close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

код для вставкиСкачать
Перспективы политико-стратегических отношений между КР и ИРИ в сфере
безопасности: краткий анализ
Элиана Сатарова - ст.преподаватель ДА МИД КР
С распадом СССР и разворачивающейся геополитической игры в регионе с участием
США, ЕС, РФ и КНР в начале XXI века, страны Центральной Азии, включая и
Афганистан, все больше играют роль во внешней политике Ирана, что обусловлено его
экономическими, геостратегическими, политическими и культурно-гуманитарными
интересами в этом регионе.
Сочетание таких положительных факторов как географическая близость с такими
странами как: Китай, Индия, Пакистан, Россия, наличие ресурсов, богатые запасы золота,
меди, урана, и других тяжелых металлов, разнообразие сельскохозяйственной продукции,
растущее население; потенциальные возможности для расширения исламской культуры и
довольно широкий рынок сбыта – является основным преимуществом региона.
Стабильность в странах ЦА региона является условием сохранения стабильности и
безопасности границ Ирана.
После Исламской Революции 1979 г. Иран, столкнувшись с политической и
экономической блокадой со стороны Запада, стал искать выход из сложившейся ситуации.
Новые центральноазиатские государства, создающие благоприятные политические,
экономические условия, имеющие культурно-исторические общности с Ираном,
рассматриваются Исламской Республикой Иран как одна из перспективных "дверей"
выхода из изоляции страны.
С самого начала установления дипломатических отношений между КР и ИРИ не имели
политических и других разногласий. Также со стороны Ирана наблюдается тенденция не
терять своего политического и экономического присутствия в КР.
Кыргызстан с населением приближающимся к 6 млн. человек и богатыми водноэнергетическими ресурсами, рыночной экономикой
имеет благоприятное
геополитическое расположение в Центральной Азии. Несмотря на отсутствие границ с
Ираном, его соседство с КНР, привело к нарастанию интереса Ирана к Кыргызстану. Иран
был одной из первых стран, официально признавшей суверенитет Кыргызской
Республики (21 декабря 1991 г.). Начало дипломатических отношений между двумя
государствами отчисляются с 10 мая 1992 г. С 1993 г. начала свою работу посольство ИРИ
в КР, а в 1994 г. открылось посольство КР в Тегеране. Дипломатические отношения между
странами получили развитие после обмена визитами глав государств, а также глав
правительств. Сотрудничество происходит в рамках международных и региональных
организаций как ЭКО и ОИС.
С 1991 г., по 2007 г, отношения КР и ИРИ носили стабильный характер, хоть и не
отличались особой динамикой. Однако, в 2005 г. ИРИ получает статус наблюдателя в
ШОС и в 2007 г., президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад с визитом прибывает в Бишкек
на саммит ШОС. С 2008 заметна определенная активизация в сфере разработки договоров
и соглашений двустороннего сотрудничества между КР и ИРИ в сфере торговли и
инвестиций. Однако, известные политические события в 2010 г. в Кыргызстане в
определенной степени повлияли на снижение динамики отношений между КР и ИРИ в
торгово-экономической, политической сфере. И только в 2013 г, после официального
визита избранного Президента ИРИ М. Рухани в г. Бишкек началась активизация
сотрудничества между КР и ИРИ. Но, к сожалению, потенциал сотрудничества между
двумя странами до сих пор так и не был реализован в полной мере.
Фактор безопасности в отношениях КР и ИРИ
Последнее десятилетие ознаменовалось резким обострением как ранее существовавших
проблем межэтнического, межкультурного и религиозного характера, так и появлением
новых вызовов с учетом коренных изменений в сфере международных отношений и
системы глобальной и региональной безопасности.
Трансформация современной системы глобальной безопасности является следствием того,
что одновременно США теряют свой статус - единственного центра мировой военнополитической, экономической силы и супер- державы, с другой стороны идет нарастание
протестных процессов, связанных с неравномерным распределением ресурсов, роста
коррумпированности систем в мусульманских странах, вопросов демократии и свободы.
Выстроенная после известных событий 11 сентября 2001 года, под эгидой международной
борьбы с терроризмом, система мирового однополярного порядка во главе с США
вступает в процесс кризиса. На фоне растущей тревоги правительств стран ЦА по
вопросам региональной и глобальной безопасности, начинается поиск альтернативных
союзов и альянсов, обеспечивающих безопасность и стабильное развитие каждой из
стран региона.
В данное время появляются сигналы активизации на международной арене новых
акторов в лице самостоятельных игроков-региональных лидеров Латинской Америки
(Бразилия), Средний Восток (ИРИ), Ближний Восток (Турция, КСА), Евразии (РФ), Азии
(КНР), которые видят новую модель региональной и глобальной системы безопасности.
Движение к многополярной системе, возможно, приведет к тому, что ИРИ будет занимать
особое место в системе региональной безопасности как на Ближнем Востоке (Сирия,
Ирак, Ливан), так и на Среднем Востоке (Афганистан), и в ЦА.
При этом развитие событий с 2011 г., показывает, что ИРИ все больше играет роль в
балансе региональных сил (ИРИ и КСА), выступая - и как самостоятельный игрок, так и в
союзе с претендующими на глобальный центр силы, такими как РФ и КНР по вопросу
Сирии, Афганистана, Ирака.
Основная точка напряженности у границ Ирана— соседние арабские страны (Персидский
Залив, Ирак), а также Пакистан и Афганистан, где наблюдается сложная военнополитическая обстановка.
Стабильная в этом отношении Центральная Азия имеет колоссальный потенциал и,
возможно, в ближайшем будущем в экономической, и стратегической политике Ирана
этот регион может стать одним из основных направлений. Исламская Республика Иран не
может оставаться равнодушной к происходящим процессам в ЦА, чтобы столкновение
различных моделей развития этих стран не создало проблемы для ее безопасности по
линии границы и внутри компактного проживания этнических групп, исповедующих
ислам суннитского направления. Поэтому ИРИ придает сегодня Центральной Азии особое
значение в своей внешней политике, выступая за независимость, территориальную
целостность, суверенитет этих стран региона, а также- сохранения стабильности в
регионе.
Новые политические реалии, в том числе и в ЦА, заставляют ИРИ искать новые подходы
во внешнеполитической деятельности, связанной с Центральной Азией.
После Исламской Революции 1979 г. Иран в своей внешней политике придерживается
принципа «не Запад и не Восток, а Ислам». Новая идеология, успехи достигнутые за годы
существования исламской модели развития ИРИ, обеспечили экономическую
самодостаточность, ведение независимой внешней политики.
Все эти факторы
предопределили форму и содержание внешней политики ИРИ.
Важно отметить, что с самого момента исламской революции Иран пребывает в состоянии
перманентной защиты своей государственной системы от внешнего фактора,
угрожающего самому существованию иранского государства (в качестве "внешнего
фактора" выступают, в первую очередь- Соединенные Штаты Америки и Израиль). Ввиду
того, что Иран становится региональным лидером, обостряется идейно-политическое,
экономическое соперничество с ним арабских государств во главе с Саудовской Аравией.
В исламском мире Иран занял позицию не персидского национализма, а позицию защиты
общеисламских интересов, и это дает ему возможность заявлять о себе как о лидере
исламского мира. Хотелось бы отметить, что внешняя блокада стимулировала
внутреннюю мобилизацию иранского общества с целью развития экономики,
осуществления технического рывка.
Иран давно уже сделал ставку на развитие собственного высокотехнологичного
производства, ставя целью замещение импорта национальным продуктом. В результате
Иранский ВПК обладает важнейшим свойством — независимостью от иностранных
партнеров, в том числе и от такого союзника, как Китай. Страна удачно запустила свой
спутник, а через несколько лет готовится отправить в космос человека. Иран также
занимает третье место в мире по нанотехнологиям.
Основными стратегическими приоритетами ИРИ во внешней политике приняты по
важности следующие страны:
1. Мусульманские страны Ближнего и среднего Востока (Проблема Палестины, Сирия,
Ливан, Ирак), страны Персидского Залива (Йемен, Бахрейн).
2. Страны ЦА (страны Каспийского региона - Турменистан, Казахстан, а также
Таджикистан, Кыргызстан) и Южный Кавказ (Азербайджан, Армения), Россия, Китай
3. Другие страны Запада и Востока
Иран стремится построить индивидуальный подход в своей внешней политике по
отношению к каждой стране ЦА региона, в том числе, и к Кыргызстану. Политическая
стратегия ИРИ по отношению к Кыргызстану базируется на общей стратегии Ирана по
отношению к центрально-азиатским странам, главной целью которой является сохранение
и развитие всех направлений сотрудничества. ИРИ для достижения этих целей и создания
благоприятной взаимовыгодной среды в построении отношений с этими странами в своей
внешней политике опирается на следующие пункты:
1. в своих двусторонних отношениях с этими странами Иран опирается на общие
исторические, культурные и религиозные ценности.
2. благодаря историческому прошлому между народами этих регионов, политической воле
правительств центрально-азиатских стран, которые поддерживают и подкрепляют
расширение взаимоотношений с ИРИ, у Ирана до сих пор не возникали никакие проблемы
или ограничения для взаимодействия с этими странами.
3. Иран и Кыргызстан смогут достичь взаимной выгоды от сотрудничества с друг другом
в разных сферах, в том числе и безопасности.
4. В течение этих лет ИРИ и Кыргызстан на взаимовыгодных условиях старались
развивать взаимовыгодное сотрудничество. И подтверждением этому служит- укрепление
сотрудничества в рамках принятия политических решений лидерами этих государств.
5. Взаимное понимание и общая позиция в международной политике, и схожая точка
зрения в отношении мировых проблем явились основой активного расширения,
политических, экономических, культурно-гуманитарных отношений двух стран.
Совокупность вышеуказанных факторов предопределили главные принципы в стратегии
ИРИ по отношению к Кыргызстану:
1. Развитие сотрудничества двух стран во всех сферах взаимоотношений- политической,
экономической, культурной, научно-технической и других областях.
2. Развитие взаимного регионального сотрудничества через такие организации как ЭКО,
ОИС и ШОС.
3. Расширение сотрудничества на уровне международных организаций.
В последние годы созданы региональные объединения крупных держав — ШОС, БРИКС,
с 2015 года начнёт функционировать Евразийский экономический союз. Если группа
БРИКС включает пять крупнейших развивающихся стран, расположенных на трёх
континентах и способных по влиятельности соперничать с «Большой восьмеркой», то
ШОС призвана обеспечить стабильность в одном из геополитически наиболее значимых
планетарных пространств — в Центральной и Восточной Азии.
Иран, имеющий статус страны-наблюдателя ШОС, хотел бы стать ее полноправным
членом. Однако, вопрос этот крайне сложный и обусловлен тем, что, помимо идейнополитической, военной, социально-экономической, конфессиональной ситуации,
складывающейся в регионах Ближнего и Среднего Востока, существует также фактор
"интересов внешних игроков", таких, как США, Евросоюз, Китай, Россия.
Основной точкой внешнего давления на Иран со стороны США, Евросоюза, является
"ядерная проблема". Хотя Иран не устает методично доказывать Западу о его праве на
мирный атом, обвинения не исчерпываются только атомом - здесь и права человека,
установление антидемократического правления и пр. По сути Ирану предлагают свернуть
не только ядерную программу, но и государственную идеологию, внести "коррективы" во
внутреннюю и внешнюю политику.
Рассматривая вызовы и угрозы в ЦА по которым возможно сотрудничество КР и ИРИ,
можно сказать, что регион сталкивается как с традиционными для него транснациональными вызовами: наркотрафик, международный терроризм, экстремизм,
так и - региональными: проблемы водно-энергетического сектора, спорные границы
между государствами ЦА, вопросы сепаратизма, экстремизма в региональном масштабе,
так и на внутринациональном уровне: коррупция, бедность, рост радикализации среди
молодежи, организованная преступность и т.д.
С каждым годом в ЦА набирает темп реисламизации после почти 70 летнего
доминирования атеистической идеологии коммунизма в СССР. Также очевидно, что в
независимых республиках ЦА постепенно нарастает антагонизм между светскими
системами ценностей и религиозными, импорт разных радикальных идеологий. События
«арабской весны» показали, что у сторонников экстремистких движений есть свои
мобилизационные силы. Идейно-политический потенциал радикальных групп в ЦА может
использоваться в Сирии, Ираке, как апробация своих сил и привнесения опыта борьбы со
светскими режимами в ЦА государства.
С начала 2011 года в КР отмечены факты выезда граждан республик ЦА на территорию
Сирии, Афганистана на участие в боевых столкновениях на стороне экстремистских
групп. В ЦА обострение взаимоотношений России и Запада на фоне украинского кризиса,
разных политических позиций по вопросу Сирии и будущее Афганистана, подталкивает
страны ЦА к поиску партнеров по региону в обеспечении национальной и региональной
безопасности.
ИРИ применяя прагматизм во внешней политике старается выдвигать актуальные
инициативы согласно сложившимся политическим реалиям. С началом появления и
активности ИГИЛ в Ираке и Сирии с 2014 г., ИРИ выдвинул инициативу создания нового
антитеррористического альянса. Таким образом, инициатива ИРИ по созданию широкой
коалиции с РФ, КНР, странами ЦА по борьбе с экстремизмом, в противовес
существующей во главе с США, говорит о том, что ИРИ на фоне угрозы расползания
экстремизма и дальнейшей дестабилизации Ближнего и Среднего Востока, а также ЦА,
имеет шанс на реализацию, учитывая реальную геополитическую ситуацию,
складывающуюся в процессе трансформации от однополярной системы к многополярной.
Таким образом, с учетом новых вызовов и угроз для национальных государств региона в
среднесрочной перспективе возникает возможность и перспектива интенсификации
отношений в политической и геостратегической плоскости как между ИРИ, так и
региональными организациями ОДКБ, ШОС, так и отдельно между странами региона и
ИРИ. В данной ситуации, можно наблюдать попытки ИРИ обеспечить стабильное и
равноправное развитие ЦА, в создании эффективной региональной системы безопасности.
Рекомендации:
Сегодня КР в военно-политическом и экономическом сотрудничестве делает ставку на
ОДКБ, ШОС и Таможенный (с будущей интеграцией в Евразийский союз). Однако и те, и
другие альянсы учитывают возрастающую роль ИРИ в регионе и его участие в
обеспечении безопасности, как на Ближнем так и на Среднем Востоке (Афганистан,
Пакистан, Индия) и в регионе ЦА.
С другой стороны, ИРИ понимает, что стабильность в странах ЦА региона является
условием сохранения стабильности и безопасности самого Ирана. В настоящее время
Иран солидарен с главными игроками ШОС – КНР и Россией – в том, что регион должен
самостоятельно обеспечивать свою стабильность и безопасность без вмешательства
внешних сил. Как нам представляется, эти точки соприкосновения создают хорошие
предпосылки для взаимодействия, а статус полноценного члена ШОС позволил бы Ирану
в полной мере использовать членство в организации для обозначения своих
принципиальных подходов к формированию в ЦА региональной системы безопасности.
Другое направление сотрудничества Ирана со странами Центральной Азии это поддержка ценностей традиционного ислама (суннитского толка), что совпадает с
интересами правящих в них режимов. В отличие от "импортированных" идей ислама, в
традиционном центральноазиатском исламе не заложена политическая идея
противостояния "шиитскому" Ирану. Это может послужить основным фактором в
сближении между культурами мусульман .
Таким образом, Иран старается постепенно интегрироваться в центрально-азиатское
"поле" для обеспечения своих национальных интересов в связке с Китаем и Россией.
Важно отметить, что нестабильность в Пакистане (имеющем ядерный потенциал) и
Афганистане вынуждают Иран все чаще направлять свой взор на стабильные в военнополитическом плане страны Центральной Азии. С другой стороны обеспечить полную
безопасность в регионе невозможно без участия Ирана.
В тоже время ИРИ для региона ЦА может выступать как важный актор в обеспечении
безопасности в системе региональной безопасности на дальних рубежах и, особенно- в
Афганистане.
В данном случае видится целесообразным активизировать как
двустороннее сотрудничество КР и ИРИ, так и ИРИ и ОДКБ в сфере противодействия
экстремизму и терроризму, наркотрафику, а также в военно-техническом аспекте.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа