close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
1
Слайд-шоу
Пьеса в одном действии.
Дмитрий Якубов©2015
Действующие лица:
Марк
Джон
Они приблизительно одного возраста. Обоим около сорока.
Действие происходит в доме, расположенном в одном из северных пригородов
Чикаго, штат Иллинойс.
Обычная, ничем не примечательная комната со столом, стульями, небольшим
шкафом.
На сцене мужчина в спортивном костюме, разряжающий и перезаряжающий
пистолет - он тренируется и делает это мастерски.
Позади него, неслышно приоткрыв дверь, появляется другой мужчина, в плаще и
широкополой шляпе. Он входит незамеченным и некоторое время стоит,
наблюдая за действиями первого. Неожиданно мужчина, играющий с
пистолетом, начинает чувствовать чьё-то присутствие, и, быстро приведя
оружие в боевую готовность, разворачивается и берёт второго на мушку - тот
испуганно поднимает руки. Первый знаком приказывает ему выйти из тени на
авансцену. Он подчиняется, идя медленно и осторожно.
Второй мужчина: Неужели я так изменился?
Первый: Джон? Ты с ума сошёл, я ведь мог запросто пристрелить тебя. Почему ты
вошёл без стука?
Джон: Мы же договорились! Дверь была приоткрыта...
Марк смотрит на календарь.
Марк: Уже одиннадцатое?! Совсем из головы вылетело. Но ты мог бы хоть слово
сказать, а не стоять молча у меня за спиной.
Джон: Ты так лихо управлялся с пистолетом... Просто засмотрелся.
Марк: Да, вспоминаю иногда армейские навыки.
Джон: Может, ты всё же уберёшь пистолет?
Марк: А это имеет какое-то значение?.. Шучу, шучу. Уберу, конечно.
Запирает пистолет в ящик.
Марк: Удовлетворён?
2
Джон: Маркииии!!!
Марк: Джоннииии!!!
Обнимаются и стоят некоторое время молча.
Когда они отходят друг от друга, видно, что у обоих на глазах слёзы.
Марк: Социальные сети сделали своё чёрное дело: я разревелся!..
Джон: А я глазам не поверил, когда увидел твой аккаунт... Я же был уверен, что
тебя убили. Последний раз мы общались как раз перед тем, как тебя отправили
воевать.
Марк: Отправили? Я ушёл сам, добровольно. Потому что это мой долг.
Джон: Ты поступил правильно. Это так важно для нации и для страны...
Марк: В твоём голосе слышится ирония.
Джон: Ни в коем случае!!!
Марк: Ладно... Ты не обязан любить нас. Принёс?
Джон: Конечно – тот самый! Со всеми царапинами и вмятинами!
Джон достаёт небольшой кассетный магнитофон 80-х годов. Марк в восторге.
Марк: А-а-а, боги!!! Помнишь, как мы оделись в цепи и напугали всех до смерти в
нашем маленьком городке? (Смеются)
Джон: Марк, я хочу сказать, что я вовсе не сержусь на тебя из-за того, что ты
навёл на меня пистолет. Я всё понимаю. Неблагополучный район, криминальная
обстановка, эти ужасные банды.
Марк: Когда я купил этот дом, всё было по-другому.
Джон: Было по-другому и будет по-другому! Это временно, из-за ситуации в
экономике. Если бы не экономический кризис, сломавший столько людей...
Марк: О, да! Экономический кризис прилетает из космоса и не является частью
системы. Он возникает ниоткуда и уходит в никуда. Страну лихорадит, и вовсе не
она - причина происходящего.
Джон: Марк!
Марк: ОК, ок, ок... Я тоже кое-что приготовил.
Достаёт старый проектор и пару коробок со слайдами. Джон шокирован.
Джон: Те самые?! Мы же там совсем дети! Заряжай скорее! Это… сокровище!!! А
я включу музыку. Тоже - ту самую!
Включает магнитофон. Раздаётся музыка 80-х. Оба пританцовывают.
Джон начинает укладывать слайды в проектор.
3
Марк (останавливаясь): Что ты делаешь?
Джон: Готовлю слайды...
Марк: Не прочтя присягу верности американскому флагу?
Пауза. Джон выключает магнитофон.
Джон: Я патриот, и очень люблю свою страну… но не кажется ли тебе, что это
перебор?
Марк: Это как молитва перед началом дела. Ты ведь верующий человек, Джон?
Джон: Да, разумеется.
Марк: Тогда прочтём присягу. Пусть весь мир катиться в ад, но мы должны
верить. Прочтём.
Джон: «Я клянусь в верности моему флагу и республике…»
Марк: Это нужно делать внутри своего сердца, Джон. Молча. В тишине. Так
вернее.
Пауза.
Джон: Как скажешь, Марк. Давай прочтём присягу молча.
Джон закрывает глаза и читает присягу про себя, видно только неслышное и
слабое шевеление губ. Марк, не отрываясь, смотрит на него.
Марк: Знаешь, я всё же думаю, что ты не любишь нас.
Джон (открывая глаза после небольшой паузы): Я действительно недолюбливаю
армию и всё, что с ней связано. Ну, или почти всё. Однако… Однако, я
преклоняюсь пред людьми, которые рискуют своей жизнью ради идеалов, в
которые верят.
Марк: Этого достаточно. Впрочем, не волнуйся, Джон, многие из нас даже и не
задумывались об этих идеалах. Оплата колледжа, деньги, удовольствие.
Джон: Можно ли включить проектор?
Марк: Разумеется.
Докладывают в проектор слайды, включают - но он не работает.
Джон: Старый, да… Может, починим?
Марк: Знаешь, а это к лучшему, что он не работает: будет больше времени для
разговора, и мы не станем отвлекаться по пустякам.
Джон: По пустякам?! Это наше детство. Это наша жизнь, это мы…
Марк: Сядь, Джон.
Джон: Наверняка починить можно. Машина старая, что-то пошло не так...
4
Марк (неожиданно жёстко): Джон, сядь. Сядь и успокойся.
Джон (испуганно): Я спокоен.
Марк: Тогда просто сядь!
Пауза. Джон нехотя усаживается.
Марк: Джон, мы встретились не случайно. (Достаёт газету) Страница номер
шесть. Читай.
Джон (удивлённо берёт газету): «Грандиозный детский праздник в Чикаго»… А,
так вот ты о чём!!!
Марк: Левее.
Джон (пожав плечами): «Новости науки. Недавно нашими учёными был проведён
необычный эксперимент. Общеизвестно, что животные, особенно высшие, легко
воспроизводят необходимый порядок действий, если знают, что их ожидает
поощрение. Мы все наслаждаемся прекрасной работой дрессировщиков в цирке,
когда даже самых агрессивных животных они заставляют служить на благо
обществу...» Блестящая статья! Думаю, проектор надо исправить…
Марк: Дальше!
Джон (Читает, всё более изумляясь): «Закрытых наглухо в полуосвещённой
комнате подопытных приматов разделили на две группы и обучили некоторым
нехитрым действиям - с той только разницей, что одной группе в качестве
поощрения выдавалась еда, а другой разрешалось приоткрыть небольшое окно и
посмотреть на природу в течение некоторого времени. Результаты превзошли все
ожидания! Экспериментальная группа, где материальная мотивация была
замещена стимуляцией духовного плана, не только не уступила по результатам
контрольной группе, но даже кое в чём превзошла её»… Абракадабра какая-то!
Марк: Замещение материальной мотивации, Джон. Думай.
Джон: Ну и что?
Марк: Материальная мотивация – читай: наш с тобой заработок – заменяется
стимуляцией духовного плана – читай: пустыми разговорами, приносящими
удовольствие. Понимаешь?
Джон: Боже мой, что же я должен понять?
Марк: Зачем проводятся такие эксперименты?!
Джон: Да для науки! Просто интересно!!! (Направляясь к проектору) Давай так...
Марк: Просто интересно? Каким образом вместо реального банана можно
подсунуть приматам какую-то ерунду вроде природы?
Джон: Природа – это не ерунда.
Марк: Предположим. Но вместо банана? Вместо банана, понимаешь? Что-то
готовится, Джон, что-то очень большое.
Джон: Да ничего не готовится! (Примирительно) У тебя красивый вид из окна.
5
Марк: Да. Поле. Деревья. Другие дома. Когда я хочу забыть обо всём, я просто
смотрю в окно…
Джон: Давай – да! - забудем обо всём и растворимся в мире, которого больше нет.
Сегодня мы будем детьми. Мы будем развлекаться и шутить глупые шутки,
понятные только нам. Шутка первая… О бананах, раз они тебя так занимают. Я
вот всё думаю: а представляешь, если вдруг выяснится, что банан, увиденный во
сне – это не какой-то там символ чего-то, а просто банан. Что станет с нашей
культурой?
Марк: Да, это будет полный провал.
Джон заливается смехом. Подходит к проектору, что-то подкручивает. Марк
вдруг будто просыпается.
Марк: Правильно: культура! (Говорит сбивчиво, нервно, быстро.) Джон, как ты,
наверное, давно и сам подметил, старая американская культура имела невероятно
высокий уровень. Она создавалась неординарными, исключительными
личностями - чтобы овладеть такой культурой, требовалось развиваться. Она
поднимала американцев на свой уровень, а не опускалась до уровня их кошелька.
Сейчас, полагаю, на могилах её творцов необычайно ветрено – они вертятся в
гробу, как пропеллеры, видя, до чего мы докатились в результате их начинаний.
Новая культура сама лезет тебе в рот, отказаться от неё труднее, чем лишить себя
сладкого. Она примитивна, груба, бессодержательна! А настоящая культура теперь
мешает жить. Человек, имеющий широкие интересы, какие-то увлечения для
души, экономически менее эффективен, а, значит, и менее успешен, согласно
американским критериям успеха. Успех и культура в американском обществе вещи почти несовместимые!
Джон: Если ты высказался, и тебе стало легче, давай починим…
Марк: Всё это происходит не просто так, и это нужно остановить.
Джон: Была такая культура, стала другая культура, что ж тут такого
удивительного? Наше детство - и светлое будущее нашей великой нации – вот и
всё, что нам нужно сегодня!
Марк: Сколько?
Джон: Что – сколько?
Марк: Сколько ты заплатил за процедуру промывания мозгов? Дай угадаю: она
уже была оплачена из твоих налогов.
Джон: Шутка номер два, прекрасно. Почини аппарат.
Марк: Ни за что.
Джон пытается подойти к аппарату, Марк встаёт у него на пути.
6
Джон: И тем не менее, я обещаю, нет, я клянусь!!! Что сегодня я буду смотреть
это слайд-шоу, а ты будешь сидеть рядом! (Пауза) Тогда… (Достаёт шашки.) Ты
у меня всегда выигрывал, но теперь у меня было время подготовиться!
Марк: Неужели ты думаешь, что шашками можно что-то изменить?
Джон (срываясь): Да ничего я не думаю! И ничего не собираюсь менять! Ты
можешь просто сыграть со мной?
Джон раскладывает шашки, делает ход. Марк щёлкает пальцем по шашке – та
сбивает другую на стороне Джона. Джон, как бы не замечая произошедшего,
делает следующий ход. Марк снова щёлкает по шашке, сбивая другую на стороне
Джона.
Джон (прекращая играть): Ну, и что всё это значит?
Марк: Джон, я работал на корпорацию «Юпитер». (Пауза)
Джон: Что-то голова закружилась. Пройдусь немного. Приду в себя.
Идёт к двери и пытается открыть её – она не поддаётся. Пробует снова и снова
– дверь не открывается. Испуганно отходит в глубь комнаты.
Джон: Марк, дверь заперта!..
Марк: Дверь открыта. Просто отворяется в другую сторону. (Марк подходит к
двери и легко открывает её.)
Марк: Видишь?
Джон облегчённо вздыхает.
Марк: А вот теперь дверь заперта. (Запирает дверь на ключ.)
Джон (испуганно): Ты меня застрелишь, Марк?
Марк: Стрелять – в тебя? Что за бред! Выслушай меня - и ты сам поймёшь, что мы
должны идти до конца.
Джон: Мы? До конца?!
Марк: Да, именно мы. Ты и я. Застрелить своего напарника – как могло такое
взойти тебе в голову?
Джон: Я - твой напарник?!
Марк: Уйдя из армии, я работал на спецслужбы, и именно хорошие рекомендации
начальства позволили мне найти позицию более, как мне тогда казалось,
достойную - я получил должность в корпорации, одно упоминание о которой
заставило тебя вздрогнуть.
Джон: Это произошло случайно.
7
Марк: Мы занимались социальным строительством, экспериментировали, и мне
это нравилось ровно до тех пор, пока я не стал понимать, что же там происходит
на самом деле.
Однажды мне довелось работать над проектом, который мы, в шутку, между
собой, называли «смех в конце тоннеля».
Джон: Свет в конце тоннеля?
Марк: Нет, именно смех. Представь себе человека, который, после длительных
блужданий по тёмному тоннелю, полагает, что выход уже рядом - и вдруг, в
кромешной тьме замкнутого пространства, слышит смех. Отсюда и родилось
название проекта.
Джон: Пока всё логично.
Марк: Мы нашли человека - шута горохового, а не человека, хронического
неудачника, над которым все потешались. Цель этого эксперимента была
проверка... скажем так, некоторых социальных теорий. Он должен был начать
проповедовать на стадионах через полгода с коэффициентом обращений 66 и 6
десятых процента.
Джон: Дай угадаю: у вас в отделе работали, в основном, верующие люди, потому
вы и выбрали это число.
Марк: Именно так.
Джон: И? Всё получилось?
Марк: Разумеется. 66 и 6 десятых процента. При сто процентной наполняемости
стадиона.
Джон: Сейчас пророков в десятки раз больше, чем стадионов, эта история ничего
не доказывает.
Марк: После завершения эксперимента он попытался выступать самостоятельно,
потерпел фиаско и покончил с собой.
Джон: И?
Марк: И я решил уйти.
Джон: А... Значит, всё наладилось!
Марк: Что наладилось? Невинный человек погиб, десятки тысяч – обмануты. А
новые технологии - утверждены и одобрены.
Джон: Скажи просто, что все в заговоре. К чему такой длинный подход?
Марк: Нейтронная бомба – ёлочная хлопушка по сравнению с нашими
разработками. Мы оставляем всё, включая людей, на своих местах. К чему их
убивать, зачем так неэкономно? Достаточно лёгкого, но точного воздействия, и с
человечеством можно договориться о чём угодно. Бомбы, танки! Их можно
украсть, разрушить, от них можно укрыться. А вот от своих мыслей не
спрячешься, они неосязаемы и несокрушимы. Они в нас, они над нами!
Как узнать, что война уже началась? Стрельбу видно, слышно... Здесь другое.
Нигде ничего не происходит, но везде происходит всё. Факельные шествия
нацистов – чушь перед этим. Весь Третий Рейх со всеми своими тайнами – чушь!
8
Гитлер, Муссолини – тупицы! Дубинками мир не завоюешь. Настало время лёгких
поправок и тонких влияний.
Оружие, существование которого невозможно доказать, и которое, поэтому,
безупречно.
Все живут как обычно, а мир меняется изо дня в день, из мига в миг.
Все обращаются в рабство - потому что приятно, потому что «fun». И каждый
верит, что абсолютно свободен.
Слышишь ли ты гимн нового мира, Джон?
Джон: Ничего я не хочу слышать, никаких голосов, звучащих исключительно в
твоей голове! (Затыкает уши, однако Марк силой заставляет его слушать.)
Марк: «Мы будем организовывать и возглавлять борьбу против нас! И пусть люди
постоянно побеждают зло – они погибнут без побрякушек. Более того, мы будем
всенародно поощрять особенно активных борцов. Зло необходимо побеждать
время от времени!
Все пути к Богу будут проходить через нас. Мы дадим толпе учителей, царей,
пророков. Все стороны жизни подчинятся незримому и мягкому контролю.
И только новой элите будет дано великое право истинного осознания реальности».
Джон: Тебя сочтут сумасшедшим, высмеют. Всё… в порядке! (Успокаиваясь и
отстраняя Марка). Давай, чини агрегат. Я, знаешь, в этом не силён… хотя…
(Подходит к аппарату, пытается что-то сделать.)
Марк: Я выявил офисы спецслужб и корпораций, их лаборатории - и установил
прослушку и видеокамеры. (Доставая небольшой ноутбук) Здесь всё! Имена,
адреса, фотографии, записи разговоров, видео экспериментов. Материалы
необходимо систематизировать, это шаг первый. Затем пресс-конференция,
адвокаты, общественные организации…
Джон: Ты делаешь меня соучастником преступления.
Марк: То, что мы встретились – не случайность. Ты будешь вновь моим другом, и
мы, как друзья, пойдём до конца.
Джон: Друзья? Да... Больше того - братья! Можно взглянуть? Какая интересная
таблица… (смотрит на экран, затем неожиданно выхватывает ноутбук у
Марка). Уничтожить немедленно! Это всё, что я, как друг, могу для тебя сделать!
Дерутся. Марк довольно быстро одерживает верх и отбирает ноутбук у Джона.
Марк: В армии я преданно служил своей стране, девушек у меня не было. Это…
убило меня. Не пули врага, не разрывы снарядов – меня убила моя преданность.
Уже скоро как десять лет я – су-ще-ство. Но теперь я найду потерянный смысл и
оправдание. Каждый лишний лейкоцит, каждый ночной кошмар обретёт своё
высокое предназначение. С тобой или без тебя – я сделаю то, что задумал.
Подонков нужно учить, и это не обсуждается.
9
Джон бессильно опускается на пол.
Джон: Марк, пожалуйста, давай исповедуем друг другу грехи свои.
Марк: Что?!!! Мне каяться не в чем.
Джон: Хорошо, начну я. Мои родители были прекраснейшие люди, они любили
меня и дали мне всё, о чём я мечтал. Я любил их, очень любил. И лучше бы они
умерли, так и не рассказав мне, почему я живу на этом свете. Как ты знаешь, я
приехал сюда, когда мне было всего 5 лет, и совершенно не помню страны, где
родился, а родители никогда мне о ней не говорили, видимо, прокляв её навсегда.
Однажды, после очередной войны, наступило по-настоящему трудное время. Оно
всегда трудное после войны, но в тот раз это было нечто особенное.
Мои сёстры были немногим старше меня...
Марк: Сёстры?
Джон: Да, две сестрёнки. Как оказалось. Знаешь, они их не убили. Просто
решили, о ком будут заботиться, а о ком нет. Дети умирали сами. Мои родители не
были убийцами, они выбирали. И они выбрали меня, поэтому я и говорю с тобой
сегодня. Никаких критериев не было, просто так решили. Случайно. Могли бы
выбрать одну из них. Выбрали меня.
Это было покаяние за моих родителей. Теперь моё.
Марк: Джон…
Джон: Как-то я возвращался домой на трейне и повстречал старого знакомого. Я
не сразу узнал его, а он узнал меня сразу и странно заулыбался. Странно – потому
что лицо его было опухшим от постоянной выпивки и уже не предназначалось для
подобных эмоций. Он подсел ко мне и спросил, зачем «всё это» было. «Всё это»
означало: зачем существовал весь тот ад, в котором проходила его жизнь.
Наверное, он подумал, что, раз я жил в другом городе, то у меня есть ответы,
которых нет у него.
И я разъяснил ему, зачем: просто так. Случайно. Нету здесь никаких глобальных
смыслов, причин или оправданий – нету, и быть не может.
Тогда он стал напевать какую-то дурацкую песню, и пел всё громче и громче.
Затем толкнул сидящего рядом с ним человека, затем другого, третьего… И он
стал бить их всех, а они стали бить его. Он продолжал петь - и песня его была
подобна крику зверя в агонии.
Я должен был сказать что-то другое… Что-то о тайнах бытия, сокровенном
промысле, о Боге, который всё «чудно устрояет», и планы которого нам не дано
понять… Он ждал именно этих слов, но я сказал то, что сказал.
Марк: Знаешь, Джон, смотри-ка ты свои слайды. Напоследок. (Подходит к
аппарату, что-то чинит).
Джон (кричит): Не сметь перебивать покаяние моё!!! А ну, сядь!!! (С
неожиданной силой усаживает Марка в кресло). Это очень важная часть
покаяния. Может, наиважнейшая! Подсказка - в Библии. Уверен, её писали люди,
10
которые знали, что делают. Проклявший день своего рождения – умрёт…
Посмотри на меня, Марк. Я всё ещё живу. Но я не остановился и на этом…
Я до сих пор помню тот день, когда я проклял Бога.
В тот самый миг я ощутил такую радость, такой покой, такую благодать – всё то,
что чувствовал во время долгих уединённых молитв, только сильнее, ярче,
вдохновеннее…
«И познаете истину, и истина сделает вас свободными» - чем дольше я проклинал
Бога, чем самозабвеннее отрекался от него, тем свободнее становился, тем глубже
понимал, что это такое - свобода.
Вся моя вера, все мои молитвы – это всё я сам, и в моей голове нет ничего, кроме
меня самого.
И, знаешь, я думаю, две тысячи лет назад он проделал нечто подобное.
Марк: О да, Джон. Куда ему. Ты гораздо круче.
Джон: Спасибо, Марк. Я не верю в бога, но перед смертью, на всякий случай, я от
него отрекусь. (Пауза.) Я согласен. Я помогу тебе.
Марк (удивлённо и обрадовано): Ни капли и не сомневался... Ни на секунду!
Смеются. Обнимаются. У обоих на глазах слёзы.
Марк: Джониии!!!
Джон: Маркиии!!!
Джон: Начнём прямо сейчас?
Марк: Нет, нет. Отдохни. Соберись с мыслями. Придёшь завтра.
Отпирает дверь.
Ты за рулём? Тогда я выпью один.
Марк отворачивается, идёт к столику.
Джон достаёт из внутреннего кармана пистолет, направляет его на Марка.
Руки его дрожат. Марк выпивает и оборачивается к Джону. Застывает.
Джон: Придёт день, и я всё объясню, я обещаю. А сейчас, пожалуйста, передай
мне свой ноутбук, не делая резких движений.
Марк: День придёт, и всё объяснишь, вот как.
Медленно отступает к ящику, где прежде запер свой пистолет.
Джон: Марк, умоляю, остановись и передай мне...
11
Марк неожиданно быстро отпирает ящик, и, стремительно достав пистолет,
нацеливает его на Джона.
Джон: Марк!!!
Они почти одновременно стреляют друг в друга. Джон падает. Марк подходит к
нему и пару раз стреляет ему в живот. Затем, положив пистолет в карман, чтото ищет, и, не найдя, роется в карманах Джона, пока не находит айфон.
Набирает номер.
Марк (по айфону Джона): Нет, это я. Шоу окончено. Сердце и печень - смерть
наступила мгновенно, лицо не пострадало, с транспортировкой тела через город
проблем не будет.
Мог не поверить? И что?
Приказ был предельно ясен: пристрелить меня при первом признаке
неблагонадёжности, не задавая никаких вопросов. А он взялся помогать мне, да
ещё пообещал разъяснить всё в один прекрасный день. Постоянные мечты о
детстве помешали ему сосредоточиться.
Потому меня и выбрали, так ведь? Что сильнее: долг или эмоции? Это был один из
его последних тестов, как я понимаю.
Его бы всё равно убили. Вы - за неисполнение, или враг – за любой проступок,
который бы он наверняка совершил. Так пусть лучше это буду я, я хотя бы сделал
это быстро, он совсем не мучился. Будем считать, что я застрелил его с
уважением, воздав ему последние почести, поскольку он, всё-таки, был моим
другом.
Хотел бы я посмотреть на тех, кто составлял эти тесты, которые он так легко
прошёл. Как он вообще мог здесь оказаться? Смешной, наивный, нелепый.
Неужели было так непонятно, что он решился на это от отчаяния? Лучше бы стал
пиццу развозить, или в баре тарелки убирать, дольше бы прожил.
Это вы убили его, проклятые карьеристы, вам же на всё плевать! Вы настолько
бездарны, что я до самого конца сомневался, а холостые ли выдали ему патроны,
вместо настоящих!
Если я когда-нибудь встречу мерзавцев, которые доверили ему такую важную
позицию в нашей организации, я.... Я.... Алло? Алло? Ты меня слышишь?!
Подонки!!!!
Бросает айфон на пол и стреляет в него, пока не кончились патроны.
Тем временем Джон медленно поднимается, всё ещё держа в руках бесполезный
пистолет. Марк оборачивается, и они некоторое время стоят друг напротив
друга.
12
Джон: Вот говорят иногда – для чего бронежилеты… Всё равно помрёшь, если на
роду написано! Ан нет, вот для чего! (Пытается смеяться) Для встречи со
старым другом!
Значит, проверяли меня, а не тебя… Холостые патроны, надо же… кто бы мог
подумать.
Отбрасывает пистолет.
Они уверены, что я мёртв, а ты выполнил свою работу – это даст нам выигрыш во
времени. У меня есть связи, сделаем паспорта, нас не найдут.
Мы простим друг друга. Мы уедем. Начнём всё заново, ты и я.
Мы снова поверим во что-нибудь. Доброе, большое, прекрасное. Это даст нам
силы.
Мы возьмём наш магнитофон, оденемся в цепи и снова всех распугаем в том
маленьком городке, который примет нас на свою голову.
Пауза.
Марк: Ты всегда был идиотом. Ненавижу тебя.
Кладёт пистолет на стол.
Джон: Я знал, Марк, знал. Дружба… она побеждает всё! (Бросается к дверям,
Марк неподвижен.) Знаешь, Марк, я бы тоже кое-что взял с собой на твоём месте.
На память. Всё-таки ты здесь столько лет прожил. Обидно будет так всё бросить....
(Возвращается, укладывает магнитофон, шашки. С тоской смотрит на
проектор.) Марк, слайды, фото! Умоляю, собери их!
Марк: Присядем перед дорогой. На удачу.
Джон (растерянно): Присядем? Да, мне всегда нравился этот обычай.
Марк садится медленно, сидит спокойно, никуда не торопясь. Джон садится
резко и всё время порывается встать со стула, смотрит по сторонам, суетится.
Джон: Посидели? Теперь бежим!!!
Марк не двигается с места. Джон вскакивает и впопыхах продолжает
собираться.
Идём?
Марк (сидя на месте): Идём.
13
Раздаётся выстрел, слышен звон разбитого стекла. Марк вздрагивает и
клонится на бок.
Джон: Что? Что?
Марк (хрипло, еле удерживая ускользающую жизнь): Успокойся, Джон. Бежать
некуда.
Смеётся. Джон, как бы очнувшись после секундного шока, медленно подходит к
нему.
Джон: Прости, старый друг. Если бы я был зверем, ты был бы жив.
Джон снимает верхнюю одежду и бухает об пол бронежилетом. Вновь достаёт
и включает магнитофон. Звучит музыка.
Джон решает в последний раз попробовать включить проектор, и – о чудо! –
тот начинает работать.
Джон усаживается поудобнее, смотрит слайды, улыбается.
Затемнение. Выстрел - и звон разбитого стекла.
КОНЕЦ
Дмитрий Якубов©2015
Один из северных пригородов Чикаго, штат Иллинойс
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа