnikovderevyannogo-zodchestva-i-vklyucheniya-ih-v-kulturnyy-oborot-do-2025-goda.html. Дата доступа 18.05.18.
57
86
Глава 3. Музеи архитектуры под открытым небом как способ
экспонирования и популяризации деревянного зодчества в России
3.1. Основные этапы развития музея-заповедника «Кижи»
«Кижи» - это государственный историко-архитектурный и этнографический
музей-заповедник, расположенный на одном из многочисленных островов
Онежского озера в Республике Карелия Российской Федерации.
Музей
представляет собой деревянный архитектурный комплекс под открытым небом,
где можно познакомиться с традиционной
крестьянской культурой Русского
Севера.
Онежское озеро - второй по величине пресноводный водоём в Европе. Его
поверхность буквально усеяна островами. Всего их насчитывают более 1,5 тысяч.
Одним из самых знаменитых является остров Кижи, на котором и располагается
музей.
На протяжении многих столетий Кижи играли роль культурного,
аграрного и административного центра Заонежья. Название острова имеет два
варианта происхождения. Согласно первой гипотезе название Кижи происходит
от карельского слова «кижат» что означает «игрища», это говорит о том, что
возможно здесь располагались древние капища, где происходили ритуальные
языческие обряды прибалтийско-финских племён. По второй версии карельское
слово «кииджи» переводится как «водный мох», который действительно можно
встретить на болоте в центральной части острова, издревле он использовался
местными жителями для утепления срубных построек.
История острова уходит в древность. Первоначально на этой территории
проживали прибалтийско-финские племена карелы и весь. Это нашло отражение в
топонимике края, где напоминанием о вепско-карельских поселениях являются
сохранившиеся до нашего времени названия деревень: Корба, Кургеницы, Конда,
87
Лахта, расположенных по соседству с Кижами. С 10-11 веков эти территории
начинают активно осваиваться словенами-новгородцами, именно они и являются
предками современных кижан. На протяжении многих веков шли процессы
взаимопроникновения и взаимообогащения
финно-угорской и славянской
культур. Возникновение Кижского архитектурного ансамбля в Заонежье - явление
не случайное. Оно было обусловлено высоким духовным потенциалом двух
разных культур.
Возникновение Кижского погоста связано с христианизацией северного
края под влиянием Великого Новгорода в 11-15 веках. Церкви и часовни порой
возводились на тех местах, где ранее располагались языческие святилища. После
1478 года Новгородские земли входят в состав Московского государства, а земли
острова Кижи и его окрестностей вошли в состав Обонежской пятины и являлись
центром Спасо-Кижского погоста. Присоединённые Новгородские земли были
описаны в «писцовых книгах».
В них же впервые в 1563 году упоминается
«Погост Спасской в Кижах»58. В писцовых книгах 1582 года говорится, что на
острове Кижи было расположено 12 деревень. Проживающие в них люди вели
комплексное хозяйство, то есть помимо занятий охотой, рыболовством и
собирательством, они занимались скотоводством, сельским хозяйством, а также
домашними промыслами и ремёслами. В этой же писцовой книге 1582 года
московского дьяка Андрея Плещеева о заонежских погостах I582-I583 гг. сказано:
"Погост Спасский в Кижах на Онеге озере. А на погосте церковь Преображенье
Спасово, а другая церковь Покров Святии Богородицы". Какие они были - нам
неизвестно. Уже значительно позднее, в переписи 1616 г., упоминается, что "верх
у Спаса Преображенского шатровый", а относительно Покровской церкви
говорится лишь, что она была "теплой". К сожалению, эти храмы не сохранились
до наших дней, в конце 17 века они сгорели от удара молнии во время грозы. На
их месте были возведены другие церкви, которые мы можем видеть сегодня.
См.:Трифонова Л.В. «Из истории Кижского прихода XVI –XX столетий // Церковь Преображения
Господня на острове Кижи: 300 лет на заонежской земле. Петрозаводск, 2014. – С. 33-41.
58
88
Вторая половина 16 века была тяжёлым временем в истории всего
Заонежья. Сначала разразился голод и мор, затем край подвергся нашествию
чужеземцев. По эти причинам эта местность была сильно разорена. Летописец
сообщает: «От голоду и от зябели и отмору... дворы на тех деревнях все сгнили, а
крестьяне вымерли, а иные разошлися... а поля и пожни лесом поросли в бревно».
Пограничное положение Кижей из-за Столбовского мира со Швецией 1617 года
послужило причиной строительства но острове
укреплений, состоящих из
высоких рубленных деревянных стен и сторожевых шатровых башен (вежи).
И всё же с 16 по 18 века остров Кижи являлся центром Спасо-Кижского
погоста, на территории и в окрестностях которого располагалось большое
количество деревень, где образовывались приходы и строились новые церкви. Как
свидетельствует история, Кижский погост объединял порядка 130 окольных
деревень. Причем наиболее крупные из них – Великая Губа, Космозеро, Сенная
Губа, Типиницы – и в настоящее время являются действующими населенными
пунктами.
Карелия богатый природный край. Здесь издавна добывали 24 вида
полезных ископаемых, среди которых слюда, палевой шпат, кварц жильный,
керамические пегматиты, облицовочный камень, мрамор, гранит, диабаз, а также
встречаются драгоценные и редкоземельные металлы. Следует отметить, что на
землях Кижского погоста существовали месторождения железных руд, которые
добывали и использовали для изготовления ножей, топоров, замков и других
предметов. В начале 17 века на Тихвинской ярмарке кижские ножи пользовались
большим спросом. В конце 17 века Бутенантом была даже сделана попытка
создать здесь железоделательный завод, однако крестьяне погоста, которые
должны были заготавливать лес, древесный уголь и железную руду, учинили
бунт, который не смог подавить даже отряд новгородских стрельцов. В 1703 году
эта идея была оставлена. Однако позже, 1769 году, в Заонежье был основан
пушечный завод - это была необходимо для ведения войны с Турцией. Возросшие
заводские повинности привели к тому что, кижские крестьяне вновь стали
89
зачинщиками бунта. Для его подавления в 1771 году на остров отправляются
отряды мушкетёров и гренадёров. Восстание закончилось возвращением крестьян
к заводским работам, а главные зачинщики были сосланы на вечное поселение в
Сибирь.
В 18 веке Петром I была проведена административно-территориальная
реформа, в результате которой государство было поделено на губернии. Из
близлежащих к острову Кижи земель была образована Кижская волость
Петрозаводского уезда Олонецкой губернии.
В конце 19 века Кижская волость значительно сократилась по территории и
состояла из 47 ближайших к острову Кижи деревень, расположенных по берегам
северо-западного берега Климецкого острова, вдоль берега материковой части, на
островах Кижи, Волкостров, Еглов и Рогачев, в которых проживало 2555 человек.
На острове Кижи находилось 9 деревень.
К середине 20-го века в округе насчитывалось всего 17 деревень, в том
числе две - Ямка и Васильево - на острове Кижи.
С 1920 года органами советской власти было принято решении о постановке
Кижского погоста на государственный учёт как памятника архитектуры. Однако
церкви всё ещё оставались действующими, и в их стенах велись богослужения.
Такая ситуация сохранялась недолго, уже в 1937 году в Преображенском храме
отслужили последнюю литургию. Вскоре после этого был арестован последний
настоятель кижских храмов отец Алексий Петухов. Через месяц его расстреляли.
Так прекратилась служба и в Покровской церкви.
Во
время
Великой
Отечественной
войны
территория
Кижи
была
оккупирована финскими войсками в ноябре 1941 года. Сильно пострадало
местное население. Многим пришлось пройти концентрационные лагеря,
устроенные финнами для русского населения Карелии. Лишь немногим удалось
по окончании войны вернуться на родную землю. К памятникам архитектуры
90
оккупанты отнеслись лояльно. Однако в ноябре 1941 церкви Кижского погоста
подверглись серьёзной опасности. Финская разведка высказала предположение,
что на территории ансамбля расположилась база Красной Армии. Пилоту
бомбандировщикаЛаусу–Дей Сакселю был дан приказ совершить бомбометание
на Кижский ансамбль, но он с воздуха не заметил следов на снегу и вернулся на
базу. Церкви не пострадали. Но некоторые предметы были утрачены. В
Финляндию были вывезены все иконы из иконостаса Преображенской церкви. В
дальнейшем иконы были возвращены, кроме утраченного цикла икон «небо».
После завершения войны началась реставрация архитектурного ансамбля.
Напоминанием о годах Великой Отечественной войны служит братская могила,
находящаяся рядом с Кижским погостом, в которой покоится прах бойцов
диверсионной группы под руководствомX.Г. Фахрутдинова.
С 1 января 1966 на острове Кижи образован музей - это один из первых
музеев под крытым небом в России, изначально включивший в себя две церкви:
летнюю
двадцатидвухглавую
церковь
Преображения
девятиглавую церковь Покрова Богородицы
Господня,
и шатровую
зимнюю
колокольню,
окружённых оградой 18-19 века.
Предпосылки формирования будущего музея начались ещё в 19 веке, когда
к Кижским храмам активно начали проявлять свой интерес художники,
искусствоведы, архитекторы. На острове побывали: в 1867 году Л.В. Даль,
архитектор и исследователь русского деревянного зодчества, сын В.И.Даля,
художники И.Я. Билибин в 1904 году, И.Э. Грабарь в 1909 году, историк
архитектуры М.В. Красовский в 1916 году. В конце 19 начале 20 веков стали
массово выпускать рождественские и новогодние открытки с изображением
храмов на острове Кижи, а в 1911 году знаменитая картина Шлуглейта «На
далёком севере», центральной частью которой стал погост с деревянными
храмами, была куплена самим императором Николаем II.
91
В настоящее время на территории музея-заповедника под открытым небом
находятся 89 памятников деревянной архитектуры
15-20 веков59. Дополняют
ансамбль деревянные сооружения и хозяйственные постройки, привезённые из
различных уголков Заонежского края (дом крестьянина Ошевнева, церковь
Воскрешения Лазаря). Также в музее представлены иконы и бытовые предметы,
характерные для карельских, русских и вепских деревенских поселений.
В 1990 году ансамбль Кижского погоста был включен в Список всемирного
культурного и природного наследия ЮНЕСКО. С 1993 года музей «Кижи» находится в Государственном своде особо ценных объектов культурного наследия
народов Российской Федерации.
В настоящий момент музей открыт для посещения в течение всего года.
Посетить его можно в летнее время с восьми до двадцати часов, а в зимнее с
десяти до шестнадцати. На его территории проводятся экскурсии на восьми
языках. Ежегодно музей-заповедник принимает более 160 тыс. посетителей. Для
экскурсантов предлагаются различные обзорные, тематические экскурсии,
программы и мастер-классы. Также здесь устраиваются музыкально-театральные
выступления фольклорно-этнографического ансамбля. Историко-архитектурный
и
этнографический
музей-заповедник
«Кижи»
также
является
местом
религиозного туризма, целью которого является знакомство с историей святых
мест, архитектурой культовых сооружений и религиозным искусством.
59
См.: Объект всемирного наследия ЮНЕСКО «Кижский погост» // Музей-заповедник «Кижи».
[Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://kizhi.karelia.ru/info/about/unesco. – Дата доступа: 14.03.18.
92
3.2. Деревянная архитектура Карелии. Главные экспонаты музеязаповедника «Кижи»
Кижский погост
Кижский погост - главная достопримечательность музея. Он располагается
в южной части Кижского острова. Слово «погост» имеет два значения. С одной
стороны – это основная административная единица Карелии в 13-14 веках,
представляющая собой группу деревень, связанных общим управлением. В
центральном поселении погоста возводился храм, который служил средоточием
не только духовной, религиозной жизни, но и был местом свершения всякого рода
правительственных актов и гражданских сделок. А с другой стороны погост - это
церковь с прилегающим к ней кладбищем.
Современный Кижский погост существует с 1693 года. Он включает в себя
Преображенскую и Покровскую церкви, а также восьмиугольную деревянную
колокольню. Вокруг церквей возведена бревенчатая ограда на каменном
основании, отделяющая церковную землю с кладбищем от крестьянских полей
(подлинная ограда не сохранилась и поэтому была в 1959 году реконструирована
по образцу древней ограды Ильинского погоста на Водлозере).
Этот архитектурный памятник свидетельствует о высоком развитии
деревянного зодчества и плотницкого мастерства русского народа. В настоящее
время Кижский Погост — это единственный из сохранившихся на территории
России
ансамблей,созданный
многоглавием».[см. Приложение 7]
по
принципу
«многоглавие
рядом
с
93
Церковь Преображения Господня в Кижах
Церковь Преображения Господня – православный храм, возведённый в
период с 1694 по 1714 годы на месте сгоревшей от удара молнии шатровой
церкви, сведений о которой не сохранилось. Современная постройка является
памятником архитектуры федерального значения. Своё название она получила в
честь праздника Преображения Господня и освящена 6 августа 1714 года. Высота
сооружения составляет 37 метров от основания до креста центральной главы, а
размер в плане 20,6×29 метров. Это уникальное здание построено из дерева
хвойных пород – основного строительного материала Русского Севера. По своему
типу храм относится к восьмириковым многоглавым ярусным церквям. Имя
мастера, создавшего его, достоверно не известно, хотя существует легенда о
Несторе-Мастере
архитектором.
родом
из
Тверской губернии,
который и являлся ее
И, возможно, который до прихода на остров Кижи построил
церковь в Каргопольском крае, а также был создателем Вытегорской многоглавой
церкви,
построенной
в
1708 г.,
которая
является
непосредственной
предшественницей Кижской летней церкви. Строительство велось на средства
прихожан.
Однако
существует
и
ещё
одна
версия,
согласно
которой
дарительницей крупной суммы на строительство церкви была сестра Петра I
принцесса Анна, сосланная в Сенную Губу на Клименецком острове.
О Преображенской церкви говорят, что она построена без единого гвоздя,
одним лишь топором. На самом деле это не совсем так, потому что лемех куполов
прихвачен небольшими гвоздиками. В основе строения лежит восьмигранный
сруб – «восьмерик». Всего восьмериков три. К ним пристроены двухступенчатые
прирубы, расположенные по сторонам света, в результате чего общая
конструкция напоминает крест. Увенчана церковь 22 главами, которые
расположены по ярусам. Помещение храма зимой не отапливалось, и поэтому
служба в нём шла только в летнее время года.
94
Во внутреннем убранстве церкви самым ценным экспонатом является
иконостас. Он один из самых крупных среди храмов Олонецкой губернии.Высота
иконостаса достигает 8 метров, а длина больше 25 метров. Всего в иконостасе
насчитывается 101 икона, а сам он оформлен многочисленными декоративными
элементами.
За долгий период своего существования Преображенская церковь не раз
подвергалась ремонтам и переделкам, изменялся её внешний вид. Так, во второй
половине 20 века проводивший исследования и делавший обмеры архитекторреставратор В.А. Крохин обнаружил, что когда-то церковь Преображения
Господня имела не 22, а 25 глав, но в результате ремонта кровли 3 из них были
утрачены. В начале 19 века стены храма снаружи и изнутри были обшиты, а
кровля заменена на железную60. Эти данные свидетельствуют о неправильном
подходе к реставрации. Ошибки были осознаны лишь во второй половине 20 века,
когда к реставрационно-ремонтным работам стали подходить с научной точки
зрения.
В послевоенное время, когда Преображенская церковь находилась в
аварийном состоянии, к ней было приковано внимание многих выдающихся
реставраторов и исследователей деревянного зодчества Русского Севера, среди
которых А.В. Ополовников, Б.В. Гнедовский, А.В. Попов.
Благодаря созданию музея на острове Кижи удалось сохранить этот
уникальный объект деревянной архитектуры до настоящего времени. Сейчас
памятник находится на реставрации, которая осуществляется методом лифтинга.
Церковь Покрова Богородицы
Как и Преображенскому храму, Покровской церкви предшествовала более
древняя постройка, сгоревшая при пожаре 1693-1694 годов. Официальной датой
60
См.: Гущина В.А. Кижский архитектурный ансамбль. Покровская (зимняя) церковь. [Электронныйресурс].
–
Режим
доступа:
http://kizhi.karelia.ru/library/traditsionnaya-kultura-russkih-zaonezhya-dopolnitelnyiematerialyi/800.html. - Дата доступа: 19.04.18.
95
постройки сегодняшнего памятника считается 1764 год. Сегодня, на основании
исследований, некоторые специалисты (В.А. и Б.А. Гущины – сотрудники музея
«Кижи» и В.А. Крохин) пришли к выводу, что возможно дата постройки является
более ранней и на протяжении времени церковь меняла свой внешний вид.
Согласно данным дендрохронологического анализа, строительство Покровской
церкви проходило в три этапа. Из-за этого и существует проблема точной
датировки строительства.
Церковь Покрова Богородицы – зимний, тёплый, то есть отапливаемый
храм. Его возведение рядом с летней Преображенской церковью и колокольней
традиционно для северных погостов. В «Переписной книге крестьянских и
бобыльских дворов Кижского погоста» о храме сказано: «…на погосте строят
церковь новую, теплую, клецки во имя Покрова Богородицы. Да в той же церкви
построен придел во имя Николы Чудотворца…».
На сегодняшний день церковь представляет собой православный храм,
построенный их хвойных пород дерева (сосна) с использованием осины для
кровель, стоит на каменном фундаменте. Высота памятника 27 метров, длина – 32
метра. Покровская церковь относится к типу «восьмерик на четверике».
Композиционно храм состоит из рундука, сеней, трапезной, непосредственно
самой церкви, увенчанной девятью главками и пятигранной алтарной части
крытой бочкой. Украшена церковь довольно скромно, главное украшение - пояс
из треугольных фронтонов, расположенный под верхним повалом и резные
причельные доски с полотенцами, украшающие фронтоны крыш.
Не только внешне, но и внутренне церковь неоднократно претерпевала
изменения. Так, помещение трапезной когда-то являлось приделом Св. Николая,
где был расположен алтарь, просуществовавший там до 1865 года. В трапезной
размещались большая печь, два клироса и стол. Сейчас в ней находятся лишь
лавки по периметру стен. Таким образом, трапезная Покровской церкви
96
отличается от других трапезных, потому что играла одновременно роль и
церковного и мирского помещения.
К периоду 1865 года относится и изменения во внутреннем и внешнем
убранстве старанием прихода. Стены были обшиты тёсом и выкрашены в белый
цвет. Внутри церкви были отштукатурены стены, поновлены полы и потолки.
Установлены новые позолоченные царские врата.
Внутреннее убранство самой церкви традиционно. Помещение меньшее по
площади, чем трапезная, но гораздо выше её. Самой красивой частью интерьера
храма является иконостас, отделяющий алтарь. Первоначально иконостас был
тябловым,
то
есть
представлял
собой
наиболее
архаичную
форму,
предполагающую расположение икон ярусами на горизонтальных брусьях. С
середины 18 века этот иконостас был заменён на новый резной.
Из-за всех этих «благолепных» поновлений был полностью утрачен дух
древней народной деревянной архитектуры. Из самобытного храм превратился в
типовую церковь, соответствующую критериям Синода.
Покровская церковь в таком виде просуществовала до 1949 года, когда
архитектор-реставратор А.В. Ополовников начал подготовку проектов ремонтнореставрационных работ. Всё началось с восстановления кровли, которая
находилась в аварийном состоянии. Из-за её протечки пострадали и некоторые
венцы сруба, а также пол и потолки. Конструкции церкви были вывешены и
произведена частичная замена сгнивших брёвен. По аналогии с сохранившимися
были изготовлены и установлены недостающие кресты над главками. Было
осуществлено раскрытие сруба от тесовой обшивки середины 19 века. Была
проведена большая работа по восстановлению первоначального облика крыльца
(удаление тесовой обшивки и реконструкция резных столбов, перил и подзоров по
методу аналогии). Проводились реставрационные работы внутри храма: снятие
штукатурки и удаление позднейшего иконостаса с восстановлением более
древнего четырёх ярусного, тяблового (насчитывает 44 иконы местного письма
97
периода 17-19 веков). Реставрационные работы были завершены в 1957 году, они
помогли возродить древние, подлинные черты Покровской церкви Кижского
погоста61.
Шатровая колокольня на острове Кижи
Шатровая колокольня Кижского погоста – самая ранняя постройка
северного тройника. Срублена в 1863 году на месте более древней колокольни,
разобранной по причине ветхости годом ранее. Однако в новом виде она
просуществовала не долго, уже в 1874 году колокольня была перестроена, так как
архитектурный облик предыдущего строения плохо гармонировал со всей
композицией ансамбля.
Постройка разделена на три яруса. В основании лежит четверик, на
который поставлен восьмерик и венчает колокольню шатёр на девяти столбах с
главкой и крестом. Звонница шатровой колокольни насчитывала 6 колоколов.
Для возведения всей конструкции материалом выступает традиционно
сосна и осина, из которой изготовлены лемеховые пластинки для главки. Венцы
соединены «в лапу», что предусматривало обшивку тёсом, это являлось
характерным для 19 века.
В отличии от двух других сооружений погоста автор шатровой колокольни
известен. Им был местный крестьянин Сысой Осипов, «который все плотничьи
работы произвел добросовестно и прочно». Стоимость работ по возведению
составила 205 рублей.
Впервые ремонтно-реставрационные работы на памятнике были проведены
в 1900 году, в результате которых с граней шатра были сняты декоративные
фронтоны, а также опоясывающие четверик полицы.
См.:
Иконостас
Покровской
церкви.
:[Электронный
http://kizhi.karelia.ru/collection/iconostasis. – Дата доступа: 24.05.18.
61
ресурс].
-
Режим
доступа:
98
В период, когда реставрацией руководил А.В. Ополовников (1951-1954)
были проведены работы по замене кровли. Пришлось также заменить несколько
столбов звонницы.
Самая масштабная реставрация колокольни была произведена в 1991 году,
тогда же были установлены новые колокола для шатровой колокольни.
99
3.3. История создания и этапы развития музея «Малые Корелы»
Архангельский государственный музей деревянного зодчества и народного
искусства «малые Корелы» был основан в 1964 году. Расположен он в 25
километрах от Архангельска. Музей относится к типу музеев под открытым
небом и занимает площадь равную 139,8 га. «Малые Корелы» в отличии от музея
«Кижи» были образованы на искусственной территории, то есть все постройки
были свезены из близлежащих районов Архангельской области.
Интересна и история происхождения названия музея. Дело в том, что
неподалёку от него расположены деревня Малые Карелы и село Большие Карелы.
Происхождение топонимов в этой местности указывает на проживания здесь в 1214 веках беломорского племени – корелов. Кроме того недалеко протекает река
Корела (или Корелка как её называли местные жители). В результате аканье
наложило свой отпечаток на названии населённых пунктов. В итоге законом было
закреплено написание в названии деревень в слове «Карелы» буквы «а», а в
названии музея буквы «о».
Работы по созданию музея начались в 1963 году. Идея принадлежала
Лапину Валентину Алексеевичу –
главному архитектору Архангельской
специализированной научно-реставрационной производственной мастерской.
Также в создании музея активное участи принимал известный московский
архитектор-реставратор Б.В. Гнедовский.
На первом этапе создания были отобраны первые постройки для перевозки,
которые должны были стать экспонатами музея:ветряная мельница-шатровка
(1744 г.) из д. Бор Холмогорского района, колокольня 16 века из д. КулигаДракованово Красноборского района, мельница-столбовка на стойках 19 века
из деревни
Юксозеро
Онежского
района.
Транспортировка
производилась многими видами транспорта, включая вертолёты.
памятников
100
Открытие музея для посетителей произошло спустя 10 лет, после начала
работ – 1 июня 1973 года. Согласно концепции, разработанной Б.В. Гнедовским и
О.Г. Севаном (член московского института «Спецпроектреставрация»), музей
«Малые Корелы» разделён на секторы: Двинский, Мезенский, Пинежский,
Каргопольско-Онежский, которые отражают особенности народной деревянной
архитектуры
Архангельской
области.
В
формировании
архитектурно-
этнографической экспозиции принимали участие профессора из Института
этнографии Ленинградского отделения АН СССР Р. Ф. Итс, Т. В. Станюкович,
Т. А. Берштам,
и И. Б. Пуришев,
известные
местные
московские
ученые
архитекторы
и архитекторы,
в т. ч.
Б. В. Гнедовский
А. А. Куратов,
В. М. Кибирев. Они же вошли в состав Учёного совета, который руководил
работами по реставрации свезённых памятников и формированию концепции
экспозиции62.
С 1983 года музей деревянного зодчества «Малые Корелы» стал членом
Европейской ассоциации музеев под открытым небом. В 1989 году музей стал
членом Ассоциации колокольного искусства России, он же входил в число
инициаторов создания подобной организации. В самом музее колокольный звон
звучит с 1975 года. С 1996 года музей деревянного зодчества и народного
искусства «Малые Корелы» включён в список особо ценных объектов народов
Российской Федерации.
В 1998 году важным событием для сохранения музейных объектов стало
появление собственной производственно-реставрационной базы. Увеличивается
масштаб реставрационно-консервационных работ на архитектурных памятниках.
В 2001 году музей стал членом Союза музеев России.
На современном этапе в экспозиции музея представлены деревянные храмы,
часовни, колокольни, жилые и хозяйственные постройки, а также деревянные
мельницы.[см. Приложение 8] Здесь можно встретить памятники датируемые
62
2015.
См.: Зарубчевская Е.Б. Культовая архитектура в экспозициях музея «Малые Корелы». – Архангельск,
101
концом 16 – началом 20 века. Кроме этого в музее собрана богатая коллекция
предметов домашнего народного быта, инструменты, а также коллекция
древнерусской живописи и народного костюма, образцы народной вышивки и
резьбы по дереву.
102
3.4. Деятельность музеев «Кижи» и «Малые Корелы» по популяризации
народного деревянного зодчества Русского Севера
На современном этапе развития музеев выделяют четыре основных
направления их деятельности (функций). Фондовая – направлена на хранение и
пополнение
музейных
предметов
и
коллекций,
научно-исследовательская
деятельность направлена на изучение музейных собраний, их атрибуция и
постепенного введения в культурный оборот. Культурно-просветительская работа
музеев связана с подготовкой и реализацией экскурсионных программ, лекций и
олимпиад. И четвёртая деятельность музеев – это составление экспозиций.
Каждая из перечисленных выше функций важна для функционирования
музея как социокультурного института. Но именно культурно-просветительская и
экспозиционная деятельность превращает музей из научно систематизированного
хранилища в своеобразный «транслятор» информации.
Экспозиция – это презентация исторических и культурных ценностей в
специально организованном пространстве 63. Основу экспозиции составляют
экспонаты-подлинники, способные не только передавать информацию, но и
эмоционально воздействовать на зрителя, а также научно-вспомогательные
материалы и информационные таблички. Все экспозиции делятся на две группы:
постоянные
и
временные
(выставки).
Таким
образом,
посредством
экспозиционной деятельности осуществляется коммуникативная функция музея.
Для более успешной её реализации сотрудниками музея разрабатываются тексты
экскурсий, которые рассчитаны на различные категории посетителей с учётом
возрастных и профессиональных особенностей.
Современная российская музеология применяет на практике три основных
метода построения экспозиции: систематический, тематический и ансамблевый.
Систематическая экспозиция выстраивается в соответствии с классификационной
63
См.: Музейные экспозиции и выставки/Музейное дело России. - М., 2003.
103
системой конкретной научной дисциплины, отражая процессы развития природы
и деятельности людей. Такой вид экспозиции характерен для естественнонаучных, этнографических, археологических музеях и для музеев науки и
техники.
Тематический принцип экспонирования музейных предметов направлен на
наиболее
полное
представления
какой-либо
конкретной
темы.
Целью
ансамблевой экспозиции является воссоздание когда-либо существовавшую или
наиболее
характерную
социально-культурную
обстановку
определённого
исторического периода. Эта экспозиция широко распространена в мемориальных
музеях (музеях-домах, музеях-усадьбах) и в музеях под открытым небом. Тем не
менее, данная классификация носит условный характер и в экспозициях возможно
сочетание всех методов.
Как уже отмечалось ранее, в музее-заповеднике «Кижи» и в музее
деревянной архитектуры «Малые Корелы» собраны памятники народной
деревянной архитектуры Русского Севера. Ведущим принципом организации
экспозиции этих двух музеев является ансамблевый принцип.
Ядром
экспозиции
музея
«Кижи»
является
Кижский
погост,
музеефицированный на своём историческом месте. Для создания музея на остров
Кижи в 60-е годы были свезены из различных уголков Карелии другие
деревянные постройки. Среди первых из них были дом крестьянина Ошевнева
(привезён в 1951 году) и церковь Воскрешения Лазаря (привезена в 1958 году). В
настоящий момент экспозиция музея «Кижи» разделена три основных сектора:
«Русские Заонежья», «Русские Пудожья» и «Пряжинские карелы». Такая
архитектурно-этнографическая экспозиция демонстрирует традиционный уклад
крестьянского
населения
Олонецкой
губернии.
Восстановлены интерьеры
крестьянских изб и культовых зданий. В 1970-80 годы организуются экспедиции
по сбору этнографического материала. Сейчас фонд музея насчитывает более 50
тысяч единиц хранения, отражающих материальную и духовную жизнь народов
Карелии, среди которых предметы этнографии, археологии, произведения
104
древнерусской живописи, современной живописи и графики, рукописные и
старопечатные книги, документы и фотографии, материалы архитектурной
фиксации памятников народного деревянного зодчества.
Музей деревянного зодчества и народного искусства «Малые Корелы»
также разделён на сектора: Двинский, Мезенский, Пинежский, КаргопольскоОнежский.
Каждый
сектор
демонстрирует
отличительные
особенности
деревянной архитектуры различных районов Архангельской области. Также в
собрании представлены 4 музейных комплекса: «Усадьба М.Т. Куницыной» в
стенах
которой
музей
реализует
образовательную,
просветительскую,
выставочную и информационную деятельность; Храмовый ансамбль в селе
Ненокса, состоящий из церкви Живоначальной Троицы (1727 г.), церкви Николая
Чудотворца (1762 г.) и колокольня (1834 г.); Никольская церковь в селе Лявля
(1581-1584 г.); дом Коммерческого собрания (памятник городской архитектуры
второй половины 19 века) в настоящее время здесь разместился Визит-центр
музея.
По данным 2011 года фонд музея «Малые Корелы» насчитывал около 26
тысяч предметов. Фонд пополнялся за счет экспедиций по Архангельской области
1972-2010 годов. Он разделён не только по областям бытования предметов, но и
по
материалу
из
которых
живопись», «Живопись,
они
изготовлены:«Дерево», «Древнерусская
графика», «Керамика,
документы», «Металл», «Прочее»,
«Рог,
стекло», «Книги,
кость», «Ткани,
меха,
кожа», «Фотографии». Это необходимо для создания оптимального режима
хранения64.
Приобщение экскурсантов к культурным традициям Русского Севера и
знакомство
с
народной
деревянной
архитектурой
происходит
через
экскурсионные программы. Так музеем-заповедником «Кижи» кроме обзорной
экскурсии были
разработаны следующие
виды тематических экскурсий:
См.: Музей деревянного зодчества и народного искусства «Малые Корелы». Официальный сайт:
[Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.korely.ru/. – Дата доступа: 13.05.18.
64
105
«Кижская
гавань»,
«Аптекарский огород
острова
Кижи»,
интерактивная
экскурсия «Здравствуй чудо-остров!», «Встреча с мастером», «Природа острова
Кижи», «Традиционная кухня народов Карелии», «Таинство реставрации», «Дом
на долгие года», «Деревня Ямка», «Охотничья тропа», «Потаённые Кижи».
Тематические программы широко отражаю развитие не только культурного, но и
экологического туризма, что особенно важно для музеев под открытым небом.
В музее «Малые Корелы» также широко представлены экскурсионные
услуги. Музей предлагает обзорную экскурсию «Северная деревня», включающая
осмотр Каргопольско-Онежского, Мезенского и Двинского секторов. Также
возможны обзорные экскурсии по каждому сектору отдельно. И ряд тематических
экскурсий: «В гости к Дарьюшке», «Небывальщина-неслыхальщина», «Завивайся
берёзка, завивайся кудрявая», «Северное летечко», «Деревня наша города краше»,
«Экологическая тропа», «Осенины», «Свадьба в северной деревне», «Собирайся,
народ, кто играть с нами идёт!», «Морем живём, им кормимся», «Укого хлеб
родиться, тому и веселиться».Среди предложенных тематических экскурсий
большое количество ориентировано на школьную категорию посетителей.
Многие посвящены праздникам церковного календаря, что влияет на развитие
событийного
туризма.
Предоставляется
возможность
принять
участия
в
традиционных обрядах, а также попробовать свои силы в ремесленном деле.
Для привлечения внимания к проблемам сохранения деревянной народной
архитектуры музеями организуется всевозможные мероприятия.
В музее «Малые Корелы» регулярно, начиная с 1975 года, проводятся
народные гуляния с участием фольклорных коллективов, с 1995 года действует
фольклорно-этнографический
театр
«Славутница»
выступления
которого
направлены на возрождение обрядов Русского Севера. В 1980 году состоялась
первая школа-семинар молодых ученых и специалистов-работников музеев
под открытым
небом
по теме
«Проблемы
развития
архитектурных
106
и этнографических музеев под открытым небом»65. Начиная с 1982 года, в музее
регулярно проводятся ярмарки народных мастеров.
Большое внимание уделяется и организации конференций: 1989 год научно-практическая
конференция
в целях
пропаганды
и сохранения
традиционной народной культуры по теме «Традиционные и новые обряды
народов
СССР
конференции
и их отражение
состоялся
в музее
праздник
проведенанаучно-практическую
под открытым
«Северная
конференцию
небом».
свадьба».
по теме
В
«Пути
В рамках
1990
году
сохранения
и методы реставрации памятников деревянного зодчества». Традиционными
становятся международные научно-практические конференции, приуроченные к
юбилейным датам основания музея «Малые Корелы»: 1993 год -«Музей
под открытым небом в современных условиях», 2003 год - «Современная
скансенология: теория и практика», 2003 год - проведена Всероссийская научнопрактическая
конференция,
посвященная 45-летию со дня
основания
музея
«Малые Корелы», 2014 год – международная конференция «Музеи под открытым
небом: роль в сохранении и популяризации культурного наследия, перспективы
развития в современных условиях».
Экспозиция музея была задействована для создания ряда кинокартин: 1979
год – «Дым Отечества», 1980 год – съёмки фильма «Ледяная внучка», 1981 год –
«Россия молодая», 1985 год – «Матвеева радость», что также способствует
популяризации народного зодчества.
С 3 по 6 сентября 2018 года музеем
«Кижи» будет проведён
международный научно-практический форум «Системный подход к сохранению
памятников деревянного зодчества».
Таким образом, музеи под открытым небом в России на современном этапе
являются основными центрами по сохранению и популяризации памятников
деревянного зодчества.
65
См.: Аверьянова Э. В. Актуальные проблемы развития музеев-заповедников: (к 40-летию музеязаповедника «Кижи»): доклад. Петрозаводск, 2006.
107
Заключение
Памятники деревянной архитектуры
Русского Севера
14-20 вв.
–
уникальные многообразные срубные сооружения, не имеющие мировых аналогов.
Их своеобразие, во-первых, обусловлено технологией сооружения. Для их
постройки мастера Севера использовали древесину сосны, лиственницы, ели и
осины в том числе в качестве кровельного материала. Основным инструментом
плотника являлся топор разнообразных конструкций. Главной особенностью
технологии строительства являлось сборность конструкции сруба и крепления
всех его элементов за счёт пазов, без использования гвоздей. Во-вторых, в
рассматриваемый
период
сельская
культура
северной
деревни
имела
преобладание над городской и сохраняла связь с народными традициями. Это
нашло отражение в эстетике деревянных построек, в частности, в традиции
украшать изб и храмов сквозной ажурной резьбой.
В настоящее время эта бесценная часть культурно-исторического наследия
России находится в критической ситуации. В течение десятилетий активно шёл
процесс, связанный с утратой памятников. Основными причинами стали
обрушение из-за ветхости, пожары, реже несанкционированные сносы, а также
незавершённая или некачественно проведённая реставрация. В результате до
наших дней сохранилось лишь четверть существовавших в 1917 году на Русском
Севере деревянных церквей 15-18 веков (130 из 492) и большая часть их
находится в аварийном или руинированном состоянии 66.
В период после Великой Отечественной войны увеличивается масштаб
реставрационных работ на памятниках деревянного зодчества. Для их проведения
применяют современные подходы к реставрации архитектуры. В России данные
подходы сложились не сразу, а развивались постепенно, как и в европейских
странах.
См.: [Электронный ресурс]. – Режим доступа:: http://www.orthedu.ru/kraeved/17279-koncepciya-sohraneniyapamyatnikov-derevyannogo-zodchestva-i-vklyucheniya-ih-v-kulturnyy-oborot-do-2025-goda.html. - Дата доступа
18.05.18.
66
108
Начиная с 60-х годов 20 века, в России появляются первые музеи под
открытым небом. Однако процесс утраты деревянной архитектуры продолжается,
и каждые 20 лет в России исчезают около 400 памятников 67, в том числе на
территории Русского Севера, где сосредоточены эталонные образцы деревянного
зодчества России.
Существующие концепции сохранения и изучения деревянной архитектуры
предполагают её консервацию на исконных, исторических местах, создание
заповедников. В России эти идеи нашли свое воплощение в создании
«Кенозерского»
национального
парка
в
Архангельской
области
и
«Водлозерского» национального парка в республике Карелии, созданных в 1991
году.
Еще одной мерой для спасения деревянной архитектуры Русского Севера
стало создание музеев под открытым небом (скансенов). Крупнейшие из них –
Музей «Кижи» в Карелии и «Малые Корелы» в Архангельской области. «Кижи»
насчитывают 76 построек, «Малые Корелы» - более 90, что даёт возможность
проследить эволюцию деревянных построек.
Экспозиционно территории музеев разделены на секторы, представляющие
собой типы северных деревень со своими архитектурными особенностям и
планировкой.
Воссозданы
интерьеры
изб
и храмов,
которые
отражают
традиционный уклад, занятия и мировоззрения жителей каждого сектора.
Свозимые постройки для музеев отбирались по следующим
архитектурно-художественная,
этнографическая
и
критериям:
историческая
ценность
объекта, а также сохранность (в музей перевозятся лишь те постройки, которые
имеют в составе более 50% старой древесины).
Музеи обеспечивают физическую сохранность памятников.
Ведётся
мониторинг за состоянием объектов, а также осуществляются регулярные
реставрационные работы (при музеях работают реставрационные отделы).
См.: [Электронный ресурс]. – Режим доступа:: http://www.orthedu.ru/kraeved/17279-koncepciya-sohraneniyapamyatnikov-derevyannogo-zodchestva-i-vklyucheniya-ih-v-kulturnyy-oborot-do-2025-goda.html. - Дата доступа
18.05.18.
67
109
На территории музеев проводится культурно-просветительская работа
разных форм и направлений: выступления фольклорных ансамблей, развитие
событийного туризма(идёт за счет проведения традиционных праздников),
организуются
мастер-классы
по
различным
направлениям
ремесел.
Для
популяризации народного зодчества на основе экспозиции музея «Малые
Корелы» был снят ряд кинокартин. Данные мероприятия привлекают внимание
как отечественных, так зарубежных туристов.
Важной
частью
работы
музеев
является
организация,
проведение
всероссийских, международных научно-практических конференций по вопросам
сохранения и методике реставрации памятников деревянного зодчества, а так же о
роли музеев под открытым небом в современном социо-культурном пространстве.
Сотрудники российских музеев принимают участие в подобных проектах и за
рубежом.
Таким образом, за счет выше описанных мер музей стремится не просто
сохранить памятники как материальный объект культуры, но и сделать его
«живым»
транслятором
исторической
и
культурной
информации,
поддерживающим народные традиции.
Несмотря на то, что большая часть архитектурного деревянного наследия
переживает не лучший период, проблема продолжения активной жизни
деревянного зодчества Русского Севера становится все более очевидной, что
обуславливает нарастающий интерес к ней ряда специалистов. Музеи деревянного
зодчества играют в этом не последнюю роль, о чем свидетельствуют данные по их
посещаемости.
Так, в 2012 году музей деревянного зодчества
и народного
искусства «Малые Корелы» посетило 184 тыс. чел., а к 2016 году эта цифра
составила уже 214 тыс 68. Посещаемость музея-заповедника «Кижи» за последнее
68
[Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.korely.ru/. - Дата обращения 18.05.18.
110
десятилетие в среднем составила около 180 тыс. чел., среди которых около
половины иностранные туристы69.
[Электронный ресурс]. – Режим лоступа: http://kizhi.karelia.ru/library/otchet-o-deyatelnosti-muzeya-kizhi/696.html. Дата обращения 18.05.18.
69
111
Библиография
Источники
1.
Концепция
сохранения
памятников
деревянного
зодчества
и
включение их в культурный оборот до 2025 года [Электронный ресурс]. - Режим
доступа:http://www.orthedu.ru/kraeved/17279-koncepciya-sohraneniya-pamyatnikovderevyannogo-zodchestva-i-vklyucheniya-ih-v-kulturnyy-oborot-do-2025-goda.html
2.
Международная хартия по консервации и реставрации памятников и
достопримечательных мест (Венецианская хартия) Декреты Советской власти. Т.
I. М.: Гос. изд-во полит.литературы, 1957 С. 47.
3.
Принципы
сохранение
исторических
деревянных
построек
[Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://icomos-spb.ru
4.
Федеральный закон "Об объектах культурного наследия (памятниках
истории и культуры) народов Российской Федерации" от 25.06.2002 N 73-ФЗ
(последняя редакция) [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http:// consultant.ru
112
Список литературы
1. Аверьянова Э. В. Актуальные проблемы развития музеев-заповедников:
(к 40-летию музея-заповедника «Кижи»): доклад. Петрозаводск, 2006.
2. Баталов А.Л. Отношение к достоверности формы и подлинности
материалов в русской реставрационной практике второй половины XIX в./
История и теория реставрации памятников архитектуры. Сборник. – М., 1986.
3. Вахрамеева Т.И., Вахрамеев Е.В., Любимцев А.Ю. Методические
рекомендации. Приемы и способы реставрации памятников деревянного
зодчества.
Обследование
и
подготовка
проектной
документации
на
противоаварийные работы на памятниках деревянного зодчества. – Петрозаводск,
2013.
4. Грабарь И.Э. Моя жизнь. - М. «Республика», 2001. С.258
5. Грабарь И.Э. О русской архитектуре. - М., 1969.
6. Грабарь И.Э. История русского искусства. Т.1.- М., 1910.
7. Гущина В.А, Гущин Б.А. Документы и материалы по истории Кижского
архитектурного ансамбля (1946–1979 гг.) Карельский научный центр РАН. Петрозаводск. 2014. С. 138
8. Гущина В.А. Кижский архитектурный ансамбль. Покровская (зимняя)
церковь.
[Электронныйресурс].
–
Режим
доступа:
http://kizhi.karelia.ru/library/traditsionnaya-kultura-russkih-zaonezhya-dopolnitelnyiematerialyi/800.html. - Дата доступа: 19.04.18.
9. Декреты Советской власти. Т. I. М.: Гос. изд-во полит.литературы, 1957
С. 47.
10. Деревянное зодчество: проблемы, реставрация, исследования. Сборник
Методическое
сопровождение
мониторинга
недвижимых
памятников
Вологодской области; Вологда, 2005.
11. Дудинова Т.Ю. Деятельность финских исследователей по изучению и
сохранению памятников архитектуры и искусства на территории Заонежья в году
оккупации
(1942-1944).
[Электронный
ресурс].
-
Режим
доступа:
113
http://kizhi.karelia.ru/library/tserkov-preobrazheniya-gospodnya-na-ostrove-kizhi-300let-na-zaonezhskoj-zemle-sbor/1437.html. – Дата доступа: 17.05.18.
12. Единый тарифно-квалификационный справочник работ и профессий
рабочих
(ЕТКС),
2017.
[Электронный
ресурс].
-
Режим
доступа:
http://bizlog.ru/etks/etks-57/74.htm. – Дата доступа: 11.02.18.
13. Зарубчевская Е.Б. Культовая архитектура в экспозициях музея «Малые
Корелы». – Архангельск, 2015.
14.Коллекция Ларса Петтерссона [Электронный ресурс]. - Режим доступа:
http://kizhi.karelia.ru/collection/catalogs/pettersson. – Дата доступа: 17.05.18.
15.Красовский М.В. Энциклопедия русской архитектуры. Деревянное
зодчество. – СПб, Изд-во САТИСЬ, 2002.
16. Круглова О. Русская народная резьба и роспись по дереву. – М., Изд-во
Изобразительное искусство, 1983.
17.Лукомский Г.К. Вологда в ее старине. СПб.: Изд. Северного кружка
любителей изящных искусств, 1914.
18.Маковецкий И.В. Архитектура русского народного жилища: Север и
Верхнее Поволжье. – М., Изд-во АН СССР, 1962.
19.Мильчик М.И, Ушаков Ю.С. Деревянная архитектура Русского Севера. –
Л., 1981.
20.Михайловский Е.В. Реставрация памятников архитектуры. – М., 1971.
21.Музейные экспозиции и выставки/Музейное дело России. - М., 2003.
22.Никитин М.К., Мельникова Е.П. Химия в реставрации: справочное
пособие. – Ленинград, 1990. – С.110- 119
23.Объект всемирного наследия ЮНЕСКО «Кижский погост» // Музейзаповедник
«Кижи».
[Электронный
ресурс].
-
Режим
доступа:
http://kizhi.karelia.ru/info/about/unesco. – Дата доступа: 14.03.18.
24.Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. [Электронный ресурс]. Режим
доступа:
http://www.вокабула.рф/словари/толковый-словарь-
ожегова/архитектура. - Дата доступа: 12.10.17.
114
25.Ополовников А.В. Русское деревянное зодчество. – М., Изд-во
Искусство, 1983.
26. Ополовников А.В. Сокровища Русского Севера. – М, 1989.
27.Островский Д.Н. Путеводитель по северу России. – СПб, Типография А.
Бенке,
1898.
[Электронный
ресурс].
Режим
-
доступа:
http://
kolanord.ru/html_public/col_saami/Ostrovskiy_Putevoditel_po_severu_1898/Ostrovski
y_Putevoditel_po_severu_1898.html#3/z. - Дата доступа: 15.05.18.
28.Подъяпольский С.С., Бессонов Г.Б., Беляев Л.А., Постникова Т.М.
Реставрация памятников архитектуры. – М., 2000.
29.Пермиловская А.Б. Крестьянский дом в культуре Русского Севера (XIXXX вв.) – Архангельск: Правда Севера, 2005.
30.Покровская церковь. // Традиционная культура русских Заонежья.
[Электронный ресурс]. - Режим доступа: kizhi.karelia.ru. 2018. 178 с.- Дата
доступа: 23.05.18.
31.Попов А. «Главный принцип реставратора – максимально сохранить
подлинное»
[Электронный
ресурс].
Режимдоступа:
http://
cultinfo.ru/infoproject/recovery/index.php?id=75. –Датадоступа: 13.05.18.
32.Реставрация музейных ценностей. Вестник. 1998. №1. С. 55-58.
33.Смолицкий В.Г. Русь избяная. – М., ГРЦРФ, 1993.
34.Собина Е.Г. Путеводители по Архангельскому краю: век нынешний и век
минувший.
[Электронный
ресурс].
-
Режим
доступа:
http://www.aonb.ru/upload/doc/Doc/2005/Sob_rus.pdf. – Дата доступа: 22.04.18.
35.Соболев
А.А.
Деревянный
дом.
Секреты
старых
мастеров.
–
Архангельск, 2003.
36. Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. – СПб, ACADEMIA,
1984.
37.Тихонова Е., Проект «Дерево» в мировом масштабе. Шесть городов
мира, которые сохранили деревянное зодчество/Е. Тихонова// Городская газета
Томск. – 2011. - 1 сентября – С.8
115
38.Черная
архитектуры.
В.М.
Факторы,
[Электронный
влияющие
ресурс].
на
-
разрушения
памятников
Режим
доступа:
https://www.abok.ru/for_spec/articles.php?nid=5384. – Дата доступа: 23.04.18.
39.Шургин И. О деревянном архитектурном наследии в России. Вестник
Европы № 11, 2004.
40. Шургин И. Судьба деревянного зодчества в России: проблемы и
решения. Изд-во РИА «АРД».
41.Юдина А.Ф. Реконструкция и техническая реставрация зданий и
сооружений: учеб.пособие для студ. учреждений сред. проф.образования / А.Ф.
Юдина. – 3-е изд., стер. – М.: Издательский центр «Академия», 2014. – С.320.
Приложения
Приложение 1. Основные инструменты плотника
Древосечный
топор
Плотничий
топор
Черта
Тесло
Приложение 2. Виды соединения брёвен в венце
Два варианта рубки «в чашу»
1- Обычное расположение паза в срубе. 2- Архаичное положение паза в срубе
Соединение в лапу: 1-прямая лапа с присеком; 2-косая лапа (ласточкин хвост); 3косая лапа с присеком
Рубка «в охряпку»
Рубка «в иглу»
Рубка «в крюк» два варианта
Рубка «в погон»
Рубка «в столб»
Приложение 3. Конструкция самцовой крыши
Приложение 4. Крыша «бочка»
Приложение 5. Рундук
Приложение 6. Домовая резьба Русского Севера
Приложение 7. Погост Кижи
Приложение 8. Часть экспозиции музея деревянного зодчества и народного
искусства «Малые Корелы»
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа