close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Аглая Юрьева
Санкт-Петербург
[email protected]
КАК НАРИСОВАТЬ ЦУРИПОПИКА
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Сева Соловьев, 10 лет
Мама
Папа
Ася Еремеева, 10 лет
Мария Сергеевна, учительница, 55-60 лет
Сцена 1-ая
Квартира Соловьевых. Вернее, не вся квартира, а только прихожая и кухня. В кухне за
столом обедают (скорее, ужинают) Мама и Папа. Мама уже закончила свой ужин и
ставит тарелки в мойку. В квартиру входит Сева, начинает снимать куртку и
переобуваться. Услышав, Мама выходит ему навстречу.
Мама. Ну, наконец-то! Почему так поздно?
Сева. Я с тренировки.
Мама. Я и спрашиваю, почему так поздно?
Сева. Трамвая долго не было.
Мама. На маршрутке бы поехал. Я ж тебе утром сто рублей оставила.
Сева молчит.
Потратил на что-нибудь?
Сева молча вздыхает и пожимает плечами.
И опять на какую-нибудь побрякушку. Весь рюкзак увешал. (Видит у сына на лбу
здоровенную шишку.) А это еще что?
Сева (неохотно). На тренировке.
Мама (вздыхая). Лучше бы ты в хоре пел!.. Ну, иди мой руки.
Сева (направляясь в ванную). Я не могу в хоре. Я там устаю стоять.
Мама (входя в кухню). Видали? Стоять он устает, а гоняться на тренировке не устает.
Сева (входя в кухню и садясь за стол). Потому что статика утомляет больше, чем
динамика.
Мама (Папе, ищущему что-то в смартфоне). Слышал?
Папа (отвлекаясь). Что? (Глядя на Севин синяк) Светло-то как стало.
Мама. Нет, ты слышал про статику?
Папа (опять погружаясь в смартфон). Ста-ти-ка… (Маме) Вот… Раздел механики,
в котором изучаются условия равновесия механических систем под действием
приложенных к ним сил и моментов…
Сева тихонько смеется.
Мама (ставя перед Севой тарелку). С ума сойдешь с вами! В общем так, последний моет
посуду. А я пошла.
Сева. Нечестно. Я же только пришел. А вы давно едите.
Мама. А ты поднажми, пока папа еще и про динамику ищет…(Уходит.)
Сева (Папе). Пап, можно с тобой поговорить?
Папа (глядя в смартфон). Угу. Ты ешь, ешь давай скорее. Через 10 минут футбол
начнется, а тебе еще посуду мыть.
Сева. Поговорить как мужчина с мужчиной?
Папа. Ну, конечно. Но давай после футбола.
Сева. После футбола вы с мамой ссориться будете, почему ребенок не спит. Давай лучше
сейчас.
Папа (вздыхая, откладывает смартфон). Ну, что у тебя?
Сева. Па, а ты с девчонками дрался?
Папа (улыбаясь). Так… Я дрался с девчонками в детском саду….потом в первом
классе…во втором…тоже…В третьем дрался, но как-то неазартно…В
четвертом…редко…. В пятом….вот в пятом уже не дрался.
Сева. Почему?
Папа. А в пятом классе девчонки вымахали выше мальчишек на голову. Как с ними
драться? Они, знаешь, как сдачи дадут! (Смеется.)
Сева. Некоторые и в четвертом выше… Я вообще-то серьезно… Па, а тебя в школу
вызывают.
Папа. Ах, вот оно что! (Показывая на Севин синяк) Значит, с девочкой подрался!
Сева. Да не дрался я! Это Ерёма меня своим рюкзаком.
Папа. Какой Ерема?
Сева. Да не какой, а какая. Аська Еремеева, она к нам из другой школы перешла.
Папа. Она тебя рюкзаком, а в школу вызывают меня?
Сева. Ну, понимаешь… Нас с ней на дополнительные занятия оставила Марьяша…
Папа. Марьяша?..
Сева. Ну, Марья Сергеевна.
Папа. Марьяша…Гм. Ну и дальше?
Сева. Посадила нас с Еремой перед своим столом, задания на карточках дала. Я
посмотрел в свою карточку – фигня, устно решил. А Ерема склонилась над своей, так
смешно брови сдвинула (Пытается показать). Я к ней в тетрадку хотел заглянуть: чего
она с задачкой возится…А у Еремы такой прикольный пенал – в маленьких зеркальцах. И
тут солнце прямо в окно и на пенал… А зайчики прямо у Еремы по щекам запрыгали.
Ну…я и поцеловал.
Папа. Та-ак, значит, ты поцеловал девочку и…
Сева. Да не девочку! Была охота! А зайчика…Ну, а она размахнулась – и со всей силы
рюкзаком своим…так, что у Марьяши на столе тетради разлетелись… Ну вот…
Папа. Н-да…
Сева. Па, ну сходишь в школу?
Папа. Может, лучше мама?
Сева. Не… маму не надо. Она расстроится. И Марьяша говорит, что лучше, когда отцы
приходят. Они влиятельные…
Голос Мамы: «Эй, болельщики! Уже начинается».
Папа (вскакивая). Ну все, доедай скорее… А то тебе еще посуду мыть. Я бы тебе помог,
но ты же просил в школу пойти. (Сева кивает.) Завтра в обед и заеду. (Уходит)
Сева ест, а потом идет мыть посуду.
Сцена 2-ая
Школьный кабинет. Марья Сергеевна, Папа, Сева.
Марья Сергеевна. В последнее время плохо стал себя вести на уроках. Позавчера Инна
Ильинична жаловалась: хохотал на уроке как ненормальный.
Папа. Как ненормальный?
Марья Сергеевна. Это Инна Ильинична так сказала. Не мог остановиться. А вслед за ним
начал смеяться весь класс. Урок сорвали. (Севе) Может, сейчас объяснишь, что же всетаки произошло.
Сева. Ну, понимаете…
Марья Сергеевна. А без «ну»?
Сева. Нннн…понимаете…я долго думал, что бы мне нарисовать на ИЗО. Но так и не
придумал – просидел весь урок.
Марья Сергеевна. Погоди. При чем тут ИЗО? И Олег Аркадьевич на тебя не жаловался.
Сева. Так, наверное, не успел… Может, еще и пожалуется… А на французском я
придумал! И нарисовал цурипопика. Он у меня получился такой смешной, что я смотрел
на него и смеялся… И остановиться не мог.
Марья Сергеевна. Нечего было на французском цурипопиков рисовать. Ты извинился
перед Инной Ильиничной?
Сева. Нет еще.
Марья Сергеевна. Сделай это обязательно… Ну все, иди, а мы с твоим папой еще
побеседуем…
Папа. Марш уроки делать! Дома поговорим!
Сева уходит из класса.
Марья Сергеевна. Вот видите, цурипопиков рисует на французском!
Папа. Простите, а кто такой этот цурипопик?
Марья Сергеевна. Да не знаю. Я думала, вы знаете.
Папа. Нет, я не знаю. Ничего, я погуглю – посмотрю.
Марья Сергеевна. Что вы сделаете?
Папа. Ну, в Интернете посмотрю.
Марья Сергеевна. А… Я-то в этом не очень разбираюсь… Но это ведь еще не все. (Берет
со стола тетрадь.) Вот что он написал в сочинении. (Читает) «Понедельник – самый
сложный день моей скучной жизни. Вчера все началось с того, что я нечаянно проспал два
урока. Когда я пришел в школу, то на меня обрушилась Ада Иосифовна. Нервы мои не
выдерживали, я с трудом сдерживал ее натиск. Я молчал, молчал, молчал - и отступил.
Но как говорил великий полководец Кутузов, отступили мы по собственной воле, и дух
наших бойцов не был сломлен…». Ну, каково?
Папа. Гм. Цитата неточная, да? Кутузов не так сказал?
Марья Сергеевна. Да при чем тут Кутузов! Неужели вы не понимаете?
Папа. Много ошибок?
Марья Сергеевна. Не в этом дело! Они же писали сочинение по картине «Будущие
летчики»! Мне кажется, что с ним творится что-то неладное. И опоздание, и поведение
вообще. Вот откуда у него такой синяк? Не знаете? (Папа уклончиво кивает.) А…вот так
вот. Пожалуйста, присмотритесь к ребенку. Главное – не упустить. Вы ж меня понимаете?
Папа. Да-да, спасибо, Марья Сергеевна. Мы обязательно с женой присмотримся.
Марья Сергеевна. Вот и хорошо. Спасибо, что немедленно прореагировали и пришли в
школу. (Протягивает ему руку). Всего хорошего.
Папа (пожимая руку). А поцелуй?
Марья Сергеевна. Что-о?
Папа (не слишком уверенно). Ну, поцелуй-то.
Марья Сергеевна (строго). Простите, я вас не понимаю.
Папа (смущенно). Извините, я что-то напутал. Заработался, наверное.
Марья Сергеевна (еще строже). Работа работой, но не упустите ребенка. Сейчас самый
опасный возраст.
Папа (совсем стушевавшись). Да, да, спасибо, извините, до свидания. (Уходя). Ну, я ему
покажу «скучную жизнь»!
Сцена 3-ья
Школьный двор. Из школы выходит рассерженный Папа, уходит. Из-за угла
показывается Сева и провожает Папу взглядом. Из дверей школы появляется Ася
Еремеева, Ерема.
Ася. Соловьев? Ты что тут?
Сева. А… Ничего… Родителей в школу вызывали.
Ася. Пришли?
Сева. Папа. А твоих когда-нибудь вызывали?
Ася. А мои все равно не придут!
Сева. Почему?
Ася. Им некогда. И вообще им не до меня.
Сева. Да ну. Родители просто всегда делают вид, что им нет дела до тебя.
Ася. У мамы же дети.
Сева. А ты что, не ее дети?
Ася. Нет, у нее теперь Славик и Вовик. Погодки.
Сева. Это как?
Ася. Это сначала Славик родился, а через год – Вовик. И еще у мамы теперь дядя
Андрей… вот такой (Показывает обезьянью рожу.).
Сева. А папа твой где?
Ася (махнув рукой). Он теперь долги отдает. Лопнул его бизнес… Теперь мне планшет не
подарит на Новый год… А обещал… А у тебя есть планшет?
Сева. Есть, только мне его в школу брать не разрешают.
Ася. Все равно. Везет.
Сева. Слушай, а ты раньше где училась?
Ася. В балетной школе. Мама хотела , чтобы я балериной стала.
Сева. А ты что?
Ася. А что я? Мне нравилось. (Тянет по-балетному ногу.) Батман тендю… Батман тендю
жете…
Сева. Чего-чего?
Ася. Это по-французски.
Сева. А… Ты вообще-то здорово по-французски сечешь. Лучше всех в классе.
Ася. А в балете всё на французском.
Сева. А почему ты к нам перешла?
Ася. Сказали, что все равно из меня балерины не получится. У меня на ноге указательный
палец длиннее остальных.
Сева. А что на ноге есть указательный палец?
Ася. Ну а как он называется-то?
Сева. Не знаю.
Ася. И я не знаю.
Сева. А пусть указательный! Может, им тоже можно указывать. Мы же не пробовали.
(Смеется.) У тебя что этот палец вырос?
Ася. Ты чего того? Как вырос? Он такой и был?
Сева. А почему тогда тебя приняли, если он такой был раньше?
Ася. Не знаю. Ну ладно, Соловьев, я пошла.
Сева. А ты где живешь, Ерема?
Ася. У бабушки. Только она меня не любит.
Сева. Бабушки всегда любят.
Ася. Не-а. Говорит, я ей отца своего напоминаю. А он маме жизнь загубил…(Вздохнув)
Мама у меня красивая. А дядя Андрей некрасивый. И Славик с Вовиком некрасивые…
Пойду я.
Сева. А что ты в школе делала?
Ася. А… у психолога была. Меня Марьяша к психологу послала.
Сева. А там чего?
Ася. Да ничего. Она все рисовать заставляет – маму, папу, бабушку… А ты же знаешь, что
я совсем-совсем рисовать не умею… Это ты у нас художник! Ну вот. Я поэтому рисую, а
потом беру черный карандаш и закрашиваю все. Мне стыдно, что я так плохо рисую.
Хуже всех в классе. И по математике хуже всех… Ну вот. А Кира Петровна…
Сева. А кто это?
Ася. Ну, психолог… Или как сказать о тетеньке… психичка, что ли?... все вздыхает, когда
я черным все замалюю. (Смеется.)
Сева. А ты в следующий раз красным замалюй. Если жирно закрасить, тоже не видно
ничего будет. (Оба смеются). А знаешь что, Ерема. Приходи завтра ко мне в гости.
Сегодня не могу – меня сегодня воспитывать будут. А завтра я тебе и планшет дам, и игры
у меня новые… Придешь?
Ася. Ладно. (Подходит ближе, показывает на синяк.) Больно?
Сева. А, ерунда! (Ася целует его в шишку. Сева отталкивает ее.) Ты совсем дура, что
ли?
Ася. Сам дурак. (Показывает рожу). Бэ-бэ-бэ! (Убегает, дразнясь.)
Сева. Дура!.. (Вслед). Ерема! Ерема! Так ты придешь? Придешь?
Сцена 4-ая
Квартира Соловьевых. Сева в кухне за столом ковыряет котлету. Папа в прихожей
обувается.
Папа (кричит Маме, которая в комнате). Света, давай скорее, опоздаем!
Мама (из комнаты). Подожди. Не могу найти колечко.
Папа (повязывая кашне). Ну так нацепи другое!
Мама. Я хотела, чтобы к серьгам подошло. Минуточку!... Ну где же оно?
Сева прислушивается к разговору.
Папа. Потом найдешь. Говорю же опоздаем! Сейчас еще в пробках стоять будем.
Мама. Что ж мне тогда весь макияж переделывать?.. Ну куда же оно подевалось? Всегда
тут было!
Папа (одеваясь). Задевала куда-нибудь. Света-а-а!
Мама (выходя в прихожую). У меня не так много украшений, чтобы их «куда-нибудь
задевать». Я все колечки на хвостик фарфоровой собачки вешаю. Вы, между прочим мне
на 8 Марта подарили. (Вздыхая). Все придется снимать (Снимает серьги, видит
подошедшего Севу). Ты не видел?... (От бесполезности вопроса машет рукой.
Обреченно). Идем!
Папа помогает маме одеться, уходят. Сева один в раздумье.
Сцена 5-ая.
Выход из школьного двора. Выходит Ася, за ней Сева.
Сева. Слышь, Ерема, верни, что взяла. А?
Ася (вприпрыжку). Не-а.
Сева. Ну, отдай, Ерема. Я никому не скажу, честно.
Ася (прыгая, весело). Не отдам, не отдам, не отдам.
Сева. Отдай. А то худо будет!
Ася (дразнясь). Бэ-бэ-бэ!
Сева. Я тогда… тогда маме скажу!
Ася (дразнясь). Ой, маме он скажет! Дитенька! Ябеда-корябеда! Бэ-бэ-бэ!
Сева. Не отдашь?
Ася. Не отдам, не отдам, не отдам.
Сева пытается ее поймать, Ася уворачивается, дразнится. Прыгает по ступенькам
лестницы, перепрыгивает через вазоны около дверей. Вдруг нога у нее подворачивается, и
она катится кубарем со ступенек. Стон, потом лежит без движения.
Сева. Ерема, ты чего? (Наклоняется) Вставай, Ерема. Никому я не скажу. (Ася попрежнему без признаков жизни). Ерема, слышь, ты чего? (Взволнованно) Ты… это… не
умирай, Ерема! Я сейчас, я сейчас за доктором сгоняю. Слышишь, Ерема, ты дождись,
Ерема, ты только не умирай! (Вбегает в школьную дверь. Ася лежит, не двигаясь. К ней
подходит прохожий, потом другой, вызывают скорую. Через минуту из школы выбегает
доктор, за ним – Сева. Доктор наклоняется над Асей, старается привести ее в чувство.
Ася открывает глаза, стонет, хватается за плечо. Слышен звук сирены «Скорой
помощи». Подходят врачи, вокруг начинают собираться зеваки, оттесняя Севу. На
носилках выносят Асю, она в сознании, видит Севу.)
Ася (тихо). Соловьев…Вот возьми…(Достает что-то из кармана и протягивает Севе.
Сева берет и смотрит: это брелок в виде киборга с его рюкзака. Асю уносят в машину.
Зеваки расходятся. Сева смотрит на брелок, зашвыривает его и медленно уходит.)
Сцена 6-ая.
Квартира Соловьевых. В кухне за столом ужинают Мама с Папой. В квартиру входит
Сева и садится в прихожей под вешалкой.
Мама (выглядывая из кухни). Опять трамвая не было?
Сева.Угу.
Мама. Постой-ка. А чего это ты со школьным рюкзаком? Ты не был на тренировке?
Сева. Угу.
Мама. А где ж ты тогда до позднего вечера болтался, а?
Сева. Угу.
Мама. Что «угу»? Я тебя спрашиваю, где ты был?
Папа (кричит из кухни). Ты сначала накорми, а потом расспрашивай.
Мама (Севе). Ладно, потом выясним. Раздевайся и мой руки. (Уходит в кухню. Сева
остается на месте.) (Папе, продолжая преданный разговор) А может, мне уйти от
Волкова? Ну сколько можно дарить ему идеи? Да и офис наш скоро переезжает, долго
будет добираться.
Папа. Куда переезжаете-то?
Мама. Да у трамвайного кольца… Ой, а ты знаешь, кольцо-то… кольцо-то, что я искала,
нашлось.
Сева прислушивается к разговору.
Папа. Ну и где же?
Мама. Да там же, где и было. Представляешь, в кольцо, что от бабушки осталось… оно
мне великовато всегда было… прямо внутрь вошло и там застряло. Сегодня стала
снимать все колечки – и заметила… (Смеется.)
Услышав, Сева начинает тихонечко «подвывать», а потом громко и горько плачет.
Выскочившие из кухни Мама с Папой бросаются к нему, обнимают, расспрашивают,
гладят по голове. Сева безутешно рыдает.
Сцена 7-ая
Школьный кабинет. Сева один собирает в рюкзак учебники и тетради. Входит Ася.
Голова забинтована, правая рука до ключицы в гипсе.
Ася. Привет, Соловьев!
Сева. Ерема? Привет! Ты чего?
Ася. А я к психологу.
Сева. К психичке.
Ася. Ага. А завтра уже и на уроки приду…Только я все равно писать не смогу. Целую
четверть не смогу.
Сева. Эх, красота. И домашку делать не надо будет.
Ася. Ага. Только, наверное, меня на второй год оставят. Я ведь и так плохо учусь…
Сева. Может, не оставят, Ерема, а? Ты же по французскому лучше всех. Ты постарайся,
Ерема. А?
Ася. Да ладно. А ты почему еще здесь?
Сева. Сочинение переписывал.
Ася. А… Ну я пошла. К психичке. Знаешь, Соловьев, что я решила? Если она попросит
меня нарисовать опять что-нибудь , я ей все замалюю – и красным, и желтым, и зеленым.
Вот так!
Сева (показывая на Асин гипс). А как же ты будешь рисовать-то?
Ася (задумывается). А вот так (Поднимает загипсованную руку и делает неловкие, но
широкие, размашистые, насколько ей позволяет гипс, движения, смеясь.)
Сева. Ты…это… в общем, прости меня, Ерема.
Ася. Да ты что, Соловьев! Ты-то здесь при чем? Я сама тогда зацепилась ногой и
грохнулась.
Сева. Да я же не про то…
Пауза.
Ася. Ну, пока, до завтра. (Собирается уходить.)
Сева. До завтра… пока…(Ася уже в дверях.) Ася!.. А хочешь, я научу тебя, как
нарисовать цурипопика?
Ася кивает и возвращается. Садятся за парту, Сева достает из рюкзака альбом,
начинает рисовать, Ася смотрит. Оба улыбаются.
КОНЕЦ
Январь 2015 г.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа